Нидейла Нэльте №1

Небольшая история одного космического путешественника

Небольшая история одного космического путешественника
Работа № 482

- А-а-а!..

Как много света, как ярко. Я упал на колени, изо всех сил стараясь закрыть ладонями глаза. Чёртов шлем! Вспыхнул и сразу же погас. Что это было? Я ни черта не вижу, эти разноцветные пятна так и пляшут у меня перед глазами или прямо в глазах. Не ослеп ли я? Всё-таки тьма космоса начинает проглядывать через эту пелену на глазах. Я постепенно встаю с колен и чувствую легкое прикосновение или дуновение легкого ветерка. Что-то с системой циркуляции воздуха?

И тут начинает проносится вся моя жизнь, и несётся она так стремительно, что я еле поспеваю за этими картинками. Мелькают люди. Много лиц, очень много лиц, улыбающихся, плачущих, злящихся и испуганных. Они проносятся с необозримой скоростью в моей памяти как родные, знакомые до каждой родинки, так и те, которые я не встречал в своей жизни или не помню, что когда-либо видел. Следом за людьми и их лицами голоса. Очень много голосов. Не могу разобрать, что они говорят. Такое ощущение, что они говорят на разных языках. Кто-то кричит, кто-то поёт, кто-то говорит что-то совершенно монотонным голосом. Как улей. Всё мелькает, кружится, проносится, жужжит. Нет, мне не больно, и перед глазами я вижу космическую черноту, стою ногами на твёрдой поверхности планеты. Но ещё чуть-чуть и это детище калейдоскопа и центрифуги, устроившее пляски в моей голове, сведёт меня с ума!

Тишина. Здесь только я. Что?!

Я умер. Я свихнулся. Да, это же мираж, галлюцинация. Нас предупреждали об этом, да я и сам знал. Знаете, как оазис в пустыне. Только вот женщина. И она прекрасна. Совершенна. Идеальна. Я не мог отвести глаз, я был очарован, загипнотизирован, если хотите. Она так сильно манила и привлекала меня. Это была моя женщина, понимаете, моя. Я готов схватить её и не отпускать. Любоваться бы ею целую вечность.

Она протягивает ко мне руку и касается моей руки, конечно же, облачённой в скафандр, но я чувствую это так, будто моя рука обнажена. Скафандры у нас новые, не какие-нибудь там здоровенные махины, как лет двадцать назад. Материал тонкий, но высоко прочный, очень удобен в производстве и использовании, а также надёжно защищает тело космического путешественника.

- Привет, - заговорила моя галлюцинация.

Этот голос словно самая красивая музыка.

- Привет, - ответил я.

- Пойдём, я отведу тебя к твоим людям, - сказала она и двинулась вперёд, держа меня за руку.

Поступал я опрометчиво или вёл себя как умалишённый до сих пор не определился. Но я следовал за ней, я просто не мог поступить иначе, я находился в чьей-то власти. В её власти. Мы шли в тишине, нарушаемой лишь шуршанием моего скафандра. И что же я вижу? Наш корабль и моя группа, только человек, кажется, больше. Ближе. И я начинаю различать помимо своих, тех, что в скафандрах, других, одетых в нашу земную повседневную одежду. Ещё ближе, и я слышу, что они разговаривают. Я и моя спутница подошли к ним вплотную. Заметив нас, они замолчали. Через секунду все начали обмениваться взаимными приветствиями. Ко мне в знак приветствия потянулись руки людей без скафандров. Мы знакомились друг с другом как в каком-то самом обыкновенном баре. Наш капитан произнёс приветственную речь, обращённую к встретившимся нам обитателям планеты, и это делал так, как его учили, аккуратно, мило, дружелюбно, был осторожен в высказываниях, таким образом, пытаясь расположить к себе "местное население". Они понимали нас и не были настроены враждебно.

Их было пятеро, и нас было пятеро. В совокупности пять мужчин и пять женщин. Они совершенные, а мы обыкновенные. Я не могу это передать. Пусть все они идеальны, но не вызывают у меня тех чувств, которые вызвала моя спутница. Они были мне приятны, вызывали интерес и доверие, привлекали внимание. Но она - это слепое обожание с первой секунды, молниеносная готовность боготворить и быть порабощённым.

Цель нашего визита состояла в том, чтобы проверить есть ли на этой планете жизнь и в каких формах она протекает. Все известные нам данные говорили о том, что жизнь здесь есть, но эти условия существования не были пригодны для землян.

На наше достаточно рациональное предположение о том, что они являются коренными жителями этой планеты, одна из них ответила:

- Нет, мы здесь, как и вы, просто гости. Мы путешествуем.

- А где же ваш корабль, на котором вы прибыли? И как вы обходитесь без скафандров? - В некотором недоумении поинтересовался наш капитан.

- Ваш вопрос требует долгого объяснения. – Ответил тот же мужчина.

Всё ещё находясь в растерянности, капитан сказал:

- Мы очень рады нашей встрече с вами, и мы бы очень хотели продолжить беседу. Если вы тоже этого желаете, может быть мы все вместе пройдем на борт нашего корабля?

Небольшая пауза. Всё та же девушка продолжила:

- Думаю, что вам не очень-то комфортно находиться в этом одеянии, а условия данной планеты не пригодны для жизнедеятельности вашей расы. Поэтому позвольте нам создать благоприятные условия для дальнейшего взаимодействия.

В этот момент произошло что-то невероятное, необъяснимое, находящееся за рамками нашего разума и сознания: они словно превратились в эпицентры жизни. В разные стороны от каждого из них с невероятной скоростью начали произрастать трава, цветы, деревья. Становилось больше света, небо меняло цвет с чернильно-синего на голубое, стали видимы и ощутимы солнечные лучи. Оживающую территорию стали наполнять звуки, причиной которых были птицы и звери. Что?! Да, это же шум воды! Я вижу, как появляется река. Это было невозможным.

Это действие завораживало. Целый спектр чувств, и скорость каждого из них равна скорости другого. Именно в эту секунду, в секунду встречи человека с доселе ему неведомым, они сталкиваются: «Бам!» и сливаются во что-то единое, взрывающее его реальность, не позволяющее ему думать и действовать рационально. Это произошло и с нами. Мы не могли шевелиться и даже дышать.

Как цунами, жизнь накрывала неприглядную поверхность этой планеты. В какую сторону не глянь, родные глазу пейзажи, нарисованные земной природой. Нет, вернее было бы сказать, что нарисованы эти картины, повергшие нас в шок, были существа, которых после увиденного невозможно назвать людьми, так как ни один человек на не был бы способен на это.

С трудом выйдя из состояния оцепенения, мы сняли скафандры и в след за нашими новыми знакомыми расположились прямо на траве.

Мы были невообразимо удивлены тому, что можем дышать, потому что мы знали из чего состоит воздушная масса этой планеты и были уверены, что никак не обойдёмся без баллонов со смесью привычного нашим легким воздуха.

Садясь на траву, мы не верили, что она настоящая, поэтому с осторожностью и сомнением трогали и рассматривали её.

Беседа продолжалась длительное время, но мы, словно пребывая во сне, не чувствовали его.

Я никогда не забуду ни одной детали этого разговора, ведь они навсегда врезались мне в память. Но самым потрясающим для меня оказался ответ на вопрос о том, кто же они:

- Мы жители Вселенной. Мы постоянно находимся в движении, путешествуем, останавливаемся и проверяем, всё ли в порядке с планетами, звёздами, метеорами, метеоритами, кометами, черными дырами, в общем, со всеми космическими объектами, даже с теми, названий которых нет в вашем языке, так как вы даже не подозреваете о их существовании. Наблюдаем за состоянием космических тел, следим и контролируем протекание всех процессов во Вселенной. Для нас важен баланс. Баланс прежде всего. Очень сложно объяснить, кем мы являемся. У нас нет внешней оболочки и маленькой частички энергии внутри, как у вас. Мы и есть энергия. В ваших земных языках существует такое понятие как высший разум, так вот ближе всего нам подходит именно это определение, хотя у вас принято отождествлять это с Богом. Это неправильно. Ваши божественные теории ошибочны. Только человек мог такое придумать, написать и заставить ему подобных в это верить, - последняя фраза сопровождалась скептической улыбкой. - Мы облачились в данные образы, глубоко проанализировав вас. Всё, что вы видите сейчас, – она указал рукой на все те просторы, которые в мгновение ока запылали жизнью, - не было создано нами, оно есть часть нас.

Абсолютно каждое слово производило на меня неизгладимое впечатление.

Спустя несколько часов, увидев или почувствовав нашу усталость, наши собеседники сообщили об окончании разговора на сегодня, сказали, что нам лучше подняться на борт и отдохнуть, а завтра мы продолжим беседу, когда они вернутся с другой стороны планеты. Ещё они дали совет: не смотреть на их уход, потому что это может быть вредным или опасным для нас, ведь ещё чуть-чуть и их появление ослепило бы нас.

Они исчезли слишком быстро: когда мы прильнули к иллюминаторам, не было никого и ничего, лишь тёмная безжизненная поверхность этой планеты.

Капитан сразу же связался с Землёй и рассказал, что произошло с нами после выхода на поверхность этой планеты, озвучил самые важные и значимые аспекты нашего разговора, поделился своими впечатлениями, предположениями и опасениями. В конце концов, получил приказ: доставить встретившихся нам существ на Землю.

Все мы сидели рядом и слышали этот разговор. Мы понимали, насколько эта затея опасна и рискована, а самое главное мы осознавали, что выполнить приказ мы сможем лишь в том случае, если повстречавшиеся нам сверхразумы сами захотят посетить нашу родную планету.

Никто из нас долгое время не мог отправиться в царство Морфея, нам не давали спать пережитые чувства, эмоции и впечатления. Лично у меня помимо всего прочего постоянно всплывало перед глазами лицо той девушки, которая отвела меня к кораблю. Я влюбился. Несмотря на помехи, мы всё-таки уснули, кто-то раньше, кто-то позже, и проспали порядочное количество часов. Причиной нашего пробуждения послужили солнечные лучи, заглядывавшие в иллюминаторы и созданные нашими новыми знакомыми. Это означало лишь одно: они уже здесь и ждут нас для продолжения разговора.

Мы завтракали плодами с деревьев, вновь выросших после вчерашнего внезапного исчезновения. За завтраком мы не вели никаких официальных бесед, а разбились по парам и мило болтали обо всём, что приходило в голову. Я, конечно же, был с ней, преодолевая смущение и стараясь не показывать, что таю как сливочное масло на солнце от её улыбки или продолжительного взгляда глаза в глаза.

Я был настолько очарован ею, что мне стало казаться, будто она тоже не равнодушна ко мне. Вы же знаете, как легко обмануться в таких делах, как приятно принимать желаемое за действительное, но очень уж хотелось верить, что она влюблена в меня.

После мы все вместе прошли на борт нашего шаттла и там капитан огласил нашим знакомым своё предложение: отправиться вместе с нами на Землю. Они переглянулись друг с другом, поблагодарили за приглашение и сказали, что с удовольствием совершат это путешествие вместе с нами, ведь они ни разу не были на Земле.

Не теряя времени, мы приступили к подготовке шаттла к отбытию. Спустя пять часов мы уже бороздили космическое пространство, направляясь к нашей родной планете.

Во время полёта я не мог не обратить внимание на то, что в большинстве случаев мы всегда делились на пары, состав которых оставался неизменным. Я почти всегда находился со своей возлюбленной. Особые отношения были замечены мною в каждой паре: было видно, как им приятно находиться рядом друг с другом, обоюдная симпатия читалась с их лиц.

Исходя из своих собственных предположений, я решил, что наличие связи и её объектная ориентированность, обусловлена именно первой встречей, то есть кто, кого первым встретил, к тому и привязался. Как-то так.

Не знаю, как у остальных, да и если быть честным, мне не было дела до остальных, но наши с ней отношения развивались. Теперь я точно был уверен в том, что чувства мои взаимны. И если вдруг кто-то скажет вам, что в то время он был самым счастливым, не верьте ему, он лжёт, ведь самым счастливым в то время был я.

И как вы думаете, что сделало наше руководство, когда мы прибыли? Всё верно, изо всех сил изображали дружелюбие и любезность, и, если сказать честно, справлялись они с этим неважно.

Гости были степенны, спокойны и открыты. Для них мы не представляли никакой опасности или угрозы, поэтому, думаю, у них даже не возникло мысли занимать оборонительную позицию. Быть уверенным в наших силе, мощи, и даже превосходстве, являлось самым ошеломительным заблуждением.

Старшие чины провели допрос наших гостей и распределили их по камерам, всё равно что тюремных заключённых или подопытных кроликов. Ведь именно так следует принимать гостей?

И только дурак мог решить, что наши визитёры продолжат сидеть в камерах, покорно сложив ручки на коленочках в ожидании очередного допроса, медицинского обследования или опытов.

Абсолютно естественным образом, не привлекая к себе никакого внимания, они исчезли оттуда. Скорее всего им было достаточно лишь взгляда, чтобы понять, как функционируют замки, и доли секунд, чтобы открыть их. Система безопасности никак не отреагировала на их уход. Их просто не стало.

Я очень боялся, что больше не увижу её, поэтому все эти дни находился в ожидании того, что она вернётся ко мне. И, наконец, этот момент настал. В один вечер неожиданно дверь моей комнаты открылась, и она, мило улыбаясь, вошла внутрь.

- Привет, – приближаясь, говорит она мне.

Как я был рад, вы бы только знали! Я подбежал к ней и заключил в объятья. Не мог ослабить хватку, казалось, что стоит расцепить руки и она испарится. Она поцеловала меня…и как-то вдруг стало не до разговоров.

Спустя несколько часов дар речи вернулся ко мне и очень сильно желал, чтобы я им воспользовался. Я сказал:

- Я люблю тебя.

Ожидая услышать аналогичную фразу в ответ, я уловил лишь тишину.

Это было совсем на меня не похоже, но я спросил:

- Что ты чувствуешь ко мне?

На что она ответила:

- Я попытаюсь объяснить тебе. Видишь ли, в чём дело, наши, если это так можно назвать, расы совершенно разные. Между нами общего почти ничего. Так вот, если у вас что-то есть, это вовсе не значит, что и в нас это тоже присутствует. Когда мы встретились мы максимально адаптировались для вас и под вас, на протяжении всего нашего общения мы изучали вас, перенимали многое, например, мы учились применять эмоции целесообразно речи, это не давалась нам так просто, потому что эмоции-это физическое, почти материальное, наглядное выражение испытываемых чувств. Мы столкнулись с тем, что не можем ничего испытывать, мы лишены чувств, присущей только вам отрады и проклятия.

Меня будто окатили ледяной водой: женщина, которую я люблю, во взаимности чувств которой я был уверен, только что разрушила все мои воздушные замки.

- И ты хочешь сказать, что это была не шутка?

Она отрицательно покачала головой.

Я нахожусь в недоумении: зачем она обманывала меня тогда, или зачем делает это сейчас! Обида, боль, рухнувшие иллюзии смешались в какое-то странное, чувство которое я никак не могу охарактеризовать, но которое заставляет меня повысить голос:

- Тогда я не могу понять, почему ты вернулась ко мне?! К такому никчёмному, которого ты прочла от и до за пару секунд! Что заставило тебя посетить меня?!Что во мне такого особенного? Почему именно я?! Что тебе тогда от меня нужно?!

Стало жарко, кровь прилила к лицу, дышу тяжело, а она смотрит на меня и как всегда так спокойна. На несколько секунд повисает пауза, и она даёт мне свой ответ:

- Ты первый человек, которого я встретила. И ты часть меня. Ты, действительно, огромная часть меня. Или вернее сказать, я огромная часть тебя. Ведь что такое человек, – опять она пустилась в рассуждения. Как же тяжело сейчас слушать её ровный тон, когда внутри меня всё бушует, но моё желание узнать ответ настолько сильное, что я не посмею прервать её. – Весь человек он здесь, – постучала указательным пальцем по голове. – Знания, умения, воспоминания, предпочтения, взгляды, привычки, опыт, желания, да, вся жизнь. Всё здесь. Я создала себя такую, - она опустила руки вдоль тела и раскрыла ладони, - по образам из твоей головы. Полностью, до каждой мельчайшей детали. Я выбрала всё самое лучшее, самое любимое твоему сердцу, самое приятное твоим взгляду, слуху и обонянию. Черты лица, фигуру, причёску, кожу, ногти, родинки, цвет платья, я собрала это из притягательных особенностей всех людей, которых ты видел хотя бы раз в жизни. Я проанализировала их полностью. Я целиком состою из твоих предпочтений. Для тебя я идеальная женщина. В некотором роде, ты создал меня такой, какая я есть сейчас. Я прихожу к тебе, потому что, ты единственный человек, который мне интересен. Ведь до тебя я не встречала людей, а ты послужил для меня отличным примером человеческой природы. Ты – моё открытие, как и я твоё, - на протяжении всей своей речи она чуть улыбалась. – Если бы я могла чувствовать, наверное, я бы влюбилась в тебя.

Я не фанат истерик, особенно непривычно примерять на себя роль истерички, поэтому я пытался держать свои чувства под контролем.

- Что ж я всё понял, - сказал я, стараясь вложить как можно больше безразличия в эти слова.

- Сегодня ночь мы завершим начатые дела и совсем скоро покинем вашу планету. Ты забудешь меня достаточно быстро, ведь такова ваша память, - произнесла она.

Не было в её лице ни злорадства, ни равнодушия, которое могло бы окончательно добить меня. Мне дали ясно понять, что игра, в которой я, сам того не осознавая, принимал участие, закончена. Поэтому я не желал продолжать говорить о нас: обнажать свои чувства и не получать на них никакого ответа.

Несмотря на то, что творилось у меня внутри, а, может, именно благодаря этому я наконец-то сложил два и два и спросил:

- Ты сказала дела. Что за дела у вас здесь на нашей планете?

Новостные программы после нашего прибытия превратились в перечень ненормальных бедствий и несчастий, внезапно обрушившихся на землю. То, о чём там говорили, повергало меня в ужас, но жил я в то время другими мыслями. Я был уверен, что всё, творящееся сейчас в мире как-то связано с моей гостьей и её товарищами:

- Вы что решили нам судный день устроить, что ли?! Это ваших рук дело: ливни в пустынях, снег в тропиках, аномальные жара и холод там, где им быть не следовало?

- Да, мы взяли на себя ответственность по восстановлению баланса на вашей планете, - ответила она.

- Но почему? Вы же прибыли на Землю в качестве гостей! Почему вы ведёте себя как хозяева? Кто дал вам право применять такие методы, от которых погибнут и люди, и растения, и животные. Вы играете с климатом, а вместе с тем и с миллиардами жизней, - вопрошал я в возмущении.

- А кто дал вам право так жить? К тому же ваша прописная истина гласит о том, что выживает сильнейший. На это рассчитаны наши методы. Мы знаем, что делаем, - она была невозмутима.

- А как же невинные дети?! – я пытался её понять, но не мог.

- Человек не может быть невинным. Посмотрите, во что вы превратили вашу замечательную планету. Ей приходится выживать. Мы используем её мощь ей же во благо.

- Что ты такое говоришь?! Я не верю своим ушам! Вы обрекаете на гибель людей, у которых есть семьи, дети, мечты, цели! Вы понимаете это?

- Нам ли этого не понимать. Но вы люди, лишь потому что умеете мыслить и говорить, придумали для себя такое понятие как смысл жизни. Ищете своё место в жизни. Но открою тайну: вам не стоит беспокоиться о месте, не стоит торопить событий, оно у вас заведомо есть - это участок земли два метра длинной, один шириной, полтора глубинной. А смысл жизни? Как бы это не было банально: продолжение человеческого рода и обеспечение надлежащего обмена веществ на планете. Сколько там весит ваша душа? Около двадцати одного грамма? Эта ваша энергия не составляет и тысячной доли от нашей. Мы – это тонны, километры энергии, а вы всего лишь ничтожно малые астероиды, которые сколько бы не падали, всё равно сгорят. А хочешь знать, что вас ждёт там, после смерти? Я скажу тебе. Ничего. Пустота. Не чувствовать, не видеть, не слышать, не думать, не помнить. Вакуум в вакууме. Вот, что вас ждёт. А ты так много роешься и копаешься в себе. Тебя так мучает этот вопрос о смысле жизни, о предназначении. Ты затёр это в себе до дыр. Это твоя навязчивая идея. А тут всё просто.

Я не знал, что на это ответить, мне было неприятно слышать такое, я не хотел этому верить. Мне было очень обидно слышать это от неё.

Мне всегда чего-то не хватало. Я всегда жил в ожидании чуда, думал, что вот-вот должно произойти то, что перевернёт, раскрасит мою жизнь, но этого не происходило. Всё было так однообразно, серо и неинтересно. Я действительно считал, что у меня есть какое-то предназначение, о котором я не догадываюсь. Надеялся, что проживаю жизнь не в пустую, и что я нужен и полезен кому-то.

Я растворился в страхе и жалости к себе. В отличие от неё я чувствовал слишком много. Чувства, как лавина, завалили тот самый путь, где мысли преобразуются в слова, поэтому я молчал.

Она нарушила тишину:

- Будь внимателен сегодняшней ночью. В твоей жизни случится кое-что решающее.

Моё молчание на её взгляд.

- Прощай, - последнее, что было произнесено этим чудным голосом, который я никогда больше не услышу.

Ком в горле. Я сижу на стуле, а она выходит из моей двери навсегда и прямо в вечность.

***

- Я так рад видеть тебя здесь и сейчас. Целых шесть лет прошло с того момента, как мы виделись в последний раз. Потом все эти бесчисленные бега и переезды. Я узнал тебя сразу, как только увидел! – Я был так счастлив видеть впервые за шесть лет мою бывшую коллегу по космической экспедиции, с которой мы совершенно случайно столкнулись в магазине. Сейчас мы сидел в гостиной моего очередного дома и разговаривали. Обсудить нам было что, уж поверьте!

- Ты живешь здесь не один, ведь так? – Спросила она, принимая во внимание обстановку, царящую в этом доме.

- Я живу с мамой и дочерью.

- Ого, ты успел обзавестись ребёнком? Это правильно. Это здорово! Я вот недавно тоже вышла замуж, – она показала кольцо на безымянном пальце и лучезарно улыбнулась.

- А вот я по-прежнему холост. Но дочь у меня есть! - Я почему-то смутился и произнёс последние слова с дурацким хихиканьем. - Просто они с бабушкой пошли по магазинам, а это надолго.

Моя собеседница никогда не отличалась большим тактом, поэтому вопрос её был ожидаем:

- Извини, а её мама?

Я не знал, что на это ответить, поэтому выпучив глаза, тёр себе шею, как будто бы это помогло бы выстроить дальнейшую речь правильно.

- Перед своим исчезновением, перед тем как покинуть Землю, она оставила мне нашу дочь.

- Я не очень хорошо тебя понимаю. Ты хочешь сказать, что матерью твоей дочки приходится та внеземная всемогущая женщина? – На лице моей собеседницы отразилось недоверие или вернее сказать выражение: «Вообще-то, я не дура, чтобы ты водил меня тут за нос».

- Да, и я нисколько не сомневаюсь в том, что это наша дочь. Моя и её.

- Они были здесь всего около недели…- На её лице читалось, что она ни капельки не верит в «этот бред».

- Всего несколько часов понадобилось ей, чтобы создать ребёнка. Неужели ты думаешь, что им, за несколько секунд сотворившим живые ландшафты на той планете, неподвластно создание человека? Я знал, что это наша дочь, когда нашёл её.

- Ты сказал, что нашёл её? А что если это просто совпадение? Что если кто-то как раз именно в тот день, когда они исчезли, подбросил тебе ребёнка?

- Нет, это наша с ней дочь. Я точно знаю это. Она очень сильно похожа на меня и на неё. От неё она унаследовала многое. Изначально, как мне казалось, она была обыкновенным ребенком, который очень много плакал и не давал мне спать. Я даже не обратил внимание на то, что разговаривать она начала рано, потому что делала это как все обычные дети, сначала: «агу-агу», потом «би-би», «ням-ням», «па-па», «ба-ба», коверкала слова, с каждым днём она училась говорить всё лучше и лучше. Как-то раз, когда я читал ей сказки перед сном, она попросила научить её читать. Она всему учится очень быстро. Читать, писать, рисовать. Я не поведу её в школу… Знаешь почему? – Я не хотел ей ничего доказывать, но раз уж начал, нужно было договорить до конца. Тем более кто, если не она, должен был меня понять? - Она прошла всю школьную программу, сидя дома. Она к своим шести годам знает, пожалуй, больше меня. В область её интересов входит абсолютно всё. Нам приходится переезжать лишь потому, что она становится слишком заметной. Чем она только не занималась, и в чём только себя не пробует - я просто устану, если буду перечислять. Мы не можем нигде задержаться, потому что её стремление к развитию очень велико. Она может выучить всё что угодно за пару занятий. Выучить и исполнить. Она в совершенстве знает порядка десяти языков. – Произнося это, я наблюдал на лице моей собеседницы борьбу двух чувств: неподдельного изумления и веры в моё сумасшествие. - Ты считаешь это совпадением? Или, может, думаешь, что я свихнулся и пытаюсь обратить тебя в свою веру? Пойдём поднимемся наверх, и я покажу тебе её комнаты.

Услышал, ожидаемый вопрос:

- Почему комнаты, а не комнату? У неё их несколько?

- Естественно, - утвердительно ответил я, поднимаясь наверх, - нам бы понадобилась резиновая комната, чтобы разместить все её принадлежности для обучения и развлечения.

Я открыл дверь, и она увидела, что повсюду очень много книг, самых разных: и учебной и художественной литературы полно. Мольберт с великолепным портретом, стопки карандашных рисунков, песен и стихов, вышивки, швейная машинка, гитара населяли эту комнату, другую - пуанты, станок, боксёрская груша, лук со стрелами и мишенью, шпаги, спортивные коврики, маты, в общем, много различного спортивного инвентаря, купленного с рук или так часто использовавшегося, что изрядно потерявшего свой товарный вид.

Я понимал, что скорее всего мне не удастся убедить её в своей правоте, но очень хотел показать ей это всё и обсудить то, что произошло с нами шесть лет назад. Что это за доказательства такие? Всего-навсего две самые обыкновенные комнаты.

- Я не могу поверить. Неужели такое возможно?

Я покивал головой в знак согласия:

- Её быстрое и стремительное развитие даёт мне уверенность в том, кто её мама, а тот факт, что она моя дочь, я очень чётко осознаю, когда она проявляет свои эмоции. Когда бежит и падает, а потом плачет из-за того, что ей больно. Когда она радуется, что я купил ей очередную книгу или игрушку. Когда переживает за героев фильма. Она чувствует. Она умеет чувствовать. Она не притворяется. И каждый раз, когда она улыбается, плачет или корчит гримасу, я понимаю, что это умение чувствовать и проявлять свои эмоции у неё от меня.

Не знаю, поверила она мне всё-таки или нет, но спросила, может, просто ради интереса:

- Ты когда-нибудь задавался вопросом, почему напоследок она оставила тебе столь ценный подарок?

- Хах, иногда я предпочитаю, думать, что она оставила мне частицу себя, потому что я был ей дорог, – не мог не поиронизировать над собой. - Но порой мои догадки очень сильно пугают меня.

- Ещё бы они не пугали. А что если её оставили здесь неспроста? Думал ли ты о том, что у неё может быть особое предназначение?

Я выждал паузу, посмотрел ей в глаза и ответил:

- Я живу с этой мыслью.

0
580
19:47
В который раз задаюсь вопросом, почему хорошие и интересные рассказы минусуют. Если с чем-то не согласны, оставьте комментарий, аргументируйте. Нет, комментарии часто или отсутствуют, или их мало. Неужели авторы так бояться конкуренции? Чему быть того не миновать, вас это не спасет…
Теперь к рассказу. Хорошая научная фантастика в духе Соляриса и Звездного пути, с философским аспектом. Есть проблемы со стилистикой, но читается легко и интересно. Автор молодец. Удачи в конкурсе!
20:12
Философия: баланс — главное, лавстори: «Прости, мы разные» (эта часть описана общими словами, без подробностей). Мотивы инопланетян: сначала заботились, объясняя балансом, позже: " Баланс — выживание сильнейшего" (так человечество и выступает в роли «сильнейшего»- не стоит вмешиваться). Вначале инопланетяне считали себя гостями на чужой планете (как, кстати, там установили жизнь, если не было ни условий, ни контакта?), потом адаптировались под людей и решили поменять климат. Противоречия объясняются только желанием ввернуть нежданчик. Роль дочери непонятна (хоть и символ продолжения жизни, но на планете же «баланс»). Но и минусы тоже не понимаю.
ИМХО: автор по логике завязки вроде бы должен был выйти на поддержание природы и, соответственно, человечества, но не прописано это, так как захотелось ввести конфликт «цивилизация- природа». По моему мнению, стоило хорошо показать что-то одно, чтобы получилось без несостыковок, но в тексте поднимается много вопросов. В целом нормальный рассказ.
21:28
+1
Чёртов шлем! Вспыхнул и сразу же погас.
Вспыхнул шлем?!?!?
Вот именно, что это было.

Всё-таки тьма космоса начинает проглядывать через эту пелену на глазах.
Мне кажется, что не совсем удачное предложение.
Тьму видеть?

И тут начинает проносится вся моя жизнь, и несётся она так стремительно, что я еле поспеваю за этими картинками.
То есть жизнь понеслась и наш герой вслед за этой жизнью едва успевая перебирать ногами. Так что ли?
Предложение слишком буквально передает словосочетание "жизнь понеслась".

и проспали порядочное количество часов.
Фраза корявая.
Нормальный человек так никогда не скажет.

Еще и дочь…

Рассказ полон противоречий.
Все эти моменты:
Встреча в космосе;
Поляна на чужой и опасной планете;
Если бы они сделали купол, купол, КАРЛ!!! а потом поляну, можно было бы понять, а так притянуто за уши;
Полет на Землю;
В космолете?
Энергия?
Чужеродная?
Они могли и так прилететь, через космос, как и летали до этого. Сканировать карту, и полететь.
Автор при написании рассказа не продумал сюжет. Ему пришла в голову идея, он эту идею и описал. Но это не сюжет.
И это не законченный рассказ.
Финала как такого нет.
Оценивать не буду. Нет желания.

P.S
Боже, я когда-нибудь здесь прочитаю рассказ который ЗАКОНЧЕН!!!
Который имеет окончание, логическое окончание, а не оборванное повествование…

P.P.S.
Это так, мысли в слух, не имеющие никакого отношения к данному повествованию.
20:52
Да, есть тут такой! Ищите, да обрящите))
06:38
И тут начинает проносится вся моя жизнь так начинает или проносится?
канцеляризмы
коряво
про логические косяки уже указали
слишком много «я»
вторично, банально и скучно
С уважением
Придираст, хайпожор и теребонькатель ЧСВ
В. Костромин
Загрузка...
Ekaterina Romanova №1