Валентина Савенко №1

Последний защитник

Последний защитник
Работа №205

Стинвей смахнул песок с люка и откинул железную крышку. Внутри было темно и прохладно, в этой пустыне солнце убивало быстрее чем яд, пропитавший «Золотую Долину» за время осады, длившейся пол века.

Палочка хрустнула и холодный свет химической реакции вспугнул тьму. Парень, обжигая руки о металл прямо сквозь перчатки, спустился вниз, предварительно задраив люк. Тут хоть и страшно, зато нет проклятой жары.

Многие убежища нанесены на карту, их местоположение и входы известны, внутри лежат огромные сокровища, сделав всего одну ходку, можно стать богатым. Можно купить замок в квартале нищих, или приличную студию с кондиционером в городке. Но никто из убежищ не возвращался живым, да и мертвым тоже. Туда запускали саперных дронов, и с ними просто пропадала связь, все кто отваживался по своей воле или став должником у скупщиков оставались там навсегда.

Стинвей был рядовым «собирателем», возможно чуть более успешным чем другие. Он просто имел свой особый подход к делу, выбирая места где ничего нет. Скупщики всегда платили копейки за находки, едва хватало на еду и воду, причем, все это приходилось покупать у них же. Но даже у этих жмотов были каталоги с фиксированными ценами, в них содержалось более тысячи наименований с картинками. Очень хорошо платили за оружие, энерго-элементы, даже разряженные в ноль и узлы и детали кораблей и анероидов. Все остальное, оценивалось на глазок. И конечно все само ценное давным-давно выгребли. «Золотая Долина» была столицей планеты и ее защищали до последнего. Планета выдержала пятьдесят лет орбитальных бомбардировок, химических и бактериологических атак. Они так и не сдались врагу. Гудерианцев, скопивших огромные силы на орбите вынудили оставить гордую планету, перебросить все ресурсы на защиту своих территорий, Земной альянс большой ценой отбросил противника от своих колоний. Война до сих пор не закончилась, но стычек более не происходило, участники великих сражений пытались зализать раны. На пограничных территориях космоса, часто происходили конфликты, но ничего широкомасштабного не случалось.

За время блокады, на Золотую Долину сотни раз высаживался десант и крупные воинские формирования. Вся пустыня усыпана остовами сбитых кораблей и военной техники. Не было такого дня, чтобы искатель ничего не нашел, чтобы полностью прочесать космический корабль класса «А» могли уйти годы. А их валялось в песках пять штук, и только один из них был разрушен основательно, да и то потому, что защитники долины использовали его как форпост для отражения атак пехотных частей врага.

Стинвей сожалел о своей доле, он был в рабстве у песчаной банды с детства, о старой жизни, о своих родителях ничего не знал, да и не особо интересовался. Когда ему исполнилось пятнадцать, он бежал с двумя пленными солдатами западного гарнизона, именно они научили его ориентироваться на местности и мастерить солнечные часы, узнавать направление движения по звездам, планируя маршрут. Они успешно бежали и проделали двухдневный путь, все было отлично кроме запасов провианта и когда Стинвей проснулся ночью оттого, что его товарищ воткнул ему нож под ребра, стало ясно почему эти двое выбрали именно его для побега.

Химический фонарик отбрасывал рваные тени. Узкий коридор обшитый сталью протянулся на несколько сот метров и упирался в гермоворота. Они были исполинских размеров, словно открывали доступ в ангар для космического корабля. Стинвей допускал, что находится внутри космического корабля, но строение, выполнение обшивки стен – убеждали в обратном. Либо это корабль исполинских размеров, из тех, что не предназначены для посадки на планеты ввиду огромных размеров, либо убежище – что более вероятно.

Раз убежище, значит там деньги, раз он два года назад смог скрыться тут с ножом в ребрах и выйти живым из убежища, о котором никому не известно, значит он станет сказочно богатым.

Неделю назад, в дотла сгоревшем танке, мимо которого ежедневно проходили бригады искателей, он нашел микросхему, содержащую два грамма «калифорния». Можно было пару недель жить припеваючи, вот только для Стинвея эти деньги помогли организовать экспедицию с трехдневным переходом, запася провиант и кое-что из снаряжения.

Гермоворота были наглухо запечатаны изнутри. Снаружи к каждой створке был приставлен редуктор, только механика, никаких электронных систем. Все что было способно открыть исполинские ворота находилось по ту сторону.

Стинвей представил, - вот он член убежища и возвращается этим путем обратно. Как ему подать сигнал, чтобы открыли? Сказать по рации? Помахать рукой перед камерой слежения? А если камера выйдет из строя, то должен быть дублирующий способ. Раньше каждый человек был на счету.

Он подошел к огромной ржавой створке и постучал. Затем облазил все просторное помещение, осветил каждый угол и ничего. В какой-то момент он поднял голову вверх и понял, что потолка не видно. Узкий коридор вел к пропускному шлюзу, двадцать метров до ворот огромный приемный ангар. Он подбросил химический светильник в надежде определить высоту. На миг, из тьмы показались перила покореженного балкончика на самом верху ворот.

- Да! Вот оно!

Когда то, очень давно с боку ворот были приварены скобы, позволяющие подняться на верх. Теперь же от них остались ржавые пеньки. Возможно их срезали, может, сгнили в труху.

Калифорний, два грамма. Все зря? Стинвей не обманывался, туннель мог закончиться обвалом, тупиком, чем угодно. Он стоял, осматривая створки, может есть зацепы, выступы, еще что…

Заклепки, огромные внешние листы были скреплены на гигантские заклепки. Со временем, круглые шляпки подъела ржа, удавалось зацепиться лишь кончиками пальцев за неровный выступ.

Перчатки пришлось снять, пальцы дрожали от напряжения, неровные кромки вгрызались в подушечки, а он поднялся лишь на пару метров.

Наконец он достиг балкончика, пару раз чуть не сорвался, повезло и на этот раз. Вцепившись в прутья, полусгнивших перил, он лег на решетчатый пол, отдышаться, Химический фонарь погас, воцарилась тьма.

Из изрезанных пальцев сочилась кровь, он их облизал и одел перчатки, стараясь прижать сильнее. Время было не так много, еще предстоит обратный переход по пустыне, надо поторопиться.

Неровный свет вытеснил сумрак. Балкончик был узенький и слава богам, чуть выше кромки ворот находилась дверь, маленькая железная дверь, метр на полтора, с огроменным запорным штурвалом по центру.

На удивление, при всем обилии ржавчины, штурвал с легкостью провернулся, запорный механизм лязгнул и дверь приоткрылась.

По лагерям искателей ходило множество баек. О том, как вымирали целые поселения, когда кто-то открывал непонятную находку, выпуская боевой вирус. О успешной группе, которая нашла уцелевший вездеход и по незнанию активировала самоподрыв. Куча страшилок и слухов. Были россказни об успешных находках, безделушку, не представляя ее истиной ценности искатели продавали за гроши, а оказывалось, они теряли целое состояние.

Стинвей не всему верил, но на его памяти происходили разные случаи. Люди, гибли подрываясь на древних минах, получали химические ожоги, просто ложились спать и не просыпались, схватив смертельную дозу радиации. Сам он, ничего помимо двух грамм калифорния слишком уж ценного не находил. Ну а кто находил, что-то стоящее, держал язык за зубами.

Вот только сейчас Стинвей задумался, ему стало страшно. Что если, открыв дверь он выпустил на волю боевой вирус? Что если база имеет сильный радиационный фон, и он уже схлопотал смертельную дозу? Парень невольно прислушался к внутренним ощущениям, потом просто плюнул на проснувшиеся страхи и проник внутрь.

Это было техническое помещение. Для каких нужд – не ясно, но очевидно еще во время войны с него демонтировали все оборудование оставив пустые шкафы под электронную начинку пультов и смотанный кусок стального троса. Это все! Помещение не куда не вело и было просто резервным пультом. На всякий случай он проверил трос, но тот не оказался сделанным из промышленной платины. Такое было с его погибшим год назад другом. Никого не заинтересовали аккуратно сложенные штабелем решетки, а он проверил их магнитом, потом выбил искру и сверился по каталогу, - платина. Оказалось, до войны их применяли на производстве с использованием высоких температур. От самого промышленного комплекса остались подвалы с техническими трассами - настоящий кладезь цветных металлов.

Все зря. Эти ворота способны выдержать подрыв небольшой ядерной бомбы. Можно продать информацию, сущие копейки. Ничего конкретного он не сможет предоставить, запертые створы никого сильно не заинтересуют.

Обратный спуск занял меньше времени, стальной трос помог преодолеть половину пути, когда до пола оставалось немного Стинвей сорвался и плюхнулся на песок, смягчивший удар. Он отбил задницу, но это мелочи, впереди двухдневный переход. Есть смысл выйти ночью, будет проще, но задерживаться не хотелось, он планировал сделать крюк и поискать остатки былой цивилизации западнее этого места. Вернется не с пустыми руками в случае удачи. Хотя так далеко поисковые группы не заходят, считается что тут пусто.

Стинвей направился к выходу и замер как вкопанный, словно наткнулся на невидимую стену. Ковырнул носком ботинка песок под ногами, затем упал на колени и начал рыть руками. Стены – металл, потолок – металл, тогда с какой стати, на полу песок?

Он уже вырыл приличную ямку. Оставил ее и подбежав к воротам принялся рыть подле них.

В ход пошла складная лопатка, через час, он углубился по пояс, а дна не было видно. Песок стал более сырым, меньше ссыпался обратно в яму, пришла идея выжать из него воду, но риск отравится слишком велик, везде слишком много заразы, этому учат с детства.

Через пару часов непрерывной работы лопатка чиркнула о металл. Пол был все-таки металлическим, как и положено, просто сверху шел почти двухметровый слой песка. Как такое могло случится – загадка. Через внешний люк, если бы он был открыт, песок намело за годы, но он лежал бы кучей, а тут равномерный слой.

Усердно работая, он обнаружил круглый люк, башенкой возвышающийся над уровнем пола. Электронное табло давным-давно пришло в негодность, открыть крышку удалось не сразу, впервые время оказалось на стороне Стинвея.

Вертикальный лаз пробитый в скальной породе опускался на километр вниз. Это мог быть технический лаз, или запасной выход убежища. Только его расположение смущало, зачем существует выход прямо подле главных ворот, он явно создан для обслуживания дублирующих систем. А это то что надо!

Достигнув дна, Стинвей оказался в небольшой комнате с одним выходом, дверь убежища в метр толщиной была распахнута.

Сегодня он станет богатым!

Он миновал еще три мощных двери, все они были открыты настежь, кто-то слишком спешил, или наоборот был беспечным, хотя во вторую версию вериться с трудом. Осажденные не только выживали запертые под землей, но еще и контратаковали противника.

На ум пришел бородатый анекдот, про партизана из пятого убежища. Мол, искатели проникли внутрь, а на встречу им старик:

- Ну как там? Враги уже улетели?

Стинвей отпер засовы следующей двери, оказавшейся запертой, распахнул и осветил просторное помещение. На сколько хватало взгляда, вдоль стен стояли прямоугольники напоминавшие гробы. На его губах заиграла улыбка – вот оно! Все было не зря!

Двое бывших солдат устроивших побег, решили взять с собой мальчишку. Стинвей был им безгранично благодарен, это было удивительно, почему они не выбрали крепыша Тила, или Зумчика, у того кулак был размером с кувалду. Просто тихонько разбудили его, отомкнули замок, все рабы на ночь приковывали цепями, и прошмыгнув в заранее приготовленный подкоп, о котором Стинвей даже не догадывался, были таковы.

Они недавно попали в плен, бандиты устроили засаду на правительственный караван, перебили все охранение, эти двое сдались и получили статус рабов.

Стинвей валился с ног, они удалились на приличное расстояние, большие переходы делали ночью, днем вели себя настороже и отсыпались.

Этим днем они не спали. Беглецы разрывали расстояние и решили заночевать. Скудные припасы кончились, а пройти надо еще много. Ложась спать, Стинвей думал, что завтра они умрут от жажды, он был не далек от истины, так как проснулся с ножом в ребрах. Его товарищи навалились, прижав руки и ноги, старший даже попросил прощения, сказал, что иначе они все погибнут. И тут до мальчишки дошло, каким образом солдаты собирались дойти до поселения, точнее за счет кого!

Он плюнул в лицо своему убийце, и тот растерялся на мгновение ослабив хватку, в следующий миг Стинвей высвободил руку и ударил второго, потом вцепился в кого-то зубами. Вскочив на ноги, он набросал им песка в лицо вынуждая закрываться, несколько раз ударил ногой и бросился на утек.

Он бежал до восхода, ни на миг не останавливаясь, не оборачиваясь, прижимая рукой нож, торчащий из тела.

Ему приходилось перевязывать раненых, бандиты жили грабежами и частенько получали ранения. Ножик он извлек в полдень, поднялся ветер, бросавший мелкие колючие песчинки в лицо, уставший, измотанный он повалился в песок и больно стукнул колено. Так он и обнаружил внешний вход в убежище. За счет раны он получил так необходимую влагу.

Через три дня, его полуживого, обнаружила группа искателей удалившись на приличное расстояние от лагеря. Информация о бандитах была ценной, и он смог заработать немного воды и впервые за долгое время поесть. Он готов был рассказать о найденном лазе, продать столь ценную информацию за глоток воды, но до этого не дошло, услышав о том, что он беглый, искатели согласились ему помочь, а ведь стоило им чуть промедлить, сделать вид, что им не интересно, и у них в руках оказался бы джек-пот, впрочем, Стинвея скорее всего тут же и убили, довершив начатое компаньонами, просто чтобы больше никому не проболтался, на всякий случай.

Корпус ящика сделан из композитного материала, время не тронуло корпус. Крышка из толстого стекла, оно потемнело от времени и увидеть то что внутри, не представлялось возможным. Все это очень сильно напоминало… инкубатор.

Стинвей осторожно убрал руки от крышки, ему стало по-настоящему страшно. Помещение находится гораздо ниже уровня убежища. Массивные гермодвери, не оснащались замком, любой, будь то враг или друг, мог сюда попасть и вскрыть ящики.

- Инкубатор! – хрипло прошептал Стинвей. – Как только я открою один из них, на волю вырвется неистовая смерть.

Наверняка, подобные хранилища заразили известные убежища, делая их непригодными для использования врагом. Ящик Пандоры, выпускающий на волю сотни вирусов, отравляющих веществ и черт знает, что еще…

По идее, для запуска необходимо как минимум открыть крышку. Наверняка это происходило автоматически, к примеру, на центральный пульт поступал сигнал о прорыве противника на территорию и, если некому было нажать кнопку отмены, жуткая смерть вырывалась на волю.

Стоп, инкубатор находится снаружи убежища, а он все еще за пределами периметра, значит это подарочек нападавшим, на случай штурма главных ворот.

Преодолев первый страх, соблюдая осторожность, боясь лишний раз вздохнуть, он приблизился к саркофагу и присел на колени. Тщательно ощупал корпус, стараясь не давить. По идее, при выходе из строя или отключении питания, крышка должна была открыться, впуская содержимое на волю. Значит что-то пошло не так, или первоначальную программу взломали, вывели из строя, либо она была отменена. Вот в последнее верилось с трудом. Вся «Золотая Долина» была загажена бактериологическим и химическим оружием, всюду разбросаны мины. Лишь десять лет назад сдохли основные вирусы и уровень заражения в процессе распада снизился до приемлемых значений. Но перед этим вся плодородная почва, вся растительность была уничтожена. Не выжили даже простейшие, неприхотливые бактерии, жизнь была полностью и основательно уничтожена, до капли, без остатка. И нет никаких причин считать, что кто-то струсил, или имел причины не добавить свою долю в общий коктейль смерти.

От сильно устал от всех подобных размышлений и просто выбросил их, приказав себе не думать. У каждой капсулы должен был быть мощный энерго-элемент для питания при отсоединении от стационарной сети. На этом он и сосредоточился.

Лючок нашелся в изголовье капсулы. Болтики охотно выкручивались, они были из нержавеющей стали и тоже имели ценность, Стинвей прикинул, только за счет этих болтов, если их свинтить с каждой капсулы, можно отбить часть расходов. Немного, зато в плюс.

Азарт взял свое отодвинув неисчислимые опасности, спрятанные в нутре гробика на второй план. С аккуратностью сапера, он снял крышку и заглянул внутрь.

О боги! Вот это удача! Внутри, как и положено в подобных случаях в гнезде покоилась батарея. Да не абы какая, а литий протонная! Она шла в каталоге чуть ли не первой строчкой, ее контакты выполнены из калифорния, емкость одной зарядки достаточно, чтобы электрокар пару раз обогнул Землю и еще бы осталось столько же. Их использовали в космолетах и стационарных противоракетных установках, и по всей видимости в таких вот оружейных саркофагах. Заряжать такую батарею можно от чего угодно, от костра, солнца, холодных предметов. Достаточно нагреть или сильно охладить одну контактную группу. На данный момент, вряд ли на всей планете остались источники, способные зарядить одну такую в полном объеме за месяц.

Тяжелый цилиндр лег в руку. Удивительно, время совсем не тронуло корпус, полоска заряда мерцала красным, оно и понятно, столько лет проработать в холостом режиме. Да это и не важно, ценилась батарея, а не количество заряда.

Стинвей бережно завернул добычу в тряпицу и тщательно осмотрел и ощупал корпус стараясь не касаться стеклянной крышки, глупо помереть страшной смертью теперь, когда ты сказочно богат. Мелькнула мысль про внутренности, наверняка там охлаждающие системы, обогреватели и куча сверхточных датчиков. Даже если они пришли в негодность, в них огромное содержания драгоценных металлов и электронных компонентов. Но, конечно нет смысла так рисковать.

На саркофаге обнаружился второй лючок, поменьше. Внутри тоже был элемент питания, скорее всего дублирующий. Предки были на редкость расчетливыми, эта батарея была попроще и сильно окислилась, представляя из себя гроздья рыжего пуха.

Стинвей встал с колен, поднял над головой химическую палочку медленно осматривая помещение, рваного света не хватало осветить все помещение, тут не одна сотня саркофагов. А может и две сотни, или три, или тысяча…

Светильник мигнул пару раз и погас, а тусклый свет остался, либо Стинвей научился видеть в темноте, либо…

Стекло одного из саркофагов тускло подсвечивалось изнутри, свет едва пробивался сквозь мутную поверхность.

Снять еще пару энергоэлементов и бежать отсюда подальше, перейти с караваном через горы, там говорят получше, определиться с ближайшим маршрутом и постепенно перейти на другую сторону планеты!

Он повернулся спиной к действующему саркофагу и тут за спиной раздался металлический лязг. Прямо на его глазах крышка приподнялась и плавно скользнула в сторону.

- Началось!

Под потолком зажглись лампы, зашуршал воздух, подаваемый из вентканалов забранных решеткой.

- Ааааа… - раздался душераздирающий вопль.

Из саркофага выскочил человек с ног до головы обмазанный белесой слизью, вцепился в Стенвея и закричал:

- Проникновение в третьей секции, две – три сотни пехоты, может больше. Готовьте машины, зайдем к ним в тыл! Быстро!

– Я… я… – заикаясь пробормотал парень.

Мужчина лет сорока, был одет в серый комбинезон и с ног до головы измазан белесой слизью. Он стряхнул жижу с рукавов и уже более внимательно осмотрелся, остановив взгляд на Стинвее.

– А ты, мать твою за ногу, кто такой? Почему автокамеры не работают?

– Я… я… я… – промямлил он.

Мужчина смахнул с лица слизь и вытащил из кармана комбинезона трубку, напоминавшую оружие, в этот момент штанина разошлась, оголяя бедро.

– Что за ерунда? – он осмотрелся еще раз и спросил: – Какой сейчас год?

– Я… я…

– Ты, ты! – перебил он, – Я спрашиваю год какой?

Стинвей неосознанно старался не дышать, чтобы зараза из ящика Пандоры его не поразила, мужчина выскочивший из саркофага был абсолютным сюрпризом. Сизый кислотный дым, черные точки спор, все что угодно, но не человек, могло выйти наружу.

– Вы кто? – совладав с собой, задал он естественный вопрос.

– Капитан Аркадий Семенов. А кто ты?

– Стинвей, я… искатель… «Золотой долины», да… искатель…

– Ну, бывает. – пожал плечами капитан. – Год сейчас какой?

– Не знаю.

– Что здесь случилось, почему все медицинские капсулы обесточены?

– Ме-медицинские капсулы? Разве это не ящики Пандоры? – видя недоумение на лице собеседника пояснил: – Саркофаги с биологическим и бактериологическим оружием.

– Только половина, – кивнул капитан, – Остальное ядерные заряды. Я понял, что нахожусь здесь давно, прошло много времени. Ты не мог бы мне подробнее рассказать, о том, что произошло? Какой статус у убежища?

– Война кончилась семьдесят лет назад, если бы я знал какой сейчас год, я бы сказал точнее, но…

Капитан категорично мотнул головой.

– Как ты здесь оказался?

– Спустился через люк в полу.

– Знаешь, что у меня в руке? – он приподнял цилиндрик.

– Нет.

– Это граната, если я ее подорву, все в этом помещении превратиться в пыль, это понятно?

– Д-да.

– Молодец. У тебя есть оружие?

– Нож. А можно я просто уйду? Я не хочу неприятностей. Если хотите забирайте все себе. – он протянул сумку.

– Нет. Я отпущу тебя, просто помоги разобраться в последних событиях, и я отпущу тебя, мы договорились?

– Да.

– Хорошо, помоги отряхнуть эту гадость со спины.

Некоторое время они очищали комбинезон, штанина дорвалась от ветхости, оставалось диву даваться, как только тело смогло протянуть столь долгий срок, не превратившись в труху, даже одежда поддалась времени.

В конце комнаты одиноко стоял пульт, кресло от которого остался только каркас и небольшой монитор.

Капитан смахнул пыль, осторожно уселся в кресло, чуть попрыгал проверяя прочность и коснулся гладкой металлической панельки справа. Экран несколько раз моргнул и ожил.

Стинвей не моргая, жадно ловил каждое движение Семенова.

– Это резервный пульт базы?

Аркадий потряс гранатой перед его лицом и коротко приказал:

– Отойди вон туда, шаг назад!

На экране появилось меню и капитан, нажимая прямо на надписи, активировал видеозапись.

Стинвей впервые увидел траву и деревья, ему рассказывали о том, что это такое, и мол раньше они были везде, но это даже близко не походило на его домыслы.

Трава была вместо песка, сложно представить, почему она не улетала от ветра. Деревья словно пулеметные вышки лагеря, только на них тоже росла трава. Невероятно!

– Где это? На другом краю Земли?

Капитан зыркнул исподлобья.

– Это прямо здесь. Помолчи минуту.

Камера переместилась, снимая общую панораму местности и приблизилась к гермоворотам идеально вписывающимся в основании высокого холма.

– Такие же как эти, – подумал Стинвей, и тут до него дошло.

– Мы внутри убежища!

Капитан отвлекся на секунду, кивнул.

Запись скакнула вперед, земля была черной, вся в копоти, от деревьев остались пеньки. Вокруг убежища шел бой, окрестности озарялись вспышками взрывов, воздух перечеркивали трассеры, неистово полыхали танки.

– Вот мой отряд. – капитан указал на экран. – Это последнее, что я запомнил.

В группу экипированных в бронекостюмы солдат, залетела ракета, Стинвей сумел увидеть дымный след, очерчивающий траекторию полета. Огромной силы взрыв раскидал их, словно муравьев.

Капитан снова перемотал запись, бой прошел, одна из бесформенных кочек зашевелилась, это был воин, он огляделся и схватив лежащего рядом солдата пополз к убежищу.

Следующая перемотка и на экране полыхал огонь, все было в огне, ничего не разобрать, оставалось удивляться, как аппарат делавший запись не расплавился. Следующая перемотка, и глазам предстал обычный пейзаж. Пески, образовавшиеся за годы барханы.

Капитан рассмеялся, потом заплакал, минут через десять он успокоился и повернувшись к Стинвею сказал:

Сейчас две тысячи шестьсот пятый год. Семьдесят лет назад я лег в эту капсулу, произошел сбой, и она открылась только сейчас. Капсула рассчитана на десять лет, далее идет рискованная консервация содержимого, такие применяются при дальних космических перелетах. Мы же использовали их как защиту от биологического и химического оружия, экономии запасы пищи и воды…

– А почему это помещение такое маленькое? Где проход в остальную часть убежища? Вдруг еще есть выжившие в этих штуковинах.

– Нет. Это все что осталось. Этот сектор питает независимый атомный реактор, его энергии хватит еще на столько же времени. Я… – Капитан замялся на секунду, – Виновен перед тобой, твоим поколением, я должен был защитить вас… мою родину… Золотую Долину…

Капитан отвел взгляд от монитора, на котором ветер сдувал песок с верхушек дюн.

Стинвей сделал шаг назад, он улыбался.

– Я вас не виню.

Из горла капитана вырвался хрип, он содрогнулся от резкой боли, свободной рукой начал ощупывать спину. Пальцы нащупали рукоятку ножа, он вытащил ее из тела и с огромным изумлением уставился на окровавленное лезвие.

– Но почему?

Стинвей сблизился и выхватил из второй руки гранату, повернул влево до щелчка, активировав предохранитель.

Капитан свалился с кресла неловко расставив руки, нож звякнув отлетел в сторону. Жизнь вытекала из его тела с каждым ударом сердца.

Стинвей присел на корточки, похлопал его по плечу и тихо сказал:

– У каждой эпохи есть свои герои.

Капитан порывался что-то сказать, но ему не хватило сил, дернувшись последний раз, он упал лицом вниз, замерев.

Вряд ли компьютер с его записями наблюдений будет полезен. Вот действующий атомный реактор вполне пригодится. В принципе жить можно прямо здесь. Наблюдать за входом через камеру, подключенную к компьютеру. Тут есть суперкондиционер, свет, наверняка найдется синтезатор воды, ну а благодаря батареям капсул, будет и еда, много-много супервкусной еды. Еще он купит себе…

– Внимание! – с потолка раздался громогласный женский голос. – Активирую протокол «Последний защитник».

Стинвей кружился на месте осматривая потолок, пребывая в абсолютной растерянности.

– Что еще за «Последний защитник»? – крикнул он в вверх.

– Протокол «Последний защитник» активирован.

Из решеток вентканалов посыпались золотые блестки, они были легче пыли и быстро заполнили все пространство. Стинвей укрыл лицо шейным платком стараясь реже дышать и кинулся к спасительным гермодверям ведущим наружу, дернул ручку, но та оказалась запертой, а из решеток повалили черные пушинки, они набухали и лопались от прикосновения с предметами взрываясь яркими бардовыми точками.

Внутренности Стинвея обожгло, словно ему в глотку залили свинца, он закричал, но вместо звука из горла брызнула кровавая жижа, шкрябая пальцами рифленый пол продолжал ползти вперед, больше по инерции чем осознано.

– Подрыв реактора через: три; два… – произнес женский голос.

Стинвей воздел руки к потолку мысленно умоляя богиню смерти пощадить его, прекратить мучения.

Его просьба была удовлетворена в полном объеме.

Другие работы:
+2
565
03:46
+1
Начало довольно скучновато. Действие начинается с того момента, как просыпается капитан, там уже читала с большим интересом. Концовка тоже подкачала, и дело даже не в том, что она слишком предсказуемая. Просто остались вопросы, слишком много вопросов. И в плохом смысле — не понятно до конца, что же произошло там, непонятен мир, в котором живёт герой, кроме того, что там ничего нет. Сюжет. Герой нашёл искал и нашёл то, что искал. Но пожадничал и в итоге пострадал.
В общем, впечатления от рассказ расплывчатые, но написано неплохо, хотя и встречаются кое-где ошибки, но это не столь важно. Рассказ скорее понравился, хоть и нет в нём ничего нового.
00:36
Спасибо)
21:32
+1
Хотелось бы вставить свои пять копеек. Иногда создается ощущение, что смотришь Голливудский экшен. Где законы физики, логика и реалистичность отсутствует в угоду зрелищности. Так и тут недостает реалистичности.

«Когда то, очень давно с боку ворот были приварены скобы, позволяющие подняться на верх. Теперь же от них остались ржавые пеньки. Возможно их срезали, может, сгнили в труху…
Заклепки, огромные внешние листы были скреплены на гигантские заклепки. Со временем, круглые шляпки подъела ржа, удавалось зацепиться лишь кончиками пальцев за неровный выступ.
Перчатки пришлось снять, пальцы дрожали от напряжения, неровные кромки вгрызались в подушечки, а он поднялся лишь на пару метров.
Наконец он достиг балкончика, пару раз чуть не сорвался, повезло и на этот раз. Вцепившись в прутья, полусгнивших перил, он лег на решетчатый пол, отдышаться, Химический фонарь погас, воцарилась тьма.
Из изрезанных пальцев сочилась кровь, он их облизал и одел перчатки, стараясь прижать сильнее. Время было не так много, еще предстоит обратный переход по пустыне, надо поторопиться.»
— бедный парень, пальцы болят, кровь течет, и нет аптечки. А ему еще спускаться. И еще как-то делать другие манипуляции пальцами.

«В ход пошла складная лопатка, через час, он углубился по пояс, а дна не было видно. Песок стал более сырым, меньше ссыпался обратно в яму, пришла идея выжать из него воду, но риск отравится слишком велик, везде слишком много заразы, этому учат с детства.»
— бедные пальцы, и как же парень мучался копая песок, который осыпается.

«Через пару часов непрерывной работы лопатка чиркнула о металл. Пол был все-таки металлическим, как и положено, просто сверху шел почти двухметровый слой песка.»
— многовато песка, два метра это серьезно, парень должно быть запыхался, устал и проклял весь мир. Ну я бы так и сделал. А потом еще пару часов отдыхал бы и болели бы пальцы покалеченные ранее.

«Вертикальный лаз пробитый в скальной породе опускался на километр вниз. Это мог быть технический лаз, или запасной выход убежища.»
— н-да, опять бедные пальцы и руки, это надо быть Шварцнегером чтобы такие дистанции преодолевать по лестнице и на такую глубину. Пробежать одно, а по лестнице спуститься — это другое, сильно глубоко.

«Ложась спать, Стинвей думал, что завтра они умрут от жажды, он был не далек от истины, так как проснулся с ножом в ребрах. Его товарищи навалились, прижав руки и ноги, старший даже попросил прощения, сказал, что иначе они все погибнут. И тут до мальчишки дошло, каким образом солдаты собирались дойти до поселения, точнее за счет кого!»
— ребята хотели выпить его кровь? Они вампиры? Я понимаю его съесть, но это же не утолить жажду.

«Он плюнул в лицо своему убийце, и тот растерялся на мгновение ослабив хватку, в следующий миг Стинвей высвободил руку и ударил второго, потом вцепился в кого-то зубами. Вскочив на ноги, он набросал им песка в лицо вынуждая закрываться, несколько раз ударил ногой и бросился на утек.»
— и такие пируеты он вытворял с ножом под ребрами. Там же куча органов, которые достанет нож и приплыли кораблики, мучительная смерть настигнет довольно быстро. Я уж не говорю о том что кровотечение в брюшную полость может быть смертельной, от которой не спасают медики в наше время, не то что в постапокалипсис.

«Он бежал до восхода, ни на миг не останавливаясь, не оборачиваясь, прижимая рукой нож, торчащий из тела.»
— выносливый парень, и не умер от кровопотери.

«Ему приходилось перевязывать раненых, бандиты жили грабежами и частенько получали ранения. Ножик он извлек в полдень, поднялся ветер, бросавший мелкие колючие песчинки в лицо, уставший, измотанный он повалился в песок и больно стукнул колено. Так он и обнаружил внешний вход в убежище. За счет раны он получил так необходимую влагу.»
— ладно, допустим н нож вытащил, кровотечение как он остановил, или просто кровь запеклась? Он точно — вампир! Пил свою же кровь, бррр… с трудом представить такое можно. При том что у него кровопотеря должна была быть сумасшедшая и возможно «сепсис» (заражение крови) от грязного ножа, открытой раны и т.д.
Хотелось бы более реалистичное описание, а то получается не человек, а супермен из комиксов.
А в целом рассказ интересный и легко читаемый, но соглашусь с предыдущим комментатором что предсказуемая концовка.
00:37
Да, мои познания в ранениях слабоваты. Ну и с километром тоже загнул. Идея была в глубине, чтобы бомба не разрушила хранилище)
Спасибо за отзыв)))
22:59
+1
После прочтения рассказа остался вопрос: в чем главная идея, основной посыл рассказа? что убивать нехорошо? ок, это и так в целом понятно. что за все приходит расплата — например, но тоже как-то мимо.
16:09
+1
Скажу словами киногероя, о главной идеи: «Жадность фраера сгубила». Ну во всяком случае у меня такая мысль осталась после того как прочитал сей рассказ.
00:35
Посыл в: «У каждой эпохи свои герои»
Но, — да! Не раскрыл blush
00:54
Мне понравилось, вполне в стиле современных классиков — Петухова, Головачёва, Бобла. Даже грамматика своя, собственная, фантастическая. И если кто-то захочет увидеть негатив, говоря тривиальное «Но...», я всё-таки хотел бы обратить внимание не на недостатки (правописание, банальный и вместе с тем слабенький сюжет с несуразной концовкой), но на достоинства рассказа. Главным из них является то, что рассказ написан — и имеет всё, включая недостатки. Более того: он вполне может быть расширен до романа, если автор возьмётся за коренную переработку материала. И роман этот будет ничуть не хуже, чем у вышеупомянутых классиков, по крайней мере, по некоторым параметрам, это несомненно.
03:29
Рассказ мне понравился laugh
Загрузка...
Илона Левина №1