Светлана Ледовская №1

Мара

Мара
Работа №303 Дисквалификация в связи с неполным голосованием Автор: Тишкин Антон Александрович

Сегодня Оля, снова, опаздывала на школьный автобус. Это не тот случай, когда придет следующий. Этот автобус ходил два раза в день — в школу и из нее. Если она опоздает, то ей поставят прогул и придется оставаться завтра после уроков. А это означало бы очередную ссору с папой, которая повлечет за собой целую череду событий, для Оли, очень нежелательных сейчас, когда она наконец-то добилась того, чтобы Валерка (красавчик из выпускного класса) все-таки ее заметил. Из этих мыслей ее выдернул нежный голос отдаленно напоминавшей девочке что-то родное и теплое.

— Доченька, помоги будь так добра. — Около двух огромных сумок стояла маленькая круглолицая бабушка. Такие бабушки в рекламе разливают молоко по крынкам или в мультиках закармливают своих внуков пирожками. Бабушка была одета в очень яркий красный плащ.

— Простите, но я очень тороплюсь. — Не останавливаясь сказала девочка.

— Доченька, да мне только на спину помочь закинуть.

— Я правда очень тороплюсь! — Уже жестче сказала Оля.

— Ты не злись, девочка, от тебя не убудет бабушке помочь, а мне самой не поднять эти пакеты.

— Простите, но не могу, правда. — И вставив наушники в уши, быстрым шагом пошла к остановке.

Но, подходя к остановке она смогла увидеть лишь уезжающий за поворот автобус. В этот момент ей показалось, что земля уходит из под ног. Как же она теперь сможет согласиться на свидание с Валерой, если папа накажет ее и запретит гулять целую неделю!?

С этими мыслями Оля шла к дому повесив голову и борясь с подступающей истерикой. И тут она снова увидела старушку. Она что-то говорила. Девочка вынула наушник и услышала этот нежный голос.

— Доченька, помоги мне, будь так добра.

И тут Оля не то со злости, не то от паники, что так и не успела на автобус, а, может, и от обиды подняла голову и с красными от подступивших слез, глазами крикнула:

— Да иди ты в жопу, дура старая, я из-за тебя на автобус не успела!

— Дочка, но я то тут при чем?

— При том! — Не оборачиваясь крикнула девочка уходя все дальше от старушки.

Удаляясь от бабушки, Оля еще долго слышала как она что-то причитает в голос и говорит не прекращая уже не таким нежным голосом.

Поднявшись на свой этаж, девочка вышла из лифта и села на ступеньки. Она никак не могла решиться зайти в квартиру. Слезы текли по ее щекам. Как же она так? Ведь все было так здорово. Вчера она до самой поздней ночи переписывалась с ним. Они так много всего рассказали друг другу. Так хотели пойти вечером куда-нибудь. Но она все испортила. Как она могла опоздать? Глупая девочка.

Посидев так еще пару минут, Оля наконец-то решилась войти в квартиру. Мама лежала на кровати. Врачи запретили ей много двигаться во избежании преждевременных родов и теперь она отводила марка в садик, а сама ложилась и лежала так до обеда. Потом вставала, готовила ужин и шла за Маркушей в садик.

— Оля? — Услышав открывающуюся дверь, спросила мама. — Это ты?

— Да.

— Все таки опоздала на автобус? А я тебе говорила! Вот теперь сама будешь с отцом разбираться!

— Да я то тут при чем?! — Раздраженно и довольно громко сказала девочка. — Это все та бабка! Помочь ей надо было. Дура старая. Вот куда она в эту рань прется с этими сумками?

— Какая бабка, Оля? Ты за утро переоделась раз десять наверное! Ты в школу учиться ходишь, а не красоваться перед мальчиками!

— Перед какими мальчиками, мама?! — Уже не сдерживаясь кричала сквозь слезы девочка.

— Не кричи на меня!

— Это ты на меня не кричи! — С этими словами девочка ушла в свою комнату громко хлопнув дверью.

Закрывшись в комнате Оля включила музыку погромче и улеглась на кровать с телефоном в руках. Для начала она написала Кате, своей однокласснице с которой она общалась. Рассказала утреннюю передрягу. Обсудила ситуацию с Валеркой. Перемыла кости родителям. И, ближе к обеду решила совершить вылазку из комнаты на кухню.

Проходя мимо комнаты родителей, она услышала тихий стон. Заглянула. Мама лежала с закрытыми глазами на кровавой простыне. Оля раскрыла рот и застыла на месте. Мама снова застонала и приоткрыла глаза.

— Оля, — с трудом прошептала она, — я тебя звала. У тебя музыка громко играла. Оля, вызови скорую. Скорее. У меня схватки начались и воды отошли.

В этот момент оцепенение с девочки сошло и она поняла, что мама не знает, что истекает кровью. Она думает, что это просто начались роды. Девочка бросилась искать домашний телефон так и не обратив внимания на то, что сжимает свой смартфон в руке.

Вызвала. Приехали через десять минут (элитность района дает о себе знать). Забрали в роддом. Позвонила папе. Рассказала. Поплакала.

Оля ходила по квартире не в силах усидеть на месте даже минуту. Она хорошо помнила как четыре года назад у мамы начинались роды Марка. Тогда вся семья была дома и у мамы отошли воды вечером перед сном. Так они еще всей семьей, не торопясь, собрались. Оделись. Папа даже успел перекусить, а Оля попила чай. В это время мама была спокойной и изредка хваталась за стену в моменты схваток. Но сейчас было что-то очень опасное. В очередной раз остановившись у окна, Оля увидела ту самую старушку, которая утром просила ее о помощи. Она тащила те самые два пакета. Девочка смотрела как бабушка идет. Просто бездумно наблюдала за ней одними глазами. Но тут бабушка повернула голову к девочке и, посмотрев на нее какое-то время, помахала ей рукой. У девочки по телу побежали мурашки. Но не такие мурашки, которые появляются у тебя от хорошей музыки, а такие, которые бегут по твоей спине в кинотеатре на фильме ужасов, когда главный герой идет по темному коридору и ты понимаешь что сейчас будет скример и готовишь все свое тело к этому моменту. В этот раз никакого скримера, разумеется, не было. Бабушка просто пошла дальше. В этот момент зазвонил телефон.

— Алло.

— Добрый день. Семенова Наталья Викторовна кем вам приходится? — Официально сухой голос женщины не предвещал ничего хорошего.

— Это моя мама — дрожащим голосом произнесла девочка.

Трудно сказать, чем руководствовался этот голос в следующее мгновение, но точно не здравым смыслом. Может по неопытности, а, может, наоборот из-за сухости и цинизма присущего большинству работников медицины, которые за многие годы работы повидали такое количество горя, что для них это уже стандартная процедура.

— Ваша мама умерла пол часа назад. Ребенок выжил. Мальчик.

В этот момент девочке показалось, что она падает. В глазах все закружилось. На лбу появилась испарина. Во рту резко стало очень сухо и шершавый язык противно щекотал нёбо. Телефон выпал из ослабевших рук на пол. Ноги подкосились. Оля сидела на полу и хватала ртом воздух как выброшенная на берег рыба. Слез не было. Как в тумане она подобрала телефон с пола и набрала папин номер.

— Алло — послышалось в динамике телефона.

— Папа, — хрипло начала девочка, но дальше сказать ничего не смогла продолжая хватать ртом воздух.

— Оля! Что случилось? Оля?! Что с тобой?

— Мама. — Только и смогла выдавить девочка.

— Мама? Что с мамой? Оля! Что случилось?

— Мама умерла — и с этими словами Оля зарыдала. Слезы текли по ее красному лицу. Она рыдала в трубку, а папа молчал. Так продолжалось какое-то время.

— Оля, я сейчас приеду. Слышишь? Я быстро! Ничего не трогай и не делай. Я очень быстро!

Папа и правда приехал очень быстро. Оле показалось, что он неестественно бледный. Девочка сидела на полу в коридоре и плакала. Он сел рядом и обнял дочь. Так они просидели какое-то время.

— Надо забрать Марка из садика. — Вставая сказал папа. — Пошли вместе.

— Я не хочу.

— Надо, Оля. Надо пройтись.

Оля встала. Её немного качнуло она ухватилась за стену и уперевшись в нее лбом всхлипнула.

Детский садик находился в пяти минутах ходьбы от дома. Завидев папу и Олю, Марк радостно побежал им навстречу. Отец улыбнулся и в этот момент его как будто молния ударила. Что сказать ему о матери? Как объяснить ребенку, что его мама умерла и они больше никогда не увидятся. Никогда не поиграют. Он больше никогда не услышит ее голос читающий ему сказки на ночь. Он никогда больше не сможет ее обнять. Слезы текли по его щекам. Он обнял сына и, не в силах сказать и слова, взял его на руки и молча пошел с ним в сторону дома.

— Оля, нам надо ехать в больницу. Я позвоню дедушке и он посидит с Марком.

— К нам придет дедушка! — Обрадовался мальчик. — А где мама?

— Мама в больнице. — Быстро сказала Оля.

— Почему?

— Потому что у тебя родился братик.

— Ура! Когда он к нам приедет?

— Скоро, сынок. Ты сегодня с дедушкой побудешь, хорошо?

— Дааа! — Закричал малыш не обращая внимания на заплаканное лицо отца.

И семья пошла дальше. Прыгающий и радостный малыш, постаревший и осунувшийся, за секунду, мужчина и юная девушка, бледная словно смерть.

Дедушка приехал спустя тридцать минут. Вид у него был очень уставший. Когда-то огромный мужик, спортсмен, ныне съедаемая раком бледная тень самого себя из прошлого. Его сильное тело и колоссальной силы дух не давал болезни сожрать себя без боя. Вся семья помогала ему справиться с этим, но рак был неоперабельным. Ему просто продлевали жизнь.

Оставив радостного Марка с дедом, Оля с папой пошли в больницу. Марк был очень близок со стариком. У них была тесная связь. Как будто один и тот же человек в начале и в конце своего жизненного пути. Они всегда находили чем себя занять. Могли часами читать вместе или просто беситься. Или разговаривать и мечтать. Или гулять и рассматривать все, что попадалось им на глаза. Они были очень похожи. Два упертых барана не способных усидеть без дела. Целеустремленные. Однажды Марк пытался залезть на табуретку и Наташа хотела ему помочь, но дед запретил. Тогда они чуть не поругались, но он был непреклонен, а Марк не отступал. Наташа кричала, что он упадет и ушибется, а дед говорил, что не расшибется. Упадет — встанет и продолжит. Марк упал. Потом еще раз. Но не отступил. С третьего раза он смог залезть на табуретку. Радость дедушки была бурной, тогда он еще нормально себя чувствовал, от радости он начал прыгать и разбил люстру. Хорошо что Марк был на табуретке. Осколки разлетелись по всей кухне.

Они ехали молча. Оля всхлипывая смотрела в окно. Отец сжимал руль. Сжимал сильно. Бледный и очень измученный. В голове у него пролетали сотни тысяч мыслей и воспоминаний в секунду. Что теперь делать? Как он один справится с тремя детьми и больным отцом? Как так могло произойти? Где ошиблись врачи? Что они не заметили?

Подъехали к больнице. Оля шла к главному входу и опущенной головой. Услышала звук как-будто что-то ударилось об асфальт. К ее ногам прилетел игрушечный пупс. Оля подняла голову и ей стало плохо. Дыхание куда-то делось. Ни вдохнуть, ни выдохнуть. Из окна последнего этажа на нее смотрела та самая бабка. Она улыбалась и нарочито наигранно, приложив ладони к щекам, мотала головой из стороны в сторону. Девочка стояла и не могла пошевелиться. Ей даже показалось, что сердце перестало биться. На лбу показались маленькие капельки пота.

— Дочь, если не хочешь, можешь не идти. Это тяжело, я понимаю.

Девочка отвлеклась от окна и посмотрела на отца. Стало легче. Из глубин живота вернулось дыхание. Сердце снова забилось.

— Нет, я пойду.

— Бояться нормально. Мне, тоже, очень тяжело. До безумия тяжело. И невероятно страшно.

— Все нормально. Идем.

Они вошли внутрь. Это был обычный роддом построенный еще в советском союзе. Внутрь не пускают. Но за стеклом сидит бабуля. Она работает здесь всю свою жизнь и безошибочно определяет убитое горем семейство.

— Семеновы? — Сухо спрашивает она.

— Да.

— Сейчас я вызову врача. Вас проводят в морг.

Морг располагался в подвале. Много кафеля, тишина и странный запах. А еще холод. По телу бегали мурашки не то в предвкушении страшной картины, не то от холода. Мама лежала под белой простыней. Бледная. Лицо стало угловатым. Рот приоткрыт. Девочка заплакала. Мама лежала такая красивая. Еще утром они с ней ругались. Девочка снова потеряла свое дыхание. Оно провалилось в самые глубины ее тела. Оля безуспешно хватала ртом воздух водя руками по воздуху как бодро ослепла. Папа плакал. Молча и не отрывая взгляд от своей мертвой жены.

Спустя несколько минут, убитые горем, девочка и папа поднимались в огромном больничном лифте на первый этаж. У папы телефон просигналил входящим сообщением.

— Дедушка звонил. — Взглянув на мобильный сообщил он. — В подвале не ловит же.

Нажав несколько раз на дисплей он приложил телефон к уху.

— Алё, пап, привет. Ты звонил?

В одно мгновение лицо отца изменилось. Рот открылся. Зажмурил глаза. Упал на колени и зарыдал в голос. Он бил кулаками об пол и кричал. Казалось он сошел с ума. Наверное так оно и было. Оля не знала. Но ей стало страшно. Она подняла папин телефон. Он был еще не отключен.

— Алло? Дедушка, что случилось? — В трубке слышались рыдания.

— Марк... — снова рыдания.

— Что Марк? Дедушка, что с Марком? — Закричала Оля.

— Марк выпал из окна. — Наконец смог выговорить он

Все исчезло вокруг. Не было ничего. Ни двери лифта, ни больничного коридора. Вокруг была пустота и тишина только вдалеке маячила какая-то черная точка. Оля крутила головой и не видела ничего. Вокруг была сплошная пустота, которую можно было принять просто за белый цвет, но девочка, почему-то знала, что это пустота. Точка приближалась постепенно трансформируясь в силуэт человека. Это бабка. Сука, это та самая бабка! Она смеялась. Эта старая тварь хохотала вытирая слезы с лица.

Оля не почувствовала как ее подхватили под руки не давая упасть. Нашатырь вернул ее в реальность. Упасть она так и не успела. Папа сидел привалившись спиной к стене и тихо плакал. Оля села рядом. Отец обнял ее и поцеловал в макушку. Он так часто делал. Но в этот раз в этом жесте было так много ласки и нежности. Девочка и отец сидели на полу в коридоре и тихо плакали. Мимо проходили люди, врачи, санитарки и пузатые женщины готовящиеся подарить кому-то новую жизнь.

Оля и папа вышли из больницы и направились к такси. Вести машину, в таком состоянии, глава семьи не решился. Оля села в машину и стала смотреть в окно. Бездумно. Просто смотреть в одну точку ни на чем не фокусируя взгляд. Но взгляд зацепился за фигуру старушки сидящей на лавочке и наматывающей на руку веревку. Они встретились взглядами и старушка, улыбнувшись, высунула язык и наклонила голову набок, так дети шутя показывают на уроках, что они готовы повеситься от скуки.

— Оставь нас в покое, старая сука! — Не выдержав, закричала девочка, открывая окно. — Что тебе от нас надо, тварь?

Никто в машине не отреагировал на крик девочки. Папа сидел рядом на заднем сидении и не моргая смотрел на сиденье водителя.

Всю дорогу они ехали в абсолютной тишине. Возле дома было очень много людей и несколько машин скорой помощи и полиции. На асфальте под окнами было кровавое пятно. Оля, увидев его, снова потеряла сознание, а папа начал кричать и бросаться ко всем кто был в форме, он пытался узнать где Марк. Марка им так и не показали. Соседи лишь сказали, что очень страшное зрелище. Отцу пришлось даже делать укол успокоительных.

Скорая помощь уехала. Следом уехала полиция. Оля и папа ехали в лифте и молча смотрели друг на друга не веря в то, что они остались одни. Только папа и дочь с грудным ребенком и стариком. Дверь была не заперта. Войдя они увидели край люстры лежащей на полу в дверном проеме комнаты. Папа сразу догадался что к чему и в один прыжок оказался в дверях.

— Папа! — Закричал он.

— Папа! — Закричала девочка. — Что там? Папа!?

— Оля не входи. Вызывай скорую. — С этими словами он скрылся в комнате.

Дедушка повесился на крюке от люстры не выдержав того, что не уследил за внуком с которым они были так близки. Марк, наверное, был единственным человеком ради которого дед боролся с болезнью. Марка не стало. Не стало, как думал дедушка, по его вине. Малыш был невероятно активный и в какой-то момент решил спрятаться от дедушки на подоконнике. Окно было открыто. Москитная сетка оказалась совсем не надежной опорой для маленького человека. Он падал держась за нее и не издал ни звука. Он так и не понял, что произошло. А вот дедушка понял. И не смог себя простить за это. Решение пришло почти мгновенно. После объяснений с полицией и укола успокоительного он поднялся наверх под каким-то глупым предлогом. В суете никто не заметил отсутствия старика. Все были слишком шокированы чтобы следить за ним.

Оля сидела на кухне над, давно остывшим, чаем. Папа курил. Оба молчали. Никто не мог понять как так произошло, что за один день они лишились всех своих близких. Слез не было. Наверное, даже слезы иногда кончаются. Пачка сигарет лежала на столе и Оля протянула руку к ней. Отец молчал. Оля закурила. Чернее этого дня представить трудно. Как это пережить? Как с этим справиться?

Первые лучи солнца показались за домами. Проблема всех городов — не видно солнца на рассвете. Просто становится светлее и все. Ничего больше. Город наполнялся звуками. Люди спешили на работу.

— Сигареты кончились. Пойду куплю. Ты дома будешь? — Отец встал из-за стола.

— Да. — Не поворачивая головы сказала девочка.

Он молча вышел из кухни. Хлопнула дверь. Оля сидела и докуривала свою третью сигарету. Раньше она никогда не курила. Теперь, наверное, будет.

Прошло минут пятнадцать и Оля услышала странные звуки на улице. Подошла к окну. К тому самому окну без москитной сетки. Внизу на лавочке сидела та самая бабка. Рядом с ней был игрушечный грузовик на веревочке. Оля сразу все поняла. Чувства пропали. Оля встала на подоконник. Старуха встала с лавочки. Девочка, согнувшись пролезла в окно и, стоя на самом краю карниза, держалась руками за раму наклонившись вперед. Старуха шла к подъезду. Оля смотрела. Бабушка улыбалась той самой улыбкой из рекламы молока. Оля не шевелилась. Старушка подошла совсем близко и призывно махнула несколько раз рукой. Оля послушалась и, сильно оттолкнувшись ногами, прыгнула.

**********

Пожилая женщина в красном плаще подошла к роддому. Остановилась на мгновение, окинула здание взглядом, и уверенно пошла ко входу.

— Добрый день! — Бодро поздоровалась она с бабулей за стеклом. Я пришла за Семеновым. У вас родился мальчик три дня назад, мать умерла при родах. Я его бабушка. Вот документы. Я пришла забрать внука. — Женщина просунула в окошко какие-то бумаги.

Спустя пол часа от роддома шла пожилая женщина в красном держа в руках конверт с новорожденным мальчишкой.

— Привет, — тихо сказала она малышу, — я Мара. Теперь ты будешь жить. Жить со мной.

0
605
17:37
А что случилось с отцом? В психушку попал? Рассказ совсем не отвечает теме фантастики. Ну, бабушка. Ну, девочка, которая ей не помогла. Несчастья, постигшие семью. Это жизнь, я бы сказала. Вот если бы бабушка дала девочке какой-то необычный предмет, и девочка этим не воспользовалась, или воспользовалась бы, и это привело бы к несчастью или наоборот — это можно было назвать фантастикой, и то с натягом.
Текст читается, конечно, легко, но тем не менее, он не вычитан. Очень много ошибок пунктуационных, либо отсутствие запятых в сложных предложениях, либо наличие их в слишком простых, там, где они абсолютно не нужны. Грамматика русского языка на 2.
Что касается сюжета и стиля, то сюжет обычен. Шаблонность фраз, ничего примечательного, нет динамики развития ГГ. Если бы девочка осознала к концу рассказа, что наделала!
Рассказ нуждается в кардинальной доработке.
Оценка 2
Ну все понятно.
Старушка. Добро и зло. Смерть за грехи.
Про ошибки уже сказали, нет смысла повторяться.
Но кто такая МАРА?
Откуда она взялась?
Финал настолько неожиданный, что просто ужас.
Мара? Какая Мара? Зачем Мара?
Финал убийственный. В смысле убивает рассказ на хрен, от слова «совсем». Рассказ и так-то не блистал. Сюжет довольно плоский. Но после такого финала, стал просто никакой.
06:56
Сегодня Оля, снова, опаздывала на школьный автобус зачем тут зпт?
вообще с зпт по тексту какая-то чехарда
Это не тот случай, когда придет следующий. Этот автобус ходил два раза в день — в школу и из нее.
Около двух огромных сумок а мне самой не поднять эти пакеты.
Она тащила те самые два пакета так сумки или пакеты?
подходя к остановке она смогла увидеть
Поднявшись на свой этаж
Слезы текли по ее щекам
Вчера она до самой поздней ночи переписывалась с ним
она отводила марка почему марк с маленькой буквы?
Для начала она написала Кате, своей однокласснице с которой она общалась
сжимает свой смартфон в руке
Но не такие мурашки, которые появляются у тебя от хорошей музыки, а такие, которые бегут по твоей спине в кинотеатре на фильме ужасов, когда главный герой идет по темному коридору
Трудно сказать, чем руководствовался этот голос
пол часа слитно
Как объяснить ребенку, что его мама
Наташа хотела ему помочь почему мать ГГ начала тут по имени называть?
мусорно написанный текст
ничего интересного
фантастики нет ни на грамм
Загрузка...
Ирис Ленская №1