Валентина Савенко №1

Тетя

Тетя
Работа № 98. Автор: Алиимир Злой. Дисквалификация в связи с отсутствием голосования

Лена и Костя познакомились в университете. Она только поступила на первый курс, он перешел на второй. Впервые они встретились на собрании факультета, где «бывалые» студенты вводили в курс дела «зеленых первачков». Он понравился ей сразу. Завязалось общение, и вскоре Лена решила, что Костя станет ее парнем. Отношения развивались стремительно. Через месяц они уже официально считались парой. Спустя полгода Костя признался Лене в любви. Она ответила взаимностью. Что и неудивительно т.к. сама же и подтолкнула его к признанию, разыграв трагическую сцену. Через два года они сняли квартиру и зажили по-взрослому. Костя к тому времени уже работал в муниципалитете, а Лена давала уроки английского. Потом вместе окончили университет. Лена бакалавриат, Костя специалитет. И вскоре выяснилось, что Лена беременна. На радостях буквально через полтора месяца отыграли свадьбу. И спустя еще семь родился Павлик.

И все бы ничего, если бы не Костина мать. Светлана Леонидовна с первых дней невзлюбила Лену. И очень плохо это скрывала. С чем это было связано, Костя понять не мог.

- Она умная, красивая, хозяйственная. Не какая-нибудь дура глупая или тусовщица. В чем проблема, мам? – недоумевал Костя.

В ответ – лишь фырканье и закатывание глаз.

Лена догадывалась, что дело, скорее всего, в том, что Светлана Леонидовна ревновала Костю, единственного сына, которого растила без отца. Она пыталась поговорить с ней, объяснить, что не собирается становиться главной женщиной в жизни Кости, что ей всегда была и будет Светлана Леонидовна. Но из этого ничего не получалось. И поэтому каждое событие в отношениях пары сопровождалось бурным скандалом со стороны Светланы Леонидовны.

- Она тебя обманет! Она обманет тебя, вот увидишь! Ей нужны только твои деньги! – выкрикивала Светлана Леонидовна свой главный аргумент.

- Да мы любим друг друга, мам. Хватит говорить всякую чушь! – парировал Костя.

Чем серьезнее становились отношения, тем невыносимее становилась Светлана Леонидовна. Доходило до смешного: женщина буквально загородила собой дверь, чтобы не выпустить сына из дома, когда узнала, что молодые люди решили съехаться. Новость о беременности она вообще приняла катастрофически. Ее пришлось отвезти в больницу.

- Сердечный приступ, - сказал врач. – Пока она побудет у нас, но в дальнейшем постарайтесь обеспечить ей покой, - посоветовал он.

Костя был подавлен. Он не мог выбирать между своей матерью и матерью своего ребенка. Когда Светлана Леонидовна пришла в норму, ей сообщили о свадьбе. После этого она неделю не разговаривала с сыном.

- Хотя бы приступа не было, - радовался Костя.

На свадьбу Светлана Леонидовна не пришла. Лена даже хотела все отменить, видя, как мучается Костя. Но он не позволил. Он стоически вынес всю церемонию и также стоически веселился весь праздник.

Беременной Лене требовалось больше внимания, поэтому Костя стал реже навещать мать. Это не замедлило сказаться на ее настроении. Чем больше становился срок, тем злее становилась Светлана Леонидовна. И когда родился Павлик, ее нервы достигли предела. Светлана Леонидовна умерла.

Лена сидела на кухне и пила чай, укутавшись в свой любимый серый спортивный костюм. Отсутствующим взглядом она смотрела телевизор, не замечая, как взлохмаченные волосы лезут в глаза. В прихожей хлопнула дверь. Ленин взгляд приобрел осмысленность, и она вышла встречать мужа.

- Привет, - сказала она и нежно обвязала его в объятия, уложив голову на грудь. Костя возвышался над ней почти на две головы, поэтому Лене всегда было удобно обниматься с ним. Сейчас она наслаждалась его твердостью, энергией и свежим морозным запахом. Она чувствовала себя в безопасности, и все ее тело наливалось спокойствием.

Костя поднял ее голову, заглянул в уставшие глаза и, улыбнувшись, мягко поцеловал в губы. Насладившись друг другом, они разлепили объятия. Костя начал раздеваться.

- Как Павлик? – спросил он.

- Спит. Наконец-то, - сказала Лена устало, - Сегодня весь день был какой-то беспокойный. Кричал, есть не хотел. Недавно только уснул.

- Так, пойду поговорю с этим проказником, - с наигранной суровостью сказал Костя.

- Давай, только не разбуди его снова, - попросила Лена.

Когда Костя пришел из детской, Лена стояла перед телевизором, как статуя, с чашкой чая на полпути к губам. Ее усталость бросалась в глаза.

- Садись, Лен. Я приготовлю ужин, - сказал Костя и, поцеловав, потянул жену к столу.

- Нет, Кость. Я сейчас, все нормально. Просто устала чуть-чуть, вот и все, - начала причитать Лена, высвобождаясь из Костиных рук.

- Лен, сядь на стул и успокойся. Все хорошо. Ничего страшного, если я приготовлю нам поесть, - твердо сказал Костя.

Лена подчинилась. Она села за стол, подобрав ноги и по-прежнему сжимая чашку чая, с благодарным взглядом стала наблюдать за мужем. Ей было немного совестно, ведь он только пришел с работы, устал, еще и ужин готовит. И в то же время она восхищалась его благородством. Правда и она не весь день баклуши била. Следить за полугодовалым ребенком это тоже работа. Но все равно она решила отблагодарить Костю ночью. Если, конечно, Павлик будет спать спокойно. И если она сама не отключится.

Костя нажарил картошки, нарезал салат и разложил все по тарелкам. Поначалу они ели в полной тишине, просто утоляя голод. Лена вспомнила, что не спросила у Кости, как дела на работе. Но она настолько устала, что не хотела вникать в это, поэтому просто одарила его улыбкой.

- Спасибо, - доев, сказала она и стала поспешно собирать все со стола, пока не вмешался Костя.

- Лен, иди сюда, оставь все это, потом уберешь, - сказал он, протянув к жене руку.

Лена удивленно посмотрела на него, хлопнув пару раз ресницами, и села к мужу на колени. Костя заглянул ей в глаза, не говоря ни слова, как будто пытался в них что-то найти.

- Что? – недоуменно спросила Лена.

- Нам нужно переехать в мою старую квартиру, - сказал Костя.

Для Лены эта фраза прозвучала, как выстрел возле уха. Она вскочила и отошла к окну. Отвернулась, насторожилась. Она не хотела даже говорить об этом, она не хотела переезжать.

Костя подошел к жене со спины, обнял и прикусил за ухо. Он делал так всегда, еще со времени их первой ссоры. Лена улыбнулась, закрыла глаза и глубже укуталась в объятия мужа. Ее тело расслабилось, дыхание стало ровнее и легче, она начала успокаиваться. Она почувствовала опору, она почувствовала, что не одна.

- Лен, я знаю, для тебя это не просто. У тебя какой-то безотчетный страх перед этой квартирой. Но нам надо переехать туда, понимаешь? Ты сейчас не работаешь, а сумма за съем квартиры не уменьшилась. Расходы на Павлика сама знаешь какие. Ты же у меня смелая девочка, сильная, ведь так? Ты справишься с этим, я знаю, - сказал Костя.

Аргументы звучали железно, и Лена понимала это. К сожалению, они ничего не могли сделать с ее страхом. Она боялась находиться в той квартире. Она не могла решиться.

- Слушай, давай на выходных съездим туда, посмотри, а потом уже будем решать. Хорошо? – спросил Костя.

- Хорошо, - прошептала Лена.

Они сидели в машине перед домом. Молчали. Костя ждал, пока Лена соберется с духом. На заднем сидении в детском кресле лежал Павлик. Он хлопал карими лучистыми глазами и сопел.

Наконец Лена сделала резкий вдох, отстегнула ремень и вышла. Костя последовал за ней. Лена взяла Павлика на руки, его лицо растянулось в улыбке, и вся семья отправилась в квартиру.

Костя открыл дверь, прошел внутрь. Лена осталась за порогом. Она колебалась, но увидев вопросительный взгляд мужа, сделала решительный шаг.

Она ничего не почувствовала. Когда она думала об этой квартире, то всегда испытывала страх. Сейчас она находилась в ней, но ни один мускул ее души не напрягся в ожидании атаки. Это обескураживало. Лена расслабилась и прошла вглубь квартиры. Костя следовал за ней на расстоянии.

Лена осмотрела первую комнату: шкаф вдоль стены, телевизор в специальном проеме шкафа, диванный уголок, цветы в больших кадках на полу. Все было выполнено в темных тонах, поэтому в комнате создавалось мрачноватое настроение. «Но ничего, ведь это можно и переделать», - подумала Лена и прошла во вторую комнату, смежную с первой.

Раньше здесь жил Костя. И, по всей видимости, с тех пор, как он съехал, здесь ничего не изменилось. Лена помнила эту комнату еще со времен университета, когда пряталась в ней от Светланы Леонидовны. Все та же большая кровать у дальней стены, напротив шкаф и рядом с ним компьютер. Справа от входа тумбочка с телевизором, напротив, перед окном, письменный стол. Все осталось, как прежде.

Лена не чувствовала страха или какой-то угрозы от квартиры. Может и правда она все выдумала? Может и правда в квартире безопасно? – подумала Лена. Вот и Павлик улыбается, а дети чувствуют, когда что-то не так. В конце концов, Костя прав, тянуть ребенка и аренду квартиры слишком тяжело. И очень глупо, если есть своя.

Лена обернулась и посмотрела на мужа. Костя одними глазами спросил, какое решение она приняла. Лена улыбнулась.

- Поехали собирать вещи, - сказала она.

С момента переезда прошел месяц.

Молодая семья спала в бывшей Костиной комнате, ныне одновременно и детской и родительской. Ночь стояла тихая и гладкая, воздух был нежен и мягок, как вата. Павлик смешно похрапывал во сне.

Лена повернулась, вяло откинула одеяло и свесила ноги. Сонная, она долга не могла найти тапки и, проверив Павлика, пошла в туалет босиком. Когда она вышла, то резко остановилась посреди коридора, как будто наткнувшись на стену. Что-то изменилось в атмосфере квартиры, что-то стало не так. Лена чувствовала это всей кожей. В ее сердце закралась тревога, в душе снова открылись источники страха.

Лена прошла на кухню. Налив стакан воды, она стала присматриваться к обстановке, пытаясь понять, что изменилось, что заставило ее бояться вновь. Чем дольше она стояла, тем страшнее ей становилось. Лена прокралась в большую комнату, но и здесь не смогла догадаться, что ее настораживает. Просто что-то изменилось во всей квартире. И то, что она не могла понять что именно, пугало еще больше.

Лена прижалась спиной к стене. Так она почувствовала себя в безопасности. Хотя дышала все равно медленно и тихо, озираясь по сторонам.

«Павлик!» - подумала Лена и сорвалась с места.

Раздался звонок в дверь. Лена заверещала, подпрыгнув, будто ударенная током.

Проснулся Павлик и начал кричать. Проснулся Костя и сонный плохо понимал, что происходит. Из тарабарщины Лены, прижавшейся к нему всем телом, он понял, что она чего-то испугалась в коридоре.

- Костя, иди посмотри, что там! – умоляла Лена.

Но Костя ничего не увидел.

Утром Лена рассказала ему о своих опасениях по поводу квартиры.

- Лен, успокойся. Это обычная квартира с каменными стенами. В ней нет ничего страшного, - сказал Костя. Но ее это не успокоило. Несмотря на Костины уверения, что все в порядке, ее тревожность не прошла. Лена постоянно находилась в напряжении и ждала какого-то подвоха.

Она зашла в комнату с тазом чистого белья, открыла дверцу шкафа и вскрикнула, содрогнувшись всем телом. Ей показалось, что она увидело во внутреннем зеркале женщину, стоящую рядом с колыбельной. Лена бросила таз, подбежала к Павлику, схватила его на руки и выпученными от страха глазами начала осматривать комнату. Она подошла к шкафу, открыла дверцу. В зеркале никого не было.

- Все хорошо. Все хорошо. Мне показалось. Просто показалось. Все хорошо. Ничего страшного, - испуганно шептала Лена.

Вечером она вся на нервах готовила ужин. Несколько раз обожглась, пролила воду из кастрюли и напоследок умудрилась порезать палец. Наклеив пластырь, она опрокинулась на стул и начала массировать виски. Через несколько минут ей стало легче. Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

По радионяне раздались какие-то помехи. Лена взяла рацию поправить настройки. Сквозь треск и шорох она услышала нечто похожее на «Он мой». Лена стремительно пошла в детскую. Ее руки дрожали, а сердце стучало, как отбойный молоток. Она взяла Павлика и села в большой комнате смотреть телевизор, чтобы как-то отвлечься. Одной рукой Лена убаюкивала сына, сбивчиво напевая колыбельную, второй щелкала каналы. На долю секунды ей показалось, что на экране мелькнула та же женщина, что и в зеркале. Лена резко и с шумом вдохнула, выключила телевизор и с ногами забралась на диван, прижимая к себе Павлика. По ее щекам текли слезы, а из груди тянулся непрерывный стон.

Костя пришел вечером.

- Знаешь, мне кажется, ты просто засиделась дома, - сказал он, когда добился от Лены более-менее связного объяснения. – Тебе нужно отдохнуть. На выходных я посижу с Павликом, а ты звони Марине и топайте с ней по магазинам.

Лена кивнула.

Выходные удались на славу. Лена купила себе летнее платье и купальник.

- Вот ты же потом скажешь, что они старые. Или платье к туфлям не подходит. Зима на улице, купила бы лучше что-нибудь по сезону, - сказал Костя.

- Так тебе нравится или нет? – спросила Лена.

- Нравится, - буркнул Костя.

Часы показывали три ночи. Лена спала на Костиной груди, обхватив его, как подушку. Ее волосы лезли ему в лицо, поэтому он лежал, откинув голову в сторону. Рядом в колыбельной посапывал Павлик.

Лена заворочалась, откатилась на спину, бубня что-то невнятное, под веками бешено задергались глаза, лоб покрылся напряженными морщинами. Она сжала кулаки, разжала их и успокоилась.

И резко вскочила, крича. Костя, не проснувшись, отвернулся к стене. Обезумевшая Лена подлетела к сыну. Тот мирно спал, посасывая правый мизинец. Лена облегченно выдохнула.

- Дурацкий кошмар, - сказала она, нежно-нежно поцеловала Павлика и вернулась в кровать.

Она начала засыпать. До нее донесся веселый детский смех, только Лена не могла понять сон это или явь. Грань реальности стерлась, и стало трудно понимать, где действительность, а где нет.

- Тетя, - сказал Павлик.

Лена сразу поняла, что это не сон. Ее сын только что произнес первое слово. Ее глаза распахнулись. Сон улетучился, как пуля. Лена почувствовала, что в комнате кто-то чужой. Тело девушки сковал ужас, в груди застыл вдох. Лена посмотрела на Павлика. Он смотрел в самый темный угол комнаты, дергал ножками и ручками и улыбался во весь рот.

Лена посмотрела в тот же угол, что и Павлик. Оттуда вышла женщина лет шестидесяти. Черные засаленные волосы падали ей на глаза, испачканные тушью. Ее серое домашнее платье оголяло бледно-синие руки и голени. Женщина босиком подошла к колыбельной. На ее лице проступило нечто вроде улыбки.

Увидев ее, Лена сразу все поняла. Это она. Она хочет мести. И пришла за Павликом. Глаза Лены налились слезами, дрожащими руками она закрыла рот, не в силах даже пикнуть от ужаса. Ей стало трудно дышать.

Светлана Леонидовна наклонилась к Павлику. Лена сорвалась с места, как ракета. На мгновение страх покинул ее. Материнский инстинкт завладел ее телом и мыслями. Она знала только одно – она должна защитить сына.

Но Лена не успела взять его на руки. Светлана Леонидовна встала прямо перед ней. Женщины посмотрели друг другу в глаза. Лена бешеным взглядом провалилась в серые холодные безжизненные и бесконечно злые глаза Светланы Леонидовны. Девушка моргнула и поняла, что проиграла. Что потеряла сына.

- Нет, пожалуйста, - прошептала она.

На ее щеки вывалились слезы, грудь сжалась от боли, будто из нее вырвали ребра. Лена начала рыдать, как маленькая девочка. Сильно. Навзрыд. Она рыдала и продолжала смотреть в глаза Светланы Леонидовны, которые ни капли не изменились. Даже от осознания своей победы. Они были все так же холодны безжизненны и злы.

Светлана Леонидовна сделала шаг вперед. Лена попятилась. Медленно-медленно Светлана Леонидовна начала наступать на девушку. Лена уперлась спиной в стену и съехала по ней на пол. Светлана Леонидовна опустилась напротив. Она максимально близко приблизила свое лицо к заплаканному лицу Лены. Девушка почувствовала исходящий от нее холод.

- Ты забрала у меня моего сына, я заберу у тебя твоего, - сказала Светлана Леонидовна режущим голосом.

Она встала, медленно и бесшумно, не сводя глаз с Лены, отошла спиной к колыбельной. Повернулась, взяла Павлика и снова посмотрела на Лену.

- Нет!!! Ну, оставь, пожалуйста!!! – закричала Лена, срывая горло и обливаясь слезами. По ее телу пробежал спазм боли.

Она кричала и плакала, беспомощно сидя на полу. Светлана Леонидовна повернулась к ней спиной и пошла в тот угол, откуда появилась. Лена умоляюще протянула к ней руки, но Светлана Леонидовна не обернулась. Она просто растворилась в темноте вместе с Павликом. Лена огласила ночную тишь истошным воплем.

Утром Костя нашел ее на кухне. Она сидела рядом с открытым холодильником, заплаканная и пьяная, и держала недопитую бутылку водки.

- Что случилось? Где Павлик? – ошеломленно спросил он.

Лена ответила полным ненависти взглядом, разбила бутылку и набросилась на него. Косте еле удалось ее скрутить.

- Это она! Она забрала его! – кричала Лена. – Ты во всем виноват! Вы оба!

Заснула она, когда приехали врачи и сделали ей укол. Следующий год Лена провела в психиатрической больнице. Костя с ней развелся.

Что случилось с Павликом, никто выяснить не смог. Рассказу Лены, само собой, не поверили. Дело заводить не стали. Слишком уж странная была история.

А фото Светланы Леонидовны на могильной плите наконец-то озарилось улыбкой.

0
292
18:49
много лишних местоимений
укутавшись в свой любимый серый спортивный костюм. как можно укутаться в спортивный костюм?
Раздался звонок в дверь. Лена заверещала, подпрыгнув, будто ударенная током. чего она заверещала? истеричка?
а тут где фантастика? такую чушь постоянно по ТВ долдонят. моя тетка и та бы увлекательнее рассказала историю
сумасшедшая мать грохнула сына и теперь рассказывает историю про мертвую свекровь
статей желтой прессы нам тут только не хватало
13:52
Страшилка про свекровь, прям монстра из неё сделали crazy Не впечатлило, к сожалению.
17:50
Ужастик, но мотивация какая-то странная — обычно такие свекрови не умирают от сердечных приступов, а портят кровь невесткам долго и с удовольствием. Или она была ведьмой? В тексте это нигде не обозначено.
Загрузка...
Константин Кузнецов