Валентина Савенко №1

700 граней (21 серия) – Натюрморт с макаронами

700 граней (21 серия) – Натюрморт с макаронами

Краткое содержание: Морской натюрморт Уйти Я, Роулинг И лишь безумец был способен так...Движение-жизнь Артём Главные слова Зоопарк Песня севера Йорки Столкновение Темный колодец Л.У.Ж.А Плюс-Минус Прошлое Колыбель Бытия Двадцать сонетов к Юпитеру Что-то волшебное

– У моего деда, мир его праху и да не потревожат его никакие охранители семейных ценностей, была небольшая вилла у самого океана, – рассказывал пингвин. – Построенная ленивыми прорабами из гранита.

– Вы грек, – в кладовку вошел высокий худощавый человек в темном плаще, кепке с двумя козырьками и с раскуренной трубкой в зубах.

– С чего вы взяли? – удивился пингвин.

– Элементарно, – мужчина пыхнул трубкой, – у вас загнутый нос и способности к бизнесу, а у деда была вилла. Вывод элементарен – вы внук Аристотеля Онассиса[1], больше всего любивший его зубы, но не прочь урвать и кусочек из его капиталов. Не стоит аплодисментов! – мужчина скромно раскланялся.

– Дед мой умер в январе, когда мне было десять лет и никаких зубов у него на момент смерти, как и капиталов, не было. Вывод элементарен, – пингвин чихнул, – в вашей трубке вовсе не табак.

– А вы проницательны, сэр, – мужчина шутливо погрозил пальцем и вынул из-под мышки трость. – Позвольте представиться, – он приподнял кепку, – частный сыщик – любитель и джентльмен в одном флаконе, точнее плаще, каждая складка которого олицетворяет величие Британии – владычицы морей.

– А еще кепке, – подсказал Тей. – В одной кепке.

– О, сэр, это шляпа охотника за оленями, а не пошлая кепка.

– Так вы на оленей охотитесь?

– Обычно нет, обычно я охочусь на преступников, но нет такого зверя или человека, который бы укрылся от меня!

– Это что же, и в Подмосковье трепетную лань найдете? – насмешливо спросил пингвин.

– Пожалуй, что и найду! Изволите пари?

– Какое?

– Сто фунтов, что я достану лань в Подмосковье.

– Фунтов? – Тей почесал затылок. – Был тут один с фунтами… Скажите, а вы знаете адрес London, 221bBakerStreet?

– Конечно, – с достоинством кивнул джентльмен. – Я имею честь там проживать.

– Так-так-так, да что вы говорите? – усмехнулся пингвин, став похожим на Ивана Васильевича Бунша. – Может вы и миссис, – он открыл бывший журнал постояльцев, – Хадсон знаете?

– Конечно, – снова кивнул сыщик, – я имею удовольствие снимать у нее комнату и столоваться.

– Скоро у вас будет пудинг с мандаринами, – улыбнулся Тей.

– Но как вы узнали? – изумился сыщик.

– Элементарно. Ваш друг заказал для нее мандарины.

– Кстати, да, – сыщик хлопнул себя по лбу, – мандарины – Китай, – он понизил голос, – опиум…

– Опиум? – не понял пингвин.

– У вас есть опиум, сэр пингвин?

– Статья два два восемь УК РФ, – мрачно отчеканил Тей.

– Я как сыщик понимаю ваше затруднение, – прошептал британец. – Торговля этим чудесным средством в варварской стране запрещена, но если мы заключим пари и вы поставите вещество, а я, допустим, двадцать пять фунтов…

– Стерлингов? – уточнил пингвин.

– Конечно.

– Пятьдесят!

– Хорошо, – джентльмен качнул тростью, – пятьдесят.

– О чем пари? – уточнил Тей.

– Поимка лани в Подмосковье.

– Вы проиграете, сэр. Лани под Москвой не водятся.

– Готовьте мой выигрыш, – сыщик достал из кармана и бросил на столик мятую «желтую» газетенку. На развороте в глаза бросился заголовок «Побег из Сирианского зооцирка». – Вынужден откланяться, – он приложил трость к козырьку и вышел.

– И где мы возьмем опиум? – поник Тей, просматривая заметку: «Вилорик Сирианни обеспокоен пропажей лани…»

– Там же где и мандарины, мой юный друг, – щелкнул клювом пингвин. – Это элементарно! Мы торгуем надеждой, проникающей в темные колодцы людских душ, а не мандаринами или опиатами. А за надежду не сажают.

– Пока…

– Не волнуйся, мы успеем, – пингвин оскалился, став похожим на Пингвина из Готема[2]. – Тонкие единички надежды, на фоне нулей не просто пустоты, взмутят слова на дне люльки ребенка…

Антон шел по лесу. Где-то тут недавно возникла лужа и к ней любила ходить сбежавшая из зооцирка лань. Надо бы припутить кусок мяса, Ильмир обещал приехать в гости – будет чем «накрыть поляну» на поляне. А бухло можно заказать у Эсмеральда. Вспышка справа. Хранитель рухнул в траву и застыл. Прямо напротив сидели два напыщенных богомола и таращили свои фасетки. Самец и самка… В лесу было тихо и спокойно, лениво чирикали птицы, лениво материла Чубайса нахальная белка, с заимки деда Потапа доносился далекий звон топора. Потап с монотонностью механизма стахановскими темпами клепал веники и метлы.

– И тут секс! – Антон невольно повторил знаменитую фразу Левенгука. – Чего уставились?

Богомолы не ответили и отвернулись. Они были заняты. Самец одной рукой гладил самку по конечностям, самка, пуская фиолетовую слюну, жрякала морду суженого. Чувствовалось, что трансплантация конечности самцу уже без надобности.

– Свадьбы тут устроили, – Антон встал и плюнул в совокупляющихся насекомых. – Совсем стыд потеряли, зеленые! Лягушки на вас нет! – хотел раздавить каблуком, но не стал. – Что русскому хорошо, то немцу убыток. Плодитесь и пожирайтесь, – пошел дальше. – Хорошо бы в лесу понастроить платных приватоматов, – рассуждал он вслух. – И природе польза и бюджету доход. И в городе можно… Но кому сообщить? – вспомнил, как его руку однажды пожал сам Зюганов. – Зюганов не сможет, надо Лужкову будет письмо написать, передам с грибниками. Это ведь можно по всей стране распространить, – рассуждать вслух для лесного одиночки нормально. – Это же какие капиталы в кассы потекут. Деньги в кассы, глупость в массы. Зато сколько людей будут иметь возможность иметь! Это же какая разрядка социальной напряженности!

Белка, забыв о ненавистном Чубайсе, рыжей молнией скользила за ним. Ей тоже хотелось любви и ласки.

– Как передать эти самые главные слова? Звонить или электронка? Там небось по пятьсот восемнадцать звонков и мэйлов в день приходит, а бумажных писем не пишут, – он присел у пенька и начал мусолить карандашом на листке в клеточку, из общей тетради с лекциями по бухучету, оставшейся от убиенной парламентарием Аглаи.

– В глуши лесной, под сосной, с бандой волосатых мужиков, жил я, – негромко напевал грибник, когда перед ним возник Хранитель. – За разбой, грабеж и разбой, ой!..

– Звать тебя как, «разбойник»?

– Иван я, Перепендев, – косясь на карабин, мрачно отозвался грибник.

– Иван, Ваня, – Антон шагнул вперед и обнял опешившего Перепендева. – Ваня, ты выбран, чтобы спасти мир и Россию! Аллилуйя!

– Чего? – выпучив глаза, попятился грибник, но лесовик держал крепко.

– Письмо передай мэру, Лужкову. И все. Наступит решительное счастье и тебя даже наградят. Тысяч шестьсот семьдесят подкинут, – начал давить на алчность Антон.

– Лужков не мэр давно, – Иван высвободился из «братских» объятий и сделал мелкий шажок назад. – В Лондоне он…

– Как в Лондоне? – оторопел Антон. – Мэр Лондона? Лужков?

– Не мэр он, – Иван отходил, уже не скрываясь, выставив перед собой ножик. – Просто живет…

– В Лондоне? Который в Англии?

– Ну не в Чертаново же…

Где-то в небесной синеве рассмеялся зяблик.

– А пчелы как же?

– Про пчел не знаю, только пора мне, – Перепендев бросил лукошко, развернулся и нырнув за дерево, пустился наутек. Антон недоумевающе смотрел на лукошко. Белка кинулась вслед за беглецом, поливая нехорошими словами на беличьем наречии и разя шишками, но остановить испуганного Ивана не смогла. Порой птицы наглели, ловили шишки на лету и уносили куда-то к Москве, где их скупал грузин, мечтающий отомстить японцам за Халкин-Гол.

– Подумать только, Лужок в Лондоне, – удрученно вздохнул Антон, крутя в руках письмо. – Кому теперь писать? Разве что Путину… А если и он где-то там? – Хранитель поспешно зажал себе рот, но было поздно.

Иван бежал много часов, останавливаясь только три раза по пять минут – на естественные надобности. Соски кровоточили, ноги превратились в сплошные кровавые мозоли, но он все бежал и бежал.

– Если я остановлюсь, Лужков вернется!!! – кричал Перепендев шарахающимся встречным. – Вместе с пчелами!!!

Поймали Ивана только возле стен древнего Кремля. Выслушав сбивчивый рассказ, вызвали скорую психиатрическую помощь.

– Все понятно, – сказал худенький с залысинами доктор, моргнув спокойными и добрыми глазами, – этого к нам, – он встал и оправил бирюзовый костюм под халатом. – Будем лечить…

Он не успел договорить, Иван резко схватил его за лацкан пиджака и рванул к себе.

– Пчелы против меда! – проревел он и потерял сознание.

«Скорая» рванула во весь опор и то верно, какой русский не любит быстрой езды. Доктор Моисей Исаакович Кацман не был исключением.

В приемном покое было нетипично тихо.

– Белочка? – коротко спросил дежурный врач Михаил Евгеньевич Требушинский, мельком взглянув на пациента и махнув рукой, чтобы уносили.

– Мания преследования, – покачал головой Кацман.

– Как пошло, – скривился Требушинский и потер небритый подбородок. – Что в этот раз: ФСБ, ЦРУ, ВАДО или инопланетяне?

– Лужков…

– Лужков?.. – бровь изогнулась.

– Лужков с пчелами возвращается править в столицу, а пациент должен бежать чтобы остановить его.

– Х-м… – глаза цвета спитого зеленого чая блеснули интересом, – это что-то новенькое. Выпьешь?

– Ну… нет. Спасибо.

– Это все?

– Если он не будет бежать, то начнутся взрывы домов, попавших под реновацию.

– ЧуднО. Дальше.

– Подмосковные леса кишат вооруженными наемниками.

– Прямо Шервуд какой-то.

– А у вас тут что новенького?

– Девчонку привезли – отчима замочила.

– А вы тут при чем?

– Уверяет, что на убийство подбил говорящий кот – критик.

– Под «шизу» косит? Выдумала, тоже, кот – критик. И кого он критикует?

– Писателей разных… в блокноте все время что-то пишет… шипит себе под нос…

– Косит.

– А еще ее дед летал, а дядя ходит в бар за пивом через стену.

– Знаешь, – оправил бирюзовый лацкан, – а может и не косит. Молодежь нынче такая. Им хочется все больше треша и угару, а после не могут встать без будильника на первую пару.

– Отчим трогал за всякое, вот девчонка и тронулась, – развел руками.

– Ладно, мне пора, бывай.

– Бывай.

Дождавшись ухода коллеги, Требушинский достал мобильник и быстро набрал номер.

– Алло, это я. У меня есть информация, которая может быть вам интересна…

Закончив разговор, спрятал телефон, налил двести грамм водки, одним махом выпил и задумался, глядя на стену, облупившая штукатурка на которой напоминала тест Роршаха[3]. Когда на стену сквозь затертые занавески падали лучи Солнца, пятна расцветали волшебными цветками, создавая в этой юдоли скорби радужное настроение. В задумчивости провел рукой по столу и неожиданно наткнулся на шоколадный батончик.

– Завтра утром в одной из больниц дрогнет рука молодого хирурга – пол поменять не так уж и сложно, – напевал Антон, мирно мочась на куст дикого шиповника.

– Следи за собой, будь осторожен, – подхватил незнакомый мужской голос за спиной, – сле-е-е-е-ди за собой.

Лес потерял свои краски. Антон вздрогнул и покосился на лежащий на пне карабин. Не успеть. Медленно подняв руки над головой, он обреченно повернулся.

– Руки можно и опустить, – усмехнулся худощавый мужчина вплаще и кепке с двумя козырьками, – да и пенис спрячьте, а то неловко как-то получается, – он постучал себя чубуком трубки по подбородку.

Хранитель поспешно застегнул ширинку и снова покосился на карабин.

– Можете взять, если вас это волнует, – кивнул мужчина. – Но лучше не надо, так будете меньше нервничать. Я так понимаю, что вы скрываетесь в лесу?

– Но как вы узнали?

– Вы явно не камлающая нойда, значит, что вам делать в лесу? Охотиться летом способен лишь браконьер, грибов при вас нет, значит, вы скрываетесь.

– Поразительно!

– Это элементарно, но мало интересно. Меня интересует лань.

– Лань?

– Совершенно верно, лань по кличке Йорки. Думаю, она вас тоже интересует как объект охоты.

– А вас? – сглотнул слюну Антон. Спички плохая замена протеину.

– Мне она интересна лишь как доказательство выигранного пари.

– А при чем тут я?

– Вы мне поможете. Мясо вам, голова мне. Идет?

– Идет.

– Кстати, это вам, – поставил на пень кожаный саквояж.

– Что там?

– Походный несессер, пара белья, настоящий английский чай, чефироварка и немного консервов. Думаю, вам все это необходимо.

– Спасибо! – растроганный Хранитель прижал руку к груди, не зная как выразить свои чувства.

– Полноте, не стоит благодарности, милостивый сэр лесник. Теперь давайте уточним маршрут, – сыщик достал блокнот с обложкой из телячьей кожи, карандаш и начал быстрыми штрихами набрасывать схему местности.

Антон, как завороженный Медузой Горгоной, следил за ним.

– Кстати, – сыщик достал из жилетного кармана часы на цепочке, – близится «five-o’clock». Не могли бы вы, любезный сэр, организовать костерок?

– Зачем? – совсем сбился Антон.

– «Five-o’clock», пять часов пополудни – время пить чай. Прошу вас, друг мой.

Хранитель быстро соорудил костерок и вскоре они уже пили из, нашедшихся в саквояже, серебряных кружек, заваренный в жестянке из-под кабачковой икры, чай.

– Как же вы жили без чая? – англичанин с достоинством пил напиток, испытующе глядя на собеседника.

– Отвары всякие пил… пакетики находил на обочине выброшенные… сушил и заваривал…

– Процесс пошел, – Криспиан бросил телефон на стол и потянулся. – Иван в дурдоме, значит, Аннушка уже пролила масло и до визита Мастера осталось немного.

– А он Бездомный? – плотоядно улыбнулась Фабби и тоже потянулась.

– Перепендев, но особой разницы нет. Признают недееспособным и живо станет бездомным.

– А ты хотела сыграть Маргариту? – спросил Мартин.

– Маргарита плохо кончила, – покачала головой девушка, – и ковен не помог и мемоза не спасла. Я бы могла Геллой побыть, – она провела ладонями по бокам, оглаживая полупрозрачное платье. – Фай, как думаешь, если скинуть эти тряпки, выйдет из меня ведьмочка?

– Да, – Фай сглотнул слюну и закашлялся, подавившись.

Чернокнижник постучал его по спине.

– Давайте без самодеятельности, – сказал Криспиан. – Без ведьмочек и без стриптиза.

– А если?.. – начала Фабиолла.

– Нет.

– А если?..

– Тоже нет.

– А?..

– А вот это попробуем, – Крисп улыбнулся и стал похож на пиранью. – Вот это обязательно.

– Сам Бог велел, – согласно кивнул Мартин.

– Будем привыкать работать по новому, – девушка вскинула руку в пионерском салюте, натянув тонкую ткань на груди.

– Словно камни, словно корни, словно черви, будем привыкать, – пропел Мартин, – будем привыкать.

– Хватит самодеятельности и творчества усопших поэтов, – похлопал ладошами Криспиан. – Все работать!

– Таки згаствуйте, – послышалось с подоконника. – А вот и я.



[1] Аристо́тель Сокра́т Она́ссис – греческий судовладелец, миллиардер. https://ru.wikipedia.org/wiki/Онассис,_Аристотель

[2] Пингвин (англ. Penguin), настоящее имя Освальд Честерфилд Кобблпот (англ. Oswald Chesterfield Cobblepot) – вымышленный персонаж, суперзлодей из комиксов DC, противник Бэтмена. Создан писателями комиксов Бобом Кейном и Биллом Фингером, дебютировал в Detective Comics #58. Пухлый человек маленького роста, известный своей любовью к птицам, являющийся известным гангстером и вором в преступном мире. https://ru.wikipedia.org/wiki/Пингвин_(DC_Comics)

[3] Тест Роршаха – психодиагностический тест для исследования личности, опубликован в 1921 году швейцарским психиатром и психологом Германом Роршахом (нем. Hermann Rorschach). Известен также под названием «Пятна Роршаха».

Это один из тестов, применяемых для исследования психики и её нарушений. Испытуемому предлагается дать интерпретацию десяти симметричных относительно вертикальной оси чернильных клякс. Каждая такая фигура служит стимулом для свободных ассоциаций – испытуемый должен назвать любое возникающее у него слово, образ или идею. Тест основан на предположении, согласно которому то, что индивид «видит» в кляксе, определяется особенностями его собственной личности. https://ru.wikipedia.org/wiki/Тест_Роршаха

+4
21:55
546
23:47
+4
Мне понравилось. Если честно, я давно не претендую быть критиканом и судить что и где лучше. Такая работа — потому что это труд — тяжела и не благодарна, как правило.

Читая сериал 700 граней я начал признавать мастерство Влада, как писателя. Пусть он и собирает ляпы из конкурсных работ, но сделать из всего этого читаемый рассказ, да не один — а продолжающиеся приключения самых странных персонажей… это стоит похвалы и признания.

Эта — серия двадцатая. Двадцатая!

Кто-то из авторов оригинальных историй, возможно, будет завидовать или уже завидует? Да пусть. Так им и надо.

Обычно ляп — это что-то не имеющее какой-то значимой ценности. Самое большее — может развеселить. Но тут, в этих сериях все несуразности так литературно обработаны, что рассказ становится ценным. Искать смысл можно во многом, но также — и не найти. Многое зависит от читателя. От того, что он ожидает и что способен воспринять. Ведь бывают люди, которые просто не могут адекватно воспринимать некоторые моменты.

Я благодарен Владу за его работу. Титаническую! По комментированию работ на НФ-18. Даже при том, что там нет моего рассказа. Я точно знаю, что у меня не хватит терпения каждый день читать по несколько рассказов и выискивать в них спорные моменты. Я слишком подвержен влиянию спонтанности. Для меня важна такая штука как «вдохновение», «настрой» и мой подход слишком нестабилен.

Несколько пунктов о 700 граней:
— написаны очень хорошо, грамотно, что дает легкость чтения
— в них вложен юмор, который поднимает настроение и позволяет сказать, что день прошел не зря
— в них есть смысл, это не случайный набор текста, имен и действий.
— что мне нравится больше всего — это наглядный пример того, как нужно писать. Разве нет? Читается? Читается. Интересно? Да.
— нет лишних деталей

Конечно, не для каждого. Тем не менее, я много хорошего увидел в этом сериале. Я восхищаюсь диалогами (возможно, оттого, что это у меня слабое место). Они написаны так, что у меня не возникает никакого желания что-то менять, переставить местами. Что порой возникает, когда читаешь рассказ начписа. В тебе как бы кричит — «что это такое? как можно?!» — и ты чувствуешь не приятие, дискомфорт.

Вообще, можно читать по-разному. Как писатель, как критик и просто, как читатель. Если тексту удалось тебя захватить хоть чем-то, то его читаешь в первую очередь как читатель. И в процессе, если сам пишешь — сравниваешь свой уровень. Если много знаешь и смелый (а может, просто почесать ЧСВ)- то можешь попытаться побыть критиком и разобрать текст.

Для писателя уметь разбирать текст — это полезный опыт и навык. В этом плане Влад — Мощь. Уже закругляюсь, а то занесло меня…
Подписываюсь под каждым словом. Заходя на сайт — первым делом смотрю программу блогов — что показывают. Ищу 700 граней. Это уже зависимость.
08:17
+1
blush такие слова от такого слонозубра как Вы — лучшая похвала для скромного кота-придираста
08:16
+1
blush я сейчас просто пущу слезу
спасибо, спасибо, спасибо drink
Нельзя ли Ваш отзыв будет использовать в книге? blush
22:32
+2
Нельзя ли Ваш отзыв будет использовать в книге?
конечно, можно thumbsup
11:01
+1
Все, вы уже там!
11:51
+2
Есть Бегемот, Гелла… Ожидают Мастера… Шерлок же потом объяснит взаимосвязи между локациями или внесёт свою лепту? smile
Ждём следующую серию!
12:10
+2
Ожидают Мастера…

а может там появится некая LeoNick? crazy
13:57
+2
Вроде пока свободна вакансия Маргариты Никовны Лео?
Кстати, на вашем натюрморте, кто-то съел макароны. А быстрая смена самих натюрмортов, породила синематограф в жанре психологический экшон с элементами эксцентрической зоологии.
Впрочем, тут уже доблестный Эмиру Сан все расписал. Осталось внести свою, малую толику.
"Мэр Лондона? Лужков?" — привычка быть мэром.
"Навсегда.
Навсегда.
Все наше — навсегда.
"
14:02
+1
вот про
«Мэр Лондона? Лужков?» — привычка быть мэром. «Навсегда. Навсегда. Все наше — навсегда.»

честно говоря, не понял blush
вакансии быстро заполняются, к Вам в следующей серии прибавится еще один исполин с БС quiet
14:10
+2
Аллюзия на аллюзию, неплохо было бы, чтобы все наши в Лондоне, занялись любимым делом, так сказать, по привычке. а что. ничего ведь больше не умеют.
Короче, всё наше и все наши — навсегда.
14:12
+2
Чем больше исполинов — тем монументальнее работа. А исполинки будут? crazy
прозрачные?
14:24
+2
crazy всякие! И побольше, побольше! А то скоро Михалыч заинтересуется засильем мужских персонажей.
14:27
+2
Тогда ему придётся самоуничтожиться. Предотвратим сии кощунства!
14:28
+2
О! Ответ не мальчика, но…
16:23
+1
х-м… «чой-то я очкую» ©
16:23
+1
рано, у него функция важная
16:23
+1
но девочки?
14:10
+2
Некая? «Опять эта мучительная неопределённость!» ©
14:13
+2
Нда. Вы правы. Пора уже, как-то определяться уже.
14:18
+2
всему свое время. у нас еще больше половины рассказов впереди
14:21
+1
Вот, тема Хомского же до конца не раскрыта! dance
14:26
+2
Так он же — бездонный. Не надо открывать шкатулочку. laugh
16:22
+1
все впереди
16:22
+1
ящик Пандоры
14:17
+2
bravo можем и определить
14:34
+2
К привычному благовесту добавится зловещий скрежет нижнего белья, направленный на деморализацию противника?
16:22
+1
жестяные «трусы предназначения»?
18:03
+2
Запустила творческий процесс?
18:09
+1
запустили, как болезнь crazy
20:07
+2
Как бы ни был болезненным процесс, пружину механизма надо закрутить. Чтобы стрелка жестяных трусов, неуклонно полезла вверх продолжила свой бег. (а может все-таки гирьки?)
20:13
+2
позванивающие гирьки?
на прошлой неделе часы пошли сами собой
20:15
+2
Влад — это знак!
20:13
+2
кстати, а где мой +? blush
20:15
+2
А сами виноваты — зачитался м запамятовал.
20:19
+1
так они не у меня pardon
20:20
+2
спасибо. плюсы сейчас нужны, чтобы компенсировать укусы от обиженных критикой quiet
20:33
+1
так всегда, сам о себе не напомнишь и никто не вспомнит pardon
Загрузка...
Book24