Светлана Ледовская №2

Эксперимент

Эксперимент
Работа №413

Эксперимент

Вера стояла в туалете платной клиники и опустошала свой желудок прямо в раковину. Вновь и вновь у нее возобновлялись рвотные позывы, и она никак не могла остановиться. Какая-то женщина зашла в туалет, но, испугавшись происходящего, бесшумно исчезла за дверью.
Наконец освобождаться было больше не от чего. Девушка тщательно прополоскала рот, сполоснула раковину, умылась и посмотрела себе в глаза. Из зеркала на нее смотрела незнакомая женщина, постаревшая лет на пятнадцать за последние две недели. Глаза были красными, веки над ними припухшими, и в глазах читались настороженность и недоверие.
«В кого ты превратилась?» — спросила она себя вслух и вздохнула. Если бы она знала, что все так обернется, тогда, шесть лет назад, она бы даже не подошла к этому человеку. А тогда… Тогда все казалось просто замечательным.
Была ранняя прекрасная весна. Неожиданно сильное тепло буквально за неделю растопило весь снег, повсюду весело журчали ручейки, и солнце сверкало в них, отражаясь на лицах прохожих. Вера с дочкой Маришей прыгали через эти ручейки, смеясь. Девушка совсем не думала о том, что кто-то может на них косо посмотреть. Она сама чувствовала себя совсем ребенком, тем более что ей и на самом деле было не так уж много лет — всего лишь 27 лет.
Она родила Маришу, когда ей было 17 лет, от парня, который был не намного старше, и сразу же после того, как Вера забеременела, его испуганные родственники поспешно отправили парня учиться в другой город. Вера расстраивалась, пролила реки слез. Но, когда она решила раскрыть стыдную тайну родителям и заговорила об аборте, те категорически сказали «нет». Их семья была верующей, и родители принялись убеждать Веру, что, так или иначе, это убийство. Конечно, они были расстроены, что дочь будет рожать вне брака, и к тому же у ребенка не будет отца. Но их мнение было непоколебимым, и к тому же они пообещали помочь старшей дочке.
Лишь несколько лет спустя Вера поняла, что за их мнением лежала еще одна причина, о которой они побоялись сказать вслух, потому что надеялись, что проблема как-нибудь рассосется. Младшая сестра Веры, Анна, которая была младше всего лишь на год, очень хотела уйти в монастырь. Как-то раз вместе с одноклассниками она побывала во Владимирском монастыре и пожила там несколько дней. Это общение упало на благодатную почву — Аня была из верующей семьи и сильно верила в Бога. С тех пор она пользовалась любой возможностью, чтобы посетить какой-нибудь монастырь с паломнической группой, или просто пожить там летом, в школьные каникулы.
Поначалу родители не видели в поведении дочки ничего опасного. Но через какое-то время, увидев, как подозрительно горят ее глаза, они решили вызвать ее на откровенный разговор. Каков же был их шок, когда их худшие опасения подтвердились! Осторожно они начали намекать дочке, что монастырская жизнь очень тяжелая, что она не для нее, что они хотели бы понянчить внуков, что они хотели бы лучшей судьбы для своей дочери… Но Аня отреагировала очень бурно. Обидевшись на родителей, она в слезах убежала к себе в комнату и не разговаривала с ними несколько дней. Родители пришли к своему духовнику и рассказали о переживаниях, связанных с младшей дочкой. Вздохнув, тот сказал: «Никто не может запрещать человеку делать свой собственный выбор. Только своей любовью и лаской вы можете ее остановить. А может, это Бог ей начертал — служить Ему?» Последняя фраза очень не понравилась родителям девочки. Но они пришли к выводу, что в целом он прав, и им нужно быть поласковее с Аней. Однако шло время, а девочка не меняла своего мнения.
Поэтому, когда Вера сообщила им о своей беременности, с одной стороны, они были удручены, потому что не хотели, чтобы все произошло именно так. Но, с другой стороны, они испытали облегчение, потому что поняли, что внуки у них все-таки будут. Да и вряд ли Вера, имея маленького ребенка, решит, как и ее сестра, сбежать в монастырь. «Ну что ж, вытянем!» — решительно сказала мама Веры, которая, впрочем, не представляла свою юную дочь в роли матери.
Однажды ночью усталая Вера проснулась от того, что кто-то ее легонько тряс. Сначала она очень испугалась, но потом услышала голос сестры: «Вера, Вера, это я, Аня. Мне нужно с тобой поговорить». Вера присела на кровать и начала ругаться: «Аня, ну разве же так можно? Разве можно так внезапно пугать?» «Тс-тс, —послышался испуганный голос Ани в темноте, — тише. И не включай свет», — торопливо добавила она, увидев, что Вера тянется к светильнику. Вера послушно убрала руку.
- Вера, — сказала Аня, ты знаешь, что я очень хочу в монастырь…
- Да, уж, знаю, — ворчливо ответила Вера, мне ли не знать, ты каждый день об этом твердишь.
- Так вот, Вера, я… это… твердо решила. Я сегодня ночью уйду.
- Сегодня?! — у Веры быстро забилось сердце и окончательно прошел сон. Она попыталась переубедить сестру — Аня, одумайся! Тебе всего шестнадцать лет! Это незаконно! А потом… — она помолчала, — мне будет очень сложно и грустно без тебя. Ты знаешь, как мне тяжело. Родители…
- Да, да, я знаю. Вера, послушай. Я так много думаю об этом. Уже несколько ночей подряд меня как будто кто-то толкает во сне и говорит: «Уходи».
- Ты сошла с ума! — испуганно прошипела Вера, — какие-то голоса!
- Успокойся, пожалуйста! — Аня взяла ее за руку и Вера услышала, как сестра всхлипывает, — Я знаю, что никто из вас не понимает меня. Вы думаете, что я хочу себя там похоронить… Но, на самом деле, Вера, я чувствую, что там мой дом. Что это мой путь. Я хочу туда уйти. Ты себе даже не представляешь, как мне там светло, легко и хорошо.
Вера молчала, потому что она действительно не понимала. Она не верила в Бога. В душе у нее возникло желание разбудить родителей и рассказать все им. Но в то же время она понимала, что это не удержит ее безрассудную сестру от побега. Не в эту ночь, так в другую…
Родители, обнаружившие утром побег, горестно запричитали. Но у них даже не возникло подозрения в том, что Вера что-то знает о побеге сестры. Поэтому Вера сделала грустное лицо, как у родителей, и поддакнула им пару раз: да, это такое горе, что Аня ушла. Да, нужно срочно подать в розыск. Да, с ней все, что угодно может случиться. Впрочем, насчет последнего пункта Вера и сама была обеспокоена. Пришедшим полицейским она честно сказала, что не знает, куда ушла сестра.
А какое-то время спустя ей стало совсем не до нее. Она понимала, что это нечестно, что это нехорошо, но она стала очень беспокоиться за жизнь, развивавшуюся внутри нее. К ее удивлению, у нее проснулись очень сильные материнские чувства. Часами она разговаривала с малышом, изливая на него, или на нее (она еще не знала) всю свою любовь, которая была у нее в сердце, и которой до этих пор она делилась только с сестрой. Она представляла, как будет заботиться о своем ребенке, рассказывать ему о мире. А потом, когда врач сказал, что это девочка, представляла, как будет заплетать ей косички и одевать в самые красивые на свете платья.
Но после родов наступило разочарование. Родители практически не давали ей нянчиться в малышкой. «Куда ты лезешь? Ты все делаешь не так», — говорила мать, и Вера понуро уходила к себе. Она понимала, что мама права, но в горле все равно стоял комок. Она чувствовала себя отодвинутой от дочери.
Наконец подруга Веры, Лида, увидела девушку всю в соплях, с расстроенным видом и явной печатью неудовлетворенности на лице.
- Так, колись, — сказала Лида, — что у тебя происходит? Что за печальная морда? Ребенок совсем достал?
Лида росла в неполной семье, с одним отцом, который все ей разрешал, и ее манеры оставляли желать лучшего.
- Если бы! — разрыдалась Вера, — совсем наоборот! Родители мне вообще заниматься Маришей не дают! Как будто я вообще ей не мать!
- Аааа…. — Лида задумалась на несколько мгновений, но решение пришло в ее не захламленную предрассудками голову быстро, — А че ты, можно же косметику продавать по каталогам. Не супер огромные деньги, но все же деньги. Обеспечивать себя сможешь, а по клиентам можно и с ребенком ходить. Ну, если ребенок не очень буйный, — добавила она, подняв палец.
- Не, совсем не буйный, очень спокойный, — сказала Вера, утирая нос.
- Ну вот! И нечего рыдать.
- Но я же… совсем не общительная, — попробовала отделаться Вера.
- Общительная, не общительная — главное начать. Потом втянешься, и все будет ок. И потом, у тебя есть другие варианты?
Вера была вынуждена признаться, что нет. И уже на следующий день отправилась по знакомым и незнакомым с каталогами. Поначалу ей было очень стыдно, особенно перед знакомыми. Однако, к ее удивлению, почти все, кроме пары человек, отнеслись к ней довольно дружелюбно. Иногда незнакомые люди отвечали ей очень грубо. Тяжело раненая в самое сердце, Вера рыдала по ночам. Но со временем она перестала обращать на это внимание. Ведь каждый заказ приближал ее к тому, чтобы быть рядом с дочерью.
И вот наконец она решила, что подходящий день настал. У нее появились постоянные клиенты, доход стал стабильным, и к тому же она сделала кое-какиенакопления. К ее удивлению, она оказалась хорошим продавцом. Может, роль сыграл ее интеллигентный внешний вид и манера общения, а может и что-тодругое. Но, так или иначе, зарабатывала она достаточно. И должна была признаться себе, что в принципе эта работа ей даже нравится.
Родители были счастливы, что Вера куда-то ходит и работает. Мать Веры как-то раз тихонечко сказала ее отцу: «Если честно, я рада, что Вера работает и не путается у нас под ногами. Мы можем ухаживать за Маришей как следует без всяких помех». Но они не знали, что уже вторая их дочь готовит побег.
Вера понимала, что побег второй дочери с внучкой может быть для родителей непереносимым ударом. Но здесь к решению ее опять подтолкнула Лида. Услышав, что подруга сомневается, сбегать ей или нет, Лида закричала, как раненый зверь:
- Ты чтоооо! Ты зря, что ли, готовилась?! Ты зря потратила столько сил?! Так, я не поняла, ты хочешь вообще быть с дочерью или нет?
Как и в прошлый раз, Вера была вынуждена согласиться — да, все-таки хочет.
- Ну вот! — горячо убеждала ее Лида, — а они, тем более, сами напросились! Чего они не дают тебе заниматься с дочерью?! Ведь это, в конце концов, твоя дочь! Чего они ее себе присвоили?
Вера сняла квартиру и потихоньку перенесла туда большинство своих вещей. Она очень надеялась, что родители не заметят, что ее комната подозрительно опустела. К ее удивлению, всю неделю перед побегом они вообще перестали заглядывать к ней. А как-то раз Вера собрала Маришу погулять (гулять с ребенком ей доверяли), и, пока мама не смотрела, закинула в сумку несколько детских вещей. Затем она вышла на улицу и направилась прямиком к квартире, которую сняла для дочери. Там все уже было готово. Лида где-то раздобыла подержанную кроватку и столик для пеленания. Мариша вела себя спокойно и выглядела крайне довольной, как будто понимала, что мать похитила ее, чтобы проводить с ней больше времени.
Когда через три часа дочь и внучка не вернулись, родители забили тревогу. Они вызвали полицию, а сами в ожидании сидели, как на иголках. В конце концов отец сорвался на улицу на поиск, но его остановил телефонный звонок. Он поднял трубку и услышал серьезный голос дочери:
- Папа, это Вера.
- Верочка, мы тут места себе не находим! Мы думали, с вами что-то случилось! Вы в порядке?
Вера на другом конце провода наморщила лоб и прикрыла его ладонью. Ей нужно было позвонить раньше. Но она никак не могла собраться с силами. Она глубоко вдохнула и сказала:
- Папа, мы с Маришей не вернемся.
- Как, почему?! Верочка, ты с ума сошла! Возвращайся немедленно! Что ты еще удумала?! Вера, ты что, связалась с каким-то мужиком? Наверное, бабником и наркоманом? Вера, поверь, чужие дети никому не нужны! Ну сама не хочешь возвращаться, хоть Маришу верни!
В этот момент Вера разозлилась.
- «Маришу верни»?! Папа, а ничего, что это моя дочь? Ничего, что вы не даете мне заботиться о ней? Я поэтому и ушла, чтобы я со своей дочерью могла хотя бы время проводить!
- Но, Верочка, на что ты будешь жить?
- У меня есть работа.
- Скажи, что мы будем позволять ей больше заниматься с Маришей, — шепнула мать.
- Мы будем позволять тебе заниматься с Маришей больше, — послушно повторил отец.
- Вот именно — «позволять», — усмехнулась Вера, — я не хочу, чтобы мне кто-то «позволял» общаться с моей же собственной дочерью!
- Но, Верочка, ты же даже не умеешь как следует заботиться о ребенке! — трубку взяла встревоженная мать.
- Конечно, — ехидно ответила Вера, — вы ведь мне даже возможности не даете! Где уж мне научиться.
Тогда мать решила давить на жалость.
- Верочка, — всхлипнула она, — мы ведь остались совсем одни. Аня сбежала, теперь ты тоже вот… Позволь нам хотя бы придти… Назови адрес и…
- Нет, — отрезала Вера, — никакого адреса, пока все не уляжется. Потом, может быть, увидимся. Но пока — нет.
И она повесила трубку.
Пришедшие полицейские встретили удрученную пожилую супружескую пару.
- Ну, что произошло, рассказывайте, — сказал один из них.
- Понимаете, — ответил отец Веры, — наша дочь взяла нашу внучку и сбежала с ней в неизвестном направлении.
- То есть, Ваша внучка — это дочь Вашей дочери? — с подозрением спросил полицейский.
- Да, да.
- А сколько ей лет?
- В июне исполнилось восемнадцать.
Полицейский расхохотался:
- Ну тогда мы ничего не можем сделать. Ваша дочь совершеннолетняя и имеет право сама растить своего ребенка.
- Но Вы совсем не понимаете! — воскликнула мать Веры с отчаянием, — ведь она совсем не умеет заботиться о детях!
- Ничего, научится, — усмехнулся мужчина, — простите, много вызовов. Подпишите протокол.
И они ушли, оставив пару горевать.
Вера между тем осваивала новую жизнь. Она, конечно, была расстроена конфликтом с родителями. Но Мариша не давала ей долго скучать. Ее нужно было одевать, раздевать, купать, кормить, делать массаж, развлекать, развивать, и на все это уходила масса сил. Когда она уходила работать, с Маришей сидела опытная няня, женщина лет сорока, насчет надежности которой Лида клялась и божилась. Было сложно, но Вера была счастлива.

Через неделю после «бегства» Вере пришло странное письмо. Ей не от кого было ждать писем. Она открыла конверт и увидела там всего одну строчку: «Поздравляю с воссоединением с дочерью. Аня». «Откуда она узнала мой адрес и эту историю?» — недоумевала Вера. Ее адрес знала только Лида, но она не стала бы скрывать общение с Аней… Впрочем, скоро Вере стало не до того.
Лида считала, что кое-чего ее подруге все-таки не хватает, а именно — мужчины. У самой-то Лиды, как она говорила, все было «на мази» — галантный кавалер, который души в ней не чаял, дарил дорогие подарки и как минимум раз в месяц звал замуж. Благо, дарить подарки было с чего — у «кавалера» был свой парк такси. Конечно, его друзья тоже были небедными людьми. За одного из таких бизнесменов, владельца пары городских ресторанов, Лида и решила просватать Веру. «Мужчина — что надо!» — убеждала она.
Вера тоже считала, что Марише нужен отец. Ее биологический отец совсем не давал о себе знать. Да и сама она страдала без мужской поддержки. Тем более что, если муж будет обеспечивать ее, ей не придется мотаться с каталогом косметики по чужим квартирам и оставлять ребенка на чужого человека. Она всегда сможет позаботиться о своей девочке сама.
И закрутился роман. Игорь (так звали мужчину) показался ей очень надежным и солидным. Она сравнивала его с двадцатилетними мальчиками, которые периодически пытались с ней флиртовать, и с удовлетворением отмечала, насколько более серьезный и ответственный человек ее ухажер.
Он обходился с ней очень по джентльменски — красиво ухаживал, дарил цветы и украшения, водил в рестораны (правда, в основном свои), подвозил их с Маришей в поликлинику, когда было нужно. Увидев отношение Игоря к Марише, Вера просто растаяла — он обходился с ней, как со своей дочерью. Подолгу, будто не замечая времени, мог с ней играть, дарил дорогие игрушки, кормил с ложечки.
Однажды, проходя мимо почтового ящика, Вера увидела белый краешек. Ее сердце забилось сильнее — она почувствовала, что это письмо от сестры. Дрожа от нетерпения, она не стала подниматься к себе, а раскрыла письмо прямо там, на лестничной площадке. Прочитав письмо, она ощутила глубокое разочарование. Там было написано: «Вера, я тебя прошу, не связывайся с этим человеком! Не надо!!! Аня».
Мрачнее тучи, она вернулась домой. Глядя на улыбающуюся Маришу, она ощущала боль. Раздался телефонный звонок. Она взяла телефон.
— Красавица, ты помнишь, что я заеду за вами в семь, и мы с моими девочками поедем в детский бассейн? — спросил приятный баритон.
У Веры на сердце потеплело. «В конце концов, не факт, что Аня писала о нем. И если даже не о нем, не факт, что она права». Вере очень хотелось любить и быть любимой. В конце концов Вера растаяла и доверилась ему. Они сблизились, и она была на седьмом небе от счастья. Но девушку ждал неприятный сюрприз.
Вскоре она заметила, что Игорь словно стал терять к ней интерес. Забывал зайти или позвонить, а, когда звонила она, зевал и безразличным тоном поддерживал разговор. Очень скоро о подарках и поездках в поликлинику на роскошной машине пришлось забыть. Вера не могла поверить, что это произошло. Она рвала на себе волосы, в отчаянии пытаясь понять, что она сделала не так. «Может быть, я его чем-то обидела?» — со страхом думала она.
В конце концов все снова закончилось рыданиями на плече Лиды.
- Ну-ну, не плачь, — похлопывала ее по спине Лида, — наверняка он просто сейчас очень занят своим бизнесом. Ну, знаешь, горячая пора, и ему сейчас не до женщин. Я спрошу у своего Саши.
На следующий день Лида выглядела уже гораздо менее уверенно и не смотрела Вере в глаза. Вера сразу же почувствовала нехорошее.
- Ты знаешь, — все так же не глядя в глаза, сказала она, — Саша поговорил с Игорем, и тот сказал, что, в общем-то, ваши отношения закончены…
У Веры в горле пересохло, а Лида продолжала.
- Он сказал: «Она, конечно, милая, но между нами больше нет огня. Я думал, она это поймет, но она не понимает, и звонит мне, и звонит. Она не такая умная, как мне показалось». Но, Вера, ты не переживай! — воскликнула Лида, увидев реакцию подруги, глаза которой наполнились слезами, а губы задрожали, — мы найдем тебе нового кавалера, лучше этого! — принялась заверять она.
Вера хорошенько отрыдалась, а потом сказала:
- Ну уж нет. Хватит с меня кавалеров. Мариша не выдержит столько «несостоявшихся пап».
Лида промолчала, так как чувствовала себя виноватой в ситуации и не нашла, что возразить.

Прошло восемь лет. Жизнь Веры почти по всем параметрам можно было назвать состоявшейся. «Почти» — потому что в ее жизни так и не было мужчины. Оглядываясь в прошлое, Вера иногда удивлялась, что прошло так много времени с ее последнего романа. И она боялась, что больше никогда не встретит мужчину, которому могла бы доверять. Однако все остальное шло просто великолепно — Вера стала очень успешным и хорошо оплачиваемым руководителем тренингового отдела косметической компании. Мариша росла здоровой и не по годам сообразительной. У них были великолепные отношения. И к тому же у их маленькой семейки была масса преданных друзей, которые были готовы всем им помочь. Родители Веры давно смирились с «похищением» внучки и с удовольствием навещали их.
Периодически Вера получала послания от сестры. Сестра писала короткие письма вроде «купи квартиру на такой-то улице», «отклони новое предложение о работе», «отдай Маришу в художественную школу» и другие. Вера слушалась советов сестры, и каждый раз оказывалось, что решение было правильным. Однако каждый раз Вера продолжала удивляться, откуда сестра все это знает. А особенно ее новые адреса, которые периодически менялись.
В тот майский день Вера и Мариша прыгали через лужи и смеялись. Весь мир для них играл яркими красками, и они обе ощущали себя детьми. Вера вдруг услышала веселый искренний смех. Обернувшись, она увидела симпатичного парня в черной кожаной куртке, которого забавляли их игры. Вера застенчиво ему улыбнулась. А парень подошел к Марише, подмигнул ей и сказал: «Красивая у тебя сестренка». А Мариша, громко смеясь, ответила ему: «Она не сестренка! Она моя мама!»
Вера смутилась. Молодой человек ей очень понравился, и она с большим сожалением подумала: «Ну вот, сейчас он испугается и уйдет». Однако этого не произошло. Парень с интересом посмотрел на Веру и сказал: «Наверное, это очень приятно — быть мамой такой очаровательной девочки». Вера и Мариша обе покраснели, а парень протянул Вере руку для рукопожатия: «Артур». Он добавил: «Я работаю здесь недалеко, и, если у вас есть время, я хотел бы пригласить вас обеих на обед». Вера посмотрела на Маришу. Было видно, что Артур ей тоже понравился.
Они зашли в очень милое, симпатичное кафе неподалеку и провели ближайшие полтора часа, весело общаясь. У Артура оказалось отличное чувство юмора. Вера подметила, что он приятный собеседник и к тому же умеет обращаться с детьми. К концу обеда она была практически полностью влюблена.
По дороге домой, Мариша спросила: «Мама, ведь он же тебе понравился, да? Ведь мы же встретимся с ним снова?» Вера улыбнулась, щелкнула дочь по носу и ответила: «Посмотрим, моя милая. Это от него зависит».
Через какое-то время дружба с Артуром стала неотъемлемой частью их жизни. У него был легкий характер и он со всеми быстро находил общий язык. Скоро он познакомил Веру и Маришу со своими родителями. Однако, помня о том, что произошло восемь лет назад, Вера не торопилась с ним сближаться. Но, казалось, Артура это совсем не волновало.
Наконец однажды, в своей легкой шутливой манере, он сделал Вере предложение.
Конечно, ответом было восторженное: «Да!» Мариша тоже была на седьмом небе от счастья. И день их свадьбы — очень роскошной, красивой — был, наверное, самым лучшим ее днем. «Мамочка, ты прямо принцесса», — говорила Мариша своей матери в расшитом кремовом платье, которое чудесно подчеркивало ее женственную фигуру.
Глядя на торжественную церемонию, мать Веры шепнула ее отцу: «Слава Богу, я думала, это уж никогда не произойдет».
После этого Вера, Артур и Мариша прожили шесть очень счастливых лет. Мариша называла Артура папой, и он действительно делал все для нее: водил по кружкам, делал с ней домашние задания, ходил на родительские собрания, утешал, когда девочка пережила свою первую не совсем удачную любовь. Он переживал за ее здоровье, когда она болела, развлекал, когда ей было грустно. Глядя, как он заботится о Марише, Вера понимала, что наконец-то достигла своей желанной тихой гавани. Ей казалось, что она в раю.
Конечно, Артур души не чаял и в самой Вере, а она души не чаяла в нем. Но все же для нее было очень важным его отношение к дочери. Они пытались зачать общего ребенка, и Мариша очень хотела брата или сестру, но у них ничего не получалось.
Это был один из тех редких моментов за время их брака, когда Вера начала испытывать страх. Она считала, что каждый мужчина хочет иметь наследника. И, как бы Артур ее не любил, он уйдет, поняв, что иметь наследника с ней он не сможет, чтобы завести ребенка с другой женщиной. Может, он и не будет любить ее так же сильно. Но она сможет ему родить.
Тем более что и Лида подначивала ее.
— Ох, Верочка, поторопись, — говорила она, — мужики люят своих потомков. Что типа — «свой»! Наследник, мой бесценные гены», — хохотала она. Она уже успела родить своему Саше-бизнесмену пару мальчишек, и он их обожал.
Однажды Вера как бы невзначай завела разговор об этом. Артур не сразу понял, к чему она клонит. Но, поняв, взял ее руки в свои и мягко сказал: «Милая, ты на самом деле боишься, что я уйду от тебя из-за того, что у нас нет общего ребенка?» Вера ничего не ответила, но ее глаза выдавали, что она терзается.
Артур засмеялся. «Послушай, я люблю тебя, я не твою способность или неспособность кого-то родить, — сказал он, словно прочитав ее мысли, — да и к тому же я считаю Маришу своей собственной дочерью. Я люблю тебя, а значит, и она мне родная. И мне все равно, кто там ее „сделал“. Она — моя дочь».
В глазах Веры появилась надежда.
- Правда? — спросила она.
- Голову на отсечение даю! — заверил ее Артур.
С этого дня Вера еще больше стала любить мужа.
Однако шесть лет спустя идиллия внезапно закончилась. Вера заметила, что Артур изменился. Он осунулся, его кожа пожелтела, под глазами появились темные круги, он стал быстрее уставать. Это заметила и Мариша. Ей было уже 16, и она была очень сообразительной.
- Мамочка, с папой что-то происходит, — как-то раз заметила она.
- Я это уже заметила, — с испугом заметила Вера.
Он пыталась узнать, что происходит с Артуром, но он отшучивался. Но наконец правду стало невозможно скрывать.
- У меня тяжелое заболевание почек, — признался Артур, — скорее всего, я долго не протяну.
Вера была в панике, и она никак не могла смириться с приговором врачей. Она настояла на том, чтобы Артур взял ее с собой к врачу.
- Неужели никакого шанса нет? — допытывалась она у врача.
Врач покачал головой. Но потом добавил:
- Впрочем, один есть. Если сделать ему пересадку почки. Но… — он помялся, — вряд ли кто на это пойдет. А ждать очереди на орган — слишком долго.
- Я пойду! — с готовностью воскликнула Вера.
- Подождите, подождите, — притормозил ее врач, — нужно, чтобы ваши группы крови совпадали — без этого риск слишком велик.
Вера стояла как громом пораженная. У них с Артуром были разные группы крови.
Грустная, она вернулась домой. Мариша расспросами выяснила, что произошло. Потом она задумалась и тихо сказала: «Мама, у меня такая же группа крови, как у папы». Вера тут же закричала, что она этот не допустит. Но на их глазах Артур медленно увядал. В конце концов Мариша со слезами на глазах сказала: «Мама, как мы будем без него жить! Я все равно не смогу!» Сердце Веры дрогнуло. Еще пара недель ушла, чтобы уговорить Артура.
Делать операцию они решили в Польше, так как там нашли великолепного врача трансплантолога.
Перед операцией все трое шутили, смеялись. Вера старалась быть бодрой, но внутри ее трясло. Наконец операция началась.
Все шло спокойно, и вдруг в разгар операции врачи засуетились, забегали. Одна медсестра выбежала из операционной и побежала за какими-то дополнительными инструментами. Вера переполошилась, но ей никто ничего не объяснял.
Наконец из операционной вышел врач. Он сняла маску, и Вера увидела, что по его щекам катятся слезы. Казалось, он был в шоке.
- Простите, — всхлипнул он, — простите…
- Что произошло?! — закричала Вера.
- Я сам не понимаю, — врач выглядел испуганным, — почему-то у них обоих началось очень сильное кровотечение, которое мы не могли остановить. Никакими…никакими нашими средствами… никогда такого не было… я сам не понимаю, почему.
Лицо Веры окаменело. Ей показалось, что и душа тоже. Она, как каменный истукан, шла к туалету, а в голове у нее крутились мысли: «это я виновата во всем…», «зачем я позволила эту операцию», «я должна была запретить это», «теперь я потеряла их обоих». Внезапно она почувствовала тошноту, и, подойдя к раковине, позволила содержимому желудка выйти наружу.
Придя в отель, она увидела везде вещи своей семьи и принялась безудержно рыдать. Она не хотела смотреть на их тела, в которых уже не было жизни, но вещи напоминали о ее любимых. Наконец она решила покончить с собой.
Она высыпала из баночки горсть таблеток, которые пила очень редко, когда у нее была бессонница, и уже собиралась их выпить, но тут зазвонил телефон. Номер был незнакомый. Вера взяла трубку. И услышала голос сестры.
- Вера. Это Аня. Не делай то, что собираешься. Я знаю, что произошло. Я знаю, как ты себя чувствуешь. Немедленно приезжай ко мне. Ново-тихвинский женский монастырь. Бросай все и приезжай.
- Но как же… похороны, — залепетала Вера.
- Нет, Вера, уезжай немедленно. Это только подорвет твои силы. Не думай о телах. Это уже не они. Немедленно приезжай.
Вера пожала плечами. «Несколькими днями позже, — рассудила она, — таблетки я всегда успею выпить. Хотя бы увижу перед смертью сестру». Уже через несколько часов она была в самолете.

Вера удивленно огляделась. Она никогда не была в монастыре. Ее поразила мирная обстановка, которая ее окружала, мягкая зеленая трава, какие-то странные, нешумные люди, которые были там. Недоумевая, как найти сестру, она вдруг увидела, что ей навстречу идет женская фигура вся в темном. Интуитивно она почувствовала, что это Аня, и пошла ей навстречу. Подойдя ближе, она узнала родное лицо сестры — повзрослевшее, похудевшее. Между бровями даже пролегли несколько строгих морщинок. Внезапно Веру затопила волна любви к сестре, и она стиснула ее в объятиях. Аня смеялась. Потом Вера положила голову ей на плечо и заплакала.
Несколько часов она изливала душу сестре — как она была привязана к мужу и ребенку, как она не представляет, как будет без них жить, и что вообще она не хочет без них жить.
Аня только улыбалась. В конце концов она сказала:
- А ведь знаешь, они живы.
Сердце Веры вдруг забилось быстрее.
- Как так?
- Вот так, — Аня продолжала улыбаться, — тебе показали только то, что ты должна была увидеть.
- Но… но… я не понимаю. Тогда я совсем запуталась. Где они, что произошло?
И Аня начала свой рассказ.
- Понимаешь, Вера. Я понимаю, что тебя это, наверное, удивит. Но мы в этом мире не одни. Над нами столько звезд, Вселенная такая большая — и неужели же ты думаешь, что мы одни?
Но всякие там фильмы о пришельцах и научно-популярные журналы — это все полная чушь. Нужно искать информацию об этом в древних трактатах мудрецов, которые знали все в совершенстве… Я раздобыла эти трактаты и досконально их изучила. Кроме того, у меня есть кое-какой дар ясновидения, ха-ха. Не знаю, откуда это и зачем, но, тем не менее.
Не думай, что все эти так называемые инопланетяне одинаковые. Они разные — о, совершенно разные! Некоторые из них хотят нам помочь, некоторые из них хотят нам навредить. Большинству из них до нас дела нет.
Но есть такие, которым мы очень даже интересны. Это не лучшая категория инопланетян. Их весьма интересует наша планета и мы. И они очень любят разрушать наши жизни и проводить над нами опыты.
Вера вздрогнула:
- Опыты?
- Ну да. Например, как мы поведем себя в той или иной ситуации. Или просто опыты. Настоящие. На нашем теле. И, к сожалению, твоя семья стала предметом для этих опытов.
- То есть я, Мариша и Артур.
- Нет-нет, ты и Мариша — да, а вот Артур — один из них.
Вера похолодела.
- Нет, это не правда! Это не может быть правдой!
- Подумай сама хорошенько. Разве тебе не сказалось что-нибудь странным в его поведении?
- Вовсе нет! Он был единственным нормальным мужчиной, которого я встретила за всю свою жизнь! Он был просто идеальным!
- Вот именно. Это-то и должно было показаться тебе странным.
- Но… Аня… нет… он был таким прекрасным…
- Именно таким, как ты представляла себе мужчину своей мечты, не так ли? Поведение, отношение к дочери, характер, даже внешний вид — все было именно так, как ты представляла себе в глубине своей души.
- Замолчи!!!
Вера закричала и, не выдержав, присела на скамейку. У нее закружилась голова.
- Прости, Аня… я… просто.
- Я все понимаю.
- А ты разве не поняла постриг? Разве тебя сейчас зовут Аня?
- Приняла, но имя мне оставили тоже. По моей же просьбе. Но обо мне потом. Дослушай историй. Ведь тебе же это важно? Я вижу, что ты не веришь мне. Тогда позволь, я тебе кое-что покажу.
Аня аккуратно взяла за руку сестру и прикрыла глаза. Вера с интересом посмотрела на нее, и вдруг перед ее глазами стали крутиться картинки, одна за другой. Она увидела странных существ, отдаленно напоминающих людей. Один из них вдруг превратился в Артура. Она увидела их первую встречу и все, чем он тогда очаровал ее, как на ладони. Она увидела, как все шесть лет семейной жизни он считывал ее мысли и желания и подстраивался под них. И в конце концов она увидела инсценировку смерти его и Маришы. Вера была потрясена. Она сказала:
- Я верю тебе. Рассказывай дальше.
- Эта нация инопланетян называется Отуи. Сейчас они проводят на земле масштабный эксперимент. Они хотят понять, насколько сильным влиянием они обладают на жизнь людей. По всему миру они встраиваются в жизнь людей и проверяют, насколько сильно они могут на нее влиять. Они считывают все. Видишь, тебя они практически довели до самоубийства. Если окажется, что они, «читая» людей, могут практически полностью конструировать их жизнь, их захват этой планеты окажется более быстрым. Интересно, что конструирование твоей жизни началось задолго до встречи с Артуром. Помнишь Игоря?
- Д-да.
- Так вот, разве тебя не удивило, что он был тобой очень серьезно увлечен, а потом как-то внезапно к тебе остыл? Ведь у вас была практически любовь.
- Да, но как?
- Они инфицировали ему в голову мысль, что тебе нужны его деньги. Эти ребята — большие молодцы. Они умеют инфицировать в голову такие и разные другие безумные мысли. И, если человек недостаточно силен…
- Но почему ты не пыталась меня предупредить?!
- Насчет Игоря я пыталась, потому что знала, что они станут использовать его в своих целях. А вот насчет Артура — просто не могла… Они перехватывали все мои письма и звонки. Только после окончания эксперимента они решили, что я для них больше не опасна, и перестали контролировать твои контакты…
- О Боже… какой ужас! Где же сейчас моя дочь?! Получается, она в лапах этих ужасных существ?!
- Ну, да. Сейчас она у них. Пока она у них в так называемом инкубаторе. Сейчас они исследуют ее, но, когда закончат, начнут экспериментировать… И лучше вернуть ее до того, как это начнется. Эти ребята не очень-то жалостливые. Люди для них — как для наших ученых подопытные животные. Только наши к животным относятся даже лучше.
Вера схватила за руку сестру.
- Пожалуйста, помоги!
- Я смогу тебе помочь. Но ты должна поверить в Бога. Хотя бы чуть-чуть. Они боятся верующих людей. И молитв они тоже боятся. Потому что… Ну, не важно, почему. В общем, боятся, и все.
- О нет, Аня, я не могу… Я никогда не верила.
- Тебя оставят на ночь в гостевом домике. Молись, — безапелляционно сказала Аня, — молись о вере, а утром приходи на службу. После нее я объясню тебе, что делать, чтобы спасти Маришу.

Ночь в гостевом домике была очень тяжелой. Вера почти не спала. Периодически она отключалась на 15–20 минут, но это был очень тяжелый сон. Она пыталась молиться, но у нее не было на это сил. Она не верила, и чувствовала себя очень глупо. В конце концов, к концу тяжелой бессонной ночи, она придумала одну молитву и повторяла только ее: «Если ты есть, дай мне немного веры, я хочу вернуть свою дочь». И во время службы она повторяла то же самое. После службы Аня спросила: «Ну, ты как? Есть у тебя вера?»
- Ну, может, крупица, — неуверенно ответила Вера.
- Хватит, — беспечно отозвалась Аня. Вера даже удивилась такой беспечности, — Сейчас я возьму тебя за руку, и ты в тонком теле перенесешься к ним. Ооо, только, пожалуйста, не удивляйся! — добавила она, увидев глаза сестры. Оказавшись среди них, повторяй одну и ту же молитву: «Господи Иисусе Христе, помилуй нас!»
- Ужас.
- Ну вот, повторяй, прямо зови, с желанием вернуть себе дочь.
- И что, вот это поможет?
- Да.
Уверенность сестры придала сил Вере.
- Они будут тебя пугать. Но ты не поддавайся. Бери за руку Маришу и повторяй эту молитву, пока она не откроет глаза.
Вера кивнула, и Аня взяла ее за руку. Ей показалось, что она находится в каком-то темном лабиринте, по которому шла очень медленно, как под водой. И к тому же ей было нечем дышать. Но она с усилием повторяла молитву, данную сестрой. Сейчас, когда ей стало тяжелее, она молилась немного более искренне. Затем появились страшные люди и стали хватать ее за руки. Но Вера не останавливалась. Наконец они окружили ее и стали передразнивать противными головами: «Господи Иисусе Христе, помилуй нас, грешных!» Вера на секунду похолодела, но затем продолжила идти и повторять молитву, и прошла сквозь них. Ей казалось, что так прошла вечность.
Внезапно она увидела свою дочь, стоящую вертикально, но как будто спящую. Ее волосы колыхались, как в воде. Не веря своим глазам, которые, Вера взяла Маришу за руку и стала повторять: «Господи Иисусе Христе, помилуй нас, грешных!» Так она молилась, пока не почувствовала отчаяние. Мариша все не просыпалась. Но других вариантов у Веры не было, поэтому она продолжала повторять несколько слов, на которые была вся надежда. Внезапно Мариша открыла глаза, ее большие зеленые глаза посмотрели на мать, и она сказала: «Мама!»
- Мариша! — Воскликнула Вера, и в тот же момент ее как будто вытолкнуло назад. Она обнаружила, что сидит на скамейке, и за руку ее держит Аня, выглядящая очень довольной.
- Ну, вот и все. Поезжай обратно в Польшу. Мариша тебя ждет.
- А как же… врачи? Ведь эти двое… они же умерли!
- Ну, а что врачи, — пожала плечами Аня, — Артур умер до пересадки, ему ничего не успели пересадить. А с Маришей все в порядке. Она помнит, что пережила…но как будто во сне. Не переживай за нее. Она сильная девочка.
- А эти… Они нас больше не тронут?
- Нет, сестренка, они вас больше не тронут. А если вдруг — ты знаешь, что делать!
Вера крепко обняла сестру.

Три месяца спустя Вера с Маришей ехали к Ане. Им нужно было многое ей рассказать. О том, как они не могли поверить, что кто-то может так натурально, как Артур, изображать любовь. О том, что они с Маришей обе стали верующими — по-своему, но все же, и Мариша даже решила креститься. О том, что девушка поступила в художественную школу. А Вера снова встретила мужчину — не совсем идеального, но все же довольно неплохого. Он собрались гостить в монастыре несколько дней, и Аня попросила их держать рот на замке — там идеи ясновидения и инопланетян сильно не одобрялись.
- Знаешь, о чем я хотела попросить тетю? — улыбаясь от солнца, как чеширский кот, спросила Мариша.
- О чем?
- Чтобы она не предупреждала нас о том, что должно произойти в наших жизнях. Да, это здорово — знать свое будущее. Но совершать свои ошибки — это тоже здорово, хах. И ведь не все предрешено, правда ведь?
- Совершенно верно, — Вера улыбалась в ответ. Я совершенно о том же хотела попросить.
И они продолжили свои дела, Вера — читать книгу, а Мариша — рисовать пейзаж, который менялся на бумаге по мере того как менялась картинка за окном.

-1
22:15
464
01:35
+1
Идея интересна, но вот исполнение мне не понравилось. Хорошо бы это все расписывать в хороший большой роман и редактировать, редактировать. Автор, по-видимому, девушка, которая только начинает писать. Написано интересно, но сумбурно, а местами и безобразно. Повторы слов, увлечение местоимениями не красит этот, в принципе, интересный рассказ. Не помешает как доработка логики, так и редакция.
Ниже самые вопиющие моменты.

— Если бы! — разрыдалась Вера, — совсем наоборот! Родители мне вообще заниматься Маришей не дают! Как будто я вообще ей не мать! — Аааа…. — Лида задумалась на несколько мгновений, но решение пришло в ее не захламленную предрассудками голову быстро, — А че ты, можно же косметику продавать по каталогам.


Очень интересный логический вывод! Если не дают заниматься ребенком — матери нужно идти работать? Шикарно. Потом выясняется почему так, но все это надо рассказывать читателю прямо сейчас, ведь он не понял.

Я раздобыла эти трактаты и досконально их изучила. Кроме того, у меня есть кое-какой дар ясновидения, ха-ха.


Ха-ха — это злорадство или как? Не стыкуется с образом «скромной монашки».

она увидела свою дочь, стоящую вертикально


Автор, а можно стоять горизонтально? Нет. Поэтому фраза неверна.
20:45
Много замечаний. Первым делом: числительные цифрами — неприятно. Второе: начинается в платной клинике и тошнит чем-то. По ходу сюжета, это должны были быть «таблетки для суицида», но как потом выясняется, героиня не успела их принять, а только высыпала на ладонь. Третье: много повторов (имён, однокоренных слов). Четвертое: местами настолько несуразные выражения и фразы, что лично у меня вызвали хохот (одно только предложение с участием «соплей» чего стоит, да еще хохочущий полицейский).
Гость
21:37
Слишком много бытовухи, затянуто очень. И про веру и религию — здесь можно поспорить… Если уж важно православие для автора, то нужно выдерживать концепцию и не предлагать инопланетян, а бороться с бесами. Разрозненная композиция, всё по сюжету разбегается. Начинающему автору нужно больше читать книжки по философии.
Начнем с сюжета: смесь сериала на ТРК «Россия», передачи на канале РЕН-ТВ и дешевого хоррора. Тут как и в химии: вещества с отличными друг от друга свойствами плохо смешиваются, часто выпадает осадок… Осадок остался. Рассказ не понравился. Диалогов очень мало. Автор рассказывает и поясняет практически все, что происходит в рассказе, не оставляя читателю повода додумывать, фантазировать. Нет ярких образов, описаний окружающего мира. Продолжайте писать — у Вас всё получится. Всё приходит с опытом.
Империум

Достойные внимания