Ирис Ленская №1

Туда и обратно

Туда и обратно
Работа №749

1.

Мне было холодно. Холодно не так, как бывает, когда выползаешь ночью из-под одеяла для того, чтобы посетить места, не столь отдалённые, а после вернуться обратно в мягкое, окутывающее тебя тепло. Холодно не так, как если бы меня продул ледяной январский ветер, предварительно швырнув в лицо смешанный с грязью жёсткий снег. Холодно так, как будто жизнь покинула меня. И бог не даст мне соврать! Какое-то мгновение я чувствовал, что я мёртв. Нет! Даже не так! Я ЗНАЛ, ЧТО Я, МАТЬ ЕГО, МЕРТВ! Я осознавал, что наконец-то мне дали шанс, дали право не подчиняться более земным законам. Теперь я мог парить, мог проходить сквозь любые мирские осязаемые вещи. Я не успел этим заняться, но знал, знал, что теперь МОЖНО! И, ощутив такой огромный порыв высвобожденной энергии, я закричал. ЗАВОПИЛ! Как будто в этом крике содержался некий шифр таким же как я. ПОСЫЛ! Да! Именно посыл, который был понятен только мне и богу! Я был всем и был никем. Я смотрел на Всевышнего и понимал, что смотрюсь в водную гладь. Я и сам был богом. Я был энергией, которая может созидать и разрушать. И, впитав в себя знания обо всём сущем, я взлетел! А потом… потом я проснулся.

***

Каждый раз, когда до этого момента я садился писать, я заставлял себя. Более такого не повторится. Вчерашний ночной кошмар… или вернее… как можно назвать антоним кошмара? Почему для страшного сна существует определение (кошмар), а для хорошего, какое мерзкое слово, сна такое определение будет звучать, как минимум, уже не так гармонично. Добрый сон. Это, действительно, странно и вызывает много вопросов. Так вот, вчерашний ночной «кошмар» открыл мне глаза и развязал руки. Он словно всучил мне новую механическую клавиатуру, у которой так приятно щёлкают клавиши, и ласково подтолкнул к компьютеру, который последнее время и вовсе не использовался.

Этот сон, как и множество других, я записал и заботливо сохранил во всех возможных, ещё работающих файлообменниках. Приснись бы он мне пару дней назад, я ограничился бы только этими действиями, но теперь я чувствую, что смогу сделать из него некое подобие рассказа. Быть может, хотя бы это утешит мой бедствующий по идеям мозг.

Однако, оглядываясь и видя её притягательный блеск, что манит меня каждое утро, я в последний раз позволю себе вольность и проведу этот день в недрах её, окутанный экранами, и в недрах своих. В смысле, не забираясь внутрь себя в физическом плане, но перенося свои фантазии и мечты в довольно реальную виртуальность.

Дневник! Хотя какой ты дневник… так… мелкая заметка на компьютере. Я даю тебе обещание, что после окончания моего месячного отпуска, а именно завтра, вернувшись на шестичасовом экспрессе в мою маленькую уютную комнату в этом муравейнике, я начну писать.

***

Молодой человек встал, распрямил сутулые плечи и, устало вздохнув, щёлкнул на кнопку питания. Где-то в глубине его головы, под сальными волосами, коркой перхоти и парой слоёв менее приятного содержания уже родилась мысль, что его героические обещания документу на компьютере всего лишь пустой трёп. Мысль скандировала ему о том, что: либо он сотворит то, что задумал здесь и сейчас, либо другая мысль, а, вернее, их поток по поводу непонятного отталкивающего, но почему-то одновременно приятного сна, иссякнет. Эта мысль даже на какой-то момент подавила все другие и, стоя на своих трепыхающихся собратьях, захватила контроль над ситуацией, развернула обладателя клочковатой отросшей бородки назад к устаревшей технике, но тут же была сожжена своим создателем. Компьютер уже был выключен, а значит, написание чего-либо откладывалось в долгий ящик.

Парень подошёл к аппарату и, щёлкнув пару тумблеров, устроился внутри на мягком лежаке. Гидравлические приводы аккуратно опустили прозрачную выпуклую дверцу в её законное рабочее положение. На проекции экрана, возникшей на внутренней стороне «колпака», замерцали индикаторы состояния игрока, и поползли проценты: 5, 10, 24. Новый день начинался с новой истории. Молодому (пару лет его можно будет называть, используя термин «молодой») человеку, которого когда-то нарекли именем Кларк, стало тепло и вскоре, разморённый тихим потрескиванием машины, он снова провалился в сон.

2.

Секунду назад он был уверен, что мёртв. Но лишь секунду назад. Теперь же сладкая нега наполнила его, и парень вдохнул тёплый приятный воздух, но блаженство длилось лишь мгновение. Вдруг воздух словно превратился в лаву, стал ненавистным перцем чили и захватил, казалось, все внутренности человека. Закашлявшись сухим, обжигающим горло кашлем, он чуть не канул обратно в забытье, но вспомнив ту всепоглощающую черноту, то темное тихое место, в котором он был совсем недавно, Кларк понял, что возвращаться туда явно не входило в его планы. Собрав волю и ускользающие остатки разума, он сумел в конце концов подавить кашель. Наконец, отдышавшись, парень попробовал понять, где он находится.

В помещении было темно. Свет, казалось, пытался пробиться откуда-то сверху, но его было недостаточно, чтобы видеть что-то, кроме очертаний ближайших предметов. Кларк потянулся и, проверив своё положение в пространстве понял, что лежит на боку, подобрав под себя правую руку, которая нещадно саднила. Перевернувшись на спину и подняв облако невидимой во тьме пыли, он чуть было не закашлялся снова, но сразу же заставил себя замолчать. Во тьме кто-то был. Кто-то дышал хрипло, приглушенно, словно сквозь маску и, судя по силе выдохов, был достаточно громоздким и ... далёким. Нечто невидимое глазу было на другом конце небольшого помещения. Было больше, чем мог бы быть человек, опаснее. Но кроме него кто-то находился и совсем рядом. Дыхание второго существа ощущалось совсем слабым, но слышалось отчетливо. Не успев сообразить до конца что происходит, и как его сюда забросило, где привычная комната в родном "муравейнике", и является всё это видением проецируемым машиной или реальностью, он услышал голос у себя в голове.

"RUNW GIT DEWAG NWAR!"

Далёкий, словно из тёмных глубин, жуткий и неясный. Этот голос словно совмещал в себе несколько языков. На слух он был словно корнями из Германии, но если бы кто-то посмел попробовать записать его, Кларк готов был поспорить, то он явил бы собой симбиоз Английского и Латыни.

Вспыхнул свет, яркий, ослепляющий. Мгновенье, перед тем как Кларк зажмурился, явило обстановку комнаты, которая на деле оказалась полузаваленным коридором, и существо в дальней его части. Каких-то пары секунд перед тем, как крепко сжать веки, человеку хватило, чтобы разглядеть создание, стоящее перед распахнутой дверью. Защитная реакция организма на световой раздражитесь всё же заставила Кларка зажмуриться, а лёгкие с силой вытолкнули воздух из грудной клетки – парень закричал. Высокие ноты отчаянья заполнили комнату, пробрались в каждую трещину в старом полу обвалившимся тоннеле, постарались пробиться сквозь завал строительного мусора, бетонных плит, острые осколки и металлические огрызки развороченной, присыпанной землёй капсулы, спиной к которой сидел паникующий человек, но потерпели неудачу и понеслись в другую сторону вслед за существом, юркнувшим в захлопывающуюся дверь. Громкий удар всё же успевшей закрыться двери оборвал нарастающий крик на фантастической ноте и немного отрезвил впавшего в истерику Кларка.

***

Шорохи из вентиляции, которая на деле никакой вентиляцией никогда и не была, а являлась дырой в потолке, больше похожей на канализационный тоннель, наконец, вывели парня из ступора. Кларку было по-настоящему страшно. Конечно страшнее было, когда надёжная запрограммированная машина не ответила на заскриптованные жесты своего обладателя. Когда не вызвала контекстное меню и не выключилась. Когда не сделала того, что должна. А ОНА УЖЕ ДАВНО ДОЛЖНА БЫЛА ВЫЙТИ ИЗ ЭТОГО КОШМАРНОГО фильма? приложения?

Тут-то Кларк, пытаясь унять дрожь в руках и нарастающую панику, увидел второй, ещё оставшийся в комнате, дышащий объект - девушку. Под ней медленно разрасталась лужица крови. Медленно текла откуда-то из-под завала. Из-под груды камней, наваленной на её тонкую, хрупкую ногу. Кровь, быть может, была и не её, так как девушка выглядела хоть и помятой, но вполне целой. Проблема была в том, что красная субстанция пахла. Вот что-что, а пахнуть тут ничем не могло: проблема была в том, что прогресс ещё не дошёл до запахов в виртуальной реальности.

Отринув все мысли о невозможности происходящего, отбросив желание просто сидеть и ждать, пока что-то случится; например, возвращения существа, которое может быть сломает ему шею, сделав GameOver и тем самым вернув парня в реальный мир, или просто окончания игровой сессии, Кларк встал и, бросив полный страха взгляд на лаз в потолке, побрёл, спотыкаясь, к незнакомке.

Все возможные способы привести человека в чувство, которые он помнил, не сработали. Темные карие глаза так и оставались закрытыми, хоть и реагировали на свет, когда он насильно раздвинул ей веки. Они были такие ... знакомые? Что-то горячее, большое и до боли близкое словно прожгло внутри Кларка сквозное отверстие. На мгновение он вспомнил всё, но этот миг пришёл, ослепил его и так же быстро исчез. В своём осознании он снова стал лишь обычным молодым человеком, приближающимся к отметке в тридцать лет и совершенно не вписывающимся в картину здешнего окружения.

Теперь, на секунду оглушенный словно не своими воспоминаниями, парень понял, что шорохи в лазе трансформировались в иной звук. Словно огромный кот карабкался по исполинскому дереву. Нечто размеров человека, цепляющееся за бетон и куски железа, торчащие тут и там, своими большими кривыми когтями.

И оно было сзади него. И оно было не одиноко.

***

Он не понял, что случилось, когда жалкое подобие человека с неестественной, словно удлинённой формой черепа, ринулось к нему, хрипя и повизгивая. Он не успел даже вместить в свою голову информацию, что такое может происходить. Что такое происходит непосредственно сейчас … С ним. Здесь. Руки словно на автомате подхватили с пола большой осколок кирпича, который последовал точно по траектории прыгнувшей на парня (НА БОЙЦА! ОН БЫЛ БОЙЦОМ!) твари. Рёв боли обозначил попадание. В разбитом ударом виске какой-то миг можно было разглядеть белую кость. Момент и тварь рухнула по левую сторону от Кларка. На помощь ей, а скорее из-за природного инстинкта голода, парень сомневался в том, что существа знают понятие "Помощь", ринулось ещё два представителя этого неестественного вида.

Мозг отключился, тело действовало само по себе. Рывок вправо из-под массивной лапы (РУКИ!) первого существа, толчок от холодной стены, дабы придать себе ускорение, подкат под второе, распластавшееся в прыжке. Холодный, покрытый конденсатом кусок арматурного железа мягко ложится в руку. Специалист своего дела, лучший боец почившего мира, рвёт на себя стальной обрубок. Ориентируясь на звук, понимая, что времени критически не хватает, он припадает на пол и наотмашь бьёт за спину, где металл входит монстру меж открытых челюстей. Развернувшись, парень резко выпрямляет ноги, совершая прыжок, уходит из-под подсечки и, приземляясь, со всей силы мозжит этому мерзкому, искореженному телу по шее. Совершив для надёжности точный выверенный выпад и буквально оторвав им голову твари, Кларк меняет хватку тяжёлого железа и метает, словно копьё, в третьего нападавшего, который тем временем не решился встревать в битву и попытался первым урвать кусок сочного мяса кареглазой незнакомки.

Битва завершилась, не прошло и двадцати секунд, в пользу обороняющегося. Теперь на поле боя опять стоял парень, который абсолютно не понимал, что происходит. Боец ушёл, оставив после себя страх и трясущиеся руки. Взглянув на тело, что совсем недавно пыталось полакомиться его плотью, Кларк содрогнулся от ужаса ... и тут девушка громко вздохнула и забарахталась под прошитой куском железа мертвой тварью.

Бросившись к незнакомке, Кларк на секунду замешкался, а потом, поборов отвращение и собрав все свои силы, поднял обмякшее тело и оттолкнул подальше от залитой, теперь уже явно чужой, кровью девушки. Увидев, кто стоит над ней, незнакомка не испугалась, не удивилась, а лишь судорожно втянула ещё порцию воздуха в грудь и прошептала:

- Вытащи нас отсюда, Кларк Мейсон. - И снова потеряла сознание.

3.

Сначала я не могу вызвать контекстное меню этого чертова аппарата, потом словно отдаю своё тело под управление и выполняю профессиональные приёмы боя, которые до этого видел лишь в экшн-фильмах. Теперь же девушка, которую я не знаю, хоть она и кажется мне смутно знакомой, называет меня по имени.

Пытаясь хоть как-то проанализировать происходящее, Кларк немного разобрал завал, который давил кареглазой на ногу, и оттащил её к выходу. Он нашёл также и источник крови, которым служили остальные люди, погребённые под завалом и спешно ретировался к мирно посапывающему грузу. Мозг подал здравую мысль, спросив: «что ты будешь делать дальше?». Продолжать сидеть в уже изрядно воняющем оксидом железа помещении среди лежащих искорёженных тел решительно не хотелось. Собрав волю в кулак и приготовившись к самому худшему, Кларк толкнул дверь и, осмотрев новую локацию на предмет опасности, втащил девушку внутрь.

Помещение оказалось круглым просторным залом с большим витражным лифтом посередине. Оглядев стены и подняв взгляд наверх, Кларк осознал, что, скорее всего, находится под землёй, о чём говорила порода, лежащая большими кучами тут и там по залу, и еле различимый стеклянный потолок, через который с горем пополам было видно вполне себе настоящее небо. Вокруг явно прослеживались остатки былого величия: тот же самый лифт окружали два ряда довольно сильно разбитых, но до сих пор держащихся разноцветных витражей, а на стенах, уходящих вверх, местами ещё висели плафоны ламп, которыми, если прикинуть, в прошлом освещалось всё пространство зала. Человек прислушался и, не уловив никаких тревожных звуков, аккуратно посадил девушку к стене, отряхнул ей волосы, на секунду прикоснулся к лицу, будто к родному человеку после долгой разлуки, после чего сам удивился этому жесту и пошёл осматриваться.

В лучшие времена место, пожалуй, могло быть достоянием культуры, или зданием собраний правительства. При приближении к стенам молодой человек различил барельефы, украшающие круглый зал (тут были преимущественно изображены люди, занятые своим делом: заводские работники, фермеры, повара). Кроме представителей самых различных профессий глаза человека цеплялись и просто к красивым пейзажам, которые мозг офисного клерка XXII века не мог воспринять и объяснить в полной мере – он привык к огромным высоткам и стоящим в пробках тихо жужжащим электромобилям, а не к полям с колосящейся рожью или заснеженным горным вершинам. Кларк продвигался всё дальше, переступая через кучки разбитых стёкол, развалившихся мозаик, а иногда и вскарабкиваясь в тех местах, где давление породы оказалось сильнее кладки, на небольшие земляные кучи. Наконец, спустя полкруга он добрался до места, где когда-то давно люди заходили в кабину лифта и где сейчас сидела обезображенная тварь наподобие той троицы, с которой произошло не столь приятное, как хотелось бы, знакомство.

Кларк замер, решив, что любое действие сейчас будет равносильно смертному приговору. Существо аналогично не двигалось, застыв в позе выгнувшей спину кошки, сидя прямо перед дверьми лифта. Оно смотрело, казалось, сквозь человека куда-то вдаль. Когда движение равносильно смерти, ты стоишь на месте, пытаясь сохранить эту тонкую грань между мирами. У человека, который десяток минут назад разбил превосходившие силы противника почти голыми руками, не было никакого ощущения нарастающей, как в тот момент силы. Теперь только он давал себе команды – видимо, марсиане решили, что его кампания проиграна и оставили совсем без приказов свыше, поэтому Кларк, всё так же, стоя на месте и почти не дыша, принял решение пока рассмотреть создание получше. Живот существа от истощения буквально прилип к позвоночнику, кожа порвалась и острые осколки рёбер проглядывали белым цветом, а неестественно длинные лапы оказались выгнутыми и поломанными, но вполне себе человеческими руками (разве что слезшая кожа на пальцах делала из них уродливые костяные когти). Короткая шея в бугорках вен надёжно удерживала массивную голову, лишённую волосяного покрова; открытый рот с мелкими острыми зубами скалился в полуулыбке, а глаза были почти человеческие и … мертвые?

Испугавшись своей догадки, Кларк сделал шаг вперёд, восполнил запас кислорода и исторг содержимое желудка прямо перед собой на грязный, заваленный мусором пол. В голове крутились события последнего часа, и они же покидали внутренности героя. Всё казалось максимально неестественным: где была настоящая реальность, а где виртуальная, Кларк уже не понимал. Только недавно он проснулся в своей удобной, но никогда не любимой квартире, а теперь словно на автомате покромсал трёх, абсолютно непонятно, по каким законам деформированных, людей. Идиотизм и неправдоподобность происходящего здесь исторгались из чрева Кларка зелёной субстанцией, а когда желудок уже начало сводить судорогой, всё закончилось. Обессиленный человек отполз от мерзко пахнущей лужи, упал на бок, издал полный боли выдох и вспомнил о существе, охранявшем вход в кабину лифта. Подняв опустошённый взгляд и посмотрев в его сторону, Кларк получил ответ на волновавший его вопрос: тварь не двигалась, а значит была мертва.

Ещё час назад преуспевающий офисный работник, идущий на повышение, а теперь запутавшийся во всём, утомлённый и забрызганный не своей кровью Кларк Мейсон оправился от первичного шока и со спокойным сердцем отключился.

***

Первый раз мы встретились в госпитале после моей контузии. Второй – сразу после выписки я отыскал её и попросил дать мне шанс.

Анна защитила диссертацию и теперь управляет небольшим коллективом очкариков: делают мир чуточку здоровее. Я время от времени отправляюсь на боевые задания со своим отрядом: уничтожаем сущее в любом его проявлении. Иногда ссоримся из-за этого.

Мы в гостиной. Я наливаю вино. Анна убавляет новости и вдруг замирает.

- Кларк… Ты слышишь, что они говорят? Кларк! Кларк Мейсон, ты слышишь это? Кларк, очнись, пожалуйста. Кларк, ты нужен сейчас мне в сознании! Ну же, давай!

Парень медленно повёл головой из стороны в сторону и с трудом разлепил глаза. Кареглазая полулежала рядом и пыталась его растормошить, дёргая за порванную куртку.

- Ммм… извини, похоже, я … заснул. – В голове ещё крутились мутные обрывки воспоминаний, но, в целом, несмотря на отвратительный желчный привкус во рту, парень чувствовал себя значительно лучше.

- Кларк, я рада, что ты в порядке. У тебя, наверное, море вопросов, но … - металлический «БОМ» в дальнем конце зала сказал всё за девушку – Нам пора убираться отсюда.

- Да… действительно. – Кларк подобрал под себя ноги и, борясь с лёгким головокружением, поднялся, после чего двинулся к лифту. – Мы же не хотим быть похожими на гулей. – Он стиснул в «объятиях» тварь, зажатую лифтом, и с силой потянул на себя. – А после близкого знакомства с жнецами, к сожалению, все становятся похожи на них.

- Что? Ты всё вспомнил?

С громким хлюпом тело существа наконец-то разделилось на две независимые половинки. Двери лифта, больше не чувствующие препятствия, начали медленно открываться, прикладывая к этому всю силу заржавевших створок. Парень отбросил тушу гуля и, сделав пару шагов, оказался рядом с кареглазой.

- Я не могу выйти из Вашей симуляции, получаю какие-то невообразимые знания о тактиках боя, а теперь, немного поспав, начинаю выдавать информацию, которую сам слышу в первый раз. Либо Ваша компания превзошла саму себя, либо это не симуляция. – Он аккуратно взял девушку на руки и понёс в кабину лифта. – В любом случае, нужно что-то делать, и это явно не сидение на заднице в ожидании «конца игры».

Парень с девушкой на руках зашёл в лифт. Тройка жнецов почти добрались до такой желанной добычи, когда человек разобрался с кнопками управления и отправил его наверх. Двери предательски закрылись в считанных метрах от жутких созданий. Некогда красивая, исписанная выцветшими полотнами кабина медленно поднималась, а человек, наткнувшийся на осколки зеркала, внимательно изучал своё отражение, словно видел его впервые. Впрочем, это сравнение было достаточно близко к истине.

***

Клик…клик…клик… Камни отправлялись в короткий путь из руки Кларка Мейсона в угол с разбитым зеркалом. Камней было много. Человек никуда не торопился.

Пара сидела в распахнутой кабине лифта, из которой открывался вид на разрушенный и пустой город. Кларк мог поднапрячь память и выдать информацию, что они находились на третьей сиреневой улице, но, пережив столько потрясений подряд, вряд ли захотел бы это делать.

Девушка сидела у выхода на улицу и поддерживала двери: пара явно не хотела, чтобы кто-то снизу, научившись пользоваться кнопками вызова, смог бы прислать их обратно, словно заказанное по телефону блюдо. Кареглазая жаждала всё рассказать Кларку, но по очень веской причине никак не могла это сделать, а поэтому сидела и перебирала в руках небольшой прибор, забранный стеклянным колпачком.

- Можно я предположу, как тебя зовут? Твоё имя Анна. Если ты простишь мне мою вольность … я думаю, что у нас был роман. Я, возможно, даже смогу вспомнить больше, но это, правда, пугает. Почему я помню и знаю то, что никогда меня не касалось? – Кларк судорожно втянул воздух, но поняв, что сейчас явно неподходящая обстановка, сдержал эмоциональный порыв и продолжил. – Почему моя настоящая жизнь медленно стирается из памяти? Я здесь всего пару часов, а уже не могу вспомнить своих коллег, начальника, соседей по квартире.

- Ох, Кларк. Если бы я могла. Если имела на это право, то тотчас же рассказала тебе всё. – На лице Анны проявились крошечные дорожки слёз, но она сразу же вытерла их рукавом замызганного халата.

- И я даже уже готов предположить, что это не игра, не программа, не фильм. Судя по моим ощущениям и огромному пласту иной информации, которая никак не вяжется с моими прежними знаниями, это реальный мир. Тогда появляется ещё один вопрос. КТО СМОТРИТ НА МЕНЯ В ОТРАЖЕНИИ, АННА!?

Кларк дёрнулся, словно получил невидимую пощёчину, виновато взглянул на спутницу и сложил руки лодочкой у лица. Пару минут они помолчали. Двери лифта попытались безуспешно закрыться.

- Извини, я всё-таки не сдержался. – Кларк тяжело поднялся, подошёл к девушке и, аккуратно отодвинув её побитые ноги, грузно осел напротив, подперев вторую створку кабины. – Смотрю в зеркало, а там не моё лицо. Там не моё тело. Там даже нет шрама между ключицами, который… который я уже не помню, кто мне оставил. Память стирается, а я даже почти не волнуюсь на этот счёт. На меня нападают какие-то отвратительные существа, но вместо того, чтобы дрожать и орать от страха, как поступил бы любой человек на моём месте, я удивительно собран и способен с ними расправиться. А после… спокойно засыпаю. Вот же нелепица.

Кларк обхватил ладони Анны своими, заглянул ей в глаза и … легким движением забрал у девушки прибор. Она с недоверием посмотрела на мужчину, пытаясь понять его поступок и предугадать, что будет дальше, но Кларк, видимо, знал, что делает. Он напрягся, разломил колбу надвое, а после, прокрутив грани прибора в трёх разных направлениях, поставил его между собой и девушкой.

- Крутани я его ещё раз, нас бы накрыла артиллерия. Если вдруг ошибся в последовательности, то куб бы самоуничтожился. Откуда я помню это, моя дорогая Анна? Откуда знаю, как пользоваться маяком? – кареглазая молчала, но Кларк и не думал её разговорить. – Всё молчишь… тогда мы полетим туда, где, я надеюсь, мне предоставят ответы на мои вопросы. Мы летим домой.

Анна заплакала. Кларк пододвинулся к ней и мягко приобнял.

Через пять минут около пары приземлился вертолёт.

4.

Когда лопасти перестали поднимать волны пыли, а от палаток к совсем недавно парящему в небе транспортнику двинулись люди с оружием и носилками, Кларк изрёк очень верное замечание:

- Это не дом.

Парень (хотя после того, как он взглянул в зеркало, немного некорректно было называть его парнем), мужчина потратил тот десяток свободных секунд, который был у него в запасе и окунулся в обрывки воспоминаний.

Домом они называли деловой район с небольшой парковой зоной, расположенный гораздо ближе к центру города, чем место, в котором приземлилась беспилотная машина. В памяти Кларка всплывали объекты, столь знакомые ему и столь разные: высоченная бетонная стена со следами от выстрелов, которая в одном месте находилась буквально в паре метров от пруда, отведённого под разведение рыбы, и где ночами, нарушая закон, купались подростки; вышки с бойницами, стоящие каждые сорок метров вдоль забора, и большой обеденный зал с добродушным бывшим морским коком Джеромом.

Каждая новая деталь, выплывавшая из хаотичного потока мыслей Кларка, причиняла всё большую боль. Мужчина потёр виски и открыл покрасневшие глаза. Да, это определённо было не то место, которое они называли домом; а вот разрушенный, тлеющий район, который выделялся на фоне серых бетонных коробок, вполне мог им быть.

- Анна, Вы даже представить себе не можете, как я рад, что Вы целы. – Пока Кларк узнавал новые подробности своей жизни, кареглазую девушку уже аккуратно перекладывали подоспевшие санитары. – Как я вижу с Вами только Кларк. Это, конечно, вселяет надежду, но даёт понимание, что вся группа, кроме Вас, мертва.

Речь держал высокий и подтянутый человек в форме. По аккуратной седеющей бородке можно было сделать вывод, что ему явно перевалило за пятый десяток, однако по очертаниям мышц под одеждой становилось ясно, что военный был в отличной форме.

- Мы попали в импровизированную засаду в тоннелях под городом. Твари устроили обвал и выжили только мы с Кларком. К счастью, он справился один. – Люди в халатах аккуратно подняли носилки и двинулись к палатке с красным крестом. - Я подготовлю рапорт о случившимся, а пока что прошу меня простить.

Военный кивнул головой, проводил санитаров с девушкой взглядом и повернулся к Кларку. С мгновенье он колебался, но всё же протянул руку и помог мужчине выбраться из вертолёта, после чего, убедившись, что последний двинулся следом, взял курс на палаточный городок.

- Признаю, что я всё же рад видеть Вас живым и здоровым, мистер Мейсон. Вы уже полностью дееспособны, или мне бесполезно тратить своё время?

- Если я получу ответы на то, что здесь происходит и почему… - Майор, а это был именно Майор, Кларк был уверен, резко развернулся, жестом приказал солдатам, сопровождавшим их, ускорить шаг и обратился к надеющемуся получить хоть толику информации Кларку.

- В таком случае, прошу меня простить, но если Вы не можете мне сообщить ничего полезного, то и я не имею права ничего сообщать Вам. Осмотритесь, прогуляйтесь, найдите кухню и поешьте… не знаю. – Майор буквально сверлил его взглядом. – Не буду лгать, Вы мне не сильно симпатичны и только из-за приказа сверху Вам дано пользоваться привилегиями здесь. Из-за Вашей важности сегодня погибло пятеро моих ребят.

- Ваша фамилия Каннингем.

- Я знаю свою фамилию, мистер Кларк! Если это всё, то приятного отдыха. Вечером Вас найдут.

Майор повернулся и скорым шагом отправился догонять солдат. Кларк опять остался один.

***

Пытаясь сопоставить в голове последнюю информацию о «приказах сверху», постоянно появляющихся вспышками головной боли новых воспоминаний и происходящее вокруг, Кларк какое-то время бродил среди палаток. Люди, занятые своими делами, почти не замечали его. Было понятно, что ещё вчера на месте палаточного лагеря находился пустырь. Сейчас же гражданские торопливо распаковывали вещи, срезали и вытаптывали мешающую растительность и активно помогали друг другу, но не смотря на расторопность новоиспеченных жителей палаточного кемпинга, атмосфера была далеко не радужной. Отовсюду слышны были перешёптывания о потерях, нередко упоминался «Дом», который теперь, по разговорам людей, был разрушен, а один раз мужчина и вовсе стал свидетелем настоящей драмы: двое детей рыдали, спрашивая окружающих «Где наши родители?» и совсем не хотели верить в то, что произошло.

Окунувшись в эмоциональный шторм, творившийся повсюду, Кларк попытался отвлечься и выкинуть из головы голоса этих несчастных людей, случайно оступился и рухнул на дорогу между палаток. К нему тотчас метнулся молодой военный, патрулировавший территорию.

- С Вами все в порядке? Давайте я помогу Вам подняться. – Парень сжал руку Кларка и с небольшим усилием поднял его на ноги. – Ох… мистер Кларк, простите, я не узнал Вас! Так Вы всё же выбрались оттуда. Нам не сообщают, Вы знаете… мелкие пешки. О чём это я? Прошу меня простить, но встретить Вас так, лицом к лицу, - это честь!

- Откуда я выбрался? О какой чести ты говоришь? – Не найдя ответы на вопросы, мучавшие его, Кларк умудрился буквально свалиться на новые.

Парень потупил глаза. И тихо выругался себе под нос.

- Ох… Вы ещё не оправились. Прошу прощения, я чуть не сболтнул лишнего. – Расстегнув заплечный рюкзак, зелёный вояка достал оттуда обычную куртку с капюшоном, в которых ходило чуть-ли не пол-лагеря, и протянул Кларку. – Наденьте это, прошу. Нельзя, чтобы гражданские или такие же глупые солдаты, как я, узнали Вас.

- Значит я снова останусь без ответов на вопрос «Какого чёрта здесь творится?»

- На последнем брифинге Анна просила нас позаботиться о Вашем благополучии, если случится внештатная ситуация. Прошу, наденьте куртку, и я отведу Вас в тёплое место. Как Вы очутились здесь?

- Просто гулял между палаток, после того, как Ваш Майор послал меня к чёрту. У Вас здесь что, война? – Кларк всё же взял куртку из рук солдата и под его пристальным взглядом глубоко надвинул капюшон.

- Да. Идёт война, мистер Мейсон, не только у нас, но и у Вас. А теперь пойдёмте. – Кларк вопросительно поднял брови. – Вы, наверное, голодны.

***

Столовая располагалась под большим натянутым тентом, который со всех сторон от осадков и ветра был защищён обычной плёнкой. Солдат, следя за взглядом Кларка, бодро пообещал, что такая хлипкая конструкция создана временно.

- Роботы мигом отстроят новое здание. Через пару дней будет готово, вот увидите!

Людей внутри было не много и служивый, посадив Кларка максимально далеко от редких посетителей, отошёл к напичканной механическими приспособлениями раздаче, где аккуратно принял из горячих недр два упакованных свежеприготовленных обеденных набора, после чего, поглядев на своего подопечного, достал коммуникатор и передал короткое сообщение. Приняв ответ, по всему видимому его удовлетворивший, солдат, наконец, вернулся обратно и выставил перед Кларком аппетитно дымящиеся блюда.

- Всё только что приготовлено. Наслаждайтесь. – Громко забурливший от голода живот Кларка всё сказал за него, и герою оставалось только приступить к трапезе, откинув весь этикет.

- Я не представился. Мать назвала меня Джеки, а отец отрядил в армию после начала войны. К сожалению, не всем везёт, и я пока занимаю лишь пост специалиста, но …

Кларк разжевав-таки и проглотив большой кусок свиной отбивной, прервал парня.

- Ты меня извини, но между твоей биографией и ответами на свои вопросы я охотнее выберу второе.

- Мне дали приказ провести с Вами некоторое время до начала заседания глав нашего лагеря, но разглашать какую-либо информацию запретили. Извините, мистер Мейсон. Будь на то моя воля … - Джек, казалось, нисколько не был смущён фактом того, что Кларк так беспардонно и даже чуть грубо перебил его. Мужчина секунду подумал, после чего решил сменить тактику: отодвинул от себя манящую еду и состроил максимально грустную мину, на которую был способен.

- Послушай, Джек. Я вроде как потерял память, а никто не может мне дать понять даже, где мы находимся, и что происходит вокруг. Меня пытались убить ужасные создания, а после ещё сильнее запутал своими выражениями Ваш Майор. – Слова нисколько не влияли на солдата. – Я уставший и потерянный.

- Давайте так: расскажете мне, что помните, а я пойму из этого, какая информация будет безопасна для Вас.

Кларк тяжело вздохнул, вернул столовые приборы на место и стал рассказывать, попутно продолжив прерванную трапезу. Он был удивлён, что почти не мог воспроизвести в своей памяти фрагменты «до» появления в этом разрушенном городе, но зато в процессе монолога он выдал гораздо больше информации, чем знал до этого, что в своём роде выходило каким-то самообучением. Кларк смог определиться с названием города, моделью летательного аппарата, который привёз их сюда и с небольшими упущениями смог описать Дом и его функции. В конце концов, голова снова начала пульсировать яркими вспышками, и мужчине пришлось оборвать поток нахлынувшей информации.

- Ммм … думаю, я смогу доверить Вам некоторые общие представления о мире вокруг. Мы, действительно, ведём боевые действия, и Дом был чем-то вроде цитадели, но недавний штурм уничтожил его. Благо наши потери были не очень велики, но всё же. Это произошло вчера и … в тех тоннелях с Анной. – Солдат постучал костяшками пальцев по столу. – В общем, я думаю, что Вас тайно эвакуировали подземными тропами, потому что побоялись везти вертолётом.

- С чего такое внимание ко мне? Я что-то вроде подопытного кролика?

- Нет, мистер Мейсон. Вы кто-то, вроде местной знаменитости. – Поймав на себе удивлённый взгляд Кларка, Джек продолжил. – Вы говорили про наших врагов: жнецов и гулей. В причину появления первых нас, обычных солдат, не посвящают, но они вроде псиоников… собственно, они и заправляют балом, а гули – это наши товарищи, которых мы не успели вытащить из горячих очагов. Они и являют собой то, кем, а вернее, чем становится человек после близкого контакта с жнецами.

- До сих пор непонятно, при чём тут я.

- Так скажем, Вы очень успешно расправляетесь с первыми и не даёте особой возможности наплодить полчища вторых, мистер Мейсон. Вы профессионал своего дела.

Джек, увидев кого-то за спиной Кларка приподнялся и протянул руку. Запищал коммуникатор. Новоявленный профессионал обернулся следом.

- Привет.

- Джеки, здорова … - Ответил было подошедший, но, увидев кто сидит с парнем за одним столом, поперхнулся и дёрнулся, словно ударенный током. – КЛАРК?

- Максвелл, отставить. Сейчас сбежится весь лагерь, если ты скажешь это ещё громче. – Наконец, удостоверившись, что товарищ не станет привлекать внимание, Джек принял вызов и отрапортовал короткое «Так точно!».

- Прошу прощения, мистер Кларк. Вам нужно сдать пару быстрых тестов, перед встречей с советом. Следуйте за мной и наденьте капюшон. – Произнёс с явным неудовольствием Джек, раздражённо смотря на только что подошедшего солдата.

Двое вышли из временного кухонного блока, оставив шокированного Максвелла позади. Если ему и была отведена Важная роль, то явно не в этой истории.

- Вот видите, Мистер Кларк. Я ещё адекватно отреагировал на встречу с Вами. – Джеки лучезарно улыбался, явно довольный собой. От его раздражённого выражения лица не осталось ни следа.

***

Машина перестала издавать гнетущий гул, зажегся свет, и в комнату зашла медсестра. Повторно мило улыбнувшись Кларку и аккуратно убрав с его тела датчики, она помогла ему подняться и указала на дверь в дальнем конце помещения.

- Там Вы сможете умыться и привести себя в порядок. Все необходимые принадлежности для этого уже приготовлены. – Девушка открыла большую аккуратно подшитую папку и принялась быстро перелистывать страницы. Поняв, что пациент не собирается уходить, она посмотрела на Кларка и вопросительно приподняла бровь. – Что-то ещё, мистер Мейсон?

- Вы все документы храните на бумаге, а не в цифре?

- Нет, Кларк, только Ваши. Мы, если можно так выразится, очень часто с Вами работаем. Да и бумага мне нравится больше. – Служительница змеи и чаши, обратила взор в туго укомплектованную папку, потеряла заигрывающую улыбку и тяжело вздохнула.

- А в этих документах есть что-то о моей амнезии? Позвольте взглянуть на… - Кларк протянул руку к документам, но медсестра резко захлопнула папку, прижала её к груди, и, опасаясь дальнейших действий пациента, отошла от него на пару шагов.

- Нет. Идите, мистер Мейсон. Содержимое папки Вас не обрадует.

Мужчина виновато потупил взгляд, развернулся и удалился в ванную комнату. Наконец там, выйдя из-под горячего душа и смыв, всю грязь и кровь, что составляли ему компанию с самого начала, он смог нормально себя разглядеть во всей красе. Первое, что говорило ему отражение, так это то, что это был определённо он. Высокий, статный, без грамма лишнего веса на мускулистом теле. Он вспомнил момент, когда спрашивал у Анны, что у него с внешностью, говорил про какие-то шрамы, которых теперь нет, про словно не своё лицо. Какие глупости. Вот он я Кларк Мейсон и всегда, сколько себя помню, был таким. Наверняка, все нелепые переживания связанны со стрессом после пробуждения и этой дрянной амнезией. Направляясь в медицинский отсек, он краем глаза изучал людей, снующих по лагерю, и узнал очень многих. Особенно ему в память врезался тот странный доктор, резко вышедший из приёмной, как только туда зашли они. Свалявшиеся черные волосы с явно нездоровым количеством перхоти, болезненный цвет лица и клочковатая неухоженная бородка: кем-то до боли знакомым являлся ему этот доктор, но при попытке вспомнить в голове лишь всплывали образы непонятного аппарата капсулы и, почему-то, офисные работники в белых сорочках. Глупости.

Кларк провёл рукой по излишне заросшему щетиной лицу и взялся за станок. Следующий десяток минут он приводил себя в порядок. Вместе с грязью, кровью и волосами с него ушла и потерянность. Время показывало, что со всем можно прекрасно справиться и самому, без помощи посторонних людей, особенно, если они все молчат, как рыбы, и шугаются его. Распаковав и надев новую, будто сшитую под него одежду, Кларк потянулся и вышел из ванной комнаты. Он был сыт, чист и ухожен, а организм справедливо требовал мягкую кровать. Он уже думал уговорить Джека показать ему тихое место, где можно прикорнуть хотя бы на пару часов, когда, открыв дверь в приёмную увидел двух солдат, которые вошли в здание и сразу вытянулись в струну, отдавая новому знакомцу Кларка честь. Тот замахал на них руками и сказал что-то нелестное, от чего солдаты прервали приветствие и виновато посмотрели друг на друга. Прошло менее секунды, прежде чем троица увидела Кларка.

- Мистер Мейсон! Похоже, наше совместное путешествие закончилось. Многоуважаемые капралы Айк и Денис проводят Вас в штаб. Было очень приятно, наконец-то, познакомиться с Вами.

- Можете быть свободны … Джек. Вы отлично нам помогли сегодня. – Джек вскинул руку к виску и отправился к выходу.

- Секунду, Джек. Мне нужно кое-что у тебя спросить.

- Вы можете всё узнать у нас, Кларк. Поговорим в пути.

- Если Джеки не останется на разговор, а Вы не выйдете отсюда, то придётся тащить меня силой.

Парочка неуверенно переглянулась, после чего повернулась к Джеку, растеряв свою напускную серьёзность. Тот едва заметно кивнул головой и двинулся к Кларку. Было ясно, что и жест, и приветствие военных, было явно не для его глаз, но, к сожалению, или к счастью, тот всё видел.

- Две минуты. После чего выходите на улицу. – Отчеканил Айк и, увлекая Дениса за собой, вышел наружу.

- В чём дело? Я могу ещё чем-то помочь? – Кристально чистый взгляд Джека обезоруживал, но Кларк всё же нашёл в себе силы сопротивляться ему и задал свой вопрос.

- Они отдают тебе честь, хоть ты и ниже по рангу, а после Вы устраиваете какой-то цирк. Это ты мне скажи, в чём дело?

- Ах, Мистер Кларк, это была всего лишь глупая шутка. Капралы издеваются над моим низким положением.

- Почему обычному солдату доверили сопровождение такой важной шишки, как я? – Кларк не верил ни единому слову.

- Дело в том… - Джека прервал громкий стук в дверь. Он означал, что их время кончилось, хотя Кларк был уверен, что не прошло даже половины минуты. – Простите Кларк, мне нужно идти.

Не дав времени на раздумье своему совсем недавно обретённому товарищу, Джек выскочил из здания, а когда Кларк, поняв, что особого выбора у него нет, вышел следом, того и следа простыл. Капралы смерили взглядом своевольный груз и удостоверившись, что он не будет творить глупости, повели его в здание совета лагеря.

***

- Здравствуйте, Кларк. Мы очень рады, что Вы присоединились к нашему заседанию. Мы изучили результаты тестов и теперь хотим лично увидеть, как быстро Вы восстанавливаетесь. Отчитайтесь по всей информации, которой владеете, кроме пункта боевых искусств. Приступайте.

Совет собрался в полукруглом тёплом помещении. Из числа собравшихся Мейсон знал только Анну, майора и доктора, который совсем недавно от него скрывался. Кареглазая выглядела бодро и радостно вскочила с очевидной целью, когда он вошёл в комнату, правда, поймав взгляд главы заседания села на место, но нисколько не растеряла свой пыл и счастливо изучала героя глазами.

Кларк приступил к объяснениям. Изредка он путался и сбивался, после чего собирался с силами и, прорываясь через волны головной боли, выдавал-таки желаемую информацию. Описание и классификацию противников, местоположение лагеря и структуру города, на окраине которого он базировался, а также все события, последовавшие после его пробуждения в подземных тоннелях. Рассказчик умолчал о поведении майора и случае в медицинской части с Джеком, решив не дискредитировать первого и не предавать огласке странное поведение второго. Он ещё надеялся разобраться во всём сам, не приплетая людей, которых пока совсем не знал. В какой-то момент доклада боль в голове стала невыносимой и Кларк, закрыв глаза, согнулся, пытаясь её унять.

- Достаточно, Мистер Мейсон. Мы услышали достаточно, для того чтобы сделать определённые выводы. Я ценю Ваше рвение, но живым, здоровым и с амнезией Вы нужны нам больше, чем мертвый, но без неё. Анна проводит Вас туда, где можно отдохнуть. Всего доброго.

Девушка выскочила из-за стола, помогла Кларку подняться и вывела из комнаты. Постепенно черные пятна стали отступать от его глаз, а голова перестала угрожать взрывом и, оперевшись на ящик, Кларк вздохнул полной грудью. Анна заботливо поглаживала его по плечу и чуть улыбалась уголками губ.

- Не стоит воспроизвести сразу всё. Ты ненасытный вояка. Ещё день, два и сможешь пересказывать хоть всю свою биографию, но не мучай себя так сильно.

- Последний раз, когда мы виделись, ты не могла ходить. – Мужчина поднял красные глаза на спутницу.

- Медицина в наше время способна на невозможное, остаётся только радоваться этому. – И в подтверждение своих слов девушка попрыгала на одной ноге. – Смотри, словно новый впервые собранный конструктор!

- Я смог воспроизвести очень многое, но та капсула из тоннелей… - Очередная волна неожиданно накрыла Кларка с головой, но он старался не показывать этого. – Что это за прибор?

- Это устройство для регенерации. – Сказала девушка, не подумав, и сразу же пожалела, потому что спутник начал грузно оседать на холодную землю. – Вот чёрт! Нет-нет-нет…

Кларк провалился в глубокий обморок.

***

- … что мне не надо уйти?

- Нет, он нормально отреагировал на тебя на собрании.

- Просто беспокоюсь. Программу прерывают впервые, и мы не знаем последствий частичного восстановления.

Кларк закашлялся, оттолкнул от себя руку девушки с ватой пропитанной нашатырем и поднялся на локтях. Он открыл глаза, но, увидев троившийся мир вокруг, зажмурил их и, выдохнув, улёгся обратно на кровать.

- Как ты себя чувствуешь? Я сожалею, что сказала лишнего.

- Ничего, ничего. Всё хорошо. Мне нужно немного времени прийти в себя. – Потрогав саднивший лоб, он обнаружил на нём выросшую шишку. Видимо приземление вышло не очень мягким.

- И поспать.

Мужчина почувствовал, как что-то укололо его в руку.

Шприц со снотворным, - успела промелькнуть мысль, после чего Кларк провалился в здоровый глубокий сон.

Ему снились корабли. Линейные парусные суда, которые кидал в разные стороны шторм. Люди падали в воду, где за них тут же принимались акулы. Крики моряков наполняли всё пространство вокруг него, а сам он висел в воздухе возле палубы и наблюдал за этим. Он посмотрел вниз и не увидел своего тела, только яркое свечение. В этот момент на палубу ворвался человек в авиационных очках, укутанный в черный плащ, и, увидев его, замер. Из центра сущности, которую сейчас представлял Кларк, высвободился мощный импульс энергии. Шторм начал утихать, а акулы всплыли, безжизненные, к поверхности воды. Последнее, что успел увидеть Кларк, был тот странно одетый человек, который теперь низко кланялся, после чего его словно кто-то резко рванул в холодное тёмное небо и он проснулся.

Над лагерем выл сигнал опасности. Кларк знал, что нужно делать.

***

- Мало того, что он почти раскрыл вас, так вы ещё решили, что стоит позволить ему ринуться в бой. Я не доволен такой работой, Капрал. – Каннингем смерил рапортующего суровым взглядом. – Продолжайте.

- Он крушил их в первых рядах чуть ли не голыми руками. Всё, что попадалось ему на пути, умирало. Я видел лично, как гули, ослушавшись приказа жнецов, бросились наутёк к развалинам домов. Когда жнецы потеряли основной костяк наступления, они полезли сами, но наше минное поле дало надёжный отпор. Кларк, перемещаясь по воронкам взорвавшихся снарядов, достиг небольшой группы жнецов, и в этот момент их скрыл дым. – Джек взял паузу для передышки. Глаза его лихорадочно горели.

- Безумец! Полезть в такое мощное пси поле. – Майор потёр лоб. – Из-за этого мы его потеряли?

- Нет. Он подорвался на нашем минном поле.

- Очень глупая смерть. Что на счёт жнецов?

- Капрал Айк утверждает, что Кларк перебил их всех подручными средствами, а последнего… жнец попытался взять над ним контроль, но Мейсон посмотрел прямо ему в глаза, тот обмяк и упал мёртвым.

Майор встал. Обвёл присутствующих суровым взглядом.

- Наши потери нулевые благодаря Кларку, конечно, кроме него самого. Я хочу видеть его в строю как можно скорее и желательно без амнезии. – После чего вышел из комнаты.

Анна тихо всхлипнула и вытерла подступающие слёзы. Джек аккуратно присел рядом с ней и мягко пригладил её волосы.

- Ты должна радоваться, что мы успели подключить его к аппарату.

- Ты не понимаешь. Он был такой потерянный в этот раз, так сильно мучился. – Девушка тяжело вздохнула. – А тут мы. Строим все из себя идиотов и даже не можем его успокоить.

- Он бы не выдержал этого и мы оба это знаем. Его мозг очень хаотично ведёт себя после той контузии. Нам повезло ещё, что вышло адаптировать программу реабилитации под него.

- Я боюсь того, что, когда ни будь Кларк окончательно запутается, где настоящий мир, а где та картинка, которую мы создаём для него и тогда… тогда мы точно ничего не сможем сделать.

- Этот день явно не сегодня, и я надеюсь, что не завтра. – Джек подошёл к доктору, который внимательно изучал показания машины. – Сергей, как он?

- Процесс регенерации пошёл. Состояние в норме. Если Вы в этот раз не решите вдруг прервать процесс, то ему будет гораздо лучше очнуться в больничной койке, чем в заполненном чудовищами тоннеле. – Ответил реальный владелец виртуальной внешности Кларка.

- Давно хотел спросить. Зачем в симуляции он пишет? Это очень тонкий юмор по поводу его бесталанности?

- Нет. Это его способ сохранить в памяти события, происходившие до его очередной смерти. – Начинающий стареть мужчина поглаживал неухоженную бородку и смотрел на тело перед собой.

Кларк Мейсон лежал в аппарате, зафиксированный надёжным стеклянным колпаком. Грудь его, иссечённая осколками, мирно поднималась и опускалась, а сам он в очередной раз переживал один день из прошлого талантливого доктора, взявшего контроль над смертью.

Раны мужчины медленно затягивались.

5.

Кларк проснулся разбитым. Голова почему-то раскалывалась, а в глаза било яркое солнце. Потянувшись и оглянувшись по сторонам, парень встал и подошёл к компьютеру.

Экран загорелся приятным белым светом.

Никогда ещё парню не являлись такие странные сны.

Впереди был последний день отпуска.

Это точно стоило записать.

0
376
Комментарий удален
21:07
И бог не даст мне соврать! Бог…
я чувствовал, чтоя мёртв
любые мирские осязаемые вещи эт что за вещи?
словно корнями из Германии?
световой раздражитесь может раздражитель?
канцеляризмы
Шорохи из вентиляции, которая на деле никакой вентиляцией никогда и не была, а являлась дырой в потолке, больше похожей на канализационный тоннель eyes
Под ней медленно разрасталась лужица крови может растекалась?
громоздкий. корявый и трудновоспринимаемый текст
подхватили с пола большой осколок кирпича, который последовал точно по траектории прыгнувшей на парня (НА БОЙЦА! ОН БЫЛ БОЙЦОМ!) твари. т.е. летел вслед за тварью?
совершая прыжок, уходит из-под подсечки не из-под, а над
не своей кровью почему просто не написать чужой кровью?
Спойлер:
Сутулому, страдающему перхотью игроману Кларку, снится сон о всемогуществе. Кроме того, в его мозгу скандируют мысли. Помимо этого, играя, он слышит в голове и другие мысли. В дыре в потолке, служащей вентиляцией, шуршит… В комнате оказывается девушка. Сутулый хватает кирпич и мочит траектории тварей. Малосмысленное вязкое месилово, коряво описанное. Девушка приходит в себя и принимает сутулого за адвоката Перри Мейсона. Встреча с тварью. Лифт, жнецы, Анна. Избранность и отбивная. Сутулая звезда борьбы с псиониками и гулями.
мораль: покрытый перхотью задрот любого гуля изобьет
Загрузка...
Илона Левина №1