Ольга Силаева №1

Кирка

Кирка
Работа №199. Дисквалификация за отсутствие голосования

Солнечные лучи осветили обветшалые ставни и, продравшись через обрывки штор, упали на пустую подушку. Рядом, приобнимая клочок одеяла, лежала волосатая жилистая рука, в то время как ее хозяин покоился на полу. Обычно, эти первые лучи служили, своего рода, естественным будильником, но сейчас посапывающего мужчину разбудили не они, а проезжающая вдали паровая телега.

Неприятное чувство духоты и обезвоживания охватило его тело. С большим трудом он опустил с кровати затекшую руку и попытался опереться на нее, но ни одна конечность его не слушалась, и он еще какое-то время приходил в себя, все так же лежа животом на пыльном деревянном настиле. Через пару минут стало ясно, что продолжать бездействовать не имеет никакого смысла, и, скрипя суставами, над кроватью поднялась сгорбившаяся фигура.

На всю лачугу раздались звуки шаркающих шагов, и в треснувшем зеркале помещения уборной появилось отражение сорокалетнего тощего мужчины с жидкой щетиной и красным пролежнем на правой щеке. Он оглядел себя и помял руками челюсть, ею было сложно шевелить.

В умывальнике еще оставалось немного воды с прошлого утра. Не задумываясь, мужчина нажал на клапан и наклонился, чтобы сделать несколько глотков воды. Ему это удалось, но клапан провалился внутрь, и на пол вылились остатки содержимого, забрызгав его немытые ступни. Послышались неразборчивые ругательства. Чтобы вытереть лужу, он схватил единственное на всю уборную полотенце, а после кинул его под умывальник. Потрепанная махровая ткань начала темнеть, и на краю стали четче выделяться инициалы «Д.Д.». Дункан смотрел на них, скривив голову. Дункан Джош. Именно так звали этого немолодого темноволосого мужчину с пустым взглядом. В его голове витали тусклые воспоминания о том, как когда-то бабушка нашила эти инициалы на все его вещи. Сейчас же не было ни бабушки, ни вещей. Да и имя, казалось, тоже осталось в прошлом. Теперь вся округа звала этого человека просто Ду. Ну, или Дядюшка Ду, если какому-то вежливому ребенку приспичит к нему обратиться.

Ду медленно прошагал на кухню и начал осматривать шкафчик за шкафчиком, надеясь найти продукты для более-менее сносного завтрака. Но на полках лежала только пыль. Кое-где на полу завалялись старые консервные банки с присохшим к стенкам мясом. Это бы никак не подошло для завтрака. К тому же, сейчас позднее утро, он как всегда проспал, и ему нужно было бы поторопиться, чтобы не опоздать на работу. Ду неспешно направился к выходу. Спал он прямо в рабочей одежде, так что ему осталось только зашнуровать свои мятые галоши и накинуть джинсовую куртку, на которой так же, как и на полотенце, красовались потертые инициалы.

Открыв ведущую на улицу дверь, он пересек небольшой завядший палисадник и оказался на центральной и единственной улице деревни: это было небольшое пустеющее поселение, домов в двадцать; пыльное и сухое, несмотря на то, что было построено среди чащи хвойного леса. Ду замер. В его свободной от мыслей голове снова появились образы давно ушедших времен, когда бабушка учила поливать его георгины и стричь рокарии. Он невольно обернулся и посмотрел на жженые стебли растений у крыльца своего дома. Ни одной эмоции не было на его лице.

Солнце уже было выше уровня крыш домов, и он решил не задерживаться.

На окраине города стоял еще один небольшой дом. Пожалуй, единственный на весь город дом, в котором еще кипела жизнь. На веранде, среди тюков с вещами, резвились два мальчика, и сидел один толстый мужчина в грязной одежде. Он играл с детьми, но, увидев Ду, окликнул его:

-Эй! Со вчерашнего дня еще осталось немного паленой текилы.. Не хочешь заглянуть, старина?

Ду повернулся и отрывисто ответил:

-Мне не до того. Позже.

Его голос звучал безлично, но в то же время были слышны небольшие заискивающие нотки.

Ду продолжил идти по дороге, поднимая клубы пыли и иногда спотыкаясь о камни. Мужчина провожал его спокойным взглядом, а потом покачал головой и продолжил забавлять дерущихся ветками мальчиков.

Неприятные мысли возникли в голове у Ду. На него снова нахлынули воспоминания о том времени, когда он был не таким старым, а тот мужчина, на веранде, не таким толстым.

Ду аккуратно покачал головой, чтобы рассеятьневольно появившиеся образы. Дорога начала подниматься вверх, постепенно увеличивая уклон. Чтобы не споткнуться, он сосредоточился на корнях и ямах, испещривших его путь. Ведь если сейчас он снова упадет, то вряд ли ему удастся подняться не поцарапавшись. А при его работе любая царапина может оказаться смертельной. Склон стал более пологим. Уже виднелся вход в шахту, рядом с которым находилась давно брошенная дорога, ведущая вверх. Еще два десятка лет назад руду начали добывать именно там, на вершине горы, но после обвала пришлось прокладывать новые коридоры на уровень ниже, чтобы не закрывать шахты после этого инцидента.

Неподалеку от входа стоял сторож, который энергично болтал о чем-то с шахтером. Ду прислушался.

-Столько лет здесь работал мой дед, отец, да и я. Не могу поверить, что это все закончились. Э-эх…

-Не страшно. В городе достаточно рабочих мест на заводах.

-Да ну твой город! Тамошние люди знать не знают, как живут. Говорят, все улицы там в пару, а здания объяты электричеством. Да и заводы эти- не пойми что.

-Ничего, привыкнешь.

-Брехня это все! -Раздался возмущенный голос Ду,- в этой горе полным-полно руды. Просто босса жаба душит платить нам зарплаты.

-Вот-вот, -добавил шахтер,- и такое я тоже слышал!

-Помолчи. –шикнул на него охранник и обратился к Ду,- Раз уж ты такой умный, то можешь сам поболтать об этом с начальником. Он как раз хотел тебя видеть.

Ду махнул рукой в их сторону и открыл потрескавшуюся дверь, ведущую в шахту. В лицо ему ударило холодным пыльным ветром, пахнувшим маслом и сырым камнем. Он пошел по узкому каменному коридору, медленно расширяющемуся и превращающемуся в широкие пещерные залы, обставленные по периметру масляными лампами. В одном из первых таких залов стояло несколько вялых работников, разбиравших инвентарь.

-Привет, Ду. –доносилось с разных сторон,- Тебе повезло, что босс тебя не увидел.

Ду несколько раз кивнул в знак приветствия и начал надевать свою каску. Фонарь на ней почти не работал, а застежки на ремнях сильно погнулись, и каска то и дело слетала. Он оглядел свою кирку: потрепанный, местами проржавевший инструмент служил долгие годы ему и даже его отцу, о чем свидетельствовала гравировка с инициалами его семьи. Эта кирка и была смыслом его жизни. Кроме ее он ничего не имел.

Ду вспомнил, как отец в первый раз взял его на работу. Тогда же он впервые увидел глубокие шахты, почувствовал запах масла и пота здешних рабочих. В тот же день отец положил кирку ему в ладони и сказал, с улыбкой на лице, что однажды именно Ду будет ею владеть.

-Прощайте, парни, разнеслось у Ду за спиной,- увидимся.

Все шахтеры тихо начали жать руку уходившему мужчине. Это был один из добровольно уволившихся работников шахты. Впрочем, он тоже переезжал в город.

Ду вскинул кирку на плечо и направился вдоль левого коридора. Пройдя несколько опустошенных залов, он попал в последний зал и единственное место, где работали люди. Несколько из них стояли вдоль стены и поочередно били по рудным жилам, извлекая осколки и кидая их в в сторону. Оставшиеся рабочие складывали руду и вручную двигали наполовину полные вагонетки до отгрузочного цеха, где их ждала паровая телега, разбудившая с утра Ду. Встав наравне с другими шахтерами, он принялся ритмично колотить и отбрасывать куски породы.

Часы монотонной работы каждого вводят в транс: руки и мозг начинают жить отдельно друг от друга. Это была рабочая привычка каждого из работников шахты. Без нее они бы не смогли день за днем и час за часом пробираться вглубь каменных пород, добывая драгоценные ресурсы. И каждый из них уходил в собственные мысли, погружаясь в забвение. Ду уже давно ни о чем не думал. Он только видел свои воспоминания; раз за разом, день за днем.

Под стук кирки к нему возвращались образы его детства: вот он, юный Дункан Джош и его друг, Эрл Стакк- вечно полный и вечно веселый мальчишка. И оба этих мальчика день за днем беззаботно оббегают каждую городскую постройку, ища старые пружины и ржавые поршни. Принося это все, в конце концов, в свой загородный шалаш. А потом, вернувшись домой, он, Дункан, встречает добродушную бабушку и усталого, но счастливого отца, пришедшего с работы. Несколько же лет спустя, мальчики, отложив уроки, рисуют линии чертежа на пожелтевшей бумаге, мечтая о том, чтобы им удалось однажды воплотить свои задумки в жизнь.

Звенит рабочий звонок. Все шахтеры откладывают инструменты в сторону и начинают с удовольствием потягиваться. Значит, настал конец рабочего дня. Точно такой же звонок был и утром, но Ду пропустил его, как пропускал каждый утренний звонок в последние несколько лет.

В инвентарной комнате почти никого не осталось, но именно это и было плохо: там, как и в любой другой день, стоял хозяин шахты, провожая последних шахтеров. На этот раз Ду не удалось проскользнуть мимо него вместе с остальной толпой. Он возвращал кирку на стойку в то время, как его позвали.

-Подойди ко мне, Джош.

Он повиновался.

-Послушай, я снова не видел тебя в начале смены. –сказал начальник,- Ты же понимаешь, чтомне придется взять с тебя штраф?

Дункан безразлично уставился в пол.

-Да. –сказал он, немного подумав,- я понимаю.

-Это хорошо, ведь я напомню тебе об этом, когда ты не получишь зарплату из-за своих опозданий!

Босс погрозил Ду указательным пальцем, но тот просто развернулся и пошел к выходу.

На улице уже темнело. Вдалеке были видны яркие огни деревни и даже слышны доносившиеся оттуда песни. Но между выходом из шахты и первым уличным фонаремлежали полторы мили темной лесной дороги. Вздохнув, Ду начал спускаться медленно и осторожно, делая шаг за шагом, стараясь не споткнуться. Навязчивые воспоминания то и дело лезли к нему в голову, но он был слишком сосредоточен, чтобы обращать на них внимание.

Войдя в деревню, он огляделся. Практически каждый жилой еще дом изливал на улицу реки хохота, неслаженных звуков музыки и теплого яркого света. Только дом самого Ду и еще несколько покосившихся хижин безжизненно стояли вдалеке. Именно туда он и хотел направиться , но все же решил, что у него хватит сил зайти к кому-нибудь и пожаловаться на жизнь, пропустив пару стаканчиков той самой паленой текилы.

Будучи постоянным гостем у Стакков, он зашел, не стесняясь, и проследовал прямо на кухню, где уже веселился хозяин дома и некоторые его знакомые. Сама кухня, как и весь соседский дом, практически не отличалась теперь от лачуги Ду, когда все вещи были вынесены и сложены в тюки на веранде. Разве что здесь протерли пыль, да и хоть какой-то живой атмосферы придавала местная тощая дворняга. Именно она и заметила гостя, пролаяв пару раз и после этого вылизав ему руки. Эрл -самый толстый человек за столом- помахал Ду своей деревянной кружкой и весело позвал его за стол.

-Рад тебя видеть, дружище! -дружелюбно произнес он,- я уж думал, что тебе не выбраться из лап того жадного задиры-начальника!

Эрл состроил устрашающую гримасу и даже немного рыкнул, но потом рассмеялся. Все тут же подхватили его настроение и начали хохотать. Ду лишь еле заметно хмыкнул и сел рядом с ним на скрипучий и пыльный табурет. Весь вечер он молчал, но чем больше глотков алкоголя он делал, тем больше ему хотелось ввязаться в разговор.

На улице уже гасли последние фонари, и лунный месяц полностью освещал город, когда в разговор вмешался Ду.

-И я о чем?! Новое место- новая жизнь! –говорил Эрл, срываясь на шепот.- Я даже рад, что шахты закрыли, и у нас с мальчиками появилась возможность перебраться в место получше уже завтра!

Эрл кивнул на дремлющих в гостиной детей.

-Да ты даже не знаешь, о чем говоришь. –внезапно для всех сказал Ду,- Ты толком и не вкалывал там. Получил свое пособие и просто отращивал дома пузо! -он грозно посмотрел на окружающих,- Я же не один так считаю?

-Дружище, прекрати, -спокойно ответил ему Эрл,- это ведь шанс начать новую жизнь для всех нас и забыть про былое.

-Да, хватит. Эрл не просто так дома штаны просиживал все это время. В конце-концов, он пережил серьезную утрату! –произнес один из сидящих за столом шахтеров.

-Не он один. –произнес Ду.

Он недовольно фыркнул, допил содержимое рюмки и встал из-за стола так резко, что табурет, на котором он сидел, опрокинулся. От громкого звука все вздрогнули. Было слышно, как в гостиной закопошились дети. Будто бы не замечая ничего, Ду, пошатываясь, поплелся к выходу. Уже у дверного косяка он приостановился и, повернув голову в сторону кухни, сказал:

-Вы просто не цените прошлого, парни. Видать, никогда не ценили.

После этого он скрылся из виду, а все остальные шахтеры лишь потупились в пол и вскоре разошлись по домам.

Пройдя несколько темных и, казалось, безжизненных в свете одного лишь месяца домов, Ду оказался напротив своей лачуги. Шаркая по деревянному настилу, он дошел до своей так и не заправленной кровати, а потом упал в нее, не снимая с себя даже куртки.

И снова ему являлись образы из его юности. Он уже подросток, стоит среди кедров и молодых секвой на поляне, именовавшей себя городским кладбищем. Напротив него много десятков могил, и одна из них- его отца. Он не хотел знать, какая именно. В любом случае, теперь он уже не сможет увидеть самого близкого для него человека. Кто же знал, что через год ему все равно нужно будет сюда вернуться. На этот раз, чтобы увидеть могилу бабушки.

И вот он, Дункан Джош, берет в руки то, чем жил его дед, его отец, и чем теперь будет жить он –фамильную кирку. Тот дом, где раньше жила дружная семья, начал медленно загнивать и превращаться в рухлядь; чертежи, на которых были нарисованы образы фантастических устройств, желтеют; а его друг –тот толстый мальчишка- отдаляется от него все дальше и дальше. Ну а Ду теперь только работает, и работает, и..

*******

Солнце осветило крыши домов, когда повозки из города въехали на улицу деревни. Подъезжая каждая к нужному дому, они останавливались и ждали, пока жители сложат внутрь свои тюки и сядут сами. Некоторые прослезились, покидая свой дом, но практически каждый знал, что для него начнется другая жизнь, пусть и вдали от родины.

Мимо дома Ду проехала уже целая дюжина пар лошадей с людьми, но одна из повозок остановилась и стояла с минуту. Оттуда выглянул мужчина, а затем и двое мальчишек. Эрл просто смотрел на ветхую хижину, немного хмурясь и поджимая губы, а потом сказал извозчику, что можно ехать. Извозчик дернул поводья.

********

Ду проснулся от громкого ржания и удаляющегося стука копыт. «Лошади» подумал он. И снова прикрыл глаза.

Еще в молодости, будучи мальчишкой, он мечтал освободить этих животных от тягостной работы. Сколько же смешанных чувств он испытал, когда восемь лет назад в газетах, редко доходивших до их деревни, написали об испытаниях первой паровой машины.

Но сейчас это его не волновало. Так же, как и всегда, он с трудом поднялся с постели и, испытывая сильную жажду, направился в уборную. Увидев на полу еле сырое полотенце, он вспомнил, что воды не осталось. Ду, морщась, встал на колени и попытался выжать из полотенца хоть несколько капель воды, но у него ничего не вышло. Тогда он встал, и, пошатываясь, поплелся к выходу.

Распахнув дверь, Ду вышел на улицу, быстро пересек дорогу и буквально накинулся на водоразборную колонку. Сделав несколько нажатий рычага, он подставил свое лицо под холодную, пусть и немного грязную струю воды. Напившись, вытер сырое лицо рукавом своей куртки и замер. Он понял, что, в городе не было ни единого звука, даже ставни не скрипели, как обычно подчиняясь потокам ветра. Они не скрипели, потому что были закрыты. Сердце Ду заколотилось. Он обеспокоенно прошел вверх по улице, шаркая ногами, и у последнего дома остановился.

-Э-эрл!

Позвал он, скорее прохрипев, чем прокричав. Никто не ответил. Лишь покачивалась входная дверь, она не была закрыта.

Открываясь, дверные петли заскрипели. Дом был пуст, и лишь лучи солнца сквозь щели в ставнях пронизывали витающую пыль. Ду зашел на кухню. Там, на столе, стояла бутылка. Он ее поднял, и в то же время от донышка отклеился кусочек пергамента, на котором немного смазано были написаны слова: «Прощай, дружище; До новых встреч».

Ду взглянул на бутылку, но понял, что вместо ожидаемой текилы держит бальзам. Сев на старый деревянный табурет, он поднял с пола рюмку -скорее всего ту, из которой пил вчера- и, не протирая ее, налил туда бальзам.

Раз за разом выпивая содержимое, он все больше уходил обратно в сладостный хмель, а потом и вовсе потерял счет времени.

Он помнил, как когда-то Эрл одухотворенно рассказывал ему, что вдвоем им удастся уйти в тот новый город неподалеку и стать великими инженерами. Разбогатеть, и однажды вернуться в родную деревню, чтобы порадовать родных. Но их план так и не свершился. После смерти своих последних близких, Ду пришлось бороться с голодом, год за годом; а Эрл нашел себе девчонку, с которой счастливо провел еще несколько лет, пока она не родила двойню и не… Даже сейчас, после стольких лет, лежа в полудреме, он помнит, как пришел навестить и поздравить своего друга. Но вместо радости в доме Стакков витал запах смерти. Никто из деревни не мог себе позволить ездить в городскую больницу, а потому роды принимали в их собственной спальне: душной, старой, пыльной. Ох, если бы не пыль, сказал тогда, рыдая, Эрл. Если бы не пыль.

Ду услышал грохотание паровой телеги. Так же, как и день назад, она разбудила его. Но это была последняя машина, заехавшая в эти края. Пора было идти.

Когда он вышел на улицу, солнце клонилось к горизонту. Город был все таким же пустынным, и от этого у Ду трепетало сердце. Но он отвернулся и отправился вверх по дороге, к шахтам.

У входа, как и всегда, стоял охранник. Он кивнул головой в знак приветствия и сказал:

-Я не помню, чтобы ты был в списках. Ты что, остаешься здесь?

Но ответа не последовало.

У рабочего инвентаря, ныне практически пустого, был поворот в еще один коридор, отделанный изнутри деревом, и похожий на настоящий кабинет. Там сидел хозяин шахт. Ду вошел без стука и медленно прошагал к столу, на котором было разбросано всего лишь несколько бумажек.

-А вот и ты, Джош. Присаживайся.

Ду сел на гостевой стул.

-Послушай, в деревне больше никого не осталось. Думаю, ты это заметил.. –начальник глянул на Ду исподлобья,- а все оставшиеся шахтеры сейчас собираются в погрузочном центре. Скоро мы отъезжаем.

Он сделал небольшую паузу, а потом перешел на менее деловой тон.

-Ну ты же понимаешь, Дункан, что здесь больше никого не осталось. Поехали с нами! Там будет и новая работа, и жилье, и вообще, новая жизнь. Ты только подумай! Но, конечно есть одна проблема.. У тебя слишком много вычетов из зарплаты, поэтому тебе придется дать что-то еще, чтобы оплатить переезд. –в этот момент начальник сладко улыбнулся,- Твоя кирка, Дункан. Она старая и, к тому же, совсем тебе не пригодится.. Отдай ее мне, а я добавлю тебе деньжат, чтобы ты смог уехать с нами.

Все это время Ду сидел неподвижно, а слова босса будто совсем его не касались, но в тот момент, когда речь зашла про кирку, Ду оживился и начал приходить в себя. Не совсем понимая происходящее, он вскочил и Ошарашено посмотрел на своего собеседника.

-Что.. отдать.. кирку?!

Прохрипел он.

-Да. Поверь мне, это не такая уж и большая плата за новую жизнь. Ты же больше не сможешь здесь выжить! Постой, Дункан, давай все обсудим!

Но Ду уже выбежал из кабинета и направился к инвентарю, где он начал стремительно собираться. Он зачем-то надел на себя каску, запихнул в карман старые бумажки и пару батареек от фонаря, а потом взял саму кирку и стремительно направился к выходу. Он набежал на дверь плечом, открыл ее, но, увидев изумленного охранника, испугался и побежал наверх, вместо того, чтобы вернуться обратно в деревню.

-Эй, ты куда!

-Вернись, Дункан, постой!

Его продолжали окликать, но разум затмили мысли о том, что его могут догнать и отобрать все силой. Поэтому он бежал все быстрее и быстрее, спотыкаясь и чуть не падая, прижав свою кирку к груди. Он бежал, что есть мочи, но не смотрел под ноги. Пробегая очередной поворот, он поскользнулся на мелкой осыпавшейся со скалы гальке, не удержался и упал, после чего кубарем покатился вниз по склону. Удар за ударом его тело стукалось о землю. Кирка вылетела из рук, а крепления каски не выдержали, она слетела с его головы, и..

Тук.

Ду очнулся от легкой полудремы. Рядом с ним сидели два шахтера, напротив него- три. Они куда-то ехали, он не сразу смог заметить гул мотора.

-Где мы?

Спросил он.

-Главное не где, а куда! –весело произнес один из шахтеров,- В город, друг мой, в город.

Ду приложился к иллюминатору паровой телеги. Снаружи было темно, и сначала ничего не было видно. Но потом на горизонте появились далекие, но громадные здания, сияющие очень ярко даже ночью. Телега приближалась к городу, Ду смотрел на него, но сияние становилось все ярче и ярче, на него стало больно смотреть, а потом..

А потом жгучая и в то же время ноющая боль пронзила сначала его голову, а потом и все остальное тело. Он хотел открыть глаза, но ему повиновался только один. Яркий солнечный свет обжигал лицо. Ду приложил левую ладонь к векам. Немного привыкнув к этому яркому свечению. Он отнес ладонь на расстояние и увидел на ней следы крови. Тогда он попытался найти ее источник. Медленно перебирая пальцами, он нащупал будто бы провал в собственном черепе, а после то место начало жутко болеть. От этого он застонал так громко, как только сейчас мог.

Так он пролежал несколько минут, а потом начал вспоминать все, что произошло до потери сознания и.. сна. Да, впервые за столько лет ему приснился сон. Счастливый сон, который мог стать реальностью не много лет назад, а всего лишь этой ночью. Но солнце уже вышло из-за горизонта, и больше он ничего не сможет изменить.

Ду понял, что он наделал. Сейчас он мог бы быть уже в городе и вкушать новую жизнь, но он положился на свою, старую. Он положился на каску, которая с него слетела, и он положился на свою кирку, надеясь никогда с ней не расставаться. Но теперь она лежит где-то в лесу, далеко от него. Ду понял, что если не кровотечение, то пыль убьет его, и что ему осталось недолго.

После стольких лет голова его была чиста от хмеля, и он почувствовал все, что копилось в нем еще с тех пор, как его отец погиб под обвалом. И сейчас он заплакал. Слезы покатились, но не из глаз старины Ду, а из глаз Дункана Джоша- молодого юноши, ставшего жертвой своей судьбы.

Он сидел и плакал все то время, что мог. А когда он перестал плакать, он перестал и жить. Кровь с головы залила инициалы на куртке, и они остались в прошлом, как остались вместе с ними Дункан Джош и старина Ду.

-1
1044
09:26
Трагическая история рабочего Дункана, до последнего цеплявшегося за свою старую жизнь. Прошлое нужно отпускать, иначе сам станешь прошлым…

Сюжет и идея ясны, они заслуживают уважения. Непонятно только зачем в рассказе «паровая телега»? Чтобы сделать стимпанк? К сожалению, одной телеги будет маловато… Теперь о плохом, то есть о тексте…

Он изобилует стилистическими ошибками. Очень много повторений различных слов, особенно много наблюдается «был»ок, и «рабочий». Примеры:

Это была рабочая привычка каждого из работников шахты


Звенит рабочий звонок. Значит, настал конец рабочего дня.


Открыв ведущую на улицу дверь, он пересек небольшой завядший палисадник и оказался на центральной и единственной улице деревни: это было небольшое пустеющее поселение, домов в двадцать; пыльное и сухое, несмотря на то, что было построено среди чащи хвойного леса.


Текст изобилует громоздкими предложениями, из которых вполне можно сделать два, а то и три маленьких.

Кроме ее он ничего не имел


Кроме НЕЕ он ничего не имел.

Также в тексте замечены слипшиеся слова. О них нужно было сообщить администрации.

рассеятьневольно, чтомне


Не обошлось здесь и без перлов:

Рядом, приобнимая клочок одеяла, лежала волосатая жилистая рука, в то время как ее хозяин покоился на полу.


Через пару минут стало ясно, что продолжать бездействовать не имеет никакого смысла, и, скрипя суставами, над кроватью поднялась сгорбившаяся фигура.


На всю лачугу раздались звуки шаркающих шагов, и в треснувшем зеркале помещения уборной появилось отражение сорокалетнего тощего мужчины с жидкой щетиной и красным пролежнем на правой щеке. Он оглядел себя и помял руками челюсть, ею было сложно шевелить.


Что можно сказать в целом. Мог получиться хороший жизненный рассказ, но исполнение подкачало. Автору советую тщательно вычитывать текст, давать ему время (желательно несколько дней) отлежаться, снова вычитывать и предоставлять знакомым на проверку.

Больше добавить нечего…
06:38
Рядом, приобнимая клочок одеяла, лежала волосатая жилистая рука, в то время как ее хозяин покоился на полу. рядом с кем/чем? приобнимая — нет такого слова
Обычно, эти первые лучи служили именно вот эти?
Неприятное чувство духоты и обезвоживания охватило его тело коряво
онозмы
лишние местоимения
канцеляризмы
и в треснувшем зеркале помещения уборной появилось отражение сорокалетнего тощего мужчины с жидкой щетиной и красным пролежнем на правой щеке. описывать ГГ через отражение в зеркале — навязчивый штамп
лишние местоимения
откуда в лачуге уборная?
Открыв ведущую на улицу дверь пояснений для дебилов нам не надо
егозмы
текилы.. лишняя точка
На веранде, среди тюков с вещами, резвились два мальчика, и сидел один толстый мужчина в грязной одежде. коряво
а тот мужчина Тот еще какой мужчина -в каждый второй рассказ конкурса внедрился
-Послушай, я снова не видел тебя в начале смены. –сказал начальник,- Ты же понимаешь, чтомне придется взять с тебя штраф? неверное оформление
что мне — пробел потерян
направиться , пробел не нужен
луддисты в паровых декорациях
фантастики кот наплакал
ГГ весь из клише и штампов (включая каску)
откровенно скучно
непонятно, зачем вообще это написано, да еще таким корявым, скудным и бедным языком
Загрузка...
Светлана Ледовская №1