Ясмина Сапфир №2

700 граней (9 серия) – Рок-н-ролл этой ночью

700 граней (9 серия) – Рок-н-ролл этой ночью

Краткое содержание: Осторожно, котенок – Тут что-то есть – Илья Ильич – Курьерская служба «Пандора» – Дипломная практика – Стажёр – Пять Василис – Колыбель титана – Земля кротких – Последняя игрушка – Сквозь сон – Инкуб – Театр Слонов

Тей, щуплый паренек в очках, почти на ощупь возвращался домой с оргии, когда услышал жалобное мяуканье. Остановившись, он озадаченно огляделся, но вокруг никого не было. Люди редко столь поздно выходят из дома с добрыми намерениями, коты тем более.Тей вздрогнул. Лучше испачканные штаны, чем кусающийся котенок. Теймен знал о существовании котолаков и хмель сняло будто выплеснувшейся из ванной холодной водой. Тут ему на глаза попалась табличка с адресом, и он понял, что адрес ему знаком. Он начал долбить в дверь из толстого стекла.
– Вай, чего стучишь, да? – за стеклом возникла тень в фуражке летчика.
– Откройте!!! – Тей начал трясти ручку.
Дверь открылась.
– Тебе чего, парень? За книжкой пришел? Так поздно, Чернокнижника нет уже.
– Пустите! – Тэй проскочил в холл. – За мной гонятся!!!
– Черти? – спросил летчик.
– Черти? – Тей посмотрел на него и в страхе попятился. – Мимино?
– Вах, похож, да? – Мимино подбоченился. Он был одет в неплохо сохранившиеся галифе и парадный френч, на ногах были высокие сапоги до середины бедра.
– Похож, – сглотнул парень, жалея, что «кислота» кончилась.
– Аэр меня звать. Приехал на Мимино поступать, а не взяли, – повесил матерый нос грузин. – Вот, пришлось ночным охранником устроиться. А ты чего?
– Там что-то есть, – ткнул в ночь за стеклом.
– Я бы сказал, тут чего-то нет, – возразил Аэр.
– Tertiumnondatur, – резюмировал Тэй.
– Я и говорю, термимундатор шалит. Пошли лучше покушаем, а? Гость в дом, Бог в дом, – он потащил парня к стойке рецепшена.
На стойке была расстелена газета «Жэньминь жибао», на которой лежали шампура с мясом, лаваш, укроп, толстый мохнатый стебель с единственным голым узлом посередине, стояла собачья миска с соусом и бутылка темного стекла. Сбоку лежал «Незнайка на Луне».
– Кюшай, дарагой! – грузин махнул на яства. – Все бесплатно, да.
– Спасибо, – Тэй схватил шампур и вгрызся в мясо, справедливо рассудив, что пока он ест, его не выгонят на улицу. – Вкусно. Баранина?
– Молодой савсэм барашка был, да. Игорьком звали…
Парень поперхнулся, но прикинул, что сытый каннибал рядом предпочтительнее банды голодных котолаков в темноте. Утверждать же, что вот и встретилось чудо в ночи, не позволяли глаза.
– Пэй, дарагой! – хозяин налил в два граненых стакана, сделанных из телескопа, чокнулся с гостем.
Выпили.
– А что имя у вас не грузинское?
– А, – Мимино махнул рукой, – индеец я, черокки. А в Москве индейцев только в порнуху берут… в общем, решил грузином прикинуться, – погладил указательным пальцем с тонкой линзой на самом его кончике, – чтобы не шпинали маленького индейца.
– А-а, понятно, – Тэй закусил укропом, размышляя о превратностях молекулярного хаоса. – У нас после лекций тоже некоторых находили избитыми в туалетах
– В миску макай, ткемали, слышаль, да? Вкусно.
– У вас есть газоанализатор?
– Слышь, э, жри, не выеживайся.
– А скажите, – смутился Тэй, – водится здесь что-то вроде козы? Или коровы...
– Зачэм коза? Женщины ходят, да. Пойду, попрошу роботов, пусть изловят экземпляр.
– Тут есть роботы???
– Илья Ильич! – позвал сторож.
– За что вам, говнам, деньги платят? – из темноты вышел пузатый, подобный Буратино, с легкостью вошедшему своим золотым ключиком в лоно замка, жрущий чипсы, мужик в трико.
– Это робот?
– Баба-робот, первая модель.
– Погонял порнушку, посмотрел стрелялку, – отозвался Илья Ильич, подходя. – Лучше рукоблуд и обжорство, чем газовые камеры, телевидение и вазелин. Наш завод это семья, мама и папа теперь для вас я. Инициативы проявлять не нужно, делайте вид, что трудитесь дружно. Можете спать и бить баклуши, для завода это будет лучше. Можете даже …уи попинать, главное, ничего не сломать, – Баба-робот взял «Незнайку на Луне», просканировал пару страниц.
– Нудятина, – зевнул Илья Ильич. – «ЭмманЮель» лучше.
Он захлопнул книгу и тут, к немалому изумлению Ильи Ильича, из переплёта выскочил засохший стебелёк, травинка с едва заметным голубым лепесточком.
– Голубой цветок, – нагнувшись, воскликнул он. – И что мне с тобой делать? – не успел Илья Ильич озвучить этот риторический вопрос.
– Не трожь цветочек, Илюша, или я тебя зубами зарежу! – закричал Мимино, но опоздал.
– Пид…ы!!! – вскричала темная фигура, полыхнув надобным фонариком, карающей молнией сверкнул топор, наотмашь зарядив холодным железом.
Баба-робот темной грудой залег на полу.
– А ты говоришь, Tertiumnondatur, – подвел итог индеец-грузин и снял фуражку. – Иванович разит как Гойко Митич, аминь. Всегда, сука, хитровыделанный был.
Со словами: «Шли бы вы по домам, господа хорошие, Владу Аароновичу дохтур допоздна велел не засиживаться!» темная фигура исчезла.
– Да, ещё ведь и Гумилёв с Волошиным запросто могут заявиться, – прошептал Мимино.
– Пойду я, а? – попятился парень.
– Напишите книгу! — жарко зашептал ему в ухо Аэр. – А пока давай на посошок, – он снова разлил. – Может быть, ещё придёт Черубина де Габриак.
Внезапно дверь распахнулась и на пороге появилась Анна с бутылкой масла. Она лениво обвела взглядом присутствующих и как только наткнулась на них, резко зашагала к стойке.
– Что это вы такие кислые? О, спасибо! – схватила стакан и залпом осушила. – Помер что ли кто?
– Баба-робот, – объяснил Аэр. – Мишка ему череп проломил.
– Мишка красава! – Анна сняла предохранитель. Надо сказать, без него девушка выглядела гораздо эротичнее. – Уж полночь близится, а Германа все нет, – Анна эротично запихнула в рот шампур. – Давайте что ли трахнемся? Тц, – нахмурилась она, – главное не забеременеть от эльфа.
В дверь постучали.
– Кто там? – поправил фуражку Аэр.
– Курьерская служба «Пиддора», откройте.
– Пид…ы!!! – раздался крик за дверью, вспышка топора и тишина… лишь нежно позвякивают будто бы колокольцы на тройке замерзающего в степи ямщика.
– Опять он, – прошептал псевдо-грузин. – Этот страшный киборг четвертого уровня. Замрите!
На пороге обнаружился мертвый бугай с огромной кустистой рыжей бородой в кожаной куртке. Его желтые глаза вцепились в него и когтями рвали лицо.
– Тэй, бороду завести не желаешь? – спросил черокки.
– Нет, – прохрипел Тэй голосом ветерана.
– Жаль, а то мог бы куртку для нее забрать, – он подобрал валяющийся рядом автомат «узи», отщелкнул магазин, – Ого, пули-задницы, круто! Почти как шагающие стрелы в Канторе. Видать, парень собирался нас грабануть, – пошарился в карманах куртки бороды и достал электрошокер.
– А что бывают шагающие стрелы?
– Всякие бывают. Бывают даже гадящие сверху на людей. Мне раз в Ларге одна на плечо по-крупному нагадила. Еле отстирал куртку.
– Нафиг мне борода? – покосился на куртку парень.
– Станешь ламберсексуалом, опять же, в холода борода помогает…
– Так ее же надо в размер куртки растить? – с сомнением спросил Тэй.
– Зачем? Это же унисекс, она на любой размер подходит.
– Тогда, пожалуй, возьму.
– Тут главное, чтобы борода расти начала нормально, лопатою, а не клочками. Зовут его Игорь. Игорь Воронцов, – индеец добрался до паспорта. – Звали…
– Как ты сказал, Воронцов?
– Да какая разница?
На улице стали появляться девушки в тонких пеньюарах и берестяных кроссовках. С уверенной полуулыбкой и взглядом бывалого боевого рубаки, индеец небрежно махнул девушкам рукой. Те в ответ демонстративно громко захихикали и с визгом убежали к ратуше. Дождавшись, когда девчонки скрылись за углом, Мимино заметно сдулся, и продолжил, как ни в чем не бывало:
– Пошли, стажер, Аньку попробуем раскрутить, а то Иванович про нас может чего худое подумать, а это чревато, сам видишь.
– Аньку?
– Она интересный человек, хорошо разбирается в древней истории про мастера и Маргариту.
– А она даст? – заалел Тэй.
Казалось бы, только что с оргии, ан нет, будто целая жизнь прошла. Танатос этой ночи властно толкал в объятия Эроса.
– Постарайся.
– Да, это не «Смерть на рэйве»…
По улице проспешила девочка с пёсиком на поводке.
Они вернулись к стойке.
– А не помянуть ли нам? – извлек откуда-то из ящика пыльный нефритовый стакан Аэр. – Опять же, свежо на улице.
– Наливай, – согласилась девушка, сосредоточенно рассматривающий половаляющийся голубой цветок.
– Наливал в бокалы я киндзмараули, а гнилые руки резали сулгуни, – мурлыкал Мимино, наполняя мерные стаканы.
– Ничего они не гнилые, – Анна продемонстрировала мозолистые ладони. – Попрошу без намеков.
– Какие у вас сильные руки, – начал неловко клеиться Тэй, – вы, наверное, спортом занимаетесь?
– Это от пулемета, – коротко ответила девушка, смерив будущего ламберсексуала взглядом. – Он хорошо развивает.
– Ты вчера ходила на «Агату Кристи», я пинал по моргу срезанные кисти, – продолжал мурлыкать Аэр. – Ну что, накатим!
Выпили.
– Скажите, Анна, – толкаемый в ребро либидо, решился Тэй, – а парень у вас есть?
– У меня есть пулемет, мне хватает. Когда рубишь очередью цепь белых, это такой оргазм!!!
– А для здоровья? Врачи же рекомендуют, – начал мямлить парень, – «Неделя», «Для дома, для семьи».
– Для здоровья у меня Петька есть, для руководства – Василий Иванович, а для политической зрелости – товарищ Фурманов. Слыхал про такого?
– Слыхал, – приуныл Тэй. – Скажите, а вот масло вам зачем? – сделал он еще одну попытку.
– Пулемет смазывать, зачем же еще? Правда, однажды, пришлось плеснуть на трамвайные рельсы, но та история давно быльем поросла, – девушка ушла в мрачные воспоминания.
Потом достала пачку «Союз-Аполлон», выщелкнула сигарету, вставила в рот, вопросительно посмотрела на мужчин.
– В вашей Чухломе не учили подавать даме огонь? – не дождавшись, спросила она.
– Немного огня в середине пути, немного огня тебя могут спасти, – начал напевать индеец, – от наркоманов и от обезьянов…
– Хлюпики и мозгляки! – выплюнула сигарету и забрав бутылку, ушла.
– Не дала, – вздохнул Тэй.
– Она бутылку перепутала, – успокоил Аэр. – Забрала мой зеленый «Эльфоруб».
– Значит, еще вернется? – Тэй с надеждой посмотрел на дверь и поправил очки.
– Конечно, купит эбонитовый портсигар на улице Фабрициуса и сразу вернется. Она прекрасна и холодна. И безжалостна, и непредвзята. У неё нет чувства юмора, но она способна застать врасплох.
– Может попробовать тех, в пеньюарах?
– Даже и не думай! Это же Пять Василис! Ты бы еще желторожих индейцев попробовал! – достал зелененькое яблоко и начал напевать. – Раскачаем это мир: или волки или мы. Тут для карлов места нет, корявым места нет! – нарисовал огрызком грустный смайлик на стойке. – Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю. Она любит играть – ее игры забавны. Ну, а я собираю игрушки для Анны.
В нос резко ударило запахами благовоний и специй.
– Я не специально, – смутился индеец.
Глаза его метались в разные стороны, как стрелка метронома.
– Я расплавленный завод, чья-то слава и почет, чья-то смерть, – начал напевать он. – Я, я, я, вертолет, вертолет, вертолет, вертолет…
– Слышь, Аэр, а повеселей песен ты не знаешь?
– Пачэму нет, да? – Мимино сдвинул фуражку. – Слющай, да. Маленький слоновий театр, свет керосиновых ламп, передо мной снова болтаются, ноги тех, кого я читал… А там внизу, тает снег, тает снег, там внизу – морг.
Тэй зарыдал от прилива чувств.
+4
20:55
337
22:40
+2
Представленная серия, предлагает нам небольшой, приятный отдых, от безудержной ржаки предыдущих. Как приятно в дружеской, ламповой атмосфере, скоротать ночь неторопливой философско-филармонической беседой, подкрепляемой скромным возлинием, поеданием, воздержанием. Легкие, непринужденные переливы из пустого в порожнее, от высокой литературы до вульгарной педикультуры ласково приглаживают натруженный мозг, а незабываемые пласты советской действительности нежно охлаждают возбужденную душу. И результат результируется ошеломляюще. Зритель, вместе с гейроями, проваливается в тонкую, но проз приз реально видимую пучину небытия определяющего сознание.
Финал по доброму стар и в то же время, по старому добр. На фоне алого, восходящего, хочется петь: — Снег кружится и тает, летает, на ковре-самолете словно самый верный, настоящий друг!
Спасибо! До новых встреч дружище режиссер.
22:47
+1
Ваш коммент получше большинства рассказов на НФ-2018
всегда рад встрече с Вами, дружище Хомский
22:51
+1
Вы меня балуете. Старался идти след-в-след, за кОтэ.
Не желаете-ли примерить свежесотканный титул: ВВС — Влад Восьмигранный Сияющий!
(в родословную-то кто-нить записывает?)
раньше Кактус писала, до ухода из клуба sorry
теперь вот сам, что запомню, что нет sos
22:54
+1
Ваш коммент получше большинства — Да! А меня же наградили цветными штанами 2-ой степени, за турнир.
Я всегда подозревал, что общество, не имеющее цветовой дифференциации штанов — обречено.
а какого цвета штаны?
23:07
Определенно сказать не могу, зеленоватого оттенка с желтоватым поясом. Кароч — Незнайка!
по форме «бананы»? crazy
04:49
+1
посещение нежной Анечки, несомненно, внесло свежую струю… жаль, одна приходила, без пулемёта
12:15
+1
все пулеметы как у Чехова — в финале quiet
Загрузка...
Екатерина Радион №1