Эрато Нуар №2

Всё, что мы делаем - это Счёт

Всё, что мы делаем - это Счёт
Работа №632

Последняя атакующая волна захлебнулась на подходе. Генерал сконцентрировал огонь на дальнобойных тяжах второй линии, позволив средним танкам продавить оборону в нескольких местах. Затем он бросил все силы на вражескую артиллерию, а прорвавшимися СТ вплотную занялись подоспевшие с запасного аэродрома штурмовики. Лишившись поддержки «средние» расползлись по периметру, вспыхивая один за одним то от попадания авиабомбы, то от вкопанной мины. Последнего Генерал добил сам, вкатив ему бронебойный прямо под башню.

После шести дней контрнаступления плацдарм всё ещё был за ним и его дивизией.

Счастливый, чумазый, сияя белозубой улыбкой, он высунулся из люка полюбоваться, как в небе распускаются белые парашютные бутоны прибывающего пополнения. Помахав уходящему звену штурмовиков, Генерал полной грудью вдохнул пьянящий воздух победы. Она привычно пахла орудийной гарью, соляркой и солдатской простотой.

— Пора бы домой, — мечтательно произнёс Генерал.

Результат боя замельтешил перед его глазами четырёхразрядным счётчиком, а затем плавно перетёк в общий гражданский счёт, придавая триумфу новую глубину – несмотря на потери в технике, эта неделя сложилась для него в приличном плюсе.

Перед пробуждением Генерал сменил эмо-фон с «Боевая молодость» на «Сентиментальное величие». Ему нравилось воспринимать настоящность именно под таким углом. Электромагнитные излучатели индивидуальной капсулы вбросили в мозг каскад импульсов, запустив необходимые нейроструктуры. Белизна начала густеть, делая мир мягче и плавней.

— Тёма. Тёмочка, просыпайся родной, — сквозь цветные всполохи перенастраивающейся сетчатки Генерала отыскал родной голос Мио. Затем она нежно обхватила его лицо детскими ладошками так, что пальцы коснулись ушей, и стала массировать кожу под глазами, чтобы кровь быстрее прилила в отвыкшему от активности лицу. – Давай, мой старичок, оживай.

От вброшенных в кровь «сентиментальных» нейромедиаторов по телу растекалась умиротворённая нега, а в голове устанавливалась созерцательная ясность.

— Как ты? – хрипнул он отвыкшим голосом.

Ответа не последовало.

Генерал открыл глаза и встретился с внимательной мордашкой двенадцатилетки. Мио пыталась угадать его сегодняшний эмо-фон. Он запрещал ей снимать информацию с капсулы, поэтому каждый раз, возвращаясь из дивизии, они играли в такую угадайку.

Ей было важно, какой он. Всегда.

Кроткая улыбка благодарности коснулась лица Генерала. Мио почувствовала её ладонями и смущённо улыбнулась в ответ.

— Живу.

Девочка помогла ему перебраться из капсулы в кресло, свозила в душ, обмыла, а затем выкатила на террасу обсыхать, вложив в руки тюбик реген-коктейля с длинной соломинкой. На этой долготе уже стояла ночь, и глубина звёздного неба идеально сплеталась с плавным настроением старика.

Резиденция Генерала находилась в одной из крепостных башен Новой Великой Стены, тянувшейся на этом участке вдоль Амура. Несмелая дальневосточная прохлада приятно сушила медленно воскресающее тело. Где-то вдали на речном изгибе мерцал безлюдными огнями Хаб Аровск.

Недоступный город и ночные звёзды напомнили о сыне. Пару дней назад, когда танки Генерала форсировали Алтайский рубеж, ему прилетел внушительный реферальный платёж от гражданской системы за отцовство – сын Филипп в оффлайне совершил что-то очень значительное для всего общества в целом.

— Как он? – спросил Генерал.

— Ещё там, — тихо ответила Мио.

Она стала возиться с его одеждой, слишком придирчиво оценивая швы. Генерал знал, девчонка всё ещё злится на Филиппа, что тот отослал её из оживлённых орбитальных лабораторий жить на поверхность к старику. Но и беспокоится тоже. Гораздо больше, чем злится.

Наступал любимый Генералом час предрассветного созерцания космической бесконечности.

Переодев «Тёмочку» в сухое-чистое, Мио осторожно пристроилась рядом, положив ему голову на грудь. Тёплое ухо ребёнка слушало сердце старика, радуясь близости родного внимания. И сейчас ей не было дела до космических перспектив.

— Пригрел на груди змею, — хихикнула Мио, когда небо стало светлеть подходящим вплотную утром.

— Что?

— Выражение такое в древнем тексте. Только непонятно: там это в плохом смысле было, но пригреть кого-то на груди – это же хорошо.

— Змеи кусаются.

— Так?

Мио куснула Генерала в плечо, тут же вскочила и захлёбываясь от хохота убежала прятаться. Она явно придумала эту шутку заранее и выжидала удобный момент. Похоже на этом время созерцаний закончилось, понял Генерал. Он встал и потянулся, разгоняя по венам то бодрящее и омоложивающее, что успело произвести его тело за это время.

Мио напала на него прямо у выхода на террасу, прыгнув на спину и попытавшись провести локтевой захват. Генерал резким рывком перекинул её лёгкое тельце вперёд, но перевести в ответный захват не успел – Мио скользнула вниз и через кувырок ушла в сторону. Понимая, что главное её преимущество скорость, она тут же ринулась в новую атаку. Генерал успел увернуться от летящей в челюсть пятки, отбил удар в пах и подсёк ей опорную ногу, уходя от удара с разворота по рёбрам. Падая, Мио опять сделала перекат и вновь оказалась за спиной Генерала. На это раз локтевой захват на шее старика сомкнулся. Но… ни к чему не привёл. Генерал не стал сопротивляться, спокойно прошёл через комнату и сел в кресло.

— Сдаёшься? — спросил он, устраиваясь поудобнее.

— А что мне за это будет? – прокряхтела сзади Мио.

— А что хочешь?

— Желание.

— Договорились.

Мио деловито выкарабкалась из тисков между креслом и спиной Генерала.

— Кстати, тебе повестка, — бросила она на ходу и скрылась в соседней комнате.

Генерал без особого интереса развернул перед собой голографический интерфейс. Если это что-то срочное, сообщение достало бы его и в игре. «Повесткой» оказалось стандартное уведомление, сгенерированное гражданской системой – ему предлагалось набрать две тысячи баллов социального участия для сохранения текущего статуса.

Он перешёл по ссылке к списку квест-ордеров, за которые положены социальные баллы. Большая часть была помечена как «Технологическое наследие». В них участники обучались чему-то, что умели древние люди и что теперь рисковало кануть в забвение за ненадобностью. Ловля рыбы крючками на леске, изготовление фарфора, заполнение бумажных накладных, разный спорт – за всё это начислялись баллы социального участия в зависимости от сложности приобретаемых навыков. На одном из таких курсов в своё время Генерала научили управлять гусеничным вездеходом, что в конце концов привело его в игровой мир танковых сражений.

Внимание сразу привлёк квест «Танкерное судовождение». И хотя при ближайшем рассмотрении в нём не оказалось ничего общего с полюбившимися ему бронемашинами, в целом всё выглядело увлекательно: портовая нефтеналивная логистика, трёхдневный морской переход, причальное маневрирование. Пять тысяч соцбаллов плюс повышающий коэффициент за выбор арктических широт.

— Я хочу с тобой. На социальный квест, — отвлекла его от раздумий Мио. – Вот моё желание!

Высокие чёрные ботфорты, тёмно-зелёный мундир, нелепая балаклава. И старинный мушкет выше собственного роста. С таким суматошным спутником три дня на одном судне посреди океана? Генерал конечно мог оставить её дома, несмотря на обещание, но… Она всегда так ждёт его. И уйти, опять бросив её одну в пустом доме?

Следовало поискать что-нибудь побыстрей и поприключенистей. Генерал отсеял обучающие квесты и сразу нашёл то, что надо.

— Пять минут на сборы. Вертушка уже в пути. Срочная миссия в землях позора, — скомандовал Генерал.

— Что, правда? Тёмочка!

— Отставить Тёмочку. Во время миссии ты должна обращаться ко мне Генерал.

— Так точно, Генерал!

— И переоденься в стандартную экипировку.

Пока Мио убежала к домашнему репликатору печатать себе новую форму, Генерал тоже решил подготовиться. Лезть обратно в капсулу, чтобы снять «возвышенную сентиментальность», не хотелось, поэтому он подошёл к кухонному комплексу, нашёл нужный шаблон и подставил глаз к раздаточному соплу. У прибора ушло полминуты, чтобы синтезировать нестандартные компоненты и впрыснуть их на сетчатку.

Мощно забилось сердце. Он почувствовал, как пружинящая волна прокатилась по телу, наполняя его бодротой и готовностью.

В прошлом Генерал провёл не одну сотню квестов в «землях позора», копя баллы на облачный чип для матери, и сегодняшнее задание было не в новинку. Как раз то, что нужно, чтобы развлечь Мио и не заморачиваться самому. В шкафу его по-прежнему ждали кастомизированные доспехи.

В «землях позора» жили простолюдины. Те, кто отвергал новую эру и пытался жить по древним устоям, вне рамок социальных квестов и гражданской системы. Там болели и умирали. Там убивали. И хотя растущий технологический разрыв делал гибель гражданина от рук простолюдинов маловероятной, опасность по-прежнему оставалась. Именно поэтому награда за эти квесты была так высока.

Уже когда они взлетели над городом, и в иллюминаторе мелькнуло русло Амура, Генерал решил проинструктировать Мио, чтобы та не наделала глупостей.

— Наш квест называется «Вознесение». Иногда кто-нибудь из простолюдинов решает покинуть дикие земли и присоединиться к гражданской системе. Ему надо прийти в точку сборки. Они устроены по всей их территории. Мы не имеем права выходить за границы точки сборки ни при каких обстоятельствах. После троекратного согласия дикарь становится гражданином, и мы обязаны доставить его к нам. Убивать простолюдинов строго запрещено. Применять нелетальное оружие и насилие только в случае самообороны. Это единственный тип квестов, где баллы могут не только начислять, но и снимать.

— Всё, что мы делаем, имеет счёт. Баллы за онлайн, баллы за оффлайн, — удивилась Мио, процитировав всем известную истину.

— Только не в землях позора. Со смертными всё по-другому.

Мио пожала плечами, легко согласившись с опытом Генерала.

— И мушкет оставишь здесь, — добавил он.

— Он не смертельный.

— Мио!

— Ну Генерал, ну пожалуйста. Он без пулек – там жижка-обездвижка, — Мио скорчила такую жалобную рожицу, что приказать ей по-настоящему никак не получилось.

— Без команды не стрелять, — оставил Генерал за собой последнее слово.

Вертолёт поднял их до ближайшей парящей над облаками платформы, где они пересели в зарезервированный транспорт. Реактивная крылатая капсула рванула к пункту назначения, вызвав у Мио приступ восторга от нарастающего ускорения. Алтайский рубеж они достигли за двадцать минут, покрыв больше четырёх тысяч километров и опять ворвавшись в тающую ночь.

Ещё одна причина для выбора этого квеста была в том, что Генералу хотелось в реале посмотреть на то место, где его виртуальная дивизия ведёт бои последние недели. Сверху картинка ничем не отличалась.

Транспорт не стал снижаться или сбавлять скорость, просто выплюнув их в индивидуальных посадочных коконах, и унёсся к ближайшей платформе.

Когда внизу стал различим круг «стоунхенджа», коконы стали гасить скорость падения, и в точку сборки они опустились довольно мягко. По периметру зажглись огни.

Генерал вспомнил ту дискуссию много лет назад, когда какой-то шутник обозначил границы точки сборки в виде огромных каменных глыб, как в знаменитом друидском капище. Кто-то увидел в этом глумление над простолюдинами, а кто-то неуместную мистификацию, противоречащую принципам познания, воплощаемым гражданской системой. В качестве довода «за» социо-инструкторы утверждали, что регресс в сообществах дикарей столь стремителен, что иначе, как через религиозные мемы, идею о присоединении те воспринять не смогут. Теперь все точки сборки в резервациях были оборудованы в виде ритуальных сооружений.

Сеть спутников круглосуточно следила за жизнью простолюдинов, предугадывая, когда кто-то из них решится прийти в точку сборки. Обычно здесь появлялись молодые преступники, спасающиеся от своих. Иногда приносили умирающих детей. Ещё приходили оставшиеся без родни и заботы злые старики, которым не хотелось долго существовать.

Судя по карте миссии, один абориген уже ждал у внешней стороны несколько минут. Это оказалась женщина. Молодая.

Генерал вовремя поймал за шкирку Мио, двинувшую знакомиться.

— Она должна войти сама.

Женщина опасливо выглянула из-за края каменной глыбы. Мио помахала ей в ответ. Потом уронила свой мушкет. Тот выстрелил комком синтетической слизи и попал в верхнюю плиту, свесившись оттуда бурыми соплями. Мио дёрнулась поднимать мушкет. Каска, оказавшаяся на несколько размеров больше головы, съехала ей на глаза, поэтому, поднявшись, она наощупь нашарила стоящего рядом Генерала и уцепилась за бедренную бронепластину его доспеха, боясь пошевелиться.

Генерал взял её ладошку в свою руку.

— Она не передумала? – шёпотом спросила Мио.

Но страх, гнавший женщину в точку сборки, был сильнее баек о небесных демонах, заставив её шагнуть в круг.

— Для присоединения к гражданской системе вы должны трижды произнести форму согласия.

— Я хотела бы узнать…

— Вам напомнить форму согласия?

— Я знаю, но я хотела бы узнать…

— Она тебя боится, — опять подала голос Мио.

Генерал изобразил жест покоя. Женщина в страхе отшатнулась и приготовилась убежать.

— Тёмочка, покажи ей лицо. Она увидит, какой ты красивый, и не захочет уходить.

— Мио!

— Ну Тёмочка, быстрее. Для их мира ты не старый. Ну пожалуйста, — задёргала его Мио за руку.

Чтобы успокоить ребёнка, Генералу ничего не оставалось, как поднять защитную пластину шлема. Женщина действительно успокоилось. Учитывая тщательно сбалансированный геном, Генерал определённо был красив в глазах простолюдинов. Но в первую очередь её успокоило то, что под бронёй оказался не демон. Или зомби, как в альтернативных мифах.

— Я смогу вернуться назад? Потом, — вновь начала расспросы женщина.

— В любое время.

— А вы можете просто защитить меня от него? Из долга гуманности?

— Марина!

Во внутренний круг ворвался ещё один простолюдин. Женщина метнулась к Генералу. Дикаря она боялась больше.

— Отпусти её, тварь!

Вообще-то о приближении второго человека Генерал знал с самого начала. Спутники пометили его, как только он направился из ближайшего поселения в точку сборки. На AR-карте в правом верхнем углу он обозначался как угроза второго класса. В основном из-за огнестрельного пистолета, который сжимал сейчас в руках. Именно поэтому, чтобы открыть пластину шлема, Генералу пришлось прокликать шесть разных предупреждений и согласий на летальную опасность, удвоив повышающий коэффициент за миссию. Но всё равно, когда дикарь ворвался в круг, пластина шлема захлопнулась автоматически.

— Для присоединения к гражданской системе вы должны трижды произнести форму согласия, — повторил стандартное положение Генерал.

Заполучить сразу двоих за один вылет было бы потрясающе, но дело явно шло не к этому.

— Я сказал, отпусти её! – зарычал простолюдин, целясь в Генерала.

— Мяс-в-мяс! Простолюдин хочет мяс-в-мяс! Генерал, — Мио затрясла его руку, — он хочет мяс-в-мяс!

— Со мной? – удивился Генерал.

— Нет, с ней! – Мио указала на женщину, затем ещё раз внимательно посмотрела на простолюдина и добавила в восторге: — И со мной! Он титькотрах!

Невольное сочувствие к чужой несвободе шевельнулось в душе Генерала. Он вспомнил первое посещение П-хаба и свой первый мяс-в-мяс. Даже чтобы приступить к начальным миссиям, требовалась серьёзная гормональная перестройка. Он помнил то бессильное чувство утопающего, когда его восприятие заволокли непонятные тягучие желания чего-то несбыточного, от чего хотелось поскорей избавиться. Бескрайний мир моментально сузился до пространства комнаты, в которую он зашёл тогда с другими людьми. Потом до слепого пространства ощущений. Потом до невыносимости удовольствия. От судороги к судороге и тяжёлому забытью. Лишь бы избавиться. Избавиться во что-нибудь. Во что-нибудь. Ритмично и во что-нибудь. В чью-нибудь плоть. Мяс-в-мяс. Мяс-в-мяс! Мяс-в-мяс!!!

Пройдя пару начальных миссий П-хаба, Генерал сдался. Он вдруг понял, что несколько минут назад здесь, среди пота и слизи, был совсем не он. Здесь танцевали свой танец банальные молекулы тестостерона, адреналина и чего-то ещё, чем сочилось сейчас его тело. Эти молекулы общались здесь с другими, такими же сложными и одновременно банальными молекулами, спрятанными в других мясных оболочках. Всё это время здесь не было никаких людей! Не было никаких мужчин и женщин. Не было его! Только органические молекулы, управляющие мясными машинами!

Читая описание следующей миссии, пытаясь представить, в какую ещё нелепицу его прёт злое вещество, поработившее мозг, он вдруг смог на миг остановиться.

— Какой же я после этого буду генерал? – вырвалось у него вдруг.

Внезапное осознание того великого дара свободы, которым обладает каждый гражданин, имея полный контроль над собственными влечениями, потрясло его тогда. Он покинул П-хаб с лёгким сердцем, не жалея об упущенных баллах и непознанных ощущениях.

И вот сейчас полузабытое безумие полыхнуло в него из чужой злой горести простолюдина.

— Я убью тебя, тварь! – крикнул тот ещё раз то ли Генералу, то ли женщине.

— Командир, дай шмальну? – спросила Мио, наводя свой мушкет на пришедшего. – Уходи, злой титькотрах!

Марина тем временем юркнула за массивную фигуру Генерала.

Возможно, именно этот миг сострадания к чужой несвободе не дал Генералу вовремя предугадать все последствия. Простолюдин выстрелил, пули срикошетили с доспехов Генерала. Мио выстрелила в ответ и промазала. Тогда простолюдин выстрелил в неё. Пуля попала Мио в глаз, отбросив на землю с коротким вскриком убитого.

Генерал рванулся на стрелка.

— Я принимаю бессмертие и бесконечность! Я принимаю бессмертие и бесконечность! Я принимаю! Бессмертие и бесконечность! – кричала за спиной женщина Марина, спасая простолюдина, пришедшего за ней, и счёт Генерала.

С последней фразой моментально сработала система безопасности: на плитах проступили охранные знаки, загудели низкочастотные резонаторы. Простолюдин бросил пистолет и убежал.

Генерал не мог его преследовать – руки и ноги налились тяжестью, как только он рванулся к нему, резко упала видимость – система отключила его бронедоспехи, чтобы не выпустить за пределы точки сборки. Через какое-то время он покорно вернулся к Мио, взял её тело на руки и стал ждать вертушку.

Когда их доставили на ближайшую платформу, Генерал передал новообращённую в руки социо-инструкторов, отдал тело Мио, а сам улетел на ближайшем транспорте домой.

***

Десять тысяч баллов за социальный квест. Бонус за срочность. Утраивающий коэффициент за агрессивное взаимодействие с летальным оружием. Бонус за удачное завершение. Компенсационное начисление за негативные эмоции: «горе утраты», «ярость», «страх смерти».

***

Вернувшись домой, Генерал сразу разделся и лёг в капсулу. Его ждала дивизия, Алтайский рубеж и скромное регулярное пополнение гражданского счёта баллами игровой вселенной.

Пришло сообщение из орбитальных лабораторий от матери:

«Тёмочка, мой старичок, извини, что расстроила тебя и испортила квест – я не нарочно. И за дурачества с мушкетом тоже прости. Целую в звёзды.

Вернусь через три месяца и буду тебя ждать. Всегда!

Твоя Мио.

P.S.: На этот раз буду выше и с веснушками!»

«Всё, что мы делаем, имеет счёт», — отправил Генерал ответ и добавил смайлик.

Конечно же он понял, что Мио специально отвлекала простолюдина на себя, заботясь о его безопасности и стараясь как можно больше разогнать коэффициенты. Для них обоих. Ведь теперь она сможет позволить себе более взрослое клон-тело, а Генерал, с учётом сегодняшнего приключения, скоро, очень скоро накопит на переход от генетического нестарения к облачному бессмертию, как у неё. Пора фармить баллы.

Щёлкнул затылочный коннектор. Белизна стала приобретать цвет весеннего южно-сибирского неба. Ноги почувствовали привычную тяжесть родной кирзы, а в ноздри ударил запах костра и махорки. Вокруг рокотали танковые дизеля.

— Всё, что мы делаем – это Счёт, — усмехнулся Генерал и пошёл к своему тяжу, оставляя позади угрюмость нижнего мира простолюдинов и непостижимость верхнего мира бессмертных. Впереди его ждали изощрённые стратегические планы, опасные задания и неунывающие братья-фронтовики, тоже, как и он, копящие на свой билет в небеса.

+1
1182
00:58 (отредактировано)
С одной стороны вроде бы неплохо — активно, задорно, без занудства. А с другой — эти «титькотрах» и «мяс-в-мяс», а также последующие пояснения, словно космический корабль амазонок-извращенок в средневековье — пошло, странно и непонятно зачем…
Далее по сюжету: к вездесущим «танкам» и геймерскому сленгу (фармить, миссии, квесты) добавлены стоунхеджы с алтайским краем, приправлено печатающими одежду хренями, молодильными гелями и клонами… и все это полито бессмертием или непонятно чем. А в итоге не хватает стройного сюжета, в котором было бы увлекательное начало, интригующее продолжение и неожиданный конец. Вместо этого ты словно посмотрел серию заезженного сериала, где уже в курсе, кто есть кто, и что вообще тут происходит. Только по факту это не так…
При этом из этой идеи вполне можно было бы вылепить очень вкусный шедевр. Но вместо этого нет понимая ни ГГ, ни второстепенных особей. Вот только с «простолюдинами» все ясно, а в остальном загадка на загадке.
14:45
отлично
Комментарий удален
10:45
геймерская мешанина, непонятно, что автор хотел донести до читателя
Загрузка...
Надежда Мамаева №1