Олег Шевченко №1

Серый сын Осени

Серый сын Осени
Работа №394. Дисквалификация за отсутствие голосования

В чаще леса, средь высоких трав и заросших тропинок, за глубоким озером стоит одиноко поросшая мхом да оплетенная паутинами изба обветшалая. Старые деревья зловеще тянут к ней свои кривые лапы, скрипят и шепчутся. Редко какой странник забредет вдаль такую, а коль уж выйдет к избе и заглянет в окошко, то увидит её простое убранство: стол, белой скатертью покрытый, печь каменная, возле неё лавка да подкова над входом – на счастье. А вот ежели луч солнца прокрадется в дом, то предстанет пред ним совсем иная картина. Расписные стены тонут в безмерной высоте стрельчатых сводов, гранитные колонны оплетены золотыми ветвями, полы устланы мягкими коврами и всюду вазы стоят, полные георгинов и астр. Живет в избе этой старуха ворчливая. Не любит она ни жаркого летнего солнца, ни зимней стужи, ни тонкого запаха цветов весенних. Скрывается она за стенами своей избушки, томится большую часть года, а как наступает последний день августа, и ночь распускает свои крылья, так распахивает она широко окна и двери дворца своего и проливает на лес свет золотой. Покрываются звезды торжественным блеском, и встречает мир госпожу Осень.

Сбрасывает она наряд свой ветхий, в коем томилась так долго, и вот: перед вами уже не старуха, годами согбенная, а красна барышня. Глаза золотые, губы алые, румянец на бледном лице светится. Платье на ней бордовое, перьями черными и ягодами рябины украшенное да чертополохом расшитое. Волосы золотые собраны в сетку из тонких паутинок, что специально для госпожи своей плетут паучки осенние, а голову её венчает корона, из перьев, подаренных воронами, да венок с ягодами терновника.

Покинув дом свой, идет она меж высоких стволов в лунном свете, осматривает владения свои, Лето провожает. Выйдет на берег лесного озера, и встретят её ликованием да трелью звонкою сверчки ночные и блики луны белоснежной. Вдыхает Осень прохладу ночную и радуется свободе. А утром, как солнце проснётся, поприветствует его Госпожа опадающих листьев и отправит весточку солнечным отблеском на водяной глади да шорохом легкого ветра к сыну своему старшему. И вот предстает пред ней Сентябрь, статный и сияющий. Похож на мать он золотом своих волос да улыбкой хитрой и чарующей. Ходят вместе с Осенью по земле они, преображая её. Наколдует Госпожа дождик малый, а после руками взмахнет, и вот – вновь ярко-голубое небо над головой, а по нему, словно кораблики, плывут в неведомые дали облака белоснежные. А Сентябрь пританцовывает лучиками солнца на лужицах да песни поет – напоминает птицам, что в путь им пора собираться. И там, где ступает он своим сапожком алым на изумруд травы, становится всё золотистым да красным. А порой приходилось Сентябрю воевать с Летом, ибо не хотело уходить оно восвояси. Заговорит Лето солнце, и начинает то светить с жаром. Люди вновь облачаются в легкие одежды, им хорошо, а вот госпожа Осень топает недовольно ножкой, да руки на груди скрещивает. Призывает тогда Сентябрь помощников своих малых, насылает на небо тучи.

- Гляди, матушка, - говорит он. – ходит у людей присказка, что нельзя двух зайцев сразу поймать, а я вот смог. Солнышко наказано, не глядеть ему на землю, пока не стану я снова добрее, а люди под дождем пусть мокнут. Нечего просить Лето вернуться, когда наше время пришло!

Но вот ночи становятся холоднее, а темный вечер с каждым днем всё раньше заглядывает в окна. И когда первые орехи под порывами игривого ветра падают на крыши домов и мимоходом задевают старого конюха по темечку, приходит время прощаться Осени с Сентябрем. Обнимет она сына на дорожку, смахнет слезу с щеки и махнет расшитым платочком в след ему. А как скроется Сентябрь из виду, так посылает Золотая госпожа с ветерком дубовый листик за младшим своим сыном.

Явится Октябрь в плаще своем дорожном, черноволосый, бледнолицый, возьмет мать свою под руку, и отправляются они гулять по владениям, порядок наводить. Рассказывает средний сын, где побывал и что видывал в мире. Осень слушает, дивится. Споет Госпожа солнцу песнь ласковую, солнце улыбается, светит радостно, а Октябрь с матерью золотыми кисточками солнечных лучиков красят листья в алый, желтый, бордовый. День, другой, и лес не узнать: светится от золота. Вечерами слышны голоса собирающихся в путь журавлей, а по ночам музыка дождя игривого. Прохлада ночная по утрам сковывает, и вот сложит Октябрь ладони лодочкой, дунет, дрогнут листья и начинают дождем разноцветным опадать. Вскоре покроется земля ковром мягким. Нет такого ни у жаркого Лета, ни у прелестницы Весны. Подойдут Осень с Октябрем к дубу, что озеро хранит да мудростью со всеми делится. Смотрят, скинул старик листву и плоды свои, а значит и расставание не за горами. Отправляются тогда сын с матерью неподалеку на людей посмотреть да позабавиться. Сидят неподалеку и ждут. Глядишь, вот и девки пошли по листья – венки плести. Любуется Осень творением рук человеческих, улыбается, а Октябрь помогает им, сдувает ветерком оставшуюся на деревьях листву. А коли услышит, что кто-то из девок ворчит на матушку его да на тучи недобро поглядывает, так ночью нагрянет к дому её да как распахнет порывом холодным окна, зальет дождем полдома! Девка верещит, старик клянет всех на чём свет стоит, старуха пытается створки закрыть, а Осень наблюдает, сидя на пеньке, да хохочет заливисто. Развлекается озорник Октябрь.

Но вот дни становятся ещё холоднее, а ночи морозными. Пойдет тогда Октябрь вглубь леса закончить последнюю работу свою. Найдет мишку косолапого, проводит до берлоги да спать уложит до Весны и белку-прыгунью приголубит да в шубку белую приоденет. Вот теперь и прощаться пора. Вздохнет Осень вслед сыну и грустным взглядом на небо серое глянет. Подходит к концу и её время. Вновь скоро в старуху придётся облачаться да в избе ветхой скрываться от мира.

Но не всё житьё-бытьё было гладко у Осени. Не ладили они с Зимой. Бывало нагрянет Ледяная раньше положено срока, засыплет снегом пушистым ещё не опавшие листья да смотрит дерзко в золотые глаза Осени, а её верные псы - снежные вихри загоняют Госпожу осенних дорог обратно в дом её. Но и Осень в долгу не оставалась. Выглянет из окна избы своей, заговорит солнце назло Зиме, и солнышко светит тепло, улыбается да снег растапливает. А Зима злится, боится она тепла. Колдует ветра холодные, чтобы лучи теплые не грели земли, а Осень вновь выглянет, споёт солнцу, и светит оно ещё ярче.

И чем ближе подходило к концу время осеннее, тем более холодными становились ночи, а по утрам пар изо рта шел. На исходе последнего своего часа встречается Осень с Зимой. Протягивает Золотая госпожа своей неприятельнице веточку с одним единственным желтым листком. Берет Зима дар сей в свою ледяную, белую длань, и превращается веточка в гроздь алых ягод, покрытых мелким пушком инея. Слетаются снегири с её белоснежного мехового воротника на руку и клюют ягоды. А Госпожа их бледнолицая смотрит грозно на Осень своими синими глазами да говорит:

- Ну что ж, в дорогу пора тебе собираться. Добрый путь.

Осень склонит голову да сверкнёт взглядом золотистым:

- И тебе всего хорошего. – Укутается в шаль свою теплую из красных, словно закат, листьев виноградных и побредет до избы своей.

Но вот как-то раз, когда Земля была ещё совсем молода, а ветра были свободными, готовилась Осень к встрече с Зимой. Глянула в окно избы своей и вдруг видит, ветви деревьев побелели, и земля покрылась белой пеленой. Разозлилась Осень, выбежала из дому и видит: стоит посреди тропы меж двух стволов тонких кленов молодец высокий. Кафтан лазурный с белоснежными узорами да кушаком белоснежным, расшитым опоясанный, сапоги белоснежные да шапка под цвет кафтана белым мехом отороченная. Обернулся незнакомец на скрип двери, и увидела Осень знакомые черты. Глаза синие, холодные, лицо бледное да нос с горбинкой.

- Ты кто такой будешь и почему губишь мой лес белым в неположенный срок? – резко спросила она.

Молодец низко поклонился и снял шапку. Серебристые волосы торчали в разные стороны, разворошенные шапкой.

- Звать меня Мороз, я брат Госпожи Зимы. А ты, я вижу, Осень, Золотая Госпожа леса?

Осень коротко кивнула.

- Прости, что прогневил тебя. – продолжил Мороз. - Не хотел я лесу зла причинить. Я лишь гулял по лесу, как увидел избу да решил посмотреть, кто в глуши такой проживает. А чтобы хозяина не напугать, шел тихо, да забывшись, притронулся к клену, и вот – всё стало белым.

- Зла я на тебя не держу, - ответила Осень. – Но к деревьям больше не прикасайся, не время им ещё мерзнуть.

Так и познакомились Госпожа Осень и брат Зимы Мороз. И пока Ледяная не вступила в свои права, приходил Мороз навестить Осень. Вместе они гуляли средь серых деревьев, Осень учила его ласково прикасаться к лесу и зверям, не жаля своим смертельным холодом. Мороз же колдовал по ночам над звездами, делал их ярче, и сверкали они да переливались всеми цветами над ними до предрассветного часа.

Полюбили друг друга Мороз и Осень. Так, увидел свет третий сын Осени, и нарекла она ему имя Ноябрь. Но не ведал о том Мороз, ибо царило на земле время Ледяной сестры его, а она не позволяла брату приближаться к дому её неприятельницы. Но не вечно тайне было длиться. Проболтался ветер Морозу обо всем, и тот тотчас же явился в дом Осени. Решили они, что лучше Ноябрь отправиться с отцом его: не выносил мальчик тепла да всё плакал от цветов золотых. Грустила Осень, плакала, но отпустила сына с Морозом.

Но была Зима жестока, и пришла она в ярость, как только увидела племянника своего малого. Не признала она Ноябрь и велела брату отвезти ребёнка обратно к матери его непутевой, а коли не выполнит Мороз приказа её, грозилась ему и сыну его пытками огненными. Умолял Мороз сестру слезно, но было всё попусту. Так, вновь Ноябрь оказался в объятиях матери. Но Ледяная госпожа оказалась коварной. Заколдовала она ребенка холодом зимним, и всё к чему бы он не притронулся в доме Осени, становилось белым и оплеталось морозной паутиной. Не мог он и матери своей обнять – прикосновения его обжигали её.

Опечалился Мороз и плакала горько Осень, и решили они отдать сына на воспитание людям до поры до времени, им он не мог причинить вреда. А как придёт время, обещала Осень наделить Ноябрь силой и обязанностями, чтобы и он вместе с братьями своими старшими мог в права свои вступить. А пока жил ребенок в ближайшей деревне у стариков.

Шли годы. Ноябрь рос тихим и неприметным. Лицом походил он в отца своего: бледный с копной серых волос, торчащих в разные стороны, но глаза были от матери, золотые. И хотя выглядел мальчик холодным, он всегда относился ко всем с добротой и теплом душевным. Но другие дети не любили его, говорили, не знает он игр и не умеет веселиться. Бывало, что и обижали они Ноябрь, и когда он хмурился да злился, веяло от него холодом, пронизывающим до костей самых. И стали его тогда бояться.

Рассказали старик со старухой Ноябрю, что он у них приёмный сын, и тепло попрощавшись с назваными родителями, мальчик ушел в лес, где встретила его мать-Осень. Восхитилась Золотая Госпожа, как сын её вырос, а старшие браться приняли Ноябрь с любовью, да только обязанностей почти не оставили.

Загрустил Ноябрь. Не было места ему среди людей, и в доме матери своей не мог жить он. Но вскоре пришла ему на помощь тётка-Зима, сама того не ведая. Велела она слугам своим снежным построить высокую стену меж своими владениями и домом Осени, чтобы никогда больше не встречаться лицом к лицу с ненавистной невесткой. Отныне не вступала Зима в правление своё, пока Золотая Госпожа не скроется за стены избы своей ветхой. Но нужен был Зиме страж, что хранил бы ключи от врат, открывал их в положенный срок да не пропускал осенних ветров в зимнее царство, а псов снежных в угодья Осени. Уговорил тогда Мороз сестру свою сделать стражем этим племянника её, и долго не хотела Ледяная соглашаться, но в конечном счёте дала своё разрешение.

Приоделся Ноябрь во все серое и каждый год провожал мать шуршанием последних опавших листьев по голой земле и встречал отца с его жестокой сестрой холодными, морозными ночами. Не захотел Ноябрь строить дом себе, ибо очень любил он лес свой, а посему спал на деверьях, а те сплетали ему колыбель из веточек, подобно как птица вьет гнездо птенцам своим. Иногда ночевал Ноябрь и на земле средь трав, давно уж отдавших цвет свой златому солнцу, а вереск шелестом своим убаюкивал его. Всегда неприметный, ходил Ноябрь в потертой, серой рубахе, а поверх жилетка из паутинок белых сотканная. Штанишки серые под коленями висят небрежно лохмотьями, ботинки грубые на ногах, в каких люди смело по грязи ходят, а за пояс рядом с большим ключом заткнута флейта белая. В серых волосах сухие веточки да шишки запутались, а плечи жилетки вечно в вороньем помете. Не любил Ноябрь птиц ярких, и единственными его друзьями были вороны да грачи, черные, как смоль. Прилетали они с Ноябрю и рассказывали ему о странах дальних да учили мальчика языку своему. Ноябрь же учился смиренно, слушал друзей своих да помогал им собирать плоды последние для пропитания.

По утрам напускал Ноябрь нежную дымку на промерзшую землю, а вечерами, когда в домах загорались окна, доставал он тонкую флейту свою и начинал играть на ней. Но вместо ласкающих слух звуков являлся из неё густой белый туман, окутывая лес и деревни. Тихо бродил Ноябрь по туманным улицам, вдыхая запах жженой листвы, а по ночам поднимался на холм, садился в высохшую траву да любовался морозным сиянием звезд, а ветер пел ему тихую песнь, под которую возвращался серый сын Осени к вратам, чтобы впустить на землю холодную, зимнюю стужу.

0
273
15:00
+1
Очевидно, ни на что не претендующий, проходной рассказ. Как легенда — хорошо. Детям рассказывать, в сборники сказок посылать. Как самостоятельная работа для конкурса фантастики — ни о чем.
Плюс родственные связи: Мороз — брат Зимы то есть природное явление кровный родственник времени года О_О А осень и зима не в родстве — оригинально однако.
21:12
стоит одиноко поросшая мхом бывает не одиноко поросшая мхом?
Живет в избе этой старуха ворчливая других изб там нет, зачем уточнение?
лишние местоимения
своизмы
луны белоснежной Луны
при чем ту орехи и конюх?
— Гляди, матушка, — говорит он. – ходит у людей неверное оформление прямой речи
м-да…

Загрузка...
Ekaterina Romanova №1