Ольга Силаева №1

Лейфики

Лейфики
Работа №437

Олива шла среди полок магазина, уставленных пластиковыми банками. В них копошились миниатюрные человечки, ростом с указательный палец девочки. Лейфики – новый писк моды на игрушки среди подростков. Покупаешь такого человечка, обустраиваешь для него домик, наблюдаешь за его жизнью. Девочки, да и некоторые мальчики, во все времена обожали кукол, но в 23 веке эта любовь вылилась в нечто среднее между покупкой игрушки и заведением домашнего питомца. Подростки от 10 до 16 лет тратили все свои сбережения на приобретение живых кукол. Лейфики появились в магазинах фабрики «Макария» всего несколько месяцев назад, но уже успели приобрести бешеную популярность, которая отменила предыдущую моду – животных, напоминавших пучеглазые огурцы. «Живые огурцы» были привезены с Венеры пару лет назад и всё это время жадно раскупались детьми всех возрастов. Их содержали в специальных контейнерах, поддерживающих привычную для зверьков, жаркую погоду. Так что, ни потрогать, ни погладить их было нельзя, зато они забавно пищали и таращили глазки, чем подкупали своих будущих владельцев. Но лейфики – это совсем другое. Ими, действительно, можно играть. Какому современному подростку не захочется поселить в своей комнате ручного человечка? Не смотря на высокую стоимость товара, раскупались лейфики молниеносно. Первое время в магазинах выстраивались очереди. Позже, фабрика «Макария» в несколько раз увеличила производство «игрушек», и на прилавках появился выбор. Но всё равно не было и часа, когда салоны магазинов пустовали. Здесь всегда было как минимум несколько десятков подростков, таращащихся, словно они не дети, а пучеглазые «живые огурцы», на диковинный товар.

Олива как раз была одним из таких подростков. Она не могла себе позволить дорогую «игрушку», поэтому только смотрела. Две её школьные подружки, Йенни и Йолин, стояли возле одной из полок и спорили. Йолин хотела купить двух лейфиков, чтобы посмотреть, дадут ли они потомство, а Йеннипыталась отговорить подругу от столь серьёзной траты.

– Как дела? – спросила подружек Олива. – Уже выбрали?

– Я – да, – ответила Йолин, снимая с полки две прозрачные тары. В одной сидел лейфик-брюнет, во второй – лейфик-блондинка.

– Ничего ты не выбрала, – возмутилась Йенни. – Ты обещала занять мне, а если ты купишь обоих, то ничего не останется. Ты можешь купить второго в следующем месяце.

– А ты не можешь? – скривилась Йолин, прижимая банки к груди. Миниатюрные человечки попадали с ног и покатились к стенкам своего убежища. Блондинка размахивала руками, а брюнет прикрывал голову.

– Не могу. Вдруг моего купят!

– Ну и что? Тут их ещё много, кто-нибудь останется.

– Мне нужен только тот.

– Какой? – вежливо поинтересовалась Олива, очень надеясь, что своим любопытством она не провоцирует конфликт в свою сторону.

Девочки повернулись в её сторону. Йолин – с удивлением на лице, Йенни – обрадованная.

– Пошли, покажу, – Йенни подхватила Оливу под руку и потащила вдоль полок в самый угол салона. Заветныйлейфик одиноко сидел на дне банки, понуро склонив голову. – Этот.

– Ну и что в нём особенного? – скептически вопросила Йолин, появившаяся из-за спины. – Он даже не красивый. И старый.

Йенни хмуро покосилась на подругу. Наверняка, хотела оправдать свой выбор, но промолчала.

– По-моему, он милый, – осторожно вставила Олива.

Девочка наклонилась к лейфику. Тот вдруг поднялся на ноги и подошёл настолько близко, насколько это позволила банка. Он смотрел девочке прямо в глаза, лицо его выражало глубокую печаль.

– Знаешь, что, – произнесла вдруг Йолин покровительским тоном, – я куплю его. Он будет жить у меня, а ты всегда можешь прийти и поиграть с ним.

– Я…, – Йенни задумалась. – Ладно. Но в следующем месяце, когда у меня будет больше денег, я его у тебя выкуплю.

– Как скажешь.

Йолинпоменяла банки с лейфиками, и девочки отправились в другой отдел магазина: туда, где продавали домики, миниатюрную мебель и другие средства для комфортной жизни маленьких человечков. Йолин разрешила Йенни носить банку с её лейфиком, а блондинку отдала Оливе. Ей же самой руки понадобились, чтобы унести двухэтажное кирпичное поместье, два набора мебели и аксессуаров, пакеты с лейфо-едой. После того, как все покупки были сделаны, девочки погрузились на авиатакси и отправились домой к Йолин.

Дом, где жила Йолин со своими родителями и младшей сестрой, располагался на отдельном летающем острове, и был сложен из белого кирпича. По периметру островка проходила брусчатая дорожка для бега, росли постриженные в форме животных кусты, стояли лавочки и декоративные гномы. Больше могли себе позволить только люди, живущие внизу, на земле.

«Сколько же приходится покупать «летучего газа» ежегодно на то, чтобы остров оставался на плаву», подумала Олива. «Наверно, целое состояние. У неё с мамой столько денег не уходит даже лет за десять, включая не только оплату за жильё, но и питание, школу, одежду и прочие расходы».

Девочки прошли сквозь двойные двери и оказались в прихожей. Олива по привычке начала снимать обувь, но Йолин её остановила.

– Не снимай, пол самоочищается.

Комната Йолин по размерам была сопоставима со всей квартирой Оливы, включая общественный коридор. Здесь было всё, о чём может мечтать двенадцатилетняя девочка: от гардероба с автоматической доставкой одежды до вращающегося стеллажа для всяких блестящих штучек. Большая, подвешенная к потолку на цепях, кровать была аккуратно застелена, рядом стоял абсолютно пустой стол с широкой столешницей, по периметру которой располагался игрушечный бетонный заборчик. Хозяйка комнаты поставила на стол купленное поместье, наборы мебели положила рядом. Дом, владельцами которого должны стать двое лейфиков, занял две трети поверхности столешницы.

– Давайте, помогайте, – Йолин протянула подругам мебель для распаковывания, а сама сняла с поместья переднюю панель.

Внутри домика располагались помещения длядвух спален, гостиной, кухни, столовой, двух уборных, а также лестница и холл.

За пару часов обустройство игрушечного дома было закончено.

– Вечером придёт папа и поможет подсоединить коммуникации. Торжественное заселение назначаю на восемь вечера.

– Я приду, – Йенни в восторге захлопала в ладоши.

Оливе пришлось лишь печально вздохнуть – в семь часов у нее занятие по риторике. Она не может пропускать уроки, за которые мама платит деньги. Образование – это единственный способ улучшить их с мамой материальное положение и чего-то добиться в жизни. Лейфики никуда не денутся.

Девочки попрощались, и каждая убежала по своим делам. Йолин и Йенниподбросили Оливу на авиатакси до ближайшей остановки, и уехали каждая на свои занятия. Олива пересела на авиабус и поехала домой. До семи вечера она ещё успеет убраться дома и приготовить маме ужин.

Летающий остров, на котором жила Олива, вмещал в себя больше двадцати одинаковых трёхэтажных домов, продуктовый магазинчик, студию танцев и спортплощадку. В каждом доме было по шесть квартир: по две на этаж. Олива с мамой жили на третьем этаже в доме, располагавшемся ближе всего к остановке. Когда-то они обитали совсем в другом месте – в собственном коттедже с садиком и качелей, неподалеку от озера и центра полётов. Тогда с ними ещё был папа. Но после его исчезновения во время экспедиции на Плутон, им пришлось переехать в более дешёвое жильё.

Девочка поднялась на свой этаж, открыла дверь и, разувшись, прошла на кухню. На столе лежала записка: «Сегодня на работе корпоратив, ужинать не буду. Целую, мама».

Олива убралась в квартире, приготовила себе бутерброды и устроилась с ними напротив белой стены, на которую проецировалось изображение с маленького портативного устройства, размером со спичечный коробок – ТВ-плеера. Девочка сначала посмотрела учебную программу по юриспруденции, а потом, поскольку оставалось ещё немного времени, включила новостной канал, раздел про Плутон. В строке поиска набрала «пропавшая экспедиция». Вот уже два года специальный отряд с Земли ищет пропавших людей, но по-прежнему безрезультатно. Нет ни тел, ни каких-либо следов или улик, куда бы могли исчезнуть учёные. Как будто растворились по волшебству. Одна из теорий предполагала, что они могли заблудиться в одной из многочисленных плутонских пещер, но на её проверку ушли бы годы. Олива просмотрела остальные новости с канала, про проектирование жилых городов на Плутоне, про обнаружение минералов, которые, вероятно, можно использовать, как топливо, а потом отключила плеер.

Сегодняшнее занятие по риторике было посвящено искусству неожиданного выступления перед публикой. После объяснений учителя ученики отправились на школьном авиабусе на площадь перед самым большим магазином верхнего яруса, чтобы попробовать себя в искусстве риторики. Учитель раздал каждому карточки с заданиями. Оливе нужно было убедить троих прохожих записать своих детей на курсы риторики. Девочка уговорила только одного, после чего получила от Йенни сообщение: «Катастрофа! Спаси! Я у Йолин». Настрой на занятия, как рукой сняло. Она подошла к учителю и, сославшись на прорыв трубы, отпросилась домой.

Олива быстро забежала в отходящийавиабус и написала Йенни, что уже в пути. На транзитной остановке девочка взяла в прокате авиаботинки (так было дешевле, чем заказывать авиатакси) и понеслась к острову Йолин.

Как только девочка достигла острова, её схватили за руки и опустили на землю. Пока Олива снимала авиаботинки и переобувалась в свои туфли, Йолин и Йенни невпопад объясняли суть катастрофы: пропал Стен. Кто это такой девочка поняла только, когда подруги привели её в комнату Йолин, подвели к столу, где возвышалось игрушечное поместье. На втором этаже, в игрушечной гостиной за роялем сидела лейфик-блондинка и выдавала что-то такое, что очень сложно было назвать мелодией. Все остальные комнаты, как и территория, перед домом, были пусты. ЛейфикаЙенни нигде не было.

– Когда вы его видели в последний раз? – спросила Олива у подруг, обращаясь, правда, больше к Йолин. Судя по виду Йенни, она была не в состоянии связно мыслить ивообще чуть ли не на грани истерики.

– После того, как папа подключил коммуникации, – начала Йолин, но Йенни её перебила.

– Он пропал! Пропа-а-ал! Упал, сломал шею и умер! Провалился под пол, его раздавили!...

– Сломал шею или раздавили, – ты уж определись, – рявкнула Йолин. – Не слушай её, она того… Я напоила её успокаивающим отваром, но не помогло. Сейчас папа готовит напиток помощнее.

Олива лишь пожала плечами. Ей было жалко Йенни, но она не знала, чем ей помочь.

– Итак, после папы мы заселили лейфиков. Карлу посадили в гостиную, в прочем, она оттуда так и не переместилась – девочка раздраженно скосила глаза на блондинку, – а Стэна выпустили в столовой. Мы хотели, чтобы они сами проявили друг к другу интерес. Но Стэн тут же полез в холодильник, а Карла… Ну ты и сама видишь. Я уже подумываю отнести её в магазин и поменять. Ну, вот. Мы оставили их знакомиться, и пошли ужинать. Когда вернулись, Стэна уже не было.

– Вы искали в комнате?

– Да. Но… Как он мог перелезть забор?

Олива обошла дом со всех сторон.

– Он мог упасть с балкона. Тогда бы он попал не на стол, а на пол.

Ревущая в голос Йенни тут же упала на колени и начала ползать по комнате.

– Хватит, – крикнула Йолин, – мы уже искали.

– Думаю, тут много куда можно спрятаться, – возразила ей Олива и тоже опустилась на четвереньки.

Спустя час комната была облажена трёмя девочками вдоль и попрёк, но лейфик так и не нашёлся. Йенни совсем расстроилась, но уже не ревела, а лишь тихо всхлипывала.

Вдруг дверь в комнату приоткрылась, и оттуда выглянула пухленькая четырехлетка, младшая сестра Йолин.

– Тара! Может, это ты взяла моего лейфика? – сдержанно спросила у малышки сестра, медленно приближаясь, словно хищная кошка к добыче. – Ты знаешь, что это не игрушка для маленьких? Ну-ка, подойди сюда.

Тара застеснялась и скрылась за дверью. Йолин бросилась за ней. Из коридора послышался топот ног.

– Я больше его не увижу? – спросила почти присмиревшая Йенни.

– Я не знаю… Нет, мы найдём его. Обязательно, – Олива обняла подругу, стараясь утешить. – Он где-то в доме. Это точно. Больше ему некуда деться. Ну, по крайней мере, с острова он не сбежит.

Но, когда, спустя час, Олива покидала остров, лейфик так и не был найден.

Дома девочку встретила мама. У неё было необычно приподнятое настроение, что случалось редко с тех пор, как пропала часть экспедиции на Плутон, в которой участвовал её муж.

– Как прошёл корпоратив? – поинтересовалась Олива.

– О, замечательно! Но я так устала и с ног валюсь. Давай поговорим завтра? И отнеси, пожалуйста, вещи в стирку.

Олива кивнула и отправилась пересыпать грязную одежду из корзины в специальный мешок.

Прачечная находилась в соседнем доме на первом этаже. Точнее, это была не совсем прачечная. Хозяйка квартиры стирала вещи соседей за скромную плату. Это было намного удобнее, чем носить вещи на другой остров, поэтому отбоя от посетителей не было.

Девочка постучалась и вошла. Хозяйка была занята приготовлением ужина, поэтому Олива рассортировала вещи сама. Когда она наклонилась, чтобы положить белое бельё в машину, что-то выпало из её кармана. Девочка обратила на это внимание не сразу, а только тогда, когда боковым зрением заметила движение. Сквозь незакрытую дверь проскочил кто-то маленький. Лейфик.

– Откуда он здесь? – удивилась Олива, но тутже поняла, в чём дело, и побежала за человечком. А тот уже шустро проскочил на улицу: прямо по гравийной дорожке, лихо перепрыгивая камушки, потом нырнул в траву и направился в сторону соседнего дома.

Для такого крошки он бежал слишком быстро.

Лейфик прошмыгнул между росшими около магазина кустами, пересёк тропинку. Он нёсся прямо к невысокому заборчику, отгораживающему периметр острова от пропасти. Тут-то Олива его и настигла. Она упала на живот, обхватила беглеца руками, затем села на колени, рассматривая добычу. Да, так она и подумала: это был Стэн. Видимо, он незаметно забрался к девочке в карман, пока она ползала, чуть ли не с лупой, по дому Йолин.

– Как ты мог?! – отчитывала лейфика девочка, – Йенни так расстроилась, да и Йолин тоже. Хитрец! – в ответ Стэн пропищал что-то неподвластное человеческому слуху. – А знаешь, игрушки не должны так быстро бегать и, тем более, сбегать от хозяев. Может быть, ты сломался? Или...

Осторожно придерживая пальцами хрупкого человечка, Олива повертела его из стороны в сторону. Что, интересно, у него может сломаться? Он ведь живой. И тут девочка в первый раз в жизни задумалась, а откуда берутся эти лейфики? Как их … производят? Хорошо бы побывать на фабрике. И что, если этот малыш захотел вернуться туда? Может быть, там его семья, его дом?

Вдруг из-за спины послышался резкий оклик.

– Олива!

Девочка обернулась: в нескольких метрах от неё стояла хозяйка прачечной с полотенцем на плече и поварёшкой в руках.

– Олива! Ты куда убежала? А бельё?

– Да, конечно! – девочка поднялась на ноги. Она хотела положить Стэна в карман, но тот извернулся, упал на траву, юркнул сквозь прутья заборчика и... полетел вниз. Олива перегнулась через перила, протянула вслед улетающему руку, но он был уже слишком далеко.

– О, нет! Он же разобьётся!

Следующий ярус островов располагался метрах в пятидесяти ниже. Разглядеть лейфика на таком расстоянии было невозможно. Олива вернулась в прачечную с чёткой целью: она достирает бельё и тут же поедет на ближайшую транзитную остановку, чтобы взять в прокате авиаботинки и попасть на нижний ярус. Она должна знать судьбу Стэна.

Аренда ботинок и билет на нижний ярус обошлись Оливе в половину всех её накоплений, но она не пожалела о затратах. Полёт оказался удивительным. Сначала девочка спустилась на специальном лифте на ярус ниже, затем отправилась в свободное путешествие по островкам. Не без труда найдя нужное место и убедившись, что остров с её домом теперь виден снизу, Олива отключила ботинки и начала поиски. Кусочек летающей суши оказался корпусами больницы: несколько зданий, парк, маленький пруд, лесок. Искать лейфика здесь будет трудно.

Девочка начала ровно с того места, куда он должен был упасть: аллеи, ведущей к главному зданию больницы. Здесь были раскинуты цветники, росла газонная трава. По идее, это должно было смягчить падение. Олива опустилась на колени и, не обращая внимания на взгляды окружающих, принялась раздвигать траву и цветы. Земля оказалась мокрой и мягкой, видимо, её недавно поливали. Вскоре девочка отыскала тоненькую тропинку следов человечка. Он не только не разбился, но и резво ускакал в известном одному ему направлении: на брусчатой дорожке следы терялись.

Олива задумалась: а куда так спешит лейфик? Что-то ей подсказывало, что в голове у него есть вполне определённое направление. Это может быть либо дом предыдущих владельцев, либо «Макария». Вряд ли он мог побывать где-то ещё. Если он отправился на фабрику, то откуда он может знать дорогу? Был ли он уже здесь однажды, видел карту местности или обладает внутренним чувством направления, как птицы? Не найдя ответов на эти вопросы, Олива поднялась на ноги и отряхнула коленки. Теперь её путь лежит на фабрику. Потому что, если у него и были другие хозяева, то их адрес ей неизвестен.

«Макария» находится на земле. А билет туда стоит очень дорого. Так дорого, что у неё просто не хватит на него денег. Что же делать?

Девочка медленно побрела по дорожкам мимо корпусов больницы. Вокруг гуляли пациенты в цветных пижамах, их родственники и врачи. И никому из них не было дела до судьбы лейфика. Можно бы было спросить у них, но вряд ли хоть кто-то интересовался тем, кто бегает под ногами. Олива дошла до витиеватого заборчика, ограждавшего остров. Металлические перилла изображали животных и птиц. И тут ей пришла в голову идея: она может использовать авиаботинки для спуска на самый нижний ярус, где расположены все фабрики и заводы, на землю. Да, это не безопасно и не очень законно, но технически возможно.

Авиаботинки сконструированы так, чтобы летать по горизонтали, поэтому, чтобы спуститься на сотню метров вниз, девочке придётся периодически отключать их и лететь в свободном падении. Олива рассчитала наиболее удобный вариант: она прыгает с острова вниз, затем через две секунды включает ботинки, отдыхает и обретает равновесие, снова падает две секунды. Двух-трёх отключений должно хватить. О том, как ей потом вернуться домой, она думать не стала.

Для того чтобы, оказавшись на земле, ещё долго не разыскивать фабрику, Олива решила начать рискованный поступок с острова, расположенного прямо над «Макарией». Топлива в ботинках было ещё полно, поэтому девочка отправилась в книжный магазин за картой, не пользуясь услугами авиабуса. В тот самый, рядом с которым некоторое время назад проходило её практическое задание по риторике. К счастью, когда Олива достигла цели, её группа уже успела разойтись по домам.

Покупать карту девочка не стала, а, понадеявшись на свою память, изучила её прямо в магазине. На трёхмерной схеме отражались оба яруса островов, что парили над поверхностью земли уже много лет. Был здесь и островок с домом Оливы и её мамы. Фабрика «Макария» занимала обширную территорию, огороженную забором. Вокруг раскинулись гектары настоящего зелёного леса, а над фабрикой висел остров первого яруса, занятый помещениями санатория, в который направляли только космонавтов. Попасть туда будет проблематично. Самым ближайшим к фабрике островом со свободным доступом для всех желающих оказался парящий клочок земли, на котором располагался самый большой фитнес-центр в округе. До него Олива добралась общественным транспортом, экономя топливо ботинок, которое, как выяснилось после путешествия до магазина, тратится довольно быстро.

Добравшись до перил, обрамляющих остров, Олива посмотрела вниз. Прямо под ней располагалась закрытая территория завода по производству кондитерских изделий. Если она упадёт прямо туда, то привлечёт внимание охранника. Значит, начать путешествие вниз придётся, отлетев на сотни метров в сторону и зависнув в воздухе. В принципе, это ничего не меняет, только Олива переживала за топливо. Она подождала момента, когда в её сторону никто не будет смотреть, перелезла через перила, включила ботинки и полетела вперёд. Ветер свистел в ушах и развивал длинные волосы, в прочем, как и многие полёты до этого. Только вот теперь Олива смотрела не вперёд, а вниз, а это сильно мешало сохранять равновесие.

Когда территория завода осталась позади, девочка наклонилась к ботинкам и снизила скорость до нуля, а потом и вовсе отключила их. Земля мгновенно начала приближаться с бешеной скоростью. Намного быстрее, чем девочка ожидала. Олива испугалась. Дыхание перехватило, мысли спутались. Казалось, она вот-вот врежется в землю и разобьётся. Девочка закричала и замахала руками, попыталась дотянуться до ботинок, чтобы включить их, но в режиме свободного полёта это оказалось не так и легко. Когда до поверхности оставалось пара десяток метров, Оливе, наконец, удалось включить ботинки. Впопыхах, она сильно крутанула ручку скорости и теперь, вместо того, чтобы зависнуть в пространстве, окончательно потеряв равновесие, понеслась в неизвестном ей направлении. Внизу замелькало что-то зелёное, белое, красное. Всё смешалось и стало видеться длинными цветными полосами. Не сразу, но, всё же, девочка сообразила поднять голову, чтобы смотреть вперёд, а не вниз. Постепенно, она обрела равновесие и сбавила скорость ботинок. Фабрика «Макария» как раз показалась впереди. Под девочкой рос густой лес. Приземляться в нём будет крайне неудобно, можно запутаться в ветках и удариться. Пролетев ещё немного, девочка заметила свободное пространство неподалёку от фабрики. На нескольких сотнях квадратных километров стоял шикарный белый особняк, а рядом с ним озеро, сад и несколько зданий поменьше. Странно, что она не заметила всё это, когда смотрела с острова. Очевидно, она подлетела к фабрике с другой стороны.

Олива двинула к особняку, планируя приземлиться между фруктовым садом и озером. Но внезапно в ботинках что-то запищало. “Вы израсходовали всё топливо”, гласила надпись на экранчике. Не успела девочка сообразить, чем это может грозить, как испытала это на себе: она со свистом полетела вниз.

К счастью, лететь Оливе пришлось не долго, а ещё падение смягчило озеро.Неуспела она испугаться, как почувствовала столкновение с прохладной водной гладью. Пока девочка барахталась в воде, она не могла видеть, что находится здесь не одна. На берегу, на шезлонге лежал мальчик и смотрел на Солнце. Просто так, без всяких очков или любой другой защиты, его глаза были устремлены ввысь. Туда, где в просвете между парящими островами выглядывала пара ярких лучиков. Когда Олива шлёпнулась в воду, брызги воды окатила мальчика с ног до головы. Он перестал таращиться в небо и повернулся к озеру.

Наконец, Олива смогла выползти на берег, чудом не потеряв ни одного из тяжёлых ботинок. Она почувствовала взгляд и обернулась.

– Ой! – воскликнула девочка и тутже принялась приводить себя в порядок: одёрнула мокрую кофту, выжала волосы. Мальчик оказался чуть постарше Оливы: красивый, голубоглазый, стройный. Почти идеальный. Картину портило только его абсолютно безучастное выражение лица. Равнодушное. Апатичное. С таким лицом он мог бы смотреть и на ровную белую стену.

– Извини, что упала в твой бассейн. Или в озеро. Или в пруд, – от волнения Олива начала тараторить. Её смущало, что она предстала перед мальчиком в таком виде, и одновременно возмущало его равнодушие. Как будто к нему в озеро каждый день по девочке сваливается.

Поскольку мальчик так и продолжал безучастно смотреть в её сторону, Олива решила, что он не стоит её волнения. Но просто так успокоиться было трудновато, поэтому девочка закрыла глаза и представила, что перед ней растёт пень. Совершенно обыкновенный, неинтересный пенёк. Сработало. Девочка практически полностью овладела собой.

– Ты не знаешь, как пройти на фабрику игрушек? – вежливо поинтересовалась она у «пня», поднимаясь на ноги. Глаза она не открыла и сделала пару шагов вслепую. После третьего шага девочка почувствовала, что упёрлась во что-то тёплое. Она открыла глаза и, как ошпаренная, отпрыгнула от мальчика в сторону.

– Ты что, тоже солнечная? – прозвучал приятный низкий голос.

– Что? – не поняла Олива. Мальчик-«пень» равнодушно созерцал ботинки девочки. Только сейчас она заметила, что он полностью мокрый. А ещё какой-то бледный. – Это ты из-за меня? Я .. я тебя обрызгала?

– Тебе виднее, – мальчик пожал плечами и улёгся на шезлонг, потеряв, на вид, к Оливе всяческий интерес.

Пора было и ей заняться тем, ради чего она совершила такое рискованное падение. Вот только ноги отказывались поворачивать прочь. И не только ноги, но и чувства. Но Олива заставила себя вспомнить зарёванное лицо Йенни, и всё-таки смогла оторвать пятки от земли.

– Тебе на фабрику «Макария» надо? – раздался голос мальчика, когда Олива успела сделать всего несколько шагов. Девочка остановилась и развернулась.

– Да. Ты можешь показать направление? – после головокружительного падения в воду девочка совершенно потеряла ориентацию в пространстве.

– Я могу тебе даже туда проводить. Если скажешь, что ты там потеряла.

Олива подошла ближе и уселась на землю рядом с шезлонгом мальчика. Она поведала свою историю, не особо надеясь на понимание со стороны слушателя. Рассказала, как её подруги Йенни и Йолин купили лейфика, заселили, а потом он пропал. Рассказала, и как гонялась за ним по островам.

– Я подумала, что он побежал на фабрику, потому что там его дом и, может быть, родня.

– Родня? – мальчик фыркнул. – Он же игрушка! Ты рассуждаешь, будто он живой.

– Но он и есть живой! Ведь он двигается, дышит, ест.

– Может быть, но я бы не стал ради какого-то человечка так рисковать. Хочешь, я отдам тебе своего? Или нескольких? Мне они уже надоели.

– Не знаю, – предложение было заманчивым, но Олива ведь здесь не за этим. –Понимаешь, этот лейфик, он особенный. Для Йенни. Ей нужен именно тот.

– Брось, они все одинаковые. Ну, или не все, но некоторые повторяются. Оригинальных-то всего десять, или двадцать. Остальных мой папа клонирует на своей…

– Твой папа – хозяин фабрики? – удивилась девочка.

– А что здесь такого? Я же живу в сотне метров от неё.

Олива заметила, что всё то время, что мальчик разговаривал с ней, он ни разу не взглянул на неё. Сначала она подумала, что это проявление неуважения, ведь он богатый и живёт на земле, а она – всего лишь свалилась с неба. Но теперь девочка поняла, что с ним что-то не так. Может быть, он болен?

– Слушай, ты спросил, не солнечная ли я? Что это значит?

– Ты не знаешь? Есть такой недуг – болезнь Солнца. Им болеют здесь, внизу, многие дети. Взрослые – очень редко. Нам не хватает солнечных лучей, и от этого мы всё время в депрессии. Это когда всё неинтересно и ничего не хочется делать, а жизнь кажется бессмысленной. Но мы можем смотреть на Солнце без вреда для глаз. Но в тени зрение очень плохое.

– Ничего себе…, – Олива и представить себе не могла, что такое бывает. Она всегда думала, что наверху жить хуже, поэтому дешевле. Оказывается, мальчик не из вредности такой равнодушный. – Слушай, я придумала, как мы можем помочь друг другу. Ты проведёшь меня на фабрику твоего папы, чтобы я могла поискать там Стэна, а я возьму тебя к себе в гости. Думаю, мама разрешит тебе пожить у нас. Я живу на самом верхнем ярусе. Там Солнца – хоть отбавляй.

– Не знаю, – было похоже, что предложение Оливы совершенно не заинтриговало собеседника. Девочка поняла, что судьба Стэна и Йенни, и Йолин сейчас только в её руках. Она была от природы довольно скромной девочкой, тем более, если речь шла о красивых и богатых мальчиках, но она смогла преодолеть себя. Она подхватила мальчика под руку и потянула за собой.

– Давай, пошли. Нечего раздумывать.

Шансов на успех, конечно, было немного, но на удивление мальчик повиновался.

– Ладно. Я проведу тебя. Но только нам так идти туда нельзя. Мы же мокрые.

Они переоделись в огромной комнате мальчика, которого, как оказалось, зовут Лейф. Оливе не пришлось даже спрашивать, правда ли, что от его имени и появилось название человечков. Это было очевидно.

Половину комнаты занимал гигантских размеров дворец, полностью заселённый маленькими человечками. Они свободно перемещались из комнаты в комнату, бродили по просторному саду, который из комнаты плавно перетекал на балкон. Кто-то общался, кто-то танцевал, кто-то обедал. В общем, все были заняты своими делами и не обращали на детей ни малейшего внимания. В дальнем углу сада группа человечков проводили физический опыт с применением электричества. Олива и представить себе не могла, насколько настоящей может быть жизнь живых «игрушек».

– Ничего себе... Как же их много, – Олива насчитала больше пятидесяти лейфиков. – Как ты их запоминаешь?

– Я с ними не играю. Они сами по себе. Я даже вижу-то их не очень хорошо.

Лейф одолжил Оливе свои давно малые, но любимые вещи, которые он не смог выбросить. В свободном полосатом спортивном костюме девочка стала похожа на тощего десятилетнего мальчика.

– Кстати, – сказал Лейф, когда дети покинули особняк и лёгкой трусцой пробирались через лес в сторону фабрики. – Ты должна знать, я был на фабрике много-много раз, но ничего особо не запоминал. Поэтому могу заблудиться.

– Ничего, вместе мы, думаю, разберёмся. Главное, чтобы нас пропустили, а внутри, наверняка есть указатели, где что находится.

– Мы пойдём через чёрный ход. Лучше, чтобы нас никто не видел.

– Как скажешь. Но... можно вопрос? Почему ты всё-таки согласился? Мне не показалось, что моё предложение тебя заинтересовало.

– Ага. Ты угадала. Твоё Солнце мне не поможет. Моя болезнь генетическая, одной солнечной ванной от неё не избавиться. Иначе, мы бы давно поменялись с вами, верхними, местами.

Больше ничего Лейф не сказал, вплоть до того момента, как дети оказались перед маленькой непримечательной калиткой в заборе. «Посторонним вход воспрещён», гласила надпись на бледно жёлтой табличке. Мальчик снял с шеи ключ на верёвочке и отпёр замок.

– Сделай вид, что ты здесь работаешь, или что-то в этом роде, чтобы не привлекать внимание.

Олива молча кивнула, хотя ей слабо верилось, что она сойдёт за простого рабочего.

От забора до ближайшего чёрного входа оказалось идти всего метров пятьдесят. На протяжении всего пути, по счастливой случайности, никто не встретился. А, может, дело было в том, что вечером не так много рабочих обитает на территории фабрики. Дверь в здание открывалась легко и без помощи ключа. Когда Олива оказалась в узком светлом коридоре, от которого в разные стороны вело несколько проходов, она засомневалась в правильности их затеи. Девочка обернулась к вошедшему вторым спутнику.

– Как ты думаешь, Стэн мог сюда проникнуть? Здесь нет ни щелей, ни специальных проходов для маленьких существ.

Лейф равнодушно пожал плечами.

– Пошли дальше. Не найдёшь Стэна, сможешь стащить его копию.

Дети пошли по коридору, а Олива начала подозревать ещё больше, что затея окажется бессмысленной. И не только бессмысленной, но и вредной. Для Лейфа, может быть, нормально проникнуть на фабрику к отцу с незнакомой девчонкой и предложить ей украсть «игрушку», но для Оливы – это дикость. Надо было повернуть назад, но ноги девочки по-прежнему преодолевали метр за метр вглубь здания. Вскоре коридор закончился и впереди показался небольшой зал с множеством дверей. Лейф выбрал одну из них и предложил войти. Последний шанс отказаться. Нет, Олива так им и не воспользовалась.

Они оказались внутри огромного многоэтажного пространства с конвейерами, непонятными установками, механизмами. Всё здесь работало само по себе. Людей почти не было: только пара-тройка рабочих в бирюзовых комбинезонах с логотипом «Макарии» присматривали за машинами. По полосам конвейеров передвигались всевозможные игрушки: куклы, конструкторы, мебель. Но лейфиков нигде не было.

– Не застревай, – в полголоса произнёс Лейф и указал на лестницу вниз.

Отдел живых «игрушек» оказался на втором подвальном этаже. Сначала дети миновали цех живых огурцов, затем остановились перед дверью с надписью «Портал».Лейф приложил ладонь к сканирующему устройству, а когда дверь отворилась, пропустил девочку вперёд.

Внутри царил приятный полумрак. Помещение оказалось небольшое, кафельного пола, как прежде, здесь не было, вместо него под ногами обнаружилась земля. А в земле – светящийся разлом, ограждённый тонкой сеткой из непонятного материала.

– Что мы здесь делаем? – насторожилась Олива. – Прежнее сомнение и подозрение сменились беспокойством. Очевидно, Лейф задумал что-то, о чём не говорил. И наверняка ей это не понравится. Почему она вовремя не повернула назад? Девочка прижалась спиной к боковой стене, опасаясь, как бы её не скинули в эту пропасть.

Некоторое время Лейф молчал, будто собираясь с духом, но когда он заговорил, Олива почувствовала, что бояться его не стоит.

– Ты спрашивала, почему я согласился провести тебя сюда, – шёпот мальчика звучал так тихо, что Оливе пришлось приблизиться к нему вплотную, – У меня есть одна теория, которой до сих пор не с кем было поделиться. Мне кажется, ты сможешь меня понять. Потому что ты другая.

– Что за теория? – нетерпеливо перебила девочка, вспомнив вдруг, что время уже позднее и мама, наверное, с ума сходит. Ведь девочка ушла всего лишь в прачечную, а сама пропала на непонятно сколько.

– Это начёт человечков. Видишь портал? Пару лет назад мой отец обнаружил его, когда ходил на прогулку в лес. Оттуда появились первые человечки. А потом отец построил здесь фабрику. Мне кажется, я знаю, кто они такие. Я делал вид, чт на эти "игрушки" мне наплевать, но это не так. Просто я не хочу вызывать подозрения у отца, что знаю его тайну. Ведь тогда он бы запретил ходить сюда.

Внезапно Олива уловила движение. У самой кромки портала появился лейфик. Выглядел он напуганным и дезориентированным. Он, сломя голову, побежал вперёд, но тут же попал в сеть. Судя по хаотическим движениям рук и ног, человечек застрял в «паутине» намертво. Девочка присела на корточки, пытаясь лучше разглядеть пленника, и ахнула. Даже в полумраке она узнала Расмуса, – коллегу своего папы по экспедиции. Он тоже пропал несколько лет назад. А теперь оказался здесь и крошечного размера.

– Дядя Расмус! – воскликнула девочка, и протянула к нему руки. Конечно, можно было решить, что человечек просто похож на него, но девочка узнала взгляд, выражение лица, походку... В этот же момент она почувствовала, что её остановили.

– Не трогай его! Нельзя прикасаться к сетке голыми руками.

– Да, но… Я его знаю. Он работал с моим отцом. И пропал на Плутоне. Как и…

– Правда? Значит, моя теория подтверждается. Я так и знал, что это настоящие люди, только невероятным образом уменьшившиеся. Говоришь, пропал на Плутоне? А много там...

А что, если её папа тоже здесь? От внезапной мысли девочка вздрогнула.

– Покажи мне, где находятся оригинальные человечки, которых клонирует твой папа, – потребовала Олива, неожиданно для самой себя, вцепившись в рубашку Лейфа. Мальчик опешил и шарахнулся в сторону. – Извини, – опомнилась девочка. – Я просто… Просто мой папа тоже пропал на Плутоне. Может быть, он… Вдруг он здесь?

Мальчик с немного обиженным видом поправил рубашку. И позвал за собой. Это был первый случай, когда Олива заметила на лице Лейфа хоть какие-то чувства.

Цех с лейфиками располагался на этом же подвальном этаже. Дети подождали, когда последние рабочие покинут помещение. До заступления на следующую, ночную смену, оставалось ещё немного времени, – так пояснил мальчик. Часть цеха занимало устройство клонирования, от которого тянулись ленты конвейера, упаковывающего лейфиков в прозрачные колбы, в которых они и продавались в магазине. После упаковывания человечки по двенадцать штук попадали в коробки и сквозь проём в стене уезжали куда-то дальше, вглубь здания. Лейф сказал, что коробки перемещаются на лифте на склад, где их потом погружают в авиагрузовики и везут в магазин. Сейчас конвейер не работал. Вдоль дальней стены стояло несколько стеллажей. Лейфики, помещённые в просторные аквариумы, в несколько рядов стояли на полках. Олива насчитала больше двадцати.

– Это … они?

– Да, это оригиналы. Но не все. Есть ещё в отделе обработки. Там самые последние. Твой дядя Расмус тоже там скоро окажется.

Девочка подошла к полкам. Лейфиков-мужчин было в полтора раза больше, чем женщин, но её папы среди них не оказалось. Оставалась последняя надежда на отдел обработки.

Олива понимала, что уже ночь, но она не могла отложить поиск папы на другой раз. Да и неизвестно, сможет ли она попасть сюда ещё раз.

Дети пробрались туда довольно быстро, но и там папы Оливы не было. Девочка совсем расстроилась, но вдруг вспомнила что-то, что привлекло её внимание в цехе, но на что она сразу не обратила внимания. Стэн. В одном из аквариумов был лейфик, очень похожий на человечка Йенни. Или Йолин.

До ночной смены оставались считанные минуты, но дети рискнули вернуться в цех. Воодушевлённая поисками Олива и не заметила, как взбудоражила чувства мальчика. Теперь он был взволнован не меньше своей спутницы.

Стэн никуда не делся, он по-прежнему сидел в аквариуме, уткнувшись лбом в стекло. Нет, конечно, это был не Стэн, а его прототип. Девочка подошла ближе и без тени страха вынула человечка. Лейф даже не попытался её остановить. «Стэн» острожно поднялся на ноги на ладошке девочки и посмотрел вверх.

– Кажется, я знаю, почему Йенни так понравился тот лейфик, – прошептала Олива, стараясь не сдуть с руки человечка. Говорила она больше для себя, чем для Лейфа. – Ведь он был клоном её настоящего отца!

– Сколько же отцов там пропало? – удивился Лейф.

– Ты что, новости не смотришь? Человек пятьдесят, не меньше.

– Пятьдесят? Хм, значит, ещё тридцать ждать.

– О чём ты?

– Если двадцать уже здесь, то не хватает ещё тридцати. Думаю, рано или поздно они выпадут из портала.

В сердце Оливы затеплилась надежда. Она сможет увидеть папу! Вот только, когда? Они с дядей Расмусом пропали вместе, значит ли это, что скоро появится и папа?

– Этот человечек – отец твоей подруги? Думаю, ты можешь забрать его.

– Правда?! – Олива не могла поверить в такой поворот событий. Одно дело рассуждать о том, что она снова увидит папу, и совсем другое – осознать, что держишь в руках живого, хоть и уменьшенного, конкретного человека. Всё это было так странно. И невероятно. – А как же твой отец? Он ведь узнает о пропаже.

– Не бойся, я что-нибудь придумаю, – сказал Лейф, и на лице его появилось выражение радости и горечи вперемешку.

Несколько часов спустя Олива сидела в гостях у Йолин и в который раз рассказывала о своём приключении. За окном была глубокая ночь, но ни Йолин, ни вся её семья, включая маленькую Тару, и не думали укладываться спать. Уменьшенный отец Йенни, которого звали Стэнли, сидел в центре стола на кружевной салфетке и рассматривал окружающих. Полчаса назад папа Йолин завершил работу над миниатюрным устройством, усиливающие звук, после чего Стэнли смог поговорить с большими людьми. Как оказалось, на Плутоне часть экспедиции отправилась исследовать пещеру. Стэн и Расмус были в одной группе, они заблудились, несколько дней бродили по пещере, а потом потеряли друг друга из виду. А чуть позже папа Йенни заметил какое-то свечение среди каменных стен. Он приблизился к нему... А потом понял, что находится в стеклянной колбе, а вокруг всё стало очень большим. Очевидно, он, как и другие «лейфики», попал во временную западню, которая ещё и изменила размер мужчины. С пропажи экспедиции прошло более двух лет, а Стэнли казалось, что несколько месяцев.

Выслушав историю, Йолин тут же бросилась выяснять, чьей копией могла бы быть Карла путём рассылки увеличенной фотографии всем своим знакомым. Родители девочки сперва хотели начать составлять судебный иск на хозяина «Макарии», но Олива их остановила. Ей очень не хотелось подставлять Лейфа. Она взяла с родителей Йолин обещание, что пока они не будут никому и ни о чём рассказывать. Нужно во всем разобраться. А ещё (об этом девочка не сказала вслух) нужно дождаться появления остальных членов пропавшей экспедиции. Однажды, когда Лейф снова проведёт её тайно на фабрику, она увидит, как из разлома появится высокий русоволосый мужчина с рыжеватой бородой. И пусть он будет совсем маленьким, Олива обнимает его и больше никуда не отпустит. Ведь ей так не хватало всё это время любимого папы... Но это уже другая история.

Другие работы:
0
1054
Комментарий удален
21:15
Лейфики гибрид лифчика и гульфика?
но в 23 веке эта любовь вылилась в нечто среднее между покупкой игрушки и заведением домашнего питомца. Подростки от 10 до 16 лет числительные в тексте
всё это время жадно раскупались детьми всех возрастов так всех возрастов или от 10 до 16? и за какие шиши?
Их содержали в специальных контейнерах, поддерживающих привычную для зверьков, жаркую погоду. wonderа в начале были обычные пластиковые банки
Йеннипыталась wonderфигасе имечко
своизмы
Заветныйлейфик пробел
Я…, Ничего себе…, зпт не нужна
Йолинпоменяла тоже имечко еще то
куча пропущенных пробелов
очередная гламурина
чем лейфики отличаются от каких-нибудь смурфиков?
Учитель раздал каждому карточки с заданиями. такие технологии и карточки?
авиаботинки bravo
Я напоила её успокаивающим отваром какой к черту успокаивающий отвар? из чего?
идимо, он незаметно забрался к девочке в карман а ко мне в школе хомяк из клетки в сумку заполз
хозяйка прачечной с полотенцем на плече и поварёшкой в руках. стирала поварешкой?
лейфик и шоколадная фабрика
чтО на эти
wonderдядя Расмус!!!
в целом, немного таки оригинальная идея имеется в рассказе
корявое исполнение, но в целом сносно
автору работать над стилем
Загрузка...
Лара Шефлер №1