Ирис Ленская №1

Рядом

Рядом
Работа №335

Все что знает человек, ложь!

Истина рядом, но она сокрыта.

Первым, что помню я в своей жизни наиболее четко, это когда впервые пришел в больницу с мамой. Между отделениями были витражные окна, на которых была нарисована женщина, держащая ребенка перед собой, и все это на фоне восходящего солнца. Лица у них были радостные, и в улыбке расходились щеки. Честно признаться, мне они казались страшными то ли от особенности витража, то ли от моей фантазии. Мы прошли к своему кабинету, и нам уступили место какие-то две женщины. Мама села, оглянулась и достала из сумочки книжку, и принялась читать. Я сидел болтал ногами и смотрел на свои новые сандалии, обутые на ногу с носком. Мама тихонько посмеялась, я посмотрел на нее, думал она мне смеется, но она смотрела на страницы книги и прижимала губы рукой. Я посмотрел на нее, и снова на маму. Это удивительно, как такой маленький предмет смог рассмешить такого большого человека. И я решил провести эксперимент, сможет ли и меня рассмешить книжка. Читать я умел, и на следующий прием тоже взял с собой рассказ. Когда мы сели, я повторял за ней все, так же, как и она, развернул книгу и поставил палец на начало текста. Это была поэма Пушкина. И это было определяющем моментом в жизни. Как будто этот поход с мамой в больницу направил меня на истинный путь, но оказалось совсем противоположное. Я выбрал не ту дорогу. После института я пошел в редакторы местной газеты, но проработал там недолго.

Еще не успев обзавестись семьей я покинул этот мир, моя жизнь оказалась так скоротечна, что сейчас уже кажется, я проживал ее одну минуту. Случайно оказаться в перестрелке, было самой большой глупостью в моей маленькой жизни. Я тогда прогуливался по бульвару и не очень-то хотел идти на работу. Помню, день был яркий, солнце пекло, и так свободно было на душе, что хотелось бросить все и просто наслаждаться. Так почти и получилось, кроме наслаждения. Вместо того, чтобы повернуть в арку к своему офису, я решил пройтись чуть дальше, и раздался хлопок. Все, кто шли рядом, пригнулись, в доме напротив что-то сверкнуло и закрылось окно. Я почувствовал холод в груди и привкус железа во рту. Только что яркий день превратился в темноту, и всего лишь один раз я видел лицо врача, видимо, очнувшись в машине скорой помощи. Видел его глаза полные надежды, что я останусь жив. И снова темнота. И сейчас я здесь, эти воспоминания крутятся по кругу, от первой осознанности до последней минуты, и больше я ничего не чувствую.

Я помню всю свою жизнь до мельчайших подробностей. Такой памяти не было никогда. Как будто от рождения я записывал все подсознательно. Все, что видели мои глаза, уходило на задворки памяти, чтобы сейчас как раз все проецировать. Но где я нахожусь? В больнице?

Я не помню боли, и вообще испытывал ли что-то, когда пуля разрывала мое сердце. Теперь я не понимаю, где нахожусь, слышу свой голос, вокруг темнота. Я не ощущаю тела, как будто моя голова отдельно от него находится в коробке, и как бы я не старался, но пошевелиться не могу. А так хочется сделать толчок вперед, сдвинуться с места.

Как только я об этом подумал, темноту разбавил ярко-синий проблеск на расстоянии руки. В миг все засверкало, и вокруг развернулась грозовая туча. Это похоже на сон или я вижу свой мозг изнутри. И мое сознание вихрем закружило, вокруг образовывались то тут, то там, много таких же грозовых туч. Неужели рай, выглядит вот так? Или меня готовят на суд? Кружение прекратилось, и помимо потрескиваний в них, я стал слышать голоса. Говорили женщины, мужчины на разных языках, и все это исходило от этих туч.

Он стал как-то странно ощущать свою бестелесность, и поскольку не мог посмотреть на себя со стороны, представлялся сгустком. Он чувствовал свою текучесть, будто каждая его частичка переливается и не находится в покое. Вокруг него пространство стало густеть, и из этих туч стали исходить нити и проходить через него. Все голоса, которые он слышал прежде, стали переноситься по этим нитям. К нему стали возвращаться чувства, только странные и не его собственные.

Почему я чувствую обиду маленькой девочки? Я разве она? К чему этот вздор?! Я не хочу об этом думать. И та нить, по которой пришла эта мысль, вдруг поменяла свое направление и стала проходить около меня. Я вдруг понял, что стоит подумать, и она меняет свое положение.

Он стал ловко отделять ненужные мысли и словно электрическим разрядом направлять их в другое русло. Их было так много, они стали приходить каждое мгновение, как снежная лавина, набирать оборот. И сейчас, просматривая мысли незнакомых ему людей, он вдруг понял всю глупость его стремлений при жизни.

Когда рос, хотел стать знаменитым, чтобы деньги рекой текли в руки. И все это со временем становилось иллюзией. Я придумывал себе жизнь роскошную, с почестями, что вот-вот такой станет, но она не становилась. В этой иллюзии я жил все оставшееся время. Мне иногда казалось, что солнце будто искусственное и светит не так, как раньше, и луна совсем не та, что была. Все это проходило через призму моего воображения. Что толку от такой жизни? К чему все это земное? Надо было выбирать другой путь. Может быть и остался бы жив. Разве гость попадая в чужую галактику старается заработать себе местных денег? Нет. Он изучает ее, познает.

Он стал обдумывать бесчисленное количество мыслей. Лишь малый процент приходящих стремились к познанию. Вокруг стала создаваться туча, и отсеянные мысли вдруг перестали проходить дальше. Они уходили в бок и кружились вокруг него. И уже вместо голосов он стал попадать в ситуации, которые создавали эти голоса. В какой-то миг, он даже обрадовался, что смог вырваться из комы и видит улицу, какого-то мужчину, что держит его за руку.

Но я… почему-то иду, разве не комната должна быть передо мной? Иду, и ощущаю теплую, шершавую руку отца, представляю маму, как она дома печет блины. Но вот мама вдруг стоит плачет, прикрывая лицо руками, а папа меня тащит обратно за порог. Перед мамиными ногами разбитое стекло. Все уходит в дымке. И вновь ощущение бестелесности, грозовые тучи вокруг. Что это было? Это не мои мама и папа. Неужели вместо мыслей я теперь вижу чьи-то сны, принимая их за свои. Все эти люди мне самые близкие на момент действия. Это точно не кома, а что-то другое…

Из соседней тучи вдруг отделилась нить и пронзила его, он услышал еще один голос: басистый, тяжелый, но он не озвучивал чью то мысль, а как будто обращался к нему самому.

- Это не кома. Это временное пребывание. Я сам переживал уже множество событий и был разными людьми, и каждый раз пытался вести их к истине, дабы познавать самому. - продолжил голос. - Но в каждый момент своей смерти я возвращаюсь сюда и нахожусь некоторое время до следующего воплощения. Ты еще молодая душа, и поэтому наша местная память тебе приходит не сразу. Твой разум только что переродился, и тебе предстоит еще много людей привести к познанию.

- Так значит я душа? И мы бессмертны?

- Можно и так сказать. Но бессмертны в определенном порядке. Мы перерождаемся в нечто более совершенное.

- Что это за место?

- Я не знаю, смогу ли тебе объяснить, что это за место. Оно существовало до меня. Здесь временное пребывание, до жизни на земле. Но там, ни частички памяти об этом месте. Поэтому, каждый раз попадая сюда, молодым душам приходится заново себя находить. А когда находишь, ждешь своей очереди, чтобы вновь оказаться на земле. Это место, куда стекаются мысли всего человечества. Это мир идей. Что здесь звучит, то и там тоже.

- Какой смысл каждый раз там бывать? Разве не угодно ли нам все время находиться здесь?

- Понимаешь, здесь как в тюрьме. Конечно, сравнивать с земной жизнью нечего. Там еще тяжелее оковы, но в том и смысл. Познать весь мир, переживая каждую полную жизнь и стать нечто другим. Не быть здесь, и не рождаться на земле. Наша задача взращивать людей, и как только они путем познания достигнут истины, их земная жизнь завершится. Сюда мы попадем лишь на миг, чтобы превратиться в светлый луч и стать вечным состоянием вселенной.

Сказав он это, нить стала исчезать, а сама туча растворяться в темной густоте, и после него осталась лишь дымка и следы проходящего тока.

«Значит я одна из форм переходящей жизни, - продолжил он рассуждать уже один. - Но как остаться в памяти своей, там на земле? Тогда ведь можно было бы много людей за собой повести, и чтобы их переходящие формы жизни избавились от мучительной субстанции в этой темноте».

Он стал искать мысли, которые хоть как-то сходились с его целью. На земле проходили тысячелетия, пока он был в поисках. Но для него казалось, проходили секунды. Он видел, как в окружающей его темноте, такие же тучи, как он растягивались в лучевые потоки и исчезали. Появлялся и тот, который ему объяснял его появления здесь. И в этот раз уже он рассказывал ему о происходящем вокруг.

Кто-то даже задавал вопросы оттуда, из материального мира. Он пытался на них ответить, думая, что это приведет человека к правильным мыслям. Позже он узнавал, что помог какому-то ученому понять происхождение атома и совершить до селе невиданное открытие. Вопросы задавали очень редко, но именно они приводили людей к познанию.

Он был не в состоянии ответить на все вопросы, что ему стали задавать. Ответ он находил лишь через несколько сотен просмотренных мыслей. Как будто там на земле специально знали, что он помог другим. Пребывание здесь его начинало тяготить. Туча вокруг все больше разворачивалась, как будто бы она набиралась опыта от него, от принятых мыслей. По сути, окружающий мир и существовал только в этих мыслях, и ни в чем больше. Здесь невозможно было найти границ или как-то отвлечься и вырваться из этих нитей. Путь был один, попасть на землю и добиваться познания, чтобы вновь сюда не возвращаться.

И как бы не менялась жизнь на земле за тысячелетия: эволюция, открытия, мысли сути своей не меняли. Лишь малый процент живущих на земле находили истину в жизни. Но они находили ее сами, сложным путем достигая ее. Иногда вот так, лишь задавая вопросы. Если бы ленивая природа человека не была настолько сильна, то достичь совершенства можно было бы в какую-то одну эпоху, а мы переживаем одну за другой, в надежде найти что-то новое, и не находим. Просто человек ищет совсем не там, где требуется.

Он понял, что невозможно быстро и легко пройти земной путь. И как бы не старался, но эту память не перенести туда просто так. Человек должен вырасти сам и прийти к этому. Он прекратил поиски и стал просто прослушивать мысли людей, видеть образы и переживать каждый раз происходящее. В какой-то миг пространство вокруг него стало сжиматься. Причем только вокруг него, остальные тучи оставались нетронутыми. Все проходящие нити стали выходить из его поля, а его размеры значительно уменьшаться. Теперь он чувствовал себя маленькой песчинкой в грозовых облаках. Голоса стали утихать, но возросло давление вокруг. Оставалась одна единственная нить, до которой он сжался и сам стал мыслью, и встав на линию, по которой получал информацию, пустился словно по американским горкам. Бестелесность его вдруг стала тяжелеть и набирать значительную массу. Никаких больше приходящих мыслей, только крик от сильнейшей боли в появившихся суставах, костях. Свет, поначалу тусклый, становился все ярче. Ему казалось, что он вот-вот ослепнет после столь долгого пребывания в темноте.

Вдох, глаза открылись, но все по-прежнему оставалось мутным. Тени ходили туда-сюда, и наблюдали, видимо, за мной. Никакого темного пространства вокруг и грозовых туч. Все мутно-белое и ощущение какого-то тепла. Словно кожа нагревается. Глаза устают от этого белого света. И закрыв, казалось, на секунду, как вдруг осталась всего одна тень, чьи черты стали понемногу проявлять себя. Я увидел голову, и она была большая. Тень с головой убавила свет в этом пространстве, заслонив собой самый яркий источник. Что-то обжигающее было внутри, и новое тело то расширялось, то вновь становилось меньше. Глаза стали понемногу привыкать ко всему вокруг. И уже вместо теней я видел лица людей. Они много раз менялись в течении дня, но одно всегда оставался рядом. К нему я больше всех и привязался.

Позже он понял, что одно из этих лиц родила его на земле. Зовут ее, кажется, мама.

-1
634
20:18
то ли от особенности витража не от, а из-а
лишние местоимения
то ли от особенности витража зпт
переход от первого лица к третьему
онозмы
канцеляризмы
жизнь на земле Земле
одно из этих лиц родила его на земле однО родилА…
очередная бредовая невнятная поделка без сюжета и смысла
да еще и подкрепленная агитками
Загрузка...
Мартин Эйле №1