Юлия Владимировна

Художник

Художник
Работа №145

В этой истории пойдёт речь о том, как один юный дракон стал художником. Спорным будет утверждение, что это произошло только благодаря случаю.Тяга к изящному могла быть в драконе наследственной чертой.

Например, Тёмин дед – золотой дракон Венеамин до Заокраинных земель прославился своими хокку и исскуством составлять композиции из тел, оружия и доспехов побеждённых рыцарей.

Но увидеть композиции дракона могли только пастухи с окрестных холмов. Не будучи эстетами, они всё же любопытствовали, и нередко посещали склоны драконьей горы. В отличие от рыцарей, они могли не опасаться золотого дракона – Вениамину льстило внимание людей к его творчеству. Выставки дракона стали особенно популярными, когда было замечено, что у наиболее любопытных пастухов Венеамин перестал жрать баранов.

… Ещё вчера по дороге, ведущей к пещере золотого дракона, проехали три рыцаря, да не вернулись. А утром дракон уже колдует над приехавшим накануне материалом… Здесь нужно заметить, что Венеамин был настолько грозен и могуч, что самые доблестные воины, наплевав на единоличную славу и правила честного поединка стали сбиваться в отряды, надеясь одолеть Тёминого деда.

… Глубоко и печально вечернее сентябрьское небо, колышется высокая пожелтевшая трава на склонах горы и крупный кленовый лист слетает на каменный стол, за которым, не снимая доспехов, пируют три товарища.

Один из рыцарей уже спит, уронив голову в шлеме на стол, его товарищ ещё сидит, сжимая кружку, но другая его рука уже тянется к кинжалу на поясе: третий рыцарь в хвастливой позе держит белый, с ажурной вышивкой, платок.

Пир затянулся, и

Вечность они,

Делят ту, что давно умерла.

Не будет сегодня других дел у дракона.

Проникаясь красотой секунды, он тихонько парит над горой. Его душа и природа, его печаль и синеющее небо сейчас единое целое. Прозрачная слеза выкатывается из драконьего глаза, и по этому следу в золотых чешуйках начинает играть красный закат…

Наутро дракон Венеамин наполнит горячим дыханием лёгкую оболочку, напишет на ней своё хокку, и, дождавшись попутного ветра, запустит шар в тот край, откуда приехали накануне гости.

… Прославленному рыцарю Кокс де Вальтрасу однажды было предсказано, что память о нём сохраниться в потомках. Не успел рыцарь обрадоваться, как астролог добавил, что, похоже, сделано это будет в виде трёхстиший, отчего сей воин очень побледнел, и резво ушёл менять доспех.

А Тёмин талант открылся следующим образом.

Однажды у Его Величества, короля Громотряса пропал ботинок. Чёрный, лакированный, сшитый по заказу на монаршую ногу. Ещё сонный, король попытался обозреть покои, но пары первому ботинку не нашёл.

Ботинок? Плевать.

Обуви во дворце хватает, и для короля пара найдётся.

Так решил король Громотряс, покрутив босой ногой. С минуты на минуту должны были появиться министры, и королю пора было обуться.

«Здорово я вчера орал на этих взяточников… – подумал он, – поди до сих пор трясутся, идти не хотят… Приму-ка я их сегодня в халате и тапочках. В домашнем халате и стоптанных тапочках я уже не буду так страшен для них… »

Он позвонил слуге, и тот помог ему одеться.

Облачённый в халат государственных расцветок, король подошёл к зеркалу. Бросил самому себе властный королевский взгляд, пригладил усы и бороду.

Увиденным остался доволен.

«Слуга царю, отец солдатам…» – ухмыльнулся сам себе.

Приосанясь, он стал прохаживаться по просторному кабинету в ожидании министров, слегка коря себя за попустительство высшим чиновникам, поскольку те уже опаздывали.

Дверь скрипнула, но не открылась. Король прислушался. Сдавленным шёпотом, за дверью шла ожесточённая перепалка.

Король улыбнулся в усы, подошёл к креслу, и, нажав в стене незаметную кнопку, уселся поудобнее.

«Господа, я не могу сделать этот доклад! Для меня это будет самоубийством! – взмолился где-то над королевским ухом Премьер-Министр, – Вчера король чуть не отправил меня к месье Гуманисту! И я его понимаю: мы совершенно прохлопали приготовления наших соседей к войне».

«Разведка находится в ведении Секретного Министра!»

«Правильно, господа! Конечно, как глава кабинета министров, я отвечаю за всё, но и господин Секретный Министр должен понимать, что вслед за мной к месье Гуманисту отправится именно он! Где вы, уважаемый?!»

«Я здесь». – Узнал король голос Секретного Министра.

«Прекрасно! А вы знаете, что в прошлом месяце месье Гуманисту было отказано в приобретении новейшей установки сами понимаете какого назначения – мы хотели сэкономить… Ах, как это было недальновидно! Потому что рубить головы, да, да! рубить головы! и вам! и мне! месье Гуманист станет старым, тупым топором!»

«Почему тупым!? – послышались озабоченные голоса. – Месье Гуманист обиделся?»

«Несомненно! Ведь он всегда стремился делать своё дело как можно лучше… Мне иногда кажется, что месье Гуманист – самый добросовестный из тех, кто находится на службе у короля. И такому человеку мы отказали!»

«Как вы могли!» – укоризненно послышалось со всех сторон.

«В сторону эмоции, господа. – Сказал Секретный Министр. – Спасти положение можно, и я это сделаю. Да, наши соседи – Мурландия готовятся к войне. С кем? Конечно, с нами. Почему? Потому, что мы готовились к войне с ними. А почему мы готовились к войне с ними? Потому что они готовились к войне с нами. Ну и так далее, это всем понятно, не будем углубляться в геополитику. Но вверенная мне структура работает чётко, и неправильно говорить, что нас застали врасплох».

«Вы что-то знаете?» – с надеждой в голосе спросил Премьер-Министр.

«Наш агент в столице Мурландии прислал вчера донесение, в котором должны содержаться сведения на этот счёт».

«Так вы ещё не прочли донесение?!»

«Распоряжение Его Величества – послания такой важности он читает первым. Не беспокойтесь, господа, я вчера отнёс ему шифровку и, думаю, сегодня он нас просветит…»

– О чём это они? – вслух удивился король Громотряс.

«Уже лучше…– задумчиво произнёс Премьер-Министр. – Но как сказать ему про армию?»

«А что с армией?» – спросил его кто-то.

«Аграрный Министр! Вернитесь на землю! Уже все знают, что произошло с нашей армией, кроме короля, конечно».

«И что же?»

«А то, что её больше не существует. И это в преддверии войны с Мурландией! А кто в этом виноват? Правительство и парламент».

«… Ага, кажется, я догадываюсь. – Сказал Агарный Министр.– Вы её реформировали».

«Вы неглупый человек, господин Аграрный Министр. – С горькой усмешкой сказал глава правительства. – Вот только законы зачем-то пишете… Да, наша армия разбегается, и причиной тому – законодательные новшества».

«И с каких это пор в войсках читают наши законы?»

«Совершенно верно! И мы также думали. Испокон веков наша армия держалась на принципах, которые к области права не имели никакого отношения. Но король велел провести армейскую реформу, и нам пришлось это сделать… Дальше случилось непонятное: самые неудачные и, я бы сказал, компрометирующие государство, параграфы закона в считанные дни стали известны в войсках. Клянусь, здесь не обошлось без мурландских шпионов! Я, полагаю, они рассчитывали на бунт, но, к счастью, этого не случилось. Половина армии просто разошлась по домам, а вторая половина осталась в гарнизонах – и теперь это хорошо вооружённые лагеря мародёров. Каково?»

«И чем же мы теперь располагаем?»

«Осталась королевская гвардия, но этих даже специально не разгонишь – им очень неплохо живётся в столице… Остались также пограничные части и таможня. Первые ловят всех, кто ошивается в приграничной полосе, считая каждого пойманного шпионом, и потому о законах пока не знают… Почему остались вторые, объяснять не нужно».

«Сукины дети… » – пронеслось в голове у ошарашенного короля. Ему вспомнился министр финансов, которому он вчера подписал ведомость на выплату армейского жалования.

«Интересно, он хотя бы потрудился сбежать?» – спросил себя король.

В эту минуту стали входить министры. В череде кланяющихся лиц мелькнула физиономия главного финансиста.

«Этого на закуску». – Решил король.

– Ваше Величество! – быстро сказал Премьер-Министр, – Мы должны начать с вопроса первостепенной важности. Правительству необходимо знать содержание секретного донесения, переданного вам вчера господином Секретным Министром.Где туфли, которые он принёс вам вчера?

– Причём здесь туфли, – невпопад ответил король, – я в тапочках.

– Ну, как же, Ваше Величество, вспомните! На оборотных сторонах стелек записано шифрованное донесение от агента. Левая половина текста на правом ботинке, а правая на левом. Наш агент в Мурландии – обувной мастер и его донесения приходят к нам через границу именно в таком виде.

– Да, припоминаю, – удручённо сказал король.

Вчера он не стал читать донесение и велел поставить ботинки около кровати, а сегодня пытался их надеть. Но где же, чёрт побери, вторая туфля?

Стали искать – не нашли.

Ещё не успели поступить предложения, как в соседнем крыле дворца, где находились покои королевы, распахнулось окно и знакомый голос, с леденящими душу короля стервозными нотками, громко, на всю столицу (так показалось присутствующим), прокричал:

– Все ищем ботинок Его Величества!

«Королева!..»

Король бросил взгляд на министров, они были бледны.

– Как она узнала? – испуганный король бросился к окну.

Шум города стих и король готов был поклясться, что во всём королевстве наступила такая же тишина. Словно замер гигантский слаженный механизм. Замер и пытается разобраться, что случилось, и что за шестерёнка желает крутить всю эту махину в ином направлении.

Плотник бросил строгать, кузнец ковать, монах причащать, больной умирать, вор вынул руку из чужого кармана. Остановились часы, лошади, реки, мельничные колёса, облака, чревоугодники, палачи, прелюбодеи и казнокрады.

Потянулись те самые секунды, от которых седеют монархи.

… На окраинной сторожевой башне едва слышно пропел горн. В ответ у собора в квартале пивоваров заухал колокол, и улицы города стали оживать. Нехотя, маховик королевства тронулся – все искали ботинок Его Величества.

Замигали вышки светотелеграфа, уносившего распоряжение королевы к дальним рубежам, и, глядя на эти огоньки, король Громотряс вытер со лба холодный пот.

«На этот раз обошлось… – подумал он, – но что она крикнет в следующий раз?»

Похоже, министры были того же мнения.

– Жаль, что не удалось этого избежать, Ваше Величество! – раздался голос из шеренги министров.

– Что? – отвлекаясь от своих мыслей, спросил король. Голос явно принадлежал Секретному Министру.

Внимательно вглядываясь в лица, король прошёл вдоль шеренги чиновников. Дойдя до её конца и чувствуя себя совсем глупо, он спросил:

– Ну, где ты, покажись!

– Вот он я, Ваше Величество. – Отозвался человек из середины.

– Фу, ты, чёрт, – облегчённо вздохнул король, – ни привыкнуть, ни запомнить. И чего у тебя внешность такая неприметная?

– Профессиональное… – скромно ответил министр.

– И чем же ты недоволен?

– Ботинок содержит часть секретного донесения. Даже если его найдут и принесут к нам, может произойти утечка. Или раскроют нашего агента.

– Что же теперь делать?

– Уже ничего не поделаешь, но можно искать более направленно.

– И как? – поинтересовался король.

– У нашего ведомства есть свои методы, Ваше Величество. Мы готовы, вы только мигните.

– Ну? – спросил король.

Преданно глядя ему в глаза и чего-то, ожидая, министр молчал.

– Чего ты на меня вылупился! – вспылил король, снова чувствуя себя глупо.

– Мигните, Ваше Величество.

Ничего не понимая, король мигнул.

Министр отцепил от пуговицы цепочку, вытянул из кармана часы и пустил секундомер. В тишине зацокала секундная стрелка.

«Непременно отрублю ему голову… » – наливаясь краской, думал король Громотряс.

По прошествии минуты Секретный Министр сказал:

– Извольте взглянуть в окно, Ваше Величество.

Плотная густая ругань висела над дворцовой площадью. Толпа на площади шумно колыхалась, в ней давали тычки, крутили руки, пихали под рёбра. Как молекулы двух разных веществ, в толпе постоянно взаимодействовали стражники и горожане, и было ясно, что эта структура, собранная стараниями Секретного Министра, долго ещё не придёт в равновесие. Королю даже показалось, что в толпе мелькнула верблюжья морда.

– Это что? – строго спросил он Секретного Министра.

– Подозреваемые, Ваше Величество.

– Быстро ты… У тебя, что списки заранее готовы?

– А как же, Ваше Величество.

– Ну, ты хотя бы верблюда отпусти…

– Кого? – министр подошёл к окну и пошарил взглядом по толпе.

–… Действительно, верблюд... – он явно задумался, – отпустить, говорите? Не всё так просто: случайность – оборотная сторона закономерности. А что? Зоопарк – прекрасное прикрытие для шпиона. Так что верблюдом я займусь лично.

Его Величество поймал себя на том, что ему импонирует подобное рвение, но недовольную мину на лице сохранил. Несчастный верблюд не выходил у него из головы, явно ассоциируясь с чем-то вчерашним.

… Вчерашним вечером он был крепко навеселе, когда Секретный Министр принёс ему туфли. Любимая дочь, принцесса Аня, хохоча, бегала по комнате, кидая в папу скомканными королевскими бумагами, а папа рычал и пытался её поймать. Секретного Министра король выставил за дверь, а туфли сунул под кровать.

«Но причём здесь верблюд? – раздражённо спросил себя король. – Ах да, в комнате был ещё какой-то зверь. Точно! Дракончик, Анин приятель».

Вскоре явилась Аня, а с ней чёрный, размером с пони, совсем юный дракон.

– Солнышко моё! – радостно сказал король! – славно мы вчера с тобой повеселились, а?

– Просто чудесно, – ответила Аня, – но боюсь, папа, мы безвозвратно загубили с тобой проект земельной реформы.

В шеренге министров кто-то упал.

«Похоже, Аграрный Министр, – подумал король, боясь обернуться, – проработать два года над проектом – не шутка».

Он с умилением посмотрел на восьмилетнюю дочурку. Золотые локоны, серые внимательные глаза, точёный носик.

«Как она сегодня серьёзна! Не то что вчера… Вот сейчас возьмёт и отчитает меня, как в прошлом году, за торговую политику… Умница моя. Дорастёт до совершеннолетия – все дела передам!»

– Знаешь, Аня… – как можно небрежнее начал отец, – у нас тут один ботиночек куда-то запропастился… Вот, ищем.

Аня на секунду задумалась.

«Не тот ли это ботинок, – глазами спросила она, – которым я вчера подгоняла одну лошадку, не желавшую брать барьер?»

«Тот…» – виновато кивнул король.

– Тёма! – спросила Аня дракончика. – Ты ничего вчера не глотал в папиной комнате?

Дракончик выронил из пасти чей-то инкрустированный портсигар и посмотрел на Аню и короля. Янтарные глаза его довольно затуманились, он выпустил струйку дыма и показал один клык.

– Он говорит, папа, что там было много вкусных вещей, он уже и не помнит, был ли среди них ботинок.

«Что-то мне сегодня скипетр не попадался… – холодея, подумал король, – этот славный дракончик легко доведёт нас до революции!»

– Если ботинок у твоего друга в желудке, это не так плохо, – рассудил он вслух, – но как узнать точно?

– Ваше Величество, в этом может помочь наука. – Подал реплику Премьер. – У вашего врача недавно появился рентгеновский аппарат. Отведём дракончика к господину Репу Ван Брюку, и всё прояснится.

«Ну да, сделаем снимок, а там и ботинок, и скипетр и ещё что-нибудь…» – понял король Громотряс.

– Ваше Величество! Я предлагаю другой метод. – Вмешался Секретный Министр. – У нас есть агент небольшого роста, весьма и весьма ловкий малый. Обвяжем его верёвкой, дадим фонарь, слазит к дракону в желудок, посмотрит, а дадим ключ к шифру – ещё и прочтёт половину послания.

«Понимает меня, мошенник!» – восхитился король. Он захотел поощрить его одобрительным взглядом, но опять не угадал, кто есть кто, и встретился глазами с Аграрным Министром, минуту назад пришедшим в сознание. Министр был землист и встрёпан. Королю стало неловко.

– Господа! – спохватился Премьер-Министр, – существует вероятность, что из одной половины послания мы уясним содержание всего документа – давайте расшифруем то, что есть.

Секретный Министр достал из ботинка стельку и, зная шифр наизусть, стал выписывать фразы на лист бумаги.

Вскоре он получил текст:

«1. Каждый день, по утрам, Его Величество король Нахрап изволят принимать… »

«2. Также, король Мурландии выразил готовность ежесуточно заливать... »

«3. Военный совет при короле выразил готовность начать закладывать…»

«4.После урожая зерновых жители приграничных деревень принудительно начали перегонять…»

«5.Королева Мурландии выразила своё недовольство монаршему супругу его неспособностью… »

– По-моему, всё ясно, – поспешно сказал король, – докатились наши соседи, их теперь голыми руками возьмём!

– Послание выходит очень двусмысленным, – покачал головой Секретный Министр, – и нам нужна вторая его половина.

– Ладно, – сдался король, – где ваш агент?

– Полагаю, уже здесь. – Ответил министр. Он отчего-то заинтересовался вазой с фруктами, извлек я оттуда аппетитного вида яблоко с аккуратным вырезом в жёлтом боку. Хмыкнув, Секретный Министр отчего-то взял направление на шкафчик бара. Бутылка лучшего королевского коньяка была открыта и из неё, куда-то в стену, уходила гибкая трубочка.

Несколько подумав, министр достал бумажный пакетик, и, стараясь не прерывать течение жидкости, ссыпал в горлышко бутылки его содержимое.

Осторожно покачав бутылку, министр предложил:

– Подождём, Ваше Величество.

… Где-то за, высоким шкафом страшно всхрипнули, а после раздалось короткое сдавленное рыдание. Затем всё стихло.

– Отодвиньте шкаф. – Кивнул слугам Секретный Министр.

Как хомячка за лапку, министр выудил из пыльного угла, того, кто сидел на другом конце трубки. Он поставил на свою ладонь человечка и стряхнул с него яблочную мякоть.

– Мальчик­- с - Пальчик, господа! – объявил он. – Приветствовать он вас не может, извиним его, он ещё плохо соображает.

Мальчик-с-Пальчик оправдывал своё имя только по части роста – в остальном же, он являлся миниатюрой немолодого, потрёпанного жизнью мужчины. Но, кроме следов недельного загула, было в его лице что-ещё… Король всмотрелся.

У агента было такое выражение лица, словно его беспощадно терзала какая-то мысль, и боль от этого была настолько сильной, что Мальчик-с-Пальчик почти перестал её чувствовать. Но внешнее отражение этой боли и застывший взгляд, обращённый внутрь, производили сильное впечатление.

– Чем это ты его? – спросил изумлённый король Секретного Министра.

– Новый препарат из лаборатории моего ведомства. Действует весьма… своеобразно: заставляет субъекта, принявшего этот порошок, задуматься о смысле его жизни. Строго персонально и немедленно… Конечно, на юнца этот порошочек подействует слабо, но чем больше человек прожил…

– Тебе, конечно, лучше знать, как обращаться со своими агентами, – сказал король, – но нельзя ли было помягче?

– Заслужил, Ваше Величество… Совершенно вышел из-под контроля, а теперь ещё эта хамская выходка в королевских покоях. Впрочем, он приходит в себя.

– Доброго здравия, Ваше Величество! – пробормотал, кланяясь королю, Мальчик-с-Пальчик.

– Тебе, оно, похоже нужнее. – Усмехнулся король Громотряс. – А ведь у дракона в желудке жарковато. На что ты рассчитываешь?

Вместо него ответил Секретный Министр:

– Конечно, определённая опасность существует, но по возрасту дракона можно с уверенностью сказать, что он находится в подростковом периоде. Когда происходит ломка юного драконьего организма, драконы не могут изрыгать огонь, поскольку пламеобразованние у них временно прекращается.

– Скажи нам, – обратился министр к Тёме, – тебе ведь исполнилось шесть лет?

Дракончик с готовностью кивнул.

– Это дракон-подросток. – Констатировал министр.

– Обвяжись верёвкой, возьми фонарь и спускайся. – Велел он своему агенту и тихо добавил. – Тебя интересует только ботинок, больше там ты ничего не должен увидеть, понял?

Через минуту агент Секретного Министра, с тканевой повязкой на лице, уже входил в разинутую Тёмину пасть.

– Папа! А это не опасно?– спросила Аня, которая, похоже, не очень верила объяснениям Секретного Министра.

– Нет, ласточка моя, Мальчик-с-Пальчик не ядовит, хотя и весьма проспиртован…

Поначалу Тёма спокойно терпел спуск по своему пищеводу.

Все молча глядели, как Секретный Министр помалу стравливает верёвку.

– Уэ! – вдруг недовольно сказал Тёма, скосив глаз на министра.

– Кхы! – настойчиво сказал он и выпустил тёмное облако.

Где-то внутри дракона гулко заматерились.

– Продолжай спуск! – крикнул в Тёмину пасть министр.

– Кхы, кхы, кхы! – сказал Тёма и нехорошо задумался.

– Мой король, вам лучше отойти! – нервно сказал Премьер.

В этот же миг Секретный Министр встретился глазами с драконом и, что-то из этого взгляда уяснив, поспешно хлопнулся на паркет, забыв про верёвку.

– Ложись! – заорал король, падая и увлекая Аню.

Огненный выхлоп из драконьей пасти широким фронтом пролетел до противоположной стены, чудом никого не задев.

Когда король поднял голову, Аня уже громко рыдала. Горела, коптя ореховую отделку, массивная портьера, и в комнате было жарко. Расторопные слуги затаптывали горящую ткань, а король молча обнимал Аню и гладил по голове.

Секретный Министр покрутил горелый остаток верёвки и осторожно сказал:

– Не огорчайтесь, Ваше Величество. Мальчик-с-Пальчик давно был двойным агентом, работающим на короля Нахрапа.

И тут, до короля стало доходить. Он подошёл к Тёме и спросил:

– Послушай, чудесный зверь, а может быть тебе не шесть, а восемь лет?

Дракончик сначала кивнул, а затем задумался и посмотрел на Аню.

– Папа! Он не умеет считать! – догадалась Аня.

… Зная, что Мальчик-с-Пальчик предатель, Секретный Министр никак не мог допустить, чтобы двойной агент прочёл шифровку и попросту использовал ситуацию в собственных целях, как делал это не раз. И уж конечно, он знал точный возраст дракона.

Король вспомнил Анины слёзы и повернулся к министру, но тот уже растворился в рядах своих коллег, как всегда, незаметный.

«Пока нет армии, – подумал король, – спасти ситуацию может только его ведомство… »

– Дракона на рентген. – Устало велел он.

В кабинете королевского врача выяснилось, что ботинок находится в Тёмином желудке, но врач не брался за извлечение предмета.

– Вряд ли теперь можно прочитать, что там написано. – Сказал он.

– Сколько будет перевариваться ботинок? – спросил врача Секретный Министр.

– Два-три дня… – ответил тот.

– Что же это, получается… – стал размышлять министр. – Послание секретное, значит и ботинок секретный. Ботинок в желудке у дракона, значит, и дракон становится секретным, по меньшей мере, на три дня.

И предложил свой выход из положения.

…Недовольного дракона отвели в восточное крыло дворца, где находился старый бальный зал – просторное помещение с высокими сводами. Возле зала поставили охрану и Секретный Министр лично ходил проверять посты.

Отчаянно скучая, Тёма кружил под золочёными люстрами, пел на драконьем языке песни своего клана, и, пугая старых призраков, жёг остатки мебели. Но утром второго дня Тёма внимательно посмотрел на белые стены и поднял с пола уголёк…

Король Громотряс сидел и читал полную версию секретного послания. Агент в Мурландии, рискуя своим положением, продублировал шифровку, но подстраховался, и эта пара ботинок пересекла границу не в коробке, а на ногах другого агента. Этот факт сделал стельки малоприятными для расшифровки, но король, ощущая за собой вину, отнёсся стоически, и только заткнул ноздри ватой:

«1. Каждый день, по утрам, Его Величество король Нахрап изволят принимать послов Заокраинных земель и совместно контролировать ход военных поставок ».

«2. Также, король Мурландии выразил готовность ежесуточно заливать до тысячи тонн горючей жидкости для нужд армий союзников».

«3. Военный совет при короле выразил готовность начать закладывать новые типы военных кораблей на трёх верфях Мурландии одновременно».

«4.После урожая зерновых жители приграничных деревень принудительно начали перегонять стада крупного рогатого скота во внутренние области страны».

«5.Королева Мурландии в семейном кругу выразила своё недовольство монаршему супругу его неспособностью… »

В этот момент, в кабинет короля влетела Аня.

– Папа, – закричала она, – пойдём в бальный зал, тебе нужно это увидеть!

Она схватила отца за рукав и увлекла его за собой.

«… вернуть в состав королевства традиционные земли её рода». – Успел дочитать на ходу разочарованный король.

… Что-то изменилось в молчаливой строгости высоких стен зала, словно их вековое стояние приобрело некий смысл. Часть из них уже не была известково-белой, и король, обходя кострища на полу, пошёл к дальним арочным простенкам, пытаясь разобрать, что же там нарисовано.

В лёгком обалдении король выбросил вату из носа и почесал под короной.

Он смотрел на портрет молодой знатной особы и не мог понять, отчего она кажется ему столь знакомой. Строгий внимательный взгляд, точёный носик…

Да, через несколько лет его дочь станет именно такой! Справедливой и достойной правительницей Ромландии. Королю показалось, что здесь, в заброшенном зале, специально для него, отодвинулась пыльная портьера обыденности, разрешив заглянуть в будущее.

Портрет углём на штукатурке разбередил ему душу. Как он рисует, спросил себя король. Отчего я вижу то, чего нет на этой стене?

Над головой захлопали крылья – с Аней на спине, дракончик закладывал виражи, отмечая окончание своего заключения.

«А где же буду я?» – подумал король, и ему стало грустно.

На следующем портрете было лицо. Нейтральное, без эмоций. Совершенно ровный взгляд.

– Внимательнее, папа! – крикнула сверху Аня.

«Вот, дьявол!»

Во взгляде проступила лукавая расчётливость, затем высокомерие и непомерное честолюбие. Рот человека стал неожиданно нервным, выдав постоянный мальчишеский страх сесть в лужу.

Человеком на портрете был Секретный Министр, и, поняв это, король захохотал, с удовольствием ощущая, как уходит с этим смехом напряжение последних дней. Король, который так часто чувствовал себя объектом манипуляций министра, радовался как ребёнок. Ибо то, что нарисовал Тёма, было шаржем, хотя, и не совсем обычным. Дракон не обыгрывал особенности лица министра – он подметил глубинные черты его натуры.

Но ни один из знакомых королю художников так не рисовал…

Король обернулся. Одна из люстр уже лежала на полу, и Тёма с Аней увлечённо выбирали из неё стеклянные камешки.

На третьем портрете не понадобилось никого узнавать. Печальным и усталым взглядом на короля смотрел Мальчик-с-Пальчик. И был это взгляд не просто повидавшего на своём веку человека – в глазах погибшего агента была горечь по ушедшей молодости, незапятнанной совести и бесшабашным, прославившим его имя, подвигам…

На стенах были ещё какие-то рисунки.

«На сегодня достаточно…» – подумал король и пошёл к выходу.

«Что же мне делать с драконом? Он легко вносит хаос в государственные дела, а рисует так, что вызывает смятение душ, и конечно, не только королевских. Очень не хотелось, чтобы он много рисовал. Но и навредить Аниному другу я никак не могу, мне самому он нравится – славный дракончик… Впрочем, выход есть».

…В тот же день король отдал распоряжение, по которому Тёма направлялся на учёбу в Академию Исскуств. Дракону выделялась пещера на горе неподалёку от города и королевская стипендия.

Узнав об этом, принцесса прибежала к отцу и кинулась ему на шею.

«Что ж…– думал король, глядя на Анину радость, –выучится дракон, вступит в Гильдию художников, станет признанным мастером. Глядишь, пооботрётся, станет рисовать не так остро, зато обществу в удовольствие… А если что будет не так – объявим сумасшедшим».

…В тот же день король на совещании правительства, ко всеобщему изумлению, легко выделил из череды лиц Секретного Министра, и мстительно щёлкнул того по носу.

– Смотри у меня! – сказал король ошарашенному министру.

Затем он подозвал главного финансиста и спросил дрожащего толстяка:

– Ты всегда стремился, чтобы в войсках получали жалованье точно в срок? Извини – армия разбежалась. Так что, придётся тебе поколесить по Ромландии, чтобы всё выдать… Возьми хорошую охрану – тебя не раз будут грабить. А выдавать жалованье будешь из наворованных денег! … Прощай, голубчик, может, и не свидимся больше.

…В тот же день юный дракончик улетал обживать свою пещеру. Собрав свои кисточки и тюбики с красками – Анин подарок – Тёма поднялся в небо и сделал прощальный круг над башней замка, откуда ему махали принцесса и король.

… И в тот же день, городские власти накатали на Тёму жалобу, который, пролетая над городом, слопал минутную стрелку с главных городских часов.

Король прочитал бумагу, велел вычесть стоимость ремонта часов из Тёминой стипендии и посмотрел в окно.

«Бунтарь… – с невольным восхищением подумал он. – Но что же он хотел этим сказать? Зачем он её проглотил?»

На башне ратуши одиноко и медленно тянула круг короткая чёрная стрелка.

0
09:20
513
Комментарий удален
11:10
Смешной, занятный рассказ, но со слипшимися словами, банальными орфографическими ошибками и стилевыми косяками. И да — очень большой.
Но смешно. ))))
Нет такого слова впредверии laugh
11:21
Слипшиеся слова возможно косяк при выкладке. Встроенный редактор интерпретирует два и более пробелов подряд как отсутствие пробелов. Напишите в личку Слону)
11:34
ОК, написал. Не знал о таком глюке…
11:41
Это не глюк, а защита на случай огромных пртянок из пробелов и абзацных отступов)))
11:51
С пробелами можно поправить — два или больше превращать в один. Тут неизвестно, от чего вреда больше — от таких абзацев или от слипшихся слов. unknown Впрочем, это дело не первой важности.
11:52
так для этого и дается время для выкладки. авторы смотрят, где именно такого рода ошибки, или сноски не так — сообщают Слону.
07:52
Вы также прозорливы, как и прекрасны, уважаемая Рената ) rose
22:03
этизмы
Прославленному рыцарю Кокс пропаганда наркотиков?
лишние местоимения
затянутое типа юмористическое фэнтези
канцеляризмы
«Слуга царю, отец солдатам…» wonder это король себя позиционирует как слугу царю? это ничего, что это из «Бородино» Лермонтовского строчка?
Замигали вышки светотелеграфа угу, у короля…
вытянул из кармана часы и пустил секундомер угу, секундомер в королевстве
до тысячи тонн горючей жидкости для нужд армий союзников горючая жидкость? да еще в тоннах?
псевдоюмористическое фэнтези с артефактами

22:04
+4
Вы всегда постите один и тот же отзыв, теперь это один и тот же отзыв с одним и тем же котом. Стабильность признак класса
Стабильность признак класса
76% в марте проголосовали за стабильность… Вы против выбора народа?
22:18
+2
Вы такими параллелями себе очень льстите rofl
сам себе не польстишь — никто не польстит sorry
22:28
сам себе не польстишь — никто не польстит

это хороший повод задуматься
думайте, леди, это всегда полезно
18:11
Затянуто, но в целом неплохо, и про драконов.
Мясной цех

Достойные внимания