Валентина Савенко №1

Команданте

Команданте
Работа №222

Бип-бип-бип. Телефон отплясывал на простынях дикие танцы под электронные звуки. Этот скрипучий и тарабанящий шум было невозможно перепутать ни с будильником, ни с обычным звонком. Оглушительные крики инопланетной чайки – так, шутя, называла мелодию Анна. Девушка специально поставила её на входящие редактора, чтобы тот никогда не мог застать её врасплох. Но сейчас был особый случай. Пару часов назад редакция сдала очередной выпуск журнала, домой девушка вернулась глубоко за полночь и сразу завалилась в кровать.

– Спишь? – раздался знакомый голос. Евгений звонил только по делу, и почти никогда его появление не предвещало ничего хорошего.

– Что? Сколько сейчас? – растерянно протянула девушка. В комнате горел оставленный не выключенным свет и неприятно резал глаза. Щурясь, Аня с трудом взглянула на экран смартфона: четыре часа утра. – Что ещё, по-твоему, я могу делать в такую рань?

Неожиданно телефон выпал у неё из рук и впечатался прямо в переносицу. Это был знак похуже, чем встать не с той ноги или случайно разбить зеркало. Нервные окончания мгновенно донесли о случившемся в мозг, и наступила боль. Анна сморщилась, но не вскрикнула, чтобы избежать лишних расспросов.

– Собираться, например. Времени мало, так что не вздумай наводить марафет. Чемодан тоже можешь не укладывать, возьми только диктофон и документы. И валюту прихвати, если есть, лишней не будет. Про диктофон услышала? Только попробуй его забыть.

– Как? Куда собираться? Мы только недавно с тобой попрощались, и ты ни о чём таком не говорил. К тому же сейчас ночь, я никуда не…

– Собирайся, говорю, – отрезал он, особо не церемонясь. – Или мне одному лететь в твою обожаемую Кубу? Делаешь ей лучшее предложение в жизни, а она ещё возмущается.

На том конце провода послышалось недовольное ворчание вперемешку с громкими звуками. Мужчина явно что-то искал и не мог найти.

– Короче, заеду за тобой через час. Ты все ещё в общаге живёшь, так?

– Да, только куда мы поедем, ты можешь нормально объяснить?

Раздались короткие гудки. «Зараза! Бросил трубку. Впрочем, ни в первый раз», – Анна запрокинула руку с телефоном, чтобы зашвырнуть его подальше, но вместо этого глубоко вздохнула и плюхнулась обратно в кровать. Ей снова снился Че, его пламенные речи, кубинское солнце и огонь революции. Если она закроет глаза хоть на секунду, то проснётся не раньше обеда. Ставить будильник казалось слишком рискованным. Была бы в комнате её соседка – другое дело. Она бы сразу проснулась от постороннего шума и не успокоилась, не добившись того же от Ани. Но её кровать стояла аккуратно заправленной, а все знакомые обитатели студенческого общежития давно уже спали. Будить девушку было некому. Да и как тут разбудишь, после двух бессонных ночей?

«В последнее время в редакции настоящий завал. Неудивительно, что все просто с ума посходили, включая Женю. Особенно Женю, – девушка села на край кровати и начала тереть глаза, чтобы поскорей проснуться. – Он что-то сказал про Кубу или мне послышалось?». Аня все ещё с трудом отличала реальность от дрёмы, но предложение рвануть на Остров свободы не показалось ей чем-то удивительным. В прошлом месяце она так же внезапно полетела в Китай, а ещё раньше – в Армению. Разумеется, за счёт принимающей стороны. Собственно, ради этого девушка и стала журналисткой: чтобы путешествовать по миру, не тратя на это ни копейки.

Чайник все ещё был тёплым, вода вскипела быстро. Заварив себе кофе, Аня принялась собираться в дорогу. Паспорт и диктофон оказались в сумочке, а вот удостоверение корреспондента пришлось поискать. Журналистка называла его мультипаспортом, как главная героиня из «Пятого элемента». Растрёпанное рыжее каре и большие детские глаза цвета мяты делали её поразительно похожей на Лилу, так что девушке нравилось иногда вести себя как героиня фильма. «Мультипаспорт», – мило говорила она, протягивая документ, и все вокруг становились чуточку сговорчивей.

Деньги Аня хранила в игрушечном коте, которого называла Котосхроном. Он достался в наследство от предыдущей хозяйки комнаты, выкидывать его было жалко, и девушка быстро нашла коту применение, назначив своим личным финансовым консультантом. Сама Аня справлялась с этой задачей из рук вон плохо. Кроме того, она прятала деньги из соображений безопасности: кому придёт в голову искать их в игрушке? Немного подумав, девушка взяла всю сумму сразу. Евгений был прав, лишними деньги никогда не бывают. Тем более в поездке.

В рюкзаке уже лежала пара упаковок крекеров, недочитанная книга и блокнот с ручкой – всё, что нужно для долгих путешествий. Немного подкрасив глаза, Аня натянула своё счастливое зелёное платье и принялась ждать. В этом наряде она могла пойти и на рынок за свежими овощами, и в Госдуму за комментариями депутатов. При этом вид у платья был не потрёпанный – Анна бережно следила за его состоянием.

Евгений, как и обещал, приехал ровно в пять. Половину дороги они провели молча. Утренняя прохлада просачивалась сквозь открытое окно, приятно покалывая лицо. Говорить совсем не хотелось. Не то, чтобы девушка потеряла к теме интерес – её по-прежнему распирало от любопытства. Но и Женя, несмотря на внешнее спокойствие, с нетерпением ждал её расспросов. Разумеется, чтобы попрактиковаться в увиливании от ответа. Аня не так давно поняла эту его особенность, и старалась по возможности не попадаться на провокацию. Они бы так и проехали остаток пути под шум залетающего в окно ветра, если бы Анну внезапно не озарило:

– Чёрт, виза! Жека, у меня визы нет! Нас дальше стойки регистрации не пустят, – девушка бросила на редактора гневный взгляд: он был старше и опытней, и должен был это предусмотреть. – Ты вообще помнишь, что у меня не российский паспорт? Безвизовый режим на меня не действует.

– Зай, виза тебе не понадобится, будь уверена, – ухмыльнулся мужчина, глядя впереди себя. Он держал руль одной рукой, поэтому без труда смахнул длинную черную прядь со лба. Ане открылось его лицо, светлое и бледное, на котором контрастно выделялись угольно-черные глаза – бездонные колодцы с холодной мёртвой водой. Женя был полностью сосредоточен на дороге, но даже так девушке было неловко долго на него смотреть. Ей казалось, что еще секунда, и она выдаст себя с головой.

– Как это не понадобится? Мы на Кубу телепортироваться собрались? Или ты мне наврал, чтобы вытащить из дома в единственный выходной? – его самоуверенность вперемешку с её неведением начинали раздражать, и Аня решила напасть первой.– И не называй меня зай, я же просила.

– Мы полетим частным рейсом, как белые люди. Но с телепортом ты лихо загнула, зай, – Евгений медленно и громко протянул последнее слово. – Надо будет сказать этим учёным, глядишь, и её осилят.

– Ты невыносим! Каким учёным? Может, объяснишь уже, наконец, что происходит?

– Всему своё время. А пока расслабься и получай удовольствие. Впереди нас ждёт встреча с кубинским лидером, революционером, я бы даже сказал легендой! – Женя украдкой взглянул на растерянное личико Ани и рассмеялся. В её глазах читался восторг с недоверием.

– Неужели Фидель жив? Невозможно! – Аня окончательно запуталась. – Мы поэтому так внезапно сорвались? Ты что-то узнал? Не смей меня игнорировать! Отвечай, Кастро жив?

– Полегче, красотка. Нам вместе двенадцать часов лететь, а ты уже утомила меня своими расспросами, – Жене явно нравилась его маленькая игра. – Пока это всё, что тебе нужно знать. Лучше подумай, что скажешь своему ненаглядному команданте при встрече. Заодно попрактикуешься в испанском. Ты ведь изучаешь его в универе, так? Будешь мне переводить этих кубинцев, а то не доверяю я их переводчикам. Вечно всё исковеркают, потом сиди, понимай, как хочешь. Кстати, зай, ты диктофон не забыла? Телефоны придётся сдать, сама понимаешь. Хоть и глупенькая, но должна понимать.

Аня пропустила последнюю фразу мимо ушей. Впрочем, как и все предыдущие. В её голове крутился один лишь вопрос, перебивая собой все другие мысли: кто он, этот таинственный кубинский лидер, с которым им предстояло встретиться? Фидель Кастро умер два года назад, его брат и соратник Рауль номинально отошёл от дел, а нынешний глава Мигель Диас-Канель слабо подходил на роль «команданте-революционера». И почему он искал встречи именно с ними? И почему сейчас?

Поглощённая своими мыслями Аня не заметила, как машина выехала за МКАД в сторону Южного Бутова и привезла их к небольшому стеклянному зданию. Женя вышел из машины первым и направился в сторону двух хорошо одетых мужчин, стоящих неподалёку от чёрного Range Rover. Они о чём-то напряженно поговорили, но сути разговора девушка не разобрала. Редактор выглядел раздражённым и подавленным.

– Тебе особое приглашение нужно? – бросил Женя, подойдя к машине и открыв ей дверь. Когда Аня уже собралась выходить, он резко потянулся за рюкзаком в салон авто и прошептал на ухо: – Только спрячь диктофон, как ты умеешь. И запись потом включи, зарядки хватит?

Анна еле заметно кивнула. Она была напугана происходящим, пульс зашкаливал и к горлу уже начала подступать тошнота. Только ощущение грядущего приключения придавало ей сил окончательно не поддаться панической атаке. «Во что ты меня ввязал, подлец?» – девушка машинально положила записывающее устройство в бюстгальтер, поправила платье и поковыляла за редактором.

– Коллеги, знакомьтесь, это Анна, – девушка подошла к авто бледная, словно Тильда Суинтон в роли вампира. Женя улыбнулся, чтобы её подбодрить, но улыбка получилась фальшивой, – как и просили – наш лучший корреспондент. Анна, это Роман и Артём, талантливейшие учёные и будущее российской науки. У вас ещё будет время пообщаться, а пока давайте двигаться в сторону самолёта. Уверен, нас уже заждались.

– Очень приятно, – Аня протянула руку одному из мужчин, но тот не ответил, отчего девушке стало ужасно неловко. Вдруг из салона автомобиля раздался бойкий голос:

– Если что, это он про нас. Это мы – будущее науки.

Аня поспешила заглянуть внутрь салона. На задних сидениях развалились два парня в клетчатых рубашках. Тот, что в очках, увлечённо исписывал длинными паучьими пальцами помятые листочки, не обращая внимания происходящее вокруг. Другой, с загорелой кожей и выпуклыми рачьими глазами, напротив, с интересом рассматривал окружающих:

– Ром, слыхал, как нас на родине высоко ценят? Глядишь, и гранты на исследования выдавать начнут, заживём!

– Заживём, – эхом повторил Роман, почесав ручкой затылок с копной соломенных волос.

Анне стало стыдно за свою оплошность, и она, теперь уже прилично покрасневшая, поспешила поздороваться с молодыми людьми. «Больше никакой инициативы», – повторяла она, мысленно ругая себя за ситуацию, – «буду молчать, как рыба».

Внутри стеклянного здания было немноголюдно. Мимо их группы промелькнуло несколько пассажиров с чемоданами, но в основном им встречались только работники терминалов. Анна никогда раньше не была в частных аэропортах, но понимала: воспользоваться подобной услугой могут себе позволить только очень состоятельные люди. И девушка с интересом гадала, кем был их таинственный спонсор.

– Полный комплекс погранично-таможенных услуг – это вещь! – Женя мешковато уселся на большом кожаном диване, бегло пробежавшись глазами по разложенным паспортам. Он не соврал, виза Анне действительно не понадобилась. Все необходимые документы им оформили на месте. Спокойная и довольная, девушка пила кофе в окружении своих спутников. Двое грозных мужчин, с которыми журналистка перепутала учёных, оказались телохранителями. Они стояли чуть поодаль, напоминая оживших големов.

– Слышал, раньше аэропорт находился в распоряжении Минобороны, – Евгений решил завязать беседу. Несмотря на внешнюю холодность и отчуждённость, у редактора это получалось значительно лучше, чем у Ани, и она никак не могла разгадать его секрет.

– А теперь его оккупировали носители гучи и армани, – Артём жестом указал на проходящих вдалеке мужчин в дорогих костюмах. – Может и нам стоило принарядиться, как думаете, Анна?

– Отстань от девушки, она и без того прекрасно выглядит, – Роман говорил медленно, не торопясь, и не отрываясь от своих заметок. – Вам не холодно? Мы под кондиционером сидим, а вы в платье.

Анна, улетевшая в своих мыслях дальше, чем мелькающие за окном самолёты, не сразу нашлась, что ответить. Впрочем, Евгений быстро пришел ей на помощь:

– Пустяки! Однажды я летел в Ливию в грузовом самолетё. Там такая холодина была, всё себе отморозил.

– Прям таки всё? – озорно переспросил Артём.

– Самое главное сберёг, – ухмыльнулся редактор, положив руку на бляшку ремня. – А когда пришло время возвращаться, пилоты напились и отказались везти меня обратно. Пришлось провести ночь чёрт пойми где. Холод был собачий!

– Вы, Евгений, смотрю, много путешествуете. Уже бывали на Кубе? – поинтересовался Роман.

– Да, уже довелось. На мой взгляд, чтобы оценить местный дух социализма, от которого за версту несёт нашими «ладами» и «москвичами», хватит одного раза. Больше там делать нечего.

– Так чего же вы тогда снова летите? Отправили с нами свою очаровательную помощницу, да и сидели бы дома, – Артём подмигнул девушке, но та сделала вид, что не заметила. – Анна, хотите мы от него избавимся? Мы можем!

– Я бы лучше от этих избавился, не нравятся они мне, – спокойно сказал Рома, кивая в сторону охранников, будто их тут и не было.

– Они здесь не столько ради нас, сколько ради него, сам знаешь, – отмахнулся Артём.

Анна, до этого не участвовавшая в разговоре, оживилась:

– Скажите, а кто этот таинственный «он»? Если не секрет.

– Как? Евгений вам не сказал? – Рома впервые оторвал взгляд от своих записей.

– Ну, так, в общих чертах.

– Эрнесто Че Гевара, - протянул парень и снова опустил глаза.

– Ромыч, ну не здесь, ты с ума сошёл? – Артём чуть не поперхнулся кофе.

– Всё в порядке, мало ли кто о чём.

– Кто о чём, а мы о революции, - подхватил Женя.

– Простите, что перебиваю, но вы, наверно, имели в виду сына Че Гевары – Эрнесто Гевару? – решила уточнить девушка. – Он ещё в апреле на фотовыставку в честь своего великого отца прилетал, в Крым. Кажется, выставка называлась «Путь свободы», или как-то так.

– Само очарование, не правда ли? – Артём еле сдерживал улыбку, кивая в сторону Ани.

– Нет, я имел в виду Эрнесто Че Гевару.

– Латиноамериканского революционера, команданте Кубинской революции, современный символ антиглобализма и…

– И нам уже пора выдвигаться, да, Тём? – перебил друга Роман. К компании уверенным шагом направлялась женщина в форме. Рома быстро встал с дивана и повернулся к Ане. От него приятно пахло шалфеем и мускатным орехом. – Я вам в самолёте всё расскажу. Только садитесь рядом.

Женщина с командирской походкой оказалась капитаном их воздушного судна. Она сопровождала компанию до самого самолёта, возле которого уже стояла машина скорой помощи. Три человека в жёлтых жилетках и ещё двое в синей форме, скорее всего врачи, крутились неподалеку.

– А чего они там делают? – шёпотом поинтересовалась Анна у редактора.

– Ждут, когда приедет амбулифт. Такая машинка для перевозки людей с ограниченными возможностями и тяжелобольных пассажиров.

– С нами будет лететь инвалид? – удивилась Аня.

– Здесь только один инвалид, и сейчас он задаёт мне идиотские вопросы.

Девушку задел выпад редактора и она решила ускорить шаг, чтобы догнать парней. Настигнув их, журналистка спросила как бы невзначай:

– С нами будет лететь кто-то ещё?

– Наш клиент, – заговорщически произнёс Артём. – Анна, а вы всегда такая любопытная?

Девушка очень смутилась и не нашлась, что ответить.

– Понимаем, профессиональная деформация, - отозвался Роман.

«И они туда же!», – Аня не знала, куда себя деть. На глазах стремительно навернулись слёзы – последствия нервного истощения последних дней. Увидев, что девушка помрачнела, Рома поспешил её успокоить:

– Да вы не переживайте так, со всеми бывает.

Через пару минут к самолету подъехала машина, похожая на маленький грузовик. Двое в форме аккуратно погрузили в него человека на носилках. Его лицо скрывала кислородная маска, но силуэт был Ане знакомым. Девушку накрыло странное чувство. Как будто она увидела друга, от которого давно не было вестей. «Этого не может быть, мне показалось», – подумала Аня, направляясь к самолету.

Вместе с компанией в салоне самолёта летели девушка-врач и мужчины в костюмах. Все они расположились в хвостовой части, неподалёку от ширмы, скрывающей человека на носилках. Что до Ани, то она по привычке села рядом с редактором, забыв о недавнем предложении Романа.

– Не умеешь ты ловить момент, зай, – бросил Женя, глядя в иллюминатор. – Видно же, мальчики к тебе неровно дышат. А ты всё ко мне жмёшься, как маленькая. Иди, поиграй с ними тихонечко. Или мне снова всё самому делать?

Аня хотела возразить, но усталость дала о себе знать. Решив не ввязываться в заведомо проигрышную словесную битву, девушка послушно поплелась к креслам парней. По дороге Аня незаметно включила диктофон, надёжно спрятанный в бюстгальтере. «Если я справляюсь с ним, то и с этими как-то справлюсь», – набрав в грудь побольше воздуха, девушка подошла к парням и широко улыбнулась.

– Ребят, колитесь, что тут происходит? Моя попытка сделать вид, что я в курсе, с треском провалилась, так что теперь вы просто обязаны всё мне рассказать. Иначе я умру от любопытства, а мёртвый корреспондент – плохой корреспондент, – Анне не особо удавались шутки, когда она нервничала. Чтобы как-то сгладить неудачное начало разговора, она похлопала своими длинными ресницами и непринужденно добавила: – Не переживайте, не под запись. Вот, хотите, выключу телефон?

– Да ну брось, мы ведь команда. Смотрела мульт Рик и Морти? – Артём перешёл на «ты». Девушке это не понравилось, но она решила не заострять внимание.

– Да, первый сезон, а что?

– Помнишь, у Рика была портальная пушка? Мы изобрели такую же, – с гордостью сказал Артём, выдержав почти мхатовскую паузу.

– Да ладно! – вырвалось у Ани. Она насторожилась: вдруг учёный просто издевается? Но интуиция подсказывала ей, что парень не врёт.

– Это ещё что! Мы не просто изобрели, но и успешно ее применили, это на нобелевку тянет, – Артём оживился, его глаза заблестели азартом. – Только нам эта монетка даром не нужна, мы мир изменим – вот наша награда. И войдём в анналы истории, как Ленин, или даже глубже. Для этого мы его сюда и вытащили, в будущее, то есть в настоящее.

– Ленина? – уточнила Аня.

– Какого Ленина? – Артём растерялся. – Че Гевару, символ нашей революции. Он как сойка-пересмешница в этом фильме, как его там, его ещё все девушки любят…

- Голодные игры? Мой любимый!

- Точно! Отличный фильм, мне очень понравился. Вот за нашим Че также народ пойдёт, я гарантирую. От него такая харизма исходит, да и эта его бешеная популярность. Команданте у всех на футболках, чехлах для смартфонов, даже на презиках. Помнишь, Ром? Ну те, сувенирные. Да не строй ты такую мину, я пример привёл, это ведь показательно. Бунтари тоннами скупают вещи с его знаменитым портретом, веря в то, что таким образом меняют мир. Он как вирус, заполонивший собой масс-маркет. Без Че у нас ничего не выйдет, он был идейным вдохновителем тогда, станет и сейчас. Не зря мы провернули трюк с подменой.

– Человек погиб, Тём. Имей уважение, – сухо отозвался Роман.

– Ничего не поделаешь, неизбежные жертвы, – пожал плечами Артём. – Пришлось оставить дублёра в прошлом, иначе хана была бы миру. Мы хотели сделать все чисто, не рискуя изменить ход истории. Вселенная – дама порядочная и любит играть по правилам. Но ты не подумай, парень сам вызвался, никто его не заставлял. Идейный был, умер за правое дело!

– Как умер? За что?

– За дело, говорю же. То есть ради дела. Нельзя было его просто так забирать.

– Дублёра?

– Че Гевару. Последствия могли быть, мягко говоря, катастрофическими. Слышала про эффект бабочки? Взмах ее крылышка на одном континенте вызывает ураган на другом. Да, я могу быть тем еще романтиком, – Артём снова подмигнул Ане, но на этот раз девушка одобрительно улыбнулась. – Вот так и тут, нужно было сделать вид, что Че умер. Но только вид! Сам команданте сейчас летит с нами, правда он в коме, но это пустяки.

– В искусственной, для его же сохранности, – уточнил Рома.

– А это не опасно?

– Нет, так его организм быстрее привыкнет к окружающей среде. Как только выведем его из комы, сразу введём в курс дела. Что до вас с Женей, то вы должны взять у команданте интервью и написать о триумфальном возвращении великого Че! Ну и можете еще пару хвалебных строк в нашу честь добавить, против не будем. Это ведь мы сказали, что доверим дело только нашим журналистам, а вы оказались лучшими в своем деле. Я ваши статьи не читал, врать не буду, но начальство в восторге. Вот, в общем, и вся история. Если что непонятно, спрашивай.

– Тём, ты так объяснил, что даже мне ничего не понятно.

– Тогда сам объясняй, а мы с Анной послушаем.

– Да нет, в целом понятно, просто, – Аня никак не могла распознать, шутит ли Артём, или с ними действительно летит живой Че Гевара. Но парень выглядел увлечённо, от чего казался убедительным, – просто поправьте меня, если я ошибусь. Вы, ребята, создали машину времени.

– Портальную пушку.

– Портальную пушку, хорошо. Кстати, а как она работает?

– Если не вдаваться в технические подробности, то она находит кротовины – червоточины в пространстве, которые открывают проход во времени. Они похожи на туннель, куда заходишь с одной стороны, а покидаешь его с другого конца на несколько дней, лет или веков раньше. При помощи таких туннелей можно перемещаться не только во времени, но и в пространстве, так что считай, мы изобрели еще и телепорт. Проблема в том, что хоть таких кротовин в природе очень много, они существуют лишь в квантовой пене. Надо объяснять, что это? – уточнил Рома.

– Сеть не ловит, так что погуглить не получится, – Аня помахала телефоном и смущённо улыбнулась.

– Основа ткани вселенной, в миллиард раз меньше атомов. Наша портальная пушка находит подходящую червоточину и увеличивает её в размерах так, что через туннель спокойно может пройти человек. Жаль, конечно, что заряда хватило только на пару путешествий. Просто для этого используется астат. Знаете, его почти нет в природе, а пушка без него не работает.

– Значит, с ее помощью вы отправились в прошлое и привезли сюда Че?

– Не сами, мы отправили переговорщика. Надо было убедить команданте, что мы не какие-то психи-фанатики.

– А мы именно таковыми и являемся, да, Ром? - рассмеялся Артём.

– В каком-то смысле, если позволили погибнуть человеку.

– Да брось, он сам на это пошёл.

– Это нам так сказали.

– А как его звали? – попыталась разрядить обстановку Аня.

– Мы этого не знаем. О нём нам сообщило начальство, как и о том, что парень был добровольцем. Если честно, я не уверен, что он сам на это пошёл. По крайней мере, осознанно, – Рома тяжело вздохнул и продолжил. – Но в одном Тёма прав, это было необходимо. Мы не могли просто так забрать из прошлого команданте, не нарушив ход истории. Поэтому наша команда подготовила человека, который сыграл его до самой смерти в Боливии.

– И когда именно была осуществлена подмена?

– За месяц до казни. Но готовились мы намного дольше.

– Наши ребята прописали сценарий, основанный на исторических хрониках, – гордо добавил Артём. – Я не читал, но книжку видел, увесистая такая, Война и мир отдыхает. Парню оставалось только выучить свои реплики и не паниковать…

– …когда в него пустят девять пуль, - завершил предложение друга Роман.

– Но как же его останки? Их нашли в конце девяностых, экспертиза подтвердила, что они принадлежат Че Геваре. В смысле настоящему. Или вы ещё и ДНК подменили?

Парни переглянулись и на мгновение замешкались. Было видно, что они раздумывают, стоит ли об этом говорить. Первым начал Роман:

– Мы учёные, а не волшебники, Анна. Но вы правы, ДНК действительно совпало. Этой частью плана занималось начальство, так что нам доподлинно неизвестно, как им это удалось. Но мы с Тёмой пришли к выводу…

– …что это не наше дело, да, Ром?

– Что роль дублёра сыграл внук Че Гевары. Вы знаете, команданте был очень любвеобилен, и оставил после себя немало потомства. В девяностых типирование ДНК было ещё примитивным, так что я бы не стал исключать такой вариант. Если честно, другого объяснения у меня просто нет.

– Только об этом не пиши, Ань. А то выставим его в неприглядном свете.

– Ты хотел сказать себя? Каковы шансы, что его внук сам вызвался сыграть своего деда? Явно ведь на него надавили.

– Или грамотно убедили. Давай не будем об этом сейчас, Ром. Всё ведь прекрасно! Самая сложная часть плана позади и заметь, прошла без сучка, без задоринки. Теперь дело за малым, – Артём выпятил грудь вперед и поднял руку, сжатую в кулак, – устроить мировую революцию!

Анна находилась под впечатлением от всего, что рассказали ей парни. Они ещё немного поболтали на отвлечённые темы, прежде чем стюардесса принесла обед. Аня вежливо отказалась, несмотря на голод. Её всегда тошнило в полёте из-за липкого страха высоты. Единственным, что хоть как-то воспринимал её организм, были фруктовые конфетки, которые раздавали перед полётом. Но в этот раз сладости никто не предлагал – только шампанское. «А еще частный самолёт, называется, сервис по высшему разряду», – недовольно фыркнула Аня. Зависнув в тысячах метрах над землёй, девушка ощущала полную беспомощность. В любой момент этот белоснежный рукотворный зверь мог свалиться вместе со всем своим содержимым прямо на землю, и от неё совершенно ничего не завесило. Разговор с парнями на время отвлёк девушку от неприятного чувства, но теперь оно полностью охватило бедняжку.

Аня попробовала заснуть, но сон как рукой сняло. Еще бы, после таких-то разговоров! Чтобы как-то скоротать остаток полёта, девушка решила пофантазировать. Ей хватило пары минут, чтобы выдумать постапокалиптический мир, в котором выжили только пассажиры самолётов. Они знали о случившемся, потому бесцельно парили над землёй в ожидании, когда в баках закончится топливо. Сотни людей сидели на своих креслах и безучастно смотрели в иллюминаторы, обречённые на верную смерть. Они уже не могли кричать или плакать – только тихо и печально подвывать, будто отпевая погибшее человечество. Когда первые лучи солнца коснулись прокажённой земли, самолёты, словно утренние звёзды, попадали в пепельную пустыню, ещё вчера служившую домом для множества видов, включая людей.

Анна тихо заплакала от щемящего чувства жалости, совершенно позабыв, что только что сама придумала этот невесёлый сюжет. Немного успокоившись, девушка решила больше не экспериментировать со своими фантазиями и что-нибудь почитать. По иронии судьбы, в рюкзаке оказалась только книга Пелевина «Generation “П”». Аня купила её пару лет назад, несколько раз начинала читать, но до конца так и не осилила. Она снова дошла до места, где главный герой Татарский вызывает дух Че Гевары, и аккуратные печатные буквы вновь перекрылись беспорядочными мыслями. Девушка никак не могла справиться со страхом. Но в этот раз её внутренние терзания перебил чей-то мягкий бас:

– Анна, у вас не найдётся ручки? Моя закончилась.

Рома стоял прямо перед ней, держа в руках помятые листы бумаги. Аня обратила на них внимание еще перед отлётом, но так и не решилась узнать, что именно так старательно записывает учёный. Заметив ее любопытство, парень улыбнулся:

– Пишу рассказ. Удивлены?

– Честно говоря, да. Думала, придумываете формулу вечной жизни, не иначе.

– Вы почти угадали, рассказ о квантовом бессмертии. Существует теория, что помимо нашей вселенной параллельно в пространстве находится бесконечное множество других. В моём рассказе сны предстают некими отголосками наших жизней в этих параллельных мирах. Главному герою постоянно снится один и тот же кошмар, где его преследует, – парень задумался, подбирая подходящее слово, – сущность.

– И однажды эта сущность приходит за ним в его вселенную?

– Я об этом не думал. Интересная мысль! – Рома улыбнулся. Его взгляд был таким пронзительным и честным, что девушка смущённо опустила глаза. – Эта сущность способна уничтожить весь мир, а мой персонаж как раз пытается ее остановить. Правда, пока безуспешно, но мы с ним стараемся. Хотите дам почитать, когда закончу?

– Конечно, буду рада.

Рома уже собрался уходить, но в последний момент развернулся и добавил:

– Простите, не стоило вот так обрушивать на вас столько информации.

– Вы про откровения насчёт путешествий во времени, революции и Че? Всё в порядке, правда. Меня это даже отвлекло. Просто… просто я боюсь летать, – Аня удивилась своему неожиданному признанию.

– Страдаете от навязчивого желания всегда управлять ситуацией, я прав?

– Как вы догадались? Никак не могу из-за этого уснуть.

– Сам такой, – Рома пошарил по карманам и достал упаковку с таблетками. Одну он взял себе, а вторую протянул Ане. – Последняя.

– Оставьте на потом, я потерплю.

– Ничего, вам нужней. Возьмите, должно помочь. Спасает от повышенной тревожности.

Девушка поблагодарила Романа и проглотила маленькую жёлтую пилюлю. Аню мгновенно потянуло в сон, голова закружилась, а всё вокруг заполнили мерцающие коричневые точки. Не успев понять, что происходит, девушка провалилась в забытье.

***

Бип-бип-бип. Дикие электронные звуки заставили девушку содрогнуться. В комнате студенческого общежития горел не выключенный свет и больно резал глаза. Щурясь, Аня на ощупь отыскала телефон, затерянный в складках белых простыней её кровати.

– Спишь? – раздался знакомый голос. – Собирайся, соня. Никогда не угадаешь, куда мы летим.

– На Кубу? – настороженно спросила Аня.

– Смотри-ка, угадала. Ночью ты соображаешь намного лучше.

«Неужели проспала?», – подумала девушка, резко сев на кровати и пытаясь вглядеться в настенные часы. Маленькая стрелка замерла на цифре четыре. «Встали что ли? Да что ты будешь делать», – Аня мысленно чертыхнулась.

– Ты уже подъехал? Подожди, я сейчас выйду.

– Твою энергию, да в мирных целях. Ты все ещё в общаге живёшь, так?

– Да, я ведь уже говорила.

– Разве? Не помню такого. Возьми диктофон и документы, сумку можешь не собирать. Да, и валюту прихвати, лишней не будет. Про диктофон услышала? Буду через час. Чао!

В трубке раздались короткие гудки. Аня встала с кровати и включила чайник. «Приснится же такое», – подумала девушка, натягивая платье и подкрашивая тушью припухшие глаза.

Женя приехал ровно в пять. Всю дорогу до аэропорта они провели в молчании.

– Ты немногословна, – с досадой заметил Евгений.

– Голова болит, да ещё и сон этот дурацкий. У тебя нет чувства дежавю?

– А должно быть?

– Не знаю. Наверное, нет.

– Забавная ты, – Женя потрепал её рыжие волосы, не отрывая глаз от дороги. – Куда делся весь твой безудержный энтузиазм? Или ты каждый день встречаешься с латиноамериканскими лидерами?

Аня хотела промолчать, но любопытство взяло своё, и она решила сыграть «вабанк»:

– Нет, почему же, с Че Геварой – только по выходным.

Машина резко взяла небольшой крен в сторону. Женя инстинктивно вцепился в руль обеими руками. Он явно не ожидал такого ответа.

– Они и тебе позвонили? – его голос звучал громче обычного. – Чего ж ты мне тогда мозги пудришь? Так бы сразу и сказала.

Автомобиль остановился перед большим стеклянным зданием, возле которого уже стоял знакомый девушке Range Rover. Перед тем, как выйти из машины, журналистка достала диктофон и просунула его под платье, закрепив между двумя чашечками бюстгальтера.

– Смотрю, ты у нас девушка без комплексов, – Женя с ухмылкой взглянул на её грудь, и Аня мгновенно почувствовала, как в мозгу взорвалась планета. – Посиди пока здесь.

– Нет, я с тобой, – выпалила журналистка. Она хотела как можно скорее убедиться, что всё происходящее – лишь череда нелепых совпадений. Женя равнодушно пожал плечами и быстрым шагом направился в сторону двух мужчин в черных костюмах.

– Здравствуйте, Евгений Громов, редактор журнала…

– Вы получили инструкции? – перебил его один из мужчин. Женя не привык к такому отношению и на секунду растерялся.

– Да, конечно. Сегодня утром пришло сообщение от начальства.

– Тогда вы знаете, что делать. Никаких записывающих устройств, телефоны сдадите по прилёту. Остальное узнаете на месте.

– У меня не такая хорошая память, чтобы брать интервью без диктофона. Может, в качестве исключения?

– Не положено.

– Но мы ведь с вами работаем над общим делом. К чему эти драконовские меры?

– Если условия вам не подходят, можете отказаться.

Женя раздраженно вздохнул. Биться с людьми, действующими по инструкции – самое неблагодарное дело. Но отчасти в этом и заключалась его работа.

– Не уходите, Евгений. Так уж и быть, одолжим вам ручку с блокнотом, – раздался бойкий голос из салона стоящего рядом автомобиля. – А кто эта очаровательная девушка, ваша помощница?

– Да, знакомьтесь, это Анна, – Женя повернулся к девушке и внезапно улыбнулся так искренне, что она невольно улыбнулась в ответ. Евгений вспомнил про манипуляции, которые журналистка совершила с диктофоном. «Ты ж моя зайка, как в воду глядела!» – подумал мужчина, и его голос снова зазвучал уверенно: – Как и просили – наш лучший корреспондент! Анна, это Роман и Артём, талантливейшие учёные и будущее российской науки. У вас ещё будет время пообщаться, а пока давайте двигаться в сторону самолёта. Думаю, нас уже заждались.

«Роман, Артём, Че Гевара. Кажется, я схожу с ума», – Аня боялась заглянуть внутрь машины. Всё происходящее казалось ей ночным кошмаром. Вот только она никак не могла проснуться. Не дождавшись ответа, из салона авто выглянул смуглый парень с хитрым взглядом и растрепанными каштановыми волосами.

– Очень приятно, Артём. Слыхал, Ром, как нас на родине высоко ценят? Глядишь, и гранты на исследования выдавать начнут, заживём!

– Заживём, – эхом отозвался знакомый бас, и по телу Ани пробежали холодные мурашки. Те же люди, те же фразы – события в точности повторяли её недавний сон. Девушка твердо решила не подавать виду, но удавалось ей это с трудом. Приходилось много и часто улыбаться, чтобы никто ничего не заподозрил.

В самолёте Аня по привычке села рядом с редактором, совершенно забыв, к чему это привело в прошлый раз.

– Не умеешь ты ловить момент, зай, – Женя копался в своем рюкзаке, не глядя на девушку. – Видно же, мальчики к тебе неровно дышат. А ты всё ко мне жмёшься, как маленькая. Иди, поиграй с ними тихонечко. Или мне снова всё самому делать?

– Ты уже сделал всё, даже не спросив, хочу я в этом участвовать или нет. Теперь позволь мне самой решать, что и как делать дальше.

– У кого-то гордость проснулась? Это хорошо, – Евгений заметно помрачнел. – Поступай, как знаешь. Только давай подальше от меня, ферштейн?

– А как же! – Аня демонстративно пересела на соседний ряд. Ей было тяжело расстраивать редактора, но она решила во что бы то ни стало изменить ход событий. Девушке казалось, что только так она сможет себя обезопасить.

Бедняжка так боялась уснуть, что большую часть времени просмотрела в иллюминатор. Облака отбрасывали большие тени, которые тёмными пятнами падали на жёлтую гладь. «Такие воздушные, и в то же время такие реальные, предметные. Интересно, почему на земле не замечаешь эти тени? В самолёте они видны очень чётко. Как приеду, обязательно найду край облачной тени. Главное отсюда выбраться. Но сначала», – Аня проводила глазами Артёма, идущего в хвостовую часть самолёта, – «сначала нужно кое-что проверить». Подождав, пока Артём подсядет к девушке-врачу, Аня подошла к Роману.

– Никак не могу уснуть. У вас не будет таблетки? – Аня вцепилась взглядом в учёного, стараясь уловить мельчайшие изменения в его лице. – Снотворного, или успокоительного.

– Нет, к сожалению, сам страдаю.

– Точно? Может, всё же посмотрите? Вдруг в кармане завалялись, к примеру, таблетки от тревожности, – Аня сделала акцент на последних словах.

– Я бы с радостью помог вам, Анна, но я не пью таблетки. Даже от головной боли.

«Но у тебя же упаковка в кармане, зачем ты мне врёшь?», – Аня едва не сказала это вслух.

– Тогда простите за беспокойство. Постараюсь уснуть так.

Разочарованная, девушка вернулась на своё кресло. Ей понадобилось два часа полёта и три бокала шампанского, чтобы решиться на этот диалог. Зато теперь она окончательно убедилась, что маленькая жёлтая пилюля из её сна не была тем лекарством, за которое выдавал её Роман. Скорее всего, это было и не лекарство вовсе. Но что тогда?

– Красный огонёк, – прозвучало где-то совсем близко. Аня вздрогнула и огляделась. Над ее креслом стоял Роман и теребил сжатые в руках листы. – Они бы устранили вас сразу по прилёту на Кубу.

– Что, прости? – парень говорил так тихо, что Аня едва могла разобрать его слова. Рома глазами указал на её платье. Сквозь его ткань тускло мелькала кнопка зарядки диктофона.

– Спрятав его, ты… вы, – парень смутился, – ты нарушила условие договора. Мне пришлось вмешаться.

– Это Женя сказал так сделать, я бы никогда, – попыталась было оправдаться Аня, но вспомнила, что в этот раз она сделала всё сама, без указки редактора. – Прости, мне не стоило так поступать. Но я не знала, что есть какой-то договор, честное слово! Если бы только я сразу услышала их разговор возле машины...

– Говори тише, нас могут услышать, – Рома сел на соседнее кресло.

Секунду поколебавшись, девушка залилась звонким смехом, украдкой взглянув на мужчин в чёрных костюмах. Они выглядели равнодушными к происходящему. Заметив непонимающий взгляд парня, Аня объяснила:

– Всё в порядке, это уловка. Теперь они будут думать, что мы говорим о какой-то ерунде. Что за таблетку ты мне дал? Я уснула, а потом всё повторилось, как в каком-то кошмаре.

– Я бы не назвал это сном.

– Что ты со мной сделал?

– Убил, – пожал плечами Роман. – И себя тоже.

Аню словно облили ледяной водой. «Он спятил», – с ужасом подумала девушка. – «Только не подавай виду, Аня. Держи себя в руках».

– Вот, почитай это, – Рома быстро сунул ей в руки помятые листы. А затем прибавил громкости, чтобы его услышали остальные пассажиры. – Мой рассказ о квантовом бессмертии. Только я никак не могу дописать концовку. Ты мне не поможешь?

Аня сдавленно кивнула и посмотрела на бумаги. Они рассказывали историю молодого учёного, который изучал квантовое бессмертие и страдал от реалистичных кошмаров. Но были и другие листы. Их содержимое напоминало обрывочные записи из дневника.

«Воспоминания о встрече с Команданте тусклые. Наверно из-за того, что в последнем путешествии я не успел с ним встретиться. Помню мало, только самые яркие моменты.

Например, как после знакомства с ним почувствовал себя обманутым и опустошенным. Словно после фильма, который давно ждал, а потом обнаружил, что всё самое интересное и яркое показали в трейлере. Когда он восстановился после комы, я был первым, кто с ним заговорил. Запомнилась фраза: «Я здесь, на Кубе, живой, и я жажду крови!». Кажется, то же самое он писал в письмах своей жене. Ещё в той, прошлой жизни. Это меня смутило, даже обескуражило. Пролилось уже немало крови, неужели необходимо излить ещё? Но Команданте нравилось казнить. Причём самому, лично. Проводя свои экзекуции, он всегда выбирал огнестрельное оружие. Трус.

Помню ещё, в каком бешенстве был Команданте, узнав о смерти Фиделя. Он кричал, бросался на нас, как дикий зверь, хватался за голову. Я никогда не видел, чтобы человек так сокрушался, даже из-за смерти друга. «Как вы могли это допустить, он был так молод. Так молод!». Пришлось вколоть ему бычью дозу барбитурата. Весь следующий день он был в подавленном состоянии. Или всю неделю? Не помню. Но убивать он стал ещё больше и неистовей. Кровавый палач, боевик, наёмник. Как же я разочарован!». На полях было небрежно начиркано: «Не сотвори себе кумира. А если сотворил, никогда не ищи с ним встречи».

Ане было неприятно читать такое про своего любимого команданте. Она никогда не задумывалась, каким он был человеком. Для неё Че Гевара всегда оставался символом борьбы и свободы, а теперь этот символ будто облапали грязными пальцами, оставив на нём несмываемые следы. Аня поёжилась в кресле и продолжила читать.

«Устал убивать себя. Восстановление проходит тяжело и болезненно. Уже неделю не могу подняться с постели. Сколько раз я путешествовал между вселенными? Пять, семь? И каждый раз ничего не получается. Где же я допускаю ошибку? Прошлое – инструкция по применению к настоящему. Если пойму, что сделал не так, то смогу всё исправить.

Проблема в том, что я не помню. Картина вырисовывается в общих чертах, запоминаются только самые яркие моменты и образы. Например, в одном из первых миров я поделился опасениями и планами с Артёмом. Он испугался и сдал меня. Конечно, я его не виню, но после этого я зарёкся кому-то доверять. Особенно этой кубинской журналистке, которую наняли для интервью с Команданте. Она оказалась настоящим Геббельсом в юбке! Вызвалась нести в мир пропаганду, прославляя идеи «нашей славной революции». Я столько раз пробовал заменить её российскими журналистами, играя на чувстве патриотизма, но меня не слушали. В последнем путешествии у меня это, наконец, получилось, и всё сразу пошло не так.

Мне не удалось реализовать последний план. На мой взгляд, он был самым удачным. В предпоследнем путешествии у меня получилось убедить Команданте в чудовищности всего происходящего. Но к тому времени, когда у меня это удалось, ситуация зашла слишком далеко. Мир буквально рушился у нас на глазах. Если бы только у меня было две таблетки тогда! Я бы без колебаний отправился с Команданте в другую вселенную, и там-то революцию точно удалось бы предотвратить, а вместе с ней – и ядерную войну. Из-за нашего безумного изобретения революционеры завладели атомным оружием и открыто грозились применить его против «капиталистических ублюдков». Даже Команданте признал, что по сравнению с этим, Кубинский кризис был детской игрой в «а вам слабо?».

Наши боссы перестали управлять ситуацией. Они этого не признавали, но я-то всё видел и всё понимал. Если бы Команданте вернулся в прошлое с памятью обо всех этих страшных событиях, он либо отказался участвовать в них, либо умер из-за слабости: сложно перенести одновременно путешествие во времени и в пространстве и остаться в живых. Разумеется, я надеялся на бескровный исход. Но судьба снова решила иначе.

Я просто не мог не отдать ей вторую таблетку, приготовленную для Команданте. Она поступила нечестно, но эти большие детские глаза были такими растерянными, такими печальными. В какой-то мере я сделал всё инстинктивно, стараясь её защитить. Глупо, конечно, но я ни о чём не жалею. Надеюсь, мне удалось её спасти. На то, что мы попали в одну вселенную, я надеяться не смею. Мне ещё никогда не доводилось путешествовать с кем-то. Чувствую себя не таким одиноким, как прежде. Странное чувство, или я просто уже от него отвык. Связываться с ней сейчас слишком рискованно, да и бессмысленно, остаётся только ждать». На полях снова была небольшая приписка, на сей раз: «как из маминых сказок – Энн из Зелёных крыш».

Аня несколько раз перечитала последний абзац. «Он это обо мне?» – с волнением подумала девушка. – «Я что, попала в другую вселенную? Держите меня семеро! Надо будет обязательно написать об этом рассказ. Интересно, здесь что-нибудь кардинально отличается от нашей вселенной? Кажется, Рома не в первый раз перемещается между мирами, надо будет у него узнать. Путешественник во времени и пространстве. Прямо как Доктор Кто! А я – его верная спутница». Ане понравилось сравнение, оно помогло ей немного успокоиться, и она принялась искать другие страницы дневника.

«В прошлый раз астата хватило на две таблетки, теперь добыть вещество вряд ли получится – они уже использовали второй заряд портальной пушки. Астат – элемент редкий и радиоактивный. Самостоятельно я его не добуду, а если и добуду, то не смогу правильно обработать. Теперь, когда они провели дополнительное испытание, я больше не смогу изготовить таблетки для путешествий между вселенными. Сам виноват, не надо было оставлять Артёма за главного. Хотя, наверное, это и к лучшему. Ещё одно такое путешествие я не переживу.

И всё же, ценность моей собственной жизни не идёт ни в какое сравнение с судьбой всего человечества. Я понимаю, что действую, влекомый эгоистичным желанием жить в лучшем из миров, оставляя после себя пепелища ядерных войн, но разумный эгоизм – не порок. Поэтому я должен пытаться ещё. Я не могу предотвратить создание портальной пушки – прогресс нельзя остановить, только притормозить. Не могу переубедить Команданте до того, как станет слишком поздно. Не могу никому довериться. Как мне быть? Что делать? Думай, думай, думай».

Подойдя к креслу Романа, Аня бросила ему на колени стопку памятных листов. Парень заметил, что на первой странице появилась новая запись сиреневой ручкой: «Следуй за белым кроликом». Девушка хитро улыбнулась, приставила руки к голове, имитируя заячьи ушки, и взглядом поманила Рому за собой. «Нашла время для игр», – недовольно подумал учёный, но последовал за Аней до самой туалетной комнаты. Парень хотел было отчитать девушку за неуместное кокетство, но она притянула его к себе, закрыла дверь на защёлку и выпалила:

– Ты пробовал убить его в самолёте?

– Что? Нет! Как тебе вообще такое в голову пришло!

– Давай откроем аварийную дверь, тогда самолёт разобьётся, и Команданте вместе с ним.

– И вместе с нами.

– Ты сам писал, что наша жизнь по сравнению с судьбой мира…

– Моя, я говорил так про свою жизнь. Дверь открыть не получится, «лопатка Купера» не позволит. К тому же внутреннее давление в разы превышает внешнее, атмосферное, – Рома прервался, увидев, как Аня непонимающе вздёрнула бровки. – Нам не хватит сил.

– Тогда давай я отвлеку големов, а ты отключишь его от системы, пока он ещё в анабиозе. Видишь, я тоже знаю умные словечки, – Аня попыталась разрядить обстановку. Ноги были ватными, а тело тихонечко подрагивало – то ли от страха, то ли от запаха шалфея и мускатного ореха, который исходил от парня.

– Ты сумасшедшая! Мы не будем специально никого убивать.

Раздался отрывистый стук в дверь. От неожиданности Аня вскрикнула.

– Вы чем там занимаетесь? Выходите. Живо!

– Это Жека, – Аня зажала рот рукой, – нам конец.

Рома подвинул оцепеневшую девушку в сторону и приоткрыл дверь кабины. Перед ними стоял Евгений, тяжело дыша и потирая лоб.

– У нас тут ЧП. Ваш друг решил, что самый умный, и вывел Че Гевару из комы. Между прочим, перед тобой хотел выпендриться, Ань, – сказал Евгений, с укором взглянув на девушку. – Я просил тихонечко поиграть, а не устраивать тут страсти Христовы. Так запудрила парню мозги, что он, дурак, решил лично познакомить тебя с твоим кумиром. Даже врачиху умудрился заболтать, балбес. В общем, интервью брать уже не у кого. Но вы продолжайте развлекаться, детки. Вам ведь всё по барабану.

Рома с Аней переглянулись, и тут парень вдруг безрадостно рассмеялся:

– Артём как всегда в своём репертуаре! Скорее всего, он бы поступил так и в прошлый раз, просто мы этого не дождались. Ушли с середины спектакля – прошу меня за это извинить. Если б я знал, что всё так сложится, то ни за что не подверг бы тебя такой опасности, как наше маленькое путешествие, – Рома с нежностью посмотрел на Аню и почувствовал невероятную лёгкость. – Вот так мир спасла не благоразумная добродетель, а простая человеческая глупость.

– Или любовь, – задумчиво отозвалась Аня, имея в виду вовсе не поступок Артёма.

0
467
22:38 (отредактировано)
+1
Привет, Автор, не воспринимай слова ниже как комплимент или оскорбление.

Текст по всем признакам является «женской прозой». Я не отношусь к этому термину хорошо или плохо (однозначно восхищаюсь разве что Сумерками), просто потому что мало знаком с женской прозой, но знаю, что для женской прозы характерна героиня-девушка, вокруг которой находится множество мужских персонажей, стиль написания текста обычно легкий (иногда шуточный) с акцентом на диалогах. В общем, все указывает на этот жанр.

Стилистически текст написан от третьего лица, но, в отличие от другого строго третьеличного повествования в этой группе (рассказ «Реформа»), присутствует ярко выраженный также рассказчик, комментирующий повествование.

Особенностью текста является постоянное упоминание различных романов и фильмов. Правда, странно, что в контексте этих упоминаний не оказалось Дня сурка. :)

Желаю Автору любви, имея ввиду вовсе не этот отзыв.
Желаю Автору любви, имея ввиду вовсе не этот отзыв.

rofl))) подкол смешной.
10:42 (отредактировано)
Очень интересный рассказ.
Начиналось всё как детектив, перетекло в научфан, а вытекло в лирическую комедию.
Детектив и комедия удались на 100%. Научфан подкачал, по моему мнению. Хотя… пример Рика и Морти доступно и быстро объясняет читателю, что же такое портальная пушка. Теория о параллельных вселенных тоже объяснена доходчиво и «деньсурковый» фокус (перемещение в параллельный мир) с астатом тоже вполне удался. Короче, и научфан тоже хорош!
Написано грамотным языком. Всё к месту.
Единственная деталь с диктофоном показалась неправдивой. Ведь обыскать журналистку при входе в такой самолёт должны были досканально.
И да, жаль, что Команданте для читателя так и не ожил… Хотелось бы прочесть больше о его поведении в нашем времени.
Спасибо.
P.s. Ещё меня пугает наличие уже двух рассказов про революцию в данной группе. Жутковатая тенденция.
21:18
про кукарачу будет?
Этот скрипучий и тарабанящий шум было невозможно перепутать ни с будильником, ни с обычным звонком.
чтобы тот никогда не мог застать её врасплох crazyТот Вездесующий застал врасплох авторов как минимум 90% рассказов НФ-2019
В комнате горел оставленный не выключеннымЙ свет и неприятно резал глаза.
Неожиданно телефон выпал у неё из рук и впечатался прямо в переносицу.
– Собирайся, говорю, – отрезалон, особо не церемонясь. –
Была бы в комнате её соседка – другое дело.
В прошлом месяце она так же внезапно полетела в Китай, а ещё раньше – в Армению. Разумеется, за счёт принимающей стороны. а визы?
Заварив себе кофе, Аня принялась могла заварить мне?
большие детские глаза так большие или детские?
«Мультипаспорт», – мило говорила она, протягивая документ, и все вокруг становились чуточку сговорчивей. я бы забрал на пару суток для выяснения — чтобы отучить от дурости
Деньги Аня хранила в игрушечном коте, которого называла Котосхроном. опять которизмы. есть верная примета: если в рассказе есть Тот, то будет и который
Кроме того, она прятала деньги из соображений безопасности: кому придёт в голову искать их в игрушке? любому нормальному вору
Аня натянула своё счастливое зелёное платье и принялась ждать. могла натянуть платье соседки? а с чего вдруг платье испытывало счастье? у ГГ были трудности с наркотиками, оплачиваемыми из копилки-котика?
этизмов много
В этом наряде она могла пойти и на рынок за свежими овощами, и в Госдуму за комментариями депутатов. При этом в этом/этом
Поглощённая своими мыслями Аня могла быть поглощена чужими?
если у нее нет российского паспорта, как она работает журналисткой и учится?
словно Тильда Суинтон в роли вампира. кто такая Тильда Суинтон?
это Роман и Артём, талантливейшие учёные и будущее российской науки. летят в Солсбери смотреть на шпили?
но тот не ответил Тот он такой, не всякому автору отвечает
Тот, что в очках третий Тот в рассказе
Женя мешковато уселся как можно усесться мешковато? будто в штаны насрал? как ходят модники?
девушка пила кофе в окружении своих спутников. своизмов тоже много
портальная лабуда…
Загрузка...
Мартин Эйле №1