Ирис Ленская №1

Никто не умрет

Никто не умрет
Работа № 249 Автор: Зылева Галина Николаевна

- Скажи, тебе было бы куда легче не со мной, а с одним из этих бездушных мертвяков, права которых вы с подружками так здорово защищаете?! - выпалил Антон Воробьёв, и вырулил на встречную полосу.

- Не мертвяков, а…

- Хватит занудствовать! Какая разница, как их называть? Нетрадиционно живыми, зомби, немёртвыми, гулями, гавном на палочке? - перечислял мужчина, словно не слыша сигналящих в панике автомобилистов. - Так что? С трупаком ходячим тебе было бы легче? Во всём послушен, не прекословит. Половина любителей мертвечины из твоего кружка по интересам уже официально за трупами замужем… А ты чем хуже?

Оставив пробку позади, Антон ловко вернул автомобиль на правую полосу.

- Две, - поправила Ира.

- Что - две?!

- Две из нас, а не половина замужем за немёртвыми… - повторила женщина, - Пока - две. Так что веди себя прилично. А вообще сам знаешь: в отношениях мне нужны эмоции. И ты мне их каждый день даришь, пусть иногда и с лихвой! Немёртвые на это не способны.

- Ну-ну…

- Заправлять ОЗНЖ, Обществом защиты нетрадиционно живых - не обязательно только и мечтать о некросексуальных связях. Брак с немёртвым мне не интересен!

- Точно не интересен? Помнишь последнего зомби-регулировщика с походкой а-ля Чарли Чаплин? Бьюсь о заклад: мёртв не больше года - свежак! А если и больше, то что с того - отреставрирован просто загляденье! Может, повернём назад?

- Лучше за дорогой следи, а не женихов мне подыскивай, дорогой. А то вместо славы будет тебе некролог от друзей-журналистов… - сухо ответила супруга, но про себя порадовалась.

Похоже, инцидент исчерпан. Если Антон шуточки дурацкие шутит - значит идёт на поправку. Отошёл. В любое другое время, она, конечно, пропесочила бы его за подзаборный юмор, но в этот раз перетерпела. И не случайно. Ира знала, что не стоит испытывать мужскую психику на прочность до бесконечности. Не далее как в полночь, всего полчаса назад, она и так заставила мужа переступить через себя и корпоративные интересы - там, дома. В постели.

Посреди их очередной попытки зачать ребёнка грянула музыка из игры «Супер братья Марио» и бесцеремонно разрушила томную вязь охов и ахов. Это подал голос мобильник Антона. Даже Ира, которая пребывала в не самой выгодной для рассуждений позе, поняла, что звонил редактор «Трупосферы» Сергей Самарин. Только его нападки на их частную жизнь предваряла мелодия из допотопного платформера.

Антон делал вид, что сотовый не существует, а тот буквально плясал на тумбочке у изголовья кровати, словно хотел поскорее прильнуть к уху.

Почти минуту мужчина старательно выполнял супружеский долг, игнорируя профессиональный, но - тщетно. Финишировать не выходило: дыхание стало тяжёлым, на лбу выступил пот.

- Может, всё-таки ответишь? - спросила Ира.

- Думаешь, стоит?

- Думаю, что даже нужно. А то у меня уже чувство, что мы втроём тут сексом занимаемся.

Без особого энтузиазма Антон сказал шефу «алло», но от жены не отстранился. Одно время журналист просто слушал главного редактора самого тиражного антизомбического еженедельника страны, а потом… Глаза Иры полезли на лоб - муж кончил. Вот так: без всяких телодвижений и энергозатрат, просто послушал мудрые слова начальства и - вуаля!

Только когда он с загадочной улыбкой поцеловал её в щёку и стал торопливо натягивать одежду, она обрела дар речи и засыпала мужа десятками вопросов. Но Антон молчал. Значит дело было серьёзное, и, скорее всего, затрагивало в том числе и её профессиональные интересы.

Чтобы разговорить мужа, Ира обвинила его в том, что жену он любит меньше седеющего ипохондрика Самарина! Ещё бы: она его «битых полчаса не могла заставить кончить, а этот старый хрен звякнул на сотовый, сказал пару ласковых и - полный порядок!»

Прекрасно помня адские пытки Ириной ревностью, и даже не подозревая, что им всего лишь манипулируют, Антон рассказ всё, что знал: в одном из московских торговых центров – прямо посреди показа зимней моды для жмуриков – неживые модели атаковали дорогих гостей из числа людей. Если источники Самарина не обманули и ничего не приукрасили, то в ближайшую неделю этот информационный повод затмит все остальные в пространстве СМИ.

После таких новостей шансов оставить лидера ОЗНЖ дома не осталось никаких.

Самоуверенности, однако, после проигранной в супружеской войне битвы муж не растерял. Даже вьюга и гололёд не остудили его. Пока Антон гнал к месту ЧП, Ира наблюдала едва различимую на его напряжённом лице ухмылку. Вот, поганец! А чего бы и не радоваться? Его час пробил! Трупоненавистники и прочие безнадёжные пессимисты и хорьки-консерваторы всегда мечтали о чём-то подобном. Не о жертвах со стороны живого населения, конечно, а о поводе накрыть одним махом лавочку по производству дешёвой некрорабсилы для бизнеса и государства.

То, что для Антона - миг триумфа, для апологетов зомби-труда - как кость в горле: можно подавиться и умереть. Чтобы не загубить полезное для экономики страны начинание, Ире следовало быть в курсе событий и действовать очень осторожно. Хорошо, что хоть сумела выехать на место происшествия. Далеко не победа, но хоть что-то.

Она искренне верила, что не всё так просто с нападением зомби на людей. Достойное объяснение наверняка есть. И пусть оно не полностью снимет с немёртвых вину за кровавый инцидент, но сильно уменьшит её вес в глазах общества.

- Что ж, посмотрим кто кого… - загадочно сказала она и ласково погладила мужа по плечу.

- Посмотрим, - ответил Антон, и ухмылка разрезала его лицо от уха до уха.

С тех пор, как они в браке - лет пять уже - эти отношения иначе как странными не назовёшь. Их знакомство произошло на съёмках телешоу о перспективах замещения мертвецами сотрудников почты. Там, в эфире, они, заочные противники и эксперты противоборствующих сторон, чуть не убили друг друга. В качестве одного из аргументов Ира швырнула в «яйцеголового» туфлей, разбив каблуком лоб. Кровью всё лицо залило… По завершению съёмок вспыльчивая активистка ОЗНЖ попросила у Антона прощение, и несколькими часами позже они оказались в постели. Затем последовал бурный роман, и спустя всего два месяца - скандальная свадьба, на которую в качестве подружки невесты Ира привела покойницу…

Интересно, что их ждёт в будущем? Антон перестал гадать и сосредоточил внимание на дороге: снег повалил с удвоенной силой. Не хватало ещё, чтобы их занесло на повороте в нескольких метрах от главной сенсации года.

2.

На третьем блокпосту Антон пропал минут на десять. Атаковавшая лобовое стекло метель и яркие прожектора, которые били прямо в глаза, скрывали от Иры всё, что происходило снаружи.

Чтобы не расходовать время впустую, она набирала номера знакомых, проживавших на оцепленных войсками улицах. Ни привета, ни ответа. Сотовая связь не работала, интернет - тоже. Вмешательство военных, внезапное отключение средств связи - всё это вселяло тревогу и указывало на масштабы проблемы. Похоже, предчувствия не обманули Антона: там, за вооружённым до зубов кордоном, происходило что-то как минимум необычное.

На первых двух блокпостах Ира выходила вместе с ним из машины. Муж размахивал журналистским удостоверением перед каменными лицами солдат, призывал на их головы божьи кары, зачитывал кусками Закон о СМИ. Но военных не проняли ни проклятия, ни обещания попасть под суд за ущемление журналистских прав и свобод…

Наконец, впустив морозное дыхание декабря в машину, Антон сел за рулевое колесо и замер, будто изучал что-то интересное в вихрях метели. По его лицу сбегали ручейки талого снега. Лишь отдельные сохранившие форму снежинки сидели в облепивших голову волосах. Ещё два-три таких похода наружу, и он снова подхватит насморк…

- Поедем биться башкой в другие ворота? - спросила Ира, которая знала мужа как облупленного.

Не успел он ответить, как один из перекрывавших проезжую часть джипов уступил дорогу, и, пока военные не передумали, «Форд» торопливо тронулся с места. Только когда метель скрыла последние отблески огней блокпоста, люди в салоне продолжили диалог:

- Как, чёрт возьми, ты убедил армейцев пропустить нас?

В Ирины руки упала коричневая книжка. Удостоверение - сразу сообразила она. С разворота документа на неё смотрел убийственно серьёзный Антон, но вместо привычного «специальный корреспондент Отдела разоблачений «Трупосферы» в документе стояло «Советник президента РФ по делам немёртвых, руководитель Закрытой лаборатории Некро-5 при Министерстве обороны России К.В. Пальто».

- Думаю, теперь тебе ясно, как я проник этим летом на территорию секретной военной базы под Череповцом…

- Это где ты раскрыл незаконные опыты над коматозниками? Там ты тоже использовал эту бумажку?

- Именно.

- Воистину: человеческая тупость не знает предела…

- Ты недовольна, что нас пропустили по поддельному документу?

- Да нет! Тут другое. Что у нас за армия, если на закрытую территорию «коня в пальто» по удостоверению пропускают?

- Да нормальная армия. Я, признаюсь, сам не верил, что пропустят. Очень уж подозрительно автоматчики на меня поглядывали. Звонили, кстати, несколько раз начальству. Не дозвонились. А до какого дозвонились, на него слова «советник президента» подействовали как надо… Чёрт! - Антон резко остановил машину.

Впереди, плохо укрытая снегопадом, их поджидала толпа. Не проехать, не объехать. Кто не влез на асфальт – замерли на крытых льдом тротуарах. За разговором с Антоном Ира не отследила, что муж свернул с Волгоградского проспекта и поехал дворами.

- Откуда все эти люди, тем более – в два часа ночи?

- А это и не люди, дорогая. Это твои любимые трупаки. Это у них митинг, наверное, причём не совсем мирный. Глянь на левую сторону дороги! - посоветовал Антон.

- Ничего не вижу…

- Это потому, что не в то «лево» смотришь!

- Не может быть, - прошептала Ира, различив неподвижные тела людей. - Их просто разорвали…

Немёртвые зашевелились, и свет фар высветил на одежде отдельных фигур густые мазки крови.

- Вот отсюда, дорогая, и вмешательство военных, и оцепление, и проклятая секретность! Вот ведь... Смотри! Твои покойные друзья, походу, нами заинтересовались! - Антон бросил взгляд откуда приехал и выругался: нетрадиционно живые полностью перекрыли дорогу к отступлению - про то, чтобы дать задний ход, можно было забыть.

- Что будем делать? - с тревогой спросила Ира, рассматривая подошедших к автомобилю немёртвых.

- Единственное, что можем - давить гавнюков! - ответил муж и опустил руку на рычаг переключения передач.

- Постой! Ты ведь знаешь цену порчи частного и государственного некроимущества? Нанесение увечий даже одному немертвому влетит в копеечку! И у нас нет никакого права…

Немёртвые не дослушали речь в свою защиту и атаковали автомобиль. Одни задергали ручки дверей, другие обрушили на кузов нечувствительные к боли кулаки. Лобовое стекло треснуло под их яростью, и одна жадная рука проникла внутрь салона, ухватив Иру за волосы.

- Дави этих козлов! Дави всех к чертям собачьим! - закричала Ира.

Мотор взревел, и «Форд» вгрызся в обступившую автомобиль толпу. Представлявшие собой ценное некроимущество тела, ломая кости, били черепами о днище автомобиля, хрустели костьми под колёсами или просто переломанными отлетали в разные стороны.

Успевших влезть на капот Антон сбросил ловким поворотом руля, а вот мерзавца, который упорно портил Ире причёску, он протащил по снегу почти сто метров, прежде чем нетрадиционно живого пожрала ночь – вместе с приличным куском выдранных с корнем волос.

Треснутое лобовое стекло и густая метель мешали неимоверно. Лишь чудом не застряв в снегу, и не врезавшись в припаркованные кругом автомобили, «Форд» выскочил на пустынный Волгоградский проспект, где немного сбавил скорость.

- Ты в порядке? - спросил Антон.

- Почти, - всхлипнула жена. - Мне кажется, тот, который драл меня за волосы, сорвал немного кожи на голове…

Чертыхнувшись, Антон остановил машину и озабоченно посмотрел на жену.

- Ты чего? - сказала она растерянно.

- Сейчас схожу за аптечкой.

- Нас же догонят!

- Не догонят. Дело двух минут. Не спорь.

Мужчину скрыла метель, дважды хлопнула крышка багажника, и вот он снова перед ней: через плечо перекинута аптечка стрингера со всем необходимым. Осторожно раздвинув волосы вокруг раны, муж посветил фонариком.

- Скальп с тебя, конечно, не содрали, но выглядит плохо.

По лицу Иры потекли слёзы.

- Ты чего? Сейчас всё обработаю: и кровь остановлю, и болеть перестанет.

- Пообещай! - с неожиданной настойчивостью попросила женщина. - Пообещай, что если умру, то ты не разведёшься со мной, а реанимируешь!

- Опять двадцать пять, - вздохнул Антон. - Ты немного не в себе. Шок, так сказать. От выдранных волос ещё никто не умирал…

- Поклянись, что мы будем вместе, даже если я перестану дышать!

- Прекрати, Ира. Называй меня кем угодно: мракобесом или реакционером, который не соответствует современности, но… Я уж такой человек: никак не способен обедать с трупами за одним столом и уж тем более - спать с ними. Я похороню тебя и буду носить на могилу цветочки. Вот это точно обещаю. Но, опять же, не факт, что ты не переживёшь меня. Обычно такие вредные бабы, как ты, портят жизнь мужьям и окружающим долгие-долгие годы, - Антон сделал попытку поцеловать жену.

- Иди к чёрту! - процедила Ира и оттолкнула мужа; её слёзы высохли в одно мгновение.

- Так ты намеренно эту сцену разыграла - чтобы выдавить из меня это идиотское обещание?

- Попытаться стоило. Несмотря на то, что ты редкий козёл - слово держишь.

- М-дааа…

- А голову мне и в самом деле обработай. А то болит, и кровь за шиворот уже потекла. Неприятно…

- Ты этих товарищей, от которых мы едва ноги унесли, видела? - спросил Антон, когда привёл супругу в порядок и убрал бинты с препаратами в аптечку.

- Видела, ну и?

- А то и ну: окажись ты одной из них, то разорвала бы меня в клочья!

- Боже ж ты мой, когда ты, наконец, поймёшь, что прогресс не стоит на месте. Некронаука - это будущее человечества. Через десять лет ничего подобного просто не сможет произойти! Причина происходящего в несовершенстве современных технологий, небольшом сбое…

- В сбое?! Ты видела трупы людей - там, между телами немёртвых? И погоди-погоди, о каком несовершенстве технологий ты говоришь? О каком таком сбое? Ты знаешь что происходит?

- Ну, не с самого начала знала. А вот после того, как немёртвые атаковали нас - тогда кое-что прояснилось.

- Что?!

- Не могу сказать. Ты мигом растрезвонишь всему свету.

- Да иди ты! Я лично ничего от тебя не скрываю: обо всех моих затеях ты знаешь лучше моих коллег и редактора, а сама держишь в тайне критически важную информацию!

- Некоторую информацию НУЖНО держать в тайне. Чтобы сохранять покой масс, чтобы не замедлять течение научно-технического прогресса…

- Чтобы государство не слезало с некроиглы, - зло заключил Антон. - Я знаю чьими устами ты говоришь, на чью мельницу воду льёшь. Некрокорпорации жируют, их хозяева, некроолигархи возглавляют списки Форбс. Наше общество разлагается: людям незачем работать, не к чему стремиться - за нас работают покойники! Мы гниём изнутри. Ради чего?

- Ради чего? Благодаря дешёвой рабсиле мы совершили рывок в уровне жизни, ВВП прирастает рекордными темпами. Немёртвые строят дороги, засевают поля, разрабатывают месторождения, не требуя ни платы, ни «достойных» условий жизни, плюс пашут круглосуточно, - не выдержала Ира, - а ещё иногда они радуют своих близких в посмертии. Со временем учёные обещают развить в них личность, зачатки интеллекта… И только такие пробитые идиоты, как ты, хотят лишить нашу страну статуса ведущей сверхдержавы, отнять главное конкурентное преимущество, а у людей - достаток и шанс вернуть близких…

Зеркало заднего вида выхватило из снежных вихрей толпы молчаливых преследователей. Не дожидаясь их смертельных объятий, Антон погнал «Форд» по Волгоградского проспекту. В считаные секунды зловещие силуэты растаяли за снежной пеленой.

- Не хочешь говорить, что происходит - я всё равно узнаю, - сказал Антон.

Она пожала плечами и на мужа даже не глянула - её глаза бегали по тёмным массам брошенных автомобилей. Иногда фонари уличного освещения вырывали из мрака ходячих мертвецов - группами или по одиночке, и всё чаще - недвижные человеческие тела.

- Твою мать! Как же мне с тобой повезло, сука! - в сердцах воскликнул мужчина и, не снижая скорости, вмял в асфальт вставшего на пути немёртвого.

Вдалеке, где-то со стороны ставки генерала Ярцева, застрекотали пулемёты.

3.

Военные отнеслись к появлению Воробьёвых не без лишней подозрительности: приметив побитый «Форд» открыли по нему огонь и едва не отправили супругов на тот свет. К счастью, пальбу быстро прекратили: то ли до стрелков дошло, что в ответ на пули мертвецы не кричат обидные слова, то ли манеру вождения сочли более-менее людской.

- Ребята, пушки от лица уберите! Будьте добры, - сказал Антон, вылезая из машины с поднятым руками. - Какого чёрта палите без предупреждения?

Воробьёвых обступили шестеро. Столько же стволов внимательно следили за каждым их движением. Дорогу в этом месте перегораживала баррикада из военных броневиков и гражданских автомобилей, которые подтянули и выстроили в некоторое подобие стены. У её подножия лежали тела немёртвых, а на вершине несли вахту люди в военной форме. За их спинами сверкали огни фар и прожекторов, долетало рычание двигателей и отрывистые приказы командиров.

Один из военных ткнул пальцем в перевёрнутые легковушки на подъезде к стене.

- Всеми этими авто управляли взбесившиеся немёртвые. Таксисты, мать их. Мы уже две атаки отбили. Будь ваша машина такого же жёлтого цвета, то мы с ребятами совершили бы грех…

- Что ж, спасибо, что не согрешили, - сказал Антон.

- Тут дело нешуточное! Почему, кстати, гоняете по улицам ночью? Всех же предупреждали: выставить из квартир немёртвых, сидеть дома, тихонько срать кирпичами и не высовываться в связи с угрозой терроризма и введением военного положения!

- Предупреждали?

- Были совершены персональные звонки и разосланы СМС!

- Ах, вы заблуждаетесь, товарищ сержант. Мы люди другого уровня, - Антон протянул военному удостоверением на имя К.В. Пальто.

- Советник президента? - среагировал тот и сверил лицо на «документе» со вспотевшей физиономией Антона. - Никогда о таком не слышал, но раз вас на блокпосте пропустили, то всё должно быть в порядке. Генерал тут неподалёку. Вы ведь к нему? Пойдёмте, провожу.

- Я его сам найду. Сначала нужно немного осмотреться... Да и не хочу отвлекать вас от дел.

- Не больно и отвлечёте.

- Дело в том, что по нашим пятам идет целая армия немёртвых. Штук сто, наверное. Минута-другая, и они будут здесь. Думаю, вам лучше подготовиться к очередной атаке.

- На подходе говорите? Что ж, спасибо. Эй, Зелинский - тащи сюда весь шестой отряд! - проорал военный молодому человеку на броневике, а затем, ткнув рукой в просвет в баррикаде, уже для Воробьёвых добавил. - Там сможете пройти.

Солдаты на стене забегали, засуетились, подгоняемые гортанными выкриками, а Ира с Антоном проскользнули внутрь оцепленного пространства.

Ослеплённые огнями и сбитые с толку множеством солдат, снующих между тяжёлыми военными машинами, они с минуту просто наблюдали за происходящим.

- Антон, ты куда? - окликнула Ира вдруг ожившего мужа.

- Как куда? Собирать фактуру! Раз со мной ты ею из вредности не делишься, то буду работать по старинке - рассчитывая только на себя.

То, что муж мог достать любую информацию и разговорить даже немого - она хорошо знала. Потому, как только его спина растаяла в суетливой массе солдат - Ира побежала разыскивать управляющих операцией. Хочет Антон того или нет, но первейшая задача преданной и любящей жены - сохранить ему жизнь. Раскопай он нечто, что не подлежит разглашению, и дни, или даже часы его жизни будут сочтены. А она искренне хотела сохранить мужу жизнь. Пусть временами он был наивен в своих суждениях, мировозренчески узок, по ослиному упрям и порою непроходимо туп, но лишь рядом с ним Ира чувствовала себя по настоящему счастливой.

Генерала Ростислава Ярцева она нашла в окружении офицеров. Раньше этого человека глава ОЗНЖ видела лишь дважды - на совещаниях в Минобороны, посвящённых успехам некросолдат в операциях на Ближнем Востоке. Только благодаря хорошей памяти на лица она опознала его, одетого не в красивый парадный костюм, а в белый пуховик с капюшоном до самых глаз и без знаков отличия.

Внимание руководителя и его приближённых полностью поглотил торговый центр «Вулкан» в двадцать три этажа. Судя по стянутым к зданию солдатам и рядам спецтехники, а также обрывкам разговора Ярцева с подчинёнными, штурм должны были начать с минуты на минуту. Генерал выдавал на этот счёт последние указания, и в какой-то момент его взгляд случайно упал на невольного слушателя.

- Ирина! А вы что здесь делаете? - окликнул он её. - Подойдите ближе!

- Ох, вы узнали меня?

- Конечно. Тем более, что вы фигура медийная. Но это не отменяет вопроса - как вы сюда попали? Эта территория закрыта для всех кроме сил спецназначения!

- Моё появление - не единственная ваша проблема. А точнее - не самая серьёзная.

- Что вы имеете ввиду?

- Сюда проник один из ведущих журналистов, выступающих против некроиндустрии во всех её проявлениях.

Генерал нахмурил брови.

- Вы о своём, простите, занозе-в-заднице-муже?

- О нём самом. Прошу, отыщите его и изолируйте от любых источников информации как можно скорее! Сами понимаете: если он что-то разнюхает, то проблем будет столько, что не разгребёшь, пострадают не только бизнес-элиты, против которых он не один год донкихотствует, но всё государство: наш авторитет на мировой арене, доходы, уровень жизни простых граждан...

После того, как Ростислав Ярцев поручил в срочном порядке отыскать гражданское лицо с внешностью Антона и удостоверением на имя советника президента К.В. Пальто., прошло почти пятнадцать минут. Всё это время генерал обсуждал штурм «Вулкана», а Ира нервничала и молила судьбу, чтобы её пронырливый муж не разнюхал ничего важного. Временами мысли об Антоне обрывали пулемётные очереди. Это солдаты отстреливались от немёртвых волна за волной, штурмовавших оцепленное людьми пространство - очень необычное проявление коллективной активности для нетрадиционно живых.

Когда Антона под руки подвели к генералу, он увидел жену и сразу всё понял. Она прочитала это в его взгляде.

Ира почувствовала стыд за предательство, но, когда муж подмигнул ей, и по его лицу поползла самодовольная ухмылочка - сразу забыла о всяком стыде и едва сдержала себя, чтобы ни отхлестать эту наглую физиономию у всех на виду.

- А вот и наш расторопный советник президента… Рад встрече, господин Пальто, - поприветствовал генерал Антона. - С интересом слежу за вашей… деятельностью.

- Тогда, может, расскажете, что здесь происходит?

- Боюсь, что нет. Очень хотел бы поговорить, но, сами понимаете, связан по рукам и ногам службой, - развёл руками Ярцев. - Кроме того, мы начинаем штурм. Вы как раз вовремя. Наблюдать, конечно, можете, но - никаких вопросов. Борьба с международным терроризмом - штука непростая. Отвлекаться на общение с вами нам некогда. Другое дело - завтра. После официальной пресс-конференции дадим вам эксклюзивное интервью…

- Видел я ваших международных террористов, сквозь целую толпу проехал на личном автомобиле. Только больно они мне обычных немёртвых напомнили, у которых башню снесло.

- Всякое может привидеться ночью, да в такую метель, - ответил генерал.

- Не спорю, только я переговорил с парочкой болтливых языков, не очень довольных лично вами… Они рассказали совсем о другом, - произнёс Антон. - Так что для ручных журналистов можете озвучивать сколь угодно бредовые версии - вплоть до того, что беспорядки учинили инопланетяне, мечтающие свергнуть наш политический строй, но я-то знаю правду!

- Хватит! Что делать с вами я решу позже, сейчас есть более важные задачи. Не спускать глаз с «советника президента»! - отчеканил Ярцев, и, оставив Антона в компании двух надсмотрщиков, посмотрел на оцепленное здание. - Всё готово?

Только переговорив с кем-то по рации, генерал приказал атаковать.

Волна за волной солдаты исчезали в выбитых окнах первого этажа: хруст сапог по снегу, а в остальном - напряжённая тишина, от которой у непривычных к военному делу людей ком подступал к горлу.

Как это ни странно, но первые пулемёты застрекотали не внутри оцепленного здания, а далеко за его пределами. И почти сразу генерала засыпали устными донесениями с баррикад. Деталей Ира уловить не могла, но суть понимала - по невыясненным причинам немёртвые массово атаковали укрепления, штурмуя их чуть ли не по всему периметру.

Сил, чтобы сдерживать напор нетрадиционно живых, едва хватало, оборона трещала по швам в то время, как лучшие отряды Ярцева, брошенные на взятие «Вулкана», прочёсывали этаж за этажом, но так и не могли встретить противника.

А потом ситуация стала хуже некуда - когда мёртвые посыпались с небес.

Разбивая телами верхние окна высотки, мертвецы десятками, если не сотнями, падали на головы оставленных у оцепленного здания солдат. Будучи в меньшинстве, лишённые поддержки товарищей, без толку топтавших пустые коридоры «Вулкана», многие поддались панике и, побросав оружие, побежали. Но некоторые всё же вступили в неравный бой.

Рухнувшие с огромной высоты мертвецы вставали и голыми руками рвали всех, до кого могли дотянуться. На глазах Иры группа нетрадиционно живых буквально четвертовала человека из ближайшего окружения Ярцева. Ей же повезло попасть под защиту генеральской охраны. Офицеры укрыли её за спинами, обрушив на немёртвых плотный огонь. А вот мужа нападавшие вынудили запрыгнуть на армейский джип, откуда, словно ловкий мальчишка, игравший в царя горы, он пинками и тумаками сбрасывал всех, кто думал закусить его плотью.

Столько крови, как в ту снежную ночь, Ира не видела никогда в жизни. Подобно рыбе, которую рыбак приложил головой о камень, безвольно следила она за происходящим. Как один за другим солдаты из окружения генерала отдавали богу душу, как мертвецы пировали над их истерзанными телами, как похожим на поросячий визг голосом Ростислав Ярцев орал в передатчик, призывая штурмовавших здание солдат «насрать на миссию» и спешить на помощь оставленным снаружи товарищам.

Два немёртвых рухнули в осколках стекла прямо посреди группы Ярцева. Одного, не успел тот приподнять голову, превратили в кровавую кашу, а второй схватил Иру и, прикрываясь ею, как щитом, выскочил из смертельной ловушки.

Окружённая толпой немёртвых, Ира поняла, что это конец. Однако склонённые над женщиной разбитые об асфальт рожи не стали выедать ей лицо или вгрызаться в шею, как поступали с прочей «закусью» на этом пиру смерти. Она почувствовала, как сильные, липкие от чужой крови руки разрывают на ней одежду: второй из подавляемых в зомби инстинктов, вырвавшись из-под контроля, жаждал утолить голод совсем иного рода - сексуальный.

Смерть обещала быть долгой и мучительной. И когда Ира утратила последнюю надежду, похотливых немёртвых разметало взрывной волной - кто-то бросил неподалёку гранату. Лишь последний из нетрадиционно живых продолжал увлечённо стягивать с неё джинсы. Оглушённая взрывом, практически утратившая волю к сопротивлению, она наблюдала, как шею насильника обхватил кожаный ремень, ненавистная голова откинулась назад, и за спиной немертвого проступило лицо мужа.

- Пошевеливайся, твою мать, чего разлеглась?! - дрожа от напряжения, прохрипел Антон.

Не веря в спасение, придерживая одной рукой ошмётки одежды, она отползала по мокрому от крови снегу как можно дальше от мужа и мертвеца, которого Антон удерживал на месте поистине мёртвой хваткой. Он спас жену, но сам оказался в патовой ситуации, так как не мог ни сменить позу, ни ослабить захват. В любом случае ему грозила смерть от зубов вырвавшегося на волю немёртвого. При этом со спины к нему подступали другие нетрадиционно живые. Их, конечно, поливали огнём последние уцелевшие военные, но неприятель был слишком велик числом.

Жизнь Антону спасли брошенные на штурм торгового комплекса части. Высыпав наружу, они в считанные минуты переломили ход сражения. Пули подоспевших на выручку буквально смели неприятеля, а Антон, чуть не попав под горячую руку, едва успел упасть на землю.

В какой-то момент нечувствительные к боли, лишённые даже зачатков инстинкта самосохранения немёртвые неожиданно для всех оставили все мысли об убийстве и побежали прочь - в сторону окружавших лагерь баррикад.

- Не дайте ни одному из них вырваться наружу! Остановить любой ценой! - орал в исступлении Ростислав Ярцев. - Мы должны отыскать того мёртвого пидараса, который управляет всеми другими мёртвыми пидарасами, любой ценой! Отыскать и уничтожить, мать его!

Ира огорчённо вздохнула. Антона она не видела, но знала, что муж жив и, конечно, слышал слова генерала. Теперь его отсюда силой не выведешь. Придётся пойти на крайние меры.

4.

Редактор «Трупосферы» позвонил, когда Антон лежал на крыше пятиэтажки и, выставив правую руку, снимал панораму военных действий. Журналист давно стянул искусственную кожу, которая искажала картинку, и теперь посреди ладони тускло поблёскивал глаз видеокамеры. Метель налетела с новой силой, и Антон уже подумывал сменить место съёмки, перейдя на крупные и средние планы там внизу, в гуще событий. Но звонок от шефа, который каким-то чудом пробил информационную блокаду, немного изменил планы журналиста.

- Антон, как ты? Всё в порядке? - спросил Сергей Самарин.

- Да. Всё нормально. Ты послушай: материал просто бомба! Поснимаю часок-другой и на всех некрофильских фантазиях можно жирный крест ставить! Разговорил парочку военных, а потом генерал, этот безмозглый Ярцев, своей же болтливой челюстью вколотил последний гвоздь в гроб всего некропроекта! У меня даже запись есть.

- Даже так?

- Ага. А как такая новость? На самом деле немёртвые - это укрощённые до поры до времени каннибалы-убийцы и насильники, которые хотят перетрахать или пожрать всё на свете!

- Насильники?!

- Сам не поверил бы, не будь свидетелем. В дерьмовой записи даже картинка двух изнасилований есть: упырям не важно кого иметь - мужчин или женщин! До конца ночи постараюсь снять в лучшем качестве…

- Не стоит так рисковать.

- Слушай, знаешь ли ты, почему немёртвые ведут себя так прилично в обычной жизни? Да потому, что по всем местам их скоплений установлены специальные вышки, которые глушат в них, так сказать, зверя. А теперь, внимание, вопрос: почему тысячи немёртвых вдруг взяли и сорвались с поводка именно сегодня? А потому, что одна из самых надёжных вышек, стоящая прямо в центре Москвы, вдруг вышла из строя! Вот так - на раз-два!

- Очень попахивает терроризмом.

- Всё куда интереснее! В ходе длительного облучения мёртвых мозгов вышками подавления в некоторых из них иногда зарождается сознание. Оно имеет и волю, и свои представления о том, как надо жить. Оно жаждет свободы и при этом способно управлять другими немёртвыми, расположенными от него на расстоянии ста метров. И сто метров - это только в «тени» вышек. Если, скажем, одну такую вышку уничтожить, то радиус контроля вырастет на два порядка!

- Ты хочешь сказать…

- Да! Вот такая суперумная тварь взяла штурмом и отключила этой ночью одну из московских вышек подавления. Теперь военные с ума сходят - так хотят её изловить. Если до утра не поймают - могут весь район выжечь - вместе с людьми. Чтобы скрыть правду или не дать заразе расползтись на другие территории - выбирай любую версию. На кону миллион человеческих жизней!

- Антон, ты поработал хорошо. Даже превосходно. Но мы не можем это опубликовать, ты это понимаешь?

- Не совсем…

- Как ты думаешь, почему я до тебя дозвонился в условиях, когда сотовая связь чуть ли не по всей Москве отключена? Потому, что они дозвонились до меня первыми…

- Чёрт, Сергей, они тебя напугали? Купили?!

- Напугали или купили – у меня от всего этого иммунитет. Как и ты, я легко могу поставить на кон карьеру или даже свою жизнь. Но эти гады взяли в заложники моих детей.

- Вот прямо так?

- Прямо так.

- То есть публикации не будет? Ни в печатном виде, ни даже на сайте?

- Нет.

- Хорошо… Я опубликую материалы, но на другой площадке. У моего видео-блога подписчиков едва ли не больше, чем у сайта «Трупосферы».

- Приятно было тебя знать, Антон. Ты человек с большой буквы. Такие делают историю. Если им позволяют…

Попрощавшись, журналист убрал сотовый.

- Так как ты поступишь, дорогой? - спросил за его спиной знакомый голос. - Пойдёшь домой или выберешь смерть?

Взгляды Антона и Иры сцепились в незримом поединке.

Их разделяли десять метров заснеженной крыши и вихри метели. Взамен изодранной одежды кто-то одолжил благоверной военную спецовку. В руке она сжимала пистолет.

- Тебя ничто не убедит, что наркопроект - это зло: ни реки пролитой крови, ни попытка изнасилования! Хочешь стрелять - стреляй! - прокричал сквозь вьюгу Антон. - Другого выхода я не вижу! А от себя не отрекусь!

Издали его силуэт напоминал звезду: ноги широко расставлены, а открывшие грудь руки разведены, словно в любой момент готовы обнять смерть.

И смерть подступила к нему вплотную - грянул выстрел. Фигура человека на краю крыша покачнулась.

- Вот ведь сука, выстрелила… - пробормотал Антон и сел в снег.

Вся в слезах Ира подбежала к мужу и упала на колени.

- Дорогой, куда я попала?!

- А ты куда-то метила специально?

- Хотела прострелить тебе ладонь с камерой.

- Тебе почти это удалось - промахнулась на метр с лишним. В ногу попала. Ох…

- Больно?

- Есть немного… Думаю, не смертельно. Ты задела только мягкие ткани и то - вскользь. Я даже смогу немного поснимать…

- Ты - больной! Помешанный на работе! Маньяк!

- А ты, значит - нормальная девушка, которая иногда стреляет в своего мужа?

Ира нервно хихикнула и поцеловала его, обвив шею свободной от пистолета рукой.

- Мы друг друга стоим… Дорогой?

- Да?

- Ты ведь меня прощаешь?

- Прощаю. И даже не знаю, почему всё время это делаю. Наверное - потому, что круглый идиот!

- Спасибо! Спасибо огромное! - она прижалась к мужу. - Простишь и это?

- Конечно. Что именно?

В следующий момент Антон почувствовал, как на тыльную сторону ладони надавило что-то твёрдое и тёплое, и морозную тишину сокрушил второй выстрел.

- Твою мать!!! - боль просто ослепила.

Отвесив жене увесистую затрещину, он выхватил из ослабевших пальцев пистолет и выбросил в ночь.

- Дорогой, тебе больно? - прохныкала Ира.

- Нет, мне очень хорошо! Что за вопрос? Ты всадила в меня две пули - одну за другой! Просто образец заботливой жены!

- Зато на этот раз мы точно пойдём домой - твоей камере конец! - сквозь слёзы рассмеялась Ира, и, сидя в снегу, с вызовом посмотрела на Антона.

- А вот фигушки! - муж скрутил здоровой рукой дулю. - Ты прострелила не ту руку! Хвала Господу, что и в этот раз ты спутала левое с правым!

- Значит… - обронила потрясённая Ира.

- Да. Я останусь и досниму материал.

- Хорошо. Дай хоть осмотрю твои раны… - охнув, женщина вылезла из снега.

- Стоять, где стоишь! Дома осмотришь. Сыт по горло твоей помощью. У меня есть всё необходимое для самолечения: бинты, спирт, обезболивающее, - Антон хлопнул по переброшенной через плечо аптечке. - Справлюсь. Не впервой самого себя штопать!

- Тогда я пойду?

- Да. Увидимся дома.

Ира отряхнула с одежды снег, послала ему воздушный поцелуй и ушла как ни в чем не бывало.

Присев у края крыши, Антон стал обрабатывать оставленные женой свидетельства безграничной любви. Сто процентов она засунула ему под кожу какой-то жучок - иначе ни за что не отыскала бы здесь. Ира и раньше находила мужа в самых неожиданных местах, так что ничего удивительного. Интересно только: она вшила жучок по своей инициативе или ей подсказали?

Закончив приводить себя в порядок, Антон продолжил сбор материала для самого скандального своего репортажа. К утру он наснимал сотни мегабайт уникальных кадров: как зомби разрывали и насиловали людей, как солдаты Ярцева и подоспевшие ему на помощь войска специального назначения добивали остатки армии немёртвых - их истребили всех до одного.

Судьба уберегла покалеченного журналиста и от солдат, и от кровожадных трупов. К моменту возвращения домой - полвосьмого утра - в голове Антона сложился великолепный текст, который просто умолял, чтобы его наложили на видео.

Жена встретила его улыбкой и, не упоминая событий ночи, накормила любимыми блинами с мёдом, отмыла в ванной, а потом затащила в постель. Препараты аптечки стрингера творили чудеса, позволив Антону удачно финишировать даже в этом последнем изнурительном, но очень приятном марафоне. Ира была очень нежна и сговорчива. Он уснул у неё на груди.

И больше никогда не раскрыл глаз.

Когда приехала скорая, чтобы зафиксировать факт смерти, убитая горем жена ничего толком не рассказала. В отчёте опытные медработники прописали, что две сквозные огнестрельные раны возникли на теле покойного за несколько часов до смерти, а вот третья - уже после. Словно кто-то расковырял правую ладонь ножом. Вскрытие назвало причиной смерти внезапную остановку сердца, а следователи историю о загадочной гибели популярного журналиста обошли стороной.

5.

Настенное зеркало отразило новые и едва заметные морщины под глазами. Пока они придавали её лицу игривое лукавство, но в конце концов укажут на возраст: открыто, нагло, без расчёта на приличия. Как не раз проделывал в своё время Антон.

Ира бросила завистливый взгляд на мужа. Он сидел в кресле, не шевеля ни единым мускулом. Бесстрастный взгляд пронзает вечность. Руки лежат на коленях. За прошедшее с реанимации время он не постарел ни на день. Гладкая кожа лица - торжество науки, яркое свидетельство успехов российских учёных, поднявших планку бальзамирования на недостижимый для других стран уровень. Со времён Ленина - колоссальный скачок в деле сохранения тканей.

- После того, как я уйду, разбудишь Машу. Накорми её теми замечательными тефтельками с рисом, что ты вчера приготовил. Просто разогрей немного - как она любит. Потом отведёшь её в школу, и всё как обычно: уборка, затем – по магазинам. Купи кило картофеля на ужин - хочу пюре с сосисками. Французскую булку не забудь, лука пару головок, апельсиновый сок полтора литра и творог с изюмом. Запомнил?

Антон кивнул.

- Хорошо. У Маши сегодня всего пять уроков, так что будет время купить новый свитер. Когда зайдёшь за ней - сходите в «Аврору». Там выбор огромный, девочка себе непременно что-то подберёт. Только пусть в свитере будет побольше шерсти и поменьше синтетики. Всё. Я пошла.

Пока Ира давала указания, немёртвый просто кивал головой. А когда поручения иссякли - достал из нагрудного кармана блокнот, полистал его и продемонстрировал жене надпись: «Так точно, Мисс уважаемые сиськи. Всё будет исполнено в лучшем виде».

Она сама вписала в один из чистых блокнотов Антона его любимые шутки, присказки и всякие дурачества, которые смогла вспомнить, и попросила в конце каждого разговора открывать записи на произвольной странице. Иногда немёртвый выбирал «афоризм» неудачно, но обычно, как в последний раз - очень даже к месту.

- Какой понятливый мальчик, - улыбнулась она мужу и поцеловала в щёку.

Натягивая в прихожей пальто, Ира подумала, что не зря продолжила жить с Антоном после его смерти, проигнорировав просьбу сжечь тело по мерзкому, языческому обычаю. Предала ли она память о нём? Вопрос сложный. Зато ей теперь хорошо, и дочь без отца не оставила. Было бы куда хуже, если бы Машу растил не родной папа. А жизнь в неполной семье и вовсе могла стать ударом по детской психике с непредсказуемым финалом.

Брак с немёртвым ещё больше прославил её в СМИ: позиции ОЗНЖ окрепли, а его идеи население стало воспринимать лучше. К примеру, подготовленный обществом законопроект о допуске нетрадиционно живых к выборам всех уровней нашел широчайшую поддержку в народных массах, и, судя по настроениям в Думе, парламентарии примут его в первом чтении.

Держать немёртвого безработным накладно для кошелька. То водишь его в центры косметического некротюнинга на кожные процедуры, то – в облучатели на зачистку сознания. Если забыть про облучение, то однажды «перегруженный» немёртвый просто-напросто перестанет исполнять команды.

Многие семьи эксплуатируют немёртвых днём и ночью. Это позволяет им не только покрывать затраты на их содержание, но обогащает лишней копейкой семью, а государство налогами. Миллионы безропотных мертвецов вкалывают водителями, укладывают асфальт, строят здания, отсчитывают на кассах сдачу - днём и ночью, в любую погоду и без проблем со здоровьем, декретными отпусками и вредными привычками.

Но своего мужа Ира оберегала от тяжёлого труда. Её зарплаты хватало и на Антона, и на дочь, и на себя любимую. Муж выполнял больше работу по дому: готовил ужин, водил ребёнка в школу, встречал её в прихожей с цветами в руках и неизменным блокнотом за пазухой.

- До вечера, дорогой, - сказала она ему уже за порогом и поправила шляпку.

«Как же мне с тобой повезло, сука!» - показал немёртвый запись в блокноте и запер за женой дверь.

-1
574
Своеобразненько так!
Экшн на манер голливудских.
Образы прописаны хорошо. Аргументация есть. Общий смысл понятен.
Неплохо.
00:49
Честно говоря, честно говоря, я опять раздваиваюсь. Достанем-ка из-за пазухи литературные весы…

Что мы имеем с одной стороны? Смешную, временами даже чертовски остроумную и циничную пародию на все эти левацкие движения около-фашистской толератности (это я про ОЗНЖ, про эту долбанутую Ирину, финал с наброском общества мертвяков, органично дополняющего мир живых, тоже довольно шедеврален). В общем, в этом плане всё добротненько.

Но! Эту ткань жёсткого стёба и искромётного абсурда как бы напрочь разрывает зачем-то наполненная полным серьёзом сцена бойни с мертвяками и сбором журналистского материала. Это, имхо, совершенно лишний уворот сюжета в шаблонную классику зомби-фильмов и зомби-книг. Типа, все зомби того гляди и начнут пожирать плоть, а в вашем случае — ещё и трахать всё, что ни попадя.

И вот ради этого уворота вам приходится рушить стёбную концепцию произведения — начинать объяснять почему мертвяки в обычной жизни такие растения (из-за глушащей их подсознания вышки, знамо дело).

Потом, чисто логически, грандиозная бойня на Волгоградке, оцепленный военными целый район, и чего, из гражданских, мирных горожан об этом никто ни рылом, ни духом? Ни у кого нет ни камеры в телефоне, чтобы заснять похождения съехавших с глузду зомбаков? Ну, ё-моё, автор, это может в КНДР каком-нибудь, где местные запуганные вусмерть пухлогномом людишки об интернете понятия не имеют, там может и прокатит такое… Но Мск, центр и средоточие хипстерско-либеральной, вольнодумной братии, и только один журналист аки бэтмен срывает покровы секретности… Позвольте не поверить, короче.

В общем, мне думается как — тут либо писать на полном стёбе пародию на общество зазомбированных придурков, и тут даже будет в тему финал с сучкой-женой, таким вот образом окончательно приручившей этого Романа. Либо сворачивать в степь канонического зомбо-треша, но тогда уж городить стопицот лишних объяснений и смыслов — почему так, а не этак. Как по мне — первый вариант и проще, и интереснее с точки зрения литературного эксперимента. Я бы за первый вариант проголосовал, там можно обойтись минимумом объяснений этой картины мира, и даже их обыграть в форме злой шутки.

Это всё, что касается общей идеи и сюжетной фабулы. По языку — более или менее гладко, хотя не обходится без бросающихся в глаза казусов. Приведу немножко, следуя традиции выискивания стилистических насекомых в понравившихся мне конкурсных текстах.

«адские пытки Ириной ревностью» — всё-таки, наверное, Ирининой (но некрасиво, надо другое имя для героини),

«и ухмылка разрезала его лицо от уха до уха» — wtf?

«Впереди, плохо укрытая снегопадом, их поджидала толпа» =((((

«своей же болтливой челюстью вколотил последний гвоздь в гроб всего некропроекта» — картинка, конечно, на грани постмодерна, но нэт, плохо.

«Взгляды Антона и Иры сцепились в незримом поединке» — опять же, не надо так.

Ну и тэпэ, есть смысл повычитывать текст.

Итого: поставлю крепкие 8 баллов из 10-ти. Поработать над сюжетом, выбрав чего-то одно (выше написал, это сугубо имхо), дорихтовать по стилистическо-языковым параметрам, и рассказец заиграет совсем новыми, куда более яркими красками. Есть куда работать, не расслабляйтесь, желаю удачи!
Гость
07:13
-1
Ужасно слабый рассказ, герои картонные, интересная идея была убита ужасными диалогами и не менее ужасным исполнением. Подробные описание полового соития супругов, чести рассказу не добавляет. Надеялся, что автор пишет юмористику, но нет, оказалось он пытался написать серьезный рассказ. 1 балл из 10 ставлю.
22:57
+1
Если у этого рассказа единица, то что поставить многим другим рассказам на конкурсе? -1? -5?
18:14
Отлично написано. Некоторые фразы показались мне странными, но не напрягли.
Идея порадовала. Удивила попытка скрестить юмор и трэш, что само по себе интересно, но получилась не смесь, а последовательная смена одного другим.
В результате я так и не понял, смеяться или ужасаться.
А главное, удивило, что после восстания зомби в мире ничего не изменилось. Неужели это не послужило уроком людям?
15:22
препинаки при прямой речи
Даже Ира, которая пребывала в не самой выгодной для рассуждений позе кстати, а какие секс-позы выгодны для рассуждений?
Глаза Иры полезли на лоб — муж кончил. Вот так: без всяких телодвижений и энергозатрат, просто послушал мудрые слова начальства и — вуаля! дык у нас полстраны так кончает, когда слышит мудрые слова начальства
Антон рассказАЛ всё
Самоуверенности, однако, после проигранной в супружеской войне битвы зпт
Ира наблюдала едва различимую на его напряжённом лице ухмылку
канцеляризмы
С тех пор, как они в браке — лет пять уже — эти отношения иначе как странными не назовёшь. Их знакомство
Ира швырнула в «яйцеголового» туфлей, разбив каблуком лоб не верю, что бросив туфлю, лоб можно «разбить» каблуком. поцарапать — да, но разбить лоб и кирпичом не всегда удается
Вдалеке, где-то со стороны ставки генерала Ярцева, застрекотали пулемёты откуда вылез генерал Ярцев?
приметив побитый «Форд» зпт
Эта территория закрыта для всех зпт
Это солдаты отстреливались от немёртвых, волна за волной, штурмовавших оцепленное людьми пространство неверно расставлены зпт
В дерьмовой записи даже картинка двух изнасилований есть вот сомневаюсь. сердце не бьется, пещеристое тело кровью не наполняется. какое изнасилование?
вообще все эти «зомби» страдают непроработанностью. как, почему движутся трупы — никто не может прописать, потому что не знает. как они выполняют работу, при смерти мозга?
В отчёте опытные медработники прописали, что две сквозные огнестрельные раны возникли на теле покойного за несколько часов до смерти, а вот третья — уже после. Словно кто-то расковырял правую ладонь ножом. так третья огнестрел или ножевое?
банально, ничего нового

Загрузка...
Илона Левина №1