Ольга Силаева №1

Мое последнее Солнце

Мое последнее Солнце
Работа №507

«Если вы читаете это, значит, я уже видел свое последнее солнце, превратившее меня в бесчисленное количество мельчайших частиц. Оставив после, лишь небольшую капсулу с посланием, жалкими словами о вечной жизни и городе других миров. Обидно, что не родился пару веков назад, возможно меня бы оставили в истории, на страницах книг, для будущего поколения. Но сейчас моя писанина достанется именно тебе, Кто бы ты ни был, не останавливайся и продолжай читать. Потом можешь забросить куда подальше и забыть, главное, не собирай хлам, знаешь ведь, чем грозит чрезмерная собирательность.

Что ж, с чего бы начать? Думаю, последних пару дней на Старой земле будет достаточно. Да-да, ты правильно прочитал, можешь вернуться и еще раз пробежать глазами по строчкам. Именно там где жили наши предки все, и закончилось, именно там я сделал ошибку, о которой никогда не буду сожалеть. Возможно, в этом есть какой-то смысл, я - человек уважающий законы старых лет, смог защитить себя и свои принципы, пусть ценой собственной жизни, но все же вышло, если можно так сказать...

Зовут меня Номер 449, если ты родился в третьем тысячелетие, тебе известно, почему всех стали нумеровать. Ну а для остальных, после очередной смены власти и появлении новых нулей в году, не осталось никого, кого бы звали иначе. Только цифры определяли твой будущий статус и должность, и, конечно, место в наших огромных и бесчисленных общинах. Жаль, не стал я пятисотым, сейчас бы попивал сок через трубочку под пальмами, где-нибудь на станции около Новой Земли, а может и на ней самой. Но даже мной быть было неплохо, а тем, кто рождался под номерами далекими от нолей, не позавидуешь. С утра до вечера копошились на Старой Земле, добывая последние полезные ресурсы, для тех, кто выше рангом. Эххх..... Бедолаги.

Что ж продолжим, не буду пересказывать тебе всю нашу новоиспеченную и нерушимую систему, ведь ты и так все знаешь. Просто внимай, ведь теперь я подошел к самому интересному.

Буквально десять минут назад, меня и еще несколько осужденных разместили в ракете-носителе, под названием «Вечная жизнь», как бы абсурдно это ни звучало. Цель нашей экспедиции, отбыть наказание, предписанное высшим руководством.

Великим Им - наш царь, Бог, лучезарная дельта, как его только не называют, за ним стоит последнее слово в решениях судеб всех людей, каких только можно разыскать в черном пространстве Вселенного мира. Итак, что же нас ждет, думаешь ты? А ничего хорошего, небольшая прогулка, и билет в один конец до Солнца. Когда ж оно уже потухнет? Мне предстоит вкушать свою будущую смерть еще около восьми месяцев, а затем все исчезнет. На одно только надеюсь, чтобы не сильно больно было, не очень я такое люблю...»

Н.449 задумался, и перевел взгляд в иллюминатор, они уже пересекли атмосферу, вокруг была лишь черная материя с мелкими крупинками космического сахара. В руках он держал свое наследие, свою короткую историю жизни, надеясь, что все-таки она попадет к хорошим людям, и не останется забытой. К своим двадцати пяти годам, Н.449 добился хороших результатов в работе, он следил за чернорабочими на Старой Земле, и отчитывался обо всем предшественникам власти. Сам Великий Им никогда не спускался к народу, да и никто его не видел из «простых». Говорят, последние кто мог лицезреть его, были в первой сотне, и то уже все либо вымерли, либо отбыли к солнечным рабам. Так называли тех, кого приговаривали к казни на Солнце. Места оставалось не много уже и на Новой Земле, а Старая была почти непригодна для жизни. Вот и пытались регулировать количество поселенцев всеми возможными способами.

Внутри корабля стояла тишина, и ее нарушил, внезапно, проснувшийся живот Н.449, он схватился за него и наклонился вперед, пытаясь сдержать этого голодного монстра. Остальные пассажиры не обратили внимания, только сосед тихо хмыкнул, и после продолжил заниматься своими делами.

Н. 449 поднялся, и направился к аппарату с едой, осмотрев его, нахмурился, а затем, удивленно, поднял брови вверх: «И это мы будем есть? Не люди, а звери. Хотя, нет... Точно люди, только они могут так жестоко поступать с себе подобными. Изверги». Он еще несколько минут стоял, и молча возмущался, размахивая руками, потом нажал кнопку соответствующую рангу, и в карман машины выпала пачка редисовых чипсов. Пока шел обратно, встречал только завистливые и надменные взгляды, подобного они на Старой Земле давно не ели, лишь порошковые отбросы. В отместку, Н.449 тоже решил им как-то ответить, поэтому вернувшись на свое место, громко сказал:

- Мы скоро все будем одинаковы и едины, так что вы не останетесь голодными. И мне все равно, как это мерзко звучит. Так что заканчивайте осуждать, и пишите уже свои письма, все равно они вас не спасут, - после он открыл пакет, и стал громко и довольно хрустеть местным деликатесом.

Рядом сидевший с ним старик, усмехнулся, отложив во внутренний карман огрызок карандаша и бумагу, стал наблюдать. Н.449 жадно запихивал в себя сухую, овощную нарезку, а когда закончил, аккуратно сложил пакет, и закинул под сидение. После повернулся к соседу, и вопросительно посмотрел.

- Что? Не привык, есть под наблюдением, щенок?

- Да, ты бесстрашный я посмотрю. Забыл, что правило об уважении старших отменили еще в конце двухтысячных? А сейчас эра рангов, так что я бы еще поспорил, кто из нас щенок, - недовольно рассуждал Н.449.

- Всем известно кто ты, и почему здесь оказался. Такие новости быстро разлетаются между планетами и сообществами, и не думай препираться, 449-ый. Защитник нашелся, тоже мне, - отмахнулся он.

- А ты кто? Что-то о тебе новости разносятся медленнее, какой номер? Ты обязан ответить, правила, есть правила.

- Да к черту твои правила, и всех кто их придумал. Мне нечего стыдиться, я Н.101, обо мне не так много говорили, но все же ты мог слышать историю, о том, как один смельчак начистил морду сотому, - громко захохотал, и встал с места, чтобы купаться в овациях других преступников.

- Так это был ты, - усмехнулся Н.449, и затем продолжил. - Помню, помню. Только вот чем ты гордишься, понять не могу. Ладно, эти, у них ни ума, ни фантазии нет, так воспитали, но ты же родился с метеоритным жетоном в руках, мог жить на Новой Земле, и ни в чем себе не отказывать, тебе даже работать необязательно. Твоих лет хватило бы прожить всем нам вместе взятым, и еще осталось бы, плюс чистейший кислород, не то, что у них. Грязные баллоны, и пыль, мечущаяся в легкие и обратно.

- Что ты знаешь, сам таким родился. А жизнь лучше прожить как можно быстрее, в нашем мире не так много развлечений, чтобы здесь задерживаться. И жетончик твой почти ничем не отличается от моего, немного подешевле, но все остальное точь-в-точь, даже не старайся давить на жалость.

- Да я и не пытаюсь, - отмахнулся собеседник.

- Может, расскажешь, как все было на самом деле? Знаем мы эти Имовские обвинения, много слов, а толку ноль. Ты ведь уже записал в своем посланьице это, так расскажи и нам, из первых уст послушаем, - хитро улыбался сто первый.

- Вот ты вроде человек нового времени, а говоришь как старикашка прошлых веков, - вздохнул, и продолжил. - Все было так, как и говорили. Я отправился на очередную проверку, там работала первая сотня, точнее то, что от нее осталось. Добывали последние оставшиеся породы в Старом Овраге, тот день должен был закончиться опустошением, но одному старику, вроде тебя, стало плохо, он упал и не подавал уже признаков жизни. В растерянности я подбежал к нему, и попытался привести в чувства...

- И что? Что было дальше? - наседал на него сосед, остальные пассажиры тоже напряглись в предвкушении.

- Что, что? Он очнулся. Но так как у нас с людьми и так перебор, сам понимаешь, что за этим всем последовало. Загорелись красные лампы на столбах, налетели дроны, охрана появилась, будто из-под земли. В общем, меня быстро определили в комнату ожидания, а спустя два дня, оказался здесь.

- Ну, ты идиот, - все громко засмеялись.

- Меня так воспитали, - гордо протестовал Н. 449.

- Кто? Мы рождаемся из пробирок, кто тебя воспитал?

- Старые книги, фильмы. Они сделали из меня человека. Как бы я хотел жить в то время, оно мне нравится больше, - закинув руки за голову, продолжил. - Там не платили за воздух, была семья, они не делились на ранги, и сами решали, чем хотят заниматься по жизни. А что сейчас, нет тебе свободы мысли, только покоряйся, и, бренча кандалами, следуй за Великим, которого даже не видел никогда.

- Несправедливо, согласен. Но эти правила были приняты давно, и мы с этим ничего не можем поделать. Только повиноваться. Всегда обидно расплачиваться за преступление чести, вроде дело доброе, но незаконное, - пожимая плечами, говорил сто первый. - Но знаешь, думаю, и раньше такое было. Нечего судить, нам все равно не дано узнать.

- Да знаю, но не понимаю. Твое преступление ненависти, тоже на Солнце не тянет, но все же ты здесь, как и я, как и все остальные. Наша жизнь скоро закончится, а я так и не придумал, что написать в письме.

После они замолчали, и посмотрели вперед, думая, каждый о чем-то своем. Им предстояла восьмимесячная экспедиция, до точки невозврата, а затем исчезновение. Заранее к такому не подготовишься, да и способ совсем негуманный, но лишь благодаря этому власти могли избавиться от изъянов среди народа, и также среди производственной части, а именно ракет и шаттлов плохого качества. Людей убеждали в нравственности этих поступков, и что они принесут пользу обществу. Никто не смел, противостоять, говорить и защищать. На Новой и Старой Земле, вначале третьего тысячелетия появился негласный закон, каждый сам за себя и за власть.

Все страшились окружения, были приняты абсурдные законы, противоречащие морали и праведности. Помимо преступлений чести и ненависти были еще слабости, верности, старости, которые лишь подрывали понятие - народа. Как такого, целого общества, уже не существовало давным-давно.

«Мне тут рассказали, что боли не почувствую. Я очень рад, говорят, все произойдет за доли секунды. Главное, успеть передать капсулу вам, а может и тебе одному. Кто бы ты ни был, читающий мое послание с того света, а может и этого, знай, я не виновен. Преступление чести, полный бред, придуманный для отсеивания заинтересованных людей, они убирают хороших, честных и в первую очередь тех, кто может принимать решение без Има, великого и ужасного. Мы те, кто может дать рождение новой эпохе, новому миру с правильными устоями. И здесь я нашел единомышленников, они могут сами за себя решать, могут сражаться, отстаивать свое мнение. Теперь Мы - новое поколение, и если послание сейчас в твоих руках, спрячь его. Дочитай, когда рядом не будет посланников Има.

Мы - это я и остальные запертые здесь, решили создать новый ранг. У нас есть пристанище за Старым Оврагом, название ему Город Других Миров, ГДМ. Мы готовы принять тебя к себе, но ты должен поверить, и отбросить все страхи. Мы не делим людей на богатых и бедных, не нумеруем, как на конвейере. Мы даем возможность переродиться, и решить судьбу наших новых планет».

- Эй, 449, отвлекись на секунду, - сто первый положил ему руку на плечо. - Мы почти на месте, тебе следует поторопиться.

- Я уже заканчиваю, Ном. Переходи на наши имена. У вас ведь готовы послания?

- Да. Понял, понял, Рум. Как-то странно звучит, не находишь? - с усмешкой спросил он.

- Просто так захотел, теперь это мое право. Возможность выбора, самое лучшее, что случалось со мной за всю жизнь, - улыбаясь, ответил 449-ый. - Да, и не знаю, какие имена звучат нормально, меня тогда еще не существовало. А какое число сегодня?

- Двадцать девятое февраля, вроде бы.

- Да оно самое, - послышалось позади.

- Значит все верно.

- Что именно? - сто первый улыбнулся.

- Да так, это я своем.

«Мы преступники для власти, но для вас станем толчком к действию. Пусть наша казнь, станет последней. Никто не должен исчезнуть, никто не должен быть забыт. История это не только те, кто оставил за собой след из книг, фильмов, это и те, кто просто жил на земле, был здесь и мог дышать, думать и чувствовать. Я надеюсь на тебя, Кто бы ты ни был, дай бой несправедливости, и останься в памяти, как Человек. Ведь ты будешь не один.

Меня зовут Рум, я написал послание тебе, и надеюсь, ты исполнишь мое желание. Ведь так раньше поступали...

29 февраля 3519 года.

С днем рождения меня, а тебе удачи, Кто бы ты ни был»

Огни внутри корабля начали моргать, и с дальних отсеков послышался нарастающий сигнал тревоги. Времени оставалось совсем немного, Н.449, сжал в кулак огрызок карандаша, и в последний раз взглянул в иллюминатор. По небу все также был разбросан космический сахар, который все быстрее поглощался желто-оранжевым светом. Жар пробирался из всех щелей этой старой посудины, лишь надежда не давала поддаться панике. Никто не сдвинулся с места, держа в руках заветные капсулы, они ждали поглощения.

Все произошло быстро, «Вечная жизнь» столкнулась со звездой, превратившись в пыль, тысячи мельчайших частиц разлетелись в космосе. А двадцать капсул, отправились в свободный полет, и место назначения им Старая Земля. Неизвестно, сколько они пробыли в черном пространстве, но говорят, что они все же достигли своей цели. За тысячу лет, никто не видел ничего подобного, но метеоритный дождь, который был замечен на Старой Земле, назвали «Слезами надежды», датированный 29 февраля 4519 годом.

-4
369
12:59
Конкретно меня очень раздражает подобное начало. Обращение к читателю ради обращения. Не понятно, что пытается нам рассказать герой — историю, которую после его смерти могут забыть? Тогда мало самой этой истории и много «если вы родились в это время, то сами знаете». Свою историю, как отдельного человека? Себя в этом обращении вообще нет.
Фраза типа: «не останавливайся — читай» — вообще по ощущениям конкретно нам, участникам НФ. Потому что… Ну вот представьте, наши современные историки нашли свиток с записями из прошлой эпохи. Их нужно подгонять? Их нужно уговаривать читать? Вряд ли.
Такие вот расшаркивания:
Потом можешь забросить куда подальше и забыть, главное, не собирай хлам, знаешь ведь, чем грозит чрезмерная собирательность.

Скорее раздражают. Во-первых, герой, у которого на письмо не так уж много времени, явно размазывает мысль. Во-вторых, называет все написанное хламом (неуместная самокритика). В-третьих, нет, я не знаю, чем грозит чрезмерная собирательность! Это маркер истории или наблюдения из реального, нашего мира? Опять вопросы о том, что хочет рассказать герой и на какую публику он рассчитывает. Представляете, если бы так о Риме писал Ливий или Тацит? Мол: «Они, можно сказать, вновь перешли Рубикон, если вы понимаете о чем я».

В тексте мне показались странными некоторые формулировки. Типа:
городе других миров

город -единственное, миров — множественное. Я все ждала, что эту тему раскроют, но ощущение не выстрелившего ружья осталось.
отбыть наказание, предписанное высшим руководством. Великим Им — наш царь, Бог,

Тут перед «наш царь» не помешало бы местоимение. А еще лучше, перенести имя руководства в предыдущие предложение. Иначе каша с падежами.
черном пространстве Вселенного мира

тут допуская особенности восприятия мира, но, поскольку раньше их особо не вводили, то прост окажется аляповатым.
Н. 449 поднялся,

Вкусовщина, но: может лучше №499? Или не сокращать слово до буквы Н.
Внутри корабля стояла тишина, и ее нарушил, внезапно, проснувшийся живот Н.449, он схватился за него и наклонился вперед, пытаясь сдержать этого голодного монстра.

я поняла, это хоррор ) Нет, конечно понятно, что произошло. Но подача — просто фантастика.
А затем начинается классическая история — расскажу ка я вам мир в диалогах. Исполнение — так себе. Реплики неправдоподобные, поведение героя а)не мотивированное ничем, б) нелогично.
С чего он начал орать, что все станут равны? Зачем после этих своих слов начал давить на закон и прочее?
К тому же, через реплики три уже становится не понятно кто и что говорит. Просто поделили один монолог между двумя людьми и все. Никаких особенностей речи, ничего.
Затем, номер 449 держит номеру 101, который по логике текста его выше по рангу ибо ближе к нулю. А когда узнает, что тот выше по рангу не делает ничего. Даже не извиняется, не проявляет никакого уважения, в общем весь показывает, насколько условно правило об уважении и рангах.
Кстати, тут подумалось. Герой говорит, что у всех в третьем тысячелетии номера а не имена. Но он 449 и ему 25, то есть можно предположить что людей осталось ну тысячи полторы -не маловато ли?
История с его заключением — что? Вообще не понятно за что его повязали.
То он говорит, что в Овраге работают остатки первой сотни, то что с людьми перебор. Он же по факту просто подошел к мужчине, которому стало плохо. Просто подошел. И все, гудбай май френд на солнышко.
С названиями — просто огонь. Овраг. Не овраг №… Что случилось с родными названиями? Почему в таком условном постапоке нельзя использовать нейминг «Старой ЗЕмли», саму-то Землю, Землей еще называют. И Солнце, Солнцем.
да и способ совсем негуманный, но лишь благодаря этому власти могли избавиться от изъянов среди народа

Негуманный? Может, дорогостоящий? Там на минуточку люди последние ресурсы из земли выгребают, а правительство преступников на солнце отправляет по восемь человек в ракете. Это шутка?
То есть настолько высокотехнологичное общество, которое может позволить себе полеты на солнышко с потерей техники, которой не жалко на это средств, и которая узурпирует младший класс и жалуется на то, что заканчиваются ресурсы. Огонь.
А еще и от шатлов плохого качества избалвяются — до слез просто, простите.
Настолько плохое качество шатлов, что они в состоянии лететь 8 месяцев до солнца. И настолько крутое государство, что может позволить себе а) шаттлы плохого качества б) не чинить/перерабатывать/устронять неполадки — а запускать на солнышко.
Кстати о «шаттлах» — это же тоже земной нейминг, при том что довольно конкретный, с указанием на страну производитель, даже на компанию. Но при этом Овраг, да.
Старые книги, фильмы. Они сделали из меня человека. Как бы я хотел жить в то время, оно мне нравится больше,

Круто сделали, мразь, которая своей властью (насколько позволяет номер) упивается. Человек он, ага.
Летели люди к солнцу, прилетели, умерли. Все.
О чем рассказ? Что в него вложили? Нелогичный диалог? Пару реплик о том что раньше трава была зеленее? Намеки на какой-то дико нелогичный мир? О чем этот рассказ?
Загрузка...
Мартин Эйле №1