Нидейла Нэльте №1

Фильм "Ты и я"

Фильм "Ты и я"

В память о Ларисе Шепитько

41 год назад как раз в июле погибла в ДТП режиссёр Лариса Шепитько. Разбилась вместе с частью съёмочной группы, оказавшейся с ней в одной машине. Водитель заснул за рулём – а дальше было столкновение с грузовиком, который перевозил камни. Все эти тонны груза погребли киношников под собой, не оставив никому не малейшего шанса на спасение.

Шепитько было тогда 41, и она снимала фильм «Прощание с Матёрой». "Прощание" получилось вот такое. На разрыв аорты.

Лайза Минелли называла Шепитько самой красивой женщиной Европы. Дамы познакомились (и подружились) на каком-то статусном кинофестивале, где нашему режиссёру вручали очередную награду. Да, у Шепитько не было проходных работ и было предчувствие смерти. По крайней мере, так пишут в воспоминаниях те, кто её знал.

Но речь не о том, речь про фильм «Ты и я». Наткнулась на него недавно, совершенно случайно и ничего особенного от архивного шедевра не ждала. Думала – «старьё, утиль, тоска». Нет, нет и нет! Это то до чего современному кинематографу ещё расти и расти. Это наша Эпоха Возрождения.

Хотя у меня, несмотря на восторги и писки, отношение к картине сложное. Она раздражает. Взгляд камеры непривычный, полудокументальный. Будто местами в художку втиснули хронику. А ещё материал подаётся через призму классической литературы – через Толстого, Достоевского и Чехова. Фильм как бы продолжает размышления этой троицы про человека, время и поиски смыслов. 

Литературная подноготная «Ты и я» – на совести Геннадия Шпаликова. Поэта, сценариста и неприкаянного человека. Человека того самого – толстовского и чеховского толка. Шпаликов, как и Шепитько, рано ушёл из жизни. Но по доброй воле. Из-за того, что не смог ответить на важные вопросы, не простил себе ошибок. Как и герой фильма

Киноведы считают сюжет «Ты и я» библейским и сравнивают героя фильма с апостолом Петром. (Это тот ученик Христа, который трижды за одну ночь отрёкся от Учителя). Гг тоже отступник. Он предал бога в себе. Был талант – не реализовал его. Были друг и любимая – бросил их. Сценарий Шпаликова – это судилище, обвинение, пощёчина самому себе. В фильме есть такая сцена. Герой едет в лифте, где на стенах зеркала. И куда он ни повернётся, везде видит своё отражение. И так оно ему омерзительно, что Пётр не выдерживает и плюёт в него. Вот фильм – как раз и есть такой плевок в зеркало.

Кто хочет от просмотра развлечения и удовольствия, боже вас упаси смотреть «Ты и я». Под этим интимным названием таится разговор с Богом, а о любви нет ни слова. Какая к чёрту «лю», когда главные герои – «девочка» и два «мальчика». И не важно, что им под или даже за сорок… Кому картину рекомендую? Почитателям арт-хауса. Снято по вышке. Авторы точно знали, что они делают и зачем.

Фильм вышел на экраны в 1971 году и получил Золотого Медведя на Берлинском фестивале. Сама история создания «Ты и я» давно стала красивым мифом. Дело было якобы так. Шепитько с мужем уединились на собственной даче в Тверской области. И вот однажды сидят они на веранде, пьют чаёк и вдруг видят: выходит из лесу какой-то человек с мешком за плечами. Причём, мешок – огромный, а незнакомец по виду совсем не богатырь, однако тащит ношу без напряжения. Наши дачники, ясен пень, заинтригованы. Мол, что ж там за поклажа загадочная и кто этот человек такой будет, поскольку он явно к ним направляется.

Оказалось – Шпаликов. А в мешке – рукописный сценарий. И Шпаликов, встав перед супругами в эффектную позу, развязал завязку на мешке и всё содержимое высыпал к ногам Ларисы. А день был не сказать, чтобы тихий. Ветер подхватил исписанные листки и разметал по саду. Пришлось солидным людям поиграть в догонялки. Этакая живописная охота за летающими рукописями получилась. (Ябэтоснял!)

В фильме три героя. Ещё одна история про «Сердца трёх» или про три удара одного сердца. Дружат-любят они, наверное, со студенческих времён, а может и со школьных. И вот не факт, что с той поры они хоть чуть-чуть повзрослели, потому как по-прежнему в бирюльки играются. Фильм так и начинается с динамичной «ковбойской» сцены. В светлом проёме двери в квартиру появляется герой в шляпе и с кольтом в руках. Ну и дальше игра в войнушку. Так встречаются два друга - Пётр и Саша после нескольких лет разлуки. Они оба учёные-нейрохирурги. Когда-то вместе работали над одним исследованием и были уже на пороге важного научного открытия. Но Пётр из мальчишества, из любви к приключениям вдруг всё бросил и уехал работать за границу врачом при посольстве.

А потом вернулся – как ни в чём не бывало и предложил другу завершить работу. Но нельзя войти дважды в одну и ту же реку. И друг, и наука сделали ему ручкой.

После этого Пётр подался в Сибирь на Великие стройки века. Конечно, спонтанно. Прыгнул в уходящий поезд вслед за чем-то приглянувшимся ему парнем. 

В Сибири герой устраивается работать простым врачом в обычную поликлинику. Суровый край, мужественные люди. Такая чистая джеклондонщина. Сцена дурацкой бессмысленной охоты, когда все куда-то бегут – и даже охотничья собака не понимает, что происходит – это развенчание романтики. Опять игры и забавы, а не борьба за жизнь, как у Лондона. И Пётр прозревает: он прожил впустую. 

Финал – это приговор герою и одновременно наказание. Одна из его пациенток смертельно больна. И Пётр не может ей помочь, потому что забросил когда-то своё научное изыскание. А продолжил бы, и девушка жила. 

Фильм заканчивается страшным по своей жестокости кадром. Крупный план: огромные почти детские глаза смотрят с надеждой и верой в камеру, в душу и просят: «Ну ты же большой, сильный, умный – помоги мне!» Это, наверное, страшнее дула автомата. После этого только – в петлю или в беспробудное пьянство.

Да, это морализаторство, это плакат вроде «Родина-мать зовёт!» Но эффект сильный. Защитка не срабатывает.

Короче, идите и смотрите. Чего я одна страдаю?

+7
21:12
257
21:51
+2
А Демидова красивая.
08:20
+1
Шепитько хотела снимать Бэллу Ахмадулину. Но её не утвердили. Вот Ахатовна, реально, красивая! Да! Из-за того, что там Демидова, поменялись смыслы. С ней — Пётр сбегает скорее от жены, подарив её другу, как игрушечный кольт. Мол, забери, достала она меня, не-люб-лю!!! А с Ахмадулиной было бы по-другому: «Жить без тебя не могу, но уезжаю, патамушта с Сашкой ты будешь счастлива»)
22:37
+2
Да, действительно, взгляд насквозь, навылет, до мурашек...))
08:11
+1
Там весь фильм такой.
01:43
+2
Шпаликов — это Я шагаю по Москве?
08:11
+1
Да. Он ещё и поэт офигенный.
08:36
+1
а я иду шагаю по Москве…
08:44
+1
Я уеду жить в Лондон!
08:51
+1
прекрасные намерения, но я думала, мы о Шпаликове.
08:53
+1
а я думала, мы уже о Евтушенко
09:00
+1
Я не телепат. Каким боком Евтушенко здесь мне неведомо. Ну да ладно. Ни о чем уже
09:00
+3
Шпаликов ещё и «Застава Ильича».
Он учился рядом с Тарковским, дружил с Некрасовым и повесился на шарфе.
09:03
+1
Я что-то читала про него как раз про работу с Данелией
09:10
+3
Данелия о нём:
«Пришел Гена Шпаликов, принес бутылку шампанского в авоське и сказал, что придумал для меня классный сценарий. И рассказал:

— Дождь, посреди улицы идет девушка босиком, туфли в руках. Появляется парень на велосипеде, медленно едет за девушкой. Парень держит над девушкой зонтик, она уворачивается, а он все едет за ней и улыбается… Нравится?

— И что дальше?

— А дальше придумаем.
»
«Снимали мы памятник Маяковскому для сцены «вечер, засыпают памятники». Юсов с камерой, операторская группа и я сидим на крыше ресторана «София» — ждем вечерний режим (когда небо на пленке еще «прорабатывается», но оно темнее, чем фонари и свет в окнах).

— Снимайте, уже красиво! — донеслось снизу.

Внизу появился Гена Шпаликов. Гена знал, что сегодня нам выдали зарплату и не сомневался, что мы после съемки окажемся в ресторане.

— Рано еще! — крикнул я ему сверху. — Слова сочинил?

— Что?

Площадь Маяковского, интенсивное движение машин, шум — очень плохо слышно. Я взял мегафон.

— Говорю, слова к песне пока сочиняй! — сказал я в мегафон.

Песня нужна была срочно — Колька поет ее в кадре, а слов все еще не было. Последний раз я видел Гену две недели назад, когда давали аванс. Он сказал, что завтра принесет слова, — и исчез. И только сегодня, в день зарплаты, появился.

— Я уже сочинил: «Я шагаю по Москве, как шагают по доске…»

— Громче! Плохо слышно.

Гена повторил громче. Вернее, проорал.

Людная площадь, прохожие, а двое ненормальных кричат какую-то чушь — один с крыши, другой с тротуара.

— Не пойдет! Это твои старые стихи — они на музыку не ложатся. Музыку помнишь?

— Помню.

— Если не сочинишь, никуда не пойдем.

— Сейчас! — Гена задумался.

— Можно снимать? — спросил я Юсова.

— Рано.

— Сочинил! — заорал снизу Гена. — Я иду, шагаю по Москве, и я пройти еще смогу соленый Тихий океан, и тундру, и тайгу…» Снимайте!

— Лучше «А я»!

— Что «А я»?

— По мелодии лучше «А я иду, шагаю по Москве!»

— Хорошо — «А я иду, шагаю по Москве…» Снимайте! Мотор!

— Перед «А я» должно еще что-то быть! Еще куплет нужен!

— Говорил, не надо «А»! — расстроился Гена.

Пока Юсов снимал, Гена придумал предыдущий куплет («Бывает все на свете хорошо, / В чем дело, сразу не поймешь…») и последний («Над лодкой белый парус распущу / Пока не знаю где…»)

— Снято, — сказал Юсов.

"
«Поначалу судьба Гены складывалась удачно. В двадцать четыре года он уже написал «Заставу Ильича», потом «Я шагаю по Москве», потом «Я родом из детства» и другие… Его печатали, снимали. Он женился на красивой и талантливой актрисе Инне Гулая, у них родилась дочка, им дали квартиру… Он был самый молодой знаменитый сценарист, о нем выходили статьи в газетах, в журналах, кто-то собирался писать о нем книжку. Но в один момент все оборвалось.»
09:14
+1
Да-да… вот это. Спасибо! Напомнил.
09:48
+3
Удивительно, что даже при всей советской цензуре, глубокие и наполненные смыслом фильмы доходили до зрителя. Сейчас же при внешнем «отсутствии» оной до массового зрителя доходит полнейший ширпотреб. Да, иногда для фестивалей делают весьма достойный полный метр… Но даже нашумевшая Балаговская «Дылда» при всей ее драматичности не выдерживает сравнения с драмами в советских фильмах… наносное какое-то все… а может это только мое впечатление.
За напоминание о фильме спасибо. Его действительно стоит смотреть, видеть, чувствовать.
10:21
+3
Я позволю себе — что не вопреки цензуре, а благодаря). И ещё раз длинную цитату (прошу прощения) из Данелии:
«Но сценарий фильма «Я шагаю по Москве» мы со Шпаликовым бесконечно переделывали не из-за меня — из-за Никиты Сергеевича Хрущева. На встрече с интеллигенцией Никита Сергеевич сказал, что фильм «Застава Ильича» (режиссер Хуциев, сценарий Шпаликова) идеологически вредный: «Три парня и девушка шляются по городу и ничего не делают». И в нашем сценарии три парня и девушка. И тоже шляются. И тоже Шпаликов. И поэтому худсовет объединения сценарий не принимал. Но на Хрущева не ссылались, а говорили, что мало действия, что надо уточнить мысль, прочертить сюжет, разработать характеры…

Здесь надо рассказать, как принимался сценарий в те времена. Сначала его должен был принять редактор объединения, потом редколлегия объединения, куда входили штатные и внештатные редакторы, потом худсовет объединения — все те же редакторы плюс режиссеры, сценаристы и парторг, потом редколлегия «Мосфильма», потом главный редактор «Мосфильма», потом директор «Мосфильма». И потом сценарий отправляли в Госкино. Там его читал редактор, курирующий студию «Мосфильм», и представлял на редколлегию Госкино. Потом его читал главный редактор Госкино и представлял министру или, в крайнем случае, заместителю министра. И только после всего этого пути фильм запускали (или не запускали) в производство. На любом этапе могли сделать замечания, и авторы обязаны были их учесть. Готовый фильм принимали по такому же пути, но только его еще отсылали на консультацию в ЦК, в ГлавПУР (Главное политическое управление армии) и «причастному» ведомству: если фильм о плотнике, то министру строительства, если о деревенском вертолетчике — министру авиации и т. д.

Между прочим. Как-то в Западном Берлине немецкий прокатчик, купивший картину Меньшова «Москва слезам не верит», похвастался мне, что в Германии за месяц уже посмотрели фильм сто тысяч зрителей. Я ему сказал, что столько людей у нас только принимают фильм.

Мы со своим сценарием застряли в начале пути — на худсовете объединения. Полгода мы с Геной уточняли мысль, прочерчивали сюжет, разрабатывали характеры, а на худсовете объединения сценарий все не принимали и не принимали. Мне это надоело, и я, нарушив субординацию, отнес сценарий Баскакову:

— Прочитайте и скажите, стоит дальше работать или бросить.

Баскаков читать не стал. Спросил:

— Без фиги в кармане?

— Без.

— Слово?

— Слово.

И Баскаков велел фильм запустить.

Этот фильм снимали легко, быстро и весело. И нам нравилось то, что мы делаем. И материал всем нам нравился. Мне приятно было находиться в компании Кольки, Алены, Володи и Саши и во время съемок, и после, когда я вечером дома продумывал план следующего дня…

Но когда показали материал худсовету объединения, там опять сказали:

— Непонятно, о чем фильм.

— О хороших людях.

— Этого мало. Нужен эпизод, который уточнял бы смысл.

Честно говоря, мы и сами уже понимали, что в фильме чего-то не хватает. Съемочный период кончался, и сцена нужна была срочно. После худсовета мы с Геной весь вечер пытались что-то придумать — ничего не получалось. Вставляем умные реплики «со смыслом» — сразу становится очень скучно. В этот день так ничего и не придумали.

На следующий день мы с Геной на моей машине поехали в роддом за его женой Инной Гулая и дочкой Дашей. По дороге прикидываем: а может, Володя написал рассказ и послал его писателю, а теперь приходит к нему за отзывом — и писатель говорит «про смысл»…

Тоже тоска.

Забрали Инну и Дашу, приехали к Гене. В подъезде уборщица мыла лестницу. Вошли в квартиру. В одной комнате собрались — мама Гены, мама Инны, Инна, маленькая Даша, соседка по квартире… Все умиляются новорожденной, гукают… А я говорю Гене:

— А может, полотер? Володя перепутал писателя с полотером, а?

— Гена, дай пеленку, — сказала Иннина мама. — В комоде, в третьем ящике.

— Да, — сказал Гена, подавая пеленку, — «про смысл» должен говорить полотер.

— Какой полотер? — спросила Генина мама.

— Да это мы так… Гена, пошли покурим, — позвал я.

По дороге в прихожей я прихватил пустую картонную коробку из-под торта, и мы пошли на лестницу. Я закурил, положил коробку на подоконник, открыл её, достал карандаш и дал Гене:

— Ну, давай писать.

— Ты что? Потом напишем, Инна обидится.

— Инна не заметит, мы быстро.

И мы написали. Полотер у нас оказался литературно подкованным: прочитал рассказ Володи и говорит ему то, что говорили нам «они». А Володя не соглашается и говорит полотеру то, что говорили им мы. Сцена получилась не длинной — уместилась на крышке и днище коробки.

В фильме эпизод получился симпатичным, полотера очень смешно сыграл режиссер Владимир Басов (актерский дебют).

Когда сдавали картину худсовету объединения, мы боялись, что «они» поймут, что это про них, и эпизод выкинут. Но «они» оказались умнее, чем мы про них думали, и сделали вид, что ничего не заметили.

Но в Госкино, после просмотра, нам опять сказали:

— Непонятно, о чем фильм.

— Это комедия, — сказали мы.

Почему-то считается, что комедия может быть ни о чем.

— А почему не смешно?

— Потому что это лирическая комедия.

— Тогда напишите, что лирическая.

»
Вот сейчас не мешало бы ТАК принимать фильм. В то такое г снимают, прости господи.
12:38
+2
Ой, сейчас заплатят, деньги, выделенные на бюджет фильма поделят между собой. Сашке Петрову 500.000 за съемочный день отвалят и норм, все довольны. А потом мы удивляемся кривым сценариям, режиссерским ляпам, невнятной графике и так далее. Кино нынче бизнес, а не искусство, а там стандарты другие.
Дак я и говорю, цензуру бы…
12:42
+2
Ну, цензура была да, такая, местами туповатая, как суп. Гайдаевские комедии тоже были вынужден отлеживаться на полках из-за искрометного юмора.
К своему стыду, до сих пор так и не поняла, почему все до Оскара писали кипятком от «Москвы слезам не верит». «Любовь и голуби» намного ярче и ничуть по режиссерской мысли не уступают. Каких-то новаторских съёмок, как у Тарсковского например, у Меньшова нет… Загадка.
17:07
Какой кинолекторий в комментах! Клуб знатоков )
17:17
+1
Обычно люди радуются проявленному интересу к своим блогам. Но вы ж не как все, точно.
Я радуюсь, честно. Там не было ни малейшей иронии. (Я просто не умею в этикет и политес, к сожалению). blushСпасибо огромное всем комментаторам! Даже Белка выглянула — ура! Ваону отдельная благодарность. Мне прям киноведом захотелось стать. Оказывается, это чертовски интересно, вот вся эта киношная подноготная — тоже ещё то кино!
Слонопотамцы! drink
Всем привет с огорода)))) я тут мимопробегаль)))
20:20
+1
Вот где люди пропадают))) а мы между прочим скучаем
«так поскучаем, чтобы радостней была минута нашей встречи, а она уже не за горой»©)))
Загрузка...
Максим Суворов