Ольга Силаева №1

​Химеры

​Химеры
Работа №11

El sueño de la razón produce monstrous

Сон разума рождает чудовищ

Испанская пословица

Я задумчиво затянулся и выпустил струю дыма в утренний дождь. Начинался новый день, так похожий на все предыдущие. Казалось, что эти свинцовые тучи не исчезнут уже никогда, а безжалостное осеннее небо так и будет низвергать бесконечные массы холодной воды на тёмный город. Сделав последнюю пару затяжек и отправив окурок в пепельницу, война за которую (как и за право курить здесь) была выиграна пару месяцев назад, я допил остатки давно остывшего кофе и прошелся по своему “временному” кабинету. Желание убраться отсюда подальше росло с каждым днём, но я давил его, как мог, рисуя у себя в голове прекрасное и светлое будущее.

Утреннее безмолвие кабинета прервал стук в дверь.

- Войдите. – устало сказал я, так и не повернувшись к двери.

- В сорок седьмой опять приступ. – послышался тихий голос медсестры.

Я посмотрел через плечо на её заспанное лицо, молча кивнул и последовал за ней. Сорок седьмая была “одиночкой”. Не то чтобы её бессменный обитатель был слишком буйным или опасным, он был скорее непредсказуем. Большую часть времени проводивший в себе, он мог дням не произносить ни слова и не менять позы. Но в тот раз он был не таким.

Ещё из-за двери я услышал приглушённый смех. Открыв её, я увидел человека со спутанными волосами, сидевшего в дальнем углу палаты спиной к двери. Пребывая в крайней степени истерии, он то хохотал, то плакал навзрыд.

- Макс, что случилось?

- Он! Он пришел. Пришел. – Макс говорил отрывисто, прерываясь на короткие смешки. – Он! Он…

- Кто пришел, Макс?

Он резко замолчал и замер на секунду, потом медленно повернулся и уставился на меня ярко-голубыми глазами.

- Он заберет тебя. – Макс перешел почти на шепот. – Всех. Их. Заберет…

Он вскочил и стал быстро ходить из угла в угол, что-то бубня себе под нос. Я кивнул санитарам и ушёл обратно в свой кабинет, где за кофе, сигаретами и целой стопкой газет дождался конца смены, изредка принимая посетителей.

Под конец дня я был рад убраться из лечебницы подальше. Я едва ли не бежал по лестнице, потом, сев в машину, какое-то время просто сидел в темноте и курил, слушая шум дождя, глядя на тёмную улицу и слабый желтоватый свет фонарей, который почти не разгонял мрак. Докурив вторую сигарету, я завел машину и отправился в “Cэм и Сара” – небольшой бар, где мы обычно встречались с моим приятелем Харви.

Когда-то давно мы были одноклассниками, сидели за одной партой, однако позже жизнь развела нас. Я увидел своё призвание в медицине, а Эндрю Харви встал на страже закона. Встретились снова мы несколько лет назад, когда ему потребовалась консультация по поводу психического здоровья подозреваемого. С тех пор мы стали встречаться чаще, за стаканом виски пережевывая, словно жвачку, актуальные и не очень темы.

Харви был уже в баре. Как всегда, он сидел за дальним столиком в углу, дымил сигаретой и задумчиво рассматривал плескавшийся в стакане виски. Я направился к нему, кивнув Сэму, мешавшему какой-то коктейль за барной стойкой.

- Привет, Харви.

Я сел напротив.

- Да, привет.

Он залпом осушил стакан и поднял руку, подзывая Сару.

- Повторить? – спросила она, подходя и натягивая на лицо улыбку, однако многодневная усталость всё равно легко читалась в глазах.

Харви кивнул и воткнул окурок в пепельницу.

- Здравствуй, Сара! Как обычно. – сказал я, упреждая вопрос.

- О, добрый вечер, - она слабо улыбнулась. – Как ваши пациенты? Никто не сбежал?

- Мы внимательно следим за каждым, - я усмехнулся в ответ. – Вам не о чем беспокоиться.

Она с улыбкой кивнула и исчезла в сумраке бара.

- Выглядишь так себе, - я посмотрел на Харви. – Что-то случилось?

- Чертовщина какая-то. – Харви поморщился.

- В смысле?

- Я… Я в порядке. Но творится что-то…

Он неопределенно покачал головой и снова закурил. Складывалось ощущение, что он смотрит сквозь вещи и людей, ничего не замечая вокруг.

- Было ли у тебя так, словно кто-то есть рядом? – заговорил он после паузы. – Кто-то невидимый, но вездесущий.

Он мял сигарету в руках, продолжая смотреть в никуда. Я кивнул Саре, которая молча поставила два стакана на стол и удалилась.

- И кажется, что этот невидимка всегда рядом. Он наблюдает за тобой, за каждым человеком. Всматривается в лица и читает мысли.

- Тебе кажется, что тебя преследует кто-то?

- Нет. Не надо мне ставить диагноз! Дело вовсе не в этом. Просто…

Он осекся и на какое-то время вновь задумался. Я пригубил виски и откинулся на спинку стула, внимательно глядя на него.

- Пропадают люди. Бесследно и очень странно. Человек может исчезнуть даже из закрытой квартиры.

Он потушил окурок и отхлебнул виски. На долю секунды на меня накатило неприятное ощущение взгляда в спину. Невольно дернув плечами и обернувшись, я осмотрел полупустое, затянутое табачным дымом, словно туманом, помещение и, не заметив ничего необычного, снова перевел взгляд на Харви.

- Никогда не видел такого, - продолжил он. – Я не верю во всякую чертовщину, но это объяснить не могу.

- А свидетели, камеры?

Он отрицательно покачал головой.

- Есть человек, – Харви щелкнул пальцами. – Нет человека.

За тот вечер он рассказал мне несколько историй. Парень исчез из офиса, когда отошел в туалет, оставив на рабочем месте недопитый чай, сумку и верхнюю одежду. Женщина исчезла из собственной квартиры, двери и окна которой были заперты изнутри. Таксист, видимо, ожидавший кого-то или просто дремавший в машине, пропал, оставив работающий двигатель, свет в салоне и запертые двери. Подобных историй была масса.

В ту ночь я не смог уснуть, перебирая в голове все рассказы Харви. Я пытался их как-то систематизировать, найти хоть какое-то приемлемое объяснение, но каждый раз заходил в тупик. Эти мысли не покидали меня потом ещё несколько дней, однако со временем они всё же отошли на второй план, уступая место однообразным будням в лечебнице и желанию бежать оттуда. Так прошло еще несколько недель, пока очередной приступ Макса не застал меня в ночную смену. В этот раз он катался по полу своей палаты, хаотично размахивая руками.

- Кровь! Это моя? Везде кровь! – с ужасом кричал Макс, пока санитары пытались его скрутить. – Нет! Тслаток! Уходи!

Я не стал тогда на это долго смотреть, молча вернулся в кабинет с намерением перехватить пару часов сна, пока не явится хоть кто-то, кто может сменить меня, однако поспать так и не вышло. Каждый раз в темноте под закрытыми веками я видел безумные ярко-голубые глаза.

С Харви мы встретились следующим вечером. Он был мрачен, молча пил и без остановки курил, обволакивая всё вокруг табачным дымом. В баре было безлюдно, но меня тогда это почему-то не удивило. И лампочки… Мне показалось, что они стали тусклее.

- Опять проблемы на работе? – я наконец прервал тишину.

Харви неопределенно покачал головой и затянулся.

-Помнишь ту историю с исчезновениями? – тихо начал он. – Сегодня опять. Пустая квартира и никого. Только в этот раз кровь. Повсюду.

Меня передернуло. На секунду даже показалось, что я слышу крики и смех Макса.

- А ещё эти. – продолжил Харви. - Добрались черти!

Он достал из внутреннего кармана сложенную газету и бросил на стол - небольшая статейка об исчезновениях. Никакой конкретики.

Харви тогда рано ушёл, сославшись на усталость и недосып. Да и я, допив свой стакан, последовал его примеру. На улице тогда был мелкий дождь, который заставлял сутулиться и втягивать голову в плечи, поднимая воротник плаща. Мигали редкие вывески магазинов и кафе, тусклые фонари неохотно разгоняли вечерний сумрак. Улица была абсолютно пустой и тихой. Но когда я свернул в тёмный переулок, снова появилось странное ощущение, нарастающее с каждым шагом. Кто-то смотрел мне в спину. Я оглянулся. Пустая улица, освещенная редкими фонарями, серое небо, усталые дома с тёмными провалами окон. Поёжившись, я пошёл дальше, но ощущение не отпускало. Обернувшись еще раз, я увидел, как моргнул и погас фонарь в начале улицы. Я пошёл чуть быстрее, изредка поглядывая назад. Фонари за моей спиной гасли один за другим. Нырнув в арку, ведущую во двор моего дома, я остановился перевести дыхание. Вскоре погас фонарь рядом со мной, через несколько секунд следующий. Выглянув из-за угла, я заметил кое-что: на фоне освещенных участков прорисовывалась неясная тень. Что-то двигалось по проводам. И всякий раз, когда оно касалось фонаря, тот мигал и гас. По спине пробежал холодок. Попытки присмотреться ни к чему не привели – разглядеть детали было невозможно. В груди всё сжалось, словно желудок завязали узлом. Я медленно попятился. Аккуратно, стараясь не шуметь, я добрался до своей квартиры, запер дверь на оба замка и, только наливая виски, заметил, как дрожат руки.

Следующим вечером у Макса был новый приступ. В этот раз он кричал, забившись в угол.

- Нет! Кожа! Где моя кожа? Оставь меня! Нет! Нет!

Я стоял на пороге его палаты и молча смотрел на него. Макс был чрезмерно худым, из-за чего больше походил на подростка. Лицо его сильно осунулось, и ярко-голубые глаза, словно светившиеся изнутри, казались непропорционально большими. Он вдруг замолчал, бессильно уронив голову на грудь и, просидев так несколько секунд, взглянул на меня.

- Ты видел его?

- Кого, Макс?

- Тслаток видел тебя. Он заберет тебя.

Тем же вечером я направился в бар у Сэма и Сары. Решив покурить у входа, я медленно прохаживался взад-вперёд, задумчиво поглядывая на вывеску и вечно мигающий амперсанд между именами, когда услышал какой-то шаркающий звук. Повернув голову, я заметил в отдалении тёмный силуэт. Он странно волочил ноги при ходьбе и дёргано раскачивался. Поморщившись, я выкинул окурок и зашел в темные недра бара. Я пробрался в дальний угол сквозь густые клубы табачного дыма и подошел к столику. Харви был уже здесь. Он доедал порцию крыльев, мрачно поглядывая по сторонам.

- Привет, Харви. – бросил я, садясь напротив него.

Он кивнул, не прекращая обгладывать кость.

- Как дела? Очередные исчезновения?

- С чего ты взял?

- Просто предположил. – ответил я, кивнув Саре.

- Знаешь что. Мне это дело и так поперек горла, а еще газеты.

- Знаю - знаю.

Я кивнул, наблюдая как Сара, ставит стакан виски на стол.

- Вы про исчезновения? – шепотом спросила она. – Что вы про это думаете?

- Дорогая, пожалуйста, - Харви поморщился. – Читай меньше газет и не верь слухам.

- Я думаю, - она наклонилась чуть ближе к столу. – Их забирают.

- Кто? – Харви раздраженно посмотрел на нее.

- Кто-то. Вы не чувствуете, что в городе кто-то появился? И он наблюдает за всеми. Смотрит в каждое окно.

- Не мели чепухи. – Харви допил остатки своего пива. – Можешь обновить?

- Как знаешь, дружок.

Поджав губы и прихватив пустой бокал, Сара удалилась к бару.

- Глупая баба. – сердито бросил Харви, закуривая.

Тем вечером мы не стали засиживаться допоздна, решив заглянуть в небольшое кафе, про которое Харви слишком восторженно рассказывал его коллега, утверждая, что там лучшая пицца в городе. Находилось оно в паре кварталов от нас, поэтому решено было идти пешком. Дождь к тому времени закончился, хотя небо было всё так же затянуто тучами. Мы уже прошли почти половину пути, когда, обогнув очередной дом, заметили недалеко от нас странный шатающийся силуэт. На нём можно было различить тёмный поношенный плащ, странную красную обувь и шапку. Однако, когда он, доковылял до фонарного столба и коснулся его, фонарь погас, скрывая незнакомца во мраке. Харви тихо выругался.

- Я его уже видел, - сказал я тихо, сбавляя шаг. – Пару часов назад у бара.

- И что? Видимо, бедняга перебрал и не может добраться домой. – Харви нервно рассмеялся.

Мы прошли ещё несколько метров и заметили, что незнакомец стал медленно оседать на мокрый асфальт.

- Пойду проверю. – холодно бросил Харви, ускоряясь.

Я последовал за ним.

- Сэр! С вами всё в порядке? Сэр! – прокричал он, остановившись на некотором расстоянии от странного незнакомца.

Тот захрипел и стал с усилием подниматься, перебирая руками по фонарному столбу. Хрип иногда прерывался тихим бормотанием, но разобрать слова было невозможно. Казалось, прикладывая неимоверные усилия, незнакомец встал, повернулся к нам и, продолжая что-то бормотать, сделал пару шагов.

- Сэр! С вами всё… - начал было Харви, но внезапно вспыхнувший фонарь прервал его, осветив незнакомца.

Теперь было хорошо видно расстегнутый тёмно-синий плащ и полное отсутствие кожи. По всему телу. Можно было рассмотреть каждый мускул во всех отвратительных анатомических подробностях. Он захрипел ещё громче, словно внезапно вспыхнувший свет причинял нестерпимую боль и, протягивая к нам руку, пошёл быстрее. Я замер, не в силах пошевелить даже пальцами, ощущая пронзительный холод в груди. Казалось, что время остановилось, а мир сжался до небольшого куска улицы, где я остался наедине с этим ужасным существом. Из ступора меня вывел выстрел, за ним ещё и ещё. Я и не заметил, как у Харви в руке появился пистолет. Однако казалось, что незнакомец не реагирует на выстрелы – он что-то бормотал и медленно продвигался вперед. Но Харви, громко ругаясь, продолжал стрелять. И внезапно бескожий исчез. Словно его и не было. Я, ощущая невыносимую слабость, прислонился к стене дома.

- Что это было?! – кричал Харви, нервно расхаживая с пистолетом в руке. – Что это было за дерьмо?!

Он пнул фонарный столб, за который держалось то существо.

- Полобоймы! И не шелохнулся! Ублюдок!

Он ходил кругами, изредка поглядывая на меня. Я же дрожащими руками достал сигарету и закурил.

- Ты видел его, так? – Харви подошёл ко мне, убирая пистолет в кобуру.

Я молча кивнул и крепко затянулся.

- И что это за дерьмо? – он говорил уже тише, но голос заметно дрожал. – Коллективные галюны?

- Возможно. Но я не уверен.

- Не уверен? Есть варианты? – Харви тоже закурил.

- Тульпа.

- Это ещё что?

- Есть одна легенда, - отпрянув от стены, я медленно пошёл к фонарю. – Якобы, люди могут создавать какое-то подобие жизни с помощью своих мыслей и веры.

- Чего?

- Воображаемый друг,- я взглянул на Харви через плечо. – Ничего необычного. Хм. Шизофрения. Но по легенде некоторые люди могли добиться почти физического воплощения тульпы.

Я пробежался взглядом по фонарному столбу и, не заметив следов крови, обернулся к Харви. Тот смотрел на меня с усмешкой.

- И ты веришь в это? – хмыкнул он.

- Просто вспомнилось, что однажды где-то читал. – я пожал печами.

За пиццей в тот вечер мы, конечно, так и не отправились, а лишь спешно разошлись по домам. За следующую пару недель я успел перечитать уйму специфической литературы. Однако ничего принципиально нового не почерпнул. Индивидуальная или коллективная галлюцинация, затрагивающая разные органы чувств. А упоминания о материализации, как некого живого организма, способного взаимодействовать с другими людьми, были слишком туманны и неоднозначны. Но не это главное. Я обнаружил уйму странностей, которых раньше не замечал, о которых даже не задумывался. У меня словно открылись глаза. Мне удалось найти тщательно записанную историю болезни Макса, где детально и с датами были описаны почти все его приступы. И почти каждый предшествовал исчезновению. Ещё более подозрительным было то, что первые несколько страниц были кем-то небрежно вырваны. Но это только открывает веер странностей, которые находились вне моего внимания до этого. Санитары Макса... Я больше нигде не видел их, будто они приставлены к нему, как личная охрана. А медсестра? Та, что звала меня к нему в палату. Казалось, что она существует только ради этой задачи. Я не встречал её при других обстоятельствах. Попытки вспомнить, как меня занесло в эту клинику, поставили меня в тупик. Я заменяю приболевшего врача, имени которого вспомнить так и не удалось.

Один раз я попытался проникнуть в палату Макса, никого не уведомляя об этом, однако и этого не вышло. Стоило мне взяться за дверную ручку, как из темноты коридора появились оба санитара, поинтересовавшись моими намерениями.

- Необходим дополнительный осмотр. – соврал я.

- Его лечащий врач не рекомендовал беспокоить больного без необходимости. – ответил один из них, вставая между мной и дверью.

- Но… Я и есть его лечащий врач.

- Вы заменяете его, - улыбнулся второй. – На случай чрезвычайных ситуаций.

Я замялся. В безэмоциональных улыбках и холодных глазах чувствовалась агрессия. А раньше я и не замечал, как они похожи друг на друга.

С того момента связь исчезновений и приступов Макса стала абсолютно очевидной. Окончательно укрепил мою уверенность очередной случай. Макс тогда кричал что-то об отражении и тени. На следующий день пропала девушка из собственной квартиры, где были разбиты все зеркала. А мне пришлось завесить зеркало у себя, потому что в отражении я видел тёмный силуэт в пустом кресле. В который раз я сталкивался с этими существами… Творениями Макса. Но почему они меня не трогают?

И ещё кое-что не даёт мне покоя до сих пор. Не так давно я снова заглянул в бар к Сэму и Саре. В этот раз я был один. В баре с прошлого раза стало ещё темнее. И вот, сидя в этом прокуренном сумраке, я впервые стал присматриваться к немногочисленным посетителям. Ничего необычного, кроме одной детали: все они сидели ко мне спиной. Повинуясь какому-то иррациональному желанию, я подался чуть вперед в надежде увидеть хотя бы профиль ближайшего ко мне человека, но он машинально отвернулся. Мне тогда стало очень неуютно, и, чтобы отогнать это мерзкое чувство и успокоить заметавшиеся в голове мысли, я встал и направился к нему.

- Эй, друг! Мы, случайно, не знакомы, а то… – Начал я, уже протягивая руку, чтобы хлопнуть его по плечу, однако он резко встал и молча ушёл, так и не повернувшись ко мне.

По спине пробежали мурашки. Я нервно осмотрелся и, увидев парочку за дальним столиком, направился к ним. Они сидели боком ко мне, повернув головы так, что я мог видеть только их затылки. Однако мне оставалось пройти пару метров, когда они синхронно встали и быстро ушли.

В груди всё сжалось. Сходил ли я с ума? Или… Чёрт!

Пытаясь скрыть волнение и мелкую дрожь, я направился к барной стойке, где Сэм задумчиво копался в кофемашине.

- Эй, приятель! – он взглянул на меня. – Да на тебе лица нет. Что случилось?

- Ничего особенного.

Я сел на стул, кинув несколько быстрых взглядов назад. Я прошел почти весь бар по диагонали из угла в угол, но все оставшиеся посетители все равно сидели так, что разобрать их лица не представлялось возможным.

- Держи,- бросил Сэм, поставив передо мной стакан и плеснув туда виски. – Тебе не помешает.

- Я не заказывал.

- Да пей уже. – он усмехнулся, убрал бутылку и вернулся к кофемашине.

- Послушай, Сэм.

- М?

- Кто они?

- Ты о чем?

- Ну, эти люди, – я кивнул головой в сторону зала. – Кто они? Ты знаешь их?

- Конечно! – он кивнул. – Это же наши завсегдатаи.

- И ты помнишь их лица? Имена?

- Шёл бы ты домой, доктор. – Сэм улыбнулся. – Похоже, у тебя был трудный день.

В тот вечер я впервые задумался о том, чтобы убить Макса. Тульпа не может существовать без своего творца. Но всё же... Я уже контактировал с некоторыми чудовищами. Почему я ещё жив? Почему они меня не трогают? Удача? Или…

Я не помню, как попал в лечебницу. А более далёкие воспоминания? Они слишком туманные и несвязные, словно осколки разбитого стекла. Я помню Харви, как мы вместе учились, помню какие-то фрагменты из студенческой жизни и свадьбу. Чья это свадьба? Моя? Как зовут мою жену? Я совсем не помню её. Но можно ли верить этим воспоминаниям?

Я перевернул свою квартиру вверх дном, пытаясь найти хоть что-то, что могло бы связывать меня с прошлым. Ни фотографий, ни дневника, который я мог бы вести в детстве. Всё, что меня окружало, каждая вещь или запись прокладывала дорожку лишь к недавним воспоминаниям, не вызывая из памяти ничего, что могло бы быть до этой лечебницы.

Единственной лазейкой в прошлое был Харви. Однако он исчез. Словно сквозь землю провалился. И именно это исчезновение заставило меня тогда запереться в квартире, завесив окна и зеркала. И просидев так ещё несколько дней, проанализировав и взвесив всё, я решил, что единственно верным будет убить Макса.

Вот и сейчас, сидя в машине и докуривая очередную сигарету я не нахожу иного выхода. Если я сошел с ума, то нет никакого Макса и этих странных санитаров, а мне в итоге обеспечат лечение, а также светлое и мягкое будущее в психиатрии.

Мрачно усмехнувшись, я глянул сквозь густые струи дождя на тёмное здание лечебницы.

А если нет? Тогда я спасу целый город. И избавлю несчастного творца от боли и ужаса, что приносят ему его воплощающиеся фантазии.

Выкинув окурок в окно, я поднял стекло, проверил заготовленный шприц и, прихватив шокер из бардачка, вышел из машины.

В свой кабинет я прошёл без проблем, никого не встретив по пути и отметив, что коридоры освещались лишь тусклыми лампочками над дверьми, верхнее освещение почему-то не работало. Я запер дверь и, включив настольную лампу, достал бутылку виски, которую с недавних пор хранил в ящике стола.

Убить человека. Смогу ли я сделать этот укол? И что будет потом? Может ли создание убить создателя?

Я покосился на зеркало, висевшее у двери. В отражении прорисовывался темный силуэт, сидящий в моём кресле. Тихо выругавшись и хлебнув виски, я вышел прочь. Гулкое эхо шагов носилось по коридору. Меня ждут. Я засунул руку в карман и сжал шокер в руке. Они были уже здесь. Как два цербера, “санитары” вынырнули из мрака и направились ко мне. Подходили молча с пустой и безэмоциональной улыбкой. Первый получил разряд, как только оказался на нужной дистанции. Второй остановился поодаль, смерил меня взглядом и, отойдя к стене, прижался к ней спиной. Я подошел к нему вплотную. Он смотрел мне в глаза и улыбался.

- Его лечащий врач не рекомендовал беспокоить больного без необходимости.

- Я понял.

Он не сопротивлялся. С той же улыбкой принял разряд и свалился на пол. От иррациональности происходящего мне хотелось кричать. Почти бегом я добрался до палаты Макса и распахнул дверь. В палате было темно, лишь из коридора падал тусклый свет, вырисовывая мою тень на полу. Макс сидел в углу, обхватив колени.

- Ты пришёл. – он подался вперед так, что я заметил улыбку на его лице.

- Да, Макс.

Колпачок шприца упал на пол.

- Пора домой. – так же искренне улыбаясь, проговорил он и протянул ко мне руку, демонстрируя пульсирующий узор вен.

Стиснув зубы, я присел рядом, взял его руку и ввел яд. Макс глубоко вдохнул, взгляд стал абсолютно ясным.

- Свобода. – прошептал он и упал навзничь.

Я попытался встать, но тело не слушалось, затем пришла тошнота и слабость. Мир вокруг кружился и дрожал, потом всё вокруг пошло волнами и провалилось в черноту.

***

Я открыл глаза. Небольшая комната с одной дверью, белые стены, в углу под потолком глазок камеры, подо мной жесткая кровать. Вскоре дверь открылась, впуская седоватого человека в халате.

- Так-так… Как сегодня обстоят дела? Как самочувствие? – сказал он, садясь напротив меня и поглаживая густые белые усы.

- Кто вы?

- Хмм… Вы помните, как сюда попали?

Я отрицательно покачал головой.

- А как вас зовут? Помните?

Поймав мой растерянный взгляд, он кивнул с усмешкой.

- Понятно. Ваше полное имя Макс Эндрю Харви. Вы понимаете меня? Ваша жена… Сара. Припоминаете? С ней всё хорошо. Она жива…

0
167
Константин Кузнецов