Валентина Савенко №1

700 граней (20 серия) – Пластмассовый мир победил

700 граней (20 серия) – Пластмассовый мир победил

Краткое содержание: Переход Когти Мой дедушка – Ариэль Странники Подземное царство Табак Переезд Нарисованные Звезды Обидел Долли Фелисити Маячок Сердце для киборга Девочка и ворон Сделка Таксист Сожитель Хранитель леса Племя осьминога Четыре из семи

Мелкий, по масштабам, но не по комплекции, сутенер Эсмеральд зло сплюнул вязкую слюну и затушил окурок о подошву ботинка. Проблему с лешим надо было решать, но как? Арбалет из рессоры от «волги» и кинжал из напильника против карабина не конали. Нанять бы крышу, но за какие шиши? Не за кальмаров же! Две подопечные: безотцовщина Алена – Ягодка, прозванная так за красные как брусника щеки и любовь к просроченному черничному йогурту, выброшенному с той же базы и Машка Ноздрева, веселая болтушка, бывшая парикмахерша, умеющая работать только языком, серьезных денег принести не могли. С ними только колядовать ходить, а не серьезный бизнес вести. Даже на ствол не заработаешь, не то, что на большее. Была еще глупая студентка – провинциалка Аглая, приехавшая покорять столицу и решившая заработать телом на первый взнос по ипотеке, но куда-то сгинула.

А ведь как хорошо все начиналось! Молодой водитель Олег Фомин, работал в «Совтрансавто», катался по заграницам. Зарплата неплохая, шмотки возил, презервативы и жвачки. Дачу купил, думал дом строить. Но дернул черт взяться за контрабанду дури. С наркотой в запасном колесе его и приняли. После отсидки лысый грузный Олег, прозванный Эсмеральдом за любовь к творчеству Раймонда Паулюса, оказался не нужен на рынке молодых волчат-дальнобойщиков и выкинутый на обочину жизни, пристроился на обочине пасти падших женщин. Только начал бизнес налаживаться как тут этот хранитель, разрази его! Поначалу Эсмеральд пытался качать права, но потом умерил амбиции и стал носить Хранителю «огненную воду» и сушеных осьминогов. Осьминогов и кальмаров фирмы «Четыре из семи» приносили грузчики с оптовой базы, расплачиваясь бартером за услуги «жриц». Сами жрицы и их «папка» уже не могли смотреть на морепродукты, даже Машка, способная в одиночку затрепать торт «Наполеон», а лешак ничего, лопал за милую душу. Жрет как волк. Теперь еще и спички стал жрать! Куда в него только лезет?

Эсмеральд потеребил шкиперскую бородку, которую подстригала Машка. Хоть какая-то польза от толстушки. Была еще надежда через Алену стребовать деньги с ее папашки, американского студента Макдоналда, обрюхатившего сокурсницу и сбежавшего в свою Америку, но очень призрачная. Надо было думать. Эсмеральд оправил клетчатый пиджак и снова закурил.

Юле подарили кота. Это было единственное светлое событие в жизни, не считая перерезанного горла Андрея – отчима, который протестовал против подарка. Недолго протестовал… Юлю давно бесил этот напыщенный офисный фраер и она ждала только повода. Теперь повод мурлыкал рядом, мрачно глядя зелеными глазами на неустанно работающую золоченую мясорубку в форме черепа черепахи и что-то чиркал в блокноте. Юля была девушкой практичной, а пирожки с мясом народ разбирал на ура. Молоденькую учительницу вон как быстро распродала. Даже бабушке не осталось пирожков занести. Впрочем, старая карга жила в деревне за МКАД-ом и без особой надобности девушка туда не совалась. Юля неутомимо крутила ручку и вспоминала.

– Он исполнит твое желание, – с улыбкой сказал гость, протягивая кота имениннице.

Как видим, гость оказался прав. Кот был рыжим, с пенсне в левом глазу, с тёмными полосками на спине – типичный представитель элиты критиков, кормящейся горючими слезами и парной кровью начинающих писателей. Карандаш и блокнот он где-то стянул сам, не вводя хозяйку в лишние расходы, за что она была ему дополнительно благодарна.

– Разве некоторые скоты, которые лишь выглядят как люди, не заслуживают смерти? Тебе пора повзрослеть, милая девочка, – сказал кот. – Бритва в шкафчике в ванной…

Андрей мирно смотрел телевизор, матеря «пиндосов», евреев, «чурок» и «узкоглазых», когда холодное лезвие отчеркнуло поток грязной брани и сделало мир вокруг Юли немного чище. Брызнувшая кровь совершенно не в счет, благо кот подсказал средство, как быстро и бесследно ее отчистить со свитера и галстука.

– В этот раз отнесу бабушке, – решила девушка. – Давненько не видела старую склочню.

– Правильно, – кивнул кот и закрыл блокнот. – Может, подпишет под тебя домик в деревне, когда тебя из дурки выпустят. Чтобы не «закрыли», всем рассказывай, что твой дедушка – Ариэль и умел летать; дядя Коля – брат матери, умел ходить сквозь стену пивбара; а слюнявый отчим трогал тебя грязными руками за всякое. А я пока прогуляюсь, мне сегодня обещали работу дать, – он растаял в воздухе, а Юля непонимающе смотрела на голову отчима с вырванным языком и выцарапанными глазами.

Вместо языка во рту торчал отрезанный пенис, но на фоне вбегающих в квартиру полицейских это было уже не важно.

Рослый лейтенант ГИБДД Кай Драконов стоял напротив небольшого стада мирно пасущихся овец, будто былинный богатырь на распутье. На груди гордо сверкал неуставной крест. Кай задумчиво почесывал яйцо, откровенно любуясь им. Яйцо осталось с Пасхи, когда начальство вдруг решило устроить крестный ход для борьбы с аварийностью на отдельных участках трассы. Походили, накатили, а яичко осталось и так прилюбилось Каю, что он носился с ним как «квасной» с книжкой Дугина. До этого он блуждал в потемках, но свет кадила в руках отца Сидора и запах ладана указали ему путь. Помогли и две пожилые женщины из церковного хора. Вдруг на отполированной заботливыми руками (а когда не видели подчиненные и губами) скорлупе словно маячок блеснул багровый отблеск.

– Оба-на, – сунув любимую вещицу в специальную, выложенную бархатом, бронированную коробочку с прозрачной крышкой, Кай шагнул от «форда» на проезжую часть и натренированным движением воздел жезл с золотым наконечником.

Было в этом движении столько ленивой грации и благородной пластики, что «жезл» лейтенанта, не чуждого нарциссизма, тоже возделся, затрудняя шаг. Обойдя приткнувшуюся «Приору», Кай огладил окладистую бороду и наклонился к окошку.

– Инспектор ГИБДД лейтенант Драконов, предъявите ваши документы.

– Пожалуйста, – Ильмир протянул паспорт, третьего дня украденный в МФО.

– Куда направляетесь? – не глядя в паспорт, продолжал лейтенант.

– В область.

– А с вами кто?

– Друзья.

– А документы у друзей имеются?

– Имеются? – Ильмир посмотрел на попутчиков.

– Имеются, – заверили оба.

– Имеются, – перевел он Каю.

– А в багажнике у нас что?

– Я откуда знаю, что у вас в багажнике? – Ильмиру начало надоедать это шоу. – Командир, ты скажи, сколько и разойдемся.

– Вы что, взятку мне предлагаете? – обиделся Драконов. – Я же не корысти ради, я вот, – он показал коробочку с яйцом. – Я на храм собираю. Пожертвовать не желаете?

– Сколько?

– Ну, учитывая неоткрытый багажник и отсутствующие документы… с вас пятьсот рублей на вспомоществование.

Мужчины переглянулись.

– С каждого, – дополнил лейтенант. – Будете помогать? – он кивнул сержанту-казаху, стоящему с ящиком «Помогите на храм», бывшим в прошлой жизни переносной урной для голосования.

Сержант обрадованно потрусил к «приоре». Второй сержант, в солнцезащитных очках, по виду чистый калмык, задумчиво снимал происходящее ФЭД-ом. На капоте «форда» мирно курились семь церковных свечек. Потеки воска сложились в надпись «JD-8».

– Лейтенант, тут такое дело, – Адам решительно вышел из машины и подхватил инспектора под локоть. – Не желаете взять гаджет?..

– Гаджет? – брови Кая подозрительно сошлись. – Пиндосский?

– Как можно? – Адам улыбнулся искренне, будто волк трем поросятам. – Полностью отечественная разработка.

– Можете по сотке дать, – воровато прошептал сержант, заглянув в салон. На левой скуле его наливался свежий синяк. – Мне…

– А он не узнает? – посмотрел в зеркало Ильмир.

– Ящик опечатан, он не проверит… Давайте, пока Кащей не видит!

– Ладно, бери, – Клим успел просчитать выгоду, – вот тебе две сотни.

– А за того? – сержант поспешно спрятал купюры.

– Сам пускай добазаривается, коли взялся.

– С нашим теперь не договоришься, – вздохнул сержант.

– Отринь прельщение диавольское, – весомо сказал Кай и легонько щелкнул Адама жезлом по предплечью. – Вот истинная ценность! – потряс коробкой, показывая свою прелесть. – А все остальное тщета и суета сует.

– Надежная штука, отечественная, – попытался Адам.

– Благословение Патриарха на ней есть? Ась?

– Ну… просто он не успел, это секретная разработка, а так…

– Вот видишь, ты меня, православного, чуть ли не на «Матильду» идти подбиваешь, – погрустнел лейтенант. – Плати тысячу и кати отсель!

– Было пятьсот! – пустил петуха Адам.

– Считай это епитимьей за прельстительные речи, – подтолкнул Адама к ящику. – Плати, пока сопротивление не оформили! Не убоюсь, идя долиной смертной тени! – расстегнул кобуру.

Сержант сдернул с плеча АКСУ и небрежно повел в сторону парня. Адам, шарахнувшись, сунул в ящик мятую тысячу.

– Митяй, остальные пожертвовали?

– Так точно, товарищ лейтенант.

– Как говорится, с Богом, – махнул палочкой Кай. – И не вздумайте содомией промышлять на трассе! Покараю!

– Не прокатило? – спросил Клим, когда отъехали.

– Фанатик какой-то, – вздохнул Адам.

– Наша сделка оказалась успешнее.

– Хорошо, что ты биткойны ему не стал впаривать, – усмехнулся Ильмир. – Недавно митрополит Иларион против них говорил.

– Кощей, ха-ха-ха, – прорвало Клима.

– У него яйцо в сейфе, – объяснил Адам. – Мне показывал…

– Левое или правое? – не унимался Клим.

– Куриное!!!

– Кругом психи, – вздохнул Ильмир. – В кого ни плюнь. Надо было дорогу до леса спросить! – хлопнул по баранке. – Совсем из головы вылетело.

– Ты там ни разу не был? – удивился Адам.

– Нет, я с ним в Лицокниге зафрендился.

– У меня нет слов, – взмахнул руками Адам, – просто «рукалицо» какое-то. а тот пацан, к которому мы едем, он кто?

– Он водителем был… рейсового автобуса… потом в аварию попал и два десятка человек насмерть. Вот и сдернул в леса, чтобы не закрыли…

–Это лет пять назад было? – вспомнил Клим. – 156 маршрут?

– Он самый…

– Там же водила вроде не виноват был? Его прокурорские подрезали?..

– Кого это в нашей стране волнует?

– Это верно, – вздохнул Клим. – Он карабин у браконьеров отобрал, теперь так и живет, лес охраняет. Грибники и проститутки с трассы его подкармливают, зовут Хранителем леса. Только вот мерзнуть что-то после аварии стал…

– Понятно, – посмотрел на куртку Клим. – Бывает… Тут еще перчатки…

– Что за перчатки?

– Женские, из белой кожи…

– Так ты не продюсер, что ль? – спросил Адам.

– Нет, не продюсер.

– Ладно, не парься. Я тоже не менеджер по продажам… А ты?

– Не, я честный робототехник, – виновато сказал Клим – ну там сердце для киборга, печень для сантехника, такие штуки делали. Разве что маску украл, так ради науки.

– Все так говорят, – ехидно подмигнул Адам. – Небось еще что-то тырил помаленьку?..

– Было, – смутился Клим. – Контакты золоченые воровал, микросхемы советские сдавал. Надо же на что-то проводить исследования! Кто виноват, что в науку не вкладывают? Никто имплантологию не развивает, маянистику и …

– Баянистику, – досказал Ильмир.

– Либералы виноваты, – сказал Адам. – Развалили Союз, а мы теперь мыкаемся с голой жопой.

– Не знаю, – покачал головой Ильмир. – там с Союзом полной ясности нет, так что не факт.

– А что у тебя в багажнике?

– Да так, ерунда всякая. Гидрокостюмы, по случаю достались…

Они замолчали и долго ехали молча. «Приора», подпрыгивая, пересекла бескрайнюю насыпь гравия да рельсы, уходящие в никуда, и остановилась. Болталась только подвешенная к зеркалу фигурка Лосяша из «Смешариков». Слева несло аммиаком, справа резедой. В полукилометре слева темнел бетоном бетонный завод, около забора мирно паслись овцы.

– Новые районы, дома как коробки

Хочешь жить, набивая кулаки?

Кто-то жрет таблетки, а кто-то колется

Я лично бухаю, но могу ускориться, – надрывался в радиоэфире Шнур.

– Достало уже, – Адам выключил приемник.

Теперь уши сдавливала вязкая резиновая тишина.

– Долго еще? – спросил Клим. Ватрушки он срубал, и теперь не прочь был пожевать более основательно.

– Скоро, – неуверенно ответил Ильмир, тыкаясь в экран смартфона и пытаясь зайти на Фэйсбук, чтобы уточнить дорогу.

– Слышь, а у лесника твоего там есть чо пожевать? – спросил Адам, выбросив в окно пустую коробку. – Лосятина там какая или косуля?

– Все будет, – отмахнулся Ильмир. – Пельмени какие-нибудь точно будут.

– Интересно, он работает еще? – посмотрел на завод Клим.

– Да ты чо? – удивился Адам. – Сейчас же ипотечный бум, должен работать круглыми сутками.

– Если б работал – мы бы слышали: миксеры бы ездили, работяги матерились, – начал сомневаться Клим. – Нет там никого.

– Тогда это странно, – Адам начал тыкаться в свой браслет. – Батарейки опять сели! Ильмир, можно я от аккумулятора запитаюсь?

– Зачем?

– У меня тут навигатор есть, посмотрю, где мы.

– На китайском?

– Ну да, – вздохнул Адам. – Наш же «Союз 2.1б» рухнул, вот все теперь на китайских спутниках.

– Вот тебе и импортозамещение! – Ильмир опустил стекло и плюнул на нагретый гравий.

– Зато у нас роботы хорошие, – заспорил Клим. – А еще пивной коктейль то же…

С заброшенной бетонной платформы кивали, сидящие на чемоданах, чудаковатого вида парень с железной трубой в руке и девушка–блондинка, но их никто не заметил. Обидевшись, они стали глазеть в небо на силуэт то ли летучей мыши, то ли Бэтмена. Это были одетые в стринги и фуражки первокурсники Ульяновского института гражданской авиации (УИГА), которых более традиционные сокурсники под песню итальянского диджея Бенни Бенасси «Satisfaction» выбрасывали из самолета, не поняв, что это была лишь невинная подготовка к мундиалю.

Яркое полуденное солнце оказалось коварным, срубив незадачливых вкладчиков тепловым ударом. Так и умерли от жажды на чемоданах, полных непривилегированных акций «Газпрома». Высохшие останки подчистили крысы, а чемоданы нашел истово верующий бывший владелец крупного банка, бегущий в Лондон.

– Пацаны, вы на табак не богаты? – Адам перестал возиться с патриотическим гаджетом. – Курить охота, мочи нет. Даже от «голуа́за» бы не отказался.

– Я не курю, – отрезал Клим, что-то чертящий в блокноте. – Курение убивает, причем в духе Карла IX.

– Это как? – удивился Адам.

– Убивайте всех. Господь распознает своих, – процитировал Клим.

– А я табак не курю, – покачал головой Ильмир. – У меня от него изжога, – он включил приемник.

В динамиках запищало. Ильмир хотел поймать другую станцию, но его остановил Клим:

– Стой! Это азбука Морзе, я ее знаю, – он быстро записывал в блокноте.

Передача прекратилась.

– Что там? – спросил Адам.

– Передайте Фаю, что девочки: Люда и Оля, не приехали на рождество. И ему уже некуда деться, – прочитал Клим. – Подпись: Хомский.

– Хрень какая-то, – подумав, сказал Адам.

Ильмир промолчал, но заметно нахмурился.

+4
19:45
297
21:33
+1
Хомский… Хомский… Это из рассказа?
21:38
+1
Это гордость сайта, скромно увековеченная мною blush
кстати, принимаю заказы… quiet
22:29
+1
Это постскриптум к тексту часом??? wonder
Советские микросхемы, всё такое толкаете…
06:13
+1
quiet я советские микросхемы отложил по коробочкам
22:35
+3
Нам тут фразу подарили, вчера, но свежая: "Это не юмор! ЯRыдаю!".
И смеюсь, и плачу. Это сатира, перемежающаяся грустным, искристым юмором, и опять колкости пародий, и яростная доброта сатиры. Мы видим здесь пародию на новые, устанавливающиеся общественные и личные отношения, грустный юмор на общественный уклад жизни ушедший в прошлое, вместе с веком двадцатым, хлесткую сатиру на эпоху строящегося капитализма. Для чего автор делает это, наверное и сам толком не знает. А может время пришло или наболело, или чтобы помнили и знали. Одно известно доподлинно, делается это под воздействием сонм нахлынувших, «разноязыких», разновозрастных, юных, начинающих, уверенных, нервных, спокойных, черных, рыжих и льняных работ, и энергетики их авторов. Мощнейшая доза информации задела отзывчивую ауру автора, погрязла в его мозге и выплеснулась (отразилась) грандиозной компиляцией сериала.
Коим мы все, регулярно наслаждаемся. Пародийно-сатиро-юмористический трафарет или лекало, приложимо ко всем главам, или сериям этого маститого автора. Вот что мы видим в двадцатой серии.
Вначале, идет фоном описание гипертрофированных неудач молодого, начинающего капитализма. Затем воспоминания о лучшем, лучшее это всегда юность. Юная, свободолюбивая Эсмеральда, эта «Пламя Парижа», сестра революции, разуверившись в идеалах борьбы за борьбу на родине, провела операцию по смене пола и уехала в Россию, поднимать демократию и капитал. В России, зарегистрировалась как Олег, но это не спасло от наших дорог и других странных людей. В итоге, от былого апломба остались только клетчатый пиджак, да любовь к кальмарам.
Далее по тексту, нас знакомят с демократичным зомби-апокалипсисом. Россию, в лице Юли, зомбирует Иностранный Агент, в лице Импортного, демократичного Кота. В результате возможна гражданская война и ввод внешних полицейских сил. Амба.
Далее идет сплав народов России, дружным и компактным ареалом. Этот конгломерат, не способен разрушить даже сбежавший от, державшей его в холодильнике, Снежной Королевы, заметно повзрослевший, Кай. Как он не охмурял наших доблестных граждан, как не сулил бусики, хрустальные яйца, откровения новых сект — ребята оказались калачи. Вырвались из цепких объятий тлетворного влияния Запада. В ответ правда, получили санкции, и отказа от отечественных товаров. Но мы же Азиопа. Солнце садится на Западе, а встает на Востоке. Все заканчивается на мажорно-минорной ноте.
– Хрень какая-то, – подумав, сказал Адам.
— Сам ты Хрень, — сказал, не подумав Хомский.
Ильмир промолчал, но заметно нахмурился.
Заметьте, про Запад — ни слова. Он просто заткнулся в ступоре.
(Вольное, обозревательное толкование снов: ВВВ/ Хомски.РУ)
06:15
+1
bravo отличный отзыв!
wonder я просто охренел — во как намешал blush
00:24
+1
Чудесный комментарий! Добавить нечего. laugh
Ваш отзыв можно будет процитировать в книге?
06:14
+1
мне тоже зашло
20:42
+1
Дружище! Мой отзыв — на вашу работу. С момента его обнародования он стал неотъемлемой частью серии и полностью в вашем распоряжении. Хотите закопайте на поле Чудес, хотите напечатайте в журнале «Мурзилка» или может сделать марку и послать… письмо — Всем, Всем, Всем!
20:44
+1
На самом деле — рад что прочитали. blush
blush спасибо! вы настоящий друг! rose
кстати, а не хотите ли предисловие на эту книгу написать? blush
Р.S. А «Мурзилка» еще существует?
20:45
+1
Р.S. А «Мурзилка» еще существует?
Не знаю, думал может вы его выкупили? Там ведь тоже Киса?
20:48
+1
Про предисловие — шутку оценил. Писать — не мое. laugh
такой отзыв сделает честь любому роману! macho (а уж Владу и тем более)
нет, я пока не насобирал на его выкуп
может создать АО?
а я не шутил
00:24
+1
Серия хороша. Спасибо Влад!
blush ничего особенного
23:39
+1
Истинно, филосовско-задумчивая серия. Ну что еще сказать после всего сказанного? К десятибалльной системе так и не привык, поэтому — 5+(пять с плюсом). Пока держитесь молодцом, ниже «очень удовлетворительно» не опускались. В подавляющем большинстве хорошо и отлично. Но как, Карл? Тьфу — Влад?! Тут пока прочтешь, переваришь и родишь коммент, пару дней пройдет.
"До этого он блуждал в потемках, но свет кадила в руках отца Сидора и запах ладана указали ему путь." — Фраза дня!
И еще, вопрос:
"С заброшенной бетонной платформы кивали, сидящие на чемоданах, чудаковатого вида парень с железной трубой в руке и девушка–блондинка, но их никто не заметил." — Это, случаем, не Элли с железным дровосеком. Не нашли желтую кирпичную дорогу и засохли, от отсутствия параграфа, в инструкции по выживанию?
«С заброшенной бетонной платформы кивали, сидящие на чемоданах, чудаковатого вида парень с железной трубой в руке и девушка–блондинка, но их никто не заметил.» quiet это персонажи «Перехода»
Загрузка...
Book24