Маргарита Чижова №1

Замыкание

Замыкание
Работа №21

Песня гремела над морем.

Нет, не так. Песня была морем. Она была водой, покрывавшей все и правившей надо всем. Она была скалами, на которые бросались темно-зеленые волны, оставляя кровь пены и обломки ракушек. Она была ветром, задувавшим с севера, разносившим брызги, колотившим прибой о камень и подгонявшим белопарусный корабль.

Песня была морем. Но песня была и человеком.

Многими людьми. Тем, кто исполнял ее, запрокинув голову и перебирая струны лютни костяным плектром. Тем, кто слушал, запоминал, подпевал на простом и в то же время проникновенном припеве, топая и хлопая в такт. Тем, кто молчал и просто погружался в звук. Тем, кому она предназначалась.

Песня гремела. Она была сутью вещей. Она была природой перемен.

Она делала мир таким, каким ему еще только предстояло стать.

***

Жан де Монфор качался в седле и думал о дожде.

Дождь в этих краях шел круглый год. Нельзя было покинуть кров, дарованный британским сюзереном бретонскому вассалу за заслуги в Столетней войне, чтобы не оказаться вымоченным до нитки. Даже если с утра над головой отчаянно синело и искрилось, к середине дня с недальнего океана обязательно набегали тучи. Все они без исключения были чреваты дождями: мелким и заунывным, словно плач баньши; холодным и острым, будто кинжал; водяной пылью, подло вкрадывавшейся под акетон; жирными тяжелыми струями, падавшими в грязь, как старый пьяница.

Жан качался в седле и думал о дожде, чтобы не думать о другом. О цели своего похода, который походом-то нельзя было назвать, если так уж откровенно. Поход — это когда с тобой целая армия, как тогда, в битве при Орэ. Поход — это пехота, кавалерия, обоз, священники, маркитантки, шум, гам, бардак. А сейчас он шел один. Да лучший друг. Да пятерка лучников.

Но если слухи были верны — ему в случае чего не помогла бы и армия.

Вчера он со своим малым отрядом наконец спустился с Черных Гор. Уклон тропы, впрочем, не сильно изменился — с каждым шагом люди все глубже и глубже падали под темные, древние кущи Ффоррест Фавр. Туда, где обитали фэйри — альрауни, гунна. И альвы — зелигены, гуирт мерхед. И прочие, прочие, прочие.

Идти было страшно. Лучники поминутно оглядывались и крестились. Оливье де Клиссон, с детства стоявший плечом к плечу, не бросивший товарища ни в одном бою, вздрагивал и шепотом сквернословил. Что и говорить, все они знали, куда шли.

Но они шли.

В какой-то момент, когда чаща стала совсем плотной, тропинка поросла чавкающей под копытами травой, а откуда-то с болот натащило душным, липким туманом — лошади просто отказались следовать дальше. Жан не рискнул прибегнуть к хлысту или шпорам. Взбрыкнувшую с дури кобылу ловить потом по этим лесам… Пусть дубовики балуются. А он соскочил с седла, незаметно поморщившись — годы все-таки были уже не те, — примотал поводья к толстой ветке ближайшего вяза и пошел пешком.

Остальные заволновались. Долг — солдатский и дружеский, — предписывал им сопровождать господина. Де Клиссон даже привстал в стременах, нахмурившись и открыв рот — на сей раз не для бранного слова. Но де Монфор лишь махнул перчаткой, положив другую руку на оголовье меча. Он чувствовал: цель похода близка. А лишние глаза и уши ему там были не нужны.

Заросли становились все плотнее. Словно что-то сжимало их, подпирало, не давало раскинуться вольготно. Через десяток шагов путник даже ощутил, что именно — навалилась какая-то тяжкая, невидимая пелена, тормозя и связывая каждое движение. «Как лягушка в смоле», — подумал Жан. Он не испугался. Он знал, что пройдет.

И прошел.

На идеально круглой, словно астролябия, поляне, ровно по центру, будто бы выправленный циркулем да линейкой, торчал аккуратный домик. Трава вокруг домика и до самых кустов, сплетшихся в буро-зеленый забор, была словно срезана под корень. Дождь, кстати, тоже не покушался. И это вернее всего говорило: волшебное место. Колдовское.

Подумав было, не стоит ли снять крестик, де Монфор усмехнулся в усы. Он давно усвоил, что Божественный промысел работает не настолько прямолинейно. Да и прочие сверхнатуральные силы, казалось, умели договариваться между собой. Оружие тоже обладало смыслом лишь в случае физической дискуссии с другим человеком. Поэтому меч на бедре висел, скорее, по привычке. Для пущей уверенности в себе.

Вблизи домик уже не выглядел таким… пряничным. Становилось заметно, что его на этой поляне полощет и продувает всеми стихиями уже довольно давно. Крепко, глубинными корнями своего фундамента сие строение вросло в эти древние земли. И видело оно многое.

На мгновение Жану представилось, как он открывает дверь — и лестница за ней ведет вниз, вниз, вниз. В таинственные пещеры, где обитают гвиллионы или трау, где огромные залы освещаются пламенем подземного огня, где вирмы хранят свои неисчислимые сокровища, где спят старые боги, укрывшиеся от взора Вседержителя. Он вздрогнул, впервые за все путешествие ощутив мириады мурашек, пробежавших от пяток до самой макушки. Потом насупил брови, стянул с головы привычную шапель вместе с бегуином — и решительно постучал по притолоке.

Дверь открылась. Без какого-либо зловещего скрипа. Без визгливой стаи нетопырей, неожиданно вылетающей на оторопевшего гостя. Не сама по себе, не велением дьявольских сил. Просто открылась. За порогом стояла рыжеватая девица в простом платье, с бледной кожей, покрытой нередкими для местных обитательниц оспинами да конопушками. Просто стояла и просто смотрела.

И от взгляда этого де Монфору делалось не по себе.

Казалось, ничего колдовского или ведьминского в нем не было. Взгляд как взгляд. Серые, словно небо над лесом, глаза, неожиданно темные ресницы и брови – от природы у рыжих таких не случалось. «Сурьмит, наверное», — не в склад подумал Жан и вдруг улыбнулся этой глупой, не имеющей важности мысли. И девушке заодно. Сразу стало легче соображать и держать себя, и даже дыхание, придавленное волнением, потекло свободнее, испрямляя спину и освежая голову.

Рыжая в ответ не улыбнулась. Чуть отодвинулась вбок и приглашающе повела рукой — мол, заходите. Де Монфор кивнул и сделал шаг внутрь.

Молча, склонив голову, девица прошла по короткому проходу и нырнула в боковую комнату. Проследовав за этой, очевидно, служанкой, Жан совершенно не удивился, когда не обнаружил ее там. Вместо удивления он глубоко, с достоинством поклонился…

Ведь за столом напротив сидел сам хозяин дома.

— Здравствуй, о Талиесин, — сказал де Монфор и выпрямился.

— Можешь без «о», — произнесли в ответ на бретонском, — я не заносчив. И тебе здравствовать, Ян Монфорц. Ждал тебя уже давно.

Говоривший был стариком. Нет, не так. Он выглядел, словно старик. Но не в том амплуа безумного, заросшего немытыми волосами пополам с вереском и мхом, одетого в разномастные грязные тряпки дикого деда, что можно было бы ждать от отшельника и чародея — вовсе нет. Человек — или не совсем человек? — смотрелся зажиточным пожилым горожанином, словно еще пару минут назад он торговал греческими манускриптами где-то в районе Вестминстера. Аккуратно постриженная борода — темная, с нитями почтенного серебра, — нос с благородной горбинкой. И пристроенные на оную горбинку флорентийские стекла, укрывавшие остальные черты лица. Легендарный бард и волшебник явно знал толк в современной моде.

На столе, справа от покойно лежащих ладоней Талиесина, стояла бронзовая чернильница с длинным лебединым пером, торчащим из-под откинутой крышечки. Еще несколько перьев аккуратно лежали сбоку, подле остро заточенного ножа. Свернутый в трубку пергамент был отодвинут в другую сторону, будто старик прервал свои записи прямо перед приходом гостя.

А прямо по центру столешницы поблескивал кусок горного хрусталя. Совсем не в форме шара, что порой изображался в трудах об алхимиках и прорицателях. Просто крупная друза, словно вырванная из сердца горы.

Возможно, так оно когда-то и случилось.

— Не будем тянуть время, — заявил бард, когда Жан опустился на табурет. Голос у додревнего поэта был низким, с приятной хрипотцой и, в общем, молодым. Наверняка магия. — Я знаю, зачем ты здесь. Ты знаешь тоже. Третий раз над бретонским престолом схлестнутся герцогские «gwenn ha du», серебро и горностаи — с королевскими «fleur de lys», лазурью и лилиями. Третий раз ты отправишься в свой поход, чтобы вернуть утраченное отцом. В третий — и, возможно, в последний…

— Возможно? — терпеливо уточнил ссыльный герцог. — Что именно — возможно?

— Многое, — бросил Талиесин и неожиданно протянул вперед крепкую, темную ладонь. — Дай.

Мурашки вернулись к де Монфору с подкреплением. Он ощутил, как предательски дрогнули колени, как налилась тяжестью рука, на которую указывал колдун. Сцепив зубы, со свистом втянув между ними воздух, мужчина выбросил непослушную конечность навстречу судьбе.

Стекла в оправе блеснули с одобрением. Ловко ухватив высокородную длань за безымянный перст, кудесник аккуратно ткнул в его подушечку острием перочинного ножа. Помял, пока не набухла капля. И, тряхнув, окропил кровью хрусталь.

Жан чуть не рухнул со своего сиденья. Над кристаллом, в мелкой дымке испаряющейся влаги, в тихо искрящих лучах волшебного света с грохотом и топотом разворачивались настоящие баталии. Мелькали знакомые пейзажи — приморские скалы, каменистые холмы, замки благородных бретонских семейств. На секунду показалось, что где-то в рядах сражающихся мелькнуло ненавистное лицо дю Геклена — предателя и коллаборациониста. Но потом фокус видения сместился.

Бретонцы наступали. Они размахивали знаменами, издавали победные крики, трясли оружием. Даже гордые де Пентьевры, отринув былой антагонизм, вывели свои войска на поле брани — судя по красной окантовке черно-белых щитов. Триумф был близок, и люди праздновали предвкушение свободы.

А Жан де Монфор Пятый, он же Ян Монфорц, как звали его на родном языке в недолгую и несчастливую пору детства, лежал на родной бретонской земле.

Из-под латного доспеха, пробитого в паре мест, валил пар. Кровь заливала каменную крошку, смешанную с грязью. Круп лошади, подергивающей копытами в агонии, громоздился подле беспомощно раскинутых ступней. Сам же герцог улыбался.

В этой улыбке было столько пронзительности, столько надежды и при этом — покоя, что сердце смотрящего защемило и он, не в силах сдержать тяжкого стона, отвернулся. Когда же дух и воля вернулись к нему — видение уже угасло. И даже сам кристалл исчез.

— Будь честен со мной, Талиесин, — прохрипел де Монфор и закашлялся. — Будь честен, — повторил он. — Я умру?

— Кто знает? — пожал тот плечами, и стекла сверкнули в такт. — Я не вижу того, что будет, eunn Alarc’h Monforzh. Я вижу то, что может быть. И показываю тому, кто способен принять решение.

— Давненько никто не называл меня Лебедем… — помрачнел герцог. — Но Бретань — станет она свободна? — он даже приподнялся с табурета и навалился грудью на стол. — Станет или нет?

— Несомненно, — колдун похлопал собеседника ладонью по локтю: осторожно, успокаивающе. — Это ты видел точно. И я видел. Иному быть не дано.

— Хорошо, — промолвил Жан и поднялся. — Хорошо.

Он вытянул из-за пояса увесистый кошель и посмотрел на него с сомнением.

— Я принес злато, но…

— Ты верно сомневаешься, — борода шевельнулась под разошедшимися в улыбке губами. Зубы у старика, к слову, блестели жемчужной белизной. Магия как есть. — Мне не нужны твои богатства. Не нужны жертвы. Мне нужна истина.

Чародей взял перо из чернильницы, аккуратно отряхнул кончик, подтянул к себе пергамент, развернул и что-то вывел на нем — странными, незнакомыми письменами. Потом снова улыбнулся и совсем тихо проговорил:

— А истину ты принес. Теперь иди.

На слегка подкашивающихся ногах, отчаянно задирая подбородок, чтобы не дрожать челюстью, де Монфор вышел из комнаты. Служанка, возникшая сбоку, словно дух или призрак, проводила его до двери. Открыла. Подождала. И бесшумно закрыла за спиной, пока высокопоставленный гость отдувался и нахлобучивал головной убор.

Стало тихо, словно после похорон.

Постояв в этой тишине и подышав неожиданно сухим, свежим воздухом, Жан кашлянул и решительно направился в сторону зарослей. Уже подле самой растительной стены он обернулся — то ли попрощаться, то ли спросить, то ли возразить…

На поляне было пусто. Ни дома, ни его обитателей.

Со стороны леса клубами валил древнейший обитатель здешней чащи — густой туман. Дождь, все это время избегавший заколдованного места, принялся решительно метить территорию. Жан де Монфор не удержался, все-таки сплюнул, осенил себя крестным знамением — и попер через кусты, словно злой и сердитый кабан.

Думал он уже не о дожде.

***

Подождав, пока гость уйдет, старик поморщился. Он поднес правую руку к виску, коснулся кожи — и, неярко взбликнув лунно-белесым, его лицо отвалилось вместе с очками, мягко упав на стол. Шапка с торчавшими из-под нее седыми волосами тоже полетела вниз — на пол. Оказавшийся совсем не стариком смуглый молодой мужчина встал и с чувством потянулся.

— А этот Монфор коней не гнал, — смешливо буркнул он куда-то в сторону. — У меня от парика теперь вся голова чешется! — и демонстративно помассировал коротко стриженый затылок сильными, ловкими пальцами.

— Одного не пойму. Почему ты не любишь изопроекторы? — серьезная рыжая девушка, снова вошедшая в комнату, не стала ничего делать со своей внешностью. А вот ее платье мигнуло и разом превратилось в аккуратный темный комбинезон, маскировавший движения и фигуру. — Удобно, надежно, никакого физического контакта.

— Надежно, говоришь… — продолжал ворчать лже-Талиесин, разминая плечи. — А ежли бы господин герцог вспылили по поводу альбо без? Да порешили оттаскать почтенного экстрасенса за бороду? То-то было б весело, то-то был бы сюрприз!

— А еще я не понимаю… — «служанка» оборвала себя на полуслове. Мужчина перестал разминать череп и обернулся.

— Ну-у-у, — поддержал он, мелко и как-то боком переступив ближе. — Я слушаю. Потому что, кажется, знаю, что именно тебя тревожит.

— Да, тревожит. Верное слово, — кивнула девушка. — Андрей, мы… Я согласна со многим. Но разве этично то, что мы делаем и говорим?

Названный Андреем склонил голову набок, словно вяхирь, рассматривающий с высокой ветки неуверенную молодую лису, пришедшую по его пернатую душу. Потом приоткрыл красивые, полные губы и цокнул языком.

— Этика… Поэтика. Вообще ты же должна была пройти хотя бы минимальный курс, — он помахал указательным и большим пальцами, сведя их вместе на минимальном расстоянии. — Не знаю, психологическое кондиционирование там, школа молодого бойца… Вечно мне интересных практикантов подсовывают!

— Интересный эвфемизм для «проблемных», — согласилась рыжая. — И ты не помнишь мое имя. И не ответил про этику.

— Я помню твое имя, Сигдрун, — парировал Андрей, надув щеки. — А по поводу этики — не вопрос. Прочту лекцию. Подробную. Скажешь потом Кимико, что с него причитается.

— Профессор Кимико… — начала было девушка, но оратора уже было не остановить. Он прокашлялся, перебивая «служанку», сделал пару шагов туда-сюда, поднял и вновь водрузил на нос бутафорские очки, после чего скучным голосом принялся излагать:

— В то время, как анизотропность темпорального потока перешла из разряда гипотез в категорию эмпирически доказанных фактов, Нейродайме Третий направил десять процентов своих ресурсов на более подробное изучение структуры этой ПВ-дислокации… Достаточно занудно? — вежливо прервался докладчик. Сигдрун демонстративно поджала губы, но промолчала. Андрей покивал и продолжил:

— Так вот. В результате увеличения разрешающей способности, на поверхности данного потока были обнаружены некие странные образования, не отвечающие правилу монотонности. Проще говоря, время оказалось покрыто множеством мелких зазубрин. Разомкнутых петель. Нарушений принципа причинности. То прошлое, которое мы знали по историческим документам, и то, которое существовало на самом деле, различались ровно на отсутствующие фрагменты…

— Бла-бла-бла, — рыжая не удержалась и показала язык. — Я все отлично помню. Афера Мбонги. «Подвиг во имя настоящего», — она хмыкнула и начала рассказывать сама, пародируя тон собеседника:

— Оказалось, что разомкнутые петли замечательно закрываются «вручную». Особенно если подтолкнуть тех или иных персонажей, которые всем нам известны как «исторические личности», к нужному нам же решению их насущных на тот момент проблем. На основе и опыте «подвига» был основан сам Институт. Мбонгу назначили директором — в наказание. И он же, осознав, по какому узкому краю прошел, разработал методологию «безопасного замыкания» — когда специально обученные специалисты специально и обучено влияют…

— Именно, — кротко кивнул мужчина. — Умница. А теперь, уважаемые хроноходы, внимание, вопрос: при чем здесь этика?

Сигдрун посмотрела на старшего в упор. Двинула подбородком, хмыкнула и отвернулась, начав собирать оборудование. Проходя мимо стола, развернула пергамент. Подняла бровь, прочтя «Хокку о лебедях» Кеннета Уайта, записанное катаканой:

В это утро мира,
На этом пустом озере
Дикие лебеди.

Пальцы дрогнули, лист подпрыгнул и свернулся обратно. Задумчиво глядя куда-то мимо стола, девушка шевельнула кистью. Выехавший по ее жесту из стены контейнер открылся. В нем лежали арбалет и лютня. Андрей не менее задумчиво окинул взглядом этот набор, потом подошел ближе и прикоснулся к плечу «служанки».

— Ладно. Не дуйся, — он добавил в голос задора и вместе с тем задушевности. Обычно срабатывало. — Давай помогу. Не боги горшки обжигают, но я-то не бог. Да и ты тоже.

И не-богов ждет безопасное замыкание.

***

Попутный ветер нес корабль к Динару.

На палубе было людно и нервно. Матросы сновали по снастям, готовясь убрать парус, лучники трогали свеженатянутые тетивы, недобро косясь на волны. Верный Оливье де Клиссон сидел на каком-то ящике, щерился солнечным лучам и скрипел точилом об меч. Звук был привычным, но раздражал до чертиков.

Сам де Монфор стоял на носу и вглядывался в надвигающиеся скалы.

Он так и не принял окончательного решения. С одной стороны, Бретани — и ему самому, прежде всего, — был нужен мир. Следовало встретиться с дю Гекленом на нейтральной территории, предъявить ручительства своего сюзерена, государя Англии Эдварда Третьего, выслушать требования повелителя Франции Карла Пятого, переданные через коннетабля…

А с другой — он понимал: никто на это не пойдет. Бертран, старый враг, был послан подчинить герцогство французскому престолу при помощи силы, а не слова. Бретонцы тоже не были настроены на уступки и компромиссы. Для начала они намеревались крепко щелкнуть захватчиков по лбу, желательно моргенштерном. А потом уже разговаривать с ними — с позиции сверху вниз.

И было еще одно. Несмотря на все свое стремление к миру, Жан ощущал в себе потребность в войне. Она пропитала его за все те четыре десятка лет, что он топтал землю по обе стороны от Пролива. Она стала его неотъемлемой частью, текла в жилах, вылетала изо рта вместе с дыханием. Не зря же англичане прозвали его Джоном Завоевателем.

А правильный завоеватель не может умереть в своей постели. Видение, посланное друидом, явно было пророческим. Без войны обойтись не получалось. И все же, все же…

Наверное, стоило попытаться.

Герцог развернулся было к мостику, отдать приказ править к пристани. Но тут на утес, венчающий каменное крыло ближайшего мыса, вышел человек.

Вышел и запел.

Eunn alarc’h, eunn alarc’h tre-mor
War lein tour moal kastell Armor!

(О, Белый Лебедь из-за моря к нам плывет,
К Армора за́мкам путь его ведет!)

На груди человека лежала лютня, и он выбивал из ее струн потрясающей пронзительности мелодию, словно бы подхватываемую сразу и скалами, и морем, и ветром. Голос менестреля, могучий, емкий, казался удивительно знакомым. Где бы он такой мог прежде повстречаться…

Dinn, dinn, daon! dann emgann! dann emgann!
Oh! Dinn, dinn, daon! d’ann emgann a eann!
(Пой, колокол, пой!
Пой, веди нас на бой!)

Тело словно пронзила молния. Снова вернулось — и сильнее, чем прежде, — ощущение искристых мурашек. Как тогда, возле поляны волшебника. Жан де Монфор — да нет, теперь уже совершенно точно Ян Монфорц, и никак иначе впредь! — почувствовал, как на глаза его наворачиваются слезы. Теперь он слышал. Теперь он видел.

Теперь он знал свое будущее.

Neventi vad d’ar Vretoned!
Ha malloz-ru d’ar C’hallaoued!
(Бретонцев скоро ждет благая весть,
Французов огорченных же не счесть!)

Когда припев стал повторяться, на берег начали выходить другие люди. Крестьяне, рыбаки, горожане. Монахи и священники. Воины знатные и воины попроще. Благородные дома и самые простые простецы. Женщины, дети. Они топали, хлопали, орали. Некоторые пустились в пляс. Некоторые плакали. Некоторые доставали оружие и потрясали им в воздухе. Они собирались на гибельную битву, на кромешную брань. Они были во власти песни.

И песня гремела над морем.

***

Убрав лютню, выключив усилитель и поправив арбалет за спиной, Андрей нырнул в ревущую толпу. Теперь им всем не нужен был запевала — как и текст целиком. Хватало одного припева, который гипнотизировал, погружал в транс, запускал самоподдерживающуюся реакцию.

Ровно так, как и было задумано.

За ближними к мысу домами, в пропахшем рыбой и нечистотами переулке Андрея караулила Сигдрун, снова сменившая комбинезон на платье. Она молча отворила дверь ближайшей развалюхи, и оба нырнули внутрь.

— Я была уверена, что ты выберешь покушение, — девушка помогала старшему разоблачаться, демонтировать грим и отключать прочие вспомогательные системы. — Но ты меня удивил. Знаешь, а петь — это твое. Может, стоило в музыканты?

— Любой хорошо споет, если хорошо порепетирует, — отмахивался «менестрель». — Зато теперь де Монфор полон решимости, а не страха. Человек, который знает, что умрет за правое дело… — он качал головой, — …это горная лавина, волна цунами, не знающая препятствий.

— Но ведь мы знаем, что герцог не умер, — заметила Сигдрун, когда закончила.

Она достала из-под стола тускло поблескивающий термос, контейнер с рационами-самогрейками и медсканер. Андрей рухнул на табурет, свинтил крышку, налил себе раскаленной, пахучей масалы и жадно зашевелил ноздрями. Сев напротив, «служанка» задумчиво протянула:

— В известной нам истории Жан де Монфор объединил Бретань, одолел дю Геклена, а потом умудрился договориться с обоими монархами и даже выкупить у англичан Брест. Умер лет в шестьдесят, наплодив кучу потомков.

— Именно, — масала была еще горячей, и отпивать приходилось осторожно. — Умница. Это и есть то самое безопасное замыкание. А теперь внимание, вопрос: если бы Лебедь Бретани услышал от прорицателя что-то о шансах жить долго и счастливо — стал бы он ввязываться в войну? Стал бы он рисковать своими благородными и уже изрядно усталыми сединами?

Рыжая пожала плечами. Вспомнив про вторую часть обеда, мужчина распечатал один из пакетов. Пахнуло чем-то домашним, уютным, и он с готовностью запустил пальцы внутрь, вытаскивая под полусумрачный полусвет свой паек. На пару минут разговор за столом умолк. Лишь медсканер тихо шуршал датчиками, дежурно обследуя обоих.

— Знаешь, я тут подумал… — не прекращая жевать, абсолютно легкомысленным тоном, будто бы между прочим заметил Андрей. — Стал бы я подталкивать Яна Монфорца к войне, если бы ты не сомневалась в моих методах? Стал бы я выбирать между простым и непростым? Сомневаться в эффективности арбалета? Верить в лютню? — он потер шею. — Кстати, который век?

Сигдрун снова смотрела в упор. Серые глаза не мигали. Уголки губ подергивались. Потом она произнесла:

— Именно. Умница, — мужчина улыбнулся, а девушка продолжила: — Скажем так. Нейродайме Третий, известный в мое время как Первый Хронодайме, считается чем-то вроде… — пальцы пощелкали, стимулируя поиск аналогий, — … вроде очень сообразительного арифмометра. Ты ведь должен понимать: безопасное замыкание проводится для всех важных исторических событий. Для всех.

— То есть, был шанс… — Андрей задумался. — Значит, я работал Лебедя. Ты работала меня… — он усмехнулся и вернулся к трапезе. Некоторое время молчал, пережевывая и глотая. Затем поднял глаза и склонил голову набок. Словно вяхирь, осознавший, что его ветка не так уж высока.

— А вот интересно. Ты же понимаешь, что и тебя где-то там безопасно замкнули, да? И кто это был?

Не отвечая, Сигдрун сидела и смотрела куда-то сквозь стену. Туда, где Ян Монфорц, герцог Бретани, сходил на берег и давал клятву очистить древние земли Армора от врагов. Туда, где она, будучи еще подростком, ради любопытства залезла в собственные генометрические данные. Где в длиннющем, ветвистом дереве предков наткнулась на фамилию «де Монфор» и надолго застряла, рассматривая голопортрет, читая скупые, лаконичные строчки биографии…

И слушая песню.

Песню, которая гремела над морем.

+8
1212
17:23 (отредактировано)
Так, первая группа меня разочаровала на четвертом рассказе. Попробую во второй начать с пятого. Тэкс, тэкс, что тут у нас…

А неожиданно приятный текст. Я бы не сказал, что это шедевр — тему временных петель кто только не обсасывал, и среди наших, и среди не наших. Но фомор меня побери, автор умеет в текст. Автор умеет в матчасть. Автор умеет в красиво и округло. Весьма недурно, весьма.

Кстати, я погуглил песенку и проникся второй раз. Правда, теперь она не выходит у меня из головы, а чтобы подпевать — придется учить бретонский. Атата на вас, автор. Вы провокатор.


А, да. Кажется, я читал этот рассказ на Грелке. Или не этот. Или не читал.
17:30 (отредактировано)
+1
А сейчас он шел один. Да лучший друг. Да пятерка лучников.

По-русски это называется «всемером» :)
Вроде всё написано умно и довольно грамотно. Но мне кажется, не удалось создать эффект важности и масштабности происшествия. Все равно как драма вокруг замены переднего сайлент-блока заднего левого колеса.
23:22
не удалось создать эффект важности и масштабности происшествия

Кому как. Я вот оценил. Причем полез искать про этого Жана де Монфора и обнаружил, что там их целая семейка была. Несколько поколений. И все бодались за герцогскую корону — то с французами, то с прочими бретонцами, то между собой. «Игра Престолов» отдыхает.

Автор же рассказа, наверное, до Мартина пока не дотягивает. Но читать было вкусно. Субъективно, конечно.
23:35
Я Игру престолов бросил — мне она показалась слишком скучной, все эти луки да доспехи… — короче, да, мои предпочтения вряд ли совпадают с предпочтениями большинства.
Но так или иначе, основная задача рассказчика — заставить читателя ассоциировать себя с героем… Ну, тут описываются какие-то очень важные боевые события. Но на них-то мне начхать. Психологии, души героя тут — с гулькин нос, зато тонна антуража всякого хитровывернутого. Получается, антуража чуждого.
23:42
души героя тут — с гулькин нос

И с этим не согласен. Но тут ведь как — если человек хочет, чтоб ему было начхать, ему начхать и будет)
Не понимаю за что минус. Один удалил.
Не то чтобы согласен, просто ради справедливости.
Ваши замечания не стоят минуса…
19:03
-1
А я понимаю. Написана субъективная ерунда, подается как вселенское откровение. Минус.
На вкус и цвет все фломастеры разные…
Я вас понимаю. Даже очень.
И даже согласен с вами — нет пророка в своем отечестве))))
Но и не надо пророков. Достали они уже…
19:10
Ах так?! Тогда добавлю к вышесказанному: понтоваться итсорическими знаниями о средневековой Франции можно вполне, но в той лишь мере, в какой не видно, что ты понтуешься знаниями о средневековой Франции.
19:15 (отредактировано)
Так разве ж автор понтуется? Ой, не читали вы ни Эко, ни Сапковского, ни Попову, если речь таки о средних веках зашла. А уж если бы я сам писал — текст был бы на бретонском ЦЕЛИКОМ. Без перевода.
23:57
+1
Хороший рассказ. Спасибо! Атмосферно, взросло, интересно. Удачи!
03:22
+1
Немного, самую малость, показался избыточным историзм. Прекрасная матчасть, но немного словно нарочито выпирает, подклёпывает и делает текст сухим.
Понравилась стилизация, прекрасный ритм текста, разные, когда идет повествование герцога, и «замыкателей». Есть и манерность, и аристократизм, и яркий финт при переходе в будущее.

Вкусовщина, захотелось, чуть меньше энциклопедизма и чуть больше психологизма, а то центральный конфликт как-то расплылся. Может, чуть больше герцога как человека, какой-то внутренней борьбы, влияние предсказания, мысли о потомках, семье, собственной смерти — автору-то виднее, но чего-то, чтобы немного попереживать за герцога. Ведь не только он для того, чтобы привнести историческую справку.
И Сигдрун (а не Сигрун?) спросила об этичности ведь не только для того, чтобы прочесть лекцию читателям о временных зазубринах. Могло получится/не получится? Какие-то сомнения? Пришли, замкнули историческую цепь между перекусами.
Вообще здорово написано. Красиво. Спасибо.

мужчина выбросил непослушную конечность
— наверное, тоже моя вкусовщина, но что авторы так любят эту конечность в качестве замещающего синонима? Выброси, её, выброси, дорогой герцог.
09:20 (отредактировано)
Сигдрун спросила об этичности ведь не только для того, чтобы прочесть лекцию читателям о временных зазубринах

КМК и ИМХО, это была провокация, направленная на Андрея. Чтобы тот точно не съехал с темы. Автор же пишет:
Стал бы я подталкивать Яна Монфорца к войне, если бы ты не сомневалась в моих методах?

То есть, гостья из еще более далекого будущего сыграла на reverse psychology своего вроде как начальника, получается.
04:28
+1
Вау! Немного жаль автора — с такой огромной и светлой головой трудно подобрать шляпу laugh
Как же стыдно за себя… sorry
но всё же сие не в моей группе ok
imposibeiletiey
(ух ты)
11:33
+1
Лорд Шлем
Вот зачем вы про шляпу сказали…
14:23
+1
Браво. Всё понравилось!!! И сюжет понравился, и содержание! Автору желаю победы! Достойная работа!
14:46 (отредактировано)
А вот соглашусь. На фоне многих прочих — достойный кандидат. Но победит что-нибудь невнятное и беззубое: тут так заведено.
17:10
+1
Пока лучшее из прочитанного! И написано сильно, и повороты неожиданные, и переходы прекрасные… Все, что надо для счастья!
17:13 (отредактировано)
Может, умеет, практикует? :)
Эх, придется читать раз такая реклама.
17:14
+2
По-моему, да, автор действительно умеет писать)) И притом талантлив, представляете?))
17:15
Бывает же smile Ладно, уговорили читать smile
17:17
Ну вы нам потом тоже чего-нибудь прорекламируйте)) А то лично я замучилась копаться в этой куче… ээ… пустой породы в поисках самоцветов!
17:19
+1
Ну мой вроде хороший

А я только начинаю…
17:38
+1
Ну ваш-то само собой, как же иначе)) Что ж, тогда успехов, ныряйте))
19:30 (отредактировано)
и повороты неожиданные
— по мне, так когда вылезли эти самые хрономенятели, на данном конкурсе это было довольно ожидаемо. Примерно как на новогодней ёлочке, когда дети зовут Деда Мороза и из кладовки за сценой сразу выходит старик с бородой. smile
19:35
+1
Блин, почему, сколько я его ни звала, он все шлялся где-то и не приходил??))
Не знаю, лично я уже погрузилась в атмосферу легенд, эпоса и пафоса, так что для меня поворот был внезапным. Про избитость идей не будем, они все в той или иной мере избиты. Я про воплощение.
14:02
Ну вот смотрите: основная часть рассказа уже прошла, а фантастической составляющей ещё нет. Как же введёт её автор? Тут возможны несколько поворотов:
1)… и тут из избушки с курьими ножками выходит оператор избушки — профессор института хронологических изменений;
2)… а тем временем в одном из параллельных измерений, на настоящей Земле;
3)… и тут Жан вспомнил закат над Москва-Сити, и друзей, сажавших его пьяного в Машину времени;
4)… и тут из моря выпрыгнула волшебная мифологическая рыба;
5)… и тут заговорил какой-нибудь мертвец (дух леса (логос эпоса))
6)… а на самом деле всю дорогу Жану в его завоеваниях помогали инопланетные трансформеры;
7)… Жан отключил симулятор исторического моделирования, снял шлем ВР и устало закурил. Завтра ему предстояло впахивать целую смену за Гай Юлия Цезаря…

Согласитесь, в одно из этих направлений автор должен был рано или поздно соскочить. И вот ты ждёшь: в какое? — Оба! Оператор избушки! Профессор хронопутешествий? Что, правда? OMG! Ну за что? За что?!
14:09
+1
Ну лично я прочитал в самом начале это:
Туда, где обитали фэйри — альрауни, гунна. И альвы — зелигены, гуирт мерхед. И прочие, прочие, прочие.

Обозначил для себя текст как фэнтези и других фантэлементов особо не ждал. Поэтому поворот был довольно неожиданным.
14:09
+2
Ээ… С таким же успехом можно ведь любое фантастическое произведение так рассматривать)) Прям открываете книжку и знаете: либо маги полезут, либо вампиры — ну, на обложке ж написано: фэнтези. Опять маги… Чет не удивили.
И еще раз, я говорю о своих и только своих впечатлениях: меня тексту удалось настроить на фэнтезийный лад, я не ждала научного, и вышло неожиданно.
А теперь об объективном: рассказ хорошо вычитан и построен в соответствии с требованиями предъявляемыми к художественным текстам, есть завязка, кульминация, развязка, есть внятная мизансцена.
14:17
(достал попкорн) Эк у вас пригорело)
14:26 (отредактировано)
Тут есть серьёзная проблема со структурой истории. В хорошей истории должен быть Герой, который проявляет себя, делая некий Выбор. Если вдуматься — в этой истории есть функционеры, есть манипуляции, есть люди — следствия этих манипуляций и хитростей. Герой здесь не герой, а следствие воздействия некоей хитрой научно-технической машины. Пассивность.
14:34
+1
Здесь, отчасти могу согласиться, активного и самого главного героя тут нет. Но персонажи на удивление приятные, несмотря на крошечный объем, не позволяющий толком их раскрыть. Что до отсутствия героя, как такового?.. Ну, я бы не сказала, что в рассказе (не в повести и не в романе) он является обязательным. Рассказы зачастую освещают явление, ситуацию — это не обязательно должно делаться через героя.
18:03
+2
Я хотел было что-то покритиковать, но понял, что скачусь в субъективизм. Единственная объективная вещь, на которую я вам укажу — многовато информации впихнуто в эпизоды «современные». С нейродайме я вообще выпал О_о Как-то получается, что вы создали целый мир, но раскрытию этого мира служит не больше трети рассказа, а остальное — историзм. И поэтому данные эпизоды мне показались тяжеловатыми. Ну еще я японщину не люблю.

В противовес эпизоды «бретонские» написаны шикарно. Все уже сказали до меня. Это просто атмосферно и исторично. В связи с этим просьба.

Просьба:
Автор, если вы таки действительно шарите в бретонском языке или обладаете хорошими источниками, дайте мне потом свои контакты. Очень вероятно, что когда-то мне понадобится короткая консультация. В плане перевести на бретонский несколько слов/фраз. Заранее спасибо!
Купился на комментарии, и на плюсы.
прочитал.
заскучал.
да так, что даже лень писать с большой буквы.
Это чтиво, я так понимаю, для любителей игры престолов.
Это не моё.
Скучно.
Вычурно.
Ни динамики, ни экшена.
Бла-бла-бла, а картинка стоит, движение замерло, читатель засыпает.
Слов много, терминов еще больше, а действие где?
Где горы трупов? Где проблемы с патронами?
И пусть мне говорят. что моё мнение субъективное, что я иду на поводу вкуса.
ДА! Субъективно!
ДА! Вкусовщина!
Можно подумать остальные не из тех же пальцев критериев свои фломастеры откусывали оценки высасывали выставляли))))
Так, что я остался равнодушным…
Не люблю шипучее и сладкое. ©
19:09
Гы. Просто ради справедливости © — поставлю две строчки рядом.
Где горы трупов? Где проблемы с патронами?

И
Не люблю шипучее и сладкое

thumbsup
Не понял?
Поясните пожалуйста?
И еще, вы так ярко себя в этом тексте выставляете. что даже слепому становиться видно, а глухому слышно…
Не к добру ваша активность…
19:20
Поясню. «Горы трупов» — это и есть литературное «шипучее и сладкое». Фастфуд от беллетристики. Двойной мегабургер с кровью и диетическую колу, пожалуйста. Ничего не имею против фастфуда, к слову. Но при этом и не противоречу сам себе.

По поводу второй части комментария — без комментария. Мнительному везде мнится.
«Горы трупов» — это и есть литературное «шипучее и сладкое». Фастфуд

На сиё могу сказать только одно =
У каждого свой вкус, сказал индус, делая предложение черепахе.
По поводу второй части комментария

А я не спрашивал. Я констатировал…
И то, что ваш опус не нравиться это нормально.
Цените тех кто высказался отрицательно, в отличии от большинства.
Расспросите их чем им не понравился текст.
И эти комментарии будут самыми ценными.
Ставить вам минусы, якобы в отместку, не буду.
Мне как-то это безразлично…
19:37 (отредактировано)
Цените тех кто высказался отрицательно

Я надеюсь, вы в таком случае оцените, если после окончания конкурса, в процессе деанона выяснится, кто именно автор текста (по секрету — я не знаю). И я приведу скриншоты ваших комментов вместе с моими «отрицательными высказываниями» — в знак того, что вы, ну, допустим, трепло. Правда же?
ха-ха-ха 3 раза…
Вы и правда такой наивный?
Да я забуду уже завтра об этом рассказе, а вас, если не напомните о себе еще чем-нить во время конкурса, не далее как на днях.
Вы, что и правда думаете, что у меня дел нет как думать вы ли автор? Или не вы ли автор? И кинете вы мне скриншоты, или не кинете вы мне скриншоты????
Да мне по фигу, что вы будите делать… Абсолютно фиолетово…
И заметьте, я ни разу не признес слово «автор», в своем комментарии. Я просто сказал, что вы слишком активный…
И понеслось оно по трубам…
Молодой человек. Я даже, пока будет идти обязательный этап и присутствовать здесь я просто обязан, забуду об этом разговоре, и об вас, как об… блин какую же безобидную метафору-то подобрать…
Ладно, сами закончите…
Устал я от вас. Нудные вы…
19:48
+3
14:32
Эх, Бернард, надо же иметь авторскую выдержку! Вот вы, например, уже тоже под моим рассказом успели всякой жести понаписать. Однако, я и вида не подам в комментариях. Пусть он сам за себя постоит.
14:36
Отвечу то же, что и Джеку: готовы зарубиться на что-нибудь ценное до конца конкурса? Доказать всему сайту, болтун вы трепологический или право имеете? Если да — давайте. Если нет — ну, у нас гласность.
14:46
Интересно, что может служить в данном случае 100%-ным доказательством?
14:53 (отредактировано)
Думайте. Это вам нужно что-то доказывать, у автора презумпция невиновности. У меня, кстати, тоже. Я знаю пару человек, которые отправили рассказы на НФ19, и могу догадываться, кто именно может быть автором «Замыкания». А вы думайте, если вам надо.
20:56 (отредактировано)
Я, кажется, чего-то не поняла. Зачем лезть в то, что не надо исправить? Довод: «А если бы он знал, что победит, то не стал бы так стараться», представляется мне несколько сомнительным, потому что я не понимаю, зачем вообще было что-то говорить. Пусть бы себе шли события своим чередом. Что двушка хотела на предка посмотреть — это-то ясно, как раз и даже логично: любопытство — великая сила.
Начала рассказа очень неторопливое больше подходящее для романа. За историзм, конечно, хвалю. Правда, я бы добавила все же сноски. И зачем помянуты добрым словом фэйри и прочие?
Вторая часть, где герои читают друг другу лекции… понимаю, что надо было как-то объяснить, что происходит, но, кмк, это не самый удачный способ.
На самом деле, я люблю истории про исправленные в прошлом события, после которых все сложилось как-то иначе. Или пытались что-то изменить, а история все равно складывалась так, как было раньше. Но в данном случае даже не знаю, что сказать. Для меня рассказ не сложился, сорри.
21:05 (отредактировано)
+1
Тут, если я правильно понял, штука в перестановке порядка причин и следствий.

Если бы ГГ не побывал у этих «временных аферистов» — он бы, видимо, не попер на Бретань. Значит, не было бы такого будущего, каким его знали «гости». Но будущее уже было — а приборы показывали расстыковки реального прошлого и того, которое привело к появлению будущего имеющегося. Видимо, это могло привести к какой-то катастрофе, к «схлопыванию» петель самостоятельно, то есть, «небезопасно». Поэтому прошлое надо было «безопасно» замкнуть, но как именно — «хроноходы», похоже, не знали: отсюда все их споры про этику и методы.

Ну, это то, что я понял из текста. Он для меня сложился так. Для кого-то — иначе.
21:11
Ну как бы он не попер на Британь, если бы не побывал у временных аферистов, если он попер и победил задолго до того, как они родились? pardon
21:21 (отредактировано)
То прошлое, которое мы знали по историческим документам, и то, которое существовало на самом деле, различались ровно на отсутствующие фрагменты…

Плюс в начале рассказа показано, что этот де Монфор сомневается — он же идет за советом к «магу». Оттуда, видимо, всяческие фэйри — налет фэнтези, а если точнее — бытовавших в то время суеверий. Я вообще поначалу решил, что это такой закос под Сапковского с «Рейневаном»: смешение исторической реальности и волшебных сказок.

И сомнения у него вплоть до самой песни. Временные парадоксы: история была, но ее никто не писал. Бретань покорена, но де Монфор сомневается — плыть ли, воевать ли. «Приходится бежать со всех ног, чтобы только остаться на том же месте». В этом плане автор ничего оригинального не придумывает, но подает хорошо, со вкусом прям.
21:26
Если проще — таймлайн, как я его понял, выглядит так: есть множество малых потоков времени, «разомкнутых петель на поверхности». В одном из этих малых потоков видимое прошлое отличается от фактического. В фактическое прошлое прибывают Андрей и Сигдрун, провоцируют де Монфора, он завоевывает Бретань, и малый поток смыкается с основным: теперь часть видимого прошлого соответствует фактическому.
23:34
Да, но если есть вероятность лишь в одном малом потоке, не лучше ли не вмешиваться? Вероятность невелика, сомневался он и когда не было никаких вмешивающихся, но пошел и победил. А тут риск эффекта бабочки выше, чем польза от правки одной малой вероятности. Ну так мне кажется smileон ведь мог и в самом деле решить, что жизнь дороже.
23:43
А если нет? А если бы не пошел в итоге? Разомкнутость бы осталась. А их, таких разомкнутостей, много:
время оказалось покрыто множеством мелких зазубрин

То есть, получается, что этот де Монфор — единичный случай из целой лавины временных сбоев. Видимо, эти ребята из Института прорабатывают их все, исключая какую-то потенциальную глобальную пространственно-временную жЁппу. А другие ребята из того же Института, но в еще более отдаленном будущем, следят, чтобы у первых ребят все получилось. Сигдрун же созналась Андрею.

Кстати, я вполне допускаю по индукции, что эта «матрешка» не ограничивается двумя слоями, но автор, видимо, решил изящно «закруглить». И я его понимаю, у читателя бы голова сломалась подобное представить, а так — красиво: причина — в следствии.
01:11
Да не мог он не пойти, победа уже случилась :)))
Мог не пойти только в том случае, если кто-то влез и все случайно испортил, как это было в «Назад в будущее» :)
Но давайте не будем спорить, мы видим по-разному, а тех, кто не считает идею спорной, хватает и без меня :)
09:16
+1
Так ведь не случилась же) Автор же пишет: информация о победе есть, последствия победы есть, самой победы — не было) В этом и соль, в этом и парадокс рассказа) Эх, срочно нужен эмодзи с Лялей Брынзой)
14:44
Минуточку.
Цитату можно?
Я сейчас снова перечитала, нашла только
В известной нам истории Жан де Монфор объединил Бретань, одолел дю Геклена, а потом умудрился договориться с обоими монархами и даже выкупить у англичан Брест. Умер лет в шестьдесят, наплодив кучу потомков.
14:51
Именно. А еще автор пишет:
То прошлое, которое мы знали по историческим документам, и то, которое существовало на самом деле, различались ровно на отсутствующие фрагменты

Я это цитирую, замечу, второй раз)
14:58 (отредактировано)
Это относится не к конкретной ситуации, а к истории вообще. И тут я, в принципе, могу согласиться, потому что исторические документы вполне себе могут врать.
Однако приведенная мной цитата противоречит вашей, а о том, что победы не было, нигде не сказано :)
15:01
Никаких противоречий. Но, кажется, спор поможет разрешить только привлечение третьей стороны. Или спросить автора после конкурса)
15:06
+2
В таких ситуациях всегда надо смотреть, какой процент читателей поймет идею автора, а какой нет. Тогда и станет ясно, есть ли смысл вносить какие-то правки или нужно оставить все, как есть :)
15:11 (отредактировано)
+1
Определенно понравилось! Особенно закольцованость работы по первой и последней фразе.
Язык у автора очень приятный, мелодичный. Работа с текстом на высоте.
Но на мой вкус — слишком много информации из разряда «Если читатель спросить а почему». Из-за этого сильно тормозит повествование.
И в начале мат части столько, что местами кажется: автор хвастается своими знаниями.) Мол: напишу-ка об этом только потому, что я это знаю.
Но все эти вкусовые недостатки исчезают как дочитываешь.

Чего я совершенно не поняла — зачем нужно было как-то влиять на уже совершившееся событие? Оно де уже произошло и произошло ровно также, как хотели герои О_О Оригинально конечно обходится с привычным правилом, что во временную линию вмешиваться нельзя во избежания эффекта бабочки, но все равно как-то странно. Понимаю еще если нужно было изменить исходи истории, но по факту поезд так или иначе выйдет из точки а и придет в точку б, потому что рельсы прямые и без поворотов, но для поддержания интриги кто-то сделал поворот и рядом постоял, проконтролировал, чтобы поезд на него не свернул (извиняюсь за лишнюю образность). Ох уж эти игры с временными петлями.
15:22 (отредактировано)
Охохо. Порой мне кажется, что я один понял автора правильно) Но нет, там выше вроде еще несколько человек есть. Что ж, попробую объяснить, что увидел:
  1. Есть исторические сводки, в которых отражены некие события в прошлом. И будущее, которое этому прошлому соответствует.
  2. Есть некий прибор, который смотрит в прошлое и видит: ага, а было-то все не так! И получается, что между прошлым и будущим — разрыв. Пока все стабильно, но непонятно, к чему это приведет.
  3. В прошлое отправляются «специально обученные люди», которые точечно влияют на процесс, приводя его к тому виду, который не противоречит хроникам и логике течения времени. То есть, замыкают порванные петли.

Как-то так, если не ошибся.
15:41
Это я поняла. Но меня все равно смущает вот что.
Цитата, которую уже привели выше, о том, что история, которую мы знаем состоялась вот так и вот так. Герои же действуют так, будто она не состоялась вообще (рассуждения о правильности предсказания, выбор лютни или арбалета). Тут даже нету вопроса в том, что в оригинале истории кто-то подтолкнул к войне с помощью покушения, а Андрей выбирает лютню решая, что лучше воодушевить, чем испугать.
И не вопрос в том «было ли плохое предсказание/было ли хорошее/было ли вообще». Тут целый комплекс. Это не маленькая зазубрена на временной линии, и не небольшой фрагмент. Они работают с событием целиком. Толком и не объясняя в чем именно это небольшое несоответствие в событиях реальных и написанных.
(И я еще думаю о том, что история и так очевидно местами лжет и не договаривает. Так какая разница что было написано, главное, что произошло. А вмешиваются они как раз в то, что произошло, хотя, думается, безопаснее было бы переписать учебники).

П.С я прочла всю ветку комментов, так что с вашей позицией в целом знакома и местами поддерживаю (а местами нет). Это как призыв не разводить еще одно обсуждение ))
15:51 (отредактировано)
+1
Герои же действуют так, будто она не состоялась вообще

Ну, судя по всему, и не состоялась, да. А почему не состоялась — того, скорее всего, действительно не знают. Говорит же кто-то из героев о «разрешающей способности»: то есть видно, что петля разомкнута, но не видно, почему. И вот они, нарядные, идут плясать и петь… в смысле, решать проблему на месте)

Призыв «не разводить» поддерживаю, а то автор, наверное, уже лицо ладонью отбил)
18:32
+2
«между будущим и прошлым разрыв» — Постойте, Постойте! То есть, если я правильно понимаю, для того, чтобы в прошлом было то, что на самом деле было в прошлом, надо послать в прошлое специально обученного человека, который бы сказал деятелю прошлого, что в будущем будет то, чего на самом деле не будет — и тогда в будущем этого прошлого будет то, что на самом деле должно быть в прошлом. Я правильно уловил мысль?
18:36
Вы очень метко и лаконично сформулировали. Думаю, автору стоит начинать завидовать.
Комментарий удален
20:08
Трудно быть Богом. Классика как всегда актуальна. Сложно хвалить за использование заезженной тематики, но в плюс можно отнести достаточно лёгкий текст и слог автора. Талант несомненно есть. Автору удачи, хотелось бы прочитать от него еще что-то более… Самостоятельное.
20:30
Тут, скорее, похоже на «Конец Вечности». Причем не в формате заимствования, а даже, наверное, аллюзии. Такая себе полемика.
12:35
Текст приятный, но долеко не шедевр! Не удалось создать эфект важности и масштабавсего происшествия.
13:00
Отсюда:
мне кажется, не удалось создать эффект важности и масштабности происшествия

Любопытно, как самоклонируются некоторые отзывы под разными никами.
долеко не шедевр

Наверное, все же далеко, да?
17:22
+1
Достойнейшая вещь!
16:41
Не могу не согласиться!
Ясно солнышко
13:32
+1
Рассказ понравился. Нежный текст постоянно связанный с водой, дождем и морем. Нежно бъет по воспиятию. Ритм хороший, текст изящный. Конечно, не шедевр, но достоин высшего бала. Тема приятная и интересная, взяты временные петли, многие брали ее и каждый раз очень интересные истории. Вообще люблю такие рассказы, романы и фильма! Автор молодец! И зарисовки пейзажий отчетливые, а это дает восприятию читателя огромный плюс!
09:38
-1
и правившей надо всем. что надо всем? непонятно…
оназмы в острой форме
а откуда-то с болот натащило душным, липким туманом — лошади какой туман могло натащить в дождь?
Крепко, глубинными корнями своего фундамента сие строение вросло в эти древние земли.
не в склад подумал Жан и вдруг улыбнулся этой глупой, не имеющей важности мысли
Проследовав за этой, очевидно, служанкой
этозмы рискуют перерасти в хроническую стадию
Но не в том амплуа амплуа выбивается из контекста
так чародей или бард?
Постояв в этой тишине
ну что сказать? написано ровно, но очень вторично. до невозможности вторично
но судя про прошедшим рассказам — народ напрочь утрачивает способность думать и народу нужен фанто-попс
12:11
Ну я же говорил: отличный рассказ. Вон, даже Костромин осуждает. Знак качества, считай. Автору впору гордиться.

По мелочам:
1. надо всем

2. Туман и дождь одновременно нередки.

3. «Этозм» и «канцелярит» головного мозга надо лечить.

4. «Амплуа» — с французского «роль». Вполне уместно, герой бретонец.

5. Талиесин, ЕМНИП, считался и бардом и чародеем.
18:05
+1
оназмы в острой форме
— Канцеляриты забыты. Влад всерьёз увлёкся онаизмами!
это у Вас типа юморок такой? петросяните на общественных началах?
18:43
Ну так-то наш Воробьянинов знатный онаист. Сие известно в ширнармассах.
Загрузка...
Илья Лопатин №1