Валентина Савенко №1

Хроник номер четыре

Хроник номер четыре
Работа №492

В просторную комнату, большую похожую по длине на ангар, зашел первый профессор, затем туда двое людей в военной форме впихнули человека лет 35, причем один из солдат толкнул в спину прикладом автомата, с такой силой, что мужчина поморщился от боли и обернулся, слегка улыбаясь, с желанием в ответ сказать: «очень любезно с вашей стороны». Профессор щелкнул выключатель и люмисцентные лампы вдоль длинной комнаты зазвенели как новогодние шары, затем побежали белые огоньки будто бы гирлянды, послышалось потрескивание, утопающее в гуле загоревшихся ламп. В комнате стало очень даже ярко, а может просто глаза пленника давно не видели такого яркого света. Военные закрыли дверь с другой стороны и встали по обе стороны двери, бежать сейчас было не самой лучшей идеей, а пленный человек только и думал, каждую свободную минуту о побеге. Посреди просторной комнаты стоял одинокий стол с двумя стульями напротив друг друга. На столе был аппарат схожий по своему действию с детектором лжи. Только сейчас не будут проверять правдивость слов, они и так все о нем знают, будут пытать его, испытывать, что бы понять, что он чувствует.

- Присаживайтесь Владимир, - протянув руку в сторону стула сказал профессор Артур Халиков, хотя обоим было понятно, что если подопытный начнет выкобениваться, то через дверь влетят два крепких парня и налупят ему дубинками по голове, а может, если повезет, прилетит прикладом, как бывало уже не раз.

Владимир послушно сел, не тратя сил на оскорбления или язвительные шутки, которые так любил использовать при любом удобном случае, встрече с этим упырем Артуром Константиновичем, этой очкастой сколопендре.

Профессор Халиков достал из ящика стола тетрадь и не толстую книгу, погладил свои волосы, торчащие во все стороны, как после удара током, быстро нашел нужные ему страницы в книги и адово испытание началось. Книга долбанных тестов началась с теста Роршаха, необходимо было ответить, что вы видите на картинке, но это не были картинки, а какие-то кляксы, в детстве так учили рисовать бабочку, нарисовав краской на одной половине листа пол бабочки, а затем соединить половинки листа вместе. Поначалу Володя отвечал не охотно и придумывал какую-нибудь глупость, но затем, смирившись, превратил это занятие для себя в игру и стал всматриваться и даже что-то выглядывать в этих бесконечно бестолковых картинках. Дошло до того, что на пятне ну очень напоминающем летучую мышь, он разглядел хэллуиновскую тыкву, «вот те на», - при этом подумал он про себя. Затем пошли устные тесты типа: «Испытываете ли вы судороги во сне? Если да, то как часто», - и куча подобной унылой лабуды.

Продлилось все около трех часов, под конец не только Владимир стирал со своего лба с залысинами пот, но и профессор не раз доставал платок из кармана брюк, чтобы вытереть лоб или шею от пота. Вопросы закончились.

Профессор сидел более десяти минут над результатами, открыв книгу на последних страницах, затем удивился, так что его многочисленные морщины на лбу на секунду разгладились, затем убрал книжку в ящик, тетрадку под мышку и громко скомандовал солдатам:

- Мы закончили, увидите пациента, - Халиков забегал жилками на широких скулах и пригладил волосы над высоким лбом, посередине головы, именно в том месте, где у него была седая прядь.

В этот момент Вове в голову пришла мысль, закричать: «Нет, мы ни хера не закончили», - затем ударить профессора, начать кричать, биться в истерике, но за секунду поняв бесполезность и вредность этой затеи, он просто встал и проследовал к открывающейся двери, все-таки этой вспышкой агрессии он может только навредить себе, это первые дни не понимая где оказался, он вел себя как животное, пойманное на воле и заточенное в клетку, а теперь Вова выбрал другую тактику, он не животное боле, он змея, притаившаяся и ждущая своего шанса, чтобы напасть. Проходя вдоль узкого коридора Халиков остановился, повернувшись, сказал:

- Владимир у тебя хорошие результаты, завтра готовься к практике с камнем, если повезет, то этот кошмар, как ты считаешь, скоро для тебя закончиться, - Халиков развернулся по-армейски четко и ускорил шаг вдоль коридора, вдалеке он казался совсем недорослем.

«Ага, конечно, закончиться, ты уже так сто раз говорил, скорее кошмаром все закончиться для вас», - подумал Владимир, замешкался и опять получил прикладом в правую лопатку, даже негромко вскрикнул.

- Пойдем, пора в конуру, - пробасил старший сержант, особенно не жаловавший пленника.

Камера все же отличалась от тюремной, в ней была удобная одноместная кровать, на полке пылились книги уже давным-давно прочитанные, а понравившиеся перечитаны по несколько раз, с момента как Владимир попал сюда, кануло с полгода не меньше. Вова плюхнулся на кровать, не пролежал на ней и пары секунд, как почувствовал нарастающий возвращающийся зуд. Он почесывал шелушившиеся локти и колени, зуд мучал его всю эту ночь, не давая сосредоточиться на собственных мыслях. Уснул только под утро, когда через небольшое окошко с решеткой, проник первый лучик солнца с востока. Не долгий сон прервали военные, бесцеремонно ворвавшиеся в комнату и заставившие «одеваться живо». «Чего им не спиться», - думал Вова, когда увидел, целую делегацию возле входа в лабораторию.

Среди людей в белых халатах сегодня он даже увидел незнакомые ему лица, «хотя эти ботаны все на одно лицо», - поправил Володя себя мысленно. Отойдя от общей группы людей, к Владимиру подошел Халиков:

- Слушай внимательно. От тебя снова не требует блистать умом. Возьмешь в руки камень и отойдешь в противоположный от трансформатора угол и будешь просто держать, сколько я скажу, если почувствуешь сильную боль, говори, но не играй со мной, а иначе я врублю трансформатор на полную мощность и поджарю тебя, как куру-гриль, - в словах Халикова чувствовалось волнение, нет, злости не было, только сильное волнение и нетерпение.

Владимира завели в комнату, в дальнем углу которой стоял трансформатор Тесла, через секунду его включили и он загудел еле слышно, затем в комнату внесли кристалл, словно ребенка завернутого в плотную ткань. Кристалл был размерами приблизительно, как мяч для регби, с восьмью гладкими гранями и конусом у вершин, до этого Владимир видел только кристаллы побольше и даже контактировал с ними, а этот камень, что-то новое, похоже, они откололи этот кусок от более большего. Вова покрутил кристалл, в руках рассматривая гладкие грани, кристалл был бело-желтого цвета, мутноватый с претензией на прозрачность.

Трансформатор Тесла заработал активнее, послышалось потрескивание, как будто кто-то идет по лесу, наступая на сухие ветви, по электрическому лесу, наступая на молнии, которые разламываются, превращаясь в искры.

Владимир напрягся, по телу пробежала дрожь. Первый разряд, изломившись по всей комнате, слегка коснулся острого кончика кристалла. Вова расслабился на мгновение, убеждая себя, что это совсем не опасно. Тонкие электрические нити стали пробиваться из катушки трансформатора и словно сотни рук мертвецов тянулись к кристаллу, который жадно поглощал те стримеры, которые приближались слишком близко, продолжались эти шалости около минуты, не вызывая никаких эмоций у профессорского состава, стоявших за стеклянным витражом, а у Владимира наоборот это вызывало умиление: «красиво!».

Затем Халиков, обернувшись к человеку, сидящему за пультом трансформатора, показал характерное крутящее движение рукой на увеличении мощности по максимуму. Трансформатор Тесла громко загудел и все тоненькие, хиленькие синие электрические разряды слились в один столп. Дуга ярко-желтого цвета озарила лабораторию новым ярким светом, дуга расширялась от кристалла и входила в катушку трансформатора. Такой мощный дуговой разряд не мог просуществовать долго, что-то должно было сдаться первым, слабым звеном оказался трансформатор.

Владимир был напряжен, крепко сжимая кристалл в руках, на его лице отображалась гримаса, как будто камень стал весить более ста килограмм. Дуга покраснела, затем запульсировала и взорвала трансформатор. По всей лаборатории заскользили искры, а электрические разряды легли на потолок, стены и пол, кристалл каким-то образом сохранял разряды на некоторое время, так что можно было разглядеть прожилки лежащей у твоих ног электрической змеи. В комнате началось задымление, горел трансформатор, вернее то, что от него осталось. Володя был ошарашен, оставив кристалл в одной руке, другой ощупывал лицо, для того, чтобы убедиться, что голова целиком на месте. Подошли солдаты и один ученый, протянувший две руки с тканью на них, Владимир послушно положил кристалл в руки ученого, после чего запеленав камень, ученный покашливая, удалился, а Вову вывели и отвели в его камеру. Вова еще долго стоял у двери своей камеры и прислушивался, как бродящие парами по коридору профессора обсуждали произошедшее сегодня.

Следующим утром Владимир проснулся сам, до подъема и почувствовал, что заболел и очень серьезно, приложил руку ко лбу и даже через теплые ладошки почувствовал сильный жар, нос был забит, в горле першило. Когда пришли солдаты, забрать его на очередной эксперимент, он посетовал на здоровье, но это, как и ожидалось, мало, кого волновало, его снова приволокли в лабораторию, где стоял новый трансформатор Тесла, видимо более мощный, такой вывод Вова сделал из того, что этот трансформатор был больше в размерах в два раза. «Ну, ничего и тебя взорвем», - с азартом подумал Вова. Халиков стоял за витражом, что-то бурно обсуждая с коллегами не обращая внимания на Вову, которому уже вынесли и сунули в руки кристалл. Как только Вова взял камень в руки, почувствовал, что-то не так, вот что ли силы не чувствуется в камне, если такая вообще есть, но не придал должного значения, хотя почувствовал, если это можно было почувствовать. Посетило его чувство, будто вышел из дому и что-то забыл, еще не зная что.

Включили трансформатор. Тонкие разряды стали виться во все стороны словно непослушные волосы, но странным образом не тянулись к кристаллу, как будто обиделись за вчерашний устроенный погром. Халиков заметив это, попросил прибавить мощности, эффекта не последовало с опаской, он приказал сделать мощность максимальной, но снова ничего.

- Подойди вплотную к катушке, даже можешь прикоснуться к ней кристаллом, - сказал Халиков по интеркому, как всегда своим приказным тоном.

Володя подошел к катушке, демонстративно, словно пещерный человек, потыкал в нее кристаллом, но дуги не образовалось, трансформатор продолжал играть мелкими электрическими разрядами.

- Выключи его нахер! – в бешенстве закричал Халиков на человека, сидящего за пультом.

- Владимир в чем дело? – спросил Халиков.

- Я заболел, у меня температура, - ответил Владимир как-то виновато, как школьник прогулявший урок.

В глазах Халикова сверкнула одна из вчерашних искр от разорвавшегося трансформатора:

- Температура, ну, конечно же! – не убирая руку с кнопки интеркома, вскрикнул Халиков и побежал по коридору в направлении своего кабинета.

«Температура моего тела, ну, конечно же, как же я сам не догадался?», - возмутился в своих мыслях Вова. «Кристалл, значит, работает при нормальной температуре, то есть приблизительно тридцать шесть и шесть градусов Цельсия. Именно поэтому, когда кристалл лежал в земле, в него постоянно не била молния и не собирались бури, у того места где когда-то я и еще трое шахтеров нашли месторождение, до сели не изведанного минерала, который невероятным образом притягивает к себе бури, молнии, ураганы, а теперь понятно, что он делает это только тогда, когда в руках его держит человек и согревает теплом своего тела, но если человек болен и температура повышена или понижена, камень не работает».

Все было так оказывается легко, Володя даже не задумывался над вещами, которые происходили вокруг него. Теперь его целью было сделать знание силой, с помощью этого кристалла, он и планировал бежать отсюда, осталось научиться управлять молнией, стать Зевсом.

Болезнь скосила Владимира на две недели, в эти дни он валялся на кровати с сильным жаром, а посещал его только врач и медсестра, пичкали таблетками и делали болезненные уколы, к тому же очень сильно воспалились колени и локти, были красными и все потрескались и чесались, но не шелушились, как раньше. В эти дни Володя вспоминал свою жизнь и конечно вспомнил, как заработал псориаз. Дело было на даче, куда они с семьей ездили почти каждые выходные. Вова с братом были еще совсем детьми, хотя брат и был на три года старше. На даче были все: бабушка с дедушкой, папа с мамой, прекрасные деньки. Перед дачным домиком, тогда установили импровизированную стол-скамью, длинная доска посередине уперлась на один единственный пенек, из дома вынесли вскипяченную воду в большой двадцатилитровой кастрюле и поставили на середину доски, под пенек, Вова уже не помнил, для чего на даче нужно было столько горячей воды. Вместе с братом они сели на скамью с двух сторон, одновременно, чтобы не опрокинуть кастрюлю, но в какой-то момент брат, не задумываясь, вскочил со своего места, небольшого веса Володи хватило, чтобы потянуть всю конструкцию вниз, а кастрюлю опрокинуть прямиком на себя. Сбежались все в панике, вопрошая, что случилось, благо не растерялся только дед и достал смалец, обмазал им все тело ребенка, через несколько минут на теле мальчика не было ни единого следа ожогов, только маленькое красное пятнышко между лопаток, да и то через полчаса сошло. Все обошлось тогда, но спустя несколько месяцев, появились красные пятна на коленях и локтях, а потом стало ясно, что это псориаз. Куда только не обращались родители, к каким только лекарям и средствам, все было тщетно, псориаз, похоже, навечно поселился в этом теле. Владимиру казалось, что кристалл вызывает острое усиление псориаза, так как такого зуда он никогда не чувствовал и по сути ему абсолютно не мешали жить шелушившиеся колени и локти, единственное, что его огорчало, это то что он уже совсем забыл, как выглядят нормальные колени, без красных шелушившихся пятен.

Вова размышлял над свойствами камня, пытаясь понять его природу, а так же размышлял над собственным телом, он, конечно, не забыл, что его не берет напряжение двести двадцать вольт, а триста восемьдесят не сильно пощипывает, но иногда покусывает, поэтому он не игрался с токами. Володя являлся так называемым человеком-диэлектриком, то есть относительно плохо проводил электрический ток. Безусловно, думал Вова, что эти свойства его тела помогут ему во взаимодействии с кристаллом, притягивающим электрические разряды. В кристалле казалось, есть, что-то еще, что не открывалось на первый взгляд, каждый раз беря камень в руки, Вова чувствовал безмолвный зов, оттуда из глубин кристалла, но не мог понять, чего же хочет от него кристалл.

Вспомнил Вова, как попал сюда и почему. Он работал шахтером и однажды с тремя своими коллегами обнаружил пласт неизвестного кристалла, погребенного между слоями угля, о своей находке они доложили начальству, а по цепочке о находке узнали в правительстве и ученые. Через некоторое время всех четверых, кто контактировал с неизвестным кристаллом, увезли в подземную лабораторию, в которой он находился до сих пор. Тогда не о чем не подозревавшие шахтеры, хватали кристалл руками, гладили его, кто-то даже целовал, в этот момент на поверхности произошла буря, молния около десятка, раз ударила в одно и то же место, пытаясь добраться до кристалла. Выйдя из шахты, все были удивлены, как такое возможно, теперь Володя понимал, почему так было. Тех мужчин, которых привезли вместе с ним, он больше не видел, только слышал впервые пару месяцев их крики по ночам из соседних камер и помнил свой номер – четвертый.

Когда болезнь отступила, за Владимиром пришли, пять вооруженных военных вывели его из комнаты и сопроводили до кабинета Халикова, где состоялся разговор.

- Владимир, как себя чувствуете? – спросил Халиков, не отрывая взгляда от записной книги, в которую вносил какие-то пометки.

- Лучше, - ответил Вова.

- Это просто замечательно. Ввиду Вас в курс дела. Сегодня мы отправляемся на полигон, для новых полевых испытаний кристалла. Отправляемся мы на месторождение «грозового камня». Вам естественно знакомо это место, шахта, на которой вы работали, теперь закрыта и под присмотром военных мы продолжаем изучение свойств кристалла. Если будите вести себя хорошо, то в следующий раз позволим вам повидаться с семьей, у вас же жена и дочь, если я не ошибаюсь? – Халиков исподлобья поднял свои черные глаза и с взглядом хищника посмотрел на Владимира.

- Да,- «конечно», подумал Вова, так вы и позволите мне повидаться с родными, - а мои родные знают, где я сейчас?

- Им было сообщено, что вас в срочном порядке направили на север, в командировку, по приказу вашего начальства, документы все есть и кто-то лишний не влезет в наши дела.

«Понятно все, в общем, моя жена в неведенье, где я и что со мной, главное, чтобы с ними было все в порядке».

- Отправляемся немедленно, - профессор взял в руку трубку телефона и набрал короткий внутренний номер из двух цифр: - Все, увидите хроника номер четыре. Что! Мы тут, что вам гвелые какие-то? Немедленно! – с психу Халиков ударил трубку об стол, а затем с силой положил ее на аппарат.

Володя летел в вертолете напичканным какими-то ящиками и набитом солдатами вооруженными, как на спецоперацию. Летели долго, затем пересели на «Урал» и еще ехали несколько часов. Стало понятно, что лаборатория находится очень далеко от шахты: «это шанс сбежать», думал Володя, «но как сбежать, если вокруг целый вооруженный взвод солдат, возможно, поможет кристалл, может быть я смогу научиться им управлять, то есть управлять молниями, смогу испепелить своих врагов, а на самом деле ни в чем не повинных солдат, и сбежать, это шанс, надо попробовать».

После долгой дороги оказались на месте, шахта была со всех сторон огорожена высоким забором, установлено КПП, смотровые вышки со снайперами и охрана по всему периметру. Оглядев все это Владимир подумал, что только силы кристалла могут помочь ему сбежать. Халиков стоял с большой делегацией, новых лиц, еще не мелькавших в коридорах бункера. Владимира подвели к профессору:

- Владимир ваша задача, как всегда проста, на отмеченных белых кругах, то есть под ними, находятся месторождения «грозового камня», вы будете поочередно стоять в этих кругах, держа в руках кристалл, а мы посмотрим на реакцию, - за спиной Халикова, кто-то сказал шутку и все рассмеялись, Халиков нервно обернулся к толпе ученных и они мгновение ока заткнулись.

- Все Владимир идите, - скомандовал Халиков.

Володя отошел на место одного из белых кругов очерченных известью и через минуту двое солдат, в ящике, притащили к нему кристалл, гораздо более крупный около полуметра длинной и диаметром где-то двадцать сантиметров. Вова взял кристалл в две руки за низ, солдаты спешно бегом ретировались вместе с пустым ящиком. Кристалл снова заговорил или позвал Вову, что-то в мутных глубинах кристалла звало рассудок, сверлило разум, не давая понять, что же нужно камню. Немой голос камня через минуту сменился дождем, крупные капли падали с пасмурного неба, а на горизонте было видно, как образуется грозовой фронт и уже идет на зов кристалла. Профессора достали зонты и были готовы в случае чего спрятаться в бетонное укрытие. Владимир же весь промок и это его отвлекло от первого удара молнии, она словно слегка коснулась края кристалла, не принося вреда носителю, затем еще одна молния, теперь не синего цвета, как первая, а желто-красная, третья молния будто пыталась вырвать кристалл из рук, Володя еле удержал камень в руках, а сам устоял с трудом на ногах.

Стало очень темно, как ночью, озаряли полигон только вспышки. Внутри грозовой тучи, то и дело вспыхивали разряды молний, она вся трещала, казалось, что треснет, высыпая на землю все свои разряды, что у нее есть, примерно так и произошло.

Очередная тонкая молния пронзила кристалл, затем молния гораздо толще угодила в один из белых кругов и еще одна в другой, потом повторилось. Туча «задышала», то увеличиваясь, то уменьшаясь в размерах, при этом, не переставая готовить новые разряды и в какой-то момент выбросила к кристаллу молнию, которая вцепилась в кристалл и столбом зависла от кристалла к туче или наоборот, уже не было понятно, все вокруг светилось, больше молний не было, только столб, исходящий от кристалла и это почувствовал Владимир, он почувствовал, что кристалл питается, заряжается.

«Сейчас!», - скомандовал про себя Володя и силой мысли, а также наклоном кристалла направил поток молнии на бункер, в котором находились профессора и высокопоставленные военные, но луч не изменил своего направления, а потом и вовсе прервался. Показалось, что все закончилось и вроде даже за черными тучами, где-то появился просвет, но не тут то было.. Молния, толщиной со ствол крупного дерева, ударила за спиной у Вовы, раздался оглушительный гром, у Владимира зазвенело в ушах, образовалась огромная шаровая молния, очень похожая на маленькое солнце, затем на шаровой молнии посередине образовалась схизма, а после она взорвалась, началось землетрясение, а как стало понятно далее, это было обрушение шахты. Владимир, спохватившись, побежал вперед, а за спиной у него, по пятам обваливалась земля, он бежал более минуты и в конце, когда уже почва уходила у него из-под ног, прыгнул и выронил кристалл из рук, кристалл с глухим звуком стукнулся о булыжник и отскочил в сторону, обвал закончился и гроза тоже.

Владимир подошел к кристаллу и увидел, как кусок размером с теннисный мяч, даже не откололся, а отошел, снизу, от большого камня. Вова недолго думая схватил отделившийся кусок и положил в карман куртки, затем посмотрел на небо, то ли благодаря, то ли осматривая расходящиеся после драки грозовые тучи.

Профессора и военные были ошеломлены, долго делись впечатлением, совсем забыв про подопытного, этим и воспользовался Владимир, побежав к ближайшей стене и ухватившись за выступающий кирпич, с трудом перелез на другую сторону, перебежал через дорогу и в лесополосу, как же он был разочарован, когда увидел «Урал» с солдатами, смеющимися и подзывающими его руками.

- Заблудился? Садись, подбросим, - обратился к Вове капитан, а затем кто-то сзади ударил его по ногам, он упал, солдаты снова засмеялись.

Последующие несколько часов Владимир провел в бетонном укрытие с профессорами, его отпаивали горячим чаем из термоса и дали рыбную консервы с пачкой хлебцев.

За это время испытывали некое устройство на основе того же кристалла, похоже было устройство на тубус установленный на треногу, как получилось Владимиру разузнать у молодого ученого, устройство называлось ПБ «Грозовые ворота», где ПБ – это прибор буреулавливающий. Работал прибор от включения тумблером тэна и нагрева кристалла, находящегося внутри, до температуры 36,6 градусов Цельсия, в приборе был таймер, отключающий тэн через тридцать минут. По теории прибор необходимо было устанавливать в тыл врага, естественно аномальная гроза и частые молнии, должны были вызывать панику в рядах противника, разрушение техники и живой силы противника.

На испытаниях прибор показал себя отменно, то есть вызывал и притягивал молнии без осечек, но того эффекта или если хотите фурора, какой вызвал Владимир в купе с кристаллом, не происходило.

Вскоре люди начали покидать полигон, испытания кончились, пришло время возвращаться в бункер. «Наверно мне будет легче сбежать из лаборатории, чем в чистом поле», - подумал Владимир и словно одурманенный Фродо Бэггинс коснулся кусочка кристалла в кармане.

Каждую неделю, один, а то и по нескольку раз, в камере Владимира производили обыск. Выворачивали все верх дном, иногда даже потрошили матрас и позже приносили новый взамен. У Владимира уже давно был тайник под полом, незаметный и доселе недоступный военным, обыскивающим камеру. Вова хранил там заточенную ложку и хирургический скальпель, удачно стыренный в медблоке. Теперь его не волновали эти первобытные орудия, он углубил тайник, чтобы туда поместился камень и очень сильно переживал о его сохранности. С камнем шансы выбраться из плена подземной лаборатории возрастали от нуля к тысячи.

Вот и очередной обыск прошел спокойно, ну как спокойно, опять выпотрошили матрас, разломали тумбу, порвали несколько книг, но ничего не нашли.

-Чего ты лыбишься придурок? – старший сержант сегодня был не в духе, его усы затряслись в нервном порыве, а затем он не сдержался и ударил Володю в лицо кулаком.

Из верхней губы брызнула тонкая струйка крови, а затем потекла из уголка рта вниз к подбородку. Володя даже не пытался стирать кровь с лица, так и продолжал улыбаться, мысленно уже поджаривая скотину старшего сержанта за все обиды.

- Посмотри Самсонов, этот додик сошел с ума! – оба солдата засмеялись и вышли из камеры.

Владимиру тут же захотелось коснуться кристалла, спрятанного в тайнике, он не удержался и нырнул рукой в тайник, развернул ткань, в которую был аккуратно, завернут камень, коснулся его на мгновение указательным пальцем правой руки. Затем у Владимира глаза полезли на лоб, так как камень отозвался ему и сверкнул искрой в самой своей глубине, будто протянул фиолетовый луч навстречу пальцу Володи. Локти сильно загудели, по ощущению было похоже на то, когда отлежал руку, но чувство было только в локтях, кисть и предплечье ничего не чувствовали особенного. Затем зачесались колени. Пытаясь снять эти неприятные ощущения Володя снова коснулся камня, но эффект произошел противоположный ожидаемому, колики в локтях и зуд в коленях усилились. Вова завернул камень в ткань и убрал в тайник, а сам лег на металлическую сетку кровати, свернувшись калачиком, постарался подавить или переждать болезненные ощущения.

В наказание матрас менять не стали и следующую ночь Володя провел на холодной сетке, подложив под себя теплое одеяло, спал в одежде с надеждой выбраться из этого подземного бункера, как можно скорее. Наутро его ждал сюрприз, на завтрак принесли свежесваренный кофе, по вкусу кофе кардинально отличался от той растворимой байды, что приносили прежде: «если бы еще принесли сигареты, то можно было бы предположить, что это мой последний день в бункере, только я не сбегу от сюда живым», - думал Володя, смачно потягивая чашку кофе, с такой жадностью пил, что ожог язык горячим напитком. Также на завтрак была пшенная каша и пара бутербродов с безвкусным сыром, буднично, а в этой камере все дни будничные, глотком свежей жизни были эксперименты, полевые испытания и с трансформатором Тесла, в которых Владимир тренировал свое умение управлять кристаллом или ему так казалось, а может, управлял кристалл им самим.

«Кофе конечно вкусный, но я бы предпочел выпить его в другом месте, возможно уже завтра», - а сегодня Вова решил решительно бежать.

У Артура Константиновича Халикова на этот день были другие планы, он хотел на весь день, а может на всю ночь, загрузить тестами хроника номер четыре, для этого он подготовил много новых книг по психологии и изучал их в своем кабинете, пока к нему не постучался один из лаборантов:

- Здравствуйте профессор, хроник готов, ожидает вас в комнате для допросов, - молодой лаборант надвинул очки на переносицу средним пальцем правой руки, не дожидаясь ответа, ретировался, аккуратно прикрыв дверь.

Непростой характер Халикова не давал спуску не только хронику, но также от него страдали ученые, лаборанты и даже военные, без исключения все кто находился в подземной лаборатории. Больше всего Халиков любил всевозможные совещания, после рабочей смены, которые затягивались порой даже до утра и на которых он задавал вопросы, на которые люди не могли ответить и словно школьники вставали со своих мест и молчали, а тот, кто смел открыть рот не по существу, сразу же об этом жалел, так как профессор Халиков растаптывал его личное мнение и бросал в грязь, кричал, сотрясая руками и растопыривая пальцы, стучал по столу, частенько после таких совещаний люди чувствовали себя морально изнасилованными, а напряжение доходило до схожести с самым важным экзаменом в жизни, к которому не был готов. Артур Халиков жил наукой и поэтому мог проводить месяца в лаборатории безвылазно, восхищался немецкой точностью, учил немецкий язык в свободное время, которого было в дефиците.

Халиков вошел в комнату для допросов, где уже сидел Владимир и болтал о чем-то отвлеченном с молодым солдатом.

- Оставьте нас, - Халиков посмотрел на парнишку таким взглядом, что поморщился даже Володя.

- И так Владимир, у нас сегодня много работы, тесты, которые нам необходимо пройти, сравним результаты с предыдущими и сделаем выводы, - профессор стал листать свою записную книжечку, которая была больше похожа на альбом, среди страниц где-то мелькали рисунки и чертежи.

Зазвонил телефон и в трубку кричали так сильно, что даже Владимир услышал: «профессор у нас ЧП, хроник номер два выломал дверь и бродит по коридорам, двое солдат погибли!». Халиков широко раскрыв глаза и бросив все на столе, выбежал из комнаты. Военные не зашли, а остались за дверью. «Вот он мой золотой шанс», - подумал Вова. «Хроник номер два», - задумался он, закатив глаза в потолок, - «значит, я не один, а вдвоем нам будет легче сбежать, но сначала ознакомимся с записями этого мудака».

Вова вскочил со своего стула и пересел за кресло Халикова, жадно впившись глазами в его записную книгу и начал с самой первой страницы: «Хронические заболевания – это заболевания, течения которых протекает длительное время, а симптомы не подлежат полному и окончательному излечению…».

«…после длительного взаимодействия с «грозовым камнем» у пациентов наблюдается обострение хронических заболеваний, а пациентов, у которых не было таковых, приобретаются хронические заболевания, в случаях с №№ 1 и 3, заболевания дыхательных путей (возможно влияние работы в шахте и еще не сформированные болезни), №1 – туберкулез…», «…№3 – астма…», «…№2 – артрит…», «…№4 – псориаз…», «…от сюда и далее испытуемых называть хрониками (то есть хроническими больными)…».

«Работа кристалла представляет собой, как проводник, так и генератор электрических разрядов, в полевых условиях притягивает бури и создает грозовой фронт, для того, чтобы «питаться» молниями (возможно заряжается, накапливает электрическую энергию, эффект не изучен)», «…«грозовой камень» работает от температуры человеческого тела с колебаниями от 36,2 до 36,8 градусов Цельсия, при большей температуре кристалл не работает…», - не работает было подчеркнуто.

«На основе экспериментов над хрониками, был разработан прибор под названием «Прибор буреулавливающий «Грозовые ворота». Его работа начинается от нагревания тэнами до температуры 36,6 градусов Цельсия, оснащен таймером, срабатывающим через 30 минут после перевода тумблера в положение ВКЛ. «ПБ «Грозовые ворота» разработан для прикрытия групп специального назначения, а так же для уничтожения техники и живой силы противника, путем попадания в них молниевых разрядов…».

- Об этом мы уже в курсе, - произнес вслух Вова и продолжил листать записную книгу Халикова.

«Хроник №1 – погиб в ходе испытаний. Причина смерти – поражение электрическим током…», «хроник №2 – в ходе испытаний произошло срастание кристалла с телом хроника (в районе солнечного сплетения), после чего хроник превратился в безмозглого монстра, стремящегося убить все живое на своем пути, с помощью «лошадиной дозы» транквилизаторов усыплен и содержится в специализированной комнате, оборудованной для содержания хроника (резиновое покрытие комнаты). Хроник №2 способен создавать электрические разряды и направлять их руками в сторону противника…», «ведется дальнейшее изучение поведения хроника и кристалла внутри его тела…».

«Хроник №3 – погиб в ходе испытаний. Причина смерти – поражение электрическим током…».

- Так вот кто или скорее что, сбежало из твоей клетки, да от такого помощника будет толк только при создании паника, которая уже, похоже, началась, - Владимир схватился за голову обеими руками, осознавая, что на самом деле происходит, но читать продолжил: «Хроник №4 – в связи с особенностью строения кожи, хроник №4 является идеальным кандидатом для испытаний «грозового камня»…», «хроник №4 является так называемым «человеком-диэлектриком», то есть его не поражают токи напряжением в 220 В, от тока напряжением в 380 В, ощущает легкое покалывание в конечностях. С каждым разом в руках хроника №4 кристалл показывает все лучшие результаты…», «…следов поражения тела электрическим током после испытаний нет…», «кристалл обостряет псориаз хроника, при этом вызывая боли в суставах (колени и локти)…».

Затем из книги вывалился чертеж «ПБ «Грозовые ворота» и упал Володе под ноги, в этот же момент послышался голос Халикова в коридоре.

«Время», - скомандовал сам себе Вова и переложил камень, завернутый в ткань из внутреннего кармана в передний правый боковой. Зашел Халиков.

- Владимир на сегодня тесты закончились, сейчас вы возвращаетесь в свой номер, - как-будто Вова жил в отеле.

- Нихера подобного! – Халиков отвлекся на упавший чертеж и поэтому удивился дважды, первый раз от неожиданности сказанного, а второй от увиденного, в руках Владимира был «заряженный» кусок «грозового камня». Почему он подумал, что «заряженный», потому что в глубинах камня можно было разглядеть малую фиолетовую искорку, такое Халиков уже видел в других кристаллах и те кристаллы были способны сами производить электрические разряды.

- Что… откуда у тебя…? – запинаясь, произнес ошеломленный профессор.

- На полевых испытаниях, этот кусок откололся или даже скорее отошел от большего кристалла, с гордостью и нарастающей злостью произнес Вова.

- А сейчас ты вкусишь его жало! – не боясь быть услышанным солдатами караулившими дверь, произнес Вова.

Вова сжал кристалл в ладони и направил на Халикова, тот на мгновение прищурился… Осечка. Вова исступленно потряс камень в руке, посмотрел на Халикова и глупо улыбнулся.

- Тебе это будет дорого стоить щенок, твои игрушки, - Халиков потянулся к телефону.

«Сейчас! Сейчас!», - говорил про себя Володя, обращаясь к камню.

Халиков поднес трубку к уху и собирался набирать номер, как вдруг в кристалле забрезжила та самая маленькая искорка и стала расти, пока не заполнила весь кристалл фиолетовым свечением, а после молния ударила Халикова и усадила кресло. Владимир сжал камень еще сильнее не только физически, но и разумом, заставляя его произвести более мощную молнию и таковая вышла из камня. Молния ударила не на мгновения, а потоком полилась из кристалла, будто лазер, била от камня к Халикову. Сначала от нового удара Халиков пришел в себя, но продолжительное воздействие электрического разряда сначала убило его, затем от трупа пошел дымок, а потом он вспыхнул, как спичка и только Вова усмирил свою молнию, горящий человек погас, но уже успел полностью обуглиться, кресло под ним продолжило тлеть. На шум вбежали двое солдат, стоявших за дверью, в одно мгновение двумя короткими разрядами Владимир уложил их на пол, живы были они или нет, проверять он не стал, забрал у одного автомат и подсумок, прицепил его себе на пояс. Кристалл аккуратно сложил в ткань и убрал в правый карман куртки, с автоматом наперевес продолжил путь по бункеру, в коридорах которого слышались крики, топот армейских сапог и выстрелы, нескончаемые выстрелы.

Пройдя несколько коридоров и не встретив никого, Володя наткнулся на группу солдат, перезаряжавших оружие и ожесточенно споривших о размерах монстра встреченного ими в коридорах бункера. Володя притаился, затем резко вынырнул из-за угла и выпустил в солдат всю обойму. Все семеро солдат легли кучкой под дверь с надписью «Архив». Володя перезарядил автомат и обнаружил, что в подсумке остался еще один магазин, но не стал ни подбирать патроны у убитых, ни расстраиваться по этому поводу ощущая гораздо большую силу в своем кармане. Затем Вова наткнулся на своего «любимого» старшего сержанта, который отстреливался и отступал по коридору прямиком к Вове. Володя замешкался, не выстрелил сразу и старший сержант, заметив его, выстрелил в его сторону, Вова успел спрятаться за углом, а пуля снесла кусок стены и бетонная крошка щедро осыпалась на голову Володи.

- Ублюдок я разберусь сначала с тобой, а затем с твоим уродом собратом! – видимо с пеной злости у рта кричал старший сержант, так как некоторые слова он произнес запинаясь.

Владимир высунул из-за угла, только автомат и выпустил всю обойму в направлении военного, но когда кончились патроны, услышал одиночные выстрелы в ответ.

- Ну, хорошо урод, держись! – Володя полез в карман и достал все еще сияющий фиолетовым светом кристалл.

Сначала Володя пустил молнию в противоположную от себя стену, а затем, поняв, что может сделать, он пустил молнию зигзагом от стены к стене, даже не выглядывая из своего укрытия. Послышался шум падающего тела и лязг оружия. Вова аккуратно выглянул из-за угла. Старший сержант бился в конвульсиях на полу, как-будто его все еще било током. Вова подошел к нему ближе, теперь он точно видел пену у рта под выцветшими усами старшего сержанта.

- Сук…, - попытался выдавить из себя умирающий солдат, но Владимир опередил его тонким разрядом из кристалла в лоб.

Перезарядил оружие, двинулся было далее, но увидел надвигающуюся тень в другом конце коридора. Тень была безобразной, а то, что потом вынырнуло в коридоре, было еще безобразней. Монстр два с половиной метра, опухшая лысая изуродованная морщинистая голова, слившаяся с плечами воедино, набухшее тело с сине-серой от кровоподтеков кожей и складками пористого жира по всему телу. Несоизмеримо длинные конечности с сухими тонкими пальцами, а венчал это все кристалл, торчавший на половину в груди и сросшийся с нечеловеческим телом.

Владимиру было страшно, но он уже уверовал в себя и в мощь кристалла. Вскинул правую руку в попытке поразить чудовище молнией, но молния, вылетевшая из кристалла Владимира, угодила прямиком в кристалл на груди хроника номер два, там и исчезла. Володя хотел сделать еще попытку, мысленно прицеливаясь в голову, но его опередил монстр, вскинув левую руку, он выпустил молнию, которая сбила Вову с ног и отбросила к стене, об которую он здорово ударился и выронил кристалл из рук. Времени не было доставать кристалл, так как в Вову уже полетели еще две молнии. Вова отбежал за угол и от туда, дождавшись, когда монстр выйдет из-за угла, дал по нему пару очередей, но эффекта это не произвело, пули не брали этого урода. Вова отступил еще за один поворот коридора, нацелившись в голову монстру, выпустил оставшиеся патроны, но пули застряли в голове монстра, не остановив его.

Монстр передвигался неспешно, видимо непропорциональное тело не позволяло ему бегать или хотя бы быстро ходить, но все равно выход был один и проходил он как раз через преграду в виде хроника номер два превратившегося в бездушную тварь, к тому же выпускающую молнии из своих длинных уродливых рук. Володя неспешно отступал назад, коря себя за ситуацию, в которой он оказался, подумывал было спрятаться в одной из многочисленных комнат по коридору, но что если его найдет монстр, второго шанса не будет и после не наступит его очередь искать двух с половиной метрового ублюдка. Бил себя кулаком по лбу и произносил: «думай, думай, тупая башка!».

«Жаль, нет в бункере гранатомета или огнемета, хотя тут если воспользоваться одним из двух, то хуже сделаю и себе тоже», - Вова с еще большей силой начал колотить себя по голове и может быть от этого или нет, в его голову пришла гениальная мысль. Именно в этот момент он проходил мимо лаборатории, в которой изготавливали «ПБ «Грозовые ворота».

- А, что если…, - Вова не произнес фразу до конца, бросился в лабораторию и схватил со стола металлический тубус.

- Господи надеюсь, сработает!? - Вова щелкнул тумблер и установил прибор на треногу посередине коридора, напротив лаборатории и комнаты испытаний со стеклянным бронированным витражом.

Сам Владимир отбежал и спрятался за угол, наблюдая, сработает его план или ждет провал, еще несколько поворотов по коридору назад и смерть. Хроник номер два вышел из-за угла, в своей неспешной манере, словно варан, плетущийся за умирающей жертвой, увидел тубус и пустил в него молнию, прибор перевернулся и упал.

- Да, что за!? – вырвалось у Володи.

Монстр пошел дальше, не встречая препятствий, Володя понуро и обреченно опустил голову, затем развернулся, приник спиной к стене и опустился на корточки, обняв голову руками. Обреченность, вот что он почувствовал в этот момент. Неожиданный нарастающий гул и рев омрачили минутку грусти Володи, он мигом выглянул из-за угла и с улыбкой стал наблюдать то, что происходило дальше. Металлический тубус прибора, будто приклеенный прицепился к груди монстра в том месте, где торчал кристалл, от прибора к кристаллу на груди протянулась электрическая дуга, которая возвышалась над головой монстра и с каждой секундой дуга утолщалась, вот она толщиной с большой палец, а теперь уже с руку и дальше больше. Монстр ревел, пытаясь сбить и отодрать навязчивый прибор от своей груди, но все попытки были тщетные. Дуга уже достигла толщины в метр диаметром, произошел взрыв. Бронированные стекла, повылетали из рам, рассыпавшись на мелкие осколки, по всему коридору зависли мелкие и небольшие разряды, с потолка падали синие искорки, словно снежинки, все это было окутано пылью, так что монстра не было видно. Затем пыль рассеялась, разряды растворились и Владимир увидел, что монстра разорвало изнутри, похоже, как бомба сдетонировала у него в желудке. Кристалл из груди монстра лежал рядом расколотый на две не равные части и забрызганный останками. Володя взял в руки большую часть кристалла, подержал ее в руке пару секунд, положил, взял другую. Он точно знал, в какой остался заряд, выбрал, словно арбуз, постучал мысленно и одна из частей, меньшая, отозвалась фиолетовой искрой в глубинах сознания.

Пока путь был свободен, Владимир решил собрать вещи необходимые в долгом пути и бежать. Он зашел в столовую и в армейский рюкзак положил несколько бутылок с водой, тушенку, в контейнер наложил свежесваренного риса, взял также нож, вилку, ложку и конечно же термос кофе. Подобрал свой кристалл, выроненный в схватке с номером два, а так же прихватил с собой пистолет старшего сержанта и набрал у других мертвых солдат патронов. Успокоенный Вова вошел в лифт, ведущий прямо на поверхность, держа в одной руке кусок ткани в другой кристалл наготове. Лифт не спеша доставил его на поверхность, с тяжестью окрылись металлические двери…

Навстречу открывшимся дверям лифта мчалась молния, волочащаяся по земле, будто небесный плуг. Ошарашенный Владимир спрятал камень в ткань, затем в карман. Молния исчезла в одно мгновение. Прокатился раскат грома. Вова вышел из лифта и через пару секунд кончился проливной дождь, который залил всю территорию водой по самые щиколотки. На поверхности творилось нечто похожее на конец света, одно из двух многоэтажных зданий научного института было на половину разрушено, второе горело до сих пор. Весь этот фурор, несомненно, устроили они, там внизу, балуясь со своими ручными молниями.

Владимир прошел до КПП, которое было разрушено до основания и сверху накрыто металлическим листом собственной крыши. На посту не было никого, все были охвачены паникой и шарахались возле горящего здания в оцепенении, не в силах чем-то помочь. Владимир взглянул на свое отражение в луже и ошарашенно отвел взгляд, он очень сильно посидел, до этого в его черных волосах не было не единого седого волоса, а теперь все виски были седыми, да и вся голова была окроплена сединой. Вова нырнул в лесополосу и отправился в путь домой, избегая по пути дорог и населенных пунктов. 

-3
1017
09:53
+1
Какой ужас…
Очень интересная и оригинальная идея, в отличии от большинства рассказов. Понравились замуты и их раскрытие.
14:46 (отредактировано)
+2
Мог бы получиться добротный фантастический боевик. Хорошо прописаны персонажи, эмоции, главгерою сопереживаешь. В рассказе полно динамики, скучно не становится.

Теперь о плохом, то есть, о тексте. Он изобилует стилистическими и грамматическими ошибками. В рассказе очень много повторений слов. Текст, местами нормальный, вдруг взрывается кучей повторялок.

Хронические заболевания – это заболевания, течения которых протекает длительное время, а симптомы не подлежат полному и окончательному излечению…». «…после длительного взаимодействия с «грозовым камнем» у пациентов наблюдается обострение хронических заболеваний, а пациентов, у которых не было таковых, приобретаются хронические заболевания, в случаях с №№ 1 и 3, заболевания дыхательных


Яркий пример.

и дали рыбную консервы с пачкой хлебцев


Владимир взглянул на свое отражение в луже и ошарашенно отвел взгляд, он очень сильно посидел, до этого в его черных волосах не было не единого седого волоса, а теперь все виски были седыми, да и вся голова была окроплена сединой.

.

«Он очень сильно поседел» — через «е», «ошарашено» — с одним «н». Три «был»ки в одном предложении (!).

Автор, вычитываете текст перед отправкой на конкурс. Существует куча программ для работы с текстом. Если не успеваете до дедлайна, лучше вообще не отправлять текст, толку не будет…

Итог: за сюжет, героев и атмосферу ставлю плюс, за текст — огромный минус. Удачи и побед, в дальнейшем!
06:48
Задумка неплохая, но язык просто кошмарен. Перегруженные предложения, грамматические ошибки, бедный словарный запас — всё это делает рассказ сложным для восприятия. Но это всё приходит с опытом. Советую нарабатывать его. Потенциал имеется.
Загрузка...
Светлана Ледовская №1