Юлия Владимировна

Родительский контроль

Родительский контроль
Работа № 93

Ювелирный, возле которого мы стояли, словно обстреляли террористы. В воздухе еще воняло гарью, стены магазина «украшали» свежие отметины от пуль, окна разбиты, тротуар усыпан гильзами, кирпичной крошкой и осколками. Из ювелирного санитары выносили накрытые простынями тела.

- Отойдите! Хватит пялиться! Здесь место преступления! И уберите камеры!

Я внимательно разглядывал лицо грабителя, не веря собственным глазам. Парень, лежащий на асфальте, был не старше двадцати, нескладный, тощий и напоминал обычного ботаника-студента, коих тысячи в нашем захолустном городке. Вот только этот жилистый заморыш в одиночку положил целый отряд полиции! Рубашка и лицо его были в крови, а рядом с мертвым телом лежал АКМ с пустым магазином.

Я отошел от тела и окинул взглядом улицу. Участок тротуара перед ювелирным обмотали желтой лентой. За ней образовала тесное кольцо группа полиции. На улице был жуткой гомон, толкотня – полиция пыталась разогнать зевак, но люди неустанно прибывали и глазели в нашу сторону.

Я закурил и прокрутил еще раз в голове все, что произошло в городе за последние три дня.

Двадцать восемь жертв. Один преступник. Десятки хорошо обученных бойцов против сопливого безумца с автоматом. И все мертвы. Мне до сих пор казалось, что я нахожусь в каком-то жутком телешоу, и вот-вот появится улыбчивый телеведущий в пиджаке и скажет, что все это розыгрыш.

Три дня этого сопляка не могли изловить. Позавчера он ограбил магазин бытовой химии, затем обчистил супермаркет, а сегодня – ювелирный, оставив после себя семь трупов. Охранника, двух продавцов и четверых случайных посетителей. Чтобы поймать этого юнца, пришлось вызвать группу захвата, но и у них не сразу получилось. Загадочный студент не только мастерски стрелял – он и рулил не хуже самого Шумахера и ловко отрывался от погони. Не удивлюсь, если он еще умел лазать по стенам и уворачиваться от пуль, как в знаменитом блокбастере братьев Вачовски. Полиция гонялась за грабителем по всему городу, и лишь на третий день парня удалось выкурить из машины. Теперь студент лежит с дыркой во лбу, безмолвно смотрит в пасмурное небо и уже не ответит мне ни на одни вопрос.

А жаль.

Вопросов у меня было к нему достаточно.

Прежде всего, откуда он вообще нарисовался, псих этот? Куда спрятал награбленное? И как этот горе-студент так долго воевал с полицией, не получив ни одной пули?

Тут подошел Мишаня, мой напарник, тучный круглолицый парень в полицейской форме, с рыжей бородой, и протянул мне планшет с видеозаписью. Ну да, «блокбастер» уже слили на «Ютюб». Кто б сомневался.

Видео с камер уличного наблюдения напоминало эпизод из дешевого боевика. Белобрысый парень забегает в ювелирный, зычно стрекочет автоматная очередь, затем из окна магазина, пробивая лбом стекло, на улицу вылетает мертвый охранник. Через некоторое время студент выходит на улицу с набитым рюкзаком, поворачивается к магазину лицом и начинает поливать огнем витрины, а затем – стоящие поблизости машины, урны, лавочки, прохожих…

Я еще раз пересмотрел видео, потом вернул планшет Мишане.

Это был уже третий налет, попавший в Интернет.

И во всех этих «боевиках» просматривалась одна странность. Студент не брал заложников, не вступал в контакт с полицией и ничего не требовал – он просто грабил, убивал и разрушал, как будто это доставляло ему удовольствие. Как будто главной целью этого садиста были даже не деньги, а возможность хорошенько покуражиться, подраться с полицейскими и расстрелять толпу народа.

Сумасшествие?

Пожалуй, только так я мог это объяснить.

Но кое-что было еще более странным. Несколько дней назад в уголовный розыск позвонили родители этого студента – совершенно вменяемые и законопослушные люди. Отец рассказал, что сын не вернулся домой после очередной гулянки, родные до него не могут дозвониться и не знают, где искать. Потом сынуля объявился средь бела дня на улице, сам на себя не похожий, и сразу стал героем Интернета.

Закончив осматривать тело, наш судмедэксперт Юля подошла к нам с Мишаней и протянула мне маленький пакетик.

- Полюбуйся. Вытянула это из его ушей. Еле достала – уж больно маленькие.

Я взял у Юли пакетик с крошечными черными предметами и поднес к глазам. Это были микроскопические капсулы, которые напоминали наушники и были не больше семечек.

Я повернулся к Мишане и показал ему пакетик с капсулами.

- Может, наркота? – предположил напарник. – Я слышал, есть такие звуковые наркотики, от них кайфуешь, как от ЛСД. Наверное, у пацана от них крыша и съехала.

Я почесал затылок. А что? Пока это единственная версия, которая мне кажется вполне правдоподобной.

- В любом случае, придется подождать, пока тело не вскроют, а эти штуки отдать Алику на экспертизу, - сказала Юля. – Поехали?

К телу убитого студента уже подошли санитары и начали грузить на носилки.

Я кивнул, но тут в моем кармане завибрировал мобильник. Я взял трубку и услышал голос командира. Двух его слов хватило, чтобы у меня упало настроение на весь оставшийся день. Коллеги сразу же заметили это по моему лицу.

- У нас еще один студент пропал, - сказал я, спрятав телефон в карман. – Позавчера ушел из дома и до сих пор не вернулся. Телефон у парня недоступен, мать в истерике уже все морги обзвонила.

Мишаня с Юлей переглянулись, и на лицах их появилась тревога.

Я протянул напарнику пакетик с капсулами и велел:

- Отвези это в отдел, пусть Алик выяснит, что это за ерунда. А я поеду к потерпевшей.

- То есть скоро мы опять будем ловить очередного психопата? – нахмурился Мишаня.

Какое-то время я молча смотрел на него, а затем, махнув рукой, направился к машине.

***

Мать пропавшего студента жила в старенькой «хрущевке» на краю города. Женщина встретила меня в грязном халате с пятнами от кофе, с сигаретой в зубах и распухшим от бессонницы лицом. Хозяйке с виду было далеко за пятьдесят, она имела длинные волнистые седые волосы и угловатое морщинистое лицо.

Мы расположились на тесной кухоньке, пропахшей табаком и сыростью. Я разглядывал в телефоне женщины фотографии ее сына. Парень по имени Сережа был чем-то похож на первого грабителя, которого сегодня расстреляли в городе. Тощий студент с невыразительным веснушчатым лицом, ростом пониже предыдущего, не старше восемнадцати.

- Когда, вы говорите, он звонил в последний раз, Любовь Семеновна? – спросил я, вернув мобильник женщине.

- Ой… Вчера еще, когда был на занятиях, - сказала она хриплым голосом старухи и потушила сигарету в пустой кофейной банке. – Они закончились в полтретьего, потом Сережа вроде как отправился домой… и больше его никто не видел.

- Вы знаете, куда он еще мог поехать после университета?

- Да много куда, - ответила Любовь Семеновна и подвинула к себе полный графин воды и стакан. – С друзьями встретиться, к примеру. С девушкой. Хотя Сережа обязательно бы позвонил мне и предупредил.

- А вы знакомы с его девушкой?

Любовь Семеновна покачала головой.

- Да нету у Сережи никого, это я так, навскидку. По крайней мере, он мне не рассказывал. Но, может, появилась. Молодой же, сами понимаете…

- А однокурсники? Друзья? Преподаватели? Кто-нибудь в курсе, где он может быть?

Любовь Семеновна развела руками.

- Я нашла двух его однокашников в сети. Ребята сказали, что после занятий Сережа сел в автобус и уехал… Но куда? И где он может быть, сыночек мой?.. – Губы ее задрожали, и она, не выдержав, снова заплакала.

Я попросил разрешения закурить, и Любовь Семеновна кивнула. Некоторое время я задумчиво дымил, рассматривая пожелтевшие обои на кухне. В иной ситуации я бы наверняка решил, что парень просто загулял с какой-нибудь подружкой, не поставив мать в известность, а мобильник сел.

Но что-то мне подсказывало, что все было не так просто.

Я достал из кармана телефон и показал хозяйке квартиры фото грабителя, которого сегодня расстреляли.

- А этого паренька вы знаете?

Любовь Семеновна вытерла слезы и, прищурившись, взглянула на экран мобильника. Кивнула.

- Это Дима Мезенцев. Он учится с Сережей на одном потоке на юрфаке. И живет от нас не так уж далеко. А что с ним?

- А вы разве не смотрели новости?

Любовь Семеновна на миг замолчала.

- Ну да. Какой-то ужас в городе творится: перестрелки, ограбления… А при чем тут?.. Ой! – Она приложила ладонь к губам и побледнела, будто до нее дошло, к чему я клоню. – Ой-ей! Сереженька!

Она резко поднялась из-за стола и поспешила в гостиную, не сказав ни слова.

Я вздохнул. Наверное, не надо было спрашивать ее об этом. Но с другой стороны, теперь я еще больше уверен, что пропажи этих студентов как-то связаны. Вот только как?

Я затушил окурок в банке и направился в гостиную.

Любовь Семеновна сидела за столом перед допотопным компьютером и что-то «гуглила» в Сети. Когда я подошел к экрану, поисковик выдал свежий ролик, выложенный на «ютюб».

Женщина включила видео, я наклонился над ее плечом и замер, глядя на экран.

В кадре виднелось кремового цвета здание мебельного магазина «Терра». Дверь главного входа была открыта настежь, за окнами удавалось разглядеть какое-то движение и больше ничего. Вскоре на улицу вышел парень в кепке и джинсовой куртке с черной походной сумкой на плече. Камера наехала на его лицо, и я поставил видео на паузу.

Любовь Семеновна в ту же секунду громко вскрикнула:

- О Господи! Сережа!

Я скрипнул зубами. Да, это был он. Такой же, как на фотографии у матери в мобильнике. Сережа что-то вытащил из сумки и швырнул в дверной проем магазина. Через секунду грянул мощный взрыв, из окон вылетели стекла, и на улицу повалил сизовато-черный дым.

Любовь Семеновна вздрогнула в кресле от испуга, а я тихо выругался. Неужели этот шкет бросил туда гранату?! Ну, говнюк! Поймаю – лично придушу!

Тем временем Сережа скрылся из виду – и «фильм» на этом кончился.

Любовь Семеновна заплакала, спрятав лицо в ладонях. Я помог ей встать, отвел подальше от компьютера и усадил на диван. Она рыдала, растирая слезы по щекам, пыталась что-то говорить, но слов было не разобрать. Что же за время-то такое сумасшедшее?! Не успела в городе произойти какая-нибудь дрянь, как о ней тут же узнает весь мир!

Видео слили в Сеть минут двадцать назад. Значит, этот сопляк уже где-то далеко, и может натворить еще чего-нибудь похуже.

Я кинулся на кухню, чтобы налить женщине стакан воды, и в этот миг в моем кармане ожил сотовый.

- Убил бы, мразь сопливую! Видал, что этот гад устроил в «Терре»? – услышал я рассерженный голос Мишани.

- Вы патрули на улицы отправили? – оборвал его я.

- Уже! Но я звоню вообще-то по другому поводу. Насчет тех капсул, которые Юля вытащила из ушей нашего трупа.

Я опустил графин с водой на стол и подошел к окну.

- Ну и? – спросил я шепотом.

- Короче, это оказались, не наушники совсем и не наркотики, а передатчик.

- Что еще за передатчик?

- Не знаю. Алик сам не понял ни хрена, зачем он нужен, но…

Голос Мишани отдалился, словно он что-то уточнял у нашего сисадмина, а потом снова обратился ко мне:

- Эти устройства каким-то образом связывают человека с компьютером, как юэсби-флешку. От них идет очень четкий сигнал, и Алику удалось пробить комп, к которому они подключены.

- И ты можешь мне прямо сейчас сказать, где он находится?

***

Когда мы с Аликом приехали по нужному адресу, я немного растерялся. Место, куда он нас привез, меньше всего напоминало логово преступников.

Перед нами был уютный двухэтажный домик, окруженный металлическим забором в половину моего роста. Во дворе росли пушистые декоративные ели, между ними простиралась детская площадка с турником, качелями и большим синим батутом. Возле входной двери в будке, укрывшись от жары, дремал ротвейлер. Дальше, за домом, взгляду открывалась часть летней беседки и мангал для шашлыка.

Алик взглянул на меня вопросительно, а я только пожал плечами. В этом районе все дома выглядели чистыми, ухоженными, как в американских фильмах. Жили здесь, понятно, далеко не бедняки.

Я обернулся и окинул взглядом местность вокруг нас. Напротив дома стояла белая газель, в кузове пряталось с десяток человек в бронежилетах. Из кустов выглядывал ствол снайперской винтовки, за рядом гаражей стояла полицейская машина, на которой мы приехали.

Я решил, что будет лучше перестраховаться и пригнал сюда целый наряд. Кто знает, сколько человек прячутся в доме и что можно ждать от встречи с ними. Учитывая, что эти ребята положили без труда столько людей, нас с Аликом они тоже могут прихлопнуть в два счета.

Некоторое время мы молча изучали дом, затем я подошел к калитке и надавил кнопку звонка. Во дворе залаяла собака, хлопнула входная дверь, и вскоре к нам вышла женщина лет сорока с короткой стрижкой в оранжевой майке, спортивных штанах и сланцах. Она была довольно хороша для своих лет и спереди, и, я уверен, сзади. Я мог бы любоваться ей весь день, не будь при исполнении.

- Денис Казанцев, уголовный розыск, - представился я, показав удостоверение.

- Наталья. – Девушка вышла за порог и удивленно посмотрела на нас с Аликом. – Вы к моему мужу?

- И к нему тоже. За три дня произошло четыре ограбления, убито несколько десятков человек...

- Я слышала. Весь город на ушах стоит, - сказала она, и неожиданно лицо ее стало встревоженным. – Погодите… Что-то случилось Петей?

Я не знал, кто такой Петя и замотал головой. Потом достал из кармана пакетик с капсулами и показал хозяйке дома.

- Вам знакомы эти устройства?

Наталья посмотрела на миниатюрные предметы в моей ладони и покачала головой. На лице ее читалась непритворная растерянность.

- А кто еще проживает в доме, кроме вас? – спросил я.

- Мой муж. И дети. Двое… А почему вы спрашиваете?

Я достал из кармана ордер на обыск и развернул перед хозяйкой.

- Мы должны взглянуть на ваш компьютер. Ваш и все, которые есть в доме.

Наталья удивленно посмотрела на меня, затем окинула взглядом дворик перед домом, будто бы подумала, что где-то спрятаны скрытые камеры, и ее сейчас попросят улыбнуться.

- Я мужу позвоню сейчас, поговорите с ним, - сказала она. – К нему уже сегодня приезжали из полиции, я только…

- Из дома позвоните. И собаку, пожалуйста, привяжите, - произнес я жестко, растоптав последний уголек ее сопротивления.

Наталья посмотрела на меня с открытой неприязнью, но больше спорить не решилась и покорно скрылась во дворе. Не знаю, почему она стала цепляться за своего мужа, видимо, какая-то большая шишка, только мне это было до лампочки. Сейчас главное – найти тот самый компьютер, который как-то связан с преступлениями.

Со двора опять донесся лай, и вскоре хозяйка дома впустила нас с Аликом внутрь.

Внутри дом тоже оказался довольно уютным и хорошо обставленным. На полочках в коридоре блестели сувениры, привезенные из разных стран, стены украшали фотографии членов семьи – мама, папа и двое сыновей, старший и младший. На кухне заунывно пело радио, доносился аромат жареных котлет. Слева от нас располагалась лестница, ведущая на второй этаж, справа – гостиная.

Наталья оставила нас с Аликом в гостиной, а сама поднялась наверх.

Пока мы ее ждали, я поймал себя на мысли, что хозяйка дома удивлялась очень убедительно, и я почти ей поверил. Либо она так искусно врет, либо Алик что-то напутал в своих расчетах, и нам придется извиняться за внезапное вторжение.

Вскоре Наталья вернулась с ноутбуком и с недовольным видом вручила его Алику. Пока он возился с техникой, я решил прогуляться на второй этаж.

Поднявшись, я увидел три закрытых двери, и за самой крайней слева раздавался странный шум. Сначала стук, потом шуршание, потом – писклявый детский возглас, злой и возмущенный.

Я подошел к двери и слегка приоткрыл ее.

В комнате за большим плоским экраном компьютера, повернувшись ко мне спиной, сидел толстый ребенок и возбужденно резался какую-то игрушку. Одной рукой он катал компьютерную мышку по столу, второй лихо стучал по клавишам, не отрываясь от экрана. Пухляк ерзал в кресле, вздрагивал и шумно сопел – похоже, у него в игре что-то не ладилось.

Ребенок был в наушниках, поэтому не слышал, как скрипнула дверь, и в комнату вошел посторонний.

Подойдя поближе, я остановился за его спиной и глянул на экран.

Малец играл в какую-то «бродилку», типа старой GTA, с весьма паршивой графикой. Я присмотрелся к происходящему на экране… и ноги мои онемели.

На экране виднелась разбитая зеленая «девятка», а за ней, прижавшись спиной к двери, сидел Сережа и вставлял патроны в двустволку. Очертания домов и силуэтов на экране были несколько размыты, но я точно разглядел, что это он. Тот самый студент-грабитель, который сегодня обчистил магазин и стал звездой «Ютюба».

Где-то за машиной грохотали выстрелы, по крыше и капоту «девятки» плясали искры, из колонок доносилась ругань на чистом русском языке.

Я застыл, словно прибитый к полу, и не мог заставить себя оторваться от экрана.

В игре была словно уменьшенная копия нашего мира, с тусклой графикой, размытыми текстурами и маленькими копиями-человечками. Вокруг Сережи простиралась знакомая улица, на которой я бывал не один раз. Вот городской парк с фонтаном, «Шоколадница», куда я частенько захаживал выпить кофе, автобусная остановка, салон сотовой связи...

Неожиданно ребенок за компьютером пискляво выругался:

- Гады, блин! Откуда вас столько повылазило?! Получите!

Он пальнул еще раз в сторону маячивших фигурок в полицейской форме из ружья, потом прыгнул в «девятку» и ударил по газам.

В этот момент я словно вышел из оцепенения и кинулся к мальцу.

- Болван! Остановись!

Я схватил ребенка под мышки и с трудом стащил со стула – весил мальчик, словно мешок с гравием. Ребенок взвизгнул, где-то в коридоре возмущенно вскрикнула Наталья, но мне было уже не до них.

Я сел за компьютер и, взяв мышку, принялся спасать Сережу. За ним уже, воя сиренами, летели полицейские машины. Я резко вошел в поворот, стараясь не зацепить прохожих, и притормозил возле мусорных баков. «Девятку» тут же окружили полицейские авто, вокруг выросли фигуры с автоматами, в броне и в касках, вскинули оружие.

Я сглотнул, сжав мышку от волнения. Сердце будто замерло в груди, и я боялся лишний раз пршевелиться. Свободной рукой я вытащил мобильник и набрал командира.

- Казанцев, некогда! Ты выяснил, что хотел?

- Товарищ майор, не стреляйте в парня! Он сейчас выйдет из машины и бросит оружие! Клянусь!

Секунду в трубке было тихо.

- У тебя с башкой там все нормально, а, Казанцев? Ты где вообще?

- Этот парень сейчас выйдет из «девятки», и вы его возьмете. Я лично это контролирую. Пожалуйста, пусть они не стреляют. У него мать дома с ума сходит!

После этих слов я отключился, чтобы не тратить время на объяснения. Очевидно, командир подумал, что я тронулся умом.

Впрочем, сейчас я думал то же самое.

Чувствуя себя террористом, который в последний момент передумал взрывать бомбу и решил сдаться, я вывел Сережу из машины и, нажав «ctrl», заставил его выбросить ружье. К студенту тут же подбежали полицейские, скрутили, нацепили на него наручники.

Я облегченно выдохнул, откинув голову на спинку стула. Очень долго я молча сидел перед компьютером и тяжело дышал, потом закрыл игру и повернулся к присутствующим.

В детской уже стоял растерянный Алик с ноутбуком Натальи под мышкой и вопросительно смотрел на меня.

Юный грабитель и убийца прятался за спиной матери и шмыгал носом. Наталья смотрела на меня, будто на полоумного, с окаменевшим от злости лицом. Я представил, что она сейчас обо мне думает – и рассмеялся. Какой-то псих вломился в дом, выгнал ребенка из-за компьютера и сам начал играть… Пожалуй, можно смело звонить в «скорую».

- Вы объясните, что здесь происходит? – наконец осмелилась спросить Наталья, и в ее голосе прорезались злые нотки.

- А ваш сын в Интернет совсем носа не сует? - поинтересовался я. – Не знает, что за преступления творятся в городе?

Наталья смерила меня презрительным взглядом и замотала головой.

- У нас родительский контроль на всех компьютерах стоит! Зачем ребенку про всякие ужасы читать? Ему всего лишь девять лет!

Я усмехнулся и вытер рукавом со лба холодный пот.

Мальчик выглянул из-за спины матери, и я наконец увидел его лицо. Малолетний разрушитель ничего, кроме умиления и жалости, не вызывал. Пухлощекий, хохолком на голове, откормленный лощеный карапуз в оранжевой майке и широких бриджах смотрел на меня с испугом и дрожал. Такие обычно сидят на скамейке весь урок физкультуры, пока одноклассники гоняют мяч в спортзале. Такие не пользуются успехом у девочек в школе, не могут дать сдачи хулиганам, а всю накопившуюся злость и обиду выплескивают в компьютерных играх.

На лице ребенка читалось полное непонимание, за что его так беспардонно оторвали от любимого занятия да еще и отругали.

Я долго подбирал слова, но ничего путного не приходило в голову. Что я ему скажу? Что он прикончил тридцать восемь человек, всего лишь поиграв в «стрелялку»? Чтобы травмировать ребенку психику? А знает ли он сам, что натворил?

Я придвинул кресло на колесиках поближе к Наталье и обратился к мальчику как можно мягче:

- Как тебя зовут?

- Тимофей, - ответил он несмело, шмыгнув носом.

- Где ты взял эту игру?

- Мне ее брат недавно подарил. А что?

В этот момент послышалось, как хлопнула входная дверь на первом этаже, затем раздались приближающиеся шаги.

- Я дома! – Грубый юношеский голос.

Лицо Натальи напряглось, и она обернулась дверному проему комнаты.

Я встал со стула и жестом приказал ей не двигаться.

Вскоре в детскую развязно вошел парень – молодой, лет двадцати, в очках, с лицом хипстера, в широкой рубашке и растрепанных джинсах. Остановившись за порогом, он взглянул с недоумением на Алика, потом на меня… и побледнел.

Не знаю, как он догадался, кто я, но старший сын сразу попятился назад.

Я сделал шаг к нему и, надев дружелюбную улыбку, произнес:

- Привет! А ты, наверное, Петя?

Вместо ответа парень развернулся и пулей метнулся прочь из комнаты.

***

Конечно, далеко удрать ему не удалось. Куда там: только Петя выбежал на улицу, как его сразу же схватили полицейские и затолкали в машину.

Обнаружив сына в наручниках, Наталья устроила истерику, но Петю мы ей не отдали. Я рассказал ей, в чем подозревают ее отпрыска – что он убил десятки человек и ограбил четыре магазина. Петя на удивление быстро во всем сознался, чем привел мать в ужас.

Наталья упорно не хотела верить в услышанное, но вытащить из сына подробности ей не удалось. Зато парень охотно рассказал все мне: я выяснил, что Петя снимал отдельную квартиру в городе, где проворачивал свои фантастические трюки с людьми, и мы поехали туда.

Когда мы прибыли, Мишаня ждал нас там. Петя привел нас в новенькую «однушку» со свежим ремонтом на последнем этаже жилой многоэтажки. Посреди гостиной располагался длинный стол, как в операционный, метра три в длину, и на краю его стоял большой компьютер. На всю стену висела карта города, под ней были приклеены какие-то схемы и чертежи, значения которых я пока не понимал.

Мишаня усадил Петю на диван в гостиной, а сам пошел осматривать квартиру. Я подошел к столу, провел рукой по гладкой металлической поверхности. Возле компьютера лежали пестрые разноцветные провода с присосками, похожие на те, которые цепляют пациенту на грудь, когда ему делают кардиограмму сердца. Но эти, кажется, использовали вовсе для другого. Но для чего?

Я бросил взгляд на Петю. Он сидел на диване с безучастным видом, положив ногу на ногу, и молча смотрел перед собой. На лбу его распух свежий синяк, под губой темнела ссадина, а волосы были покрыты пылью и песком.

- Денис! – Мишаня подошел с большой походной сумкой и протянул мне. Кажется, с такой сегодня выходил Сережа из мебельного.

Я открыл ее – внутри лежали перевязанные резинкой оранжевые рублевые купюры. Я присвистнул, положив сумку на пол, и повернулся к Пете.

- И как долго ты здесь опыты на людях ставишь, доктор Франкенштейн? Откуда у тебя вообще эта квартира?

- Мне ее отец снял пару месяцев назад. Мы сюда с ребятами из универа часто приезжали, веселились, выпивали. И Димон с Серегой тоже были здесь…

На последней фразе он прервался, опустив глаза, и я сразу понял, что к чему.

- Значит, никто на самом деле их не похищал, - сказал я. – И что же ты такого сотворил с ребятами, что они стали… такими?

Петя посмотрел на нас с Мишаней и сказал скептически:

- Вы все равно мне не поверите.

- А ты уж постарайся, просвети нас, стариков, - буркнул я.

Петя вздохнул, потом перевел взгляд на стол с компьютером и сказал:

- Я подмешивал им в пиво сильное снотворное, потом на этом вот столе, - он постучал по металлической поверхности ладонью, - вставлял парням в голову микрокапсулы и синхронизировал их мозг с компьютерной игрой.

Мишаня хрипло кашлянул и удивленно вылупился на него. Я вскинул брови, вытащил пакетик с «наушниками» и повертел в руке.

- Допустим, – кивнул я, не шибко веря в то, что слышу.

- Подключив их мозг к компьютеру, я загружал в сознание ребят персонажа из той самой игры и как бы оживлял его в человеческом теле. Это как переселение души, только виртуальной, - пояснил Петя терпеливо, как будто мы были недоразвитыми детьми, а он – продвинутым опытным юзером. Впрочем, сейчас именно так и было.

- То есть все это время пацаны были в отключке? – спросил Мишаня изменившимся голосом. – И вместо них твой младший брат гонял по городу персонажа из компьютерный игры?

Петя кивнул, и впервые губы его разошлись в улыбке. Как бы смешно это ни прозвучало, мы с Мишаней были первыми, перед кем он смог похвастаться своим изобретением. И удивление на наших лицах, видимо, ему польстило.

Очень долго в гостиной висела тишина. Потом я спросил:

- Старик, тебе никто не говорил, что ты…

- Изобретательный?

- Говнюк сопливый! – Мишаня резко подошел к Пете и взмахнул тяжелой лапой, словно хотел его ударить, но в последний момент рука его застыла в воздухе. Петя отпрянул на край дивана и испуганно уставился на моего напарника. – Ты же родному брату жизнь сломал, урод! Как ты будешь объяснять ему, что он наделал?! Как матери теперь будешь в глаза смотреть, сволочь ты эдакая?!

Я подошел к Мишане и, положив руку ему на плечо, мягко оттеснил в сторону. А сам подумал: нет, парень действительно изобретательный. Больше того – он гений. Самородок. Уникум. Возможно, мог бы принести в наш мир прогресс и процветание. Жаль, только следующие лет пятнадцать-двадцать Петя проведет в местах, где все это не шибко нужно.

Мишаня что-то прорычал мальчику, затем подошел к компьютеру и включил его.

Я опустился на диван рядом с парнем и, сложив руки на коленях, молча уставился перед собой. Рассказ Пети словно надломил привычный и уютный мир, в котором я благополучно прожил тридцать лет. Я попытался уложить в сознании все сказанное Петей, но не вышло – у меня как будто выбили пол из-под ног.

Я снова обратился к мальчику:

- Тебе же только восемнадцать, кажется? Мама сказала, ты в прошлом году только окончил школу.

Петя кивнул.

- Сейчас учусь на первом курсе юридического. Ну, как учусь… Штаны просиживаю, если честно. Не мое это. Я с детства влюблен в компьютеры, мне всегда нравилось программирование и виртуальная реальность.

- А в людей стрелять тебе давно начало нравиться? – хмыкнул Мишаня, не отрываясь от монитора.

Петя сморщился.

- Это Тимон, дурак, увлекся! По правилам игры, ему нужно было только выносить из магазинов деньги и привозить сюда. Но мелкому очень хотелось разрушать все в округе, угонять тачки и обстреливать ментов. Наверное, это возрастное.

Я мрачно усмехнулся.

Мишаня тем временем запустил ту самую игру и водил курсором мышки по главному меню. Я бросил взгляд на экран компьютера. В принципе, обычная «стрелялка-бродилка» – не самая современная, сделана дешево, по-дилетантски. Я завязал с «игрушками» после двадцати пяти, но здесь невооруженным глазом была видна халтура.

- А игру эту ты тоже сделал сам? – Я снова повернулся к Пете.

- Ну, как… Я просто взял похожую «бродилку» и слегка переработал, чтобы Тимону было интереснее. По сути, это просто игровая симуляция нашего города, которая точь-в-точь похожа на реальность.

- Не то слово! – оценил Мишаня, который уже водил игрока по городу, стрелял, прыгал на машины и всячески развлекался, как Тимофей.

Я помолчал, задумчиво глядя на Петю. С такими историями самое время было приглашать телевизионщиков из давно забытой передачи «Необъяснимо, но факт».

- А как ты научил товарищей так метко стрелять и круто драться? – спросил Мишаня. – Или все это делал игровой персонаж в их телах?

Петя кивнул.

- А сами ребята что-нибудь чувствовали в этот момент? – спросил я.

Петя покачал головой.

– Подопытный во время «отключения» совсем не понимал, что делает, и был как под гипнозом. Если бы он очнулся, то вряд ли бы вспомнил, что с ним происходило, как после амнезии.

Наигравшись, Мишаня выключил компьютер, затем повернулся к Пете и спросил:

- Ну, усыпил ты их на время, а потом что? Ты же не вечно собирался эксплуатировать тела своих товарищей? Когда-нибудь это должно было раскрыться.

- Я планировал, что рано или поздно их убьют, а капсулы так и останутся у них в ушах. Так и случилось, собственно. С одной только загвоздкой: вы меня раскрыли.

Лицо Мишани искривила гримаса отвращения, и он укоризненно покачал головой. Я поразился, с какой легкостью и безразличием Петя сказал о гибели ребят, как будто это было то же самое, что положить в онлайн-игре несколько фрагов. Воистину – в тюрьме этому гению самое место!

Мишаня вытащил наручники и, подойдя к Пете, сказал:

- Вот на хрена ты это сделал, а, малой? С твоим талантом ты и так бы заработал кучу денег!

- Да в гробу я видал эти деньги! Мне хотелось своего папашку проучить.

- Чего? – спросили мы с Мишаней хором.

В гостиной наступила тишина.

У напарника отвисла челюсть, и он с любопытством уставился на парня, опустив наручники. Меня этот нюанс тоже заинтересовал.

- Он всю жизнь меня пытался контролировать и все за меня решал. В какую школу мне ходить, какие шмотки носить, с кем дружить, даже профессию мне выбрал сам, толстый ублюдок! Адвокат! Спасибочки!

Губы Пети сжались в злую линию и задрожали, а в глазах выступили слезы. Горькая обида, которую он прятал глубоко внутри, вырвалась наружу.

Я прикусил губу. Похоже, все не так уж и благополучно в их семье, как мне сперва казалось. Да и Петя меня просто поразил. Я бы сказал, что адвокат – отличная профессия, но парня это бы сейчас лишь разозлило.

- А я всю жизнь хотел писать программы, создавать компьютерные игры. Но отец считал, что это детский сад, ребячество! Старый козел, чтоб ему пусто было! «Иди-ка ты, сынок, на юридический, я оплачу учебу, помогу потом устроиться – и будем мы с тобой работать вместе! Выучишься, станешь классным адвокатом, будешь меня от налоговой прикрывать и помогать бороться с конкурентами…».

Петя замолчал, набрав побольше воздуха, и снова выпалил:

- «А не хочешь, живи и поднимайся на ноги сам, компьютерщик хренов! От меня ты ни копейки не получишь!».

- Он правда так сказал? – не поверил я.

Петя кивнул, утирая бегущие по щекам слезы.

Мы смотрели на него, не в силах ничего сказать. Страшно подумать, но сейчас я даже проникся к нему сочувствием. Даже Мишаня, который только что хотел надавать компьютерному гению по шее, несколько смягчился.

- Так это ты отцовские магазины грабил, что ли? – спросил он.

Я вспомнил, что по документам у этих магазинов был один хозяин. И Наталья упоминала, что к ее мужу приезжала полиция. Теперь-то все стало понятно. Глубоко обиженный сын захотел отомстить отцу и не придумал ничего лучше, чем попытаться разорить его… таким вот необычным способом.

Петя кивнул.

- Папашка мой – при бабках, властный, не привык, чтобы ему перечили. Он же не только на работе Большой босс, он еще в семье всех строит и заставляет делать так, как хочет он. И постоянно меня контролирует, мудила! Я всегда был для него не сыном, а бизнес-проектом! И Тимона та же участь ждет… – Петя рыдал, голос его срывался, плечи вздрагивали. – Отца волнуют только деньги!

Мишаня рассмеялся.

- Молодец, сынуля! Это просто сюр какой-то! Впрочем, вы с отцом друг друга стоите.

- Зато теперь папаша точно от него отвяжется, когда узнает, что умеет его сын. И может, даже будет им гордиться.

Я кивнул Мишане, он надел наручники на Петю, и мы повели его, рыдающего, к выходу. Едва мы подошли к двери, как она распахнулась, и внутрь ворвался человек. Запыхавшийся, взвинченный и красный, в белой рубашке и брюках, лысый толстяк с бычьей шеей и ростом под потолок перегородил нам вход и выпалил:

- Какого черта?! Почему мой сын в наручниках?! Что происходит?!

Мужчина зыркнул на меня и на Мишаню угрожающе и сложил руки на груди. Лицо его побагровело, на виске пульсировала жилка.

Мишаня косо глянул на мужчину и вышел из квартиры вместе с Петей, не сказав ни слова. Я решил взять дело в свои руки.

- Вас, простите, как зовут?

- Павел Андреевич! – бросил он грозно.

- Пройдемте-ка, Павел Андреевич, присядем. У нас с вами будет долгий и очень серьезный разговор.

+2
19:05
390
17:00
-1
обычного ботаника-студента, коих тысячи в нашем захолустном городке. многовато студентов для захолустного городка
Рубашка и лицо его были в крови, а рядом с мертвым телом лежал АКМ с пустым магазином. как ГГ определил, что магазин пуст?
Позавчера он ограбил магазин бытовой химии, затем обчистил супермаркет обчистил? подчистую? монстр просто
четверых случайных посетителей в ювелирном случайных посетителей не бывает…
атем из окна магазина, пробивая лбом стекло, на улицу вылетает мертвый охранник. так из витрины или из окна? типа пулями так вышвырнуло?
много «этого»
наш судмедэксперт Юля подошла к нам с Мишаней наш/к нам
Вытянула это из его ушей
это из его ушей. Еле достала – уж больно маленькие.

Я взял у Юли пакетик с крошечными черными предметами и поднес к глазам. Это были
это/это
много лишних местоимений
она имела длинные волнистые седые волосы и угловатое морщинистое лицо. в какой форме «имела»?
Это Дима Мезенцев знал я одного Мезенцева…
в моем кармане достал уже автор своим карманом
Перед нами был уютный двухэтажный домик, окруженный металлическим забором в половину моего роста. devil о чем это скажет читателю, не знающему рост ГГ?
Напротив дома стояла белая газель, в кузове пряталось с десяток человек в бронежилетах. тентованная газель?
Денис Казанцев знаю такого
оранжевые рублевые купюры что за рублевые купюры такие?
банальное и скучное переложение «Сладкой парочки» В. Гусева
22:59
вещи у которых есть сюжет у меня меньше пяти не получают. Но тут на слабую троечку и сюжет и исполнение.
Анастасия Шадрина

Достойные внимания