Нидейла Нэльте №1

Грязь человеческая

Грязь человеческая
Работа №408

–– Жанна, будешь играть в мяч?

–– Конечно, Марти! Это ведь здорово!

Я родился в конце двадцать первого века. Столетие счастья и процветания человечества. Век научного прогресса. Можно сказать, что я был очень счастливым мальчиком. Наш мир стал лучше. Намного прекраснее, чем в прошлые темные времена. Врачи практически победили страшные инфекции, научились трансплантировать органы и ткани. Люди болели мало и жили не меньше восьмидесяти лет. Войны и терроризм считались за редкость. В мире ощущалось больше радости, тепла и солнечного света.

У моего дома зеленеет самая настоящая лужайка с душистыми полевыми цветами. Я часто выхожу сюда играть. На изумрудном, всегда аккуратно подстриженном газоне, стоят качели и пара деревянных скамеек. Я всегда знаю, что тут меня ждет маленькая очаровательная подружка, Жанна. Очень красивая девочка. Ее золотые волосы играют на солнце и ловят лучики яркого слепящего света в тонкие, едва видимые, нити. Волшебные голубые глаза манят и лукаво прищуриваются, а улыбка обезоруживает. Девочка в легком коротеньком платьице постоянно ждет меня, готовая для игр, шалости и развлечений. Мы играем в мяч и догонялки, читаем друг другу загадки и стихи. А иногда просто болтаем ни о чем или ловим быстроногих кузнечиков, шебуршащихся в мураве. Нам очень хорошо вместе.

Я рос, взрослел и умнел, становился старше, но Жанна оставалась такой же маленькой и смешной. Она не росла. Позже я узнал, что эта девочка –– не настоящий человек, а искусственный. Клон. Родители воссоздали ее из генетического материала своей любимой дочки, трагически погибшей несколько лет назад. Эти люди не захотели, чтобы получившийся клон рос и полноценно развивался. Поэтому при создании Жанны врачи блокировали возможность старения органических клеток. С каждым годом я взрослел и мужал, а девочка оставалась такой же юной и наивной. Маленькой рыжей принцессой, вечно живущей в волшебной сказке. Но, все сказки рано или поздно заканчиваются, и наступает жестокая реальность. Однажды мне стало неинтересно играть с Жанной. Мне показались малы мои мальчишеские штаны, скучны милые детские забавы. В один, не очень хороший день, я просто не пришел на зеленую лужайку. Хотя там меня продолжала ждать маленькая жизнерадостная златовласка.

Когда я закончил школу, на наш счастливый цивилизованный мир свалилась нежданная напасть. Клонирование людей, считающееся благом, превратилось в серьезную угрозу для натуралов[1]. Клоны выращивались идеальными организмами, не подверженными человеческим заболеваниям. Они не старели и не умирали естественной смертью. И вот эти новые, усовершенствованные люди, начали понемногу вытеснять нас, рожденных женщинами, человеческими матерями. Генетическое добро примерило маску злодея и беспощадного палача. Террористические организации выращивали армии клонов-смертников, на подпольных военных базах пестовались батальоны универсальных солдат, с особыми генетическими наклонностями. Эти клоны способны хорошо убивать. Специально выращенные воины не болеют и даже не спят, они чудовищно сильны и выносливы.

Однако, если в нашем городе все еще было радужно, то на окраинах страны становилось тревожнее с каждым днем. Что меня заставило записаться в армию, пойти в добровольцы? Я не знаю. Может быть, я просто устал видеть одни и те же лица клонов-официантов в кафе, и негров-уборщиков на улицах. Клонов, похожих друг на друга, как две капли воды. Я чувствовал, что человеческий мир теряет индивидуальность, его застилает серая однообразная масса безликих равнодушных нелюдей. Скопище органических отбросов и неистребимой человеческой грязи. И я захотел остановить это.

–– Жанна, ты меня дождешься?

–– Конечно, но вы уже взрослый. Вам не скучно со мной! А у вас есть сын?

–– Нет… Пока что нет…

–– А куда вы уходите?

–– На войну.

–– На войну? С кем? Наверно, это очень страшно…

Я не мог сказать маленькой лучистой девочке правду. Что я иду воевать с клонами, физически подобными ей. Впрочем, нет, с другими. С беспощадными убийцами. Если бы все человеческие клоны были такими, как Жанна, дарящими счастье и радость одиноким людям, мир бы стал светлее и лучше. Но наш замечательный мир, увы, всегда раскрашен самими различными красками. Иногда, я вижу самый противный цвет –– серый. Цвет гнили и грязи. И часто эта самая грязь –– человеческая.

Военный конфликт на границе затягивался. Бои протекали тяжело, с большими потерями. Клоны уступали людям в разуме, но были бесконечно живучими. Малоуязвимыми. Они могли за час самостоятельно отращивать потерянные конечности, восстанавливать поврежденные органы. Их было трудно убить, но можно. Однажды эти проклятые твари пустили в ход бактериологическое оружие. Сибирскую язву. Половина моих товарищей умерло от этой, давно побежденной медициной болезни. А проклятые клоны, неподвластные смертельной инфекции, сразу пошли в наступление. Они лезли и лезли на наши оборонительные позиции, умирая сотнями под огнем пулеметов, погибая от чудовищных ран в ожесточенных рукопашных схватках. Порою перед моими глазами мелькало одно-единственное узкоглазое лицо древнего героя Брюса Ли, непобедимого восточного врага. Насмешка, жестокая гримаса судьбы. Преступные врачи взяли гены великого киноактера прошлого для выращивания своих боевых клонов. Они пытались превратить поле боя в сущий ад. У них получилось. Узкоглазые желтые дьяволы метались в дыму сражения, как ненормальные, убивая наших бойцов, иногда, вообще, без использования оружия. Эти монстры рвали людей голыми руками, хотя у меня не поворачивается язык, так называть передние конечности клонов. Человек, настоящий живой человек, не способен на такое…

Что было дальше смутно проступает в памяти и сразу исчезает, покрываясь темной бессознательной пеленой. Взрыв, чудовищной силы взрыв. Разверзается корявая пропасть в чреве рассерженной злой земли. Я падаю в яму, и на меня летят изуродованные тела людей и клонов. Оторванные руки, кровавые фаланги пальцев, тряпки, обернутые вокруг ног. Заляпанные сапоги и продырявленные каски. Грязь. Серая человеческая грязь. Я кричу, и в моих глазах бесконечно темнеет.

–– Жанна! Давай поиграем! Смотри, какое красивое солнышко!

–– Да, Марти! Оно вышло глазеть на нас!

В широкое панорамное окно пробился первый луч света. Я очнулся на белой больничной койке. Израненное тело ломит, суставы тревожно болят, во рту сухо. Я весь искалечен на проклятой войне, стянут стерильными белоснежными бинтами. Надолго прикован к постели.

Сколько я пролежал в военном госпитале, я не помню. Периодически проваливался в вязкое забытье. Иногда меня навещали врачи в белых халатах. Часто к ним присоединялся какой-то высокий полковник в сером кителе. Люди разговаривали между собой вполголоса, но я не слышал, о чем. Указывали пальцами на меня, хмурились и качали головами…

Мне повезло. Вскоре я пошел на поправку, смог самостоятельно сидеть, а потом, –– вставать и ходить. Мои израненные конечности и поврежденные органы пришли в норму. Я полностью выздоровел.

Пока я залечивал свои раны, военный конфликт завершился, и нужно возвращаться домой. Там меня ждут любимые родители, отец и мать. Почему-то мне не разрешили позвонить им, но позволили написать подробное письмо. Я уверен, что высокий полковник в сером передал весточку моим близким.

Ранним солнечным утром я взбежал по ступенькам старого крыльца, постучался в знакомое окно маленького домика, рядом со светлой зеленой лужайкой. Как я хотел увидеть на ней Жанну, свою детскую подружку, но она, наверняка, еще спит.

Мне долго не открывали, тогда я приложил к внешней панели собственный магнитный ключ, и дверь приветливо распахнулась. Я вошел в свой дом. Милый родительский дом, как я скучал по его родным запахам, старым обоям и теплому пледу в доисторической кресле-качалке! Скоро я поцелую свою маму, пожму крепкую руку отца…

–– Кто вы такой? Что вам нужно? –– из комнаты вышел седой сухонький старик в полосатой пижаме.

–– Папа! Это я, Мартин! Я вернулся!

–– Убирайтесь! Наш сын погиб на войне.

–– Джон, что тут происходит? –– на крик мужа выбежала жена, закутываясь в махровое одеяло. Женщина, видимо, только что приняла душ.

–– Мамочка, неужели, ты не узнаешь меня?

–– Нет, молодой человек! Я вас не знаю.

–– Но я ваш сын!

–– Вы нисколько на него не похожи. Уходите. У нас все дома!

–– Но, послушайте…

–– Убирайся прочь, грязный китаец! –– отец не шутил, он уже снял со стены винчестер и нацелился в мою грудь.

«Грязный китаец?» Почему? Разве я похож на китайца? Что сделали с моим лицом в военном госпитале? Я хотел посмотреться в зеркало, но строгий старикан угрожающе взвел курок. Я закрыл лицо руками и в отчаянии бросился на улицу.

Долго я сидел на холодной земле, не понимая, что происходит. Может быть, я перепутал дом? Приехал в другой город, зашел на чужую улицу? Но, нет. Этого не может быть! Вот та самая зеленая лужайка, две скамеечки и железная качель.

Послышался детский озорной смех. Девочка с огненно-рыжими волосами тащила за руку веснушчатого мальчонку. Тот спотыкался и падал, но вновь поднимался и бежал рядом с подружкой. Вскоре дети приблизились, и я ненароком посмотрел на мальчика. Я обомлел. Это был я! Маленький я. Мартин. Точная копия меня, в возрасте десяти-одиннадцати лет. Значит, родители, не дождавшись солдата, вырастили мальчика-клона, и им оказался не нужен взрослый сын? За что? Почему?

–– Жанна, давай поиграем?

–– Давай… Ой, а что это за дядя? Дядя, вы кто?

–– Он уже совсем взрослый, Марти. Дядя не будет с нами играть.

–– А почему у него такие узкие глаза?

–– Ой… И, правда! Нам нужно немедленно бежать, это плохой дядя! Он нас убьет! Это –– клон!

Дети в ужасе убежали прочь. А я подошел к небольшому пруду, нелепо поскользнулся и скатился по крутому склону прямо к воде, пачкая чистую военную форму серого безупречного цвета. Когда круги на зеркальной поверхности разошлись, я всмотрелся и увидел на воде свое лицо. Это было узкоглазое лицо Брюса Ли! Я закричал, заплакал, нервно захохотал. А по моим щекам стекала и капала на землю серая человеческая грязь.



[1] Натурал –– для этого текста –– человек, рожденный обычной женщиной, без вмешательства генетической медицины. (прим. Автора)

-1
517
Гость
11:28
Неплохо! Заставляет задуматься о том, что же произошло с главным героем, почему он стал китайцем. Удачи!
08:48
-1
Если бы рассказ претендовал на жанр научной фантастики, то я бы назвал текст провальным. Автор же придает повествованию черты сказки, не уснащая ее утомительными наукообразными подробностями. Сказка — выигрышный вариант. Этот текст метафоричен, иносказателен. Пусть идея об истончении грани между подлинным и фальшивым многократно разработана до этого, рассказ от этого не страдает.

Читать было интересно. Пожалуй, я бы даже рекомендовал прочесть этот текст школьникам, классе в 8-ом, в рамках внеклассного чтения или факультативного занятия.

Текст совсем не похож на «R.U.R.» Чапека, но это тоже в своем роде фантастика.
Гость
19:36
Понравилось, хорошо написано. Тема не нова, но её подача оригинальна.
Ve
22:44
–– Джон, что тут происходит? –– на крик мужа выбежала жена, закутываясь в махровое одеяло. Женщина, видимо, только что приняла душ.

Выглядит очень странно. Если герой уже идентифицировал своих родителей, то называть их мужем, женой и женщиной точно не будет. Во всяком случае, мне режет глаза.

Сюжет. Сюжет интригует, но недостаточно развития. Ещё мне кажется, что если выбрать форму дневника, выйдет лучше. Либо кардинально изменить ход повествования, иначе не успеваешь вжиться в одно состояние, как тут же повествование переносит к другой сцене.
Это уже, наверное, основной комментарий в этом конкурсе, но: доработать бы, выйдет здорово.
Автор, успеха!
Прочитал и не могу выстроить логические цепочки. Почему герой вдруг стал Брюсом Ли? Ведь Брюс Ли в Вашем мире — клон, созданный террористами. Если герой стал клоном, значит, его создали террористы? Зачем? Ведь они и так клонов Брюс Ли делали без героев. Хорошо, если герой стал клоном, то память у него должна отсутствовать… Другой вариант: это правительственный эксперимент. Они сделали из героя клона, чтобы внедрить в стан врага. Но зачем тогда его отпустили? Третий вариант: героя собрали по кусочкам из грязи человеческой (то что было на поле боя) и к нему примешалось кое что от клонов-китайцев. Ну если так и он себя идентифицировал как Марти, то почему не рассказали его родителям, что он живой?
Концы с концами не сходятся. Задумка интересная, но несоответствие меня раздражает. Написано живо. Спасибо
21:04
Спасибо. Как раз третий вариант — героя собрали по кусочкам.
21:42
Идеи клонирования обыгрываются зачастую необычно. Здесь тоже, промелькнула идея, но как-то заглохла. Почему из него сделали китайца? С такими-то навыками пластической хирургии…
Почему-то показалось очень подчеркнутой идея расизма. Негры-уборщики, враги желтолицые Брюсы Ли. Само повествование плавное, но финал не совсем понятен. Не объясняется, зачем писать длинное письмо родителям и почему они его не дождались. Или это было в совсем разные эпизоды времени и сбилась хронология рассказа?
Загрузка...
Светлана Ледовская №1