Ирис Ленская №1

Туманный мост

Туманный мост
Работа №237. Дисквалификация за отсутствие голосования

В предрассветных снах деревьев.

В невесомости гор.

В тайнах, нашёптанных травой.

В памяти её сердца…

Где-то на краю света течёт туманная река.

Река, что соткана из облаков. Река, в которой таятся воспоминания. Река, чьи воды вбирают в себя время.

Тишина и туман — вот её спутники.

Изредка раздастся шорох шагов, мелькнёт силуэт оленя, зашумят старые ивы, и вновь всё тонет в тумане, и над водой воцаряется безмолвие.

Однажды усталый путник присел на берегу той реки, не зная, куда направиться дальше. Он уловил смутный звук, движение и поднялся ему навстречу.

Перед ним стояла древняя старуха. На ней был плащ с капюшоном, из-под которого торчали седые пряди волос. Бесцветные глаза смотрели сквозь него. Старуха пошевелила губами, и голос её был так слаб, что путник едва расслышал слова.

— Что ты забыл здесь, юноша?

— Я сбился с пути. Знаете ли вы, как выйти на дорогу?

Шелест сгорбленных ив был ему ответом. Старуха же замерла в безмолвии, как насекомое в застывшей смоле.

Юноша поднял с земли свою дорожную сумку, но тут незнакомка вздрогнула и, повернувшись, стала спускаться к реке. Было ли это немое приглашение идти за ней? Как бы там ни было, но что-то заставило юношу последовать за старухой.

Пока они спускались к воде, было очень тихо. Ни одна птица не выдала своего присутствия, ни одна ветка не качнулась в ответ на его прикосновение, под ногами не треснул ни один сучок.

Юноше стало казаться, что он просто придумал старуху, настолько её плащ сливался с туманом, настолько бесшумными были шаги.

Наконец они подошли к самой кромке воды, и путник различил очертания лодки. Она показалась ему призраком, миражом.

Старуха вошла в лодку и взяла весло. Юноша больше не видел её лица, лишь ладонь, зовущую к себе.

Он сел, и лодка отчалила от берега. Сгорбленный силуэт старухи едва угадывался за занавесью из тумана. Путник смотрел, как она взмахивает веслом, и ему больше не хотелось что-либо искать. Он забыл, откуда и куда шёл.

Лодка всё плыла и плыла, и так же тихо было вокруг.

Вдруг юноше почудилась какая-то перемена. Туман стал реже, и чётче виднелась фигура старухи, и ярче сиял серебром её плащ, но — что же это? Куда исчез её горб? Кто занял её место?

Лодкой правила теперь другая женщина: с высоким тонким станом. В каждом её движении чувствовалась сила.

Лодка причалила. Незнакомка сняла капюшон. Тёмные густые волосы рассыпались по её плечам, а лицо сияло юной красотой. Она поиграла одним из локонов, рассмеялась, но тут же стала серьёзной. Взглянув юноше в глаза, она протянула ему руку.

— Я помогу тебе встать, — услышал он её звонкий голос.

Он помотал головой и попытался подняться, но не смог. Непосильная тяжесть приковала его к месту. Он с трудом поднял руку и вскрикнул, увидев ладонь старика.

— Что со мной? Это сон? — голос его звучал хрипло и бесцветно.

— Теперь твой черёд править лодкой, — сказала девушка. — А я получила долгожданную свободу.

— О чём ты говоришь?

— Много лет назад старый перевозчик помог мне перебраться через реку так же, как я тебе, а взамен он получил мою молодость. Он оставил мне свой плащ, и с тех пор я влачила жалкое существование меж двух берегов туманной реки. Его прощальные слова так долго звучали в моей голове, что я никогда их не забуду. «Перевези одного единственного пассажира, и ты получишь свободу», — сказал он. Я повторяла это и днём, и ночью, и вот судьба смилостивилась надо мной и послала мне тебя.

Она с сожалением посмотрела на несчастного юношу, ставшего теперь стариком.

— Мне правда жаль, что моим пассажиром оказался именно ты…

— Ты заманила меня в ловушку! — прохрипел он.

По её щеке покатилась слезинка, и гнев путника остыл, сменившись отчаяньем.

— Скажи, что мне теперь делать? — взмолился он.

Она протянула ему плащ.

— Надень его. Тебе остаётся только одно. Жди путника, который вернёт тебе твою молодость.

— Но это нечестно! Ведь мне придётся обмануть его так же, как ты обманула меня!

— Другого выхода нет, если ты снова хочешь стать собой.

Старик бессильно опустил веки. Он знал, что никогда не поступит так низко.

— Уходи.

Девушка выбралась из лодки и стала взбираться вверх по крутому берегу реки. Её фигура почти исчезла в тумане, как вдруг она остановилась.

— Я вновь обманула тебя.

Старик открыл глаза.

— Другой выход есть.

В глазах путника вспыхнул огонёк надежды.

— Говорят, что где-то есть висячий мост, ведущий на ту сторону реки. Пройди по нему и станешь прежним.

— Где же этот мост? И почему ты не воспользовалась им?

— Никто не знает, существует ли он на самом деле. Возможно, это просто красивая легенда.

Сказав это, она исчезла, оставив старика одного.

Несколько дней он провёл в забытьи.

Он забирался в лодку и, закутавшись в плащ, подолгу сидел в ней. Он глядел на воду, и ему чудилось, что он бредёт вдоль реки и видит перед собой мост, тот самый, о котором говорила ему девушка. Но тут он вздрагивал и просыпался.

Туман, непроглядный, вековечный, окружал его. Туман забирался внутрь его существа. Туман лишал его памяти. Он уже не помнил, кем был до того, как переплыл реку.

Ему стало казаться, что весь он соткан из тумана и не имеет больше тела. Но один взгляд на руки, бугристые, морщинистые руки старика, возвращал его в действительность.

Однажды утром он услышал шёпот ив.

— Путник… путник… — шелестели они.

Старик встрепенулся. Прислушался. Кажется, и правда кто-то шёл по берегу в тумане. Волнение, надежда, тоска колыхнулись в его душе, но он подавил все чувства и затаился, ибо помнил, какую цену заплатил сам.

— Ни за что не поступлю так же! — сжав кулаки, шептал он. Шаги становились тише и постепенно утонули в тумане.

— Глупец! — прошелестели ивы. — Это был твой шанс!

Что-то похожее на сожаление кольнуло сердце старика. Столько времени он был один и совсем истосковался по человеческой речи. Нужно было окликнуть этого путника!

Но он знал, что не справится с соблазном. Он должен прятаться от людей. Иначе кто-то из них попросит отвезти его на другой берег, и он не сможет отказать.

Время шло или стояло на месте — кто знает? В тумане всё кажется иным. И вот однажды во сне старик услышал беззвучную поступь смерти.

Он думал, что покорно примет её, но непрожитая жизнь затрепетала в его дряхлом теле. Сердце пылало и жаждало одного: жить! жить!

Он больше не мог выносить этой пытки, и в следующий раз, когда где-то в тумане раздались шаги, он заглушил голос совести и поднялся навстречу путнику.

— Он что-то ищет, — прошептал старик.

— Твою лодку, — сказали ивы. — Ему нужно на другой берег.

Путник был невысокого роста и шёл осторожно, словно босиком по камням. В тревожном ожидании старик пытался рассмотреть лицо незнакомца, но туман как будто специально прятал его.

Наконец туман уступил, как уступает на рассвете первым солнечным лучам.

Она и была как солнце, эта девушка, что приближалась сейчас к жалкому старику, смотрящему на неё во все глаза.

— Кто вы? И что ищете здесь? — сорвалось с его губ помимо воли. Голос звучал глухо. Расслышала ли она его?

Девушка остановилась, но не ответила. Казалось, она пыталась разглядеть что-то за спиной старика.

— Вы перевозчик, да? Это ваша лодка? Мне нужно на тот берег. Я заплачу вам.

«Только не она», — подумал он, но ответить не успел.

Она уже миновала его, направляясь к лодке.

— Постойте! — обернулся он. — Я не смогу перевезти вас ни за какое золото мира. Я слишком стар и немощен.

Она взглянула на него с мольбой.

— Пожалуйста! Мне очень нужно попасть туда.

Старик понял, что она не отступится.

Он отпустит весло, когда они отчалят, решил он. Но всё оказалось не так просто.

Лодкой сразу же завладела река. Словно за невидимую нить, река медленно тянула её к противоположному берегу.

Над поверхностью воды царило безмолвие. Безмолвие забилось в складки их одежды, сковало их движения, заставило судорожно сжаться в ожидании.

Безмолвие и туман сплелись воедино.

Девушка дремала. Старик же с тоской и тревогой вглядывался в её лицо, которое старело прямо на глазах. Волосы начали белеть, кожа поменяла оттенок, по всему телу побежали незаметные реки-морщинки. Старость искусно выполняла свою работу.

Когда лодка ударилась о берег, юноша не сразу осознал, что его тело стало прежним. Он долго не шевелился, глядя на ту, что ещё недавно была юной.

— Беги отсюда, — сказали ивы. — Теперь ты снова молод. Все дороги открыты перед тобой.

— Я не могу покинуть её, — покачал головой юноша.

— Беги, глупец! — зашипели ивы. — Случилось так, как должно было быть.

— А что, если повернуть лодку вспять?

— Перевозчица теперь она. Ты не можешь больше управлять лодкой.

— Тогда я подожду, когда она проснётся, и попрошу её перевезти меня обратно.

— Ничего не выйдет. Река не позволит обмануть себя.

Юноша в отчаянье схватил весло и забросил его подальше от берега.

— Должен же быть какой-то выход!

И тут в его памяти всплыли слова той, что обрела молодость за его счёт:

«Пройди по мосту, и станешь прежним».

Теперь он знал, что делать.

— Я отыщу мост и верну ей молодость.

Он поднял на руки спящую старушку и исчез в тумане.

Ивы тревожно шелестели ему вслед.

***

В тумане у реки бродят олени. Их кружевные рога похожи на ветви деревьев, их дыхание оседает капельками на коре и застывает, превращаясь в смолу. Их силуэты легки, как тюль, изменчивы, как облака. Олени знают, где начинается Вселенная и где кончается ночь. Они бродят по краешку света, по тоненькой каемке, за которой лишь бездонная тайна.

***

Он шёл, вслепую, наугад. Юноша знал одно: он не должен останавливаться. Туман клубился, сгущался и редел, но никогда не позволял увидеть то, что ждёт впереди.

Он не сразу заметил, что над ним нависла огромная тень. Она непрерывно двигалась, и что-то поблёскивало в тумане, словно звёзды во мгле.

Юноша замер.

— Не бойся меня, путник, — услышал он хриплый голос. — Иди своей дорогой.

Он сделал ещё несколько шагов, и из тумана показалась гигантская паучиха. Несмотря на её внушительный размер, у неё было крошечное сморщенное личико с большими влажными глазами. В каждой лапе паучиха держала по спице. Спицы двигались без остановки, и во все стороны от них тянулись тонкие серебряные нити.

— Я ищу мост, — сказал юноша.

— Туманный мост? Я его страж, — не отрываясь от работы, ответила паучиха.

— Это правда, что если пройти по нему, вновь обретёшь молодость?

— Правда, только не пойму, зачем это тебе?

— Это нужно не мне, а ей.

Не прекращая работы, паучиха бросила быстрый взгляд на юношу.

— Старушку-то я и не приметила. Вот только как она пройдёт по мосту? Слишком уж дряхлая.

— Я перенесу её.

Проворные лапки на мгновение замерли в воздухе.

— Ты? Нет, тебе нельзя туда. Ты слишком молод. Тебя настигнет забвение.

— Забвение? Что это значит?

— С каждым твоим шагом её и тебя будет покидать одно из ваших воспоминаний. У стариков их много, они прощаются лишь с частью и вновь становятся молодыми. Ты же потеряешь все и просто исчезнешь.

Юноша почувствовал страх. Тот самый, что заставил его выйти навстречу девушке в обличье старика. Но он переборол его.

— Я всё равно это сделаю. Я должен помочь ей.

— Ценой собственной жизни?

Юноша кивнул и направился к мосту.

— Надеюсь, ты хорошо всё обдумал, — сказала паучиха, тая в тумане.

Вскоре юноша понял, чем занималась паучиха. Мост был сплетён из тех самых мерцающих нитей. Он выглядел хрупким и невесомым, как будто был лишь сгустком тумана.

Когда юноша ступил на мост, одна из нитей оборвалась. Два белых оленя мелькнули и исчезли в молочной мгле.

— Это наши воспоминания, — догадался юноша.

Он сделал шаг. Лопнула следующая нить, и снова два оленя вспыхнули белыми искорками и тут же пропали.

С каждым его шагом обрывалась ещё одна нить.

С каждым его шагом у них оставалось на одно воспоминание меньше.

И чем дальше он шёл, тем моложе она становилась.

Наконец он прошёл мост до конца.

Остался один, последний шаг.

Юноша взглянул в лицо девушки. Морщины её разгладились, щёки снова обрели былой румянец, волосы будто позолотило солнцем.

Он долго смотрел на неё.

Потом сделал глубокий вдох. Один лишь шаг, и он исчезнет навеки. Лопнет ещё одна нить-воспоминание, проворные олени метнутся в туман.

Ноги не слушались, но он заставил их ступить на землю.

Опустив девушку на влажную траву, он провёл рукой по её волосам.

Удивительная лёгкость бабочкой затрепетала в его сердце.

Девушка открыла глаза.

Он хотел остаться с ней ещё на миг, но тело его уже наполнялось туманом…

***

Я исчез.

Стал туманом. Воспоминанием. Неуловимым вчера.

Но… я всё-таки живу.

В предрассветных снах деревьев.

В невесомости гор.

В тайнах, нашёптанных травой.

В памяти её сердца.

+1
384
17:54
У произведения есть две части. Первая о том, как герой стал стариком. Вторая о том, как он пытался стать молодым, никому не навредив. Поскольку о прошлом героя мы и так ничего и не узнаем, то произведение ничего бы не потеряло, если бы началось со второй части.
19:42
Мне кажется, что вы не правы. В первой части он узнаёт про мост, про то, что можно перевезти путника и обменяться с ним возрастом. Если бы изначально он описывался стариком, пытающимся стать молодым, это была бы совсем другая история. Здесь же он пытается вернуть то, что потерял. При этом заканчивает замкнутый круг с новым путником, попадающим в плен после переправы через реку.
20:30
Позволю с вами не согласиться. В произведении нет предыстории. Мы не знаем кем был главный герой до того как оказался перед рекой. Так же мы бы и не знали кем был герой перед тем как оказаться перевозчиком. Мы не знаем зачем герой пришёл и каким образом появилось желание попасть на другую сторону реки. Так же мы бы не знали этого и начнись произведение со второй части.
Мы не знали о том, что путник меняется возрастом с провожатым, пока это не случилось впервые в произведении. И не имеет значение это был юноша и старуха, или это будет старик и молодая девушка. Более того, во второй половине произведения у героя есть такая мысль.
Старик встрепенулся. Прислушался. Кажется, и правда кто-то шёл по берегу в тумане. Волнение, надежда, тоска колыхнулись в его душе, но он подавил все чувства и затаился, ибо помнил, какую цену заплатил сам.

Это часть, вкупе с изменениями в девушке при пересечении реки в полной мере покроют сюжетные события первой части.
Вы не согласны?
20:51
+1
Хотя да, тут вы правы.
В первой части, разве что, представлен образ эгоистичного человека, а во второй готового пожертвовать собой, чтобы разорвать замкнутый круг.
С учётом того, что первая часть довольно коротка, в сравнении со второй, думаю она не привносит много «воды» в произведение.
19:22
Однажды усталый путник присел на берегу той реки
уже традиционно куча лишних местоимений
Перед ним стояла древняя старуха. На ней был плащ с капюшоном, из-под которого торчали седые пряди волос. почему не написать по русски: Перед ним стояла древняя старуха в плаще с капюшоном, из-под которого торчали седые пряди волос.
Перед ним стояла древняя старуха. На ней был плащ с капюшоном, из-под которого торчали седые пряди волос. Бесцветные глаза смотрели сквозь него. сквозь него — это сквозь капюшон
Ни одна птица не выдала своего присутствия может их там не было?
Куда исчез её горб? Кто занял её место? его? горба?
Тёмные густые волосы рассыпались по её плечам
услышал он её за такие конструкции надо бить
онозмы вступают в острую стадию
а где логика? старость наступает при переправе на этот берег с того. так? при переходе по подвесному мосту — процесс обратный (без передачи от пассажира). кто мешает переплыть на ту сторону одному?
кружевные рога?
паучиха бросила быстрый взгляд на юношу пауки практически слепы
У стариков их много откуда? там идет обмена возрастом, а не воспоминаниями
навстречу девушке в обличье старика. crazyкакие жуткие девушки там бродят. во что повышение пенсионного возраста с авторами делает
тая в тумане правильно не тая, а тайка crazy
средненькая такая притча, не несущая ничего нового
раздуто слишком
опять неясная мотивация: поступки героев никак не вытекают из предыдущего
Оценки читательской аудитории клуба “Пощады не будет”

Трэш – 2
Угар – 0
Юмор – 0
Внезапные повороты – 1
Ересь – 3
Тлен – 3
Безысходность – 5
Розовые сопли – 1
Информативность – 0
Фантастичность – -256 (наинизшая оценка по пятибалльной шкале)
Коты – 0 шт
Олени – 1 стадо
Пауки – 1 шт
Соотношение потенциальных/реализованных оргий – 2/0
Скорость речного старения – 2 г/м

Автор, у меня для тебя плохие новости. Когда я вчера пытался распечатать твой шедевр, мой принтер загорелся, запахло серой и из лотка для бумаги вылез маленький чертёнок. Передал тебе привет и сказал, что в литературном аду за убийство главного героя без причины писателей кидают в чан с книжными червями. Я пробежался глазами по горящим страницам. Действительно, убийство с особым цинизмом имеет место быть. Ну чтож, будем раскрывать.

С самых первый строчек о травах, шепчущих тайны, стало понятно, что перед нами жёсткая сказка для взрослых. Сказка, это отягчающее обстоятельство. Если в фэнтези и жанре глубокой фантастики можно творить любую дичь, то в сказке можно творить ВООБЩЕ ЛЮБУЮ ЕРЕСЬ. Говорящие пауки, шепчущие ивы, реки времён, бегающие по краю света олени с кружевными рогами, полное отсутствие мотивации персонажей. И отсутствие смысла.

“Юноша в отчаянье схватил весло и забросил его подальше от берега.
— Должен же быть какой-то выход!
И тут в его памяти всплыли слова той, что обрела молодость за его счёт:
«Пройди по мосту, и станешь прежним».”

“— Старушку-то я и не приметила. Вот только как она пройдёт по мосту? Слишком уж дряхлая.
— Я перенесу её.”


“Он сделал шаг. Лопнула следующая нить, и снова два оленя вспыхнули белыми искорками и тут же пропали.
С каждым его шагом обрывалась ещё одна нить.
С каждым его шагом у них оставалось на одно воспоминание меньше.
И чем дальше он шёл, тем моложе она становилась.”


Какой тогда смысл в мосте, если старики не могут через него перейти, а молодые перейдя умирают? К чему такая жестокость? Почему первая старуха нашла силы встретить юношу на берегу, он сам будучи стариком, также вышел на встречу второй девушке, а вот она настолько одряхлела, что гусиным шагом по мосту пройти не сможет? Чем она отличается от остальных попавших в ловушку реки? Если она такая немощная, как бы она смогла уговорить следующего путника перебраться?

Хорошо, она совсем в труху. Но что мешало парню донести её, скажем, до середины моста, когда она достаточно помолодеет чтобы идти самостоятельно, а самому вернуться назад. Паучиха про такой ход никаких правил не устанавливала. Так бы и девушка омолодилась, и парень был бы жив. Ведь в том, что он умер, никакого смысла нет, а так бы проявил смекалку.

“Проворные лапки на мгновение замерли в воздухе.
— Ты? Нет, тебе нельзя туда. Ты слишком молод. Тебя настигнет забвение.
— Забвение? Что это значит?
— С каждым твоим шагом её и тебя будет покидать одно из ваших воспоминаний. У стариков их много, они прощаются лишь с частью и вновь становятся молодыми. Ты же потеряешь все и просто исчезнешь.”


Воспоминания и возраст не одно и тоже. И у постаревшей девушки, и у юноши в силу биологического возраста воспоминаний примерно одинаковое количество, так что к концу моста они бы оба потеряли все воспоминания и исчезли.

Хочешь ещё прикол? Например, один старик наткнулся на этот мост, перешёл его и стал молодым. А потом состарился и перешёл его обратно, вот тебе и бессмертие. А если он ещё и куче народу расскажет, через пару дней паучиха охренеет мосты навязывать.

“Девушка остановилась, но не ответила. Казалось, она пыталась разглядеть что-то за спиной старика.
— Вы перевозчик, да? Это ваша лодка? Мне нужно на тот берег. Я заплачу вам.”


Самое смешное, что дряхлый юноша переправил девушку по срочному делу на противоположный берег, а потом сам же оттащил её обратно. Перевозчика больше нет, мост перейти она не сможет. Дело накрылось.

Как рассказ, который к фантастике вообще отношения не имеет, оказался на конкурсе фантастики – загадка. За это ставлю заслуженный минус. Да и рассказ так себе, шляпа, но по этому поводу оправдываться будешь в литературном аду. Кстати, с тебя новый принтер.

Критика)
11:55
Мне понравилось. Понравилось послевкусие. Вот удалось автору передать атмосферу. А остальным в данном случае, считаю, можно пренебречь и просто отдать корректору )
Загрузка...
Валентина Савенко №1