Ольга Силаева №1

Телеграмма эмоций

Телеграмма эмоций
Работа №405

Я сидел в своей конторе, когда услышал характерное шипение, присущее работе привода откатных ворот. Ворота эти вели в небольшой отсек пиратской станции, который я арендовал под своё небольшое предприятие.

Нет, это не то, что вы подумали. Под словом «предприятие» я подразумеваю совершенно легальный бизнес. Ну и что, что станция пиратская? Просто здесь больше возможностей для самореализации. Ни тебе государственного контроля, ни грабительских налогов. Настоящий рай для молодого искателя приключений, у которого под боком есть лишь старая отцовская посудина, перепрограммированный робот самой древней модели во Вселенной (его я случайно выцепил в вакууме среди космического мусора) да ещё дерзкие мечтания и планы на будущее.

- К вам посетитель, - услышал я ржавый, дребезжащий голос своего робота-секретаря.

Какой же он неприятный. Словно царапанье гвоздём по металлу.

- Чак, собери у них оружие. Только обыщи как следует.

- Это женщина. Она одна. Оружия при себе не имеет.

Признаться, я был слегка удивлён. Женщина прилетела на пиратскую станцию. Либо она вне закона и опасна, либо не очень дружит с головой.

- Проводи её ко мне. Чак, только не приставай с вопросами. Твой голос приятен только мне, слышишь меня? Я серьёзно, не говори с ней.

Я устало потёр брови:

«Надо будет скачать другую озвучку для Чака и обновить прошивку».

Итак, я сидел в своём кресле. Достаточно удобном, ведь я выдрал его с пассажирского трюма межпланетного лайнера, который недавно был ограблен местными умельцами этой станции. Так получилось, что по знакомству одно удобное сиденье попало ко мне. Не сказать, что не испытываю угрызений совести по этому поводу. Но не пропадать ведь добру.

Как выглядит бизнес человека, которого выгнали с лётной академии? Кабинет размером со спасательную капсулу. Стены больше похожи на подвал, в котором хранили овощи на Земле, только из металла. С вентиляционной шахты что-то подтекает. Не хотелось бы узнать, что там за решёткой. Больше всего жалею, что нет иллюминатора. Ну тут уж ничего не поделаешь. Мой отсек в служебном модуле станции, чуть выше машинного отделения. Вот так и живу.

Правда есть кое-что, что постоянно меня радует. На столе стоит фотография сестры с родителями. Фотография сделана на колониальной планете, где я вырос. У неё и названия-то нету. Так, цифровой маркер на галактической карте. А для меня там весь мой мир и вся моя жизнь. Может когда-нибудь вернусь к ним не неудачником, а настоящим человеком.

Дверь отворилась. И если бы сюда сейчас ввалились четверо вооружённых космических десантников или пара мордоворотов от местного воротилы «Забияки Джо», я бы не так удивился.

В дверях стояла совсем старенькая женщина. Нельзя было даже сказать, что она пожилая. Пожилой она была лет десять назад. Её выцветшие серые глаза, окруженные морщинами, внимательно уставились на меня. Неужели она одна прилетела в самую криминальную из обитаемых систем, чтобы нанести мне визит?

Она переплела худые пальцы, немного ссутулилась, но никак не решалась начать говорить.

У меня пересохло во рту, но я заставил выдавить из себя приветствие. Она кивнула в ответ.

- Чем я могу быть полезен?

Она медленно подошла к моему столу старческой походкой, слегка кряхтя и неуклюже переваливаясь с боку на бок, будто хромая на одну ногу.

- Мне нужно, чтобы вы отвезли меня в несколько мест.

Я мгновенно заскучал. Чего ещё ожидать от старушки? Просто пролететь по маршруту. Ничего интересного.

- Конечно, я отвезу вас куда угодно, - я оголяю свои зубы. - Можете ни о чём не беспокоиться. Но почему вы пришли именно ко мне? По-моему, ОКС* предоставляет очень дешёвый транспорт для таких же целей. А пенсионерам вроде бы даже льготы предоставляются, - говорю с напускной бодростью и веселостью.

- Мне нужно в несколько мест, если это возможно. Каждое находится на очень большом расстоянии друг от друга.

- Конечно возможно. У меня самый быстрый корабль, - вальяжно откидываюсь на кресло. – Даже у военных не всегда такой найдёшь. Отцовский, - добавил я с гордостью.

- Молодой человек, речь идёт не о расстоянии в пределах одной системы. Я говорю о световых годах.

Это меня немного озадачило. Обычно варп-скачки делают либо военные, меняя дислокацию флота, либо колонизаторские ковчеги. Для маленьких кораблей – это слишком дорогое удовольствие. Многие, кто перемещались в другую систему, обычно даже не всегда имели возможность вернуться домой.

Всё дело в том, что нужны огромные энергозатраты. И добыть столько энергии можно тремя способами.

Самый простой, но и самый дорогой – это купить топливо у правительства. Заполнить огромную кучу всяких бумаг, рассказать им всё о цели путешествия и стать на учёт контроля Управления Межзвёздных Перелётов. Ужасно долго, да и от такого количества бюрократии можно свихнуться. И это, не говоря о цене, сопоставимой со стоимостью моего корабля.

Второй способ, который мне гораздо больше по душе – это кража энергии у местной звезды. Для этого придётся незаметно откусить лакомый кусочек у огненного шара, при этом не попасться законникам. А затем преобразовать количество плазмы объёмом с луну в маленький шарик, не больше кулака, энергия которого будет питать варп-двигатель и искривлять пространство. Главное правильно настроить компьютер и не переборщить со сжатием топлива. Если превысить радиус Шварцшильда, чёрная дыра навсегда покончит с моими приключениями. В принципе, радиус сжатия можно варьировать. Магнитный блок вмещает плазму гораздо большего объёма. Я ещё не слышал ни об одном случае, когда в варп-двигателе корабля возникала чёрная дыра.

Ну и, наконец, третий способ, который подойдёт отъявленным негодяям. Отследить корабль, собирающийся совершить скачок. Взять его на абордаж, а затем перекачать топливо себе. Это самый распространённый способ. Но не так-то просто узнать о таких кораблях и откуда они стартуют. Такая информация строго секретная. Хоть тут спасибо бюрократии. Хотя при наличии связей всё возможно. Которых у меня как раз нет. Да и с моральной точки зрения – это всё равно, что у нищего отобрать последний кусок еды.

- Теперь я понял, почему вы пришли ко мне. Транспорт для пенсионеров не производит такие полёты, - работа оказалась интересней, чем я думал, но я ещё не согласился. – Вы же понимаете, что, учитывая определённые риски, расходы на…

- Вы получите двенадцать тысяч. Половину перед полётом, а потом остальное.

Я чуть не поперхнулся. Да это же целое состояние. Что может быть таким важным для неё? Откуда эти деньги?

- Хорошо. Прежде, чем я соглашусь, мы должны прояснить несколько вещей: Во-первых, вы понимаете, что даже такой суммы недостаточно для покупки топлива. Нам придётся добыть его другим способом, не совсем легальным. Вам не о чем волноваться. Так делают все. Просто цены совершенно неподъёмные. Во-вторых, полёт будет проходить без ведома Управления Межзвёздных Перелётов – следовательно при нашем обнаружении, мы попадаем под достаточно строгую статью. И это, не учитывая то топливо, которое мы «позаимствуем». Наконец, в-третьих, мне нужны точные координаты выхода из скачка. Звёздные карты я беру на себя. Благодаря моим друзьям на этой станции, они самые точные. Вероятность столкновения во время полёта будет минимальной. Прошли уже те времена, когда приходилось месяц прокладывать путь при скачке. Теперь это дело нескольких часов, впрочем, не важно. Вы пассажир. Для меня главное – ваши безопасность и удобство.

- Так вы согласны? – она серьёзно на меня посмотрела.

- Я соглашусь, как только узнаю точки выхода. Мы оформим с вами все бумаги. Так что насчёт координат? Куда летим?

Старушка достала из сумки какой-то серый пенал и положила на столе передо мной. Я сдвинул пальцем крышку. Оттуда пахнуло сыростью и старой бумагой.

Мы встретились глазами, и они словно говорили: «возьми их, прочти».

- Бессмыслица какая-то, - сказал я после изучения бумажек.

- Здесь весь мой смысл, - ответила старушка.

Почему ко мне в контору частенько заходят сумасшедшие?

- Это ведь просто даты!

На самой нижней бумажке шариковой ручкой, аккуратным почерком, при котором буквы стояли как солдаты на плацу, было написано: «25.08.2028». Затем я рассмотрел следующую бумажку. На ней уже совсем другой ручкой и даже другим почерком значилось: «29.04.2043». Почерк был художественным и лёгким, как завихрения ветра. Он то взмывал, то приземлялся и скручивался в красивые спирали на заглавных буквах. Потом следующая дата… Затем ещё одна.

- Вы можете это объяснить?

- Могу. Но не сейчас. Если вы согласны лететь за ту плату, что я вам предлагаю, я объясню, как и куда. Если нет, я отправлюсь в другую контору.

Она открыла свою записную книжку из той же сумки и провела пальцем по адресам моих конкурентов, глядя на мою реакцию.

- Как вас зовут?

- Эмилия.

- Очень приятно. Меня зовут Этан. Эмилия, вы ведь понимаете, что даты никак не помогут мне при расчётах точки выхода из прыжка?

- Нет не понимаю, - раздраженно бросила она.

- Постойте… Что?

- Я сказала, что не понимаю! Какая сейчас дата?

Моё лицо выражало крайнее недоумение и даже раздражение, но я ответил на автомате:

- Второе февраля, две тысячи сто четырнадцатого года.

- Теперь отнимите текущую дату, от даты, которая написана на этих бумажках.

- И что? – я все ещё не понимал, к чему она клонит.

- Вы получите новую дату. Эта дата будет расстоянием в световых годах от Земли. Если конечно знать точные координаты планеты, а она есть в любой даже самой худшей звёздной карте, то вы сможете доставить меня на расстояние от Земли, равное в световых годах этой дате. Конечно же за хорошую плату.

- Но зачем? И относительно чего нам удаляться от Земли?

- Это не важно. Проведите любую прямую линию от планеты и просто доставьте меня по этим датам.

- Вы же понимаете, что я не могу выполнять заказы, если не понимаю в них смысла.

- Я вам всё расскажу. Но только не сейчас. Это история не для разговора на пиратской станции.

Я всё взвесил. Старушка предлагает мне мой годовой заработок за такую плевую работу. Какая разница, какие безумные идеи роятся у неё в голове. Мало ли чего ей взбрело под старость лет. Доставлю её и завезу обратно. Было бы ужасно глупо отказываться. Но тень сомнения всё равно закралась в моё сердце. Но разве меня это когда-нибудь останавливало?

- По рукам.

Так началось моё необычное приключение, которое я никогда не забуду.

* * *

Я любовался «Старым приятелем». Так я назвал свой корабль. Наверное, потому что он не раз помогал мне в передрягах и был словно добрый друг, который готов выслушать и утешить. Модель уже не очень новая, но сможет дать фору половине кораблям в ОКС. Потому что отец, талантливый инженер, лично усовершенствовал некоторые системы корабля. Ну и бережное отношение, наравне с тщательным обслуживанием, позволили сохранить корабль в отличной форме. А варп-двигатели у такого класса вообще большая редкость. Я очень трепетно относился к кораблю.

Настоящий космический ястреб. Удлинённый нос, как у истребителей, угловатые, симметричные формы. Он смотрелся агрессивно и вызывающе. Не как гражданские корабли, которые скорее похожи на пухлые пирожки из-за своей эллипсоидной обтекаемой формы. Я подумывал нанести покраску в виде языков пламени, окутывающих корпус, но отказался, ссылаясь на то, что это будет не солидно. Пусть пираты балуются подобным.

- Прошу вас на борт! – наклонился я как дворецкий, заложив одну руку за спину.

- На этот истребитель? Мы что, полетим воевать?

Я усмехнулся её сарказму. Мне было приятно, что корабль вызывает именно такие ощущения.

- Вас ждёт самая мирная поездка во всей галактике, - я обогнал её по трапу, чтобы подать руку на верхней ступеньке, - Запомните этот момент. Скоро об этом корабле будут говорить все, и даже в самых отдалённых колониях будут знать, как он выглядит.

Она закатила глаза, явно выражая своё недовольство по поводу излишнего максимализма у молодёжи.

Я не знаю, что чувствовала моя пассажирка, которой по меньше мере лет девяносто. Но каждый раз при подъёме на корабль, моё сердце радостно металось, будто собиралось покинуть грудную клетку. Просыпалась жажда приключений. Тело требовало перегрузок, его ломало от недостатка эмоций и адреналина на станции. Теперь я получу свой наркотик. Это, чёрт возьми, лучшая работа в мире. Получать деньги просто за то, что занимаешься любимым делом. К чёрту лётную академию, к чёрту деньги и всё остальное. Я жил ради полётов, и только и ждал как быстрее вернуться в кресло пилота. Скорее, скорее взлетаем!

Кресло пилота приняло меня в свои мягкие объятия. Я проводил предполётные настройки, ловко перебирая пальцами тумблеры и кнопки. Бортовой ИИ помог с выбором оптимальной траектории выхода на орбиту. До взлёта меньше пяти минут. В горле чуть пересохло – так всегда бывает от небольшого волнения.

- Всем пассажирам, за бортом у нас пиратская станция. Температура на ней пригодная дли жизни. Место сборища головорезов, убийц и прочих отбросов общества. Сейчас мы покинем это место и отправимся прямиком в безоблачность и безветренность космоса. Можете не пристёгиваться, это на ваше усмотрение, здесь никаких правил, - я улыбнулся своему отражению на лобовом стекле. - Спасибо, что выбрали нашу компанию. Рад приветствовать вас на борту «Старого приятеля»! Минута до взлёта.

Старушка в пассажирском отсеке крепко пристегнулась крест-накрест. А потом в последний момент распустила ремни и засеменила к кабине пилота.

- Сейчас стартанём будь здоров! Шарлотта, почему ещё нету отчёта по системам корабля? – обратился я к бортовому ИИ.

- Произвожу последние тесты. Сейчас будут.

Дверь в кабину пилота отворилась. Я оглянулся: старушка как у себя дома уверенно направлялась ко второму креслу пилота. У меня отвисла челюсть.

- Вам сюда нельзя!

- Все системы в норме, капитан. Запускаю двигатель, – Шарлотта похоже игнорировала, что один пассажир по-прежнему гуляет, а не закреплён в кресле, как полагается.

- Что вы делаете?! – кричал я, отстёгивая себя от кресла.

Я подбежал к Эмилии, взял её под руку и быстро повёл ко второму сиденью. Пыхтя и ругаясь, я пристегнул её к креслу. И одним широким скачком достиг своего.

- Это ни в какие ворота не лезет. Надо же, перед самым запуском! Шарлотта, старт через десять секунд, по моей команде!

- Есть капитан.

Я чувствовал, как корабль рвётся ввысь. Он смотрел в черноту разинутой пасти ангара, как бык на красную тряпку. Началась тряска, а затем ускорение положило на нас бетонную плиту. Мы взлетаем. Свинцовыми руками я регулировал расчётный курс. Несколько минут и мы можем дышать спокойно.

Улыбаясь самой своей нахальной улыбкой, я посмотрел на своего единственного пассажира и по совместительству второго пилота. Её серая кожа тоже растянулась в улыбке. Должно быть она впервые в жизни прокатилась в кабине пилота.

- Вы не против музыки?

- Смотря какой.

- Шарлотта!

- Да…

- А хотя… Забудь. Я достал флеш-карту и вставил в компьютер. Первая композиция зазвучала, когда мы неслись через космическое пространство, чтобы украсть топливо. Под бессмертную классику с Земли: «ThreeLittleBirds» Боба Марли, и я был счастлив.

* * *

Температура корпуса постоянно росла, несмотря на защитные энерго-экраны. Фронтальные иллюминаторы пришлось закрыть огнеупорными защитными панелями. А мы смотрели в лобовой иллюминатор через шесть фильтров и всё равно щурились от яркости.

Я поражался виду перед собой. Невероятный, ужасающе огромный огненный шар заслонял всё поле зрение. Ему не было конца и края. Это была колоссальная мощь. Всё живое должно трепетать перед таким. Это костёр жизни космоса. Источник всего живого во вселенной. Частица высшего разума, не иначе. Кто ещё мог создать что-то такое же совершенное. Бога нет. Так вроде твердит нам наука. И я не против этого утверждения, но вы когда-нибудь пролетали возле звезды?

Мы подлетали к ней всё ближе и восхищались. Здесь мои навыки пилота ничего не значили. Тут сплошная математика, и управление я доверил главному компьютеру. Скоро мы погрузимся в клокочущую пучину, и заберём немного плазмы для варп-прыжка. Хоть бы всё получилось.

* * *

Всё прошло как по маслу. Никто нас не засёк за попыткой украсть топливо. Возвращаясь назад, мы лишь заметили автоматический грузовой корабль без экипажа, который высосал топлива в тысячу раз больше и везет его, чтобы пополнить бюджет ОКС. Этот чёрный прямоугольник был километров пять длинной, охраняемый сотней дронов. Никто никогда не рисковал грабить такие корабли. Это самоубийство. Безопаснее нырнуть в звезду, поверьте мне.

Мы пили чай с Эмилией в комнате отдыха для экипажа. Она заварила его с мятой и запах был густым и сочным.

Старушка в больших круглых очках смотрелась немного нелепо в бортовом чёрном скафандре с тёмно-зелёной полосой от плеча и до бедра с каждой стороны. Я не привык видеть старых людей в космосе.

Она читала книгу, иногда посербывая горячий чай своими потрескавшимися губами. И если бы не это действие, можно было бы подумать, что она спит.

- Эмилия.

Она подняла свои глаза от книги и посмотрела на меня через толстые линзы.

- Вы выросли на Земле?

- О да, и прожила большую часть своей жизни там.

- Правда? И каково это?

- Наверное, как в раю.

- В каком смысле «наверное»?

Она смотрела сквозь меня, как будто что-то вспоминала. Лицо её помрачнело.

- Я действительно выросла на Земле. Но ничего не помню.

- Почему?

- Обычно я ни с кем не делюсь этим. Но я слишком стара. Я уж и не знаю сколько мне осталось, а вы любезно выполняете последнюю мою просьбу, поэтому я вам расскажу.

Я кивнул и приготовился слушать.

- В эту жизнь я приходила дважды. Первое, счастливое рождение, я могу себе только представлять. Второе рождение – это кошмар наяву. Я лишь помню, как проснулась в медицинском отсеке какой-то станции… Было холодно и стоял полумрак. Самое страшное было, что я не знала кто я, а тем более, где я. Потом пришёл человек. Я всю жизнь буду помнить его лицо. Такое крысиное и угловатое. Его маленькие глазки злобно смотрели на меня. Он сказал мне мой позывной номер, который я даже не запомнила с первого раза. И у меня началась другая жизнь.

- Рабство, - прошептал я, - мне жаль.

- Это не редкость в ОКС. Проблема стала появляться, когда власти перестали контролировать быстрый рост обитаемых систем. Руки закона дотягиваются далеко не во все населённые уголки. Разве пиратская станция, где находится твоя контора, существовала, если бы правительство держало всё под контролем? Нет, эра космоса оформилась в настоящий расцвет преступности. Потому что нет контроля. Человечеству ещё долго придётся бороться со своими пороками.

- Эмилия, но как? Как вы выбрались?

- Я провела в рабстве вторую и большую часть своей жизни. Без памяти, без надежды. Мне вложили, что работа и есть моя жизнь. Что нет ничего, кроме сталеплавильного цеха, где мы обслуживали автоматы. Я ничего не помнила и принимала всё как должное. И ещё сотни таких как я. Мыслей о побеге не было, потому что мы даже не знали, что находится вне завода. Мы просто жили и делали, что нам говорят. С нами не обращались жестоко… Но, как они посмели отнять у нас жизнь, как они посмели… - слеза проступила на её высохшей коже в уголке глаз, - отнять у нас наше прошлое? А потом, нас освободили. После тридцати лет. Солдаты ОКС ворвались в цеха и начали убивать наших надзирателей без всякого разбора. Они просто испепеляли их, но мне не было их жаль. Под выстрелы попадали и невинные, а мы не понимали, что происходит и просто стояли и смотрели на всё это безумие вокруг. Мы просто стояли, потому что не знали, кто эти люди в чёрных скафандрах.

- Как вас нашли?

- Нас бы никогда не нашли, если бы не один человек. Благодаря ему, мы сейчас все свободны. Один из работорговцев по какой-то причине решил навести законников на нелегальный цех. Может, его совесть замучила, а может он нашёл в этом большую для себя выгоду. Вот так вот я и узнала, что у меня была жизнь и до плавильни. Что я с Земли. Я проходила полугодовую реабилитационную программу, чтобы мы могли вновь почувствовать себя людьми, вернуться в общество. Там я встретила свою любовь. Мужчина, который вместе со мной работал в цеху. Вот и вся моя жизнь.

- Эмилия, мне правда очень жаль.

- Спасибо. После этой чёрной полосы, жизнь стала налаживаться. Я жила счастливо со своим мужем. Мы не думали о нашем прошлом и не сильно рвались вспоминать жизнь до потери памяти. Та жизнь прошла, и мы договорились, что отпустим её. По крайней мере, ему это удавалось.

- Это правильно. Мысли об ушедшей жизни только мешали бы вам. Вы жили счастливо вместо того, чтобы тратить годы на поиск бывших себя.

- Это с одной стороны. А с другой, я не могла отделаться от мысли, что же было со мной до всего этого? Где сейчас мои родители, и что они были за люди? В какую страну я впервые приехала на Земле? Кого любила? Как встречала новый год, о чём мечтала по вечерам? Какой мой любимый цвет? Какие цветы любила мама? Как познакомились родители? Любимая музыка. Такие мелочи… И одни вопросы. Я уж думала, а не записывать ли мне их. Мне конечно рассказали про родителей немного во время реабилитации и немного обо мне. Но слышать о своей жизни от другого человека… Никому не могу пожелать испытать такое. Ты как будто читаешь книгу или смотришь фильм, где твоё тело было главным героем. И с годами эта мысль становилась всё более навязчивой. Мне хотелось вспомнить. Но как это сделать?

- Найти родственников. Узнать у них.

- Именно. Я искала родственников. И даже нашла парочку, но они были не слишком близки с моей старой семьёй. И потом, не все встречали меня с распростёртыми объятиями. Ведь я уже другой человек. Да и что я могла у них узнать? Всё это мне говорили в центре реабилитации.

- Эмилия, почему мы не летим на Землю? Может вы смогли бы что-нибудь вспомнить таким образом?

- Вы поймёте сейчас. Мой муж подарил мне ещё одно счастье в жизни. Перед своей смертью, он совершил невероятное. Он обратился в детективное агентство. И нам помогли найти частичку моего прошлого. В семейных вещах остался мой дневник, который доставили мне. Он практически нечитаемый. Но там было несколько сохранившихся дат. Я их переписала на листочки. И примерно знаю, что эти даты значили из обрывочных описаний. По крайней мере, я увидела свой старый почерк, он совсем не похож на текущий, - Эмилия тихонько засмеялась. - Вы вероятно подумали, ну и что? Что дают мне эти даты? Я точно так же спросила у своего мужа, а он такой: «Эмилия, дорогая, у меня для тебя ещё кое-что есть». И тогда он вынес устройство. Подождите, пожалуйста, я сейчас схожу в свою каюту.

Эмилия медленно встала и заковыляла из комнаты отдыха. Я задумчиво смотрел ей вслед. Её силуэт отражался на чистом полу. Расплывчатая копия её. Которая неотъемлемо следовала за ней. Человек с двумя жизнями.

- Вам помочь? - бросил я, когда вышел из оцепенения задумчивости, но она не услышала и скрылась за поворотом коридора.

Через несколько минут она вернулась. На руках у неё было нехитрое приспособление. Вытянутая трубка тёмно-красного цвета. Похоже на…

- Телескоп! – сказала она.

- Телескоп? – я кажется начал понимать. - То есть, вы хотите посмотреть на Землю? Свет отразился от Земли когда-то давно и, зная эти даты, которые у вас на листах, мы может обогнать свет и оказаться раньше него в точке наблюдения. Мы сможем заглянуть в…

- Прошлое! Именно! В те времена, когда я была с родителями. Когда я была настоящей собой.

Ни один телескоп в мире не может смотреть на такие расстояния. Но моё дело доставка.

* * *

- Шарлотта! Система жизнеобеспечения?

- В норме. Но не работает обогрев пола в душевой.

- Ты серьёзно? – улыбнулся я, читая мониторы. – Я займусь этим полом, не нужно мне каждый раз напоминать об этом. А какие-нибудь серьёзные повреждения? А то я помню, как чинил регенератор воздуха, потому что он слетел в самый важный момент.

- Вы тогда меня отключили, потому что обиделись. Вот я вас и не предупредила.

- Ладно. Двигатель?

- Зарядка двигателя завершена. Плазменные инжекторы отключены. Топлива в системе достаточно. Система охлаждения работает исключительно безотказно, капитан.

- Когда это ты научилась так красиво говорить?

- Прочитала пару книг.

- В смысле загрузила в память?

- Каждый читает по-разному. Никто не виноват, что человек ограничен в своих возможностях.

- Какие мы совершенные, - протянул я саркастически, - не забывай кто тебя создал.

- Не конкретно вы, но я благодарна людям. Мы, машины, в отличие от вас, людей, знаем своих создателей.

- Ну и на том спасибо.

Мы проверяли остальные системы, когда Эмилия снова пришла к нам. Я попытался было её отвести назад в удобный отсек для экипажа, но она сказала, что ей так спокойнее. Когда рядом есть кто-то живой. И потом увидеть варп-скачок с кресла пилота - истинное удовольствие. Кто может себе представить искривление пространства? Не представишь, пока не увидишь.

- Хорошо, оставайтесь в кресле пилота. У нас тут не гражданские перелёты. Я разрешаю смелым пассажирам прокатиться вместе со мной, - я подмигнул старушке.

- Варп-скачок по готовности. Шарлотта, включи-ка мне песню по настроению.

- Вы всегда счастливы в этом кресле, наслаждайтесь.

«BeastOfBurden» в исполнении TheRollingStonesукрасили кабину корабля своим звучанием.

- Такое старьё? – я засмеялся. – Отличный выбор, спасибо.

Кресла перешли в вертикальное положение. Я нажал кнопку запуска варп-двигателя.

- Вперёд, пусть нам будут попутными космические ветра.

Пространство исказилось и это было так прекрасно, что даже после сотого скачка, я не смог бы оторвать взгляда от того, что происходило перед моими глазами. Я мельком взглянул на Эмилию – она заворожённо смотрела перед собой.

Мы хорошо подружились за ту неделю, что провели в полёте. Она рассказала мне подробней о своей удивительной жизни. Часто говорила о Фрэнке, своём муже. И я не думал, что человек, потерявший память, может так любить.

Я учил её играть на гитаре. Но её тонкие пальцы, потерявшие с годами гибкость, обращались со струнами с большим трудом. Но ей нравилось, и я был не против.

Мы вместе смотрели фильмы, старые и новые. Часто мы любовались искажёнными звёздами в большом иллюминаторе кают-компании, которые были похожи на новогоднюю гирлянду, растянувшись в яркие полосы, и рассуждали о былом. Ещё она рассказала, что несли в себе эти даты из дневника. Это были одни из самых счастливых дней её прошлой жизни.

Иногда у неё прихватывало сердце. А я сидел рядом, волнуясь, чтобы вдруг чего не случилось. А она лишь спокойно говорила, мол, возраст уже такой, ничего страшного.

Она тоже хорошо меня узнала. Как я жил и чем собирался жить в ближайшее время. Открыв Эмилии свои мечты и планы, взамен я получил мудрые советы и дружеское участие.

Полёт сближал двух совершенно разных людей. Судьбе, вероятно, показалось интересным сделать нас пускай и не друзьями, но хорошими приятелями. Две совершенно разные жизни. А может, стоит сказать три?

* * *

Я стоял у иллюминатора со скрещенными руками на груди. Мы достигли места назначения. Сегодня двенадцатое февраля две тысячи сто четырнадцатого года. Мы находимся в восьмидесяти пяти с половиной световых годах от Земли.

Как бы я ни любил полёты, сознание, что от бесконечности Вселенной меня отделяет лишь корпус корабля, заставляет поёжиться от необъяснимого холода. Лишь пустота и равнодушие. Что мы такое для всего этого вокруг? Наверное, ещё рано об этом даже задумываться.

Эмилия спала. Я обещал её разбудить, когда свет далёкого две тысячи двадцать восьмого года долетит до нас. Подумать только! Мы обогнали свет и готовимся увидеть прошлое.

Я приготовил омлет на кухне. Подумал, стоит ли разбудить Эмилию, чтобы предложить ей мой кулинарный шедевр, но потом решил дать ей отдохнуть. Всё-таки возраст почтенный. Лучше потом ещё раз приготовлю.

- Капитан, - обратилась ко мне бортовой ИИ Шарлотта, - у меня в памяти сто шестьдесят тысяч рецептов самых разных блюд. С разных колоний, от лучших шеф-поваров. Есть несколько тысяч эксклюзивных с Земли. Но вы приготовили простой омлет.

- Такого вкусного омлета ты в жизни не ела, - ответил я, заваривая кофе.

- Слишком мало. Нужно шестнадцать грамм на триста миллилитров.

- Так, Шарлотта, ты помнишь о чём мы говорили? Не нужно доставать меня. Если мне понадобится совет, я у тебя его обязательно спрошу. Я всю жизнь так пью кофе. Понимаешь, если бы люди делали всё идеально, мир был бы ужасно скучным.

Я вдохнул запах кофе во всю грудь. А затем принялся за еду.

- Слушай, Шарлотта. Вот сейчас будет очень хорошо, если ты применишь свои знания. Скажи, а возможно ли с такого расстояния в телескоп увидеть нашу Землю? Я не разбираюсь в оптических технологиях. Но, по-моему, эту ерунда какая-то.

- Я тоже заинтересовалась этим вопросом, когда слушала историю Эмилии. Мой вывод: при современных технологиях – это невозможно. Максимальное увеличение телескопа зависит от диаметра объектива. Кратность приближения рассчитывается как удвоенная величина рефрактора. Я даже не буду приводить вам эти ужасающие цифры. Диаметр такого телескопа будет колоссального размера.

А если ещё учесть смешение света от звёзд в поле зрения телескопа. Из всего потока фотонов, практически нереально выловить хотя бы один, отраженный с Земли, тем более в тот самый момент, указанный на дате. В общем, только если телескоп Эмилии не является магическим или спроектирован по какой-то тайной технологией предтеч, увидеть прошлое будет невозможно.

- Но она так в это верит. Может, у неё правда особый телескоп?

- Вы можете проверить, пока она спит.

Я оставил недоеденную пищу и направился к стоящему красному телескопу.

Я искренне верил всем сердцем в необычность этого незамысловатого устройства, купленного мужем Эмилии у какой-то сомнительной личности. Что оно сможет показать старушке её прошлую жизнь. Что он не оптический, а сделан по какой-то другой, совершенно фантастической технологии. Может любовь? Так она должна называться?

Вот он стоит, прислонившись к стенке, и ласкает глаза приятным переливом света на матовом корпусе. Он готов устремить своё око в самую далёкую даль, чтобы показать желаемое. Я иду медленно, словно боюсь спугнуть последнюю надежду Эмилии. На самом деле я просто оттягивал момент, когда нужно будет убедиться в правде. С наукой можно спорить или пытаться её игнорировать, да только всё это бесполезно. Свою правоту она докажет на деле. А говорить можно всё что угодно.

Я дотронулся до холодного телескопа. Хоть он и должен был раскалиться от моего волнения и желания, чтобы всё обернулось чудесным образом. Потому что в груди у меня что-то пылало.

- Шарлотта, разверни корабль носом к Земле, чтобы я мог настроить телескоп.

Я поставил треногу и прикрутил трубу к ней.

- Теперь спроецируй точку, где должна находиться Земля.

Это просто смешно. У телескопа есть только прицел для визуальной настройки. Да это же просто игрушка для школьника. Я, чувствуя себя дураком, прищурил один глаз и навёл телескоп по крестику прицела ровно на зелёную точку расположения Земли.

Конечно же я ничего не увидел и опустошенный покрутил ещё немного колёсико, пытаясь найти нужный фокус – только тьма и ничего больше.

И тут меня осенило. Я как ошарашенный побежал в мастерскую.

* * *

Когда Эмилия вошла в кают-компанию, я сделал вид, что мне абсолютно всё равно, чем она сейчас будет заниматься. Я подтягивался на турнике, затем взял гитару и стал играть какую-то мелодию. А сам краем глаза смотрел, как она семенит к телескопу, прислонённому к стене.

- Доброе утро, Этан!

- Доброе утро, Эмилия. Как настроение?

Она тепло, по-матерински улыбнулась мне. Пригладила рукой седые волосы. Было видно, что она волнуется.

- Уже можно смотреть?

- Можно будет смотреть через несколько минут, - сказала за меня Шарлотта.

- Это так странно…

- Что так странно?

- То, что я сейчас посмотрю на себя, восемьдесят пять лет назад.

- Эмилия, больше тебя не будет волновать это. И ты сможешь со спокойной душой лететь на Землю или домой.

- Спасибо тебе.

Я улыбнулся ей в ответ и опёрся плечом о стену.

- Я буду рядом. Смотрите сколько угодно.

Эмилия была совсем низкого роста, ей почти не пришлось сгибаться для телескопа. Она прищурилась и застыла в неподвижности, долго всматриваясь, а затем воскликнула:

- Я их вижу, Этан! Я их вижу! Родители, - её голос дрогнул, - вот моя мама! А это мой папа!

- Прекрасно! И какие они?

- Неужели они был именно такие? Совсем на меня не похожи. Какие они красивые. Мама… А вот я, ношусь волчком вокруг родителей. И трава такая зелёная, – сложно было понять, плачет она или смеётся. - Отец берёт меня за руку. Мы идём втроем куда-то. Вот это чудо-телескоп. Тот продавец нас не обманул. Так далеко и всё видит!

Она стояла, совершенно забыв про боль в ногах. Про то, что сердце уже не то. Про то, что находится в глубоком космосе за много световых лет от родной планеты.

Сейчас она бежала босиком по прохладной летней траве, а ладонью ощущала тепло отцовской руки. Ветер был её спутником и летел рядом с ней, играясь с её каштановыми волосами. Отец вдруг поднял дочку над головой и закружил в поле. Мама присоединилась к этому счастливому танцу. Она заливисто смеялась и подбегала то к отцу, то к дочке, чтобы чмокнуть, а затем вновь кружилась где-то рядом. Запахи лета пробивались через красную трубу. Нос каждую секунду улавливал новые ароматы. И световые года не могли стать препятствием для этого. Настоящая телеграмма эмоций.

Я вижу улыбку Эмилии в кают-компании «Старого приятеля». Она улыбалась той жизни и счастью, которое она испытывала в тот момент. Я смотрю на этот рот, который ввалился от недостатка зубов. А в телескопе все её зубы были на месте, чистые как первый снег. Я смотрю на сутулую спину, а она видела себя цветком, только готовящимся принести красоту в этот мир.

Она простояла так ещё много времени. И постоянно рассказывала мне, что видела. Всё говорила и говорила.

А я просто стоял и слушал. Стоял и слушал. И знал всё, что она скажет дальше.

Потому что всё это было мне знакомо. Эмилия смотрела старую запись моей семьи, которую я встроил в телескоп. В ней моя сестра кружилась с родителями. Разве плохо, если они станут родителями и для неё?

А потом она медленно отошла к стене и оперлась дрожащей рукой о стену.

- Эмилия…

Улыбка оставалась на её лице. Я кинулся к ней, чтобы поддержать.

- Эмилия!!

*ОКС – объединённые колонизированные системы.

Другие работы:
+4
1360
13:45
Спасибо автору за рассказ. Чувствуется, что он полюбил своих героев, с такой теплотой он их описывает. Теперь немного подробнее, как я поняла.
Тема: космос, взаимопонимание
Идея: дороже всего для человека его семья, в какое бы время он не жил.
Сюжет:
Начинается действие в конторе, находящейся в отсеке пиратской станции, где гг — молодой искатель приключение, которого выгнали из лётной академии, решил открыть свое дело.
Завязка — приход клиента — древней старушки, которая хочет нанять гг, чтобы совершить скачек во времени к Земле и увидеть с борта космолета через подзорную трубу свою семью в прошлом, которую она забыла, находясь большую часть своего времени в рабстве.
Далее по сюжету:
— колебания гг, связанные с дороговизной полета (при этом автор нам рассказывает о трех видах энергии, которые могут быть использованы), предложение старушкой очень хорошей оплаты пересиливает все колебания. Приключение начинается.
— сцена с удавшейся кражей энергии для заправки у ближайшей звезды.
— описание перелета до варп-скачка. Рассказ Эмилии (старушки) о своей жизни, дружеские посиделки. Ироничные перепалки с Шарлоттой (компьютером корабля).
— гипер прыжок сквозь искаженное пространство и подлет к Земле.
Кульминация: гг сомневается, что с такого расстояния можно что-то увидеть с корабля в телескоп на Земле. Решает это проверить. Смотрит в телескоп и там… действительно пустота. гг жаль старушку, он решает встроить в телескоп запись о своей семье.
Развязка: старушка смотрит эту запись. Она счастлива и умирает с радостной улыбкой.
Конец.

Общее впечатление:
рассказ добрый, светлый, мне понравился. Читается легко и интересно. Не заметила никаких серьезных ляпов, а про мелкие недочеты писать не хочется. За это плюсую.
В чем минус: по мне так очень много описательности… мало действия, много разговоров… это немного утомляет. Хочется какой то встряски что ли…
Желаю автору удачи.
Хороший и добрый рассказ. Если бы можно было, как в фигурном катании, выставлять две оценки, за технику и, допустим, за содержание, то вторая получилась бы очень высокой. А вот техника ну, скажем так, там есть, над чем работать. Автор, надеюсь, вы не обидитесь, если я покажу, что мне не понравилось? Всё это легко исправляется. А рассказ может получиться просто шикарный.
Самое начало показательно:

Я сидел в своей конторе, когда услышал характерное шипение, присущее работе привода откатных ворот. Ворота эти вели в небольшой отсек пиратской станции, который я арендовал под своё небольшое предприятие.


Во-первых, повторы. «Небольшой отсек» и «небольшое предприятие». Повторы в тексте встречаются не так, чтобы повсеместно, но всё же часто:

По-моему, ОКС* предоставляет очень дешёвый транспорт для таких же целей. А пенсионерам вроде бы даже льготы предоставляются.


По крайней мере, ему это удавалось.
Это правильно. Мысли об ушедшей жизни только мешали бы вам. Вы жили счастливо вместо того, чтобы тратить годы на поиск бывших себя.
Это с одной стороны.


Мне конечно рассказали про родителей немного во время реабилитации и немного обо мне.


Ещё вы используете ненужные слова. Они утяжеляют текст. Попробуйте без них, получится лучше. «Я сидел в своей конторе», «я арендовал под своё небольшое предприятие», без «своей», «своё» получится лучше. Вообще, это слово у вас одно из любимых.

Итак, я сидел в своём кресле.


Кресло пилота приняло меня в свои мягкие объятия.


Улыбаясь самой своей нахальной улыбкой, я посмотрел на своего единственного пассажира и по совместительству второго пилота.


Она подняла свои глаза от книги и посмотрела на меня через толстые линзы.

— Конечно, я отвезу вас куда угодно, — я оголяю свои зубы.


Кстати, «я оголяю свои зубы», не самое удачное описание дружеской улыбки, скорее, это оскал. ИМХО, конечно.

Я жила счастливо со своим мужем.


Встречаются и другие слова-сорняки.

Вот так и живу


Так началось моё необычное приключение, которое я никогда не забуду


— Вы же понимаете,что я не могу выполнять заказы, если не понимаю в них смысла.

— Я вам всё расскажу. Но только не сейчас. Это история не для разговора на пиратской станции.

Я всё взвесил. Старушка предлагает мне мой годовой заработок за такую плевую работу.


По моему без подчёркнутых слов текст читается лучше. Здесь к тому же повтор «понимаете» «не понимаю». Логичнее было бы не «не понимаю в них смысла», а «не вижу в них смысла»

— К вам посетитель, — услышал я ржавый, дребезжащий голос своего робота-секретаря. Какой же он неприятный. Словно царапанье гвоздём по металлу.


Здесь как-то уточнить бы, кто неприятный, посетитель, робот или голос?

Настоящий рай для молодого искателя приключений, у которого под боком есть лишь старая отцовская посудина.

После такого описания мы вынуждены представлять космический корабль героя, как старый хлам, с которым он и сам не знает, что делать. А оказывается:

Модель уже не очень новая, но сможет дать фору половине кораблям в ОКС.


Кстати, тогда уж половине кораблей

Там ещё есть шероховатости. Однако, плюс вам, потому что рассказ мне на полном серьёзе понравился.
00:38 (отредактировано)
Хороший рассказ. Работа не мальчика, но мужа. А то и дедушки, судя по выбранным музыкальным композициям. smileБез обид, просто Боб Марли, Роллинги. Не уверен, что через сто лет это будет кто-то слушать, но фиг знает… Кстати, не слишком ли мал срок для такого технологического скачка? Это у Хайнлайна и Стругацких космос близок, реальность оказалось сложнее и неподъёмнее.
Ну ладно, о тексте. Написано недурно, но тем больше бросаются в глаза стилистические огрехи. Выше правильно сказали про лишние слова. «Своего» очень много.
Она читала книгу, иногда посербывая горячий чай своими потрескавшимися губами… Она подняла свои глаза от книги и посмотрела на меня через толстые линзы.

Кстати, про «посербывая». Раз уж выпендриваться, то сдаётся мне, надо писать: «посёрбавая».
Или вот, сомнительное употребление слова «с».
Достаточно удобном, ведь я выдрал его с пассажирского трюма межпланетного лайнера...

«Выдрал с» терзает мне душу. Выдрать можно «из» или, на худой конец, «на». Не говоря уж про имена собственные.
Как выглядит бизнес человека, которого выгнали с лётной академии?

Ну тут точно «из».
С вентиляционной шахты что-то подтекает.

Извиняюсь за занудство, но опять меня терзают смутные сомнения, что подтекать может «с» чего-то, если это что-то — объект. Например, сосулька. А шахта — это дыра. То есть опять «из».
Или вот, двоякое прочтение из-за местоимений.
Улыбка оставалась на её лице. Я кинулся к ней, чтобы поддержать.

К улыбке? Я бы перекроил. Например: «Она всё ещё улыбалась. Я кинулся к ней, чтобы поддержать.»
И вот в чём разница между фронтальными и лобовым иллюминаторами? Просто, я никогда не летал на космических кораблях. Может, другие читатели знают? По мне, одно и то же.
Фронтальные иллюминаторы пришлось закрыть огнеупорными защитными панелями. А мы смотрели в лобовой иллюминатор через шесть фильтров и всё равно щурились от яркости.

И яркость — на экране. А тут яркий свет.
Ну ладно, это всё мелкие придирки. По сюжету. Вот нравятся мне подобные концовки, когда герой вроде и получил, что хотел, но не совсем то, и помогли ему, и без лишнего пафоса. По-доброму, спокойно, с грустинкой. Только перед финалом много слов, и не все они играют на сюжет. Например, робот. Был робот в начале со страшным голосом, а потом это нигде не работает. Ну и зачем он упоминался? Для антуража? Только внимание отнимает. Или пиратская станция и варианты добычи топлива. Опять же, для сюжета не главное. Я бы порезал — чего время читателей отнимать? Нынче время дорого, чай за каждое слово не платят.
Вощщем, стоит почистить, и будет весьма годно.
20:49
яизмы в запущенной форме
лишние местоимения
его я случайно выцепил в вакууме среди космического мусора так в вакууме или среди мусора?
своизмы тоже рискуют обостриться
выгнали с лётной академии? ИЗ
я оголяю свои зубы «Впервые в Совдепии! Зубной стриптиз!» © crazy
с препинаками тоже проблемка
этозмы подбираются, как кикиморы на болоте
радиус Шварцшильда yahoo
Я достал флеш-карту и вставил в компьютер такие устаревшие технологии?
банально, вторично, скучно
не получилось у автора передать атмосферу
абордажи кораблей ради выкачивания топлива — вот, скрепы и в рассказе скрепны
текст надо основательно причесать (а лучше побрить)
Загрузка...
Светлана Ледовская №1