Олег Шевченко №1

Наживка для менестреля

Наживка для менестреля
Работа №556

Пролог. Игрок

Столик с клетчатой доской, а на нём древцы. Деревянные фигурки ведут сражение, словно они настоящие воины. С закатной стороны два светлых мечника и всадник ловко отбили атаку темных копейщиков. А вот со стороны восхода светлому повелителю грозила опасность…

Пожилой мужчина с длинной седой бородой в алой мантии недовольно взглянул на слугу, который принёс ему горячий напиток. Юноша учтиво поклонился и попятился назад.

- Наверное, как и все, ты считаешь, что я спятил? И теперь играю всегда и всюду? Надо это или не надо.

Почуяв аромат трав и мёда, старик смягчился, но фразу закончил.

- Что я интриган. И играю человечески жизнями, словно древцами. Так ведь?

Договорив, он кивком указал на клетчатую доску.

- Никак нет, Магистр, - спокойным и бесцветным голосом отозвался слуга, – даже права не имею так считать.

Старик открыл было рот, но снова учуял приятный пряный аромат напитка с ягодными нотками.

- А ведь везде враги, - выдохнул он, дрожащей рукой потянувшись за изящной плоской чашей с напитком. – Ступай.

Юноша снова поклонился и беззвучно вышел.

Глава 1. Исцеление

В полутьме комнаты после напряженной тишины прозвучал мерный негромкий мужской голос.

- Как ты? Оклемалась?

Ему отвечал другой, высокий, вероятно, женский. Слабо и отрывисто.

- Благодарю, господин. Мне гораздо лучше. Что со мной?

- Прекрати дрожать как лист. Теперь ты в полном здравии, девка.

В комнате тесно и душно. Но открывать двери и окна лекарь запретил.

- Я не смогу Вас отблагодарить. У меня совсем нет денег, а хозяин дома… он…

- Не переживай. Отплатишь ещё. Потом. А пока не вздумай вскакивать, ясно тебе?

- А я могу помочь чем-то?

Она удивленна и совсем обессилена. В предночной тишине пауза показалась нестерпимо долгой.

- Удивительно, правда? Скажу так. Я скрываюсь. Здесь, недалеко от селения.

Мужской голос замолк. А затем сделался заметно тише.

- Через реку. От врагов. И мне нужны… Ты спишь, что ли?

Глава 2. Рыбалка на закате

Жила, служившая лесой удочки, звучно рассекла воздух. Насадка тихо плюхнулась в воду вдалеке, потревожив водную гладь. Мужчина в длинном грязно-зеленом балахоне опустил удилище – хлыст из дикой ирги, присел на бревно и принялся ждать.

Вид живописного разлива реки в красках угасающего дня успокаивал ум и душу.

«Моё задание скоро будет окончено», - расслабленно подумал он.

Время бежало быстро. Периодически поплавок уходил под воду, ловко взмахнув хлыстом, ловец выуживал на берег очередную рыбку, отливающую в сумерках серебром.

Из-под капюшона балахона он посмотрел на небо. Перевёл взгляд на Большую землю на горизонте. С острова хорошо виднелось поселение и первые огоньки в избах крестьян.

Рыбак вдохнул прохладный воздух, в этом месте неприятно пахнувший гнильцой. Покрутил пальцами червяка, которому повезло так и не быть насаженным на крючок.

- Ползи, приятель. В отличие от меня, ты так и не стал наживкой…

Разгоняя одиночество, он иногда говорил сам с собой или с тем, что никак не могло ему ответить.

Звук собственного голоса воодушевил рыбака. Насвистывая нехитрый мотив, он сноровисто смотал снасть и потянулся за мешком с уловом. Но тут же припал к земле. А затем почти ползком добрался до ближайшего дерева. И найдя его спиной, тяжело задышал.

В воздухе звучал рокот чешуйчатых крыльев. Ещё слабый, но вполне различимый.

Рыбак аккуратно стянул с головы капюшон, чтоб увеличить обзор и пораньше заметить незримого пока врага. Пригладил тыльной стороной ладони слегка разлохматившуюся черную бородку.

Существо успело подобраться близко. И можно не сомневаться: оно затаилось в ветвях близлежащих ив. А возможно, и того самого дерева, на ствол которого рыбак навалился всем весом.

Он медленно поднял глаза. Правая рука аккуратно тянула из коротких ножен меч. Оружие зловеще сверкнуло холодным металлом. Но летун не объявлялся. Затих. Затаился!

Сердце звучно билось в груди, неприятно отдаваясь в рёбрах. Дыхание стало неприятно прерывистым и шумным. Рыбак тихо, нараспев дважды повторил формулу. На мгновение тонкий и короткий меч в его руке полыхнул алым. И почувствовав колдовство, враг атаковал в то же мгновение.

Хлопок чешуйчатых крыльев и отблеск лезвия в воздухе. Маг ловко откатился по земле в сторону, а тварь взмыла ввысь, в кроны деревьев. Взмыла, чтобы через пару мгновений спикировать для новой смертоносной атаки.

- Nervit!

Голос прозвучал уверенно, как на тренировке. Будто ничто не угрожает его жизни. Лезвие меча завибрировало и десятком маленьких огоньков ринулось навстречу крылану.

Враг заверещал злобно, пронзительно, гадко. Громко захлопал крыльями. Маг усилил концентрацию, хотя уши заложило, а в висках больно закололо. Тонкие красные нити остановили тварь. Словно запутавшись в них, она повисла в воздухе, продолжая кричать и бить крыльями. Клинок описал эффектную дугу и ударил по алым нитям.

Крылан отлетел на десяток саженей и приземлился в прибрежные кусты, но тут же снова взмыл в воздух. Полетел низко-низко, над самой водой, удаляясь от острова.

- Живучий ты, парень, - процедил маг и чуть помолчал. – Скажу, втравили же меня в эту историю. Но почему я должен играть по их правилам?

Нахмурившись и потеребив ладонью затылок, он размял шею.

И вот голос мага снова потеснил тишину:

- Да вовсе не обязан я играть эту роль!

Решение мучительное, но теперь принятое, заметно приободрило. Он быстрым движением загнал меч в ножны, схватил мешок с уловом и удочку и зашагал прочь от опасного берега.

Крылан мог вернуться. И не один.

Глава 3. Незваная гостья

Дальний лес деревенский мальчишка Несп знал отлично. К его удивлению и та, за которой он следил сейчас, явно пришла сюда не впервые.

А он-то, наивный, полагал, это тайное место принадлежит ему одному. Несп сидел на толстенной ветке между двух причудливо сросшихся пихских елей. Какой из них принадлежал наблюдательный пункт, он наверняка не смог бы сказать. Настолько необычно соединились деревья меж собою.

Из укрытия он прекрасно видел прибрежный луг. В девушке, сидящей на прогретой Светилом земле, без труда узнал местную трактирную служанку.

Неспу стало до жути интересно, зачем она пришла сюда одна. И он, скрываясь в ветвях елей, продолжал наблюдать.

Худощавая, нескладная девица с двумя короткими рыжими косичками, впалыми щеками и маленьким вздёрнутым носиком оставалась на месте. На ней обветшалый желтый сарафан, кожаный пояс с небольшими ножнами и сапоги.

Она достала из-за спины что-то, походившее издали на музыкальный инструмент. Несп предположил, что это, возможно, лютня. И немало удивился: «Ведь, вроде, нищенка совсем… И откуда такое?»

Пока удивлялся, девушка продолжала сидеть неподвижно. Еловый аромат приятно щекотал нос, а редкие порывы ветра поскрипывали ветвями. Несп нетерпеливо заёрзал, но тут же замер. Ему показалось, что девица взглянула прямо на него. И улыбнулась. Тонкие пальцы коснулись струн лютни. Те тут же отозвались мелодией. Обычной и незамысловатой. Но этот звон словно заставил лес и луг замолчать.

Стих ветер, и перестали скрипеть ветви елей. Умолкли птицы. А Несп удивлённо уставился на девушку, которая неспешно и нежно запела:

- В лесу не страшно в полдень,

И одинокий воин,

Забыв свои заботы,

Был отдыха достоин…

Она изменилась. Теперь взору мальчика предстала высокая красавица с правильными чертами лица. Волосы певуньи отливали червонным золотом, а сарафан виделся красивым платьем богатого янтарного цвета.

Несп заворожено слушал, уже не различая слова песни. Он словно впал в полудрёму, а когда голос девушки вернул его в мир, то искренне удивился, как вообще не упал наземь со своего тайного наблюдательного поста.

- Эй, на дереве! Можешь слезать да подойти поближе.

Что это было?

Он с трудом, неуклюже и едва не ободравшись о ветки, слез с ёлки. Ноги почти не гнулись, во рту ужасно пересохло. Девушка загадочно и мило улыбалась.

- Приветствую, кажется… Ммм… Несп? Интересные ёлки. Необычные. Как ты туда попал?

Голос был ему знаком. Он слышал его раньше в деревне. Говорила с какой-то особенной, необычной интонацией, часто делала паузы.

- Вот захотел и залез. И чего с того? – довольно нелюбезно пробурчал мальчишка. – Нельзя?

- Можно, конечно, - невозмутимо ответила она. – Почему же нет?

- Слушай… А ты красивая… Когда поёшь. И голос какой-то необычный. Не такой, как всегда.

Рыжая курносая девушка со смешно оттопыривающимися ушами звонко засмеялась.

- А когда не пою?

- А когда не поёшь – некрасивая.

- О, а ты не слишком любезен. Я – Вильса, если тебе нужно моё имя. Может, тогда вместо комплимента, проводишь меня в деревню? Скоро мне заступать в трактир.

Она вздохнула, подняла глаза и чуть склонила голову.

- Ну может и провожу, - отозвался Несп.

- А ещё… никому пока не говори о том, что видел меня здесь. Ладно?

- Это почему ж?

- Скоро я вынуждена буду сделать выбор, от которого будет зависеть… чья-то жизнь. Возможно, и не одна. Не спрашивай причём здесь это. Просто поверь. Это очень важно. Не говори. Хотя бы пока.

- Ну… ладно. Хорошо.

Через луг к деревенским полям они шли в молчании. Несп грыз травинку и то и дело бросал взгляды на свою спутницу. Из головы не выходило её таинственное преображение во время пения.

Глава 4. Тайная встреча

Ещё один вечер, бесцеремонно залезший в ночь, прошел без происшествий. В трактире никто не буянил, не подрался. И никто к молоденькой трактирной служанке Вильсе с глупостями не лез.

Она легла отдыхать, когда было уже за полночь. Жесткое ребро сундука привычно врезалось в костлявую спину. Поворочавшись немного, отключилась. Спала она в этот день совсем мало, без снов.

Когда хозяйка дома закопошилась у печи, Вильса не стала ловить обрывки короткого ночного отдыха. Быстро одевшись и накинув на плечи рваный и изъеденный молью, но всё ещё теплый платок, она прошмыгнула в сени. Селение покидала задними дворами да огородами.

Собаки, по счастью, уже знали её и не лаяли.

Маг сидел на берегу реки на поваленной иве. Они уже однажды встречались в этом месте. На нём всё тот же грязно-зеленый балахон и высокие кожаные сапоги.

- Доброе утро, господин маг. Вы не боитесь слежки? Нас могут увидеть здесь.

- Приветствую, Вильса. Скажу я тебе, выглядишь мило, но устало.

Под капюшоном трудно было различить выражение лица, но казалось, он улыбался, а большие карие глаза озорно блеснули. Подвинулся, приглашая присесть рядом.

Она так и сделала, уставившись на унылую заводь с большим количеством топляка и водной растительности. Хмурое утро дышало прохладой, и низкие серые тучи уже напоминали о себе противным мелким дождиком.

- Сюда удобно совершать Скачок с острова. Из перемещения и Выход есть удобный, и место неприметное. А с Большого берега вряд ли кто, кроме тебя, заглянет к этому затону.

- Простите… не очень поняла… про Скачок и Выход… - ответила Вильса и попыталась улыбнуться.

- Это ты прости: дурная привычка говорить сложно. Расскажи, что творится у вас в селении? Всё ли тихо? Камень активен?

- Активен, господин маг. Я его спрятала. И каждый день проверяю. Не беспокойтесь, я Вас не подведу. Вчера в трактире не было сторонних людей. А в селении… Один из егерей говорил о дополнительном дозоре на Трёхпутье. Только я не знаю, где именно.

- Прошу тебя, не называй меня «господин маг». Для тебя просто Верц.

- Вы меняетесь. С каждым разом говорите по-иному… Почему?

Вильса доверчиво заглянула в его глаза. Он спешно отвёл взгляд.

- Ты сказала «меняюсь»?

- Вы стали мягче ко мне… С прошлого раза…

- Не говори глупостей, ладно? Когда про дополнительный дозор говорили и где?

- Да вчера в трактире и говорил. Егерь Уренвил…

- А, болтун и дамский угодник, - тут же отозвался Верц. - Знаю.

- Как Вам будет угодно, госпо… Простите.

Он заметил, как её губы тронула еле заметная улыбка.

- Видно, и ты его слегка недолюбливаешь. Ой, да не будем обсуждать и осуждать людей. Бесполезное, девочка, это занятие. Давай к нашим делам.

Рядом с ним обнаружился дорожный мешок, и Верц принялся извлекать оттуда различные вещи. Первым делом настоял, чтобы Вильса выпила содержимое маленькой колбочки. Зелье пахло земляникой и травами, было тягучим и приятным на вкус.

- Вижу, тебе лучше, - сразу оценил проницательный маг.

И действительно, Вильса почувствовала прилив сил почти мгновенно.

Вторым стал кузовок с речной ягодой ламерией.

- Хозяйке скажешь, что поутру, пока сюда ходила, набрала. Чтоб не ворчала.

- Так Вы ж говорили, эта ягода только на острове растёт. Разве нет?

- Верно. Только хозяйка-то твоя об этом не знает. Да даже, скажу тебе, местные егеря убеждены, что и по Большому берегу можно чуть-чуть набрать.

Из-под капюшона он подмигнул Вильсе.

- А вот ещё третья вещь.

- О нет! Денег не возьму… Я сама должна за лечение своё. Пожалуйста…

- Бери-бери. Как ты себя чувствуешь, кстати?

Он впихнул кошель в её холодные ладошки.

- Благодарю Вас, господин Верц. Как до… одержимости.

- Бесплотный не делал попыток вернуться? Это ощущается как…

Вильсу передёрнуло. Она перестала слышать своего собеседника, а по телу пробежал холод. Ей стало настолько жутко, что она едва не потеряла сознание. Если бы не его сильные руки, то наверняка бы упала с наклоненного дерева наземь.

Очнулась и сразу отстранилась. Вместе с силами пришло сознание неловкости ситуации. Она соскочила с ивы и опустилась на землю.

- Видно, я не могу пока об этом слышать.

- Это просто из-за зелья. Побочный эффект. Ты сильно утомлена.

- Стараюсь держаться… Надо выживать.

- С моим кошелём тебе будет легче. Мне-то в глуши деньги ни к чему. Послушай, а не хочешь бежать ко мне на остров? В старой рыбацкой избушке есть комната. Не хуже твоих сеней.

Но Вильса только головой замотала.

- Не могу я сейчас. Да и глаза и уши в селении Вы потеряете. Могут застать врасплох.

- Ну да, - хохотнул из-под капюшона Верц. - Не каждая девица отважится жить под одной крышей с суровым бородатым магом. К тому же – опальным.

Он резко сдернул с головы капюшон и скорчил рожу. Рассмешить не рассмешил, но улыбку Вильсы вызвал. Чему тоже был рад.

- Дело не в суровости, бородатости, опальности. Поймите…

- Да всё я понимаю, - уверил Верц. - Знаешь, я хочу в скором времени бежать в город.

- А Вам не опасно?

- Опасно. Но как иначе? Если сделать себе историю, внешность и документы, то не должно быть проблем. Так вот, ты можешь поехать со мной. Будешь жить не под одной крышей, но неподалёку. Устраивает?

- Да, это другой разговор... Если через время.

Она бесшумно поднялась с земли и подошла к нему. Верц продолжал сидеть на стволе дерева, которое самым непостижимым образом росло теперь почти горизонтально.

- Здорово иву дождём подмыло, правда?

- Вы читаете мои мысли?

- О, я вижу, ты напряглась по этому поводу? Нет, этого я не могу. Только эмоции и направление взгляда.

Вильса и правда испугалась. Сердце начало больно колотиться в молодой груди, и бросило в жар. Интересно, что будет, если он всё узнает? Обездвижит заклинанием на время или убьёт сразу?

Сейчас страх выйдет наружу и чем-нибудь выдаст её. Волнение на фоне утомлённости брало верх.

Понимая, что теряет остатки самообладания, Вильса не нашла ничего лучшего, как подойти совсем близко к нему и положить голову плечо. Удивительно, но это почти мгновенно её успокоило. Мысли вернулись. И самая яркая из них была: «Легион бесплотных, что же я творю?!»

Отступила на шаг назад она быстрее, чем Верц пришёл в себя.

- Спасибо, Вы возитесь со мной. Я не подведу.

- Я удивился, - наконец выдавил он из себя.

«Вот как, оказывается, несложно тебя смутить и сбить с толку», - подумала Вильса.

Когда они прощались, Верц выглядел прежним.

- Не забудь: встреча здесь через два дня на третий. Подмечай, что происходит в трактире. Прислушивайся к разговорам. Скажу так, любая информация ценна. И камень наготове. Поняла?

- Я всё сделаю… не беспокойтесь.

- Медяки и сребрики из кошеля трать – не жалей. А егерям передай: слышала ты от болтунов местных о крылане, который по берегу рыщет с наступлением темноты.

- Крылан? Какой? – удивилась Вильса искренне. Это была хорошая возможность вложить в голос немного настоящих своих эмоций. Так она будет выглядеть естественнее в его глазах.

- Формулировку запомнила? Передай как сплетню. Если не примут, тогда это будут их проблемы. Бывай, Вильса.

…Каждая следующая встреча давалась всё труднее. Именно об этом размышляла она, пока плелась домой. Берестяной кузовок с дорогими ягодами и кошелёк с монетами метания души успокоить не могли, но тело грело предвкушение не самого плохого дня.

Задобрить хозяйку – это дорогого стоило. А наконец нормально поесть – тем более.

Глава 5. Непростое решение

Вечером следующего дня за одним из кряжистых трактирных столов попивал золотистый местный лерокль егерь Уренвил. Рядом сидел его отец. Тоже егерь, мужик бородатый с суровым взглядом из-под густых кустистых бровей. А вот третий… Высокий, тощий, с лицом, словно высеченным из серого речного камня.

- Господа желают ещё что-нибудь?

Вильса робко остановилась недалеко от стола, поправила рыжий локон, упавший на лицо. Давать волю своим волосам она не любила, но трактирщику больше иных нравились девушки с распущенными волосами. И, как он полагал, гостям трактира – тоже.

- Мне лерокля ещё, дорогуша, - горделиво протянул Уренвил. - А вот гостя нашего надо побаловать особым вниманием…

- Не напивайся, Урен, не время, - возразил бородач. – Тебе и одного хватит.

Взглянув на отца, сын-егерь примирительно и картинно поднял руки вверх.

- Ну значит второй и последний. А господину магу поесть с дороги. Только чего поприличнее да посвежее. И Янтарной Росы.

«Господин маг!» - что-то оборвалось в груди.

- Птица али рыба? Картофель, а может…

Незнакомец нетерпеливо перебил.

- Морепродуктов у вас в захолустье всё равно нет. Так что ровно. Самую свежую рыбу неси. Гарнир – ровно.

Его голос резкий и сильный, будто резал воздух острым лезвием. А пронзительный взгляд тёмно-серых глаз, который поймала Вильса, казалось, мог опалить затылок.

- То есть, господину магу всё равно. Но вот Янтарную Росу он просто должон попробовать, - напомнил Уренвил. – Шевелись, Виля!

Сократив на свой лад её имя, егерь собирался шутливо хлопнуть служанку для скорости, но Вильса, уже отошедшая от оцепенения, кивнув, ловко вспорхнула.

«Маг и два егеря. А может и ещё кто-нибудь», - только и пронеслось в её голове.

Обслуживая их столик, она слышала обрывки фраз.

«…Лодка сядет на мель…»

«…Подойдём с заката…»

«…Дополнительный сюрприз для отшельника…»

«…Недоступно для стрел…»

А когда принесла расчетный свиток, за столом оказались лишь бородач и маг. Вместе с деньгами маг передал ей какую-то флягу, многозначительно кивнул. А Егерь Уренвил бесшумно появился за её спиной и обжег ухо девушки своим дыханием:

- Ты помнишь, что надо делать?

- Да! Пусти!

Вильса вырвалась из его объятий легко. И зная этого Уренвила – то была удача. Оказавшись на кухне, она перевела дыхание, постаралась успокоиться.

Камень она спрятала здесь. На дальней полке, за старой кастрюлей, которой уже точно год, как никто не пользовался.

Красивый. Она потёрла в руке карминовый самоцвет размером с горошину.

И он быстро нагрелся. То ли от тепла ладони, то ли от магии, дремавшей в нём.

«Как оно всё будет дальше?» - одна лишь мысль стучала в голове.

Решение Вильса давно приняла, чуть ли не со времени своего исцеления. А вчера – лишь убедилась в его правильности. О своей дальнейшей судьбе старалась не думать. Если всё выйдет гладко, как она сгоряча рассчитала, то, может, всё и обойдётся?...

- Виль! Где ты, лентяйка?! – услышала девушка голос своей старшей напарницы, дородной темноволосой девицы, донесшийся из трактирного зала.

- Иду! В уборной я! – крикнула в ответ Вильса и снова сосредоточилась на камне.

- Вильса, звала меня? – услышала девушка вкрадчивый голос в своей голове.

Глава 6. Грядущее рядом

- Ты звала, и я пришёл.

Маг обнаружился за одним из столов трактира и сейчас смотрел испытующе.

- Вы пришли открыто и… не оставляете мне выбора, да? – проговорила она тихо, подходя к нему.

- Тише говори со мной! Никто, кроме тебя меня не видит. И не слышит.

Он многозначительно помотал головой по сторонам.

- Что ты там бормочешь пустому столу, красотка? Блаженная что-ли? Иди к нам, чего скажем! - позвали Вильсу парни, сидящие за соседним столом.

- Стол бы тот надо протереть, - произнесла Вильса. – Так чего вы хотели бы сказать? Или заказать?

Не надо смотреть на мага. Она поняла это мгновенно. И говорить ему ничего не надо. Невидящими глазами уставилась Вильса на парней за соседним столиком, а на лице своём изобразила глупую улыбку.

«И правда, выгляжу сейчас, должно быть, как блаженная», - молнией вспыхнула мысль. А в следующий миг в голове зазвучал голос мага.

«Умница. Всё сделала правильно. И продолжаешь делать верно. Спасибо за сигнал. Я увидел своих врагов ещё до отплытия к острову. Маг и двое егерей отправлялись ко мне в гости под маскировкой. Но благодаря тебе, я узнал о приближении опасности и раскрыл их поход. Боя, конечно, я не принял. Бежал с острова окончательно. Теперь там небезопасно. А сюда пришёл за тобой. Если пойдёшь со мной, просто снимай передник подавальщицы и двигай к выходу. Но если не хочешь, ты вольна остаться. И навсегда забыть обо мне…»

В это время парень за столом тоже что-то говорил Вильсе, но она его не слушала. Да и не могла слушать и слышать. Вильса чётко знала, что ей надо делать.

Продолжая глупо улыбаться парням, она демонстративно сняла передник, бросила его на пол и направилась к выходу из трактира.

- Эй, ты чего?!

Говоривший с ней парень догнал её быстро, схватил за руку, повернул к себе, приобнял за плечи…

Вильса повиновалась ему словно безвольная кукла. Парень был её ровесником, а может и младше. В его глазах читалось удивление.

- Куда собралась? Ты не дослушала меня!

Осмелев, парень привлёк её ближе. Вильса не вырывалась, только повернула голову. И ждала.

Разряд она почувствовала на своих плечах и щеке, до которой парень успел дотронуться губами. Не больно, только слегка неприятно. Лишь вторичное поражение. Парень же, получивший прямой удар шокового заклятья, осел на пол и захлопал глазами.

Теперь даже она не видела мага, но, разумеется, поняла, что это он взял её сейчас за руку. И повёл на выход из трактира. Вильса повиновалась.

Глава 7. Последний аккорд

Вещей бывшая трактирная служанка собрала немного. Один только худой заплечный мешок. На столе оставила немного денег и короткую записку. Еды тоже взяла чуть-чуть, на один привал.

- Ты не хочешь попрощаться с хозяевами?

Маг, ждавший её у ограды, выглядел удивленным.

Вильса помотала головой.

- Хозяйка на заднем дворе, хлопочет по хозяйству. Хозяин и сыновья подались куда-то батраками. Зачем их тревожить? Я для них никто, они никто для меня. За кров я их отблагодарила сребриками. И написала «прощайте».

Маг только пожал плечами. Они не пошли по тракту, а свернули в сторону дубравы. Подъездная к селению дорога лежала как на ладони.

- Мы же не пешком, верно?

- Конечно! Ты готова к перемещению? Или боишься?

- Немного. И это… пить хочу.

Вильса звучно отхлебнула из фляги и дрожащей рукой протянула питьё магу.

- Что тут у тебя? Для храбрости? – хохотнул Верц и поднёс горлышко к носу. – Скажу, маги дурмана не пьют, но тут что-то на травах. Ммм!

Перехватило дыхание и больно сжало грудь, когда смотрела она на мага, собирающегося отхлебнуть из фляжки.

«Он уснёт? А может быть… Лишиться магических сил? Надолго? Или навсегда?! Или вовсе умрёт?»

- Не пей!

Она ударила по фляжке сильно. Та отлетела в высокую траву на границе вытоптанной поляны. И тут же облегчённо выдохнула. Как будто огромный камень с плеч свалился.

Верц глянул на Вильсу удивлённо.

- Зачем ты так?

Тыльной стороной ладони убрал со своей щеки капли пития, которое так и не удалось попробовать.

- Тебе нельзя это пить. На магов это действует как снотворное. Сильное.

- Вот как? Может, объяснишь, что это значит?

- Верц, обещай мне… Не уложить меня заклятьем прежде, чем я договорю, - сказала Вильса, подняла глаза и посмотрела испытующе.

- Попробую… дослушать.

Его интонация пугала, но обратного пути уже не было. И она начала говорить, опустив глаза.

- Они хотели взять тебя живьём. Поэтому главный в деле не приезжий в село маг и не егерь Уренвил. Главный… главная… это я.

- Нескромно. Продолжай.

- Ещё до того, как ты изгнал из меня бесплотного, меня завербовали. Я должна была заслужить твоё доверие. И в день атаки на остров позвать.

- А дальше ты меня подпаиваешь, я засыпаю, и меня берут живьём? Без единого выстрела и заклятья?

- Да, именно так.

Вильса нашла в себе силы снова поднять глаза. И удивилась. Глядя на неё, маг улыбался.

- Ну ладно, допустим, - наконец произнёс он. – А зачем ты мне это рассказала? Решила сменить сторону? Работать на меня? Сбежать вместе со мной, а не сдавать Совету?

- Нет, бежишь ты один. Ты хороший человек, Верц. Я чувствую это. И я не хочу, чтобы Совет лишил тебя свободы или магических сил.

- А как же ты?

- А меня ты уложишь шоковым заклятьем, например. И я какое-то время проваляюсь здесь. До прибытия охотников.

- Тебя накажут! Бежим вместе!

- Бежать не могу, - произнесла Вильса и вздохнула. – А с наказанием может и обойдётся. Ты раскрыл меня, почувствовав подвох во фляжке. Вырубил предательницу, а сам исчез.

- Мне будет нелегко направить боевое заклятье на безоружную девушку.

Маг продолжал улыбаться и смотрел на неё сочувственно.

Что-то было не так. А эта улыбка начинала уже бесить.

Она схватила с земли небольшой камень.

- Теперь я вооружена, - резко бросила Вильса, набираясь решимости. - Не тяни. Они совсем скоро будут здесь! Считаю до пяти и атакую тебя первая. Бей заклятьем! С тобой я не могу. Извини. Боюсь за родных. Ведь я не сирота.

- Я знаю, что ты не сирота.

Маг стал серьёзным и поднял руку.

- Брось камень и выслушай теперь меня, Наирни.

Камень выпал из руки сам. Услышав своё настоящее имя, она рухнула на колени, как подкошенная.

- Откуда… Вы знаете? Телепатия? Вы раскрыли меня, но хотели всё равно выпить зелье из фляжки? Я не понимаю…

- Не перебивай меня, Наирни. Я не раскрывал тебя, а знал всё с самого начала. Ты была слишком забита и напугана, чтобы понять нереальность происходящего. Неужели ты думаешь, что опального мага действительно ловят другим магом, парой егерей и подсадным менестрелем?

- Вы и это знаете?!

- Знаю. Когда твоего брата взяли и отправили на Север, на рудники… Прости, жестоко об этом тебе напоминать, но выслушай.

Он поймал её холодную руку. Та, настоящее имя которой было Наирни, не вырывалась и смотрела теперь на мага взглядом полным отчаяния и презрения. Дышала редко.

- Когда обвинили твоего брата, решили потрепать и тебя.

- В Совете сказали, я должна… показать им свою… лояльность, - наконец выплюнула Наирни ненавистное слово. – Поучаствовать в поимке мага-предателя.

- Только никакого мага предателя нет. Есть я - играющий его роль. Ситуация ведь очень странная, правда? И знаешь почему? Потому что всё это – как партия в древцы.

- Но как же… бесплотный, которого Вы изгнали?

- Постановка. На самом деле, недомогание твоё – действие зелий. А бесплотного придумали, чтобы всё выглядело натурально. Я тебя, вроде как, лечу, вербую… А на самом деле, ты уже раньше завербована Советом. Всё!

Капельки холодного пота побежали по спине Наирни.

- И задания своего я выполнить не смогла. А вместо этого отпустила… опального мага…

Она с вызовом посмотрела на него. Маг снова улыбнулся.

- Я выступал в Совете против подобной проверки. Она жестока и бессмысленна. Ты не совершала ничего дурного. А тебя провоцируют на преступление. И Совет в отместку за моё вольнодумство решил, что именно я и буду играть роль мага-врага.

- У тебя неплохо получилась роль хорошего тёмного мага, Верц.

В голосе Наирни звякнули горечь и обида.

- Я пытался поначалу говорить пренебрежительно с тобой. Но я не смог быть грубияном. А, наверное, стоило. Чтоб ты точно сдала меня Совету…

- Быть плохим, чтобы помочь мне? Облегчить проверку? Зачем?

- Считаю низким провоцировать человека на преступление. А я фактически спровоцировал тебя. Но, скажу тебе, я просто не смог играть негодяя. Только не по отношению к тебе.

- Даже, если бы ты общался со мной так, как при нашей первой встрече, то я всё равно отпустила тебя. Когда наживка удачно подобрана, у рыбы просто нет шансов.

- У человека шанс всегда есть. Но между Верховным Советом и собственной Совестью ты выбрала второе.

- Раз так… веди меня куда следует, - произнесла Наирни, но голос предательски дрогнул. А из глаз покатились слёзы. – Сдай меня как врага Совета.

Она протянула вперёд обе руки и закрыла глаза. Слёзы продолжали катиться по щекам. Только эти холодные слёзы обиды, казалось, существовали сейчас в её мире. Только эти слёзы. И больше ничего.

Неожиданно для себя Наирни почувствовала прикосновение ткани к своим щекам. Отстранилась, открыла глаза. Верц приводил её в порядок своим платком.

- Ещё не поняла, глупая, что я не буду тебя сдавать? – сказал он, подмигнув. – Ты дала мне зелье, я выпил, уснул. Всё.

- Но… подожди… я же преступница.

- Ты поступила благородно. Глупо, но благородно. Я поступлю ровно также: глупо и благородно. Можно?

- Нет, нельзя! Тебе – нельзя!

Она замотала головой.

- Ты хочешь на рудники северные или нести людям свои прекрасные песни?

Наирни промолчала в ответ.

- Ну вот видишь… И пой на здоровье. И забудь эту глупую проверку, в которой у тебя почти не было шансов.

- Наживка надо мной смилостивилась? – горько произнесла она.

И вдруг рассмеялась звонким и нервным смехом. Маг опять улыбнулся.

- Но как же ты теперь уснёшь? Фляжка-то пролилась.

- Наирни, ты наивная девочка. Знаешь, почему зелье не действует на тебя, а действует только на меня? – спросил Верц, усмехаясь. – Да оно ни на кого не действует. Это пустышка, просто травяной настой.

И теперь уже он рассмеялся.

- Тихо. Нас могут услышать.

Наирни потупилась.

- Никто не придёт раньше моего знака. А знак я дам, когда буду изображать сон.

- И что делать мне?

- Ну… ты меня подпоила, я падаю и сплю. А ты сидишь и ждёшь приспешников Совета. И никому и никогда не рассказываешь о нашем разговоре.

Наирни лишь молча кивнула.

- Ну прощай, что-ли?

- Прощай.

Верц взял её ладони. Они были сухими и холодными. Крепко сжал их в своих. Наирни опустила глаза. Мыслей не было.

Затем он отошел в сторону и картинно завалился на бок. Сейчас он будет звать других актеров этой инсценировки.

«Это всё… реально происходит со мной?...»

Будто пытаясь стряхнуть наваждение, Наирни замотала головой. И вдруг услышала его голос.

- Знаешь… Об одном только жалею. Всё говорили, ты бард, и говорили, неплохой, но твоих песен не слышал. А возможно, и не услышу никогда.

- Ты хочешь, чтобы я спела для тебя? Меня не услышат, не почувствуют?

- Тот парень из трактира – не маг. Просто актер, сыгравший для тебя мага. В окрестностях маг только я.

- Жаль, нет лютни…

- Мне не так это важно, Наирни. Пожалуйста, спой для меня.

И она запела. Сначала тихо, а потом всё громче и громче. Без инструмента, без распевки. Слова песни лились плавно:

- …Ночь несется над землёю

Крыльями совы,

Я пою тебе на ушко,

Нежно погружая в сны…

Впервые в жизни она пела настолько проникновенно.

Допев последнюю строчку, менестрель рухнула на колени почти без сил. Она задыхалась, а из глаз градом катили слёзы.

Вернул к реальности топот копыт. Лошади быстро приближались.

Наирни вскочила с земли, подбежала к магу. И заговорила горячим шёпотом:

- Я поняла, почему Вы так переменились после нашей второй встречи. Вы решили не играть плохого человека и в любом случае, как бы я не поступила, выгородить меня перед Советом. Право, я не достойна. Но спасибо Вам. И прощайте, господин маг.

Верц не ответил. Она воровато обернула и быстро поцеловала его в щеку. И снова никакого отклика. Быть может, он и правда заснул от её колыбельной?

Глава 8. Конец игре

Уренвил принялся уговаривать Наирни вернуться в село верхом.

- Пешком?!

- Почему бы и нет?

- Что за глупость? Ты залазь, не бойся. Я тебя и пальцем не трону, Вильса. Ну, если только поддержать. Чтоб не свалилась.

- А чего так? – бросила она с вызовом. – Почему «теперь»?

- Ты человек Совета. А я не хочу неприятностей.

Крепкая рука егеря помогла Наирни оказаться на лошади. В седле устроилась удобно. Происходящее на другом конце поляны, теперь мало её интересовало.

Актёр, изображавший мага сегодня в трактире, наденет не Верца тюремные наручи. И картинно уведёт как задержанного… Но это лишь постановка, театр.

И пока ещё в этом театре у Наирни своя роль. Нельзя показать излишнюю осведомленность.

Почему-то по дороге обратно в село захотелось домой, съесть мамину пышную лепёшку с горячим сыром и испить парного молока. Наирни нервно облизнула пересохшие от встречного ветра губы.

По указанию Уренвила, она прошла через чей-то двор, поднялась по крепкой деревянной лестнице.

Бородатый мужчина в белой рубахе и широких штанах был явно взволнован, суетился.

- Эээ… Госпожа Вильса… Пожалуй сюда, вот табурет.

Староста принял её в своём доме, сел напротив. Наирни потеряла всякий интерес к происходящему. Главное сейчас – это не сболтнуть чего лишнего. И поэтому она молчала, лишь изредка кивая.

Она не видела ничего вокруг, не обратила внимания на убранство комнаты, в которой сейчас её приняли. Слова старосты тоже почти не различала, отмечая для себя лишь их общий смысл.

Выражают всякое почтение Совету и деятельности его... Каждый из деревенских рад приветствовать заезжую певунью… Готовы принять без всякий платы… И выступить просят…

- Один вечер – одна золотинка, - заучено отозвалась глухим голосом Наирни, кивнув.

- Ого, - присвистнул староста. – Ну да ладно, попробуем.

Говорил он, по счастью, ещё недолго.

Пройдя сени, она остановилась на пороге дома.

- Вильса, мой отец приглашает тебя. У нас большой дом. Готовим, стираем…

- Не тараторь ты, Несп! – перебил мальчика вышедший вслед за Наирни староста. – Может быть, госпожа менестрель решит остановиться на постоялом дворе.

- Что Вы… для меня это честь! Я приму предложение родителей мальчика. Спасибо.

Она поклонилась, демонстрируя старосте уважение и то, что разговор с ним окончен.

Есть больше не хотелось. Хотелось лечь, желательно не на сундук, и хорошенько выспаться.

А то эта игра в бедную родственницу, которую приютил опальный маг, может плохо отразиться на Даре.

Бард, как и маг, должен высыпаться и нормально питаться. Не обязательно богато, но регулярно. Во всяком случае, так считала Наирни.

- А я сразу понял, что ты менестрель. Ну, там, в лесу.

Оторвавшись от своих мыслей, она взглянула на спутника. Чуть улыбнулась.

- Ты молодец, не стал рассказывать всем и каждому.

Они вдвоём уже почти дошли до дома родителей Неспа.

- Отец говорит, мужчины не болтают лишнего.

- Он прав, а вы… Неужели вдвоём живёте?

- Ещё мать и две сестры. А что?

- Просто интересно… Ясно. Ещё что-нибудь говорит отец?

- Ну, сестрам всё время твердит, чтоб опасались юношей-менестрелей. Потому как они могут зачаровать своими песнями дивными.

- О, твой отец, вижу я… знает толк в юношах-менестрелях. Девушки-менестрели не лучше, доложу я тебе, - произнесла она шутливо. – А сестры у тебя старшие?

- Младшие, - вздохнул Несп. – Старшей у меня никогда не будет.

- А у меня пока нет младшего брата. Ты хочешь быть мне братом?

Наирни подала ему руку и засмеялась. Несп забавно смутился.

Глава 9. Магия Искусства

Егерь Уренвил вальяжно сидел за столиком трактира и потягивал золотистый лерокль. Его любимый.

Последние два денька выдались нескучными. Вчерашний день и визит какого-то мага Совета, несостоявшийся набег на остров, погоня за магом-ренегатом. День сегодняшний с беготнёй по лесу и поисками заплутавших мальчишек.

«До самого позднего вечера этих мелких шельмецов искали», - подумал егерь.

Свободных мест в этот вечер в заведении не было. И если бы не стол для особых гостей, стоять бы ему скромно у стеночки.

- Спасибо Вам, что разрешили… - начал он, заприметив трактирщика.

- Да брось, Ур! Я вечный должник твоего отца, - ответил тот, грузно плюхаясь на соседний табурет. – Хоть за этот стол… хоть на сам стол этот садись.

И трактирщик расхохотался.

- А Вы без доброго лерокля?

- Ты, верно, шутишь? Смотри сколько посетителей. Полон трактир. Мне и не расслабиться.

- Но начало пришли послушать?

- Конечно. Разве я хуже всех? – фыркнул трактирщик.

У восточной стены трактира ни столиков, ни окон не было. А пол поднимался здесь широкой ступенькой, обнаруживая место для выступлений. Обычно оттуда вещал староста или иной человек, державший речь перед селянами.

Но сегодня с Восхода зазвучит Искусство.

Девушка появилась неслышной тенью. В гуле трактира не сразу выделился из множества звуков мелодичный голос лютни.

Уренвил приметил менестреля лишь тогда, когда она запела. Без вступительных речей, шуток и просьб создать тишину. Голос её взял в плен всех, кто был здесь, мягко, но настойчиво принуждая к молчанию.

Открыв рот от изумления, егерь Уренвил узнавал и одновременно не узнавал знакомую дурнушку.

Девушка, которая теперь пела, ослепительно красива. Высокая и стройная, с огромными светлыми глазами и правильными чертами лица, она притягивала взгляд. Ослепительно белое платье с золотыми, цвета её распущенных волос, шёлковыми лентами казалось идеальным, словно написанным на картине.

И это, вне сомнения, была Вильса.

Голос небесной красоты и чистоты повествовал о Путнике, с которым столкнулась романтическая героиня песни. Возможно, и сама Вильса. А возможно и нет. И она выражала своему Герою Благодарность...

- …Шла я на рассвет в закатной мгле,

Чуяла метели в летний зной…

Но вчера увидела, будто бы во сне

Странника надежды, что теперь всегда со мной…

Трактир не только затих, но и замер. Полный людей, он уподобился одной единой скульптурной группе. Даже вездесущие мухи, казалось, зависли в воздухе.

- Хозяин, будь внимателен, чую заклинание массового очарования, - вкрадчиво заговорил голос в голове.

- Не сиди на попе ровно – отступай, коли жизнь дорога, - вторил ему другой.

Егерь с укором посмотрел на свои ноги. Отрываться от песни очень не хотелось. Но тут вспомнил, что его необычная обувь не видит и не слышит, а лишь чувствует магические возмущения.

- Слуги мои, - мысленно ответил он диковине. – Спасибо за бдительность. Все в порядке. Это друг.

- Всегда на страже! – откликнулся телепатически правый сапог.

- Только голову смотри не потеряй. В отличие от ног, она у тебя одна, - телепатически съязвил левый.

В этот момент менестрель закончила петь. Едва стих последний аккорд лютни, трактир потонул в оглушительной овации.

Коротко поклонившись, Вильса заговорила. И слушатели снова затихли и замерли.

- Приветствую всех вас… Спасибо за приём в этом месте в этот час…

Теперь, когда говорила, Вильса больше походила на себя прежнюю.

Но Уренвил поклялся бы своими магическими сапогами, что теперь вся она – от макушки и кончиков ушей до каблуков золотистых туфель – светилась изнутри. Не ослепительно белое платье притягивало взгляд, а загадочное свечение, исходящее от самой девушки.

Притягивало взгляд, завораживало, заставляло внемлеть её словам. И песням.

Глава 10. Правый – всегда прав

- Мы с тобой, брат, слышали только фразу после песни, которую она спела магу. И на основе этой фразы сделали некоторые выводы.

- Будем говорить Хозяину о том, что девчонка на самом деле провалила задание совета, а маг ей подыграл?

- Ты же знаешь, брат. Мы обязаны сообщать Хозяину абсолютно всё.

- Ох, а вот и Хозяин!

- Ну да, понесло его среди ночи на природу…

- Что, прямо сейчас скажем?!

- Нет, конечно, утра дождёмся.

- Ну да, ты прав…

- Я всегда прав!

…Егерь Уренвил нащупал в темноте свои сапоги не сразу. Опершись о стену, принялся их натягивать. Не босиком же идти на улицу в прохладную и ясную звездную ночь!?

- Доброй ночи, Хозяин, - вкратчиво заговорил в голове правый сапог. – Магических возмущений поблизости нет. Потенциальные опасности не замечены.

- Кроме дубового дверного косяка в двух шагах впереди, - традиционно язвительно добавил левый сапог. – Аккуратнее, с просыпу не снесите его.

Глава 11. Некомплектная фигурка

Молодой мужчина в алой мантии и синем плаще прошёл по широкому переходу из центральной части дворца в западное крыло. Остановился у большого двухстворчатого окна.

Ничего похожего на тесную комнатку в рыбацкой избушке.

Просторная зала раздалась во все стороны, словно испугавшись гостя. Узорчатый орнамент каменных стен, массивная люстра под потолком на несколько сотен свечей. У дальней стены камин и медвежья шкура на полу.

За маленьким резным столиком в мягком кресле степенно восседал старец в такой же алой мантии. Он наклонился к столу, и от того его длинная седая борода лежала на клетчатой доске.

Древцев на поле оставалось совсем мало. Видно, игра шла к завершению. Мало настолько, что даже для бороды старца место без труда нашлось.

- Ясного Вам дня, магистр! Вызывали?

- Да… Осматривался? Не следили за тобой в городе, пока ты шёл сюда? Хорошо. Садись. Уже отклеил бороду и снял парик?

Старик улыбнулся. И молодой мужчина уловил в этом движении губ недобрый знак.

Но вида не показал. Двигаясь как можно спокойнее, он взял от стены резной стул и поставил к столу. Подобрав плащ, сел напротив старца.

- Как изволите видеть, я теперь прежний, - сказав это, молодой маг провёл рукой по коротко стриженым волосам и гладко выбритой щеке.

- Зря мы, значит, девочку испытывали? Послушная?

- Магистр, Вы знаете моё мнение. Но раз Наирни выпало испытание побыть пару недель без песен, а мне уединиться в домике рыбака на острове, то значит, так было нужно.

- Для кого нужно? – спросил магистр и прищурился.

- Для всех, - отрезал молодой мужчина.

- Злишься, значит. Вижу.

Старик перевёл взгляд на доску.

- За неё можешь не переживать. В Дальний лес бегала и пела. Даже лютню раздобыла. И с собой брала. Иногда.

- Магическая слежка?

- Да зачем же? Есть у Совета верные люди из местных, понимаешь ли.

- Ей нельзя без песен. Как комнатному цветку без влаги.

Молодой маг почувствовал, как внутри него поднимается негодование. Но самообладание брало верх над порывом чувств. И внешне он оставался совершенно спокойным.

- Я знаю твоё мнение, Младший Советник, - отмахнулся старец. – Что вся задумка, проверка эта – лишь трата времени и сил. Но её старший брат – преступник. Значит и от неё могла исходить угроза.

Магистр неожиданно резким движением схватил тёмного всадника и размашисто передвинул его ближе к светлому повелителю. Молодой маг удивлённо взглянул на собеседника, пожал плечами и аристократичным выверенным движением отвёл деревянную фигурку предводителя светлого воинства на одно поле назад.

Снова посмотрел на старца. Тот только головой покачал.

- Вы серьёзно так думаете, магистр?

Молодой маг выставил рядом с тёмным всадником деревянную фигурку, несколько отличавшуюся по манере исполнения от древцев.

Стройная девушка с лютней мастерски была исполнена в темном дереве. Вероятнее всего, в палисандре.

Тонкая работа! Детское и словно живое лицо статуэтки умиляло, складки одежды и волосы поражали чёткостью линий, а на лютне угадывалась каждая струна. Магистр с восторгом покрутил незваную на клетчатой доске гостью в морщинистой руке.

- Красивая дева. Откуда у тебя она?

- Увидел на рынке сегодня. Понравилась. Купил. Отчего же не хотите оставить рядом с всадником госпожу менестреля, а спешите вернуть её мне?

Магистр уловил яд в вопросе, но ответил прямолинейно:

- Она красиво смотрится. Но ей не место среди древцев.

- Вот и Наирни из другой игры, скажу я Вам!

Молодой маг принял из рук старца изящную деревянную фигурку. Спрятал в кармане за пазухой.

- Её можно спровоцировать, сбить с толку, втянуть в войну светлых и тёмных. Но только всё равно это будет не её война.

- О, да ты никак влюбился, Младший Советник, - хохотнул магистр, снова уставившись на клетчатую доску. – Ты там аккуратнее с менестрелями. Они могут зачаровать своими песнями дивными…

- Это актуальное предостережение для юных девушек, которые слушают юношу-барда. А уж взрослый мужик с бородой… к тому же ещё и маг… как-нибудь чарам юной девы да противостоит.

- Борода у тебя отклеилась. Нет её больше. И недооценивай юных дев с лютнями. А сейчас ступай. Я знаю, работы у тебя много накопилось.

Старец передвинул темного всадника и тут же - светлого повелителя, который, несмотря на свою медлительность, снова легко ускользнул от атаки.

- Так и есть. Работы много.

- …А мне сегодня свиток от егеря одного доставили, - будто невзначай обронил магистр, снова углубившись в позицию.

Молодой маг, уже собиравшийся уходить, остановился.

- Что за егерь?

- Думаю, ты его знаешь…

Магистр растянул последнее слово. Древцы волновали его явно больше.

Или нет? Младший советник почувствовал нарастающее беспокойство.

- Вот как? Интересно…

- Его имя Уренвил. Мой тайный доверенный.

В этот момент магистр снял с доски одного из тёмных воинов, поставив на его место светлого всадника.

- Действительно. Имя слышал.

Взгляды двух магов встретились.

- Обидно получилось… - произнёс магистр, вернувшись взглядом на клетчатую доску. – Возник у него один вопрос к Совету. А ведь ты был в тех краях совсем недавно. Мог бы ему помочь.

В груди молодого мага как будто что-то подпрыгнуло, больно ударив в самое сердце. В газах потемнело. Но мгновение – и чувства вернулись в норму.

- И что теперь? Обратно мне собираться?

- Не мечтай больше прохлаждаться.

Магистр поднял взгляд от столика и подмигнул. И, казалось, вполне дружелюбно.

- Магистр?

- Пусть Уренвил сам разберется с магическими возмущениями на Старом тракте. Раз уж в тех краях теперь нет наших людей, решим дело письмом. Надеюсь, враг не перехватит. Я вызову, если понадобишься, Советник. Всё, свободен! – подвёл черту в разговоре старец, больше не отрывая взгляда от доски с древцами.

- Ясного дня, магистр.

Молодой маг, поклонившись, спешно вышел.

«Что это со мной? Ясно же, что никакой егерь бы ничего не узнал. Если бы только Наирни сама не проболталась. Но ей-то какой смысл откровенничать с кем-либо? Мне ничего бы не сделали, даже если бы и узнали правду. А вот самой Наирни бы досталось точно! К счастью, эта глупая игра наконец окончена. Я – больше не наживка. А она – снова менестрель»

Эпилог. Песнь из прошлого

Стоя у открытого окна, молодой маг любовался закатом. Алое, точно как его мантия, светило грузно опускалось за чернеющий на горизонте лес. Приятно было смотреть не на соседнее каменное строение, не на узкую, мощеную плиткой улочку и даже не на жидкую зелень городского парка, а именно сюда.

С дозорной башни, крохотную комнатку в которой он занимал, видны бесчисленные крестьянские дворы, словно сбегающие по склону холма. А дальше – поля. И тёмный как ночь лес на горизонте.

Песнь, сначала тихая, но мало-помалу набирающая силу, отвлекла мага от размышлений о прошедшем дне.

Он весь обратился в слух. Где-то в Нижних дворах высокий голосок неведомой певуньи звучал по-детски озорно и отрывисто.

Тогда, двенадцать дней назад, он так и не дослушал колыбельную менестреля. Что-то там пелось про крылья совы... А он уснул. Маг и младший Советник – и просто уснул.

Закрыл и зашторил окно, постоял в полутьме комнатки. Теперь песни юной певуньи с дворов он не слышал. И в голове всплыли слова той колыбельной и чарующий голос Наирни. Дослушав песню, маг тряхнул головой, отгоняя наваждение. Холодная вода умывальника смысла с его лица остатки воспоминаний.

Наверное, магистр прав. Менестрелей стоит опасаться. Молодой маг, известный Наирни как Верц, скинул плащ. Бросил его на стул.

- Пора спать. Завтра вставать на рассвете, - назидательно сказал он в пустоту полутёмной комнаты.

Другие работы:
+3
1106
Ava
11:35
Неплохой рассказ. Жаль, ведь изначально, когда только начал читать, он казался очень хорошим. Все было на месте — завязка, язык, но ближе к середине начались провисания сюжета, «вода»… Также лично мне «не пошли» умные сапоги — рассказ претендует на серьезность и тут они были не к месту. Автору удачи и творческого вдохновения!
11:20 (отредактировано)
Хорошее русское фэнтези, написанное нормально — не хуже маститых авторов. Сюжетная линия слабовата, остальное на уровне.
Загрузка...
Ekaterina Romanova №1