Ирис Ленская №1

Кровавый дядя

Кровавый дядя
Работа №231

1

Я помню себя в десятилетнем возрасте.

Тёплый июньский день украшает начало летних каникул, отец Генри Руш жарит барбекю в нашем дворе, через некоторое время заходит мать Хенли Нетон: в красном платье в горошек на каблуках, крашенные светлые волосы до плеч аккуратно завиты, стрелки на тёмных глазах красиво сочетаются с красной помадой.

В это время, располагаюсь в кресле-качалке в нашей беседке у дома, читая любимую книгу Луизы Мэй Олкотт «Маленькие женщины». Как у прекрасной семьи Марч всё в порядке: празднование Рождества, Бет выздоровела, Джо отрезала волосы, получила за них деньги и её писательские творения напечатали, как Мэг выходит замуж, а мистер Марч пришёл с войны! Самое главное счастье – это то, что в такой чудесный праздник они все вместе. Знаете, я думаю ещё о том, что мои родители очень странные, как пара. Моя мать всегда выглядит замечательно, даже дома, а мой папа носит то, в чём ему удобно – он в спортивных штанах и в футболке, она, словно кукла Барби.

Через некоторое время, под песню «Yesterday» группы The Beatles мы поедаем за столом вкусное барбекю с фруктами и лимонадами, планируя о том, куда поедим этим летом 2003 года.

Перед сном мой папа заходит ко мне в комнату, чтобы почитать книгу мне. Именно благодаря ему я так сильно полюбила книжные шедевры.

Руш начинает читать «Вино из одуванчиков»:

«Утро было тихое, город, окутанный тьмой, мирно нежился в постели. Пришло лето, и ветер был летний — теплое дыхание мира, неспешное и ленивое…»

Наверное, через час, папа выключает настольную лампу на моём столе, закрывает книгу и начинает вставать. Я беру отца за руку и говорю:

- Я люблю тебя.

- Я тоже тебя люблю, доченька, - говорит он с теплотой в голосе.

Мне снится лето 1928 года. Как мы с двенадцатилетним Дугласом и его родными, готовим своё вино из одуванчиков…

2

Мне не хочется вспоминать тот момент, когда всё пошло не так.

Эти воспоминания такие, словно ты плаваешь в глубокой реке, неожиданно для самого себя начинаешь спускаться всё ниже и ниже, - ты тонешь, зовёшь на помощь, но никто не слышит.

Моя мать Хенли, для меня – никто. Год назад, за неделю до моего 12-летия ушла к своему любовнику. Этот холодный октябрьский день снился мне в кошмарах: родители ссорятся, мать бросает в отца во всё что попадётся. Я знаю, мой папа никогда бы не ударил женщины, потому что он самый лучший человек во всём свете. Но тогда мне слышался шлепок по щеке. Надо же так его разозлить. Да, возможно, это неправильно его защищать, но он мой единственный родной родственник (не считая, мамы, естественно) в Сент-Луисе. Хенли Нетон обозвала отца всеми худшими словами, обвинила, что он испортил ей всю жизнь, и выговорила то, что Генри неудачник, а она переезжает к своему «принцу».

Я пряталась в шторах, а по щекам предательски бежали слёзы. В голове проскакивалась много мыслей: «Мама ушла из-за меня?» «Я её больше никогда не увижу: то, как она завивает волосы по утрам, делает мне причёску, дарит мне подарки за хорошие оценки», «Как мы теперь справимся?»

Была середина февраля 2006 года. На смену зиме приходит не спеша весна, гололёд немного усложняет путь, свежий морозный воздух становится теплее.

Прошел год, как Хенли (Никто) Нетон ушла от нас. Никто, обитает с «молоденьким мальчиком» в крупном коттедже в пяти кварталах от нас. А я живу с отцом в нашем маленьком доме. Какая несправедливость! Хенли бросила нас с обильной ненавистью и теперь имеет шикарный дом с горничными, а мы нет. Конечно, мне бы хотелось жить в коттедже с клёвым бассейном, только я и папа, и больше мне никто не нужен. Вот увидите, так и будет когда-нибудь!

Папа Генри лежал на диване, смотрел игру по лакроссу. Щетина заросла, в майке завелась дырка, глаза безжизненно уставились в экран. Совсем не может отойти от того, что один. Печально, конечно. Я бы на его месте была бы очень рада и знакомилась с новыми девушками. Как по мне, взрослые всегда всё усложняют.

Он заставил меня отнести оставшиеся украшения Хенли, которые остались в шкатулке в чердаке. Честно говоря, мне хотелось отдать их в ломбард, получив за них деньги или выбросить в мусорное ведро. После этих предложений, он разозлился на меня.

Проходя мимо старого городского суда и памятнику мужику, стоящего посередине выключенного фонтана, меня одолевала сплошная брезгливость к тому, чтобы идти туда, где мне не рады. Хенли Нетон открыла дверь снова с укладкой и ретро-макияжем, на ней было бархатное платье цвета марсала, в руках бокал с вином.

Она посмотрела на меня не то с ненавистью, не то с отвращением, а потом закатила глаза и произнесла:

- Ну, что, твой папаша-лузер, не даёт тебе денег на конфетки с изображением Мики-Мауса? – язвительно сказала она.

Вам лучше не знать, что произошло потом. Я обозвала её самыми худшими словами, высказала всё, что накопилось, затем швырнули в неё её же драгоценностями, потом убежала от этой.

Бежала до тех пор, пока не упала, и машина приближалась ко мне всё ближе и ближе…

3

Яркий свет, боль в теле, много суеты – я видела всё, что происходило со стороны. Мужчина средних лет, который меня сбил, позвонил в «911». Больница, врачи, белый цвет. Потом пришёл папа и моя лучшая подруга из школы Лиза. Они были так печальны, потому что их не пустили ко мне. Я протянула к ним руку, но она не дотронулась, - ведь я уже мертва. Захожу в свою палату, где лежит моя плоть. Глаза закрыты, тело не движется, всё натыкано медицинскими аппаратами, поддерживающие мою жизнь. Нет, этого не может быть. Мне всего тринадцать лет: я ни разу не целовалась с парнем, не встретила первую любовь, у меня не было шумной вечеринки, и так и не поняла, как это иметь хорошую мать…

Прошёл месяц после моей комы, если верить календарю у регистратуры. Врач с тёмными волосами разговаривает с папой.

- Мистер Руш, ваша дочь уже долгое время находится в коме… Шанс, что она выживет, равен 0,1 проценту, - констатирует она факт.

Я должна быть с отцом, мне надо «проснуться» ради него.

Дверь нашего дома открыта, что действительно очень странно. Где мой папа Генри? Слышу его тихий поникший голос:

- Моя жизнь не может продолжаться без тебя, моя милая. Жизнь не имеет смысла, когда тебя нет рядом со мной…

Проносится крик…крик смерти…

НЕТ!

Моего отца нашли повешенным через день…

Перед собой я вижу мерцающий свет, такой, когда жмуришься от яркого палящего солнца. Открыв глаза, передо мной стоит, примерно, семилетний мальчик. Светлые волосы, голубые глаза, на нём белая рубашка, белые брюки, стоит босиком. Вокруг облака, самые настоящие. Это крылья… Он – ангел.

- Эмили Генри Руш, возвращайся на Землю. У тебя есть незаконченное дело.

И тут…

Сердце начинает стучать, я моргаю. Передо мной белые стены. Медсестра начала кричать от радости. Я в этом мире.

- Папа… Папа… Папа!!! – слёзы текут по лицу, как ливень осенью.

Та же медицинская работница подходит ко мне, прижимая к себе, гладя по спине. Мне не нужны успокоительные жесты, мне нужен папа, который рядом со мной. То как, его кудрявые волосы отливают на солнце шоколадным оттенком, как он читает мне перед сном, наши разговоры обо всё, как мы смотрели фильмы каждые выходные…

4

Моя мать мне не мать. Оказывается, мою настоящую маму звали Еванжелина Форгл, она умерла от рака молочной железы, когда мне не было и года. Это выяснилось после судебных разбирательств. Меня отправили в детский дом.

В апреле 2006 года, моя воспитательница вызвала меня к себе в кабинет. Рядом с ней стоит тот мужчина, который меня сбил в феврале. Он был в костюме синего цвета, тёмные волосы начинают седеть, морщины вокруг голубых глаз, на подбородке лёгкая щетина.

- Эмили, с тобой хочет познакомиться мистер Ронд, - радостно произносит воспитательница «как-её-там».

Дэн Ронд живёт в двухэтажном доме с пяти усыновленными детьми из детского дома, теперь с шестьми.

На дворе май, мне 13 лет и мой удочеритель Дэн Нейтон Ронд.

Мы сидим все вместе у костра: дядя Дэн, 8-летний Майк, 9-летний Фредди, 12-летняя Роузи, 13-летняя я, 15-летние двойняшки Жаклин и Луиза.

Жарим маршмэллоу на палочке, читаем поочерёдно книгу Роберта Стайна «Новенький».

- Дети, вы собрались? Сегодня мы идём к нашим соседям, - зовёт нас дядя Дэн.

Я живу в своей личной комнате, она голубого оттенка, шкафчики набиты моими книгами. Смотрю в зеркало: кудрявые каштановые волосы до плеч, янтарные глаза, густые брови. Для такой встречи я выбрала платье в мелкий цветочек, на волосах заколки в виде ласточек.

За стеной ссорятся сёстры Жаклин и Луиз.

- Ты не будешь выглядить, как я. Надень, что-нибудь другое, - настойчиво требует Жаклин.

- Мы должны быть одинаковыми, малыш, - парирует Луиз.

Когда все собрались, дядя держит цветы, а я сладкий торт.

Нам открывает женщина, одетая в рубашку с джинсами, приветливо нас встречая.

Стол полон самой разнообразной еды: фрукты, салаты, первое и второе, лимонады.

В кухню выходит парень, наверное, моего возраста или чуть старше.

- Этой мой сын, Сэм. Он не очень-то и разговорчив, - объясняет соседка Роза Терен.

На это Сэм только закатывает глаза, скрещивая руки.

- Мисс Терен, я могу выйти в уборную? – спрашиваю у хозяйки дома.

- Моя милая, называй меня Роза. Конечно, сын тебе покажет, - произносит она с улыбкой.

Мы идём молча. На втором этаже моё внимание приковывается к двери: она выкрашена в бирюзовый цвет, картинки из книг и фотографии писателей приклеены скотчем, надпись гласит: «Вход для избранных».

- Чего ты смотришь, кудрявая? – холодно спрашивает Сэм.

Какой грубый тон. Я ведь ничего ему не сделала плохого.

- Меня зовут Эмили. Эмили Руш. Что это за комната? – с любопытством спрашиваю я.

Его голубые глаза смотрят на меня с удивлением.

- Моя. Тебе ведь надо было в ванную?

- Покажешь эту комнату? – милостиво улыбаюсь ему.

Он молчит, а затем произносит.

- Кто автор «Зелёной мили»? – спрашивает он.

- Стивен Кинг. Лёгкий вопрос.

5

Это комната – рай для книголюбов. Честно говоря, она больше похожа на библиотеку, но там есть диван и много комнатных растений.

- У тебя на правой руке татуировка? – произносит вопрос Сэм.

На руке набито число «69», но это не тату. Она появилась сразу после комы. Мне захотелось рассказать обо всём ему. Он на моё удивление, внимательно слушал каждое слово.

- Мой отец много выпивал, а потом умер от инсульта, - безразлично рассказывает Сэм.

После ужина дядя Дэн приглашает семью Терен к нам в гости.

Этот день выдаётся очень хлопотливым. Двойняшки, Роузи и я готовим блюда, Майк, Фредди и дядя оформляют стол во дворе.

Они пришла к нам в пол шестого с подарками для нас всех. 8-летнему Майку и 9-летнему Фредди подарили по игрушечной машине, 12-летней Роузи плюшевого зайца, двойняшкам Жаклин и Луиз по набору за волосами, а мне кулон в виде единорога.

Едим фруктовый салат. Как тут меня зовёт Сэм.

Он введёт меня в гостиную.

- Эмили, это тебе,- скромно проговорил он, доставая из чёрного рюкзака что-то.

- Это лучший подарок, Сэм!

Это книги о «Гарри Поттере». Неосознанно обнимаю его, но потом отстраняюсь.

- Прости, я…- начинаю я.

- Всё нормально. Как ты говоришь, зовут твоего дядю?

- Дэн Нейтон Ронд.

Сэм смотрит куда-то с явным удивлением.

- Эми, ты не знаешь, что он психически болен, совершал много жертв. Он убил свою жену, - убедительно говорит мой новый приятель.

- Чего? Ты говоришь ерунду. Его жена умерла от авиакатастрофы. Он хороший человек, - защищая опекуна.

Чтобы доказать свои слова, мы с ним проникаем в его комнату. Естественно, мы ничего не нашли.

- Эми, я нашёл, - победоносно щебетит Сэм.

Старая газета валяется на дне сундука.

«Дэн Нейтон Ронд, более известен, как «Кровавый дядя», является психически больным пациентом. В 1986 году Ронд сбежал с психической больницы. Известно, что жена умерла от его рук: он насиловал её несколько часов, затем убил садовым топором, - всё это сделано из-за ревности. С 1998 года Дэн Ронд становился опекуном детей из детского дома, затем расправлялся с ними забавы ради. Полиция не выявили его местонахождение. Дело о психическом больном человеке является, не завершённым и по сей день».

25 марта 1999 год.

6

- Да, это все, правда, Эмили. Ты никому не расскажешь об этом. Знаешь почему? Потому что скоро ты отправишься к своему папе. Как его звали Денри? Ренри? Ленли? – Дэн Ронд достаёт кухонный нож.

Я начинаю кричать. Сэм врывает в кухню и нервно произносит:

- Эмили, ты банши. Знак на твоей руке после комы. Твой крик может убить.

Дэн усмехается.

- Так, так, так. Придётся убить и тебя, засранец.

- Эмили, кричи! Давай же!

Я кричала, как никогда. Окна полопались. Дядя Дэн взорвался, как воздушный шар, когда его уколоть иголкой. Всё забрызгало кровью.

Сэм упал, закрыв уши руками.

Я подхожу к нему.

- Сэм. Сэм, так не должно быть, не умирай. Что я могу сделать? – пищу я.

- Эмили, я…

Его глаза закрываются.

7

Я не могу потерять и его.

Как вдруг его глаза открываются.

- Ты можешь для меня кое-что сделать. Поцелуй меня, это всё что я хочу, - просит Сэм.

Слиянье губ тринадцатилетних подростков и море крови в кухне.

- Как? Как ты смог выжить? – спрашиваю я с огромной радостью.

- Любовь творит чудеса…

Мы с Сэмом выходим во двор. Его голубые глаза, смотря на меня уверенно.

- Готов, Сэм? – спрашиваю я.

Он затыкает уши специальной затычкой, и я кричу.

Дом Дэна Нейтона Ронда разрушился полностью. Призрак жены Дэна, детей, даже тех, кто был со мной рядом: двойняшки Жаклин и Луиз, 8-летний Майк, 9-летний Фредди, 12-летняя Роузи, - все они освободились и теперь свободны. Теперь я и Сэм видим призраков.

Полиция наградила нас орденами, а дело о «Кровавом дядя» закрыто навсегда.

-1
1254
10:44
от создателей сериала «Коматозники» (вторая коматозница в группе)
сходу запутался в именах и фамилиях как в паутине
Перед сном мой папа заходит ко мне в комнату, чтобы почитать книгу мне. мой/мне/мне
отец Генри Руш так это героиня так о родителях? через некоторое время заходит мать Хенли Нетон я думал о родителях друзей
настольную лампу на моём столе
12-летия числительные в тексте
ушла к своему любовнику. могла уйти к чужому?
родной родственник eyes
бархатное платье цвета марсала что за цвет такой?
произнесла:

— Ну, что, твой папаша-лузер, не даёт тебе денег на конфетки с изображением Мики-Мауса? – язвительно сказала она.
тавтология
вообще, много лишних местоимений
У тебя на правой руке татуировка? – произносит вопрос Сэм. как можно произнести вопрос?
8-летнему Майку и 9-летнему Фредди подарили по игрушечной машине, 12-летней числительные в тексте
совершал много жертв это как будет по русски?
победоносно щебетит Сэм что такое «щебетит»?
сбежал с психической больницы с? психической? там репортеры еще неграмотнее наших?
убил садовым топором что такое садовый топор?
а дело о «Кровавом дядя» дядЯ?
малограмотный нелогичный текст, совершенно лишенный смысла

16:47
что за цвет такой?
16:52
Хм… Я бы сказал, что это красный. Темно-красный.
слева мулатка, в центре белая, правая — помесь какая-то
16:54
16:58
Вот все вы мужики такие!
17:29
Да-да ))
17:29
Настоящие ))
варианта в бикини нет?
16:44
В этом произведение есть фантастические допущение, такие как существование банши. Однако его влияния на героев или сюжет, ровным счётом нулевое.
Оценка могла бы оказаться выше, будь это конкурс рассказов, а не фантастики
Загрузка...
Arbiter Gaius №1