Валентина Савенко

Черный человек

Черный человек
Черный человекРабота №2
  • Победитель
  • Опубликовано на Яндекс.Дзен

https://music.yandex.ru/album/219627/track/2192625

«Я победил». Эти слова по-прежнему звучали в моей голове, хотя человека, который их произнёс, рядом больше не было. Несколькими минутами ранее его, закованного в наручники, увели вдаль по зелёному коридору, оставив меня в одиночестве сидеть в крошечной, аскетично обставленной комнатке, где кроме двух деревянных табуреток, прикрученных к полу, да потемневшего от времени стола, ничего не было. Единственным источником света была неровно горящая свечка, чьё пламя дёргалось и извивалось, хотя я не чувствовал ни дуновения. Цепляясь отрешённым взглядом за пластмассовые шахматные фигурки, которые буквально только что сходились в единоборстве, мне никак не удавалось унять свою совесть – с каждой последующей секундой груз, который повис незримой тяжестью на моих плечах, всё сильнее давил на меня. Слегка дрожащей рукой сняв с себя очки, я устало сгорбился – словно стараясь отвлечь меня от неприятной правды, инстинкт самосохранения заставлял мои глаза шарить по стенам, подмечая каждую трещинку, зазор, паутину, которые могло разобрать моё слабое зрение, в то время как пальцами я бездумно вертел какую-то фигурку. Вокруг стояла мёртвая тишина…

По огарку свечи стекла капля воска, выведя меня из апатичного состояния – с огромным трудом сфокусировав глаза на наручных часах, я понял, что мой транс продолжался совсем недолго – стрелки показывали три часа ночи, тогда как моего вынужденного собеседника увели не далее как пять минут назад. Увели куда-то в подвал, без перспективы возвращения обратно.

Я находился в отдельном крыле обширного комплекса тюремных зданий, стоящего далеко на отшибе, в стороне от других построек, где коротали свои сроки другие заключённые. Это одноэтажное сооружение, снаружи выглядевшее как какой-то укреплённый бункер, имело дурную репутацию, которая была заработана долгими годами использования. Официально оно называлось шестым бараком, но людская молва дала ему другое прозвище – зелёный уголок.

Здесь располагались смертники, люди, которым была вынесена высшая мера наказания. С одним из них я разговаривал на протяжении последнего часа – хотя общением это было назвать сложно, скорее обоюдным издевательством. Я несколько раз напомнил собеседнику о скорой смерти, пока не понял, что ему абсолютно на это наплевать – то ли он был действительно непробиваемым, то ли талант его притворства превзошёл жестокость, на которую он был способен. В ответ на мои попытки пробудить в нём страх, мне мягко и ненавязчиво разворотили старые раны, безжалостно сломав почти все мои моральные устои, столбы, на которых я держался, попутно продемонстрировав разницу между двумя интеллектами.

Вытянув руку, я загасил пальцами огонёк свечи, не в силах выносить слабых лучей света, которые позволяли мне видеть фотографию, которая лежала на другом конце стола, обращённая лицевой стороной вниз. Я не желал знать, что на ней изображено и всячески оттягивал этот момент – пока вихрь злых воспоминаний не утащил меня в те моменты прошлого, которые вспоминались с содроганием.

***

– Я не делал этого, – проскулил белобрысый паренёк с узким, почти мышиным лицом, и карими, раскосо гладящими глазами, – я никого не убивал!

– Ты знаешь, почему это место назвали зелёным уголком? – Спокойно спросил я, никак не отреагировав на истерику человека, стоящего у стены и блуждающего диким взглядом по комнате, – как думаешь?

– Это несправедливо, – продолжал тянуть одно и то же на разный лад, приговорённый к смерти, никак не реагируя на мои попытки завязать диалог, – я ничего не делал!

– Из-за коридора, по которому тебя вели к лестнице, – с наслаждением протянул я, наблюдая за ужасом, творящимся в глазах у паренька, – когда этот барак строили, стены должны были быть чёрными, но краска этого цвета закончилась, а вот зелёная осталась. Тогда, кто-то шибко умный, заметил, что такой оттенок успокаивает, и те, кому предстоит умереть, будут чувствовать себя немного легче в самом конце… тебе легче?

Мужчина взвыл и дёрнулся, будто от удара – если бы его не держали двое крепких конвоиров, он бы кинулся на меня, к гадалке не ходи. С губ смертника срывались невнятные рыки, на пол полетела слюна, а в воздухе повис неприятный запах – приговорённый обмочился и обвис на руках у сотрудников тюрьмы.

– Заканчивай, – бросил я палачу, который стоял по левую руку от меня, – избавь мир от этой дряни. Бросив последний взгляд на пребывающего в неадекватном состоянии человека, я покинул небольшую, три на три метра, обитую резиной, комнату, где приводились в исполнение смертные приговоры, и вышел в коридор, захлопнув за собой тяжелую, металлическую дверь.

– Товарищ следователь, зря вы так поступили, – тихо, но с недюжинным напором произнёс уже немолодой врач, который должен был зафиксировать факт смерти, – зачем вы издевались над ним?

– Это самое меньшее, что я могу сделать для убитой им девочки, – отпарировал я, злобно взглянув на моралиста, – и, судя по всему, другие люди негласно меня поддерживают.

Двое мужчин, один из которых был начальником тюрьмы, а другой прокурором по надзору, ничего не сказали, но, по их застывшим лицам, я понял, что они не одобряют моего поступка, и что моё предположение вряд ли истинно. Мне ничего не оставалось, как молча остаться при своём мнении – тишина нарушалась лишь невнятным бормотанием и всхлипами, доносящимися из-за двери, прервавшимися лишь с хлопком выстрела.

– Сегодня буду спать сном младенца, – мечтательно протянул я, и пошёл к лестнице, оставив за спиной недовольных мною людей, которые должны были ещё составить акт о произошедшей казни. Весело посвистывая на ходу, я удалялся от страшного места.

***

Часы показывали два часа ночи, а я, метая глазами стрелы, пристально рассматривал сквозь стёкла очков человека, который сидел напротив меня, на противоположном конце стола. На гладкой, деревянной поверхности была матерчатая шахматная доска, на которой были расставлены пластмассовые фигурки. Света, за исключением зажжённой мною свечи, не было.

– Через час тебя казнят, – просто сказал я, вглядываясь в мутно-белесые, будто грязные льдинки, глаза мужчины. Серийного убийцы. Маньяка.

– Меня это не пугает, – это было сказано таким тоном, что у меня стали дыбом волосы на затылке, – я рад, что вы пришли навестить меня в этот час, товарищ следователь.

– Ты сказал, что мне приходилось проливать невинную кровь, – я цепко смотрел в ореховые глаза собеседника, которые, в неровном свете пламени, казались почти чёрными, – признаюсь, ты пробудил моё любопытство. Что ты имел в виду? Когда я её пролил?

– Если мне не изменяет память, – блеснув широкой улыбкой, показавшейся мне крайне неуместной в данном месте, лысеющий мужчина подпёр свой подбородок руками, – я так же сказал, что большего вы от меня не дождётесь. Предпочту, чтобы вы терзались мучениями до конца ваших дней.

– Твой конец уже на подходе, – с прорвавшимся раздражением бросил я, непроизвольно сжимая пальцы обеих рук в кулаки, – на твоей совести двенадцать жизней.

– Тринадцать, – мягко поправил меня маньяк, с удовольствием наблюдая за моим лицом, на котором, надо полагать, сейчас отразилась вся гамма чувств, доступных человеку.

– Ты лжёшь, – спустя несколько мгновений тишины подал голос я, – ты же любитель фотографировать своих жертв незадолго до смерти, а потом проявлять снимки. При обыске, мы нашли их все, все до последнего! Их было двенадцать!

– Зачем ты принес шахматы, – буднично, как ни в чём не бывало, сменил тему слегка полноватый человек, чьё лицо было покрыто рубцами от поздней ветрянки, – хочешь развлечь меня перед моим походом в сторону подвала? И кстати, объясни, зачем ты велел снять с меня наручники?

– Хочу заключить сделку, – неузнаваемым, едва слышным шёпотом произнёс я, – ты же любишь шахматы. Если я тебя обыграю, то ты скажешь, когда я перешёл черту, за которой пролилась чья-то невиновная кровь.

– А если нет? – Усмехнулся смертник, – что ты можешь предложить без пяти минут мертвецу?

– Ты всё время бахвалился своим интеллектом, заявляя, что мы поймали тебя случайно. Есть шанс доказать, что ты и вправду умнее меня, и твои слова не пустое хвастовство лицемерного труса, который нападает только на тех, кто не может дать сдачи.

Даже сейчас, в полутьме, я увидел, как полыхнули глаза моего оппонента – в них промелькнуло нечто совсем нехорошее. На лице психопата заходили желваки, и я почувствовал, как внутри меня что-то сжалось – в этом, простом на вид, человеке, было какое-то злое обаяние, заставляющее содрогаться даже куда более смелых людей, чем я.

– Ходи, – холодно приказал мне собеседник и битва на шестидесяти четырёх клетках началась.

Спустя пятьдесят минут моя армия была разбита, а король ходил по краю пропасти, рискуя каждую секунду в неё свалиться – в этот момент мой противник снова заговорил.

– Кажется, игра почти закончена, товарищ следователь, – я поднял глаза и, не мигая, встретил тяжёлый взгляд преступника, – вот и доказательство моего ума. Вы поймали меня случайно.

– Видимо, так и есть, – не придумав, что можно сказать ещё, я вновь уставился на доску растерянным взглядом – мне почему-то казалось, что в чём-чём, а в этой игре мне было вполне по силам превзойти маньяка, однако реальность оказалось не столь благосклонной к моей персоне.

– Я скажу, когда ты её пролил, – с лёгким намёком на собственное превосходство проговорил осуждённый, – мне охота увидеть, как ты сломаешься. Дело в том, что я знал о твоём приходе – ведь ты любитель навещать тех, кого скоро казнят.

– Это здесь причём? – Озадаченно спросил я, глядя на собеседника во все глаза, не понимая, откуда ему известно про мой один-единственный, до сегодняшнего дня, визит к смертнику.

– Ты так издевался над тем пареньком, – продолжал вещать психопат, – чуть ли не до срыва его довёл, хотел, чтобы ему было по-настоящему страшно, а ведь он был не виноват.

– Этого не может быть, – мой разум цеплялся за эту мысль как за спасительную соломинку, – он убил ту девочку.

– Вы, милиция, всегда недорабатываете, – серийный убийца сунул руку за пазуху, достал оттуда какую-то фотографию и положил её на стол, – ты прав, я всегда снимал своих жертв незадолго до смерти. Объясни, как можно было не найти вот этого, – он ткнул пальцем в фото, – в альбоме, который я попросил передать мне несколько дней назад, в качестве последнего желания? Вы же должны жёстко фильтровать всё, что поступает смертникам, как вы же здесь прокололись?

– Это он её убил, – не чувствуя губ и не узнав свой голос, как неживой, выдавил из себя я.

– Милая маленькая девочка, шести лет, растерзанная в парке около колеса обозрения, – продемонстрировав мне свои белые зубы, почти радостно продекларировал маньяк, – скажи, кто из нас, по-настоящему чёрный человек? Тот, который родился монстром с дефектом на психике, или тот, кто отравлял последние минуты жизни невиновному парню, который должен был умереть из-за твоей ошибки? Кажется, с той казни прошло уже шесть лет… и сон младенца тебе больше не грозит.

Я пребывал в таком шоке, что не заметил, как психопат поднялся из-за стола и оказался у меня за спиной. Я не отреагировал даже тогда, когда он несколько раз ударил в дверь, чтобы конвоиры, которые были в коридоре, увели его.

– Я победил, – произнёс убийца с уже защёлкнутыми в наручники руками, прежде чем работники тюрьмы забрали маньяка из комнаты, оставив меня в одиночестве.

***

Протянув руку над доской, попутно сбив несколько фигурок, я взял в руки фотоснимок – чтобы разглядеть хоть что-то, мне пришлось встать с табуретки и на дрожащих ногах подойти к маленькому, зарешёченному окну, сквозь которое лился свет холодных звёзд. Прищуренные глаза рассмотрели девочку в белых гольфах, стоящую у подножия огромного чёртового колеса.

Откуда-то снизу раздался едва слышный щелчок выстрела, который известил меня о кончине серийного убийцы. Одновременно с этим, в небо за окном взмыла летучая мышь – чёрная, будто моя совесть, или душа человека, которая торопилась на свидание с теми, кому принесла смерть.

Итоги:
Оценки и результаты будут доступны после завершения конкурса
+4
00:05
2402
01:09
+2
Много «БЫЛ», иногда в соседних предложениях
Слегка дрожащей рукой сняв с себя очки, я устало сгорбился – словно стараясь отвлечь меня от неприятной правды, инстинкт самосохранения заставлял мои глаза шарить по стенам, подмечая каждую трещинку, зазор, паутину, которые могло разобрать моё слабое зрение, в то время как пальцами я бездумно вертел какую-то фигурку. — как связан инстинкт самосохранения с рассматриванием стен?
«Зеленый уголок» — слишком жирная отсылка к «зеленой миле».
Далее суждение, основанное на общении со следователем. Представители закона воспринимают преступников как работу, а не как «гада, который сотворил гадость». К ним таких гадов по сотне штук в год приводят. Ясный пень если бы парень был маньяком вроде Фишера или Чекотилы, или убил бы родственницу следователя, такое поведение было бы понятно. Но убийц девочек, как бы это не было печально, предостаточно, и злость на них быстро притупляется. Если же герой садист и гад — его вполне могли за это даже и уволить. Еще раз — это не мое имхо, это наблюдения реального следователя о себе и коллегах.
Тот, который родился монстром с дефектом на психике думаю «который» звучит не очень. скорее уж «кто».
Кажется, с той казни прошло уже шесть лет… и сон младенца тебе больше не грозит. — про сон младенца как-то не сразу дошло.

Теперь разбор:

1. Персонажи
Описаний внешности практически нет, есть отмашка вроде «было в нем что-то такое». Характер персонажей прослеживается, но ведут они себя порой очень нелогично. Ясный пень они должны себя так вести для большей помпы, но выглядит это наигранно и ненатурально.

2. Идея и сюжет
Идея оооочень хорошая. Умный маньяк, не слишком хороший следователь. По сюжетным составляющим так же все хорошо — завязка вкусная, кульминация очень эмоциональная, развязкатоже пойдет. Далее про сюжетные дырки. Создается впечатление, что автор не слишком разбирался в вопросе устройства тюрьмы.какой это год, почему там свечи? Лампочки изобрели в 1840 году, начальное время для турнира — конец 20 века, тобишь 1950+ года. Тогда уже лампами были оборудованы все муниципальные учреждения, в том числе тюрьмы. Если же в тюрьме вырубили свет — это никак не обыграно.
Далее непонятно, откуда знал маньяк о том, что следователь издевался над каким-то парнем перед казнью? Опять таки как они не нашли, действительно, это фото? Глупо же ж.

3. Язык
Много длинных предложений, которые хорошо бы разбить надвое, а то и натрое. Описательная часть слабовата. Есть некоторые детали — зеленые стены, пластиковые шахматы. Но в остальном — бедно. Не удалось представить ни действующих лиц, ни обстановку. Рассуждения какие-никакие имеются, но их так же маловато. Повествование и диалоги. Очень круто махнули местами действия, дали в начале для затравки кусочек из развязки. Вроде попадались в тексте какие-то средства выразительности речи даже.

ВЫВОД — в общем-то неплохо, но дыры и слишком большая концентрация пафоса сильно портят. Всех благ.
Идея неплохая.
Читается трудно, приходится прорываться сквозь длинные предложения.
Голос.
10:53
Что-то мало реализма. Свечи, палач. Это в какое время и в какой стране происходило? На советскую действительность не похоже.
И очень много, на мой взгляд, ненужных пояснений и уточнений. Вот например. "… однако реальность оказалось не столь благосклонной к моей персоне." Зачем этот лишний штамп «к моей персоне»? И такого в тексте полно. Плюс там же ошибка в согласовании. Пока подумаю над оценкой…
11:11
1. хотя я не чувствовал ни дуновения — хотя я не чувствовал никакого дуновения. И вообще эт свечи бывает дуновение?

2. инстинкт самосохранения заставлял мои глаза шарить по стенам, подмечая каждую трещинку, зазор, паутину, — как может инстинкт заставить шарить? скорее, поднять глаза

3. Вытянув руку, я загасил пальцами огонёк свечи, не в силах выносить слабыЕ лучИ света,

4. за которой пролилась чья-то невиновная кровь. не невиновная, а невинная

В каком всё-таки году происходит событие? Не понятно, в тюрьме уже давно есть электрические лампочки. Идея рассказ неплохая. Сюжет раскрыт. Можно было прописать внешность этих двух персонажей. И ещё, почему тринадцать жертв? По содержанию текста, следователь остаётся жив. В тексте есть недоработки. Желаю автору удачи.
11:51
+1
Тринадцатая жертва — девочка, фотография которой нашлась в присланном альбоме.
11:44
+2
Вы переборщили с пафосом. Не с горкой, конечно, это не коробит, но все равно заметно. По замечаниям:

"… и, судя по всему, другие люди негласно меня поддерживают" — не вписывается фраза, ИМХО. Я бы убрал.
«Весело посвистывая на ходу...» — не соответствует образу, который у меня сложился до того. Думаю, он мог бы посвистывать картинно, на людях. Наедине с собой — нет.
"… как вы же здесь прокололись?" — как же вы здесь…

Про свечи не очень понял. Получается, что они введены скорее для атмосферности, или автору просто очень хотелось описать именно свечи.

В целом — мне понравилось. Атмосфера в наличии, герои интересные, хотя, возможно, и не шибко реалистичные.

Очень понравилось именно раскрытие темы. Не первоуровневое, вроде армянина в «Бабушкиной ладушке», но при этом выраженное, прописанное, а не натянутое, как в «Смертельном пари».

Оценка — 6,5 из 10. Можно перерабатывать на большую.

Вердикт по конкурсу — ГОЛОС. Голос очень субъективный и совсем не очевидный, с минимальным преимуществом. Именно за раскрытие темы, что я считаю важным.
11:56
Тема подана в лоб, аж больно стало.
Тексту нужна вычитка, но все мы люди, сроки сжатые.
Идея хорошая, а вот реализация… Не могу я представить, что в каком-нибудь «Методе» или «Прослушке» нашлось место подобной сцене. Скорее уж в «Тетради смерти» и прочих аниме-триллерах.
12:07
+2
Ох уж этот пафос… Шахматы… Не, тож не верю, надуманно очень. Написано на мой вкус недурственно, и тема раскрыта, пусть даже ожидаемо. Не верю я, что такие люди, которые работают в органах, так нежно и трепетно обращаются с заключенными, позволяя так легко ввести себя диссонанс и растрогать.
Чтобы поймать маньяка, надо понять его. Потому неудивительно, что у мледователя с маньяком сложились такие отношения. У них же состязание, пусть и такое ужасное. Шахматы вполне могут быть уловкой следователя. Ну вот хоть как, но раскрыть убийство.
16:00
+3
Какие отношения? Тут нет никаких отношений, кроме как рояля с кустами. У Ганнибала с Уиллом есть отношения, тут — авторский картон. Если бы они действительно были хорошо прописаны, вопросов бы не возникло.
Они есть априори. Как если человек искупался, то не надо объяснять зачем ему понадобилось полотенце.
А в Ганнибале очень долго это мусолилось, тут размер другой. И автор правильно делает, что берёт некоторые вещи, как данность.
17:39
+4
Ну вообще нет, они не обязаны быть именно такими. Почему — потому что люди-то разные, и чем больше люди отличаются, тем интереснее их отношения. Тут — картон№1 и картон№2, и даже псевдоинтеллектуальная игра в шахматы (которая кстати даже не была описана), не вытащила. Оттого правдоподобности тут ноль, только фантазия автора, а для меня именно правдоподобность персонажей является главным аргументом при оценке реализма. :)

Мог бы и настолочку нормальную притащить, того же Манчкина или Мафию лучше. Делать-то следователю по всей видимости совсем нечего, раз есть время с ублюдками играть.
Не обязаны, но могут. По этому же критерию ты реализм оцениваешь?)
19:38
+5
Следователь, играющий с преступниками в «Манчкина» — это огонь! Хоть садись и рассказ пиши: З
20:06
+1
Лучше в Мафию. С боевым оружием.
А для пущей интриги можно вообще взять револьверы из русской рулетки. С одним патроном О_о
20:43
+1
Ваще шикарно. Или в ужас Аркхэма. Вдвоём. Против стола.
01:03
+1
Со всеми дополнениями.
01:05
И опоздать на казнь XD
01:06
Там все присоединятся прост, всем СИЗО играть против Ктулху. А потом выяснится, что маньяк Культист.
01:08
Ктулху не так страшен. Там азатот, по-моему, самый суровый…
01:12
Там чем сильнее Древний, тем быстрее проходит игра, потому что можно умереть, не дожив до пробуждения Древнего.
01:13
То есть, надо кого-нибудь послабее?
01:15
Средненького, как Ктулху. Чтобы хотя бы часов на 6.
14:01
+1
Уж очень выходка следователя с травлей невиновного заключенного похожа на поведение Перси из «Зеленой мили».
В исполнении идеи и логике есть шероховатости, зато эмоциональный посыл гораздо мощнее, чем у других оппонентов. Голос сюда, за эмоциональность и раскрытие темы.
15:19
Зеленый уголок — прямая отсылка к зеленой миле. Сам сюжет, мне показался натянутым по подогнанным. Не верю я в такие совпадения и стечения обстоятельств. Развязку можно угадать сразу, едва ли стоило прописывать сцену с травлей невиновного — это толстенная подсказка, которую не поймет только глупец.
Или тот, кто не читал Кинга:)
если вы про подсказку, то Кинг абсолютно не причем. Логика — Если один персонаж заявляет, что «я никого не убивал!», а несколькими строчками ниже другой персонаж говорит «приходилось проливать невинную кровь», то можно сложить дважды два)
Дело в том, что большинство подследственных заявляет, что невиновны. Есть даже такой негласный совет — не признавайся, пока это тебе не будет выгодно. И некоторые придерживаются такой позиции и после осуждения. Потому следователи не обращают внимания на такие слова. Нет там 2×2
15:55
+5
Я говорю про сюжетное построение, а не про реальную жизнь. Если в рассказе эти два факта встречаются вместе, то скорее всего не просто так. Как говорится, «если на стене висит ружье...»
Ну может быть. Но я воспринимаю текст в рамках конкурса реализма, потому нет уверенности, что это для сюжета. Т.е. если бы оказалось наоборот, я бы не удивился.
18:13
+1
Очень много лишних слов. Был, который, которые, которая, какой-то, как — и т.д. Вообще, язык не то чтобы совсем плохой, но не слишком приятный. Много длинных предложений, разделённых при этом тире. А можно было с большим успехом разбить на несколько предложений.
Но всё это мелочи и шороховатости, они исправимы. А вот чувство невероятной фальши тут никак не исправить. Не верю ни одному слову, ни одному персонажу. Не хватило глубины. Такое ощущение, что мне вот прям тут угольком на стене нарисовали картинку, у которой на самом деле нет никакой истории и никакого продолжения.
19:03
Что понравилось: идея. Люблю тексты про умных маньяков и те игры, которые они ведут с законом.
Что не понравилось: избыток былизмов, притяжательных местоимений (их вообще добрых процентов 80 из текста можно убрать), который/которая — тоже не лучшая связка. Но главное недовольство — отсутствие цельного образа у главного героя. Маньяк в этом плане вышел более правдоподобным. Следователь же то похож на судью Дредда («я есть закон»), то пугается, как школьница. А как же профессиональное самообладание? Как же выдержка, наработанная годами? Легко впечатлительные люди на подобных должностях не задерживаются.
Что оставило в недоумении: временные рамки рассказа. Свечи? Свечи??? В каком году, по задумке автора, разворачиваются события?
19:31
Голос сюда! Сюжет и язык мне понравились больше, чем в остальных рассказах. Да, видна неопытность автора, текст сыроват, но я уверен, если выйти из рамок объема и как следует отредактировать, то получится отличная история.
19:33
+1
«где кроме двух деревянных табуреток, прикрученных к полу» вот это бред. невозможно прикрутить деревянную табуретку к полу так, чтобы нельзя было выбить резким ударом. сама конструкция не позволит — просто вырвет из ножек крепление
«Единственным источником света была неровно горящая свечка» в комплекте с деревянными табуретками?
«увели вдаль по зелёному коридору» в даль? насколько далеко можно увести по этому коридору? или это эвфемизм типа «он уехал в долгую поездку на Юг» или «помазал лоб зеленкой» про расстрелянного?
«подмечая каждую трещинку, зазор, паутину, которые могло разобрать моё слабое зрение,» слабое зрение, свет одинокой свечи и видит трещинки и паутинки? Орол, панимаш!
«Вокруг стояла мёртвая тишина…» когда свеча горит неровно, то она трещит
«прозвище – зелёный уголок.» из-за лбов, которые мазали зеленкой?
«огонёк свечи, не в силах выносить слабых лучей света» дрожащий огонек свечи дает лучи?
"– Заканчивай, – бросил я палачу, который стоял по левую руку от меня, – избавь мир от этой дряни." автору бы хорошо почитать, как до моратория на смертную казнь тут приводили в исполнение
"– Товарищ следователь, зря вы так поступили" а с каких пор следователь при приведении приговора в исполнение присутствует? он может от подсудимого половиной страны быть разделен
«акт о произошедшей казни» слово произошедшее тут не подходит совершенно, лучше совершенной
«метая глазами стрелы» там еще и лук был?
вообще текст сложно написан
пойду дальше
на реализм не катит — слишком много предметов, с помощью которых можно отправить следователя на тот свет или захватить в заложники. никто не оставит смертника т.е. человека, которому нечего терять, со следаком один на один — в случае чего, отписками не отделаешься.
будь тема не реализм, мог бы подумать насчет голоса
13:25
Тут бы рассказать чем реализм отличается от натурализма…
чем?
Энгельс это реально догма
20:21
Прочитал работу, прочитал комментарии. Пришел к выводу что это сюрреализм в чистом виде. Опирался на блог Сары и комментарий Всеволода В.Д:
"1. От французкого сюрреализм — «сверхреализм». Нечто выше реальности, то бишь идея. Передача мысли несмотря на уход от привычных образов. Абсурд — инструмент, а не самоцель."
Почему не катит на реализм популярно объяснил Влад. Поскольку он неоднократно заявлял, что часто бывал в милиции, доверяю его мнению.
Все, кто прошлись по рассказу, отмечают только его идею.
От себя отмечу неясность страны и времени происходящего. Соседство свечей и пластмассовых шахматных фигур. Наличие милиции и странности в режиме, и в процессуальных нормах.
Также:
закованного в наручники — заковывали давно, еще каторжан;
ты же любитель фотографировать своих жертв незадолго до смерти, а потом проявлять снимки
— было бы странно не проявить их, а еще надо бы напечатать.
Калька с «Зеленой мили» с русским концом. Не реально ни разу. Но идея понятна и имеет право на жизнь.
20:23
ахаха, сюр просачивается в умы XD
20:47
Хороший текст всегда оставит след в душе читателя.
Пусть даже и кривой.
23:47
+3
Ну что могу сказать, прочитала рассказ и комментарии. Меня смутило только это предложение: "Единственным источником света была неровно горящая свечка, чьё пламя дёргалось и извивалось, хотя я не чувствовал ни дуновения.«Какое дуновение? Может быть дуновение ветра? Кто знает.
И не увидела я „зелёной мили“. Нет здесь такого, где говорится, что автор слизал эту историю.
В остальном нет таких серьёзных нареканий, из-за чего автора надо было закидывать камнями.
Работа мне действительно понравилась, читалась легко (лично моё мнение). Так же хотела бы увидеть продолжение, т.к. этот рассказ очень заинтересовал. Небольшие доработки и этот рассказ можно развить намного больше, чем он есть.
Всё это лично моё мнение и его никому навязывать не буду.
ГОЛОС
23:58
+2
Если рассказ нашел читателя — это всегда прекрасно :) Чего стесняться-то!
00:05
Рассказ действительно понравился, не скрою =)
11:07
+3
Это фанфик на «Зеленую милю» и «Метод»? Да, автором создана некая атмосфера, но опять же, есть ряд моментов, вызывающих вопросы:
1) Что делает следователь в тюрьме? Следователь занимается расследованием. Он никак не связан с исполнением приговоров и тюремным заключением. Это все равно что вам будет выписывать штраф за превышение скорости лейтенант ВМФ.
2) Свечи и подземелья. Дело происходит в одном из казематов Бастилии?
3) Как смертнику могли передать альбом? Тем более известно, что фотографии для него фетиш.

Ну и т.д.

Слог тяжелый, рассказ плохо вычитан. Но есть атмосфера в рассказе, и это уже хорошо. Диалоги очень пафосные. Не получилось «вау», не получилось неожиданного поворота.
«Двое мужчин» — ДВА мужчины. ДВОЕ говорят, когда хотя бы один из них женского пола.
«но, по их застывшим лицам, я понял» — без запятых.
Конечно, при вычитке исправлений будет гораздо больше. Простите, я о тексте сужу со своей колокольни. Потому для меня этот текст очень сильно недоработан. Даже если не искать дополнительных художественных образов, а только исправить указанные всеми недочёты, рассказ уже изменится вполовину от имеющегося. То же, что я сейчас прочитала, до мощного рассказа сильно не дотягивает. Идея — да, неплохая, но изложение слабовато.
Комментарий удален
Комментарий удален
14:03
+2
Комментарии оставляла по мере чтения

Цепляясь отрешённым взглядом за пластмассовые шахматные фигурки,… мне никак не удавалось унять свою совесть. Подъезжая к станции, у меня слетела шляпа.
Слегка дрожащей рукой сняв с себя очки, я устало сгорбился – словно стараясь отвлечь меня от неприятной правды, инстинкт самосохранения заставлял мои глаза шарить по стенам, подмечая каждую трещинку, зазор, паутину, которые могло разобрать моё слабое зрение, в то время как пальцами я бездумно вертел какую-то фигурку. Тут не нужно тире, и вообще, лучше бы разбить предложение на два, слишком длинно получается.
По огарку свечи стекла капля воска, выведя меня из апатичного состояния – с огромным трудом сфокусировав глаза на наручных часах, я понял, что мой транс продолжался совсем недолго – стрелки показывали три часа ночи, тогда как моего вынужденного собеседника увели не далее как пять минут назад.. Опять тире не на тех местах. Лучше хотя бы так: «По огарку свечи стекла капля воска, выведя меня из апатичного состояния (кстати, странно, что капля воска выводит человека из апатичного состояния, ну да ладно). (Тут вообще лучше разделить предложения, между ними нет связи, предлагающей постановку тире). С огромным трудом сфокусировав глаза на наручных часах, я понял, что мой транс продолжался совсем недолго: (тут надо не тире, а двоеточие. Понял почему? Потому что стрелки показывали три часа ночи) стрелки показывали три часа ночи, тогда как моего вынужденного собеседника увели не далее как пять минут назад»
В целом предложения слишком длинные и тяжёлые, в них вязнешь.
Я несколько раз напомнил собеседнику о скорой смерти, пока не понял, что ему абсолютно на это наплевать – то ли он был действительно непробиваемым, то ли талант его притворства превзошёл жестокость, на которую он был способен. В ответ на мои попытки пробудить в нём страх, мне мягко и ненавязчиво разворотили старые раны, безжалостно сломав почти все мои моральные устои, столбы, на которых я держался, попутно продемонстрировав разницу между двумя интеллектами. Это лучше бы показать этот диалог, потому что тут слишком много нужно додумывать самому. Мало того, когда вы говорите о старых ранах героя, сидящего в тюрьме, раны душевные приходят на ум во вторую очередь, в первую очередь думаешь о ранах реальных.
Позже, когда я дочитала рассказ до конца, поняла, о чём тут идёт речь. Но в таком случае вам здесь не нужны подобные намёки. Лучше бы просто сказать, что недавний разговор со смертником сломал героя — и всё.
Вытянув руку, я загасил пальцами огонёк свечи, не в силах выносить слабых лучей света, которые позволяли мне видеть фотографию, которая лежала на другом конце стола, обращённая лицевой стороной вниз. Прямо ожерелье из нанизанных друг на друга придаточных. Не надо так. Лучше развернуть, хотя бы так: На другом конце стола лицевой лежала фотография. Но я не мог на неё смотреть, и потому погасил свечу.
раскосо гладящими глазами автор действительно имел в виду косоглазого человека? или всё-таки человека с раскосыми глазами?
Спокойно спросил я, никак не отреагировав на истерику человека, стоящего у стены и блуждающего диким взглядом по комнате опять нанизанные друг на друга обороты. Тут и смысловая тавтология (если герой никак не отреагировал — значит, он сказал спокойно, это очевидно), и неудачное соседство слов «стоящий» и «блуждающий» (когда видишь слово «блуждающий» после слова «стоящий» в первую очередь думаешь о блуждании в прямом смысле слова, а не о блуждающем взгляде).
продолжал тянуть одно и то же на разный лад, приговорённый к смерти, никак не реагируя на мои попытки завязать диалог ну как это не реагируя? он вполне же ведёт диалог. просто вопросы игнорирует.
Мужчина взвыл и дёрнулся ещё недавно он был пареньком. Стоит быть последовательным в этом вопросе: герой или паренёк, или мужчина. Если слово, которым вы обозначаете героя, меняется, то этому должно быть объяснение. Например, он резко повзрослел.
если бы его не держали двое крепких конвоиров и тут в тексте резко появляются конвоиры. До этого мы о них даже не подозревали, и белобрысый паренёк просто стоял у стены. А тут выясняется, что его держали два конвоира. Внезапно
Бросив последний взгляд на пребывающего в неадекватном состоянии человека, я покинул небольшую, три на три метра, обитую резиной, комнату, где приводились в исполнение смертные приговоры, и вышел в коридор, захлопнув за собой тяжелую, металлическую дверь. Комната описывается задним числом, в середине сцены. Лучше бы сделать это пораньше.
Двое мужчин, один из которых был начальником тюрьмы, а другой прокурором по надзору, ничего не сказали, но, по их застывшим лицам, я понял, что они не одобряют моего поступка, и что моё предположение вряд ли истинно. честно говоря, я сомневаюсь, что такая сцена вообще была возможна. У сотрудников тюрьмы, особенно имеющих дело со смертниками, скорее всего профдеформация, и они считают или «это не наше дело, суд приговорил, ему виднее», или «да все они притворяются невиновными». Отношение к преступникам соответствующее, и никто не будет заступаться за убийцу и тем более осуждать следователя, который на нём сорвался. «Издевательством» для них будет не пара мельком брошенных фраз, а именно что издевательство — или избиение, или реально сильный психологический прессинг. Герой в этом плане бросил одну-единственную фразу, я сомневаюсь, что кто-то стал бы его осуждать.
Если же они считают, что парень невиновен, то они бы вскользь это могли упомянуть в разговоре. Ну или хотя бы намекнуть на то, что этот разговор с героем уже имел место — ранее.
Позднее, после того, как дочитала: тут тем более, если герой так принципиально за справедливость, что даже маньяк в курсе этого, то окружающие уж точно должны были сказать «парень невиновен». Герой был бы в курсе этого спора, и уже думал бы иначе, в ключе «они считают, что парень невиновен, но я-то знаю правду!»
Если я тебя обыграю, то ты скажешь, когда я перешёл черту, за которой пролилась чья-то невиновная кровь «Невинная кровь». Образ главного героя не выдержан. То ему плевать, и он даже не задаётся вопросом «виновен ли парень, которого мы казним» (хотя поведение всех окружающих на это намекает), то ему это становится настолько принципиально важно, что он идёт на сделку с маньяком. Причём, я думаю, каждый сотрудник в курсе, что среди преступников встречаются тонкие психологи и манипуляторы. В общем, сомнительно, герой слишком легко ведётся на манипуляцию.

Короче, итог:
— в целом сюжет мне интересен. Тема правосудия, казни, вопросы из серии «что испытывает человек перед казнью» — это всё вопросы эмоциональные, сложные, заставляющие подумать, и в этом плане я даже симпатизирую рассказу. Но автору нужно работать над исполнением.
— образ главного героя плывёт, в одних сценах он слишком много внимания уделяет вопросу виновности/невиновности приговорённых, в других ему откровенно плевать.
— над языком нужно работать, много тяжёлых для восприятия предложений, много нанизанных друг на друга придаточных, оборотов и т.д…
— надо работать над матчастью: поведение следователей, работников тюрьмы, их профдеформации, психологические портреты и т.д… Потому что сейчас я как-то не поверила той сцене, где следователя втроём осуждают за невинные вопросы убийце (а нам автор показал только пару вопросов)
Комментарий удален
20:09
+3
шахматные фигурки, которые буквально только что сходились в единоборстве
«Это же Гарри Поттер!» :) А вообще, единоборство – это борьба один на один. В случае шахмат будет, по крайней мере, «стенка на стенку» :)

Вообще, поначалу я читала и думала, что это фанфик на «Зеленую милю». Потом дошла до «милиции» и решила, что это пародия, тем более что «черный человек»… ну, знаете… был ведь там такой :) Или Автор просто не думал, что столько людей знают «Зеленую милю», но это вряд ли. А ситуация с молодым невиновным человеком и внезапно обнаружившимся убийцей, это, ну… «Палачи» МакДонаха, например. Довольно-таки новенькие, кстати.

Что могу сказать… Соглашаюсь с тем, что уже говорили выше: нужно учить матчасть, правда, и серьезно. Что за страна — это, действительно, волнует, потому как милиция и смертная казнь — и ни одного имени нет на протяжении рассказа! Ни одной языковой подсказки!

Но все тут говорят о сложности языка, а мне понравился :) Страшно люблю длинные предложения и тире, хотя куча подчиненных конструкций подряд — это, действительно, перебор. Кроме того, здесь раскрыта тема (ну хотя бы как-то), и проблематика не из простых (хотя и не из новых). Если уж выбирать, то ГОЛОС оставлю здесь.

P.S. И песня мне понравилась :) Утащила ее к себе в плейлист ^^
11:08
+1
Рассказ не слишком реалистичный. Местами чувствуется фальшь. И язык тяжелый, с кучей огрехов. Читать замучаешься. Но рассказ притягивает. Атмосферный, вызывает эмоции. Чувствуется накал.

Отдаю голос за него. Надеюсь. автор исправит все ошибки, найденные бдительными критиками, и доведет рассказ до совершенства.
14:51
+2
Я считаю, все тексты вначале нужно доводить до совершенства, а потом выставлять их. Так получается, все мы комментируем ошибки в тексте, а не саму подачу т.е. идею рассказа. Автору работать и еще раз работать.
14:58
Ну, скажем, совершенство — вообще понятие очень абстрактное. Но уж вычитка должна соответствовать. Я понимаю, когда пропущено несколько запятых в особо сложных случаях (сам не безгрешен). Но когда выкладывают некоторые рассказы (сейчас не об этом конкретном речь), в которых буквально в каждом предложении по ошибке — это тихий ужас. Речь даже не о грамотности, а о самоуважении. Вот только самомнение порой перевешивает.
15:22
+4
Ну да, каждый автор, наверное, полагает, что его произведение самое лучшее и без ошибок. Да, согласна, к совершенству нам ещё стремится и стремится. И всё-таки, уважающий себя автор должен уважать ещё и читателей.
19:19
+2
Ситуация в рассказе мне кажется странной и не особо правдоподобной. Для начала, сбивает постоянно скачущее время в сюжете. Далее, мне не показалось, что следователь как-то особо издевается на приговоренным парнем. Хотя для меня вообще большой вопрос как происходит смертная казнь. Кстати, у нас же мораторий, а как было раньше я не знаю, но почем-то у меня есть сомнения, что именно так, как описано в рассказе.
Ещё вопрос возник, почему маньяк винит именно следователя? Ведь приговор-то вынес судья, а исполнил — палач. Получается, они не менее виновны. Но про них как-то забыли и виновен во всем безымянный следователь.
Что происходит с глазами убийцы тоже непонятно. Сначала они описываются льдистыми и белёсыми, а через одно предложение ни уже практически чёрные. Он вообще человек?
Вопрос по поводу альбома. Наверняка его досматривали, но скорее всего это делал кто-то из охранников, а он просто мог не знать как выглядела эта девочка. Вот и пропустил. Тайны тут нет никакой, мне кажется. В общем, вопросов слишком много и в саму историю не вериться. Хотя, конечно, подход к тебе и вопрос кто из двух персонажей на самом деле чёрный человек интересен.
21:01
+1
Придумано хорошо.Рассказ напомнил «Зеленую милю». Но тут больше от автора, нежели от мили. Думаю автору стоит исправить ошибки и вполне будет годный рассказ.
ГОЛОС
AS
21:09
Охххх… У Автора чересчур буйная фантазия, как мне кажется. Нет, могу представить, чтобы какие-то вышеописанные события имели место быть, но чтобы всё вместе, да ещё и сразу… Сказать однозначно «не верю» язык не поворачивается, но и представить всё это нагромождение случайностей лично у меня не получается + текст читается с трудом — не плохо, но с трудом. Да и ляпы есть, как правильно отметили — то белесые глаза, то чёрные.
С другой стороны — тема раскрыта, пусть и с несколько далёким отходом от реализма. Пошёл думать и читать третий рассказ.
Голос. Здесь хотя бы тема раскрыта — исключительно поэтому.
Империум