Крестик

Крестик
Работа №2
Тема: Крестик
Автор: rustime

Девяносто пятый год двадцатого века отложился в моей голове экватором моего студенчества и событием, которое я запомнил на всю свою жизнь. Воспитанному в духе традиционной татарской семьи с нотками наивного ислама, который исповедовали в то время татары, мне пришлось не только забыть на мгновение свою религиозную принадлежность, но даже поцеловать самый настоящий православный крест, с Иисусом и со всем тем, чему полагается быть на этом самом кресте.

Дело было в студенческих трудовых отрядах, которые маховиком, раскрученным еще в советское время, собирали студентов с близлежащих вузов и отправляли на работу в деревени, где народу в связи с новыми политическими и экономическими реалиями стало не хватать. Нас вместе со всей группой отправили в деревню Волчья слобода, в которой помимо враждебного названия была еще одна церквушка из побеленного кирпича с синими куполами, пол сотни домов и поля, требовавшие молодых и сильных рук.

Старый ЛАЗ, пыхтя и изнывая от жары вместе с теми, кто находился внутри салона, довёз нас по пыльной дороге до сельсовета, представлявшего собой невысокое, но довольно большое деревянное здание, судя по свежести краски, совсем недавно покрашенное в ядовитый зеленый цвет. Песок у стен был еще в зеленую крапинку, а рядом с дверью, в ведре, лежал засохший валик, сделанный вручную из поролона и куска алюминиевой проволоки. Последним штрихом к этой постсоветской композиции стал председатель сельского совета, которого по привычке еще называли председателем колхоза.

Сняв с себя кепку, хорошенько похлопав ей об колено, как будто желая стрясти невидимую пыль, он вновь накинул её себе на макушку и с улыбкой стал разглядывать прибывшую рабочую силу. На нём, как и следует сельскому начальству, была широкая светлая рубашка (сорочкой их тогда никто не называл) и коричневые классические брюки, бравшие свое начало где-то на животе и заканчивающиеся в калошах одетых на серые носки.

— Ну чего, городские, хотите узнать что такое настоящая работа? — все деревенские почему-то считали делом чести обозначить своё мнимое превосходство в трудолюбии и пригодности к тяжкому труду! — Наш колхоз, то есть, эт самое, наше хозяйство вы запомните на всю оставшуюся жизнь! Тут вам не у мамки за пазухой сидеть, да не логарифмы на парах щёлкать, это деревня, молодёжь! Тут хлеб потом добывать надо!

На его длинную и размашистую речь никто особого внимания не обратил, и, дождавшись приговора в виде десяти гектар свекольного поля, все пошли в сторону озера, на берегу которого мы должны были развернуть свой палаточный лагерь.

Появление в деревне молодой рабочей силы было радостной вестью не только для председателя. Этого события, даже больше чем руководство, ждали деревенские девочки, для которых эти две недели были полны любви, страсти и того, неведомого, чего деревенские орлы дать не могли. Эти самые орлы об этом знали, поэтому на дискотеках в деревенском клубе драки и выяснения отношений занимали едва ли не больше времени, чем сама дискотека, где балом правил неизменно Серёжа Жуков, доносивший свой голос с магнитных лент аудиокассет.

На одной из таких дискотек я познакомился с Настасьей, которая при первой встрече назвала себя именно так и не терпела никаких других вариантов своего имени. Мне повезло, Настя (с вашего позволения) была из тех деревенских девушек, которые в силу своей худобы и излишней бледности были обделены вниманием местных аборигенов, а потому и моя заинтересованность ей осталась незамеченной. Врожденная грубость и эстетическая близорукость сельских парней не позволяла различить им то прекрасное, что узрели в ней мои глаза.

Идеально ровные и бесконечные ноги, прикрытые лёгким летним платьем, были увенчаны тоненькой талией, выше которой была почти незаметная грудь. Длинные русые волосы она собирала в хвост, косу не любила. Лицо её было выкроено по славянским лекалам и представляло собой ту форму, за которую иностранцы так любят наших русских женщин. Взгляд светло-серых, почти пепельных глаз она всегда застенчиво опускала вниз и разговаривала тоненьким еле слышным голоском.

Дискотеки Настя также как и я не любила, а потому всё чаще мы стали проводить время на улице, на опушке деревенского леса, откуда всего лучше было видно на чёрном июльском небе звёзды и слышно отдаленное, но меж тем ритмичное дыхание сельской дискотеки. Она разрешала себя целовать но дальше этого дело не заходило, как бы громко Настасья не дышала и как бы горячо не было её тело, она всегда останавливала меня, стоит моей руке перейти границы дозволенного.

Две недели вынужденных работ подходили к концу, Настасья это знала и придя вновь на наше обычное место заметно нервничала и не знала куда себя деть. Волнение, которое я оправдывал близостью скорого расставания, как оказалось, имело под собой причину не столь очевидную, но не менее значительную.

— Ты же забудешь меня, да? — мы лежали на моем походном одеяле, постеленном на свежую после недавнего сенокоса траву.

— Разве такую красоту забудешь?

— Забудешь и глазом не моргнешь. А я вот знаю как сделать, чтобы не забыл! — всё это время она лежала, почти не шелохнувшись, и лишь сейчас подняла голову и, повернувшись в мою сторону, положила руку под подбородок, согнув её в локте.

— Ну что там, говори уже.

— А ты попробуй угадай, — она не сводила с меня глаз, боясь проиграть в этой дуэли. — Ну чего ты смотришь, целуй уже.

Я потянулся к ней, она ответила. Скромность и неприступность деревенской девушки свойства довольно хрупкие, и то о чем она молчала наедине с местными парнями, боясь презрения и разговоров, она с удовольствием расскажет человеку чужому, зная, что он услышит её лишь однажды и унесёт её тайны с собой, стоит только прийти в себя после мимолётной страсти. Настя захотела быть сверху и в этот момент я понял главный минус близости с русской девушкой. Крестик, висевший на тонкой ниточке норовил попасть мне в рот, и как бы я не старался отвести лицо, мне невольно, вместе с Настей, приходилось целовать и его. Но самое страшное и меж тем смешное было даже не в том, что я нарушил самописные заветы татарской бабушки, самое страшное, было в том, что нитка, на которой висел этот крестик, не выдержала и серебряный крестик сорвался с её шеи и упал мне прямо в рот, в тот самый момент, когда мужчины обычно замолкают и начинают хотеть спать. От неожиданности произошедшего я проглотил этот кусок металла и не по своей воле принял в себя христианство.

Уезжали мы рано утром и никакой другой возможности выбить из меня православие, кроме скальпеля, у нас не было. Настасья сильно переживала, и больше даже не за моё здоровье, а за то, что она не сможет объяснить родителям где потеряла крестик, который достался ей при рождении. Еще минут десять она металась, пытаясь придумать как ей вернуть крест и ничего не придумав и отчаявшись убежала, выдавливая из себя гневные слова в мой адрес сквозь сопли и слёзы. Я крикнул ей вслед, что верну его как только он вновь увидит свет Божий, но кажется Настасья этого не услышала.

Догонять её я не стал, да и смысла никакого не было. Ровно в шесть утра за нами приехал всё тот же ЛАЗ с побледневшим бело-голубым кузовом и оранжевыми шторками на окнах. Автобус недовольно гудел мотором, как будто и он на пару с водителем не выспался и не понимал, зачем должен ехать за этой сворой студентов. Я начал сильно переживать за то, что металлический предмет внутри, может серьезно навредить мне и пока все веселились и распивали припасенную на случай поездки водку, я смотрел в окно и казалось чувствовал этот крестик внутри себя.

На тёмно-синем рентгеновском снимке, который я храню до сих пор и в шутку показываю всем, кто пытается упрекнуть меня в атеизме, отчетливо белел, почти светился, маленький металлический крестик. Операцию делать не стали и не смотря на возражения рентгенолога, дескать нельзя так поступать с крестом, инородный предмет вывели из организма естественным путем. Были мысли отправить его по почте обратно, но адреса Настасьи я не знал, да и надела бы она его или нет на себя - большой вопрос. Крестик этот вместе со снимком обосновался в выдвижном ящике моего стола, как символ того, что даже атеиста, пусть и не в сердце, но может поразить Бог.

Другие работы:
+6
446
00:20
Ну, как говорится, из двух зол выбирают меньшее, потому голосую за необычную историю)) Хотя, в вычитке рассказ всё же нуждается))
06:44
+1
Вы же вроде не жалуете тексты от первого лица?:)
11:28
+1
Мат я тоже не люблю)) Потому пришлось выбирать между «не жалую» и «не терплю». )))
04:12
+1
Воспитанному в духе традиционной татарской семьи с нотками наивного ислама, который исповедовали в то время татары, мне пришлось не только забыть на мгновение свою религиозную принадлежность
показываю всем, кто пытается упрекнуть меня в атеизме
Таки была у героя религиозная принадлежность или нет?

Хм. Не кажется ли вам, что говорить о боге в контексте происходящих событий несколько лицемерно?.. Если этот бог не Вакх, конечно.
То есть, я правильно понимаю, это история о том, как после одного раза с малознакомой девчонкой герой уверовал в православного бога? Если так, то, мягко говоря, сомнительная мораль. Исключительно по эмоциональному впечатлению, герой как был неверующим, так им и остался, только теперь может саркастически восклицать при случае: «Пути господни неисповедимы!».
11:39
Таки была у героя религиозная принадлежность или нет? — таки обе фразы говорят, что была)
12:05
Я, наверное, неудачно фразы выделила. Короче говоря, у меня не получается однозначно определить отношение героя к религии ни в начале, ни в конце рассказа. А оно, судя по теме, вообще-то важно)
12:25
У меня получилось. И это очень ясно видно.
Герой — мусульманин по праву рождения. То есть его как бы воспитали в традициях ислама, но он вообще не заморачивается по поводу религии. Это очень распространенная сейчас позиция. Люди называют себя верующими, но не соблюдают никаких ритуалов. Вроде — ну есть там какой-то Бог, ну и пусть есть.
Отсюда и последняя фраза. Его называют атеистом, поскольку он свою религиозность никак не обозначает. А теперь у него появился эдакий контраргумент в виде крестика.
Надеюсь, понятно изложил?)
12:38
Надеюсь, понятно изложил?)
Это сарказм?))
Про «мусульман по праву рождения» прекрасно знаю, я сама из таких.))
Ваша интерпретация мне полностью понятна. Мне, лично мне, из текста непонятно и неочевидно, что имелось в виду.
12:40
Это сарказм?)) — да нет же) Просто мне показалось, что путано написал)
18:28
Крестик этот вместе со снимком обосновался в выдвижном ящике моего стола, как символ того, что даже атеиста, пусть и не в сердце, но может поразить Бог. — А вот эта фраза ничего не говорит?
18:53
+1
Скорее всего, она говорит о том, что даже атеиста может поразить Бог. Но это не точно :))
08:09
Понравилась история. Легкий, ненавязчивый темп и стиль: словно со старым другом беседуешь.
Голос.
08:34
+1
Весьма неприятное содержание. Я к религиям отношусь ровно, как к части человеческой культуры. Поэтому не стоит меня в чем-то подозревать. Но читать это было отвратительно. Для вас может быть это инородный предмет, вышедший из героя естественным путём, но для кого- то это символ веры. А возвращать романтической героине, вышедшее из организма подобным образом — верх фантазии. Формируется чудный образ быдло-героя. Повествование от первого лица в данном случае, мягко скажем, настораживает. И не стоит прикрываться атмосферой 90 — х. Не все в них вывалялись.
09:14
Вот-вот! И я о том же. Хоть и атеистка скорее, а тоже покоробило чувства.)
11:42
Дискотеки Настя также как и я не любила — «так же» раздельно здесь.

Ну что сказать… Забавно. Отторжения у меня не вызвало, но и особой симпатии тоже. Просто рассказ. Обычный. Который забудется почти сразу. Рассказ конкурента сильнее на несколько голов.
Нет голоса.
17:38
Хочется написать комментарий в стиле автора, но на ум приходит лишь одно простое слово — блевота)
19:23
Никакой религии нет. Просто курьезный случай. Вместо крестика мог быть ключ от наручников (Ночной продавец) или жвачка. Особо хочется выделить комментарий, про послевкусие от этого рассказа.
Забавный рассказ))
Читается легко. Персонажи и фон хорошо прописаны.
Голос, однозначно здесь!
14:06
+2
Язык хорош, у автора есть стиль, но сам рассказ ни о чем. Может, это я не вижу идеи или не понимаю(
14:47
Ноги, увенчанные талией меня покорили ) но рассказ про офис — это вообще читабельно, поэтому голос сюда.
18:26
Необычно. Мой голос Ваш)
Забавная байка. Особенно умиляет, что символ веры увенчал оргазм. Больше ничего необычного.
19:47
Тут все просто:
1) Над языком нужно работать. при чтении было ощущение, словно я хромаю и никак не могу разогнаться, чтобы дочитать не то что абзац — одно предложение. тяжеловато.
2) история занятна и на этом все — не будем вдаваться в религиозный диспут.
3) Голос здесь, потому что автор предыдущей работы не потрудился как следует поработать над текстом. Ваша работа ему ни в чем не уступает, но тот существенный минус перевесил в вашу пользу. ГОЛОС
15:08
+1
Здравствуйте, Рустайм).
Рассказ мне Ваш понравился. Мне, если честно, большинство литературы нравится (осмелюсь назвать Ваше произведение так😉), которую я читаю и осиливаю.
Ну что же, какашками в ответ бросаться не буду. Постараюсь проявить хладнокровие и буду как Колотыркин держать всё в себе).
Сюжет, честно, походит больше на байку, пригодную для рассказа у костра. В этом случае, если Ваши слушатели охотники, сюжет следовать подавать в более грубой форме, с юмористическими нотками. Большую роль здесь должна играть харизма рассказчика (вспомнился мужик-«морда красная» Михаила Евдокимова).
Ваше повествование пригодно для жанра советской прозы, где и смыслы другие и концовка соответствует основной линии партии. Но сами описания и сравнения не дурны. «Маховик, собирающий студентов», описание председателя колхоза и т.д. Мне понравилось.
Подведу черту. На лицо не соответствие сюжета и стиля. Отсюда — непринятие многими читателями.
И еще раз, огромное спасибо за Ваши замечания. Ажиотаж получился что надо!
12:18
Название рассказу соответствует. Неплохая задумка. Но много ошибок: полсотни — пишется вместе. «Себя, себе» — во-первых повтор, во вторых — сорняки. Молодая рабочая сила — штамп. Есть огрехи с запятыми. Есть подражание стилю Пруста, но очень слабенькое.
Загрузка...
Запишитесь на дуэль!