Вадим Буйнов №4

Обзор рассказа нашего автора

Обзор рассказа нашего автора

Недавно был блог Виктории о достойных внимания работах наших авторов, и я подумал, а почему бы всем нам, авторам Слона, не делать краткие обзоры понравившимся работам наших авторов? Я делаю почин в этом новом деле и призываю всех последовать моему примеру и писать обзоры на понравившиеся вам рассказы или стихотворения. Главное здесь в том, что обзоры по нашим авторам. Мне кажется это будет интересно. Ну и как зачинщик этого дела, я начну первым.

Дело в том, что я первый раз пишу обзор, и потому прошу отнестись с пониманием. Критик я никакой и в тонкостях построения художественных текстов особо не разбираюсь и потому писать буду только о своих впечатлениях о данной работе.

Пару слов предыстории. Как, вы, наверное, знаете, я веду на нашем сайте тренинг миниатюр. Вот ссылки:

http://litclubbs.ru/users/7247/content/articles

http://litclubbs.ru/writers/6397-pishem-miniatyuru-2.html

Пока прошло только два первых занятия, но даже эти, можно сказать, ознакомительные занятия показали с очень интересной стороны творчество наших авторов. Конечно было много интересных работ, но я хочу остановиться подробно на одной из них. Это миниатюра автора Hungry God, не имеющая пока названия, но достойна того, чтобы быть замеченной на нашем сайте, как одна из талантливых работ. Она была написана для первого тренинга и найти её можно по первой указанной выше ссылке.

В этом обзоре я дам ей временное название «Кочуринский театр». В первую очередь хочу отметить, что автор мастер визуализации, и, создавая картинку в этой миниатюре,  даёт ей насыщенную эмоциональную окраску: «…бархатном, клубящемся мраке, выходит тонкая и трогательная Она».

И перед вами уже не просто сцена, а тяжёлая мрачная арена действа, где «клубящийся мрак», атмосфера гнетущая, вызывающая тревогу и уже ощутимо давит на читателя. Вдруг луч света «высеребрил» её, хрупкую и беззащитную «ножки тонкие, руки смотрят ладошками в пол.» 

Она вызывает сочувствие, сопереживание, ведь её пожирают «…глазами сальными и наглыми, развалясь в кресле…», и читатель уже кожей чувствует эти похотливые пошлые ухмылки. Но балерина не видит, перед ней чернота зала, но конечно же догадывается. Далее автор усиливает контраст, «…Доски скрипят под пуантами…» и она «Ленты старые, изношенные, блекло-розовые, тянутся вверх по икрам.» В этом описании и старый пыльный провинциальный театр и нищета артиста. Картинка гнетущая, неприятная, где хрупкая актриса прозябает в холодном равнодушии. Она играет, танцует, «… порхает над стонущими досками сцены.», проживает сценическую драму, становится «переливающейся ртутью», отдаёт всю себя театральному действу.

Но вот спектакль закончен. Она устала и уже «больше не ртуть.»

И потрясающе сильная фраза, как черта, как итог:

«Цветов не несут.»

Миниатюра всегда должна заканчиваться итогом, где автор даёт некий посыл читателю, объясняет всё. Без итоговой фразы нет миниатюры. Этой фразой автор как будто снимает пелену с картинки, обнажает её суть. Это итог.

У автора он получился пронзительно острым и отзывается щемящей грустью у читателя:

«Под жидкие аплодисменты разворачивается сверху вниз плюшевый занавес. Снизу на обороте ткани густо-фиолетовый штамп: «Кочуринский районный театр народной самодеятельности».

+6
03:15
176
16:34
+2
Сильно же она тебя всколыхнула)
Не забудь главное, она не только человек, она и музыка. Это аллегория затасканной сонаты, хотя, как по мне, не идеально.
16:48 (отредактировано)
+1
Да, Hungry, там есть шероховатости, но глубина подтекста огромна. Аллегория затасканной сонаты, как ты говоришь, да, ведь об этом и было задание тренинга, но ты зацепил нечто более глобальное: это общество и искусство, и как часто оно похабно воспринимает Настоящее. Миниатюра потрясающе сильна, конечно она не отшлифована, не вычитана и написана тобой мимоходом, но не теряй её, в ней что-то есть. Даже не могу пока выразить словами.
18:08
+2
Мне тоже очень нравится эта миниатюра. Главным образом потому, что здесь, на мой взгляд, три героя: балерина, зритель и рассказчик. Автор ироничен по отношению ко всем троим. Несчастная соната, в которой, несмотря на жесточайшую эксплуатацию, все-таки остается Бетховен, бездуховный зритель с сальными глазками и рассказчик, который заламывает руки и рыдает над ними — всех припечатывает фиолетовый штамп: отказано в доверии. Искусство не здесь. (Ну мне так кажется, прошу прощения, если неверно истолковала).
Империум