Ольга Силаева №1

В стенах древнего фолианта

В стенах древнего фолианта
Работа №754

«И все-таки я сожалею, что бумажные книги так быстро уходят в прошлое», - сетовал про себя Оррен, стоя в поезде из Парижа перед терминалом с, казалось, бесконечной базой электронных книг. Он без особого интереса водил пальцем по экрану, пролистывал страницу за страницей, где десятками сменялись наименования произведений в электронном виде. «Ни интересного оформления, ни удовольствия от ощущения прикосновения к книге, ее формам, фактурности обложки или текста. Все безлико и однотипно», - Оррен отошел от терминала, вспоминая свою большую статью на тему внедрения в Европе бездревесного производства бумаги, которую он больше двух лет назад опубликовал в научно-популярном журнале «Призма Мира - 21 век» в своем родном Мельбурне. Тогда Оррен, надеялся на скорое возвращение книг на прилавки книжных магазинов. Однако количество выпускаемой печатной продукции неуклонно снижается и по сей день. Людям попросту удобнее иметь у себя электронную копию - бездушную, но компактную.

Оррен Дор, тридцатипятилетний журналист австралийского периодического издания «Призма Мира - 21 век», направлялся в город Сарребург на юго-востоке Франции. Его первый в новой должности заведующего отделом Изучения мировых проблем отпуск начался с длительного перелета из Мельбурна в Париж, откуда он теперь на экспрессе добирался до своего пункта назначения.

Место для проведения своего отпуска Оррен выбрал отнюдь неслучайно: тишина и спокойствие – для отдыха, встреча с букинистами на аукционе Пьера Венте – для работы. Даже в это время Оррен не хотел упускать возможность поработать над одной из своих статей.

Около трех с половиной месяцев назад, Оррен делал для журнала репортаж о всемирной выставке книгопечатной продукции, проходившей в Сиднее. Как раз тогда он и убедился не только в существовании, но и в прогрессе проблем в отрасли книгопечатания во всем мире. Он познакомился с букинистом и аукционистом Пьером Венте, который пригласил его, посетить как-нибудь свой аукционный Дом подержанных книг. Неделю назад Оррен получил по почте приглашение на торги, которые состоятся через три дня, двадцать девятого июля в аукционном доме Венте по адресу: Франция, Сарребург, улица Леона Паскаля, дом 16.

Планом молодого журналиста было познакомиться и заручиться поддержкой букинистов из разных стран мира. Аукцион намечался международный, поэтому это полностью соответствовало целям Оррена.

На торги, как следовало из письма, присланного по электронной почте, был выставлен всего один лот: «Книга Изменений знаний Предшественников о положении Мира во Вселенной». В письме также были указаны примечания: «Авторство доподлинно неизвестно, год написания – 1845, неизмененное издание, единственный известный экземпляр, с правками и комментариями автора, состояние очень хорошее».

«Звучит как что-то научное, - размышлял Оррен. – Единственный экземпляр. Должно быть, дорогой будет лот. Вот там, наверное, все как надо: старинный переплет, пожелтевшая бумага. Сто девяносто лет прошло, а состояние очень хорошее. Скорее всего, из чьей-нибудь коллекции. Жаль, что в письме нет фотографии. Не терпится увидеть это сокровище. Представить себе не могу, сколько заинтересованных людей будет на торгах. Для меня, конечно, чем больше, тем лучше».

Не в силах и дальше держать глаза открытыми, чтобы любоваться из окна поезда завораживающими видами летней Франции, Оррен крепко проспал оставшиеся часы дороги. В двадцать минут второго он, сонный, с небольшим зеленым чемоданом в руке, стоял на малолюдном перроне вокзала Сарребурга.

Он осмотрелся и направился к одиноко стоящему такси рядом с платформой.

Оррен знал несколько языков: помимо родного английского, он владел испанским, немного немецким и французским. Поэтому общение с людьми здесь, во французском Сарребурге, не вызвало у него проблем.

Оррен расплатился с таксистом и вышел на улицу Марн. Увидев вывеску «Отель», он направился прямиком внутрь здания, мечтая теперь лишь принять душ и хорошенько выспаться.

Его ожидал небольшой однокомнатный номер на третьем этаже с одним большим окном, выходящим на проезжую часть улицы Марн. Закрыв за собой дверь, Оррен поставил свой чемодан в нишу шкафа при входе, прошел через небольшой коридор и присел на мягкую пружинистую кровать, стоящую около стены справа от окна. Приняв тот факт, что сил у него хватит лишь на то, чтобы снять пиджак и стянуть с себя туфли, Оррен откинулся на кровать и отдался, как и был, в синих джинсах и зеленой в клетку фланелевой рубашке, во власть тишины и спокойствия гостиничного номера.

Будильник на телефоне, часы на котором автоматически подстроились под актуальный часовой пояс, раздался ровно в семь часов утра.

«Ох, ну и проспал же я», - удивился про себя Оррен. Сказывались смена часовых поясов вкупе с почти бессонными предыдущими сутками, проведенными в дороге.

После утреннего туалета, он достал из чемодана ноутбук и мельком прочитал главные новости и проверил почту. В почтовом ящике было около десятка непрочитанных писем, одно из которых пришло от Пьера Венте. В письме он сообщал, что аукцион отменяется в связи с похищением лота. Он приносил всем потенциальным покупателям свои извинения и обещал держать их в курсе событий.

От таких новостей Оррена перекосило. Он стоял в растерянности, понимая, что его план заручиться необходимыми для его статьи знакомствами провален. Он также не представлял теперь, что ему делать здесь, в этом небольшом городке, все оставшееся время.

«Неужели придется уезжать уже сейчас?» - промелькнуло в голове у Оррена.

Он решил, что для начала ему следует позавтракать и уже потом решить, какие действия предпринимать дальше.

После завтрака в кафе недалеко от гостиницы, Оррен немного прогулялся по окрестностям Сарребурга. Как ни странно, он старался как можно меньше, словно боясь этого, думать о своей неудаче, и отвлекал свое внимание на архитектурные изыски городских построек, выполненных, преимущественно, в готическом стиле.

Возвращаясь обратно, Оррен не сразу понял, что заблудился, и ему потребовалось некоторое время, чтобы найти дорогу к своему отелю. Побродив с полчаса по центральному району, он, в итоге, вышел прямиком на улицу Марн, 12.

Оррен остолбенел, поразившись видом здания гостиницы, который он не приметил вчера, впервые вселившись в свой номер, вымотанный и невнимательный. Это было почти угольно-черное четырехэтажное здание все в том же готическом стиле с контрфорсами и аркбутанами. Четвертый этаж выделялся и был выполнен в виде галереи с большими заостренными к верху окнами. Шесть широких окон разделяли небольшие пинакли. Все это великолепие венчала высокая, цветом несколько светлее самого здания, возвышающаяся на пятнадцать или двадцать метров башня диаметром три-четыре метра, расположенная у самого левого края здания, с его внутренней стороны.

«Настоящий замок, - подумал Оррен. – Это здание точно с историей».

У Оррена непроизвольно мелькнула мысль о том, что этот дом является старинным фолиантом среди его двух и трехэтажных цвета серого камня соседей.

Удивило Оррена и название отеля. В интернете он нашел это место под простым и невзрачным названием «На улице Марн, 12». Здесь же висела вычурная надпись прописью «У Вечности в тишине».

Оррен вошел в здание и направился к стойке регистрации. За ней с девушкой-администратором доброжелательно беседовал какой-то невысокий коренастый старик в клетчатом бело-сером костюме. Тот на секунду повернул голову, обрамленную короткими черными волосами и небольшой седой бородой, в сторону подходящего к стойке постояльца, а через мгновение перевел свой взгляд обратно на бумаги, которые передавала ему администратор.

- Добрый день, мисс Роусс, - на золотистом бейдже черными буквами было выведено «Администратор отеля Шарлотта Роусс». – Я Оррен Дор, постоялец из номера триста семь. Могу я вам задать несколько вопросов об этом здании?

- Конечно, мсье Дор. Что бы вы хотели узнать?

- Дело в том, что я журналист, - Оррен специально сделал небольшой акцент на последнем слове, - я пишу статьи для журнала в Австралии. И меня очень заинтересовала история этого здания. Нет ли у вас какой-нибудь информации по этому поводу?

- Я бы с радостью вам помогла, но, думаю, за такой информацией вам лучше обратиться непосредственно к владельцу отеля, - мисс Роусс взяла пачку бумаг от пожилого господина рядом с Орреном.

- Эти отправь сегодня до обеда, Шарлотта, а эти пусть полежат до завтра, - размеренно произнес стоявший рядом старик. – Этого гостя я возьму на себя, - он улыбнулся и кивнул Оррену: - Энижмель Савьер, владелец отеля.

- Оррен Дор… - сбивчиво, немного смущаясь, ответил Оррен. – Я… я журналист…

- Да-да, я уже в курсе, - Энижмель Савьер пожал руку Оррена. – Вы пишете статьи для австралийского журнала. Я, если честно, подслушал немного, не судите строго.

- Да… - продолжил Оррен.

- Так вы хотите узнать что-то об этом месте? Или вас интересует что-то конкретное? – мсье Савьер убрал все бумаги в небольшой кожаный портфель и жестом руки пригласил Оррена пройти на лестницу.

- Я поразился красотой этого здания. Оно отличается ото всех, что я видел в этом городке. Можете ли вы что-нибудь рассказать мне об этом?

- Давайте пройдем в более удобное место для разговора? – указал мсье Савьер на лестницу.

Оррен согласно кивнул, и двое мужчин начали неспешный подъем наверх по каменным ступеням.

Дойдя до четвертого этажа, они двинулись по галерее. С правой стороны шли закрытые двери, а с левой – те самые заостренные кверху шесть больших окон, что отметил Оррен еще на улице.

В самом конце галереи мсье Савьер открыл дверь своего кабинета.

- А это дверь на вышку? – вопросительно указал Оррен на дверь, располагающуюся в тупике.

- Вернее сказать, на башню. Но администрация города не выдала нам разрешение для использования этого помещения. Поэтому, оно закрыто. Надо отметить, что там и в правду опасно: ветер, знаете ли.

Оррен вошел в кабинет и оказался в затененной комнате с богатой библиотекой, составленной, как показалось Оррену, из одних лишь старинных книг. Напротив двери, в другом конце кабинета, было широкое окно, выходящее во внутренний двор. У окна располагался рабочий стол.

- Присаживайтесь, - произнес тихим, спокойным, чуть с хрипотой голосом мсье Савьер и указал Оррену на ряд стульев перед столом. – Так вы, значит, журналист. Так-так. Давненько я не беседовал с журналистами. Знаете, за последние двадцать лет интерес как-то угас.

- Ну, - протянул Оррен, заняв место на одном из стульев, - интерес к архитектуре – это довольно специфичная тема.

У мсье Савьера после услышанного вопросительно поднялась правая бровь.

- Так вас интересует архитектура?

- Не совсем. Вообще, я думаю, имеет смысл вам рассказать всю историю моего приезда. У вас есть время?

- Время? - Он усмехнулся. - Если вы про мои дела, на сегодня я сделал их еще при вас на первом этаже. Так что рассказывайте, я слушаю.

Оррен рассказал ему про свою работу, про долгий перелет и несостоявшийся аукцион.

- Украли, значит? Что же… - Мсье Савьер открыл лежащий перед собой ноутбук и включил его.

- Как я понимаю, вы тоже должны были быть на аукционе в четверг?

- Нет-нет, - отмахнулся мсье Савьер. – У меня сложные отношения с этим Пьером Венте.

- Почему же?

- Хм, он не чист на руку, понимаете?

- Не совсем, - неприятно удивился Оррен. Ведь тогда, на выставке в Сиднее, Пьер Венте произвел на Оррена благоприятное впечатление.

- Я, да и не только я, не раз замечали за ним торговлю подделками.

- Неужели?

- Да, опытный букинист всегда сумеет определить ценность книги. Вот и на этот раз: что за книга? Кто-нибудь о ней слышал? Что в ней такого ценного? – мсье Савьер встал и возмущенным тоном продолжил: - Бьюсь об заклад, этот Венте сам не знает, что попало ему в руки на этот раз, вот и отменил аукцион, сославшись на пропажу.

В кабинете раздался телефонный звонок, доносящийся откуда-то из-под кипы бумаг на рабочем столе. Энижмель разгреб бумаги и ответил:

- Да. Да, у себя. Полиция? Ну что же, пусть поднимаются. Попроси Карла проводить их до моего кабинета, я их с нетерпением жду.

Мсье Савьер положил трубку.

- Хм, возможно, кто-то действительно выкрал у Пьера книгу, - задумчиво произнес он. – Мсье Дор, я вынужден прервать наш разговор. Извините меня.

- Да, конечно, - поднялся Оррен со стула.

- Кстати, если вас так заинтересовала история этого здания, посетите местный музей, что находится тут недалеко, на улице Пе. Там, в отделе газетных архивов, вы сможете найти много интересного. Если же нет, то я к вашим услугам.

- Спасибо, - Оррен поблагодарил мсье Савьера и вышел из кабинета.

Найти местный музей не составило трудностей Оррену, и днем того же дня он уже изучал информационный терминал архивного отдела.

Местная газета «Жизнь Сарребурга» оцифровала все имеющиеся в редакции выпуски. С них-то он и решил начать свои изыскания.

По запросу «улица Марн, 12» система выдала несколько страниц результатов. Самое раннее упоминание было 19 марта 1832 года, заголовок гласил: «Молодой промышленник купил дом в центре города».

«Так-так, первая треть девятнадцатого века, здание уже было построено. Молодой промышленник, некто двадцатилетний Ванда Орбис, - читал Оррен. - Архитектурные работы внутри здания на Марн, 12 – 1837 год. О, дальше уже с фотографиями, - Оррен смотрел на фотографию улицы Марн, на которой отчетливо было видно строительство башни над зданием. – Подпись под фото: «1840 год. Промышленник из Голландии продолжает свои научные труды».

Оррен пролистал еще несколько незначимых заметок.

«Ванда Орбис открывает гостиницу по адресу Марн, 12, - прочитал Оррен. – Это уже 1846 год, ничего интересного. – Оррен прочитал следующий заголовок: «Таинственное исчезновение предпринимателя в центре города», – … его не видели несколько лет… Ванда Орбис, возможно, был убит… следов похищения или убийства найдено не было. Так, похоже, место, действительно, с историей».

Оррен решил записывать все необычные новости, связанные с этим местом. Через несколько часов поисков и чтения архивных записей, он выделил среди них самые интересные:

«1849 год - Таинственное исчезновение владельца. 1853 – пропажа всей библиотеки Ванды Орбиса. 1860 – власти закрывают гостиницу из-за случаев нарушения порядка на территории здания. До конца девятнадцатого века здание пустовало. В 1904 году его выкупили, устроили там развлечение «Комнаты страха». Первая Мировая война – госпиталь. Двадцатые годы – штаб-квартира какой-то левой партии. После Второй Мировой здание пустует. 1956 – пропал оценщик здания, посланный измерить стоимость восстановления здания от ветхости, труп найден чуть позже. 1963 – доходный дом, на первом этаже общественная столовая. 1981 – пропажа архитектора Жака Морен и искусствоведа Сильвы Вазиля, которые работали над реставрацией здания, тела не найдены. 1983 – массовое недовольство местных жителей соседством с «проклятым» домом, попытки снести здание. 1984 – обнаружение потайного второго подземного этажа, странная металлическая дверь, снос отменен. 1984 – признание здания памятником архитектуры. 1985-1997 – нескончаемый поток журналистов и их статей о запертой металлической двери. 1993 – новый владелец здания, Энижмель Савьер, заканчивает реставрацию, открывает гостиницу «На улице Марн, 12». 2005 – переименование в «У Вечности в тишине». 2012 – новая попытка вскрыть тайную дверь, безуспешно».

Оррен потер глаза от усталости. Попытки найти что-нибудь про кого-либо из предыдущих владельцев или пропавших или убитых в здании людей ничего не дали.

«Надо спросить мсье Савьера про эту металлическую дверь. Интересно, она еще на месте?», - думал Оррен, выходя из здания музея.

На часах уже было за семь вечера, начинало смеркаться. Оррен не смог застать мсье Савьера за своим рабочим местом и отложил разговор с ним на следующий день. Весь оставшийся вечер и ночь до половины третьего он потратил на попытки разузнать хоть что-то сверх уже найденной им информации, но смог найти лишь подробности исследования запертой двери. Оказалось, что ее пытались спилить, прожечь, сорвать с петель, выбить – после этого случая в 1997 году фундамент здания получил серьезные дефекты и прежний владелец запретил посещение журналистов частного владения. Сделал он исключение лишь группе немецких исследователей, которые попытались при помощи современной на тот момент техники узнать, что находится за дверью. Но это оказалось также безуспешно.

Позавтракав на следующее утро в ресторане на первом этаже гостиницы, Оррен к десяти часам уже сидел в кабинете Энижмеля Савьера.

- Ну как ваши дела? – снимая пиджак и вешая его на спинку одного из свободных стульев, начал мсье Савьер.

- Место историческое. Во всех смыслах слова.

Послышалась негромкая усмешка:

- Да, в этом вы правы. Как ни посмотри, этому зданию есть что рассказать. Не представляете, чего стоило привести репутацию этого здания в порядок. Одно время я уже думал закрыть это место, продать властям. Но время шло, гости все меньше спрашивали про тайную дверь в подвале, к началу нулевых все было уже спокойно.

«Хм, дверь, получается, на месте», - решил Оррен и продолжил:

- А почему вы сменили название?

Мсье Савьер немного замялся, явно не ожидая такого вопроса.

- Во-первых, это было частью ребрендинга. Ну а во-вторых, я тогда, будучи только в начале пути коллекционирования книг, наткнулся на одно произведение. На обложке была эта надпись «У Вечности в тишине». Содержание ни черта не понятно, но как красиво звучит, согласитесь?

- Да, это верно, а можно посмотреть книгу?

Энижмель Савьер немного насупился, но встал, подошел к одной из полок и достал книгу в кожаной обложке угольно-черного цвета. На переплете чуть выше центра было выгравировано название по-французски, страницы были пожелтевшие от времени. Оррен открыл ее и просмотрел: кое-где бумага была опалена огнем, некоторые страницы были чем-то испачканы. Больше всего Оррена поразило, что вся книга, три сотни страниц, была написана от руки на неизвестном Оррену языке.

- Что это за язык?

- Не знаю, - ответил мсье Савьер. – Поэтому и не понятно из нее ничего. Странные рисунки, схемы, символы и все. Я решил, что название очень красивое, вот и позаимствовал его.

- А какого она года?

- Если верить неизвестному автору, первая запись была сделана 14 июня 1850 года.

Внезапно раздался стук в дверь кабинета.

- Войдите, - отрывисто произнес мсье Савьер.

В комнату вошли два полисмена, после вошел третий, который заговорил, обращаясь к хозяину гостиницы.

- Мсье Савьер, признавая ваш опыт букиниста, мы бы хотели поговорить с вами о содействии в расследовании пропавшей книги Пьера Венте. Как вы на это смотрите?

- О, - суетливо произнес мсье Савьер. – Если в этом есть необходимость, я всегда готов помочь властям.

Он перевел взгляд на Оррена, тот вернул книгу владельцу.

- Я вынужден снова извиниться перед вами.

- Нет-нет, что вы, - начал Оррен. – Произошло такое событие, это я должен извиниться, что отвлекаю вас. У меня только одна просьба: могу ли я взглянуть на эту дверь?

- Да, конечно. Обратитесь с этим к Карлу Може на стойке регистрации – это мой помощник. Он проводит вас куда нужно.

Оррен поблагодарил своего собеседника, вышел из кабинета, в котором тут же началась другая дискуссия, и направился на первый этаж.

Карл Може, веселый темнокожий разговорчивый француз, примерно ровесник Оррена, быстро и с самыми непосредственными комментариями провел своего спутника через кухню и прочие служебные помещения на самый нижний этаж здания.

Он поведал Оррену о том, что местный персонал побаивается этого места, считая, что за дверью скрывается нечто ужасное. Сам он не разделял такого мнения, склоняясь к тому, что все это розыгрыш для привлечения внимания.

Оррен пристально осмотрел дверь, сделал множество фотографий себе на телефон. Он сразу отметил отсутствие на двери ручки и отверстия для ключа. Сама же черная поверхность металлической двери была богато украшена узорами с переплетениями ветвей то ли дерева, то ли крупного кустарника. Кое-где были различимы цветы, с некоторых веток свисали гроздья ягод.

Оррен заручился разрешением Карла посмотреть на дверь в живую еще, если у того возникнет в этом необходимость. Единственная просьба помощника мсье Савьера заключалась в том, чтобы тот не привлекал внимания служащих своими изучениями. Оррен пообещал не пугать персонал своим пребыванием и после обеда поднялся к себе в номер и начал рассматривать сделанные им фотографии мистической двери. Эта загадка занимала его с каждой минутой все больше и больше. Оррен приходил в восторг оттого, что имеет теоретическую возможность прийти к решению головоломки и отпереть дверь.

Он сразу же начал поиск по изображениям в интернете и без труда нашел несколько статей начала века за авторством журналистов, не пришедших к какому-либо логическому объяснению этого феномена и разделявших позицию Карла Може о том, что все это фарс для завлечения туристов. Однако в другой статье, напечатанной позднее, он нашел много деталей, которые не приметил сегодня утром. Оррен вычитал, что эта дверь, известная также как «Дверь Алхимиков» была создана, предположительно, группой алхимиков в период между семнадцатым и девятнадцатым веками. Отсюда и прочность, и неподатливость материала, а также его неопределенный состав. Автор этой статьи склонялся к тому, что эта дверь имеет секретный замок, какие использовались некоторое время для увеличения надежности потайных мест. Автор также указывал, что был в составе исследователей в 2012 году, но не успел толком попробовать свои измышления на практике, так как доступ к двери запретил владелец здания. Отмечались также описания каких-то символов, найденных среди металлического узора.

Оррен вернулся к своим фотографиям и при увеличении на одной из них смог разглядеть силуэты каких-то знаков. Последующий поиск в интернете натолкнул его на информацию о символах, которые использовали в своем письме химики и философы прошлого. Он скопировал всю необходимую информацию себе на телефон и, чувствуя, что серьезно проголодался, отправился в ресторан.

После ужина Оррен не выдержал и поддался искушению поспать.

Проснулся он посреди ночи, на часах было без четверти два. Оррен в очередной раз собрал у себя в голове все мысли:

«Так, есть секретная дверь. Если нет ни скважины для ключа, ни ручки двери, значит, открывается она либо каким-то секретным механизмом, либо изнутри. Металл очень прочный, ничего с ним не сделаешь, не ломая все здание. Получается, если и есть какой-то способ открыть эту дверь по-человечески, то он должен быть где-то в самой двери. Надо спуститься и посмотреть еще раз».

С этими мыслями Оррен выключил ноутбук, умылся, взял свой телефон, накинул на себя пиджак и отправился в подвальные помещения.

Увидев на первом этаже пустующую стойку администрации, Оррен вспомнил, который час, и подумал, что будет странным в столь позднее время спускаться к двери.

«Нет, надо посмотреть сейчас. Кому какая разница, мне же разрешил Карл. Сейчас, как раз, меньше всего персонала, который мог бы чего-то испугаться или заподозрить».

Оррен прошел в служебные помещения, в этот час почти пустующие и быстрым шагом добрался до загадочных металлических врат.

Свет на этаже хоть и горел, но был не такой яркий, как днем, поэтому Оррен использовал фонарик на своем телефоне для подсветки различных деталей двери.

«Вот и символы. Десять по спирали, один в центре».

Оррен решил сравнить их с недавно добавленным списком обозначений из химии и философии.

«Вот это да, - сердце Оррена мгновенно ускорило биение. – Это знак Солнца, это… Марс. Теперь этот… Юпитер!»

Оррен проверил все символы и не смог найти лишь один – тот, что был максимально удален от центра двери, где располагался символ Солнца.

«Так, очень похоже, что передо мной схема Солнечной системы. Не могу понять лишь этот последний символ. Неужели некий человек или группа людей уже тогда знали, что планет в нашей системе не восемь и не девять. Немыслимо!»

Оррен также случайно заметил, что, если смотреть на плоскость двери под острым углом, становятся заметно, что под каждым символом есть небольшая круглая пластинка-заклепка. Он попробовал дотронуться до центральной, та под небольшим усилием сдвинулась с места, словно защелка у дверного глазка. Из отверстия выпал небольшой, золотистого цвета цилиндр диаметром полтора сантиметра и длиной около сантиметра. Он с грохотом перекатился по каменному полу и замер, Оррен прильнул к полу, пытаясь поверить своим глазам.

«Похоже, здесь, действительно, есть потайной механизм!»

Оррен поднялся с колен и стал вытаскивать похожие, но, как ему казалось, выполненные из других металлов цилиндры и схематично выстраивать их на полу.

«Отлично! Одиннадцать цилиндров. Возможно, что дверь откроется, если вставить их в определенном порядке».

Этот вопрос надолго занял Оррена. Сначала он попробовал вставить их в порядке открытия планет, чуть позже – в обратном. Пробовал использовать в качестве последовательности размеры планет, но его знания в астрономии были несколько ограничены, а телефон не мог поймать ни единой сети, чтобы выйти в Интернет.

В конце концов, он сел перед дверью и стал рассматривать в телефоне фотографии, сделанные утром. Зарядки оставалось меньше двадцати процентов, но Оррен решил рассмотреть фотографии еще раз с предельной тщательностью.

Через некоторое время он заметил, что в гроздьях, свисающих с ветвей нет ни одного повторяющегося количества ягод.

«У этой три, тут два, тут шесть, у этой одиннадцать… Стоп! Это похоже на последовательность…»

Оррен перепроверил и не смог найти ветвь, где было бы больше одиннадцати ягод.

«Все сходится… Должно сработать…»

Трясущимися и потными от волнения руками он стал вставлять цилиндры на свои места каждый в той последовательности, которую ему подсказывало количество ягод над соответствующим знаком планеты.

Вставив одиннадцатый цилиндр на свое место, раздался громкий щелчок, и дверь чуть выдвинулась в сторону Оррена.

«Да! Сработало!»

Оррен едва мог сдержать эмоции. Он подошел к двери и потянул ее на себя за образовавшийся при открытии выступ. Она оказалась тяжелее, чем представлял себе Оррен. Он уперся ногой в стену, и лишь тогда у него получилось создать узкий проход.

Оррен предстал перед выбором: исследовать то, что было за дверью сейчас или же дождаться утра и сообщить обо всем мсье Савьеру.

Он посветил в образовавшийся проход слабым лучом от фонарика на телефоне – свет осветил лишь ступени, которые круто уходили куда-то вниз.

«Ну нет, - все же решился Оррен, - не буду же я ждать кого-то, чтобы исследовать раскрытую мною загадку».

Он протиснулся в образовавшийся проем и сразу почувствовал запах сырости. За дверью была спрятана крутая винтовая лестница, ступени которой были, как представил себе Оррен, не менее сорока сантиметров в высоту. Перил не было. Оррен спускался с трудом, одной рукой освещая себе путь телефоном, другой – опирался на грубо выложенную камнем округлую стену.

Весь его аккуратный спуск занял чуть больше десяти минут.

Оррен сошел с лестницы и оказался в маленькой комнате. Свет фонаря помог ему различить неровные стены из крупного камня. Справа от него стояли шкафы со стеклянными дверцами, за ними Оррен разглядел книги. Старые, потрепанные на вид корешки книг, виднелись и на полках напротив схода с лестницы.

Оррен увидел проход в стене и направился к нему. За ним был небольшой коридор, в котором, в свою очередь, располагались три металлические двери в смежные комнаты. Две из них Оррен смог осмотреть, третья дверь не поддалась. Эти же две комнаты были идентичными: маленькие прямоугольные помещения, в каждой стояли заваленные тетрадями и различными предметами стол и полка.

Не найдя в этом крыле ничего более, Оррен вернулся в комнату с лестницей и увидел еще одну деревянную дверь, расположенную в другом конце зала.

Оррену удалось открыть эту дверь, и он прошел, как ему представлялось, в рабочий кабинет. Эта комната оказалась больше соседней, и обставлена она была полками вдоль боковых стен, напротив двери располагался рабочий стол.

«Что же, это тайная лаборатория алхимика. Похоже, чьи-то догадки подтвердились», - подумал Оррен.

Он осмотрелся по сторонам и отметил еще одну заинтересовавшую его вещь. Справа от стола, между полками был еще один проход. Он был чем-то прикрыт. Подойдя к нему, Оррен понял, что это была снятая с петель металлическая дверь. Он приподнял ее и с огромным усилием переложил в сторону. Ему открылась маленькая комнатка, заваленная камнями и землей.

Оррен уже потерял всякую надежду увидеть здесь приведение или нечто потустороннее и собирался вернуться наверх, сделав перед уходом сколько получится фотографий всего этого тайного помещения и его артефактов. «Возможно, рядом со мной и записаны какие-то тайны, неизвестные никому, но какой от них восторг, если ты не можешь их понять?»

Оррен убрал несколько досок, которые заслоняли собой стену напротив него и к своему удивлению увидел очередной проход. Он залез на насыпь, пригнулся и почти ползком пролез в крошечную, два на два метра, комнату. В ней не было ничего, лишь массивный каменный выступ из противоположной стены и толстая книга в кожаном переплете.

Оррен подошел к книге. На толстой кожаной обложке были высечены золотистыми чернилами две надписи, одна над другой, со знакомыми буквами.

«Хоть здесь язык кажется человеческим», - подумал Оррен, наводя на обложку свой телефон. Он сделал фотографию со вспышкой и прогнал полученное изображение через встроенный универсальный переводчик на телефоне. Вышло, что надписи были сделаны на латинском языке и означали примерно следующее:

Первая: «След Ступившего в Пустоту есть Он Сам»

Вторая: «Второе касание подобно росчерку Пера»

«Ну и ну», - пронеслось в голове у Оррена. Он открыл книгу. На первой странице черными чернилами было выведено: «Ванда Констрактис Орбис, 1853». Оррен перелистнул, на второй также была лишь одна надпись: «Жак Ян Морен, 1981». Оррен перелистнул еще, дальше шла следующая подпись: «Сильва Имре Вазиль, 1981».

«Знакомые имена… Что могут означать эти даты? - Оррен осмотрелся вокруг себя, словно ожидая увидеть кого-нибудь за своей спиной. – Уж не даты ли это смерти?»

Оррен перелистнул страницу. Та оказалась пустой.

«Такой огромный том. Тут, должно быть, не меньше шести сотен страниц, а заполнены всего лишь три?» - восхитился Оррен.

В следующую секунду сознание его помутилось. Свет фонарика исчез и Оррен оказался в кромешной тьме. Еще через мгновение он обнаружил себя стоящим в ярко освещенной теплым светом свечей комнате. Она была ему знакома: стены из камня, полки с книгами, перед ним деревянная дверь, слева – проход в небольшой и освещенный коридор. Сзади него была винтовая лестница, уходящая вверх.

«Что… что это такое? Что произошло?» - Оррен узнал это место, но не мог прийти в себя от резкой смены обстановки.

Деревянная дверь перед ним открылась, и в проеме показалась высокая фигура мужчины, которому на вид было немногим больше пятидесяти. Он был одет в черный костюм на старинный манер: черные брюки, из-под черного фрака виднелись белая сорочка и черный галстук, из-под брюк торчали потертые мысы туфель. Лицо мужчины имело какой-то желтый оттенок и, в целом, было строгим: острые скулы, длинный нос, тонкие губы. Короткие темные волосы были взлохмачены. Он пристально и с каким-то нездоровым интересом уставился на Оррена своими узкими глазами, вращая при этом в левой руке перо, с которого капали на каменный пол чернила.

Оррен был поражен и не знал, что сказать. Вид этого человека, в обычной жизни, ничем не вызывающего страх, в данной ситуации действовал на Оррена устрашающе. Еще несколько секунд молчания и он бы бросился наутек по лестнице вверх.

Спокойно, высоким голосом мужчина начал:

- Кто вы будете?

- Я… - нервно, едва не крича, начал Оррен, - я Оррен Дор, журналист… из Мельбурна.

- Прекрасно, мое имя Ванда Констрактис Орбис. И я являюсь создателем сего мира. Не будет ли вам так угодно пройти в мой кабинет? – Ванда Орбис жестом пригласил Оррена в комнату, в которой находился рабочий стол.

Оррен двинулся вперед. Он только сейчас заметил, что все это время руки его были прижаты к груди, а в одной из них он с ужасной силой сжимал свой телефон. Напряжения в кисти сжимающей руки, однако, он не чувствовал.

Пройдя в кабинет, Оррен начал первым:

- Ванда Орбис? Создатель чего?

Ванда Орбис прошел мимо Оррена, дождался пока тот сядет на свободный стул и сам уселся за свой стол.

- Ванда Констрактис Орбис, - повторил мужчина. – Я создатель сего мира. Я понимаю, что вы шокированы, но будьте так любезны, успокойтесь, я не терплю повторять по нескольку раз одно и то же.

- Что значит «создатель сего мира»? Где мы?

- Так случилось, что вы проникли в мою лабораторию в Исходном Юниверсуме и, по всей видимости, открыли мою книгу, было такое? – с нажимом произнес Ванда Орбис.

- Да, - замялся Оррен, - все так и было.

- Каковы цели вашего визита?

- Похоже, простое любопытство.

- Любопытство? - Ванда Орбис откинулся на спинку стула и сложил руки на животе. – А чувство такта, элементарной вежливости вам не прививали?

- Что? – изумился Оррен.

- Без спроса заходить в чужой мир. Да, та книга, что вы бесцеремонно листали, это мой мир, Переходный Юниверсум. После вы искривились, словно увидели волка или дикого кабана. – Оррен в очередной раз потерял дар речи. – Какой у вас там был год?

- Две тысячи тридцать пятый.

- И что, люди вымерли?

- Нет, конечно, - не понимал сути разговора Оррен.

- Так чего же вы испугались? – удивился Ванда Орбис. – Я человек совсем нестрашный. Вот предыдущие господа были увереннее.

- Вы о Жаке и Сильве?

- О, вы были с ними знакомы?

- Нет.

- Так почему же вы говорите о них столь фамильярно, как о своих старых приятелях?

В комнате повисло молчание. Ванда Орбис не сводил взгляда с Оррена, но через секунду громко и искренне рассмеялся.

Оррен, пребывающий теперь в еще большем недоумении, ожидал, пока Ванда Орбис закончит смеяться.

- Ладно, ладно, - начал успокаиваться Ванда Орбис. – Я так редко вижу людей, что совсем не знаю, как вести себя при виде гостей. На самом деле, два господина, которые прибыли сюда еще до вас, со страху хотели меня убить, так что ваша реакция мне больше по душе. Оррен Дор, расскажите, будьте так любезны, детали вашего прибытия сюда.

Оррен даже заулыбался, когда понял, что все это был розыгрыш отшельника Ванды Орбиса. Он, как мог, успокоился и поведал ему свою историю.

- Что же, - задумчиво начал Ванда, - моя дверь пользовалась популярностью? Интересная эта вещь, о которой вы постоянно упоминали – Интернет, кажется? Как же хорошо звучит. – Он снова откинулся на спинку стула и начал раскачиваться на задних ножках. – Ваш мир так быстро меняется. Мой предыдущий гость посещал меня на рубеже веков…

- Постойте, вы говорите не о тех двух господах, что хотели вас убить?

- Нет-нет, то был юноша, примерно вашего возраста.

- И он не остался?

- Хм, - Ванда встал, заложил руки за спину и принялся ходить вдоль своего стола, - с ним получилась странная вещь: он не отказался остаться, но и решил пока побыть в том, родном ему мире.

- А что это за место, как вы создали его?

- Я называю этот мир Переходным Юниверсумом. Это результат многолетнего безотрывного труда, берущего свое начало в восточной алхимии. Веками алхимики со всего мира пытались раскрыть тайны Вселенной, показать невидимую составляющую человеческой жизни. Многие, конечно, действовали в угоду собственным материальным потребностям, кто-то же отдавал жизнь, чтобы достичь чего-то большего, значимого, нежели превратить свинец в золото, - Ванда Орбис скривил на лице гримасу. – Мне удалось создать этот мир, книгу, если вам будет так угодно, в который я внес все свои знания.

Ванда Орбис провел рукой по воздуху, указывая на все полки и шкафы, заполненные книгами, тетрадями и журналами.

- Беспрерывная работа, - продолжал он. – В этом мире я могу отобразить все, что пожелаю, все, что смогу вообразить, могу, например, изменить законы физики. Но мне нужен был лишь покой, чтобы продолжить свою работу.

- Но все это ненастоящее, - прошептал Оррен.

- Ненастоящее? Вы так думаете? Да, здесь нет процессов старения, вы не испытываете обычных, свойственных человеку, физических чувств: усталости или боли. Но вы можете полноценно жить, развивая свой мир, независимо от чего-либо. Видели бы вы, что сделал тот архитектор, Жак Ян Морен – он живет в городе на облаке! – усмехнулся Ванда.

- А как все это вмещается независимо?

- Мой мир многослоен. Как в книге есть страницы, не слипшиеся друг с другом, так и здесь, события разных воображений могут не пересекаться. Но я на грани нового прорыва. Следующий мир, в который мы перейдем, будет чем-то вроде сложения мира вашего и этого. Там не будет такой свободы воображения как здесь, но будут свои собственные законы, в которых мы, - те, кто пройдут туда, сможем развиваться дальше.

- А где сейчас эти ваши гости, предшествующие мне? – поинтересовался Оррен.

Ванда Орбис пожал плечами:

- Разбросаны по страницам книги. У каждого своя история. В один момент я позову их, но сейчас не смею их беспокоить.

- Для чего вам все это?

- Потому что это интересно. Потому что мой пытливый ум достиг этого результата, так почему бы мне не двинуться дальше и не попробовать приблизиться к истокам Мироздания еще ближе?

- А этот мир, Исходный, как вы его называете, он настоящий?

- Все настоящее, если вы видите в этом смысл, если чувствуете жизнь и нескончаемый интерес к новому.

Оррен умолк и задумался. Ванда Орбис вышел в потайную комнату и принес ту саму толстую книгу, через которую Оррен попал сюда.

- Так не желаете ли вы присоединиться ко мне?

- А этот ваш мир можно разрушить? – вдруг вырвалось у Оррена. – Ну, например, кто-нибудь уничтожит книгу в Исходном Мире, что тогда?

- Я вижу, у вас тоже есть задатки пытливого ума, - улыбнулся Ванда Орбис. – Целью моих изысканий не стоит уничтожение чего-либо. Мне не нужна божественная власть, хоть только и я могу уничтожить отсюда этот мир и всех вместе со мной. Лишь изучение, исследование по средствам созидания и соединения. Я позаботился об этом, спрятав, как теперь понимаю, не так надежно мою книгу. В этом был риск, но он оправдан. Очень скоро, когда я совершу переход в другое измерение, эта книга не будет представлять собой ничего интересного, лишь мои каракули.

Ванда Орбис открыл книгу и потянулся левой рукой к перу.

- Я должен добавить вам еще кое-что: дело в том, что я не предусмотрел всего при создании этого мира. Как только ваше имя окажется на страницах, обратного пути у вас не будет. Ну так что, могу ли я вписать вас в книгу Переходного Юниверсума?

Оррен не мог сосредоточиться на своих мыслях. Его интерес противоречил его же здравому смыслу. И лишь фраза Ванды Орбиса о том, что считать настоящим, крутилась у него в голове.

- Вы же сами сказали, что нужно чувствовать жизнь и смысл. У меня все это находится не здесь. Я вынужден отказаться от вашего предложения.

Ванда Орбис, казалось, немного погрустнел.

- Вы зрите в корень, Оррен Дор. Перед тем как я отправлю вас назад, окажите мне услугу и ответьте на вопрос: вам знаком человек по имени Энижмель Камплес Савьер?

Оррен в очередной раз удивился.

- Да, это нынешний владелец здания, в котором находится ваша потайная комната.

- Все еще? Ну что же, если вам не будет затруднительно, передайте ему, что он может возвращаться. Все почти готово. А, и еще: ни в коем виде не трогайте книгу повторно – иначе я не смогу вас из нее вычеркнуть.

После этих слов Ванда Орбис вырвал страницу из той самой толстой книги, написал на ней что-то и передал Оррену:

- Прочитайте и в конце назовите свое имя. Быть может, мы с вами еще встретимся, - Ванда Орбис улыбнулся.

На листе, что получил Оррен, были надписи на латыни.

- Но… я не знаю латинского языка… - сконфузился он.

- Какой же вы все-таки невежда. С этим определенно надо что-то делать, - отшутился Ванда Орбис. – Повторяйте за мной.

Оррен произнес несколько непонятных для него фраз и добавил в конце свое имя. Через мгновение теплый свет кабинета Ванды Орбиса сменился темнотой и прохладой маленькой комнаты, частично заваленной камнями и землей.

Оррен аккуратно, чтобы не задеть руками книгу, отошел от стены с выступом. Его телефон полностью разрядился и отключился, поэтому Оррен передвигался в полной темноте по памяти.

Ощупывая стены, стеллажи и шкафы с книгами и прочими вещами, он пробирался к винтовой лестнице. Дойдя до нее, он также медленно, опираясь на стены, начал подниматься наверх.

Почти у самого выхода ему в лицо попал яркий луч фонаря.

- Ах, вот вы где! – раздалась шипящая фраза, адресованная Оррену. Тут же его за воротник крепко кто-то схватил и потащил на свет по оставшимся нескольким ступеням.

Оррена словно выдернуло из подземелья, с такой силой его вытолкали через дверь и он упал на колени, спиной к двери. Та защелкнулась, и стало слышно, как из металлических выемок начали выниматься цилиндры.

Оррен обернулся. Перед ним, весь взъерошенный и потный, с красным от гнева лицом стоял Энижмель Савьер.

- Ну конечно, книги его интересуют! Вот так вы втерлись в доверие, а потом и проникли в тайны, которые не предназначены таким шарлатанам как вы! Я чувствовал, что что-то не так. А сегодня утром, не найдя вас в своем номере, я сразу понял, где вас искать!– гневно продолжал мсье Савьер.

- Мсье Савьер, успокойтесь, пожалуйста, все не так как вы думаете! – Оррен встал с колен и принялся объясняться перед своим разгневанным оппонентом.

- Что вы говорите? – не унимался тот. – Ну и сколько же вы награбили? Или вы всего лишь разведчик? К черту вас! Я выселяю вас немедленно! Вам никто не поверит! – Мсье Савьер и не собирался успокаиваться. – Я скажу персоналу, чтобы впредь не пускали вас на порог как злостного нарушителя правил моей гостиницы.

Энижмель Савьер начал удалялся от Оррена и через несколько секунд тот остался один в пустом коридоре нижнего этажа. Он понуро поплелся вверх по лестнице. На часах было семь утра.

Перед своим вынужденным отъездом Оррен решил воспользоваться возможностью и полностью привел себя в порядок, принял душ и почистил испачканную в земле одежду и обувь.

Взяв все свои вещи, он вышел из номера и направился на четвертый этаж, чтобы объясниться с мсье Савьером. Дойдя до кабинета владельца гостиницы, Оррен увидел, что дверь, ведущая на башню, открыта. Он заглянул внутрь, наверх, к смотровой площадке, вела хрупкая винтовая лестница.

«Ох уж эта мода на винтовые лестницы», - думал Оррен, поднимаясь по ступеням. Он был рад ощущать естественную усталость от проделанного пути наверх.

На смотровой площадке ожидаемо находился мсье Савьер.

- А, это вы, - небрежно в адрес Оррена бросил тот. – Отсюда открывается потрясающий вид, не находите?

Энижмель Савьер говорил совершенно спокойно, тоном сильно расстроенного человека.

- Вы извините меня за мою грубость, я был не в себе, - продолжил мсье Савьер.

- Я понимаю вас и нисколько не обижен. Однако хочу, чтобы вы меня выслушали. Я не авантюрист. Я искренне люблю бумажные книги, и я благодарен вам, что с вашей помощью мне удалось побывать в одной из них.

Энижмель Савьер с удивлением перевел взгляд на Оррена:

- Как, вы были в том мире?

- Да, я говорил с Вандой Орбисом, - не мог сдержать своей улыбки Оррен.

- Потрясающе… Вы теперь тоже все знаете. Что же вы будете делать с таким знанием?

- Ничего, - спокойно ответил Оррен. – Без ваших этих цилиндриков я не смогу ничего сделать, да и не собирался. Этот человек, алхимик, задумал некую цель, смысл которой, я уверен, мне не удалось понять до конца. Но он мне открыл глаза на кое-что еще.

- Так почему же вы не остались? Он, случаем, не прогнал вас? – подозрительно поинтересовался мсье Савьер.

- Нет-нет, - усмехнулся Оррен. – Я не остался, потому что тот мир показался мне не настоящим, да и новый его переход тоже не смог заставить меня попрощаться с этой реальностью.

- Новый переход? – спросил мсье Савьер.

- Да, он сказал, чтобы по возможности я передал вам, что все почти готово, и вы можете возвращаться.

Мсье Савьер стоял в изумлении.

- Значит, у него получилось… - отстраненно произнес он.

- А почему вы не остались при первом посещении?

Мсье Савьер пожал плечами:

- Трудно сказать… Хотел пожить в этом мире по максимуму. Ну и, к тому же, у меня здесь была реальная миссия.

- Какая же? – удивился Оррен.

- Ванда Орбис, прежде чем исчезнуть, перевел всю свою библиотеку к себе в комнату. Он писал на искусственном языке, что сам разработал, и некоторые ключи к шифру остались в одной из книг. Также он не хотел, чтобы посторонним попались его записи о создании подобных вещей, как та книга. Я остался здесь, чтобы отыскать эти несколько книг.

- Дайте угадаю, та книга «У Вечности в тишине» - одна из них?

- Даже больше. «Книга Изменений знаний Предшественников о положении Мира во Вселенной» тоже есть в списке востребованных Вандой, - мсье Савьер широко улыбнулся. – И теперь, когда я нашел все из них, я, действительно, могу, отправляться в путь.

- Как же вы… - удивленно произнес Оррен, не в силах понять, как мсье Савьер завладел украденной у Пьера Венте книгой.

- Да какая разница? Сейчас даже не имеет значения, как она попала к нему в руки. А вы, правда, считаете тот мир ненастоящим?

- Так мне кажется, так я почувствовал.

- А что есть настоящее? Мы с вами настоящие? Или же это Солнце, оно, действительно, желтое? А небо над вашей головой, действительно, голубое? Продолжать можно до бесконечности…

- Можно, но я сделал свой выбор. Вам же искренне желаю по-настоящему интересного путешествия.

Оррен поднял свой чемодан и направился к лестнице.

- Если хотите, я бы мог отменить мое распоряжение о вашем выселении, - сказал мсье Савьер.

- Мне кажется, я вдоволь насмотрелся на скрытые чудеса. Может быть, вернусь на работу пораньше. Соскучился.

Оррен пожал протянутую ему Энижмелем Савьером руку, спустился на первый этаж и покинул гостиницу «У Вечности в тишине».

Оррен провел несколько оставшихся до его самолета дней в небольшом отеле в Париже. Он пытался найти в сети хоть какую-нибудь информацию о личности Ванды Орбиса, но так и не сумел.

Через неделю, вернувшись в Мельбурн, Оррен снова погрузился в работу. Он не забыл про изучение латыни, но в первую очередь был намерен закончить свою статью о кризисе книгопечатной индустрии, чтобы привлечь внимание общества к этой проблеме. Ему безумно хотелось донести до людей, что хорошая книга представляет собой отдельный мир, готовый к изучению, который может унести читателя к себе и не отпускать долгое время после прочтения, подарить своему исследователю новый опыт. Некоторые и вовсе могут скрывать в себе тайны. А физическое оформление книги, в чем убежден Оррен, усиливает впечатление от нее.

***

Примерно через год Оррену снова выдалась возможность побывать во Франции. Когда у него, во время поездки, освободилось время, он посетил городок Сарребург, чтобы навестить своего знакомого.

Однако прибыв на улицу Марн, вместо серо-черного здания гостиницы, таинственного фолианта, стоял новый, почти весь из стекла, отель.

Оррен узнал от местных старожилов, что буквально через месяц после его отъезда, в гостинице случился пожар. Никто из людей не пострадал, но сгорела большая коллекция книг, которая хранилась в галерее на верхнем этаже, в комнатах рядом с кабинетом владельца. Также была неясна судьба самого Энижмеля Савьера. Ни его, ни его останков так и не удалось обнаружить. После пожара здание оказалось непригодно для восстановления, и было решено его снести. Строители долго мучились в попытках закопать глубокий пересохший колодец, что был найден в одном из цокольных этажей здания.

При этих словах у Оррена сжалось сердце, и даже навернулись слезы. Он не имел сомнений, что Ванда Констрактис Орбис дождался своего старого знакомого и совершил задуманное. Более того, Оррен испытал необъяснимую надежду на то, что, возможно, они еще когда-нибудь, действительно, встретятся. Возможно, на живых страницах одной из книг.

Другие работы:
0
581
15:24
+1
Затянуто и чудовищно нудно. На всем протяжении рассказа почти ничего не происходит. При этом куча «был»ок и мелких косячков…
20:56
+1
Практически полностью согласен с предыдущим комментатором.
От себя добавлю = любимое слово автора "И".
Оно везде. Даже там где его на дух не надо…
Не понравилось.
Без оценки)))))
Комментарий удален
21:58
есконечной базой электронных книг. Он без особого интереса водил пальцем по экрану, пролистывал страницу за страницей, где десятками сменялись наименования произведений в электронном виде тавтология
канцелярит сходу
Оррен крепко проспал оставшиеся часы дороги там скоростные поезда. всю Францию насквозь можно проскочить считай что за минуту
Оррен поставил свой чемодан мог поставить чужой?
стоящую около стены справа от окна кто понял положение кровати?
Будильник на телефоне, часы на котором автоматически подстроились под актуальный часовой пояс, раздался ровно в семь часов утра. коряво
«Ох, ну и проспал же я», — удивился про себя Оррен мог удивиться про меня?
После утреннего туалета, он достал из чемодана
он достал из чемодана ноутбук и мельком прочитал главные новости и проверил почту. В почтовом ящике было около десятка непрочитанных писем, одно из которых пришло от Пьера Венте. В письме он сообщал он достал / он сообщал
онозмы, в которых сам черт ногу сломит
своизмы
у самого левого края здания новое слово в геометрии и архитектуре — несколько краев: левый, более левый и самый левый краи здания
у самого левого края здания, с его внутренней стороны. да еще и у самого левого края есть внутренняя сторона eyes
Тот на секунду повернул голову danceТот!!! Не один конкурсный рассказ не обошелся без него!!!
перевел свой взгляд обратно на бумаги мог перевести чужой?
этом здании?
— Конечно, мсье Дор. Что бы вы хотели узнать?
— Дело в том, что я журналист, — Оррен специально сделал небольшой акцент на последнем слове, — я пишу статьи для журнала в Австралии. И меня очень заинтересовала история этого здания. Нет ли у вас какой-нибудь информации по этому поводу?
этом / этого / этому
удивительно беден и коряв язык текста
умаг от пожилого господина рядом с Орреном там была куча пожилых господ?
стоявший рядом старик т.е. там стояли пожилой и старик? двое?
этого здания. Оно отличается ото всех, что я видел в этом городке этого / в этом
навязчивые этозмы
жестом руки пригласил Оррена пройти на лестницу.
— Я поразился красотой этого здания. Оно отличается ото всех, что я видел в этом городке. Можете ли вы что-нибудь рассказать мне об этом?
— Давайте пройдем в более удобное место для разговора? – указал мсье Савьер на лестницу.
он предложение назад уже указывал на лестницу!
Дойдя до четвертого этажа, они двинулись по галерее
открыл дверь своего кабинета
заняв место на одном из стульев мог сесть сразу на все?
с этим Пьером Венте а с другим П.В. не сложные?
Попроси Карла проводить их до моего кабинета
современной на тот момент чушь
этому зданию есть что рассказать. Не представляете, чего стоило привести репутацию этого здания этому зданию / этого здания
незапно раздался стук в дверь кабинета.

— Войдите, — отрывисто произнес мсье Савьер.

В комнату вошли два полисмена, после вошел третий, который заговорил, обращаясь к хозяину гостиницы.

— Мсье Савьер, признавая ваш опыт букиниста, мы бы хотели поговорить с вами о содействии в расследовании пропавшей книги Пьера Венте. Как вы на это смотрите?
а накануне они какого черта припирались? или автор про прошлый визит полиции уже забыл?
сделал множество фотографий себе на телефон
необходимую информацию себе на телефон
взял свой телефон
Свет на этаже хоть и горел, но был не такой яркий, как днем а зачем днем свет?
интересом уставился на Оррена своими узкими глазами мог уставиться чужими?
небрежно в адрес Оррена бросил тот два Тота в тексте rofl
Оррен поднял свой чемодан мог поднять чужой?
Дальше спойлер devil
Австралиец Оррен Дор, журналист и заведующий отделом Изучения Мировых проблем, читает электронные книги в терминале парижского поезда и брюзжит по поводу бумажных, едя без билета на встречу с букинистом и аукционистом Пьером Венте. На аукционе один лот: «Книга Изменений знаний Предшественников о положении Мира во Вселенной». Пока ГГ дрыхнет в гостинице, кто-то упер лот («Люди не спят!» ©). Гостиница с самым левым краем. Ходит по леснице с пожило-стариком владельцем отеля. Нудное чтение местной газетенки. Гостиница проклята… Полицейские с амнезией. Изучение двери. Придурковатый делетант пытается отпереть дверь с помощью своего телефона (три раза свой)
Отперто! Тайная лаборатория алхимика. Находит Ванду. Очередные тайны Вселенной (зевок). Путешествия между мирами.
Загрузка...
Arbiter Gaius №1