Новая Фантастика

Новая Фантастика
Работа №450

Кай слегка задремал. Не удивительно – солнечные лучи только успели коснуться земли, проникая в его камеру через небольшое окно под самым потолком. Он сидел на кровати, по-турецки подогнув под себя ноги и облокотившись на прохладную стену, выкрашенную в спокойные голубые тона. Он сладко посапывал и с каждым мгновением все глубже погружался в сон, ставя под угрозу план, на который он убил весь прошлый вечер. Побег предполагался дерзким и стремительным, полностью отражая натуру самого беглеца, и во многом полагался на удачу, что также давало некое представление о Кае Ролле.

Он бы проспал до сумерек, если бы не противный тягучий сигнал, который включился автоматически каждый раз, когда большая стальная дверь отъезжала в сторону, открывая проход в блок заключенных. Этот звук означал, что пришел охранник. Этот звук означал, что настало время действовать.

Кай вскочил с кровати, полностью сбитый столку, крутя головой то вправо, то влево. Через секунду сон, наконец, отпустил его из объятий своих теплых и мягких щупалец и заключенный осознал, что чуть не облажался.

«Черт, черт, черт!»

Теперь времени на подготовку не осталось. К счастью сборы и так не должны были занять много времени. В его распоряжении была лишь одна единственная вещь. Последнее, что осталось у него на всем белом свете.

Кай ринулся к кровати и начал перебирать скомканную простыню.

«Ну, где же ты, где!»

Он скинул с кровати подушку, под которой и обнаружил маленький старинный плеер розового цвета. Он схватил прямоугольный цилиндр (эта рухлядь вся выцвела и даже не имела голосового управления) и сунул себе в карман, после чего занял позицию у двери.

Кай прислонил ухо к холодному металлу и прислушался. Охранник отодвигал заслонки и просовывал в них завтрак для заключенных, иногда обмениваясь парой незначительных фраз. Кай огляделся по сторонам и мысленно попрощался с комнатой. Совсем рядом щелкнула еще одна заслонка. Следующая должна быть его, а значит, настало время для представления!

Охранник подошел к его двери и отодвинул задвижку, собираясь просунуть в нее поднос, когда Кай заговорил, используя все очарование, которым обладал.

- А, здоровяк Дим, сколько лет! Давненько тебя здесь не было. Что, сегодня удача тебе не улыбнулась?

- Что! Что ты несешь, Ролл?

- Вчера же был день покера, не так ли? И не нужно отрицать, тот парень с рыжими кудряшками мне все рассказал. Он еще тот любитель поболтать.

- Голтер, черт!

- Да, да, Голтер! Так что, они там наверно отсыпаются после бурной ночи, в то время, как ты вынужден разносить всем завтрак. Мне кажется это слегка несправедливо.

- Это работа, Ролл. Тут не к чему приплетать справедливость.

- Да, но все же посмотри на ситуацию со стороны. Ты сейчас трудишься, в то время как твои коллеги храпят в свое удовольствие, и исправь меня, если я ошибаюсь - разве толкать эту тележку должны ни двоя?

Кай мог видеть только часть лица огромного охранника, большее это крохотное отверстие, предназначенное для подачи подносов, не позволяло, но даже так он смог уловить мимолетное раздражение, промелькнувшее на лице громилы.

«Отлично».

- Видишь, как я и говорил – несправедливо.

- К чему ты клонишь, Ролл?

- Ни к чему. Просто, если все сейчас развлекаются, так почему бы и нам не поступить так же. Что скажешь, здоровяк? Знаю, что ты не откажешься от пары невинных загадок.

- Нет, Ролл! Хватит с меня твоих загадок.

- В этот раз никакой пошлятины, обещаю, - Кай лукаво улыбнулся и встретился глазами с охранником. – Ну же Дим, ты же умник, а все умники ни за что не упустят возможности показать, насколько они умны. Ну, так что? Или ты испугался? Неужели славный житель «Новой Фантастики» боится проиграть жалкому скитальцу, отродью Великой пустоши?

- Захлопни пасть, Ролл! Именно из-за своего поганого языка, ты до сих пор в этой камере.

- Полагаю, так ты хотел выразить свое согласие на состязание, правильно, здоровяк?

Охранник немного помялся, после чего громко выдохнул.

- Загадывай свои загадки.

- Отлично, - ликующе завопил Кай и даже сделал небольшой победный круг по камере, после чего вновь прильнул к двери и просунул свое лицо в отверстие настолько, насколько это было возможно.

- Но предупреждаю сразу Дим, я загадаю тебе три загадки, и возможно, поначалу, но только поначалу они покажутся тебе слишком легкими, но все это будет лишь часть чего-то большего, той самой настоящей загадки, на которую тебя надо дать ответ. Тебе не разрешено произносить ни слова. Захочешь что-то спросить, уточнить или просто послать меня – проиграешь. Ничего не должно сорваться с твоего языка, за исключением истины…

- Ты говнюк, - перебил его Дим.

- Что?

- Ты говнюк, и это истина.

- Ладно, очень остроумно, Дим. – Охраннику был с этим не согласен. Ему казалось, что это не просто остроумно, а по-настоящему смешно, поэтому он улыбался вовсю ширь.

- Что я пытаюсь сказать, - продолжил Кай, - так это то, что тебе нельзя ничего говорить, за исключением правильного ответа. Ну что, согласен на мои правила, здоровяк?

- Согласен, можешь начинать.

Кай улыбнулся и потер в предвкушении руки.

- Загадка первая:

Вот огромный дом старинный,

Безмолвный страж его хранит.

Он глух к мольбам, к речам он длинным,

От всех напастей защитит.

Тут не поможет хитрость, сила,

И знания твои тут ни к чему.

Я поступлю иначе – мило,

Заветный ключ к сердечку подберу.

Лицо Дима все перекосилось. Он набрал в грудь воздух, чтобы что-то сказать, но Кай предупреждающее поднял палец и замотал им в разные стороны.

- Нет, нет, нет! Никаких комментариев по поводу отсутствия у меня поэтического таланта, уяснил? Только правильный ответ, иначе проиграешь. Таковы правила, здоровяк.

Дим снова состроил гримасу, явно пожалев, что согласился на такие правила, но на то они и правила – они могут тебе не нравиться, но ты все равно обязан их соблюдать.

- Замок, - произнес Дим, и Кай наигранно зааплодировал.

- Неплохо, неплохо, здоровяк. Что уж тут сказать, «Новая фантастика» - один, Великая Пустошь – ноль. Но не стоит расслабляться, это лишь разминка. Настоящая игра только начинается! И так, ты готов – загадка номер два, постарайся продолжить фразу:

Замочек, замочек,

Черный уголочек,

Что бы путь отварить,

Нужно меня …

- Открыть, - незамедлительно крикнул Дин.

- Голосовая команда принята, - раздался механический голос.

- Что за…

Кай не дал охраннику опомниться. Он ударил по двери ногой, и та распахнулась с чудовищной силой, угодив Дину прямо по лицу. Металлическая створка сломала ему нос, разорвала плоть на лице и мгновенно вырубила охранника. Он рухнул на землю, а довольный Кай Ролл не торопясь покинул свою камеру и склонился над лежащей фигурой.

- Ну и, наконец, загадка номер три. Как ты мог на такое повестись, здоровяк? – Кай издевался, ответ он и сам прекрасно знал. Стены! Стены всему виной. Они делают людей мягче, глупее, принуждают к доверию. Еще бы! Без доверия все это место из оплота цивилизации, символа безопасности превратилось бы в сплошную братскую могилу.

Весь прошлый вечер бывший скиталец потратил на придумывание загадок, ответом на которые была бы фраза, открывающая замок камеры. В этом заключалась слабость голосового интерфейса: не важно, какие паузы между словами, не важно, кто еще в этот момент открывает рот. Компьютер различает только голос охранников, а значит остается лишь вытянуть из них нужные слова. Тот рыжий парень – Голтер, лишь вскользь коснулся этой темы, при этом дав Каю больше информации, чем ему было необходимо.

Кай еще раз осмотрел охранника и на всякий случай проверил пульс. «Живой». Заключенный облегченно выдохнул, после чего обыскал здоровяка в поисках карты-ключа.

Пусть охранники этого места не блистали умственными способностями, но все же не были полными идиотами. Кто-нибудь с минуты на минуты заметит несанкционированное открытие двери, а так же распластавшегося на полу охранника и незамедлительно поднимет тревогу. У Ролла оставалось каких-нибудь пару секунд, чего вполне достаточно, чтобы выбрать подходящий трек.

Он вытянул из грудного кармана охранника карту-ключ и поспешил к двери, по пути вставляя наушники в уши. Беглец начал перебирать имеющиеся композиции, выбор был сделан уже давно, и нажал на «play» в тот же момент, когда поравнялся с дверью. Она отъехала под рев гитары.

Солистка нагло и игриво зашептала ему на ухо, сводя с ума, зовя за собой, зовя на свободу, нагоняя и нагоняя темп и Кай повиновался, побежал во всю прыть, устоять было просто невозможно. Ударные и бас предали песне драйва, а включившийся сигнал тревоги стал отличным дополнением к мелодии.

Кай бежал по коридору, под взгляды удивленных охранников, сидящих за бронированным стеклом, и показывал им средний палец. Милашка в наушниках уже совсем разогрелась, а стоны гитары наполняли тело невиданной силой и энергией. Нет ничего лучше на всем свете, чем бежать, хватая ртом воздух, подгоняемым звуками любимой песни, на встречу истиной свободе, находящейся далеко за пределами скучной реальности.

Кай держал наготове карту-ключ, готовясь отворить дверь, ведущий в очередной коридор, когда она сама открылась, задолго до его прибытия. Пятерка охранников в черных шлемах и униформе, вооруженная шокерами и дубинками, выбежала ему на встречу, преграждая путь. Мир затих … пока наглый и сладкий голос не ворвался в его реальность, а припев не взорвал его перепонки.

- АХАХААХА, - Кай смеялся как сумасшедший, повинуясь нотам и чувству эйфории, и без страха несся вперед. Охранники открыли огонь. Электрические дротики устремились навстречу беглецу, как раз в тот момент, когда в руках Ролла что-то сверкнуло. Оба снаряда отскочили от металлического подноса, которым Кай прикрылся как щитом, и красочно перевернулись в воздухе, не нанеся улыбающемуся беглецу никакого вреда (спасибо прорезиненным ручкам).

Отразив нападения, Ролл перешел в контратаку. Не останавливаясь, он развернулся, выставив правую ногу вперед, и вложил всю кинетическую энергию в бросок. Поднос завертелся в воздухе, словно стальное, блестящее фрисби, намереваясь снести одному из охранников голову, но в последний момент отклонился от курса и угодил в стену, оставив глубокую вмятину.

Что и говорить, из подноса вышел дерьмовый снаряд, но неплохой отвлекающий маневр. Пока охранники следили за тем, как он разбивается о стену, Кай сократил дистанцию и в прыжке врезал одному из черной пятерки, тому, что стоял посередине, обеими ногами прямо в грудь. Охранник отлетел, а Ролл в падении постарался задеть еще одного, но его ботинок лишь скользнул по поверхности шлема. Конечно, после таких выкрутасов грациозного приземления не вышло. Кай шлепнулся на бок, но крутанул ногами, подсекая все того же охранника, которого не смог задеть ранее. Мистер «Черная униформа» припал на одно колено, в то время, когда Кай уже оказался на ногах, успев подобрать дубинку первого охранника, которую тот неосторожно обронил. Он ударил снизу вверх, целя в челюсть, которая не была прикрыта шлемом, и угодил точно в беззащитный подбородок. Номер два моментально вырубился и, задрав высоко голову, рухнул на землю.

Охранник номер три, до этого момента полностью сбитый с толку, наконец, совладал с чувствами и атаковал Кая, правда, весьма неуклюже. Ролл кувырнулся, уклонившись от дубинки третьего, и с разворота ударил охранника по колену. Коленная чашечка вылетела из сустава с характерным и ужасным звуком, от которого мурашки побежали по коже. Номер три заорал, завопил, закричал во всю глотку, падая на спину и схватившись за изувеченную ногу.

Кай снова поднялся и ринулся к последнему стоявшему охраннику. Четвертый замахнулся, но Ролл был уже слишком близко. Он перехватил его руку, сжал за запястье и крутанул, вырывая из ладоней оружие, после чего со всего маху стукнул его по шлему. Охранник упал, а Кай запрыгнул сверху и обрушил убийственное барабанное соло прямо на голову бедняги. Охранник обмяк, а Ролл навис над поверженным соперником.

- Вот как дерутся в Пустоши, сукины де…

Кай не договорил. Охранник, которого он первым ударил в грудь, оклемался и, воспользовавшись невнимательностью скитальца, атаковал его со спины. Он ударил со всего размаха по левой руке. Конечность в момент онемела и перестала слушаться. Кай вскрикнул и быстро развернулся, отпрыгнул в сторону, по ходу движения заметив, что выронил одну из дубинок - левая рука весела безжизненной плетью. Напади на него охранник сейчас, он без труда бы придавил его к земле. С одной рукой особо не повоюешь, но номер один решил действовать осторожно, наблюдая за каждым движением противника. Еще бы, вокруг него валялось трое бездыханных тела, а четвертый катался по полу в дикой агонии. Оба выжидали, хотя Кай прекрасно понимал, что эту схватку ему не выиграть и хаотично подбирал варианты. Ответ прошептал ему на ухо все тот же сладкий и дерзкий голос, о котором во всей этой суматохе, он успел позабыть.

«Беги…БЕГИ, БЕГИ, БЕГИ!!!»

Если красотка что-то говорить (а Кай не сомневался, что она красотка, хотя ни разу ее не видел), то надо как минимум прислушаться.

Кай метнул в охранника последнюю оставшуюся дубинки и бросился к выходу. К счастью, он находился к двери гораздо ближе и на этот раз никто не преграждал ему путь.

Он выбежал в коридор, подгоняемый стуком барабанных палочек и кинувшегося в погоню охранника. Справа и слева тянулась вереница дверей. Кай бежал, иногда оглядываясь через плечо, гадая, какой из дверных проемов окажется его билетом на волю. Но гадать было не обязательно. Знаете в чем один из признаков цивилизации? Тут все и всегда подписано.

Увидав искомую надпись, Кай изо всех оставшихся сил устремился к двери, рядом с которой висела табличка: «Лестница».

Кай влетел в дверь и пустился вверх по лестничному пролету. Ноги барабанили по ступенькам, музыкант в такт перебирал струны гитары … все быстрее, и быстрее, и быстрее. Кай окончательно потерял дыхание уже после восьмого этажа, перед глазами стояли черные пятна, но он продолжал подниматься, делая музыку громче, чтобы она заглушила желание остановиться.

Кай посмотрел через плечо. Охранник больше не гнался за ним, наверное, совсем отстал. Ролл пробежал еще несколько пролетов, просто на всякий случай, остановился и прислушался. Ни единого звука.

«Странно».

Вряд ли его просто решили отпустить, тем более, непонятно почему на перехват послали только пятерых охранников? Это место было просто колоссально! Должно было насчитывать тысячу сотрудников. Неужели это все тюрьма? Неужели они держат стольких человек в заключении?

Кай не поверил им с первой же минуты. Они представились спасителями, защитниками, предложили кров, пищу – все, и абсолютно безвозмездно - стандартный рецепт любой подставы. Как говорится, у гостеприимства не бывает границ, а у их нового дома они были. Их отгородили, как каких-нибудь животных, загнали в загон из стекла, и сказали, что они свободны. Но Кай знал, Кай понимал и Кай добрался до самого края, уткнулся в него ухом и услышал … услышал тот, другой мир, за пределами этих стен. Их изолировали. Спасители так не поступают, так поступают хозяева, приютившие дворнягу, но закрывающие перед ней входную дверь, чтобы грязное животное не испачкало дом. На его вопросы, обвинения, так называемые «защитники» лишь молили его успокоиться (все еще играли в добряков), пытаясь отделаться полуправдой. Когда он отказался их слушать, они, наконец, показали свою истинную суть. Он заснул, прямо перед тем, как собирался врезать одному из представителей «Врущей Фантастики» по его сморщенной физиономии. Проснулся уже в клетке, такой же по сути, но намного меньше в размерах.

Люди в мантиях пытались его успокоиться, предлагали пройти какой-то ритуал. Говорили, что у него еще есть шанс вернуться, есть шанс стать частью «Новой Фантастики», ему надо было лишь отобрать семь вещей … семь вещей, которые были ему дороже всех. Кай сказал, что милее всего ему его белоснежные передние зубы и одним ударом выбил старику сразу три. Его стукнули шокером - так он встретил новое утро в своей новой маленькой камере, в компании четырех старых предметов, ровно выстроенных на столе: часы, кубик Рубика, игральные карты с голыми красотками и розовый плеер, который на самом деле ему не принадлежал… Не принадлежал он и законному хозяину. Мертвые не могут ничем обладать, они вообще ничего не могут, только причинять боль… но все же у нее был отличный музыкальный вкус. И теперь этот стальной цилиндр – это все, что у него осталось. Его лишили даже солнечного света, но сегодня он собирался все себе вернуть.

Кай потерялся во времени, особенно после того, как расстался с часами. Их отобрали за очередное неповиновение. С тех пор прошел месяц, а если быть точным, то двадцать девять дней, но абсолютной уверенности у Кая не было. Теперь отсчет велся не в часах и минутах, а в восходах и закатах, и конечно стоит отдать должное создателям, вышло вполне не плохо, но то, что проникало каждым утром в его камеру, не было солнечными лучами. Это было искусственное освещение, а значит, оно могло включаться и выключаться в любое время по желанию местных господ. Он мог провести тут лишь пару недель, а мог и гораздо дольше … в любом случае это давало некоторые подсказки. Например, то, что они находятся под землей.

Кай схватился за перила и посмотрел вниз. Охранника нигде не было видно.

«Как-то неответственно они относятся к своей работе».

Тогда скиталец плюнул, в прямом смысле этого слова, и посмотрел вверх на сотню лестничных пролетов, которые высились над ним.

- Черт, так вот как выглядит тысяча ступенек на пути к мечте, - Кай рассмеялся, в полном одиночестве. Три последних года он все делал в одиночестве.

Беглец смотал наушники и сунул плеер обратно в карман. Хорошо бы было раздобыть какой-нибудь еды и воды в дорогу, но Великая пустошь кормила его всю его жизнь, прокормит и сейчас, правда он очень пожалел, что не захватил с собой чего съестного с той продуктовой тележки.

Кай поднимался: ступенька за ступенькой, пролет за пролетом, он уже почти хотел, чтобы толпа охранников набросилась на него сейчас и избавила от необходимости идти дальше, но, ни одна живая душа не преградила ему путь.

Кай задыхался, остановился только на секунду, чтобы перевести дыхание, как вдруг ощутил … так ясно, так четко, что мурашки побежали по всему телу.

«Воздух! Свежий воздух! Ошибки быть не может».

Кай закрутил головой, в поисках источника сквозняка. Площадка, где он совершил остановку, немного отличалась от других. Прямо посередине была такая же синяя дверь, которая должна привести его к основным помещениям этого этажа, но с боку, с правой стороны находилась еще одна. Надпись на ней гласила - «Пожарный выход». Скиталец открыл ее и прошел внутрь. Тут было темно, и еще холодно, но воздух, такой тут был свежий воздух, это точно было оно. Внизу на один пролет ниже, куда вела еще одна проклятая лестница, находилась другая дверь, через которую прорывался свет… и этот свет был солнечным, вне всякого сомнения.

Кай чуть ли не перепрыгнул все ступеньки, что в такой темноте могло обернуться свернутой шеей и концом всей истории, но дуракам везет, повезло и ему. Через секунду он оказался у загадочной двери. Она поддалась легко, лишь слегка заскрипела при открытии, и скиталец застыл на месте, полностью очарованный красотами наступившего утра.

Легкий прохладный ветерок окутывал его тело, воздух был наполнен ароматом хвои – остроконечный тис и сосны росли полукругом вокруг всего здания. Кай оказался этажей на четыре выше поверхности земли, поэтому могучие деревья не мешали ему созерцать раскинувшийся внизу город – удивительный и чужой город … тот, что слышался ему по ту сторону скрывающей его голограммы.

Тюрьма находилась на возвышении, вдали от основных построек. Кай даже не моргал, стараясь насладиться каждой секундой представшего перед ним зрелища. «Новая Фантастика» действительно заслуживала своего названия. Этот город, который тянулся далеко вперед, за горизонт, был живым воплощением его грез, о городах прошлого. Он был слишком мал, чтобы помнить, слишком мал, чтобы сожалеть. «Счастливчик», - так называл Кая отец, с присущим ему мрачным и угрюмым выражением лица. После историй о прошлом, особенно об их матери, Ролл старший частенько пропадал на несколько дней, а когда возвращался, от него смердело алкоголем, а костяшки кулаков были разбиты в кровь. Так продолжалась несколько лет, пока однажды его отец не вернулся, оставив их с сестрой совсем одних. Может он умер, а если нет, то Кай желал ему смерти. Он винил его за то, что произошло с ней, хотя сам был виноват ничуть не меньше.

«Агни, тебе бы здесь понравилось», - пронеслось у него в голове и на секунду, но всего на секунду, он подумал, а не остаться ли ему здесь навсегда.

«Дурак!»

Кай захотел влепить себе пощечину за минутную слабость, за то, что даже позволил себе такую мысль. Захотел … но не смог.

Скитальца пробила холодная дрожь. Его рука не двигалась, он вообще не двигался, не мог пошевелить ни единым пальцем. Застыл, как вкопанный в тот самый момент как вышел из здания… Даже его глаза! Глаза! Зрачки не меняли положения, а веки, веки не могли опуститься.

«О нет! НЕТ, НЕТ, НЕТ!»

И тут он заметил… Солнце! Он заметил Солнце!

«НЕТ! НЕТ! НЕТ!»

Все это время оно скрывалось за зданием невиданных размеров, стоящее прямо в центре «Новой Фантастики», которое заслонило светило, словно луна. Заслоняло еще мгновение назад, но сейчас лишь крошечная его часть показалась из-за своего временного укрытия. Показалась и …

«ААААААААА!»

Леденящий душу вопль не вырвался наружу, не потревожил спокойствие этого мирного утра. Глаза скитальца сгорали в полной тишине.

Сознание Кая разрывалась на части… от боли, от агонии, от полного бессилия. Он не слышал позади себя стук тяжелых ботинок о металлические ступеньки, лишь почувствовал, как черный непроницаемый мешок надели ему прямо на голову.

Его подхватили под мышки и потащили. Скиталец не сопротивлялся, лишь шептал, так тихо, что его едва можно было услышать.

- Спасибо, - он продолжал и продолжал повторять одно и то же слово. - Спасибо.

***

- Открывай глаза. Я знаю, что ты уже в сознании.

Кай действительно был в сознании, но в данный момент ему было страшно до усрачки. Что… что если он их откроет, а тьма не отступит, не уступит место свету, и ему до конца жизни придется провести в окружении черного небытия. Потерять то, что является одной из составляющих жизни … потерять навсегда. Это не то, что можно принять легко. И он колебался, не хотел их открывать. Света на сегодня ему было достаточно…

Странно, но он почти не помнил того, что с ним случилось. Его собственный мозг пытался уберечь владельца от мрачных воспоминаний. Он даже не мог представить величину той боли… лишь знал, что она была неутолима.

- Понятно, - прозвучал все тот же низкий и бархатный голос. – Значит, мы оказались в тупике.

Незнакомец поерзал в своем кресле и постучал несколько раз обо что-то твердое, скорее всего о поверхность стола, потом вздохнул и снова заговорил:

- Знаешь, Кай, в данный момент ты напоминаешь мне человека на краю пропасти, который смотрит в бездну и слишком боится прыгнуть вниз. И в этом нет ничего удивительного, - хохотнул он. - Бездна – это чистая неизвестность, пугающая, неподдающаяся описанию. Кроличья нора, ведущая в зазеркалье, открывающая путь в мир грез или худших кошмаров. Но знаешь, что забывают все эти люди, оказавшись на самом краю, - незнакомец замолчал, и Кай почувствовал на себе его пристальный взгляд. - Истину Кай, истину. Если бы их все устраивало в прежней жизни, они бы и не подумали подходить так близко к пропасти. Так что прыгай, Алиса, настало время тебе познакомиться с Безумным Шляпником.

Кай фыркнул, и открыл глаза, собираясь послать куда подальше своего нового собеседника, когда свет ударил по глазам и Кай тут же зажмурился.

- Черт,- выругался он.

«Больно! Больно, черт, но лучше, чем могло быть. Я хотя бы что-то видел», - подумал скиталец мгновение спустя.

- Постарайся не спешить, Кай, - прозвучал низкий голос. - Мы тебя подлатали, но твоя сетчатка все еще чувствительна. Теперь попробуй потихоньку, мы никуда не спешим. Уважаемый, - обратился он к кому-то. – Сделайте, пожалуйста, свет не таким ярким. Оставьте лишь пару ламп, этого будет достаточно, - зазвучали шаги, и скиталец решился на вторую попытку.

Болело жутко, голову как будто пронизывало тысяча иголок, а белки окрасились алым цветом. Но все же скитальцу удалось открыть глаза, и рассмотреть таинственного незнакомца.

- Спасибо за интимчик, старик, - произнес довольный наглец и осмотрелся.

Кай оказался в большой темной комнате. В этом полумраке он разглядел лишь двоих охранников, стоявших по сторонам и не упускающих из виду каждое его движение. Прямо перед ним возвышалась широкая деревянная трибуна с круглым символом прямо посередине: подснежник, пробившийся сквозь пепел и распустившийся во всей красе - герб «Новой Фантастики». За трибуной сидел человек, которому перевалило за шестьдесят. Его волосы поредели, открывая блестящую лысину, а те, что остались, серебрились сединой. Его лицо покрывали морщины, особенно глубокими были те, что находились по краям глаз. Они давали некое преставление о незнакомце напротив - за свою жизнь (довольно длинную по последним стандартам) он либо слишком много смеялся, либо слишком часто плакал. Но сейчас он улыбался, и улыбка эта была теплой … теплой и печальной, такой, на которую только старики были способны, и он не отрывал своих голубых, практически прозрачных глаз от скитальца.

- Твои волосы соскучились по стрижке[1], - сказал старик и по-доброму рассмеялся.

- Что, – удивился сбитый с толку Кай. – А не пошел бы ты нахер, придурок! Теперь отвечай, что вы со мной сделали?

Улыбка пропала с лица старца, он виновато опустил голову и поднялся со своего места.

- Прости, это была необходимость, ужасная и непростительная, но все же необходимость. Я … я сейчас попробую все объяснить, - человек в черной мантии, похожий ни то на священника, ни то на судью спустился вниз со своего возвышающего постамента и подошел вплотную к скитальцу.

- Подождите, Сер! Это…, - один из охранников кинулся вперед, но старик лишь поднял вверх руку, останавливая его на полушаге.

- Все хорошо, уважаемый, - сказал он улыбнувшись. - Будьте так добры, принесите мне стул. В мои годы колени не позволяют мне долго находиться в вертикальном положении.

Охранник замешкался и бросил недоверчивый взгляд в сторону скитальца, но тут же поклонился и выполнил просьбу старика. Человек в черной мантии сел, и в этот раз их глаза оказались прямо напротив друг друга.

- Здравствуй, Кай. Меня зовут Дариус Нест, и я …

- Да насрать мне как тебя зовут, - перебил его разъяренный скиталец. – Что вы со мной сделали, уроды!

Кай попытался податься вперед, но тугие ремни прочно держали его на месте. Нест смерил его взглядом и снова улыбнулся, только в этот раз улыбка вышла более печальной.

- Прости, Кай. Мы никогда не планировали причинять тебе боль, особенно такую ужасную. Мы лишь хотели показать, … чтобы ты понял, чтобы осознал, что тебе отсюда не выйти. По крайней мере, не тем путем, которым собирался выйти ты.

- Ты не ответил на мой вопрос, старик! Почему я застыл, почему я не мог пошевелиться? Вы что-то сделали со мной, да? Ведь, сделали?

- Да, Кай, сделали. Мы вмонтировали небольшое устройство в основание твоего позвоночника. Эта маленькая штучка блокирует твою нервную систему, если говорить проще – нарушает связь между мозгом и телом, и стоит тебе покинуть это место, как ты снова застынешь. Это - стандартная процедура для всех, кто попадает в Цитадель. Мера предосторожности от тех, кто мог бы навредить «Новой Фантастике».

- Заткнись, ЗАТКНИСЬ! – взревел Кай. - Защитить! Ты сказал защитить?! Это от вас нужна защита! Я так и знал, так и знал. Вы не спасители, вы рабовладельцы. Лгуны, херовы лицемеры!

- Кай. КАЙ,- повторил он более громко, чтобы собеседник обратил на него внимание. – Прошу успокойся. Ты можешь мне не верить, но я здесь, чтобы тебе помочь. Честно. Вообще-то, я твой последний и единственный шанс, чтобы не остаться в этом месте навсегда. Ты же понимаешь что это последнее заседание? Понимаешь, Кай?

Кай посмотрел на Дариуса испепеляющим взглядом, но все же замолчал, перестал вырываться из ремней и облокотился на спинку стула. Он понимал. Сегодня ему дадут пожизненный срок.

- Вот и отлично, молодой человек. Мы наконец-то готовы начать, - старик повернул голову и кивнул кому-то в темноте. Через секунду из мрака появился еще один фантаст (так называли себя жители «Новой Фантастики»), облаченный в ту же черную мантию. Он был гораздо моложе, держал в руках тонкий белый планшет и быстрым шагом направлялся к центру комнаты, но в отличие от своего старшего товарища близко подходить не стал, остановился, как только поравнялся с охранниками.

- 24 мая 2101 года, - слова молодого незнакомца в чёрных бесформенных одеждах разнеслись по всей комнате, резонируя от стен и настигая слушателя со всех сторон. Его худая, бледная физиономия совсем не соответствовала тому сильному, поставленному голосу, который звучал сейчас изо рта фантаста. Если бы мир не слетел с катушек десятилетия назад, то этот парень мог бы стать диктором, либо оперным певцом, но мир все-таки слетел, тронулся, сошёл с ума, похоронив мечты и желания о будущем вместе с их хозяевами в холодную землю. Кай не знал той жизни, не видел альтернативы. "Безумный" мир, в котором он вырос, был для него просто "миром", а прошлое казались сказкой, наполненной красками и выдумками.

- Слушается дело Кая Ролла, - продолжал фантаст. - Уроженца города, - тут он запнулся и возмущённо приподнял брови, но все же произнёс написанное сквозь зубы, не пропустив при этом ни единого слова.

- Уроженца города, находящегося рядом с моим, где жили мужики, любящие обнимать друг друга и пахнущие, как потные макаки, - Кай заржал во весь голос, откинув голову назад и барабаня ногами по полу, за что получил полный ненависти взгляд от молодого фантаста. - Уровень опасности семь. Решение о присуждении высшей степени опасности доверено старшему хранителю - Дариусу Несту, уроженцу города Хельсинки, Республики Финляндия, - человек в мантии убрал планшет, поклонился старику и энергично зашагал прочь, сжимая кулаки настолько сильно, что костяшки приобрели белоснежный оттенок. Гнев был тем чувством, которое Кай умел вызывать в других с незавидным постоянством.

Все это время морщинистый старец не отрывал своих проницательны, почти бесцветных глаз от скитальца, наблюдая, оценивая, подмечая малейшие изменения в поведении. Кай улыбался, смеялся, провоцировал, храбро встречая взгляд Неста. Он был готов на все что угодно, даже на безумства, лишь бы они не почувствовали его страх.

- Понравилось шоу?

- Ещё как! Смотрю уже в четвёртый раз, а все не надоедает. Честно, вы какие-то извращенцы, да ещё так издеваетесь над этими бедными ребятками. Я такой чуши понаписал в своей анкете, а вы заставляете их все это читать. Немного жестоко с вашей стороны, вы не находите?

- Отнюдь, мой друг, - спокойно ответил Нест. - Просто ты не до конца понимаешь суть...

- Я тебе не друг, папаша, - грубо отрезал Кай. - Не кореш, не товарищ и не приятель, понятно!
Человек в мантии вновь тепло улыбнулся.

- Предельно понятно, - незамедлительно ответил он. Выпад Кая не произвёл на него совершенно никакого эффекта. - Я понимаю что, эта обстановка, ремни, охрана, в комплекте со всем произошедшим сегодня абсолютно не располагает к дружеской, доверительной беседе. Поверь мне, если бы я мог сейчас сделать, хоть что-то, что угодно, лишь бы твоё пребывание здесь стало более комфортным, то я бы так и поступил, - он помедлил. - Но я не могу, прости меня ... Кай.

Скиталец хищно улыбнулся.

- Наверняка, ответом будет какая-то чушь, но я просто не могу удержаться от искушения. Так что скажи мне старик, скажи почему?

- Не могу, потому что таковы правила, - сказал человек в черной мантии.

Кай сорвался с места и ринулся вперед, но тугие ремни по-прежнему удерживали его на места.

- Какое отношение ваши правила имеют ко мне, - прокричал он. – Просто отпустите меня, дайте мне уйти. Это ваши правила, не мои! Я не обязан их соблюдать!

- Ошибаешься, Кай, - старик по-прежнему оставался спокоен. – В тот момент, когда ты переступил границу «Новой Фантастики» и попрошу заметить, сделал это добровольно, эти правила стали распространяться и на тебя, а правила – это все для этого места, - взгляд Неста стал серьезным, а все морщины более глубокими. - Ты слишком молод, чтобы помнить старый мир, а я слишком стар, чтобы принять новый. Он не был идеальным, но я все равно любил его, не смотря на все недостатки и противоречия. Но тому миру пришел конец, и это то, с чем надо смириться. Даже сейчас … все то, чем мы занимаемся – это не попытки что-то вернуть, а попытки построить заново, иначе нас неминуемо будет ждать та же участь, - Нест помедлил. – Кай, ты знаешь, что такое фильмы?

- Да, старик. Знаю.

- Отлично, тогда объяснить все будет гораздо проще, - улыбнулся Дариус и положил ногу на ногу, обхватив верхнее колено обеими руками. - Я, как и любой нормальный человек, просто обожал фильмы. Я мог дискутировать о них часами, жертвовать драгоценным сном, ради просмотра новой картины. Со временем это превратилось в настоящую манию, и чем вычурнее или непонятнее было кино, тем лучше. Я чувствовал гордость за то, что смог посмотреть такое, даже если сюжет напоминал неприглядное месиво из пережеванных мыслей и слов. Но среди множества жанров и тем, существовавших тогда в кинематографе, была одна особенная, смысл в которой лежал на самой поверхности, но каждый человек всеми возможными способами пытался его не замечать. Такие фильмы назывались "Фильмами катастрофами".

Дариус Нест попал в точку, заведя разговор про кино. Он понял это, когда карие глаза скитальца зажглись, словно рождественская гирлянда. "Как приятно встретить коллегу киномана", - подумал старик, и продолжил развивать поднятую тему.

- Кино - это магия, которой человечество ещё не разучилось пользоваться, поэтому совсем не удивительно, что фильмам было по силам предсказывать будущее. Фантазия авторов рисовали нам утопии и антиутопии, миры, раскинувшиеся далеко за приделами нашей солнечной системы, или канувшие в каменный век, погибнув в ядерном апокалипсисе. Нам предсказывали ужасные катаклизмы, землетрясения, извержения вулканов, потому что именно к этому должно было привести наше вмешательство в безмятежную жизнь матушки-природы. Нам предсказывались голод и болезни - неизбежный итог бесконтрольного роста населения. Нам обещали войны, рождённые жадностью и людей, ведомых слепым патриотизмом, забывших законы Божьи и свои собственные, - Нест вздохнул. - Идея было не нова и весьма заезжена, возможно, поэтому она не возымела никакого эффекта. Люди видели в этом выдумку, фантастику, а не реальную проблему, ожидающую нас в будущем... А может дело в другом, может мы просто пустили все на самотёк, или может было уже слишком поздно... Полумеры не к чему бы ни привели, а менять привычный порядок вещей было слишком страшно и слишком неудобно. К тому же никто не любит грешников, толкающих проповеди, поэтому люди предпочли не слушать, предпочли заботиться о своих маленьких личных мирках, не уделяя достаточно времени миру общему. Мы выбрали жизнь... здесь и сейчас, невзирая на все, что будет после, так долго, как только возможно. Наше бездействие позволило всем предсказаниям сбыться, без единого исключения...

Нест хотел сказать что ещё, но слова застряли в глотке.

- Конечно, сейчас мы понимаем, насколько это было эгоистично, - наконец-то, продолжил старик, - и я приношу за это свои искренние извинения. Человек - "исключительное" существо, потому что без конца способен придумывать исключения, находить лазейки в правилах, выживать в любых условиях. Эта беспардонная изворотливость сделала нас великими, она же в итоге нас и погубила. После того как осела пыли и догорели пожары, на земле не было ни одного виноватого, остались только выжившие... Мы совершили самое страшное преступление из возможных, но некому было нас осудить. Да и у кого было право! Никто не мог стать судьей, когда вина лежала на всём человечестве. Я, будучи уже не молодым, но все ещё глупым, думал, что наши судьи находятся где-то там, за пределами нашего мира... по ту сторону, чтобы это не значило. Я полагал, что увижу их, когда умру, когда сам окажусь в их мире, но все получилось иначе. Наша встреча состоялась гораздо раньше и задолго до того, как в моих венах перестала течь кровь. И это они пришли к нам, преодолев невозможное и ступив на нашу израненную землю. Это случилось здесь, посреди высоких стен "Новой Фантастики", - Дариус подался вперёд и посмотрел прямо на скитальца.

- В тот день меня встретила толпа ребятишек: мальчики и девочки, разных возрастов, с веснушками и без, рыжие и светлые, высокие и низкие. Они все улыбались и смеялись, и вели себя, как подобает детям. Холодная дрожь пробила меня при виде этого зрелища. В их глазах не было упрёка, не было грусти, они радовались миру, в котором жили, просто потому, что не знали ничего другого... Мы обрекли их, а они этого не понимали, но понимали мы... Тот день закончился для меня слезами и обещанием, и впервые за много лет, я задумался о будущем. С тех пор я работаю на благо "Новой Фантастики", ради тех самых ребятишек, которые сейчас должны быть чуть помладше тебя, поэтому, пожалуйста, Кай, помоги мне сдержать обещание, позволь мне помочь тебе.

- Хочешь мне помочь, так отпусти меня! Мне уже осточертело играть в ваши игры!

- Кай, я же говорил, что не могу. Таковы правила.

- Так сделай исключение!

- Правила не имеют смысла, если будут существовать исключения, - Нест сказал это очень резко, оставив свой приветливый тон.

- Правила могут быть несправедливы, могут быть жестоки, могут быть совершенно ошибочными, но пока они существуют – будет существовать и мир. Мы не пытаемся лишить людей свободы, они по-прежнему вольны делать то, что хотят, за исключением некоторых, важных аспектов, от которых зависит жизнь. Именно исключения разрушили старый мир, они обессмыслили слова, создали слишком много лазеек. Все, абсолютно все стало таким зыбким, скользким и ненастоящим. Кто-то может сказать, что наш подход несправедлив, но разве справедливо, когда убийце сходит с рук убийство! Да, оно могло произойти в результате несчастного случая, в состоянии аффекта или еще по многим, многим другим причинам, которые могли бы смягчить наказание виновнику, но оно по-прежнему оставалось бы убийством. Это тяжкий грех и если человек не псих, если он действительно человек, то он сам захочет понести за это наказание, ответить за страдания, причиненные другим. Убийство – это нарушение законов небесных и земных, поэтому карается по всей строгости, но лишь за него присуждается пожизненный срок. Наказание за несоблюдение других правил не такое серьезное.

После сказанного старик запнулся и опустил голову, но через секунду вновь посмотрел на скитальца.

- Однако я готов признать, что наша судебная система довольно не поворотлива и совсем не подошла для оценки вновь прибывших. Люди, прожившие несколько десятилетий на просторах Великой Пустоши, уже не могут принять ни каких правил, за исключением одного: выжить любой ценой, - старик наклонился вперед. – Поэтому был придуман процесс реабилитации, и именно его ты принял за так называемый «загон из стекла».

- Что вы имеете в виду, - спросил сбитый с толку Кай.

- Место, куда вы попали, после того, как согласились стать частью «Новой Фантастики» называется «Первая Фантазия». Оно предназначено для наблюдения, для помощи, для адаптации бывших скитальцев, чтобы потом всем было легче приспособиться к жизни в городе. Однако, некоторые индивиды уже так привыкли бороться, что уже и забили, какого это – жить спокойно. Для них борьба и есть олицетворение жизни. Они разрушают все на своем пути - хорошее, и даже плохое, просто потому, что уже не могут остановиться, потому, что уже не могут позволить себе кому-то доверять. Я говорю про тебя, Кай, и про множество других, таких же, как ты. Для таких сложных случаев и существует Цитадель, место, где мы сейчас находимся, а так же программа семи идолов…

Кай попытался что-то выкрикнуть, но Нест его опередил.

- Нет, прошу, не перебивай! Сам знаю, что это не этично, но на споры у нас нет времени, поэтому дальнейший рассказ получится слегка куцым, за что приношу свои искренние извинения. Если будет желание, расскажу подробнее, но позже, а сейчас постарайся просто выслушать меня.

Нест замолчал и внимательно посмотрел на скитальца. В том явно бурлили чувства, но все-таки он промолчал, и старик с радостью продолжил.

- Это система не идеальна, как и любая другая, ведь она придумана человеком. Но она делает то, для чего предназначена - сохраняет жизни, - Нест ненадолго прервался, чтобы проверить время на своих наручных часах, а потом улыбнулся и продолжил.

- И так, ты тут не в первый раз, поэтому сама специфика тебе прекрасно известна. За каждый проступок, мы отнимали у тебя по одной вещи, но каждый раз у тебя был шанс оправдаться, однако ты намеренно их все проигнорировал, а в самом начале еще и выбил зубы одному из хранителей. Признаюсь, ни кто до тебя так стремительно не достигал самого дна. И вот мы здесь, правда на этот раз это заседание может стать последним, после которого тебя признают слишком опасным и упекут за решетку … на этот раз навсегда. Мне, думаю, как и тебя этого бы очень не хотелось, поэтому я постарался сделать это заседание максимально простым: тебе придется ответить всего один единственный вопрос и в зависимости от твоего ответа, я приму решение, касающееся твоей дальнейшей судьбы. Но сперва, прошу, расскажи мне про свой последний идол, Кай. Про плеер, скажи, кому он принадлежал.

- Это не твое дело, старикашка, - огрызнулся скиталец.

- Ясно, что же, вижу помогать ты мне не намерен. Но знаешь что, я вполне могу справиться и сам. И так, ну я с уверенностью могу сказать, что он не твой, думаю, цвет тебе не подходит. Он бы больше подошел для девочки, скажем для кого-то очень дорогого тебя…

- ЗАМОЛЧИ! ЗАХЛОПНИ ПАСТЬ, НЕСТ, - взревел Кай. – ЗАМОЛЧИ, ИЛИ Я УБЬЮ ТЕБЯ!

- А вот с такими заявлениями полегче, молодой человек. В «Новой Фантастике» каждое слово имеет свой вес. За такие угрозы, тебя незамедлительно бросили бы за решетку, но раз уж ты и так уже здесь, на первый раз я пропущу мимо ушей твои импульсивные выкрики. К тому же, я, кажется, надавил на рану, которая еще не успела затянуться, за что приношу свои искренние извинения, и я понимаю, что это совсем не мое дело, но я все же должен на этом настоять. Прошу, расскажи, кому принадлежал плеер, назови хотя бы ее имя.

- ЧТО! Какое вообще отношение имя моей сестры имеет к происходящему!

- Сестры значит… Ясно, - старик наградил скитальца самой печальной из своих улыбок. – Прости, Кай, но это действительно очень важно, а имя твоей сестры должно сыграть самую главную роль. Понимаешь, я вижу в тебе потенциал, вижу в тебе стремление жить, ведь страх может испытывать только тот, кто еще не готов встретить старушку смерть …

- Чего?! Да мне вовсе не страшно! Да как ты смеешь…

- Кай, прошу тебя, не перебивай, пока я не потерял мысль, - осадил его Нест. – И так, ах да, в общем, я в тебя верю, и во многом благодаря этому самому плееру. Я долго наблюдал за тобой и понял, что с ним связана какая-то трагедия, которая не дает тебе покоя. Ты был бы и рад избавиться от этой вещи, но не можешь, поскольку это последнее напоминание о ней, единственное, что осталось от нее в этом мире. Но в конечном итоге, это лишь кусок пластика и металла, он не может утешить, не может согреть, не может избавить от одиночества. И пока ты не заполнишь эту пустоту в груди, ты всегда будешь бежать, старясь спрятаться от самого себя. Но эта гонка, ни к чему хорошему не приведет, а я, возможно, знаю способ получше. Но для этого мне нужно узнать имя твоей сестры.

- Зачем?

- Кай, ты знаешь, что на месте, где сейчас находится «Новая Фантастика» раньше располагалась страна под названием Грузия. Это было очень красивое, живописное место, с удивительной культурой и кухней. Я несколько раз посещал эту страну в молодости, и в одной из таких поездок мне поведали об обычае, которым я хотел бы с тобой поделиться, - сказал Нест и сделал паузу. - В Грузии принято называть первенцев в честь дедушек и бабушек. Скажем, если в семье родился сын, то отец обязан был назвать его в честь своего отца, а если дочь, то в честь матери. Так их имена, и имена многих до них оставались бы в памяти предков и не были бы преданы забвению. Посудите сами, немногие из нас смогут вспомнить имена своих прабабушек и прадедушек, что уж говорить о тех, кто жил столетия назад. Правильно ли это? Что же, это вопрос философский, и каждый должен ответить на него сам, а я бы предпочел продолжить рассказ, поскольку это была лишь часть восхитительной традиции. Вторая его половинка касалась детей, которые родились уже позже. Тех, чьи братья и сестры уже носили имена бабушек и дедушек, а значит, выбор их имени был совершенно ничем не ограничен. Родители могли дать этому ребенку любое случайное имя, а могли дать и не случайное… Как бы получше это объяснить... Несчастья происходили всегда, еще задолго до конца старого мира. И, к сожалению, кое-кто уходил, еще не успев и пожить-то толком. Это была трагедия, но не только для тех, кто уже жил. Умерев в детстве, он или она не сумели оставить потомство, не смогли увековечить свою память в имени внуков, а значит, через поколение уже некому будет о них вспомнить и их имена затеряются во времени. Чтобы такого не случилось, второго ребенка, родившегося совершенно в другой семье, могли назвать в честь того, кто покинул этот мир слишком рано. Так его имя, память о нем, продолжало бы жить, но уже как часть другого человека. Мне показалось это очень красивым обычаем, поэтому я бы хотел спросить твоего разрешения, - Нест улыбнулся. – Я сегодня не случайно нахожусь в такой спешке. Сегодня у меня родилась вторая внучка. Маленький, крошечный ангелочек, побегу к ним, как только мы с тобой закончим. Однако, я не могу прийти с пустыми руками. Мой сын и невестка оказали мне великую честь, и попросили придумать имя новорожденной малышке, и я, если ты, конечно, не против, хотел бы назвать ее в честь твоей сестры.

Кай отпрянул. Его словно ударили в грудь, а все мысли перемешались в голове. «Агни, он хочет назвать свою внучку в честь моей сестры – Агни. Это … это». Скиталец не знал, как ему отреагировать. Разозлиться, вспылить? Но зачем? В чем тогда смысл и почему на глаза наворачиваются слезы?

Он сидел в кресле и совершенно растерянный таращился на Неста.

- Это правда, - спросил, наконец, скиталец.

- Чистая, Кай. С таким бы я шутить не стал, - старик снова посмотрел на часы. – Не хотел бы тебя торопить, но если я так сильно опоздаю, они могут дать ей и другое и..

- Агни…

Лицо скитальца не изменилось. Он так же был сбит с толку, но все же произнес ее имя еже раз и более громко.

- Агни!

- Агни значит… Спасибо тебе, Кай, - сказал Нест и поднялся со своего кресла. Он подошел к скитальцу и положил свою руку ему на плечо. – А сейчас я бы хотел задать свой последний вопрос, тот самый – решающий.

Скиталец даже не повернулся, по-прежнему смотрел вперед, как впрочем, и старик в черной мантии.

- Кай, ты готов попробовать стать частью этого мира? Того мира, где живет Агни?

- Я … я попробую.

Нест улыбнулся, и в этот раз в его улыбке не было ни оттенка печали.

- Ну, вот и славно. Господа, пожалуйста, верните мистера Ролла в его камеру и не забудьте вернуть ему его идол, - сказал Дариус, направляюсь к выходу, но в последний момент остановился. – Что скажешь, Кай, если я загляну к тебе через неделю, расскажу как у малышки Агни дела… и возможно, в этот раз ты позволишь мне назвать тебя другом.

Кай улыбнулся, и по его щеке прокатилась слеза.

- Только если принесешь с собой мои карты…

- Договорились, - ответил скитальцу старик и со всех ног пообещал знакомиться со своей новорожденной внучкой.



[1] Льюис Кэрролл, «Приключения Алисы в Стране Чудес».

Другие работы:
-1
297
18:00
Тяжеловато!!! Абзац в страницу:) батенька Ефремова за пояс заткнуть может по тяжести текста. Но смысл теряется уже после первой трети…
Стас
21:41
Хорошее погружение в образ, детализация. Ощущаешь атмосферу. Но при этот какая-то затянутость, отсутствие динамики.
09:45
Очень затянуто. Автор переиграл в компьютерные игры. Попытка прикола с примешиванием Новой Фантастики по мне так не вышла. Стилистика хромает, диалоги неестественны. Что из плюсов — ну может попытки ввести местами неожиданные повороты сюжета и добавление некоторой философии под конец.
23:05
Фуф, еле осилила. Все начиналось очень даже неплохо, понравилась придумка с загадками от ГГ. Затем начался легкий боевичишка с дракой, где один укладывает на лопатки пятерых, вроде все весело и задорно. Но вот потом поехало… Стилистика текста действительно хромает, автору не удалось выдержать единый стиль повествования. Легкий экшн полностью накрыла волна философской мысли, которая полностью перекрыла неплохое начало. Читать было интересно ровно до того момента, как на ГГ накинули непроницаемый мешок, дальше было уже скучно. После упоминания Финляндии и Грузии, глаза вообще выпали на пол. Название города «Новая Фантастика» мне не понравилось, к слову, названия городов не заключаются в кавычки. Километровые абзацы о фильмах и о том, по какому принципу в Грузии детей называют практически промотала, несмотря на то, что про имена, можно сказать, ключевой момент.
Много грамматических ошибок, режущих глаза. Самые распространенные — несоответствие падежей. Складывается ощущение, что автор текст не вычитал. Я своих ошибок тоже часто не вижу, но здесь они прямо на ладони.
Концовка меня не обрадовала, такой длинный текст ради такой концовки… хм. Есть еще очень много замечаний, но долго перечислять, основное указала, спасибо.
13:10
Начало было динамичным, многообещающим, но всё выродилось в мылодраму. Герой оказался сентиментальным мальчиком-максималистом, которому просто не хватало толкового наставника.
Мне не понравились затянутые монологи Неста -_- В них, конечно, есть рациональное зерно, но ощущение, что он водит героя за нос, меня не отпускало, а старичок ВНЕЗАПНО оказался добрым.
Я бы хотела увидеть толковый пролог, но на него автор не расщедрился.
Не скажу, что меня сильно тронуло. И всё-таки написано неплохо: попилить бы рассказ на две истории, чтобы не было этого внезапного облома, или приписать заключительную часть, где герой хотя бы видит результат своего выбора — было бы лучше.
Взгляд цеплялся за ошибки, которые не похожи на очепятки.
Загрузка...
Запишитесь на дуэль!