Валентина Савенко №1

Крик чаек

Крик чаек
Работа №166 Автор: Филиппов Александр Алексеевич

Анабель привычно стояла на утесе и смотрела на раскинувшиеся под ней темно-голубые волны моря, которые монотонно разбивались о скалы, как будто хотели сокрушить их.Ее завораживало это зрелище - неизменное упорство, перед которым пасовал даже, казавшийся незыблемым, серый камень, постепенно уступающий, неослабевающему напору. Сама девочка не могла этим похвастаться, как и большинство жителей ее городка, но ей всегда хотелось уподобиться могучим волнам и сокрушить все свои невзгоды. Анабель ждала, что, может быть, сегодня в небе появятся чайки, о которых ей рассказывала старуха-лавочница на рынке. Но бледно-голубое небо, укутанное тонкими, рваными облаками, оставалось пустым, а тишину нарушало лишь легкое покачивание ветвей старого дуба, растущего рядом с утесом. Анабель всегда невольно начинала покачиваться в такт с деревом, погружаясь в свои сладостные фантазии, так отличающиеся от серой, или даже двухцветной, палитры ее настоящей жизни. Девочка могла стоять так часами, поглощенная рассуждениями и мечтами, пока чей-нибудь окрик или резкий порыв ветра не вырывал ее из этого мира.

Так случилось и сейчас. Морской бриз обдал Анабель холодом и вывел из задумчивости. Она встрепенулась и, озираясь по сторонам, пару секунд пыталась понять, куда исчез ее волшебный мир? Она посмотрела на болезненно-желтое солнце, с трудом выглядывающее из-под затянувших его облаков, и окончательно вернулась в свою обыденную повседневность. Солнце было еще высоко, и Анабель поспешила к своей работе – раскинувшимся, поодаль от утеса, полям. Она, как и остальные дети из ее приюта, работала здесь весь год, выращивая урожай, который кормил их городок. Девочка побежала по склону, боясь, что ее отсутствие снова заметит Карл - щуплый высокий мальчик шестнадцати лет, которого директриса их приюта назначила главным. Он должен был следить, чтобы все дети неустанно работали, и, если кто-то отлынивал, Карл докладывал об этом.

Анабель, из-за своей любви мечтать на утесе, уже не раз попадалась и, если это случится снова, отделаться отсутствием ужина или поркой уже не получится. Нет, ее ждет самое страшное наказание приюта – провинившегося связывают и подвешивают на веревке под потолком на всю ночь. Один раз девочке уже посчастливилось испытать этот метод наказания и ей очень не хотелось повторять свой опыт. Она добежала до первого поля, перепрыгнула низкий забор и начала украдкой пробираться через стебли, под гулкий стук своего сердца. На первом поле работали самые старшие дети и немногочисленные нанятые работники, поэтому Анабель была особенно осторожна, чтобы не попасться им на глаза. Ее путь лежал на третье поле, где трудилась ее группа. Она продвигалась все дальше и уже видела дорогу, разделяющую поля, как услышала голос Карла, и тут же замерла, боясь шевельнутся.

Карл стоял буквально в паре метров от нее и разговаривал с другим мальчиком из старшей группы. Они, о чем-то увлеченно спорили, но Анабель не могла разобрать их слова. Постояв в оцепенении несколько мгновений и осознав, что ее не заметили, она хотела осторожно двинутся дальше, но любопытство пересилило - и Анабель начала продвигаться ближе к мальчикам, чтобы расслышать их разговор.

- Не бойся, Герцогиня ничего не узнает,- уверенно убеждал Карл своего собеседника, - Только представь, как будет приятно наконец наесться до отвала!

Собеседник Карла хмурил свой широкий лоб.

- Не знаю, Карл, звучит конечно заманчиво, но болтаться под потолком как-то не хочется.

- Да брось ты, или ты забыл, кто самый ответственный и дисциплинированный у нас, а? – Карл демонстративно потыкал себя в грудь грязным пальцем, - Это я, а значит на меня подумают в последнюю очередь, а там я и тебя, если что, прикрою.

Второй мальчик - Анабель вспомнила, что его зовут Шон - еще сильней нахмурил лоб и начал инстинктивно чесать свой затылок.

- Но Герцогиня после прошлой кражи перенесла кладовую в новую комнату, там крепкие двери, да и замки новые. Как мы туда попадем?

- Решетка, – по-заговорщицки прошептал Карл, улыбаясь своими желтыми зубами, - Меня отправили обследовать эту комнату, перед тем как переносить туда кладовую. Старой карге не хотелось тратится, да и зачем, когда рядом есть ее лучший помощник.

Анабель невольно хихикнула, услышав, как мальчик назвал директрису их приюта, и тут же закрыла свой рот руками и опасливо прислушалась - не заметили ли ее присутствия? Но Карл был так поглощен своим рассказом и собственной гордостью, что не заметил бы сейчас и вой волка. Шона же, по рассказам других детей, опасаться совсем не стоило – за глаза его называли Дубина. Девочка вновь прислушалась.

- Я уж было подумал, что, теперь-то не видать нам вкусной тыквы, - продолжал улыбаясь Карл, - Как мне попалась на глаза решетка, закрывающая окно. Она давно проржавела и, хотя, с виду, прочно сидит, если ее расшатать, то легко можно снять.

- Видел я это окно, - протянул Шон, - ни я, ни ты в него ни за что не влезем!

Улыбка Карла погасла, и сменилась легким недовольством.

- Да знаю я, уже пробовал. В этот раз нам понадобится кто-нибудь из младших.

- Они же сдадут нас при первой опасности! – не выдержав, крикнул Шон.

Беседа мальчиков начала перерастать в спор, а Анабель задумалась. Из старой кладовки приюта периодически пропадали продукты, от чего Герцогиня переворачивала все вверх дном, ища виновных. Каждый раз наказанию подвергались разные дети. Они всегда говорили, что не виновны, но от гнева Герцогини и сурового наказания слова их не спасали. Теперь Анабель понимала, что за всеми кражами стояли Шон и Карл, а чтобы отвести от себя подозрения, они подбрасывали еду другим. Это рассердило Анабель.

Она уже хотела двинутся в обход мальчиков, и по пути обдумать, как бы их наказать, но ее живот громко заурчал. Только сейчас девочка поняла, что разговоры о еде разбудили ее аппетит. А в приюте никто, за исключением директрисы, не был сыт. Анабель с грустью подумала о скудном ужине, и ее осенило - раз мальчикам нужна помощь - они не смогут осуществить задуманное в ближайшее время, а это отличный шанс воспользоваться их планом раньше них. Анабель переживала эту мысль, риск был велик, но если тебя и так постоянно наказывают, то почему бы не получить наказание действительно за дело?

Оставив мальчиков продолжать свой спор, она тайком поспешила дальше. Карл, хоть и перестал на время быть угрозой, но ее все еще могли заметить и сдать Герцогине за добавку на ужине. А теперь ей нельзя было привлекать лишнее внимание.

Хоть план и был рискованным, одна мысль о сыре или вкусном, свежем хлебе, придавали ей уверенности и сил. Дело оставалось за малым – уговорить своих друзей помочь ей.

***

Ужин закончился, и дети начали расходится по своим комнатам. Анабель так и не решилась поговорить со своими друзьями о предстоящем деле на работе, поэтому позвала их в свою комнату. Которую она заслужила, вопреки любимцам директрисы, не за хорошее поведение, а наоборот – другие дети считали ее странной и не хотели с ней жить, а частые наказания не прибавляли ей хорошей репутации. В результате Герцогиня не хотела селить ее с друзьями – это было бы наградой, поэтому, специально для Анабель, в приюте была найден самый маленький чулан, в который ее и поместили.

В дверь постучались условленным сигналом. Анабель вскочила с кровати и побежала открывать дверь – пришли ее единственные друзья в приюте – близнецы Кай и Дай. Мальчики были чуть выше Анабель, черноволосые обладатели больших ушей. Они были одеты в одинаковую, поношенную и заштопанную кое-как одежду.

Братья поздоровались с девочкой и вошли в комнату. Их лица не выражали никаких эмоций, но Анабель знала, что это лишь маска – ребята были в предвкушении. Еще днем они заметили, что девочка ведет себя странно, даже по ее меркам. Но когда они пытались ее расспросить, та просто отнекивалась и делала очень занятой вид. А теперь она позвала их на таинственное собрание после ужина, ребята чувствовали – дело было явно нечисто.

Дети расселись на старом деревянном полу, и Анабель начала рассказывать свой план. Близнецы слушали ее внимательно. Дай, под конец, от удивления сидел с приоткрытым ртом. Кай же скорчил недовольную мину.

- Скажи, Анабель, ты просто соскучилась по веревке и потолку, да? Знаешь, есть более легкие способы угодить туда, чем этот!

Девочка слегка смутилась.

- Никто никуда не угодит. Все продумано.

- Начиная с того момента, что ты предлагаешь следовать подслушанному плану Карла? Вдруг это ловушка, и когда мы подойдем к окну, там нас будет ждать Герцогиня? Что тогда? – возмущенно, почти кричал Кай.

Анабель и Кай сошлись в ожесточенном споре. Дай же спокойно сидел и наблюдал. Он знал, что как бы брат не старался, в конце все равно девочка его уговорит. А куда Кай, туда и Дай. Но в этот раз спор затянулся, никто из противников не хотел уступать и по прошествии часа перепалку смогло остановить только то, что оба охрипли. Дай уже было надеялся, что все закончено и можно будет отправляться в комнату спать - день выдался на редкость жарким и тяжелым, но его надежды были разбиты. Раздраженные Анабель и Кай теперь молча сидели и смотрели друг на друга - каждый надеялся выйти победителем.

Так прошел еще один час, и даже обычно спокойный Дай начал злится. Вечерняя встреча грозила перейти в ночную, и мальчику это совсем не нравилось. А спорщики и не думали договариваться, возмущенно продолжая друг на друга смотреть. Дай уже хотел сам вступить в дискуссию - правда он так и не решил на чьей стороне, как тишину комнаты разорвало урчание живота Анабель. Герцогиня опять урезала ужин, мотивируя это тем, что год выдался тяжелым и им нужно экономить. Следом за животом девочки звук повторил уже живот Кая. Ребята еще немного посидели молча, и мальчик сдался.

- Хорошо, Анабель, я согласен.

- И я тоже, - быстро поддержал заспанный Дай, боясь, что спор может возобновиться.

- Отлично, тогда послезавтра ночью встречаемся у южной стены.

- Поняли, а теперь мы пошли спать.

Кай и Дай поднялись с пола, перекинулись еще парой слов с Анабель и попрощались. Они решили, что до похода на кладовую им не стоит привлекать к себе внимание, поэтому больше они план обсуждать не будут.

После того как мальчики ушли, Анабель закрыла за ними дверь и обессиленно рухнула на кровать с чувством выдохнув – у нее получилось! Она так и не решила, хорошая это идея или нет, но живот ей подсказывал, что отличная. Она перевернулась на бок, полная решимости хорошенько обдумать все с ней произошедшее сегодня, но сама не заметила, как уснула.

***

Два дня пролетели за одно мгновение. Меркнувшее солнце уже клонилось к закату, приближая час запланированного предприятия. Хотя Анабель и договорилась с Каем и Даем вести себя как обычно, у нее это не получалось. Ни вчера, ни сегодня девочка не ходила на свой любимый утес, а наоборот прилежно работала. Ее переполняло возбуждение – наконец-то и с ней происходило что-то интересное. На счастье Анабель, ее и так уже считали странной, поэтому никто не обратил на это внимание.

Скудный ужин прошел без происшествий, дети разошлись по своим комнатам и вскоре приют наполнил равномерный храп. Анабель с нетерпением дождалась назначенного часа, выглянула в пустой темный коридор и украдкой направилась к выходу. На место встречи она пришла последней. Кай, весь на нервах, готов был взорваться. Дай же, всеми силами делал вид, что его вообще здесь нет.

- Наконец – то, - раздраженно прошептал Кай и хотел еще что-то добавить, но его прервал Дай, испугавшийся, что все может перерасти в очередной долгий спор.

- Пошли! - собрав волю в кулак, скомандовал он. И несказанно был удивлен, когда его друзья послушались и, не теряя времени, отправились к кладовой.

Новая кладовая представляла собой небольшую полуподвальную комнату на севере приютского дома. Она имела всего два входа: прочную деревянную дверь, обитую железом с грозным навесным замком, и небольшое окно над землей, которое было закрыто, как думала Герцогиня, надежной решеткой.

Ребята подошли к кладовой, и сразу принялись вытаскивать решетку. Когда решетка легко выломалась, друзья облегченно вздохнули – рассказ Карла оказался правдой. Анабель решительно полезла в окно. Даже с ее фигурой это оказалось не так то просто. Она уже почти пробралась в кладовую, когда услышала зловещий скрежет ключа в навесном замке на двери. Она замерла и испуганно уставилась на дверь. В тот же момент ее схватили за ноги и резко потащили назад - Кай и Дай так же услышали этот не предвещающий для них ничего хорошего звук и отреагировали мгновенно. Анабель рухнула на землю, скорчившись от большого количества царапин и ссадин, которые она только что приобрела. Она уже хотела разразиться криком на мальчишек, как прозвучал скрип открывающейся двери и гулкий стук сапогов.

Ребята затихли, Кай и Дай аккуратно заглянули в окно. Перед их взором предстал незнакомый высокий мужчина. Он был одет в старую рубаху и не менее старые штаны. Поверх у него был надет выцветший коричневый плащ и шляпа того же цвета. Выделялись в мужчине только новые черные кожаные сапоги. Он, слегка покачиваясь, прошел в кладовую и начал осматриваться. Мальчики спрятались.

- Это же Том, - прошептал Кай, - Как он здесь очутился?

- Том?! - одновременно спросили Анабель и Дай.

- Да, Том, я удивлен не меньше вашего, но этот уникальный аромат пота и выпивки я узнаю, где угодно.

Дети задумались, каждый пытался понять, что местный завсегдатай таверны мог забыть ночью в кладовой приюта. Между тем шаги прекратились. Ребята, теперь уже втроем, заглянули в окно. Оказалось, Том разлегся на мешке с зерном и не спеша опустошает бутылку, которую он принес с собой. И тут Анабель осенило, она жестом подозвала друзей к поближе к себе.

- Да это же охранник!

Кай и Дай непонимающе переглянулись между собой.

- Ну охранник, помните Герцогиня все грозилась, что если воровство не закончится, то наймет сторожа.

- Но Том, - Кай вновь заглянул в окно. Мужчина опустошил свою бутылку и теперь просто лежал.

- Посмотри, Анабель, какой же из него охранник?

- Это как раз в духе Герцогини, - возразила девочка, - Держу пари, расплатилась она с ним вон теми новыми сапогами, которые наверняка предназначались кому-то из детей.

Кай задумался. Действительно, их директрису сложно было назвать щедрой и приятной женщиной. В приюте уже давно не осталось ни одного наемного работника, все обязанности по уходу, надзору, готовке и другим повседневным делам она переложила на плечи старших детей, давая тем различные поблажки. Нанять сторожем местного алкоголика за пару сапогов, было как раз в ее духе. А сам Том решил охранять самое важное место в приюте идеальным для себя способом – просто лечь спать именно здесь.

Повисший в воздухе вопрос озвучил Дай.

- Что будем делать?

- Можно подождать пока Том уснет и стащить все у него из-под носа, - смело предложила Анабель. Но Кай в ответ на эту идею решительно замотал головой.

- И сколько мы будем ждать? Да кто знает, как крепко он спит?

Ребята задумались, и тут Анабель озарило. Она вспомнила один из рассказов, что слышала на рынке, про старые времена, когда их страна воевала с какой-то другой. Тогда солдаты очень часто пользовались стратегией – устраивали ненастоящее нападение с одной стороны, а нападали с другой.

- Нам нужна диверсия, - улыбаясь сказала она.

- Диверсия?

- Да, именно она. Кто-то из нас должен устроить переполох в приюте, пока другой уносит еду. Только нужно устроить что-нибудь масштабное, чтобы Том проснулся и побежал туда.

- И кто же будет устраивать переполох? - понуро спросил Кай, смутно понимая, что это будет он.

***

ПОЖАР! - спящий приют пронзил истошный женский крик. Для Анабель это было сигналом, она заглянула в окно и увидела ошарашенного Тома, который вскочил со своей импровизированной кровати. Он непонимающе озирался по сторонам, когда приют сотрясло еще раз.

ПОЖАР! - Том выбежал из кладовки и побежал на крик. Анабель немного подождала и полезла в окно. Она понимала, что времени у нее немного. Девочка спрыгнула на каменный пол, и начала быстро обшаривать стеллажи, заставленные продуктами. В первую очередь ее интересовали хлеб и сыр, но когда она увидела полку со сладостями, которые готовили для Герцогини, то не смогла удержаться и начала сгребать в мешок и их.

Анабель слышала, как приют все больше наполняется светом и криками, и про себя молилась всем, кого только знала, чтобы ее друзей не поймали. Девочка схватила последнюю буханку хлеба, с грустью посмотрела на по-прежнему заполненные едой стеллажи и потащила свой полный мешок, стремясь как можно быстрее покинуть приют.

***

Луна еще тускло светила на ночном небе, когда перед Анабель показались первые деревья северного леса, в котором она, вместе с друзьями, решила сделать тайник. Вспоминая все возможные ругательства, которые слышала на рынке, она упорно тащила мешок все дальше, мечтая уже не о еде, а о своей довольно жесткой, но такой родной и желанной кровати.

- Еще немного, - шептала она про себя, перелезая через упавшее дерево. Она хотела спрятать свою ношу поглубже в лесу, не желая потом обнаружить, после стольких трудов, что мешок кто-нибудь нашел.

Оглянувшись, Анабель увидела неподалеку небольшую поляну, усеянную цветами, которые так и манили своей красотой. Она решила, что уже достаточно далеко зашла в лес, и это место нечем не хуже любого другого; ее тайник будет здесь.

Немного исследовав поляну, девочка выбрала место у небольшого холмика и начала сооружать свой тайник. Выкопав небольшую ямку, она положила туда мешок, присыпала его землей и старательно заложила ветками и листьями. Она отошла на пару метров, убедится, что все получилось как надо; тайника не было видно.

Удовлетворенная своей работой Анабель хотела отправится обратно в приют, но тут заметила, по середине поляны, что-то странное в цветах. Небо над ее головой уже светлело; ей нужно было скорее возвращаться, что бы успеть к началу завтрака, но ее уставшие ноги, ведомые любопытством, сами пошли в сторону загадочно предмета.

Когда Анабель подошла достаточно близко, она разглядела то, что пряталось в цветах. Посреди поляны в лесу стоял каменный мальчик. Он не был похож на статую из каких-то древних времен, а выглядел так, будто был живым и застыл буквально мгновение назад. Анабель сбросила сковавшее ее оцепенение и подошла к нему. Ей не верилось, что он не живой. Она осторожно прикоснулась к его лицу рукой и сразу отдернула, боясь, что он вдруг оживет и бросится на нее. Но ничего не произошло, мальчик остался каменным и продолжал смотреть куда-то в даль немного грустными глазами. Анабель вновь прикоснулась к нему, ощутив безразличный холод камня на своей коже. Но было что-то еще, какое-то мимолетное, ускользающее от нее чувство, которое она никак не могла понять.

Она тщательно исследовала статую, пытаясь определить, как долго та здесь находится. Но ни следов мха, ни трещин, которые могли бы хоть что-то прояснить не было, лишь серый камень. Девочка не нашла ни одной подсказки, кто и зачем установил посреди леса каменного мальчика. Раздосадованная, она села на землю, прислонившись к статуе спиной. Подняв взгляд на небо, она увидела через кроны деревьев совсем посветлевшее небо. «Завтрак», - пронеслось у нее в голове. Анабель, вспомнив, где находится и что ее ждет в случае опоздания, вскочила и поспешила обратно в приют, отложив загадку каменного мальчика на потом.

***

Утро в приюте выдалось необычно тихим. Не слышно было звона посуды под аккомпанемент переругивающихся между собой поварят, а вместо криков дежурных, собирающих свои этажи по коридорам гулял только шепот, доносившийся из закрытых комнат. А сам воздух, казалось, был пропитан страхом и недовольством.

Ворвавшаяся в свою комнату Анабель, ничего этого не заметила. Ее не смутили неестественная пустота и тишина приюта. Быстро переодевшись и кое-как умывшись, она, под стук бешено колотящегося сердца, побежала в обеденный зал. По ее предположению завтрак уже должен был заканчиваться, а ей никак нельзя было опоздать.

Распахнув большие деревянные двери, она влетела в обеденный зал, ожидая увидеть удивленные взгляды немногих еще завтракающих детей. Но пустой зал встретил Анабель только шелестом листьев деревьев, растущих под окнами. Пытаясь отдышаться, Анабель огляделась вокруг, ища хоть кого-нибудь, когда тишину разорвали одинокие аплодисменты.

В конце зала сидела, добродушно улыбаясь и хлопая, Герцогиня. Она смотрела своими холодными жестоки глазами прямо на Анабель. От этого взгляда у девочки все похолодело внутри, она в панике хотела развернуться и бежать, но ее схватили появившиеся рядом Карл и Шон. Она попыталась закричать, но Карл, едва заметно дрожащими руками, поспешно запихал ей в рот кляп. Анабель с силой развернули обратно лицом в зал, по которому неспешно шла к девочке директриса, продолжая добродушно улыбаться.

- Здравствуй, моя милая, - нежно сказала Герцогиня, подойдя вплотную, - Я так долго тебя сегодня ждала, уже почти отчаялась, но вот ты здесь, мое золотце.

От этих слов Анабель начала вырываться еще более отчаянно, и мальчикам стало тяжело ее удерживать, тогда Герцогиня положила свою бледную руку на голову девочки и сжала ее, впившись острыми когтями в затылок.

- Ну же, дорогая, не надо, мы все здесь желаем тебе только добра, - прошептала она на ухо девочки, - А вы держите ее сильней, а то если она вырвется и убежит, вы займете ее место, поняли? - Карл и Шон испуганно кивнули.

Удовлетворившись ответом, директриса отпустила голову Анабель и скомандовала, - Теперь тащите ее в «Добрую комнату», я думаю нашей проказнице не терпится встретится с друзьями.

От этих слов сердце Анабель ушло в пятки. «Добрая комната» была не самым приятным местом в приюте. Переделанная из пыточной, оставшейся от прежних, весьма странных хозяев, она служила местом исполнения наиболее страшных наказаний. Поэтому девочка испугалась, не столько за себя, сколько за Кая и Дая, которых втянула в свою авантюру. Измученная своими ночными приключениями, она провалилась в темноту.

***

Анабель стояла на поляне, покрытой сочной зеленой травой, тишину вокруг нарушал только тихий щебет птиц, доносившийся из рядом стоящего леса, да шелест покачивающейся на ветру листвы. Анабель могла поклясться, что никогда не была здесь, но ее не покидало чувство чего-то знакомого.

Девочка побродила вокруг, пытаясь найти какой-нибудь знакомый ориентир, чтобы понять, где она находится. Но вокруг нее тянулась, казалось, бесконечная зелень, обрывающаяся только лесом на севере. Не придумав ничего лучше, она пошла в его сторону. По мере ее приближения, пение птиц становилось все громче, но помимо него Анабель начинала слышать что-то еще, едва уловимое. Она остановилась и попыталась вслушаться, но как ни старалась, не могла определить, чудится это ей или нет, и продолжала идти.

Девочка дошла до начала леса и как только переступила иллюзорную границу, услышала пронзительный крик, в котором была перемешана одновременно бесконечная грусть и радость, поразившая ее в самое сердце и словно что-то сдвинувшая в ее душе. Собравшись с мыслями, Анабель хотела пройти дальше в лес, но холодная вода вырвала ее из сна.

Ошарашенно моргая, девочка увидела возвышавшегося над собой Карла с большим ведром.

- Вставай давай, работа не ждет, - сказал он. Анабель была удивлена, она лежала на кровати в собственной комнате, вместо того, чтобы отбывать, какое-нибудь изощренное наказание в «Доброй комнате» за свои проступки. Она вопросительно посмотрела на Карла, который уже стоял у дверей и получив еще один недвусмысленный намек, что нужно поторапливаться, начала поспешно собираться.

Девочка подумала, что завтрак она пропустила, когда Карл, минуя обеденный зал, повел ее сразу на поля. Добравшись до них без происшествий, Анабель хотела поискать своих друзей и расспросить обо всем, но ее сразу остановил Карл, который однозначным жестом велел ей работать и все время, до конца дня, стоял неподалеку и молча наблюдал за ней. Все это было необычно и заставило Анабель задуматься, что возможно, Герцогиня придумала для нее нечто особенное, и ее наказание еще впереди.

Для того, чтобы убедится в своих подозрениях, Анабель не потребовалось много времени. Когда дети шли обратно в приют, все держались от нее подальше и старательно отводили глаза. На ужине же она сидела совершенно одна за одним из огромных столов, и даже ее друзья, когда она наконец их заметила и начала приветственно махать, спешно от нее отвернулись сделав вид, как будто ее нет. После ужина, вернувшись в свою комнату, Анабель рухнула на жесткую кровать и горько зарыдала, все это окончательно добило ее.

Около полуночи в дверь девочки кто-то постучал. Анабель не спала, но не хотела сейчас никого видеть и просто проигнорировала стук. Через какое-то время стук повторился немного громче, а потом еще раз и еще. Если поначалу это был привычный кодовый сигнал, то теперь в дверь откровенно барабанили, рискуя разбудить всех обитателей приюта. Анабель не выдержала и, вся растрепанная, пошла открывать дверь. Там были Кай и Дай, которые ввалились в ее комнату, спешно ее отпихнув, и закрыли дверь. Девчонка готова была разразится гневной тирадой, но Дай прижал ладошку к ее рту, а Кай принялся шепотом успокаивать ее.

Когда Анабель немного охладила свой пыл, Дай ее отпустил и присоединился к Каю, быстро объясняя, что произошло, пока ее тут не было. Придуманная Анабель диверсия прошла замечательно, но только в начале. Девочка придумала поджечь дверь директрисы, чтобы та подняла суматоху и тем самым отвлекла внимания всего приюта и, самое главное, нежданного сторожа кладовки. Не учла Анабель только, что Герцогиня оказалась совсем не робкого десятка и быстро придя в себя, легко потушила свою дверь, после чего собрала весь приют для выявления виновных. Когда на перекличке Анабель не оказалось, а ее поиски ничего не дали, все подозрения пали на нее. А вместе с ней и на Кая с Даем, у которых рассвирепевшая директриса пыталась узнать, куда она подевалась. Мальчикам почти удалось отвертеться, но также выяснилось, что из кладовки пропали некоторые продукты. Это было для Герцогини последней каплей, мальчики были отправлены для более пристрастного допроса в «Добрую комнату», а всех остальных детей лишили завтрака.

Близнецы не сломались и ничего не рассказали, но для Герцогини это не имело особого значения, вину Анабель красноречиво доказывало ее долгое ночное отсутствие. Директриса была в ярости, и поэтому подошла к наказанию с особой изобретательностью - она запретила всем общаться с Анабель, за исключением минимально необходимого. Девочка должна была перестать для всех существовать, ослушавшихся же ждало суровое наказание. Поэтому мальчики только сейчас смогли пробраться к ней, подкупив одного из дежурных своим ужином, и поговорить.

Закончив свой рассказ, мальчики дали Анабель минутку переварить услышанное, после чего добавили, что пока все не уляжется, им придется ее сторонится. Кай и Дай обняли Анабель на прощание и удалились, оставив ее наедине со своими мыслями.

***

Прошла неделя с момента появления девочки-невидимки. До своего наказания Анабель всегда считала, что люди избегали ее, но теперь она поняла, что действительно это значит. Постоянное одиночество постепенно начинало мучить ее.

Что бы хоть как-то развеяться, девочка стала часто бывать в лесу у статуи мальчика. В первый раз, она пошла на следующий день после начала своего наказания, за спрятанной едой. Но в тайнике ее ждало только разочарование – практически все испортилось. Расстроенная девочка бессознательно пошла к каменному мальчику, и села на землю рядом с ним. Сначала она просто смотрела на него, пытаясь найти какие-нибудь признаки жизни. А спустя какое-то время начала бессознательно с ним говорить. Незаметно девочка стала ходить к нему все чаще и чаще, превратив это в своей ежедневный ритуал. Она приходила к нему и рассказывала о своих печалях, фантазиях, мечтах, о всем том, о чем не могла поговорить ни с кем другим.

Согретая летним солнцем, она часто засыпала на поляне и видела странные яркие сны, в которых гуляла по знакомым местам, отличающимся от реальности более яркими красками. Но в этих снах она никогда не встречала людей, мир выглядел пустынным и неправильным. Иногда ей казалось, что она слышит непонятный шепот, совсем рядом от нее или видит едва заметную тень, где-то на краю своего зрения. Эти непонятные вещи немного беспокоили Анабель, но ей нравилось гулять по этому красочному миру, и поэтому она старалась не обращать внимания на эти странности.

Когда через месяц Герцогиня сняла с девочки наказание, Анабель с удивлением поняла, что ей уже не хочется ни с кем разговаривать, даже с Каем и Даем. Мальчики пытались извиниться перед ней и просили прощения за то, что были вынуждены отдалится от нее, но девочка давно не злилась на них, ей просто было не о чем разговаривать с ними. Все ее мысли были поглощены удивительным прогулками во снах по красочной копии этого мира, а ее новым собеседником стала статуя мальчика на поляне.

Часы, дни, недели начали проходить для девочки незаметно, разделённые лишь на неприятные моменты бодрствования. Но постепенно ее волшебный мир из сна начал изменятся, в нем начали появляется новые детали, которых раньше она не замечала, делая его не таким идеальным. Шепот ее вечного преследователя с каждым разом становился все громче и ближе, и как бы она не старалась убежать, девочка всегда видела его призрачную тень, притаившуюся недалеко от нее. Этот неизвестный преследователь начинал беспокоить ее все больше, но она не могла отказаться от своего мира, продолжая приходить на поляну к статуе.

В один из дней Анабель как обычно пришла к каменному мальчику и заснула, отправившись в свой мир. Но в этот раз она оказалась не в привычной красочной версии леса, а в тускло освещенном несколькими светильниками коридоре. Девочка была поражена такой переменой и несколько минут просто стояла, вглядываясь в окружающий ее сумрак и опасаясь сделать шаг. Но Анабель не могла позволить себе простоять так вечно, она глубоко вздохнула и, зажмурившись, сделала шаг. Ничего не произошло - вопреки ее опасением никто не кинулся на нее. Она открыла глаза и теперь уже более смело пошла по коридору, который с каждым пройденным шагом становился все более знакомым ей. Она чувствовала, что вот-вот поймет, где оказалась, как заметила приближающееся к ней нечто. Оно медленно то ли шло, то ли плыло по коридору, почти сливаясь с окружающим сумраком. Девочка панически начала озираться вокруг в поисках укрытия, но, ничего подходящего не обнаружив, вжалась в стену, надеясь, что в этом полумраке существо ее не заметит. Оно продолжало двигаться по коридору, никак не обозначая, заметило ли оно девочку или нет. Когда существо приблизилось вплотную к Анабель, она смогла разглядеть его. Существом оказался весьма искаженный, но все же человек. Он был похож на серую объемную тень, идущую волнами и слегка расплывающуюся в разные стороны. Когда тень стала проходить мимо девочки, она повернулась и посмотрела ей в лицо. Анабель казалось, что если она посмотрит на тень человека еще мгновение, то узнает его, но коридор заполнил оглушительный, бесконечный крик.

- ПРОСНИСЬ! - Анабель опустилась на колени и закрыла уши руками, но это не помогало. Тень перед ней исчезла, растворившись в сумраке коридора, и сам коридор начинал плыть перед глазами девочки. Она почувствовала, как кто-то положил ей руку на плечо, подняла взгляд и увидела ожившего каменного мальчика, который кричал ей не раскрывая рта. - ПРОСНИСЬ!

Ошеломленная Анабель хотела убежать, но не могла даже двинутся, а мальчик все не унимался, он схватил ее за второе плечо и начал трясти, не прекращая свой крик ни на секунду. Вдруг девочку окатила холодная волна, вырвав ее из сна. Она распахнула глаза и увидела стоящего над собой странного человека с пустым деревянным ведром. Присмотревшись, Анабель поняла, что в нем было странного. Над ней стояла, причудливого вида девочка, ростом чуть выше Анабель, с миловидным лицом и карими глазами. На ней было надето простое платье бежевого цвета. Ее можно было принять за обычную девочку из их приюта, если бы только у нее не было больших заячьих ушей на голове, на которые Анабель завороженно смотрела.

- Не бойся меня, - шевельнув ухом сказала девочка, - И прости, что облила. Ты кричала на весь лес и никак не хотела просыпаться, когда я попыталась разбудить тебя.

Это небольшое объяснение не помогло Анабель справится с шоком и та продолжала молча лежать и смотреть на девочку- зайца. Заметив на что таращится Анабель, она, улыбаясь, добавила, - Они настоящие. Меня, кстати, зовут Гу, а как тебя?

Анабель все так же лежа, прохрипела свое имя.

- Очень приятно, - Гу протянула девочке руку, та немного подумав, взяла ее, и девочка-заяц помогла ей подняться.

- Прости, из – за меня вся твоя одежда промокла. Пойдем со мной, я живу неподалеку, прямо тут, в лесу.

Анабель посмотрела на свою промокшую одежду и согласилась. Только вело за Гу ее сейчас не желание высохнуть, а сменившее страх, неудержимое любопытство, кто такая ее новая спутница.

Пока они шли через лес Анабель воспользовалась возможностью внимательно изучить Гу. Она заметила, что помимо ушей, у девочки все тело было покрыто мелкой шерстью, но в остальном она ничем не отличалась от человека.

Гу не обманула Анабель - довольно быстро они добрались до ее домика. Она предложила ей странный на вид, но вкусный травяной напиток и одно из своих платьев, пока сохнет ее. Переодевшись, Анабель села за небольшой столик, где уже ее ждала Гу.

- Я вижу, тебе не терпится задать вопрос, давай не стесняйся.

- Кто ты? - выпалила Анабель.

Гу снисходительно улыбнулась.

- Хороший, хоть и не оригинальный вопрос. Я лесной дух.

Гу пустилась в рассказ о старых временах, когда этот лес простирался от края до края и был наполнен различными, оставшимися только в мифах, существами. Среди них были и лесные духи - они были не видимы глазу обычного смертного и следили за сохранностью леса. Но это было давно. Сейчас в лесу не осталось ни волшебных существ, ни лесных духов – Гу была последней. Чтобы не быть такой одинокой, она приняла форму, видимую для человеческих глаз: человеческую, чтобы внушать людям доверие и немного от зайца, дабы казаться не опасной. После первой встречи с человеком в таком облике, Гу поняла, что это было не лучшей идее, но поделать уже ничего не могла. Процесс превращения был не обратим.

Анабель слушала ее рассказ слегка приоткрыв рот, для нее все это было невероятным. Она спросила и про каменного мальчика, рассудив, что прожив так долго в этом лесу девочка-заяц должна знать про него. Гу не хотела про него рассказывать, но после долгих уговоров все же сдалась.

Оказалось, когда-то давно мальчик сбежал от злых людей в этот лес. Лесные духи пожалели его и дали ему убежище. Они воспитывали его и учили своему волшебству, стараясь стереть из его памяти тех злых людей. Но несмотря на их усилия, он вырос совсем не добрым. Он жаждал все больше силы и знаний, пока не стал подобен тем, от кого он когда-то бежал. Лесные духи не могли позволить ему покинуть лес, и приняли одно из самых страшных своих решений – прокляли своего воспитанника, обратив того в камень. Но даже в таком состоянии он не утратил своей силы и теперь соблазняет людей сладкими снами и медленно пожирает их души, в надежде со временем возродиться.

Девочка перебила Гу и начала рассказывать про свои путешествия во снах, про шепот мальчика и серую тень человека в коридоре, которую только что видела. Гу выслушала ее и предостерегла, сказав, что Анабель в опасной близости от того чтобы тоже потеряться в этих лживых сладких снах и никогда не проснуться. Мальчик шепчет ей и старается запутать, а та тень – это одна из захваченных им душ, что обречены вечно бродить по созданному им миру. Испуганная всем этим, девочка спросила, может ли она ей помочь, но Гу отрицательно помотала головой - спасти себя от этого может только сам человек. Она только посоветовала какое-то время постараться не приходить к статуе мальчика, как бы ей этого не хотелось.

После, Гу попыталась взбодрить девочку парой рассказов из старых времен, но уже была не в силах развеять страхи на сердце Анабель. Бросив попытки, она замолчала. Просидев в тишине какое-то время, Анабель собрала остатки своей храбрости в кулак и поднялась. С вымученной улыбкой она попрощалась с Гу и пошла обратно в приют.

***

Прошел месяц с того момента, как Анабель встретила Гу. С тех пор, следуя ее совету, она больше не ходила к статуе, хоть ее и тянуло туда. Но это не принесло ей облегчения. Ей больше не нужно было спать рядом со статуей, чтобы попадать в тот красочный мир. Теперь она попадала в него, засыпая где угодно. Иногда ей казалось, что вездесущая тень мальчика преследует ее даже наяву, стоя за спиной и настойчиво шепча ей на ухо, - Проснись. Но всегда, когда Анабель оборачивалась, за ее спиной никого не было

Сам мир по-прежнему был ярким и красочным, но лишь вдалеке. Теперь она постоянно бродила среди покосившихся полуразрушенных домов, словно застывших в немом напоминании о бренности мира. Но даже в таком состоянии эти дома не были пусты. В них жили люди. Анабель хотелось так называть эти бродящие по окружающей серости, неправильные тени, подобные той, что она встретила в коридоре. Они, словно настоящие люди, ходили на несуществующую работу, бродили по каким-то делам, даже ели какую-то странную, полностью черную еду. Один раз Анабель не удержалась и попыталась взять из одного дома черное яблоко; оно рассыпалось от ее прикосновения пеплом. Часть этих «людей» казалась девочки знакомой, как и место, где она находилась, но она никак не могла их узнать. Мальчик, уже не скрываясь, каждое ее путешествие шел за ней и неустанно шептал. Серость этого места так противоречила лесу, что она видела раньше. Ей безумно хотелось вернутся туда, но она не могла вырваться из этого города, ходя по бесконечному кругу.

Девочка пыталась поговорить об этом с кем-нибудь, но своим внешним видом она напоминала больше сумасшедшую. После случая с яблоком во сне, вся еда наяву казалась ей тоже сотканной из пепла и она практически не могла есть. Исхудавшая, постоянно оборачивающаяся и что-то бормочущая. Такой она представала перед окружающими.

Только Кай и Дай, не на шутку напуганные ее состоянием, поверили ей и забыв о том, что Анабель так долго их игнорировала, отправились в лес, чтобы найти злополучную статую и Гу. Они ходили несколько раз, но так ничего и не нашли, и даже им пришлось усомнится в словах Анабель. Да и сама девочка начала сомневаться в собственном рассудке. Видела ли она что-нибудь на самом деле, шептала ли ей тень за спиной сейчас или это все плод ее воображения? Совсем отчаявшись, Анабель утащила молоток и отправилась в лес, решив покончить со всем навсегда.

Когда она пришла на поляну, статуя все так же стояла на своем месте. Девочка подумала: «Неужели мои друзья снова предали меня», но отбросила эту мысль, не желая в нее верить.

Анабель покрепче сжала рукоятку молотка и пошла к каменному мальчику, а за спиной у нее вновь появилась тень, снова шепча ей уже до боли знакомое слово. С каждым шагом, что она делала, решимость девочки таяла. Теперь, когда она вновь оказалась здесь, ее вновь начали одолевать сомнения. Но она упорно продолжала идти.

Когда она подошла в плотную к статуе, тень за ее спиной исчезла и прекратился этот надоедливый шепот – вокруг нее воцарилась тишина. Анабель обхватила рукоятку молотка двумя руками и занесла над головой, готовая обрушить на каменного мальчика всю свою боль.

Девочка последний раз всмотрелась в лицо статуе, безумно надеясь увидеть там гримасу отчаяния, но вместо нее по каменным щекам катились слезы. Увидев их Анабель непроизвольно прошептала, - Проснись, - и рухнула на землю.

***

Девочка открыла глаза - она лежала на той же поляне, как и раньше, когда попадала в мир снов. Но в этот раз все было иначе, она не спала, ей наоборот казалось, что она наконец-то проснулась от долгого сна. Она поднялась и огляделась. Рядом с ней стоял, опершись на палку, старик и, с какой-то немного безумной улыбкой, неотрывно смотрел на нее.

- Кто ты?

- Кто я? - усмехнувшись, сказал он, - Я статуя, что ты пыталась разбить. Я тень, что преследовала тебя. Я голос, что шептал тебе. И я прошу прощения у тебя за все это.

- Стой, ты статуя?! - прервала его Анабель, - Но ты же совсем не мальчик!

- Все мальчики, когда кого-то долго ждут, становятся как я.

Такой ответ не устроил Анабель, и в ее голосе появилось раздражения.

- Так ты тот мальчик, что предал лесных духов? Ты и мою душу захватил?

Теперь уже старик выглядел удивленным.

- Это тебе Гу рассказала? Что ж, пошли со мной я покажу тебе правду, - он поманил девочку рукой.

Анабель сначала застыла в нерешительности. Она не понимала, что происходит. Этот сон был слишком необычен даже по ее меркам. Но рассудила, что если все было правдой, то она уже мертва и терять ей нечего и пошла за стариком.

Лес, по которому они шли, был почти как в ее снах. Он уже не был таким ярким, зато в нем чувствовалась жизнь. Анабель пыталась припомнить, видела ли она когда-нибудь в лесу из своего мира хоть одного живое животное и не могла.

Старик привел ее на утес, где она раньше любила стоять. Сначала она не понимала зачем, но в мгновение ей стало ясно. Чайки. Над водой летали и кричали чайки, прямо как в рассказе лавочницы. Старик посмотрел на улыбающуюся девочку, но ничего не сказал, только улыбнулся в ответ и повел ее дальше, по привычной Анабель дороге, через поля, где она работала, к городу.

Когда они подошли к нему, девочка ужаснула. Город выглядел точно так же, как, в преследовавших ее кошмарах, место, из которого она не могла уйти. Теперь она поняла, что вот тот полуразрушенный дом – это булочная, а та сгоревшая развалина была ратушей. Все казалось ей таким очевидным и она недоумевала, как не смогла догадаться об этом раньше. Но в этой версии ее города, в отличии от снов, не было бродящих теней людей. Вместо них повсюду стояли каменные статую, безмолвно застывшие в разных позах. Их лица были знакомы Анабель – это были обычные жители города.

Анабель и старик подошли к одной из каменных статуй на рынке. На ней висело ожерелье из ракушек - девочка узнала ее – эта была лавочница, которая рассказывала ей, что когда-то на утесе кричали чайки.

- Жозефин, - с грустью промолвил старик, - это она спасла меня, так и не сумев вырваться из этого мира сама. Он нежно положил руку на плечо статуе, - Я не могу видеть, что она делает в том мире, но мне хочется верить, что даже это прикосновение дарит ей мимолетное чувство радости. Внимательно вглядевшись в ее лицо и тщетно ища хотя бы крошечный намек на эмоции, он крепко обнял ее и повел девочку дальше.

Анабель мучило все больше вопросов, но она была захвачена странной атмосферой этого путешествия, и не хотела разрушать ее. Ей казалось, что в конце она и так все узнает.

Так, в тишине, они дошли до приюта. В отличии от города, он выглядел гораздо лучше и походил на здание, в котором можно было жить. Старик зашел внутрь, а девочка остановилась перед входом, боясь того, что может там увидеть. Она думала, что он вернется за ней и что-нибудь скажет, взбодрит ее, вернет уверенность. Но его не было, она вновь осталась наедине со своими мыслями. Простояв так пару минут Анабель сделала шаг вперед. Вопреки ее ожиданиям приют выглядел почти как обычно, только более мрачным. И ничего ужасного не случилось, когда она вошла.

Старик терпеливо ждал девочку в холле, стоя среди серых детей, похожих на статуи людей снаружи, но еще не совсем окаменевших и способных медленно двигаться. Анабель знала их, все это были обычные жильцы приюта. Она помахала им, но они ничего не замечали, продолжая брести, по каким-то ведомым только им делам. Помимо старика и детей, в холле Анабель ждала еще и Гу, все так же невинно улыбаясь. Девочка никак не ожидала встретить здесь лесного духа и гадала что же происходит.

В зале воцарилась напряженная тишина. Пока старик не решил ее нарушить.

- Позволишь в этот раз мне? - обратился он к Гу. Та кивнула в ответ. Старик прокашлялся.

- Все, что ты видишь сейчас, Анабель, это настоящий мир. Не сон, не фантазия. И эти дети вокруг действительно выглядят так. До сегодняшнего дня, пока не проснулась, и ты была такой. Запертой в мире, созданной ей, - старик показал пальцем на Гу, - Эта ведьма давно поселилась здесь и распустила слухи о прекрасном городе, где каждый может начать все сначала. И она не врала, люди приходившие сюда в поисках лучшей жизни, все забывали и получали от нее новые личности, обреченные на бесцельное существование, забытые остальным миром. Детей же, как более стойких, она отправляла в приют, разделяя с семьей и внушая им одиночество.

- Но зачем ей это!? - воскликнула потрясенная Анабель.

- Мы медленно каменеем, запертые в ее мире, а она питается нашим горем и страданиями. Все просто.

- Но кто тогда ты? И как мне удалось вырваться, если все заперты?

- Это все скука. Время от времени Гу надоедает послушное стадо, и она позволяет кому-нибудь заглянуть в настоящий мир. Наблюдая за его метаниями. Моя подруга Жозефина была одной из них. Подобно тебе она смогла проснуться, а после, узнав правду, вернулась за мной. Она помогла мне проснуться, но сама не смогла сделать этого второй раз. Так я оказался первым, кто стал свободным от чар Гу.

- Первым спасенным, - ехидно поправила старика Гу. Он отмахнулся от нее.

- Дай закончить, - он продолжил свой рассказ, - Тогда я сразу не решился вернутся за Жозефиной, а потом уже просто не смог. Я стал просто ее ждать. А Гу посчитала, что я невольно внесу разнообразие в ее игру. Она создала мою каменную копию в своем мире, и стала приводить своих жертв к ней, позволяя им слышать и видеть меня словно сквозь завесу. С тех пор я пытаюсь их разбудить, в плату своей оставшейся здесь спасительницы, а Гу ввергнуть в еще большее отчаяние.

- И многих ты разбудил до меня? - спросила пораженная всей этой историей Анабель.

- Многих, - ответила за старика Гу, - Но правильно будет спросить, сколько из них решили остаться в реальности. – Нет, теперь моя очередь, - пригрозила она старику, который хотел что-то сказать.

- Скажи, Анабель, сейчас ты свободна. Но посмотри на своего спасителя- принесла ли ему эта свобода хоть какое-то счастье? Он провел здесь долгие годы один, постарел, но так никого и не спас. Его свобода ничто по сравнению с одиночеством. Смотри, - Гу показала пальцем на двух почти окаменевших детей, в которых девочка узнала Кая и Дая, - ты спасешься, но только одна. Твои друзья останутся навечно со мной, обреченные на такое существование. Но ты можешь попытаться их спасти, тебе достаточно взять меня за руку, - Гу протянула Анабель свою руку. К ним подошел старик.

- Она обманывает тебя, девочка. Ты не сможешь вернутся второй раз, как и моя Жозефина. Даже если ты их спасешь, они будут обречены на судьбу подобную моей – быть спасенными ценой чьей-то жизни. Сбрось этот груз, простись с ними и пойдем со мной, - старик протянул ей, как и Гу, руку.

Анабель стояла в нерешительности, смотря-то на Гу, то на старика, не зная, какой выбор будет правильным. Наконец она зажмурилась и схватила протянутую ей руку.

+2
652
Хороший приемчик. Вот теперь живи и думай: какой же из рук доверилась Анабель…
Хороший рассказ, цельный.
22:58
История интересная, хотя и немного сумбурная. Интрига сохранятся до конца рассказа. Финал открытый, решение судьбы главного героя предоставлено читателям. Созданный автором мир достаточно проработан и оригинален.
06:53
постепенно уступающий, неослабевающему напору зпт не нужна
отличающиеся от серой, или даже двухцветной, палитры ее настоящей жизни так какого цвета палитра?
Она встрепенулась и, озираясь по сторонам, пару секунд пыталась понять, куда исчез ее волшебный мир? Она два предложения подряд начинаются с она — меняйте
Она добежала до первого поля, перепрыгнула низкий забор и начала украдкой пробираться через стебли, под гулкий стук своего сердца. На первом поле работали второе «первое поле» убирайте
Ее путь лежал на третье поле, где трудилась ее группа два ее
сложные предложения, но при этом удивительно скудный язык
Только представь, как будет приятно наконец наесться до отвала!

Собеседник Карла хмурил свой широкий лоб.

— Не знаю, Карл, звучит конечно заманчиво, но болтаться под потолком как-то не хочется.

— Да брось ты, или ты забыл, кто самый ответственный и дисциплинированный у нас, а?
диалоги вычурны и неестественны Да, Том, я удивлен не меньше вашего, но этот уникальный аромат пота и выпивки я узнаю, где угодно.
Они же сдадут нас при первой опасности! – не выдержав, крикнул Шон. «Этот нехороший человек придаст нас при первой возможности» ©
Выделялись в мужчине только новые черные кожаные сапоги перегрузили сапоги
был фильм какой-то с похожим сюжетом
тест громоздок, вычурен, неестественен, скучен
жизнь детей в приютах автору даже краем глаза не знакома
и да, канцеляризмы
01:05
Три раза, автор, три раза я подступался к вашему рассказу, начиная читать его, затем продолжая и снова начиная-продолжая. Это рекорд (а может просто моя занятость, на самом деле, не дающая спокойно почитать конкурсные рассказы).

Но всё же, всё же, честно вот, — первая часть, которая касается приюта очень большая и муторная, и по большому счёту — ни о чём. Её можно раза в три сократить, совершенно не навредив сюжету, — убрать всю эту беготню голодных детей, какие-то пожары на складе, зачем это всё?

Вторая половина рассказа поинтереснее уже, тут вовсю вступает сюрреализм, который, кажется, корнями из Льюиса Кэролла, м? И Герцогиня ведь как бы с его страниц сюда перешагивает? Вот этот сюрреализм с его идеей линчевской Гу мне понравился, из этого можно сделать вкусняшку, если всё это вынести как бы прозаически-зрительно вперёд. И финал прямо отличный, когда непонятно всё же остаётся в какую сторону качнулся маятник судьбы Анабель. тут хвалю, хорошо.

Но всё это, увы, повторюсь, портит совершенно чудовищная, затянутая, дурацкая первая часть. Рекомендую вам переписать её, существенно сократив.

Ну и да, есть придирки по стилистике, господин Костромин правильно выше покопался, разобраться бы вам со слитным словоупотреблением «не» и «ни» до кучи — текст надо очень хорошо вычитывать и приводить в порядок.

По всей совокупности написанного, я бы поставил пока только 5 баллов из 10-ти.
sue
16:49
Сама часть про приют наоборот самая интересная. Но про пожар как-то мутно, да. Там кое-что нужно убрать, а кое-что наоборот добавить. К примеру, образ старшего мальчика-Карла — как-то начал автор про него и других детей, и забыл. Зато очень много уделено внимания взаимоотношениям с близнецами, которые и так понятны.
Гость
15:45
Рассказ интересный, но начинать читать приходилось раза три. Некоторые части недоделанные, какие-то большие и в них очень много описаний. Лично мне напомнило произведение Нотердам-де-Пари также много ненужных описаний в стиле реализма, которые вообще можно было бы убрать и это не навредило бы сюжету.
Если сократить будет просто конфетка ведь сама идея рассказать о приюте и о жизни там очень хорошая.
Думаю, что поставить по всему тексту и наверное это будет 5 из 10 баллов.
sue
16:32
Просто великолепный рассказ. Готичный стиль выдержан от начала до конца. Очень интересная интрига. По такому рассказу можно снять прекрасное кино, он прямо так и просится на экран. В середине, правда, все немного запутано — почему девочку так и не наказали, изначальная цель была поесть досыта, но про это как-то забылось, и автор увлекся перемещением между мирами. Но в целом — это твердая десятка. Жаль, что я не оцениваю рассказы этой группы.
Загрузка...
Виктория Миш №1