Нидейла Нэльте

Свеча

Свеча
Работа №150

Свеча.

Тревожно мигала лампа на перроне аэровокзала, тревожно было на душе у Светы. Часы отсчитывали последние минуты. Ровно девять минут осталось на то, чтобы надышаться родным городом, запомнить и впитать его в себя. Она не жалела, это было правильное решение, взрослое и осознанное.

Девочка-свеча. Первый раз она услышала это 10 лет назад. Тогда маленькая Светлана пошла в школу, увидела своих сверстников, забыла обо всем и просто увлеченно играла в роллиболл. Впервые почувствовав, как же это прекрасно скользить на немыслимой скорости, догоняя летящий диск. Именно тогда она осознала себя сильной и ловкой - и это чувство ей безмерно понравилось. Радость и восторг объяли душу восьмилетней девочки, пьянящее чувство скорости и азарта игривыми пузырьками растеклось по венам. И она неслась, обгоняя сверстников и оставляя за собой искрящийся свет.

- Свеча! Свеча! - неслось ей вслед.

Она не сразу поняла, почему мир застыл: остановились одноклассники, удивленно смотрел на нее пожилой тренер. Наставник Леонид был тренером ее мамы, потому он точно знал, что Света быть свечой не может. Ведь дар свечи не может проснуться в тех, кто терял близких. Что-то хрупкое ломается в душе и дар, даже если он и был, остается скован навсегда. Однако светящиеся потоки и скорость говорили обратное - Света была Свечой.

Свеча.

Как приговор ворвалось в ее сознание это простое слово. Любой из ее ровесников был бы счастлив оказаться Свечой, но только не Света. Она помнила, как ушла мама, она знала, что стоит за красивыми словами о героизме и мужестве Свечей. И Света боялась. До дрожи, до истерики.

***

Как неумолимо течет время. Слишком мало, чтобы проститься и слишком много чтобы не передумать. Осталось всего восемь минут.

Света не помнила, как в тот день пришла домой.

- Папа, - тихо позвала она.

Отец вышел из кухни напряженный и настороженный. Он уже все знал, его предупредили из администрации школы. Знал и не верил. Ведь так не бывает, так не должно быть. В одной семье никогда еще не бывало двух Свечей. С трудом сдерживая боль, просто обнял, прижал к себе и Света, забыв обо всем, плакала. Она рыдала, захлебываясь слезами, и твердила в мокрую рубашку: “Не хочу! Не хочу!”

Так она не плакала уже очень давно, да, наверное, никогда так не плакала. Даже когда ушла мама, отдав жизнь за их Солнце.

А отец просто сидел и гладил ее по спине, делясь теплом и любовью.

- Ты не должна, - шептал он как молитву, - ты можешь выбирать. Есть еще много других Свечей, способных удержать мир. Ты можешь жить дальше.

И девочка верила, ведь в восемь лет ты точно знаешь, что взрослые не врут, что они сильные и всегда смогут защитить.

***

Света вздохнула. Осталось всего семь минут. Семь минут, чтобы вспомнить, проститься и отпустить. Она должна. Она так решила.

Через несколько дней, когда истерика отпустила, Света вернулась в школу. Но это уже была совсем другая девочка, рано повзрослевшая и немного печальная. Идя по светлым и ярким коридорам школы она, чувствовала на себе восхищенные взгляды детей:

- Свеча, она Свеча, - шептались одноклассники, думая, что их не слышат. Но Света слышала - Свечи слышат все.

- Свеча, Свеча пришла в наш мир, - шелестели яркие детские рисунки на стенах в коридорах, не представляя, что их понимают. Но она понимала - Свечи понимают все.

- Свеча, неужели Свеча? - отражалось во взглядах наставников, считающих, что она ничего не замечает. Но она замечала - Свечи замечают все.

Свечи всегда были умнее, быстрее и сильнее всех. Вот только никогда прежде у матери Свечи не рождался ребенок с даром, никогда. Света стала первой и единственной.

От всего этого хотелось кричать, делать что-то гадкое, такое, чтобы ею перестали наконец восхищаться. Но она не могла, ведь она Свеча.

Только дома Света становилась прежней - радостной, яркой, искристой. С семьей она отдыхала душой. Звонкий смех шестилетней Иришки наполнял ее радостью. Лепет четырехлетней Марины, так похожей на ушедшую маму, заставлял сердце сжиматься от щемящей нежности. Теплый взгляд отца, готового поддержать во всем, давал надежду и веру в то, что она не должна уходить, что у нее есть выбор. И она верила. С каждым днем, неделей, месяцем, она все больше верила, что ей-то уж точно не придется уходить.

***

Минуты неумолимо текли. Здание аэровокзала тревожно мигало подсветкой, обволакивая тишиной и пустотой. Осталось всего шесть минут.

Жизнь потихоньку входила в привычное спокойное русло. Школа и дополнительные занятия приносили радость. Одноклассники с удовольствием делились хорошим настроением и детскими переживаниями. И светлая девочка Света расслабилась, позволила себе просто жить, забыв о том, что она не такая, как все.

Света жила и наслаждалась каждым днем. У нее было много друзей, ее все любили. Уже став взрослой, Света узнала, что Свечу нельзя не любить. Это тоже часть дара.

***

Света вздрогнула. Ей показалось, что она слышит приближение аэроэкспресса. Но нет, это просто волнение. На самом деле осталось еще целых пять минут. Всего пять минут.

Света помнила самое счастливое лето. Тогда впервые они всей семьей сбежали из города и отправились на море. Море было прекрасно своей необъятностью, грозными в вечернее время волнами, ласковым шелестом по утрам.

Света, как сумасшедшая, носилась по берегу, пытаясь впитать в себя эту невообразимую красоту и мощь. Пыталась, но не могла. До зуда в пальцах хотелось запечатлеть море таким же прекрасным, но сделанные при помощи камеры слайды не могли передать все то, что открывалось глазам. Тогда она впервые взяла в руки краски. Белая майка отца была безжалостно разрезана, потому что рисовать на белом проще всего. Папа не ругался, он вообще никогда не ругал своих девочек. Он улыбался, глядя на то, как исступленно старшая дочь мешает краски и размашистыми движениями наносит их на ткань. Под пальцами Светы полотно оживало, закатное море, не теряя, наконец, своей красоты оставалось запечатленным. Теперь его можно будет забрать с собой.

После было множество других картин, не менее живых и прекрасных, но именно эту, самую первую, очень любил папа.

Да, с семьей Светлане повезло. Даже несмотря на то, что мама покинула их очень рано, папа сделал все для счастья своих девочек.

***

Видение моря с шелестом растворилось, оставив Свету, как и прежде, на перроне один на один с часами. Часы, насмешливо подмигивая секундами, показали, что осталось четыре минуты.

Детство кончилось как-то внезапно. Как будто кто-то там наверху щелкнул огромными ножницами, отрезая Свету от детских забав. Вернувшись в школу после очередных каникул, она вдруг увидела, как разительно изменились одноклассники. Мальчики из немного угловатых и порой неуклюжих товарищей по играм превратились в довольно крепких и уверенных в себе юношей. Девочки из вечно хохочущей и немного взъерошенной стайки птиц, превратились в щебечущих и жеманных кокеток. Внезапная перемена в окружающих заставила Светлану присмотреться к себе. Придирчивый осмотр доказал, что перемены произошли и в ней. Как-то незаметно из угловатого и порывистого подростка, выросла стройная и плавная в движениях девушка. Но, наверное, окончательное осознание пришло в тот миг, когда она увидела Макса - пухлого и смешливого соседа по парте. Родители Макса были исследователями, и очень часто брали мальчика с собой на станции. Вот и это лето Макс провел на далекой станции, не успев вернуться к самому началу года. Когда он на третий день семестра вошел в класс и мягко улыбнулся, сердце Светланы пропустило удар, а затем принялось биться с удвоенной скоростью.

- Привет, Светик, - произнес широкоплечий блондин немного простуженным голосом.

- Привет, - едва слышно пролепетала Света.

Они, как и прежде, сидели за одной партой, проводили опыты и бегали есть мороженое вместе со всем классом. Но появилось в их отношениях, и кое-что новое. Макс стал провожать до дома, трепетно сжимая ее ладонь, в своей неожиданно большой и крепкой руке. В пятнадцать лет это было вершиной счастья.

***

Света улыбалась, одиноко стоя в здании аэровокзала. И впервые не смогла посмотреть на время, слезы заслонили весь мир, но она знала, она чувствовала: осталось три минуты.

В девятом классе они начали изучать историю становления современного мира. Именно тогда Света узнала, наконец, больше о себе и своих силах. Раньше она попросту боялась искать ответы на вопросы, а сейчас все то, что ее интересовало, степенно рассказывал седовласый наставник Александр.

Когда-то давным-давно, мир прекрасно обходился без поддержки Столпа света. Тогда люди-свечи еще не являлись редкими гостями на нашей земле. Свечей было много, их гениальность проявлялась во всем: одни писали невообразимые картины, другие создавали музыкальные шедевры, третьи являлись гениями медицины, математики, литературы. В каждой сфере находили себе применение люди-свечи. Они горели, занимаясь любимым делом, горели и сгорали. Еще не успев сделать все, что задумывали, сгорали очень рано и отдавали свое пламя на благо мира. На их место приходили новые, не менее талантливые и увлеченные. И так продолжалось из поколения в поколение. Но прогресс не стоял на месте. В первую очередь необходимость в Свечах пропала в медицине: сверхточные и сверхмощные электронные помощники заменили людей. Следом ушли гениальные свечи-музыканты, вытесненные идеальными музыкальными программами. Затем перестали приходить в наш мир и остальные гении, заменяемые машинами и алгоритмами. Свечей становилось все меньше, и неожиданно это сказалось на балансе в мировом пространстве. К счастью, в те времена еще оставались Свечи-ученые и техники. Они объяснили, что происходит с миром и помогли разработать Столп. С его помощью энергия созидания, что практически пропала с уменьшением количества Свечей, напрямую попадала в мировой эфир, поддерживая баланс. Только вот для этого нужна была жертва, добровольная жертва Свечи.

***

Время утекало водой сквозь пальцы, оставляя после себя чувство утраченных возможностей и нереализованных планов. Две минуты, всего две минуты, чтобы окончательно утвердиться в своих намерениях. Но сомнений у Светы не было. Она решила, значит она должна.

Когда же пришло понимание необходимости собственной жертвы? Еще сегодня утром девушка без раздумий и сомнений ответила бы, что поняла это буквально неделю назад. Тогда, выйдя из их загородного дома, такого о каком мечтала мама Светланы, девушка увидела страшную картину: сестренка, белокурая Ириша, лежала на пожухлой траве, раскинув руки, и счастливо улыбалась. Кожа девушки была покрыта красными ожоговыми пузырями, радужка ярких голубых глаз выцвела. Тогда Светлана впервые поняла, что значит жестокость Солнца их мира. Она бежала к родному и близкому человечку и молила только о том, чтобы успеть. Она успела, в последний миг, но успела. Накрыла сестренку прозрачным куполом защиты и, рыдая, набрала номер медицинского центра. Служба спасения прибыла практически мгновенно. Серый от усталости персонал рассказал испуганной семье о том, что это уже одиннадцатый случай ожога за это утро на их участке. И это несмотря на то что сразу же после первого случая, объявили чрезвычайное положение, предупредив всех, что выходить из дома без защитного купола опасно.

Трясущимися руками Света включила транслятор, спешно проглядывая мировые новости. Катастрофа была глобальной и ужасной в своем размахе. Сотни, тысячи людей гибли от лучей жестокого светила. Это было невозможно, нереально и совершенно неправильно, ведь после слияния Свечи со Столпом прошло не более двух лет. Обычно силы одной Свечи хватало на десять лет.

Но и это оказалось не самым страшным. Страшно было то, что сейчас в мире осталось всего лишь две совершеннолетние Свечи. И одной из них была Света.

***

Вынырнув из того дня, Света обнаружила себя все в той же гнетущей тишине. Ее личный последний рейс прибудет через минуту.

- Нет, Светик! Нет! Не смей! Только не ты! - отчаянный крик Марины.

Оглушенная и осознавшая все Светлана впервые в жизни упала в обморок. Просто позорно рухнула.

Когда сознание вернулось, девушка обнаружила себя лежащей на кровати в окружении всей семьи.

- Света, ты не должна, - нежно держа ее ладонь в своих руках, сказал отец, - есть еще Свеча, это ее честь. Наша семья уже потеряла маму, ты не должна уходить.

Девушка-свеча смотрела на таких родных и близких людей и понимала, что никогда не сможет уйти от них. Никогда.

- Я не уйду, папа, - твердо ответила Света, - не уйду.

Затем были объятия, слезы и много разговоров. Их дружная и такая теплая семья, сплоченная ранним уходом матери, искренне верила и надеялась на то, что все может быть хорошо. И хорошо было, только жаль, что недолго.

Вечером того же дня по визору запустили сообщение о том, что свеча Магдалена решила отправиться в Столп света. Затем были поздравления и цветы, а также объявили внеочередной Всенародный праздник в честь той, кому жить осталось всего одну неделю.

Весь мир благодарил Магдалену, но вся эта благодарность меркла по сравнению с той, что испытывала Света. В пылу своей признательности девушка совершила то, что делать было никак нельзя - отыскала девушку, решившую ценой своей жизни спасти мир. Нашла и отправилась лично поблагодарить.

Маленький уютный домик за городом встретил Свету аккуратным садом и ухоженной лужайкой, на которой были разбросаны детские игрушки. Уже тогда, наверное, Света поняла, что не сможет принять жертву Магдалены. Неуверенно поднявшись на крыльцо, Светлана робко нажала на звонок. В ответ на трель моментально раздался оглушительный лай, и спустя минуту дверь была распахнута осунувшимся молодым мужчиной с трехдневной щетиной на щеках.

- Вам кого? - неприветливо поинтересовался он.

- Я Света, - непонятно почему произнесла девушка. И уж совсем непонятно зачем добавила, - вторая Свеча.

На мгновение лицо мужчины озарилось робкой надеждой, которая тут же погасла.

- Чего тебе нужно? - грубо поинтересовался он.

- Мне нужна Магдалена.

Мужчина молча посторонился, пропуская нежданную гостью в дом. И там, Света увидела то, что все еще жило в ее собственной памяти - Магдалена сидела на полу в гостиной и с болезненной нежностью прижимала к себе двух удивительно похожих на нее малышей. Так же было и в их семье, когда мама решила уйти. Весь мир заволокло пеленой слез.

- Магдалена, - тихо позвала Света, страшась нарушить хрупкий мир семьи.

А затем, решительно смахнув слезы, уже громче сказала:

- Не смей уходить! Никогда!

- Я нужна миру, - просто ответила зеленоглазая брюнетка.

- Ты нужна своей семье! - непреклонно возразила Света. - Я пойду за тебя. Останься с мальчиками, прошу тебя. Не оставляй их. Ты нужна им.

Муж Магдалены, неверяще глядя на Свету, медленно опустился на колени.

- Спасибо, - глухо проговорил он.

- Спасибо, - звонко прокричали дети, и бросились обнимать незнакомую тетю.

А Света, оглушенная своим решением, стояла и не смела пошевелиться. Все то время, что семья обнимала и благодарила ее, девушка просто старалась не плакать и не думать, что бы было, если бы мама осталась тогда.

***

Луч прожектора осветил сумрачное здание аэровокзала. Светлана, улыбаясь, села в экспресс, что повезет ее к Столпу света. Она была уверена, что все сделала правильно. С тихим шорохом закрылись двери, отрезая Свету от всего: от прошлого, от будущего, от самой жизни. Глядя на пролетающие мимо серые постройки города, на зеленые сады пригорода и на коричнево-ржавые холмы пустоши, она понимала, что приняла единственно верное решение.

Мысль о смерти больше не пугала, просто пришло осознание, что благодаря ее жертве люди смогут жить, и на душе было спокойно.

Входя в Столп света, девушка думала лишь о том, что спасает мир. Ослепительно-яркой вспышкой озарилось все вокруг, и энергия Свечи унеслась в небо, даря миру покой и гармонию, усмиряя жестокое светило и укрепляя защиту мира.

Другие работы:
+1
19:18
906
23:34
+2
Простите, автор, но не верю. Совершенно неправдоподобно, даже учитывая, что это фантастика. Рассказ не впечатлил.
И напишите слону, у вас там много слипшихся слов.
23:49 (отредактировано)
Фостия, вы подумайте, как действительно у нас мало осталось людей-свечей, которые могли бы самозабвенно служить Жизни, как много нас обывателей, которые самозабвенно служим нашему маленькому мирку… Чудесный рассказ — аллегория, я так его поняла… И написано очень хорошо.
23:54
Рассказ может и аллегория, но жертва тут совершенно непонятна. Нельзя служить миру без жертв? Тут же это основной моральный выбор, над которым мучается гг. И условия такие ввел автор. Вообще рассказ к фантастике имеет очень смутное отношение.
23:58 (отредактировано)
+1
служить можно, «свечой» быть нельзя. ну, это на мой взгляд. взять к примеру, космонавтов, в той же фантастике. они улетая знают, что могут не вернутся на Землю, никогда не увидеть своих близких…
тут может быть сравнение с Данко Горького, который отдал свое сердце людям…
00:14
Может быть. Но мне рассказ не зашёл, к сожалению, совсем.
Комментарий удален
20:49 (отредактировано)
+1
sosСОС, HELP / SOS
как же это абсурдно.
1. роботы в первую очередь заменяют работников с низкой квалификацией, и если очередь каким-то образом дошла до «гениев» — как можно говорить об обществе в привычном понимании. Как работает их экономика?
2. Каким образом отсутствие вакансий исключит появление (рождение) выдающихся людей?
3. Что такое «баланс в мировом пространстве»?
4. Как работает столб света?
5. Почему я ищу смысл в этом? Это же иносказательный язык! Да, но тогда остаётся только идея — глупая. Пугающе глупая.
И да, Гений не равно хороший человек. Некоторые, например, собак мучают. strong
05:32
+1
Я сначала думала — «не буду писать, опять обвинят что я ничего не понимаю»
Написано неплохо. Очень даже. Но про столб я даже несколько раз перечитала… сложно.
01:05
Грустная история.
Не понял зачем почти всё курсивом.
Очень жестокий мир, где учёные не придумали ничего лучше жертвоприношений Древнего мира. Такой миф без хеппи енда. И что обидно мир похоже всё-рано обречён. Думаю именно потому что выбрали не тот путь.
Но в любом случае рассказ цепляет.
22:05
это 10 лет назад числительные в тексте
опять настоебени… я избранность слабоумных
не бывает никаких избранных, зарубите себе на носу
все люди от рождения имеют равные права. а тех, кто возомнит себя избранными — трахнут в ближайшей подворотне
Магдалена — дебильное имя для героини
нет, нет в конкурсной массе культуры супергероя. все делают череззадницу спорт. а ведь сатанизм противоречит самой идее
Анастасия Шадрина

Достойные внимания