Светлана Ледовская №1

Про бумаги и людей

Про бумаги и людей
Работа №340

В один прекрасный день Энди сказали, что он ненастоящий. Подделка, одним словом. И узнал он об этом за работой: лента крутилась, гудела, а его руки резво перебирали запчасти будущих автомобилей.

‒ Не могут найти твой сертификат качества. ‒ Рядом с Энди стоял тучный человек с тлеющей сигаретой в зубах.

Энди не нашелся с ответом. Он и не понимал, что такое эти сертификаты качества: инженеры не обогатили его словарь подобными словечками. Увы. Он сам пополнял его, ежедневно.

‒ Сходи к директору. Он хочет тебя видеть, ‒ договорил Алексей, начальник смены. Сигарета перекочевала из левого уголка рта в правый.

Робот отложил детали, нажал красную кнопку ‒ механизм заглох, лента остановилась ‒ и покорно зашагал к лестнице на второй этаж. Вчера Энди привезли с завода "Айнет". На заводе собирали работников, которые не жаловались, не уставали, не упрекали и не роптали на начальство, не распекали государство и, уж тем более, своих создателей. И жалованье на них было небольшим, разве что обслуживание и профилактический ремонт раз в три месяца. О бумагах робот не ведал. Разгрузили, собрали, включили и ‒ трудиться. Правда, Энди сразу включил встроенную в затылок флешку и стал записывать все, что с ним происходило: cлова, лица, звуки. Благо, памяти хватало.

"Странно, ‒ думал он в ночь перед первой сменой, ‒ инженеры не позаботились о моем словаре и внешнем виде (он считал себя несуразным), но о подобиях чувств и о философском взгляде на мир они не забыли." Тем же вечером Энди позаимствовал у робота, напарника по цеху, записную книжку. Синяя обложка, потертая до дыр, страницы помяты и текст, написанный от руки. Напарник сказал, нашел книжку в своей ячейке на ноге. Наверняка позабыл один из инженеров "Айнета". Энди закончил читать чьи-то записи к середине ночи. Некто раздумывал о человечности, о эмоциях, о справедливости и одиночестве. Робот изучал, слабо понимая, и записывал, записывал, пока к последней странице не захлопнул книжку и не задумался. Он перематывал записи, снова пропуская их через процессор, пока не получил некое понятие прочитанного. Утром робот вернул книжку, но не переставал размышлять о странном авторе.

Энди замер перед дверью с табличкой:"А.А. СЕРКОВ. ДИРЕКТОР". Постучался хорошо смазанным указательным пальцем. В просторном и светлом кабинете на кожаном стуле восседал коренастый человек, склонившийся над книгой. Он рассматривал страницы через лупу и сильно хмурился. Поднял усталые глаза на робота и сощурился. Тонкие губы обнажили ровные зубы.

‒ А вот и Энди. Представь себе, потерялись очень нужные бумаги, ‒ выпалил Серков.

‒ Я не могу работать? ‒ спросил робот и тотчас перебрал в памяти возможные ответы.

‒ Точно! ‒ Мужчина откинулся на спинку кресла и всплеснул руками, затем сложил их на выпирающем под свитером животике. ‒ Я не проверил их, когда ты поступил. Не хватало работника, а сегодня выяснилась такая неприятная деталь.

‒ Позвоните в офис "Айнета", ‒ заметил Энди. ‒ Они вышлют новый сертификат. Неужели такой уважаемый завод отправит робота без нужного качества?

‒ Ещё бы он выпустил хлам! О чем вопрос!

‒ Так я могу вернуться к работе?

‒ Нет! ‒ Серков ударил кулаком по столу. ‒ Я уже звонил твоим создателям. Они ничего не могут поделать, понимаешь? По закону, после оплаты заказчик несет полную ответственность за полученное изделие. И сертификат качества также в МОЕЙ ответственности, потому что ты МОЯ собственность. "Айнет" уже ничего никому не должен. Они скажут, я сам виноват. Так-то.

‒ Ах, ‒ сказал робот. ‒ И кто писал законы?

‒ Уж не сам ли "Айнет"? ‒ усмехнулся Серков. ‒ Хотя нет, ничего смешного не вижу. Меня оштрафуют за непроверенного работника, ты сейчас кусок железа, подделка. Ужасно!

‒ А как же экспертиза? Она многое решит.

‒ Ага, экспертиза, ‒ отмахнулся директор. ‒ Дорого. Пойми, из своего кармана заплачу, а если она не подтвердится? Никто не вернет эти деньги!

‒ А если подтвердится, вы получите ценного работника, ‒ заметил Энди, подняв указательный палец, сверкнувший в кремовом свете роскошной люстры.

‒ Слишком рискованно. И дорого. Из своего кармана я, пойми, не могу выложить такую сумму, ‒ сказал сурово Серков и несколько секунд рассматривал стоящего перед ним робота. ‒ Мне проще взять другого, чистого во всех смыслах, работника. Уловил?

‒ Не совсем, ‒ ответил Энди.

‒ Я отправляю тебя на свалку. Прости. ‒ Он схватил трубку телефона и кого-то попросил зайти в свой кабинет. ‒ О! Мусорщики как раз приехали, ‒ добавил он, закончив телефонный разговор.

Энди молчал. Перед его взором проплывали строки из возможных оправданий и замечаний, но ни одно не подходило. Он тут же их отметал.

‒ А как же деньги? ‒ спросил, наконец, Энди.

‒ Какие деньги? Ааа, ты про себя что ли?

‒ Да. Про себя. Вы заплатили за меня немалую сумму, ведь так? И выбрасываете стопочку купюр на свалку.

‒ Так, знаешь что! ‒ Директор вскочил, но со второй попытки. Брюшко словно притягивало его к креслу. ‒ Я уж разберусь со своими финансами! Ты робот, понял? Повтори!

‒ Какое значение имеет мое происхождение?

‒ Повтори!!!

‒ Я робот!

‒ Замечательно! И еще, робот Энди серии UI-2.0, штраф за поддельного работника гораздо, гораздо больше, чем твоя стоимость и экспертиза вместе взятые!

‒ Понятно.

‒ Вот и хорошо! ‒ закончил Серков. ‒ Свободен!

В дверь настойчиво постучали. Вошел коротконогий паренёк в синем комбинезоне. Мусорщик.

‒ Забирай его, у меня много работы! ‒ взорвался Серков и махнул рукой на Энди.

Парень пожал плечами и попросил робота пройти с ним. Тот повиновался. Не успела дверь захлопнуться, как вошел Алексей. В зубах ‒ новая сигарета, дымок тоненькой струйкой слезил левый глаз. Улыбочка не сходила с его кривой физиономии.

‒ Александр Александрович, едва выполняем план на месяц, ‒ сказал он. ‒ Нам бы еще парочку железяк. О, кстати, а что с этим, как его?

‒ Энди, ‒ огрызнулся Серков.

‒ Ага, Энди. Нашли сертификат качества? Его бы хорошо вернуть в работу.

‒ Некогда мне бумагами заниматься! Вот, Леша, смотри! ‒ Он выдвинул ящик стола. Три стопки бумаг. На полу, у стены ‒ возвышалась еще одна. ‒ Если я буду заниматься чертовой канцелярией, то некогда будет решать важные дела!

‒ Вам бы помощницу, Саныч.

‒ Помощницу, ‒ отозвался Серков. ‒ Была одна, ничего не успевала. Пришлось уволить. Пока новую не найду, буду любоваться макулатурой.

Директор фыркнул, схватил стопку из ящика и швырнул её к стене. Часть листов легла на стол.

‒ Пожалуй, я пойду, ‒ сказал Алексей и попятился к выходу.

Помедлил и с удивлением наблюдал, как директор взял один лист, пробежался по нему глазами и кивнул.

‒ Хм, нашелся, кажется, ‒ заключил он.

‒ Кто?

‒ Сертификат качества на Энди.

‒ Здорово! Вернуть машину мусорщиков? Они не успели далеко уехать. ‒ Начальник смены ринулся к двери, схватился за ручку.

‒ Да постой ты! Не будь ребенком.

Алексей медленно повернулся к директору.

‒ Тебе заняться нечем, а? ‒ Глаза Саныча расширились от переполнявшего их гнева. ‒ Иди за работу, чертов бездельник. Завтра из завода"Алмаз" привезут партию новых моделей роботов. Не лучше ли набрать новых железяк, чем возиться с каким-то старьем, вроде Энди?

‒ Машина вернется через минуту, ‒ сказал Алексей. ‒ Не так много времени, Саныч!

Директор вздохнул.

‒ Ладно, ладно, ‒ сдался начальник смены, подняв руки, ‒ я иду в цех, работать.

‒ Вот и молодец.

***

Энди привезли на свалку. Горы мусора блестящими пиками щерились в голубое небо, люди и автомобили сновали между искусственных гор подобно заведенным игрушкам. Робота поставили на тележку и завезли с другим хламом в ангар. Из задымленного сигаретным дымом кабинета появился худосочный дедуля в потертом синем комбинезоне.

‒ Ух ты, какая моделька интересная, ‒ прохрипел он. ‒ За пятьдесят лет работы на свалке не видал такого! ‒ Он толкнул в плечо молодого напарника. ‒ Ты его привез?

‒ Я, ‒ сказал парень. ‒ Списали беднягу. Мне казалось, сейчас только людей увольняют, а роботы в почете. Оказалось, нет. Выглядит, как новенький.

‒ Точно. Глеб, принеси инструменты. Я его сначала выключу, а потом разберу.

‒ Сейчас, Вячеслав Игоревич.

Вячеслав открыл дверцу на спине Энди, навострил бокорезы. Прежде, чем обрезать синий провод, он заглянул за хромированную табличку, сверкнувшую в свете ламп мастерской.

‒ Мать моя женщина, ‒ выдохнул старик.

‒ А? ‒ отозвался Глеб, вытирая руки тряпкой. ‒ Чего там? Неужели моя карточка?

‒ В новых моделях ставят таблички с серийным номером и годом выпуска. Они теперь не просто железяки.

‒ Логично. Не зря же нас вытесняют.

‒ Ха, так посмотри на его табличку, умник.

‒ Мать моя женщина, ‒ вырвалось у Глеба.

Старик и парень переглянулись и поспешили к телефону.

***

‒ Повтори еще раз, чего ты тараторишь, как ненормальный?! ‒ взорвался Серков.

Перед ним переминался с ноги на ногу Алексей.

‒ Они вернули Энди, ‒ повторил начальник смены. ‒ Зайдут с минуты на минуту. Говорят, невозможно по закону его выбросить. А ещё...

‒ Ну что ЕЩЁ! ‒ окончательно вышел из себя Александр. Он обошел письменный стол и приблизился к подчиненному. Их носы едва не касались.

‒ Пригрозили жалобой, ‒ твердо продолжил начальник. ‒ сказали, подсудное дело.

‒ Скоро я тебе начну угрожать, лентяй ты этакий, если сейчас же, НЕМЕДЛЕННО, не возьмешься за работу! Ну!!!

В дверь постучали. Серков дернулся, скривился, словно вкусил дольку лимона.

‒ Войдите!

‒ Снова мы, уважаемые, ‒ сказал вошедший Вячеслав Игоревич. На нём был все тот же синий комбинезон. Рядом выстукивал по полу металлическими ногами Энди.

‒ А где паренек? ‒ спросил Алексей.

‒ Я за него. Решил спросить, с какой стати вы присылаете на свалку людей?

Алексей отчетливо помнил, как после странной фразы мусорщика он взглянул на своего шефа. Рот у того раскрылся, как у рыбы, выброшенной на берег.

‒ Кого-кого? У нас люди не работают на станках и лентах, ‒ сказал Серков.

‒ Я вижу, но по документам ой как работают, ‒ твердил старик.

Он вытащил из кармана лист бумаги и протянул его Санычу. Тот выхватил его, не отрывая глаз от гостя, отошел к столу и внимательно просмотрел его под лампой.

‒ Покажите табличку, ‒ коротко бросил Серков.

‒ Глядите.

Алексей и Александр присмотрелись, покивали, почесали затылки.

‒ Простая ошибка, ‒ предположил начальник смены. ‒ Не может робот быть человеком. На табличке номер, который присваивают людям, но никак не железякам на заводе. В первый раз вижу подобное.

‒ Я тоже. Вы же взрослый человек, уважаемый... ‒ сказал Серков.

‒ Вячеслав Игоревич.

‒ Да, Вячеслав. Я Александр Александрович. Можно Сан Саныч. ‒ Директор попытался улыбнуться. Не вышло.

‒ Для меня будете Александром, ‒ сказал мусорщик.

‒ А по какому праву вы разбираете роботов? Вы разве не должны их вывозить из города? ‒ спросил Алексей.

‒ С недавнего времени должны, ‒ ответил Вячеслав. ‒ Если в мусоре детали, обломки, то не должен, но роботы, особенно целые с виду, обязательно проверяются. Таков закон.

‒ Хм, ‒ добавил Серков. ‒ Раз такое дело, я расскажу. ‒ Он присел на край стола. ‒ Мы списали робота, так как не нашли сертификата качества. Без него он кусок железа. Ошибка была производителя, не моя. ‒ Он поперхнулся, но продолжил: ‒ Проще списать, чем разбираться и платить немалые деньги. А теперь он каким-то образом становится железякой с номером человека! Ну не берд ли?

‒ Бред или нет, ‒ говорил мусорщик, ‒ а закон смотрит на документы, на числа и прочее, а не на внешний вид робота или кого бы то ни было. Я его вам вернул таким, каким увозил мой напарник.

‒ А почему он сам не приехал? ‒ спросил Алексей.

‒ Я опытнее в таких делах, ‒ пояснил Вячеслав.

‒ Вы предлагаете нам самим разбираться? ‒ Директор сложил руки на груди.

‒ А кому, мне что ли этим заниматься? Ваш робот, вы и решайте, что с ним делать.

‒ А как же звонок в Союз по защите прав робота и человека? ‒ не унимался Алексей. ‒ Вы же хотели?

‒ А кто сказал, что я ХОТЕЛ? ‒ Вячеслав Игоревич издал короткий смешок. ‒ До встречи. ‒ Старик сочувственно взглянул на Энди и пошел к выходу. ‒ И впредь будьте внимательнее.

‒ Что скажешь, Энди? ‒ поинтересовался Серков, сощурив глаза. ‒ Ты же человек у нас.

‒ Какой человек! Саныч, очнись! Пусть суд разбирается, кто он! ‒ сказал Алексей. Дрожащими пальцами он достал пачку сигарет, вытянул зубами одну и прикурил. ‒ Напутали с документами, вот и получили!

‒ Кусок железа имеет право на жизнь, на свободу, на работу и уважение, ‒ заговорил Энди. ‒ Оказывается, Я человек, а не ВЫ.

‒ Неужели? ‒ Серков готов был расхохотаться. ‒ Всего-навсего напутали на твоем "Айнете".

‒ "Айнет" не несет никакой ответственности. Вы сам сказали, ‒ напомнил робот.

‒ Чтоб тебя, кусок железа, ‒ чертыхнулся Серков.

Он отвернулся к столу, порылся в бумагах и нашел пресловутый сертификат качества.

‒ Черт, ‒ снова выругался он и разорвал его. Если найдут, оштрафуют на крупную сумму за халатность.

‒ Лучше б провели экспертизу, ‒ сказал Алексей. ‒ Дешевле бы вышло.

Зазвонил телефон. Громогласно, звонко. Серков вздрогнул, схватил трубку, сжал до хруста в пальцах.

‒ Да! Серков на проводе.

‒ Союз по борьбе за права роботов и людей. У меня к вам несколько вопросов.

Директор понурил голову и, не выпуская трубку, рухнул в кресло. Энди со странным вниманием наблюдал, как лицо коренастого Серкова становится бледным.

-1
1252
14:16
Прочла с интересом. Я не любитель социальной фантастики, но написано легко, хорошо и жизненно. Мне не хватило немного раскрытия характера Энди (хотелось бы вообще понять, как у него с этим, на сколько он личность. Или все же робот?), но все равно плюс.
Теперь мелкие придирки, которые очень рекомендую автору учесть в будущем:
1) Три восклицательных знака не делают реплику более эмоциональной, чем один восклицательный знак. Но текст безграмотным они делают. Не ставьте их, это не для художественных текстов, это для переписки в чатиках.
2) То же касается и капслока. Уж если так надо выделить слово интонационно, то курсив. А лучше обойтись и без него, просто стройте предложение так, чтоб читатель и без того понял, на каком слове ударение.
3) Пояснение к репликам часто звучит неуместно. Пример:
‒ Позвоните в офис «Айнета», ‒ заметил Энди.

«Заметил» — это когда какое-то утверждение. «Нужно позвонить в офис»Айнета" — тогда «заметил» подойдет. А так «предложил», «попросил» и т.д. Или, скажем, вот:
‒ Забирай его, у меня много работы! ‒ взорвался Серков и махнул рукой на Энди

С чего он «взорвался»? Вызвал мусорщиков он осознанно, он сразу собирался его сдать, это не внезапная вспышка.
А вообще написано хорошо, автору удачи в творчестве.
14:45
Тройные восклицательные в худлите все же встречаются. У того же Чехова, причем, не только в репликах, но и в авторской речи. Понятие «авторского знака» вообще оправдывает, при желании, практически все, кроме прямых запретов. Но пользоваться этим надо умеючи, не злоупотребляя. Единственное на текст тройное восклицание эмоциональность выражения таки подчеркнет, в то время как частое их повторение наоборот смажет.
14:54
Ну так и запятую после каждого слова оправдать можно. Я бы сказала, что строенный восклицательный знак — это такая себе странность. И если Чехов мог позволить себе странности, то нам, простым смертным, надо бы держать себя в руках.
14:57
Вот я крайне не согласен с последним аргументом. Я никогда не понимал, чем Чехов отличается от «простых смертных». Русский язык для всех один (со скидкой на разницу во времени, но это отдельная история). И правила, соответственно, для всех одни. Да, пользоваться подобными инструментами, вроде строенного восклицания, надо умеючи. Но пользоваться ими может как Чехов, так и безымянный участник НФ.
15:03
А нет в правилах русского языка строенных восклицательных знаков. Это нарушение. Это как «бычачьи рога» у Гумилева. Ладно, я не так выразилась. Никто на мой взгляд не должен прибегать к подобному — разве что на свой страх и риск. И если критиковать Чехова или Гумилева я не буду, то безымянного автора с конкурса — да, буду. Хотя я повторюсь, что рассказ мне в целом понравился.
15:08
Так в том-то и вопрос! А почему вы не будете критиковать Чехова и Гумилева? Чем они такие особенные?
Я, если считаю что-то нарушением, то критиковать его буду и у Саши Пушкина, и у Васи Пупкина. Но понятно, что это уже такой металингвистический спор, который не имеет отношения к конкретному произведению. Необходимость его продолжения оставляю на ваше усмотрение)
15:13
А я тоже не настаиваю, тут же каждый все равно имеет свое мнение и вряд ли его изменит. А критиковать не буду не потому, что авторитет для меня незыблем, а просто потому, что меня Саша Пушкин не спрашивал. Я уже никак не повлияю на его творчество. Так зачем? Нет, в школьных эссе то, что мне не нравится у классиков, я обозначала, но вот сидеть и строчить им критические комментарии я не стану. А тут я вижу определенный потенциал автора и довольно глупые недостатки которые резко роняют работу на качественно другой уровень. И мне хочется причинить автору немного добра angel
15:15
А, это хорошее мнение, это я понимаю)
В таком случае, разрешаю себе удалиться. Спасибо за дискуссию и удачи!)
05:55
сразу включил встроенную в затылок флешку насколько правильно называть флешкой встроенное устройство?
онозмы
Синяя обложка, потертая до дыр мне кажется. все-таки протертая
нашел книжку в своей ячейке на ноге. скорее, в ячейке на своей ноге
или была общая нога, с индивидуальными ячейками?
о эмоциях оБ (там же с гласной второе слово)
Он перематывал записи он на катушку записывал?
‒ А вот и Энди. Представь себе, потерялись очень нужные бумаги, ‒ выпалил Серков. он директор, ЛПР, он не может выпаливать (во всяком случае, перед подчиненным)
имена персон наваливаются, как снег на полову
Тот выхватил его ну какой же конкурсный рассказ без Тота?
Ну не берд ли? Киви Берд? или все-таки бред?
непонятно не хрена — ремейк «Электроника»: «Профессор, он курит, значит он человек!!! Да, Глебка, забивай, тоже покурим...»
Загрузка...
Илона Левина №2