Ольга Силаева №1

Навеки твой

Навеки твой
Работа №581

Стен нашел Это почти в эпицентре взрыва - странное, полупрозрачное, слабо пульсирующее звездочками-искорками создание. Это произошло спустя несколько часов после того, как местность, в которой он проводил исследования, неожиданно подверглась массированной бомбардировке. Снаряды падали густо, как струи воды во время тропического ливня в джунглях Амазонки, где-то свистели пули, доносились крики, а потом так же внезапно и навсегда наступило затишье. Скорее всего воюющие стороны уничтожили друг друга до самого последнего воина.

До начала боя Стен даже не предполагал, что на планете сохранились разумные обитатели и считал цивилизацию канувшей в лету. Он не мог знать, что выжившие горстки планетарных Sapiensбыли полны решимости продолжить братоубийственную войну на самоуничтожение, и понял это, лишь невольно оказавшись в самом пекле.

Защитный костюм спас исследователю жизнь, хотя взрывная волна отшвырнула его на полсотни шагов от места, где он копался в остатках старинного сооружения, пытаясь определить уровень былых технологий. Вездеход, стоявший на открытом пространстве, разнесло в клочья и теперь, чтобы добраться до звездолета, человеку предстояло преодолеть большое расстояние и затратить немало сил.

Космолетчик не стал тянуть время и, собрав немногие припасы, двинулся в путь.

Пройдя совсем немного, в одной из образовавшихся от взрывов воронке, он заметил пульсирующее звездочками-искорками существо, которое пострадало намного сильнее человека. На необычной жизненной форме явственно просматривались сильно обожженные области.

Человек спустился вниз, осторожно поднял существо и поразился его надломанной хрупкости. Нечто отдаленно среднее между ажурной хрустальной вазой и изящной бахромой медузы - ничего более подходящего для сравнения подобрать он не смог. Но этого было явно недостаточно, чтобы описать удивительную находку. Существо одновременно было и твердым и мягким, теплым и холодным, полупрозрачным и ещё бог знает каким - слов не хватало, чтобы состряпать хоть какое-то представление о том, что оно из себя представляло.

Стен понимал, что у него в руках совершенно неизвестный, абсолютно чужеродный и явно не принадлежащий данной звездной системе организм. Аборигены, хотя и относились к гуманоидам, обладали шестью конечностями, как и практически все представители уцелевшей после многочисленных войн местной фауны. А найденное им создание – его вообще невозможно было с чем-нибудь ассоциировать. Ничего подобного и никогда Стен не видел, хотя за свою жизнь посетил множество планет и изучал не только исчезнувшие цивилизации, но также интересовался представителями живой природы.

Стен снял ранец, вытряхнул из него все содержимое, за исключением питательных брикетов и бережно вложил внутрь дрожащую полупрозрачную плоть. Взвалив на плечи ношу, он вздохнул - несмотря на кажущуюся легкость, существо оказалось достаточно весомым, а путь предстоял неблизкий.

Взрывы неузнаваемо изуродовали местность. Человек обходил огромные ямы, на дне которых лениво полоскались язычки фиолетового пламени, взбирался на образованные ударными волнами завалы из камней. Искореженная поверхность крошилась, проваливалась под ногами и местами была пропитана слабой радиацией. Шагая по убитой земле, путник все больше склонялся к жесткой мысли, что ядерная погибель - справедливое возмездие за столь откровенно выраженную любовь к разрушениям. Чем раньше исчезнут убийцы, тем лучше будет их звездным соседям.

Ночь Стен провел под темно-красными небесами и тремя едва заметными лунами. Подготовившись к ночлегу, он извлек существо из ранца и еще раз внимательно осмотрел его. Возможно, ему почудилось, но звездочки подобрались поближе к обожженным участкам организма, и свет их стал более интенсивным. Глядя на мерцающие искорки, Стен внезапно ощутил, как в глубине его сердца зародилась ничем не объяснимая симпатия. Он почти физически ощутил страдания беспомощного создания и осторожно погладил холодную полупрозрачность. Тотчас звездочки вспыхнули ярче и принялись двигаться немного бодрее.

Стену подумалось, что существо знает о его сочувствии и движением искорок выражает признательность за сопереживание. Стен некоторое время зачарованно следил за игрой звездочек, но в конце концов усталость взяла свое.

Засыпая, он подумал, что даже не знает чем Это кормить.

И решив что не будет Это кормить, провалился в сон.

Следующее утро выдалось пасмурным, поднялся небольшой ветерок и дорога стала ещё труднее. Стену надоело бесконечно спускаться в ямы, взбираться на вновь образованные холмы, обходить стороной разваленные бомбардировкой старые конструкции.

Если бы путешественник шел один, казалось, он лег бы и умер. Но жалость к чужим страданиям подстегивала, и человек упрямо плелся вперед.

Несмотря на непреходящую усталость, во время привалов Стен все чаще и чаще любовался переливчатыми искорками создания, и как ни странно созерцание придавало ему сил. Мягкая красота движущихся звездочек радовала, но Стен также верил, что угадывает в их игре мысли существа. Он считал, что создание благодарит его и упорно усматривал в пульсациях некоторую закономерность. Несколько раз он даже воспринимал мерцание, как самоотверженное предложение сбросить обузу с плеч и одному продолжать путь.

Но Стен и умирая не оставил бы первого в своей жизни необычного друга.

***

До сих пор он был одинок - скитания в космосе не позволили ему обзавестись семьей и товарищами. Сейчас же, находясь в экстремальной ситуации, Стен незаметно для самого себя ослабил контроль над чувствами, и они вырвались наружу, сломив броню напускного равнодушия.

Он добрался до корабля за неделю. Шел, шел и уперся в громоздкую обшивку своего звездолета. Защищенный автомаскировкой, корабль по счастью не пострадал от бомб и снарядов, и уверенно поблескивал могучими боками.

Прежде всего Стен дотащился в медицинский отсек и разместил на смотровом столе свою живую ношу. Затем включил все имеющиеся в отсеке анализаторы и поручил медицинскому модулю провести диагностику объекта.

Увы, приборы не смогли сопоставить организм неведомого пациента с имеющимися типами животных во всей галактической картотеке, не смогли обнаружить в нем ни ДНК, ни его аналогов, ни даже хоть какого-нибудь подобия клеточного строения. Медицинский модуль закончил обследование, и порекомендовав оставить больного в покое, отключился. Стен так и поступил, после чего рухнул в своей каюте на кровать, по громкой связи передав компьютеру полномочия пилота.

Звездолет поднялся с умирающей планеты и взял курс на Арктур.

Во время полета Стен подолгу находился подле существа, наблюдая, как восстанавливается обожженная поверхность тела и на выздоровевших участках усиливается звездоток искорок.

К тому же Стен научился беседовать с другом или приучил себя к этой мысли.

Возможно, он разговаривал сам с собой, но отвечая за существо, фантазировал, что создание направляет его разум, вкладывая смысл в вопросы и ответы. Стен охотно ораторствовал и от своего имени, не ведая, понимает ли что-нибудь прозрачник, как он стал его называть.

Однажды Стену по мельканию звездочек показалось, что создание желает покинуть корабль. Стен уже не раз был свидетелем случаев, когда выздоравливающее существо становилось практически невидимым, как будто готовясь к телепортации, и только звездочки, вспыхивая ярче, обозначали его местонахождение.

Он попытался передать мысль, что прозрачнику ещё рано путешествовать и пошел по своим делам, а когда вернулся, тот исчез. Впрочем Стен отчего-то не чувствовал себя брошенным, вообразив, что создание перенеслось туда, где его исцелят, а потом обязательно вернется.

На Бета Арктура разведчика встретили довольно любезно, что выразилось в солидном денежном переводе на его счет. Чиновники по очереди пожимали руку космическому исследователю и благодарили за открытие пригодного для жизни космического тела. Планеты с деградирующими остатками аборигенов ценились на вес золота, потому что легко колонизировались, а выжившее население охотно выменивало бесценные артефакты и ценные ископаемые на еду и лекарства.

Вначале Стен намеревался хорошенько отдохнуть, но уже спустя пару дней его опять потянуло к дальним мирам, и он решил следующим же утром отправиться в новый рейд.

Смеркалось. Стен зашел в ближайшую забегаловку и заказал себе кружку пива.

Но промочить горло он не успел. В бар ввалилась компания гуманоидов с альфа Центавра. Надменные центавриане всегда вели себя агрессивно и за это многие их недолюбливали.

-Эй ты, -прошипел Стену самый крупный центаврианин, покачивая жвалами, - ты должен нам свою жизнь.

Человеку стало неприятно. Разведчики в совершенстве владеют искусством боя, но Стен колебался, стоит ли отвечать грубостью на грубость.

Однако выбора ему не предоставили.

-Эй, человек ! – еще более злобно прошипел центаврианин, - Слышал, ты должен нам жизнь ! Больше я повторять не намерен.

С этими словами он вытащил трехручный пистолет и направил на человека.

Перед смертью жизнь проходит у человека перед глазами. Нежданное щемящее воспоминание о покинувшем Стена прозрачнике озарило его душу ярким светом. И тотчас, отзываясь на чувства, через сотни парсеков, в сердце ответным потоком хлынула мощная волна тепла, доброты и любви. Расстояние не имело никакого значения для прозрачника. Неведомо откуда, в воздухе возникло знакомое полупрозрачное тельце, мерцающее звездочками-искорками, и бесстрашно бросилось на центаврианина, тщетно пытаясь оттолкнуть его от Стена.

Взбешенный центаврианин зарычал и отшвырнув прозрачника в сторону, перевел на него пистолет.

Создание развернулось на лету, но разряды из трехручного оружия пробили тельце и прозрачник рухнул на пол.

Стен застыл. В помещение ворвался отряд полицейских, вооруженных бластерами.

-Что здесь происходит ? – осведомился старший арктурианин.

-Человек напустил на меня зверя, а я его застрелил. Зверь был опасен, - зашипел центаврианин.

Полицейский с сомнением покосился на жалобщика. Центавриане «славились» своей агрессивностью, но закон всегда был на стороне членов Содружества. Неведомые космические твари, напавшие на разумных существ, подлежали уничтожению, а хозяева инопланетных животных строго наказывались.

-Послушайте,- с сочувствием обратился полицейский к Стену,- вам лучше удалиться. Поверьте, при разборе случившегося, вина ляжет на вас.

И Стен ушел, осторожно держа в руках израненного прозрачника.

Оказавшись на улице, он, все еще пребывая в отстраненном оцепенении, положил недвижное существо в густую траву и, опустившись на колени, с нежностью взглянул на потускневшего прозрачника.

А потом подумал о центаврианине.

Убийство разумных членов Содружества каралось смертью. Так гласил закон обжитой Галактики, не признавая никаких исключений.

Расторопный преступник конечно мог безнаказанно скрыться - бежать и навечно затеряться в просторах Вселенной. Впрочем, спустя много лет, несмотря на смертный приговор, большинство беглецов возвращалось, не выдерживая одиночества среди черного космоса.

Но Стен и так всю жизнь был один. Лишь это неведомое существо пробудило в нем какие-то чувства, из-за которых он впервые ощутил себя по-человечески живым.

Стен решительно поднялся на ноги, и ему почудилось, что в неподвижном тельце на мгновение вспыхнула звездочка.

Человек вернулся в бар.

Центаврианин с приятелями сидел за столом.

Стен достал бластер и включив его на полную мощность, направил луч на обидчиков.

***

Спустя час корабль бывшего разведчика взлетел с планеты и Стен спустился в медицинский отсек. Прозрачник вновь находился на том же самом смотровом столе. При виде Стена в потухшем теле зажглась звездочка, и на этот раз не погасла.

-Вот так брат,- вздохнул Стен, - мы улетаем. Улетаем навсегда. Ты можешь опять покинуть меня, но лично мне назад пути не будет.

Звездочка упорно пульсировала, но на этот раз Стен не слышал ничьих мыслей.

Теперь до него доносились тихие, едва слышимые слова. Стен наклонился ближе.

***

-Навеки твой... навеки твой ... – колокольчиками звенело прозрачное создание.

***

Корабль вздрогнул и прыгнул в бесконечные дали Вселенной.

+1
994
11:09
Слабо пульсирующее звездочками-искорками создание

Я просто не уверенна, что можно пульсировать чем-то. Это же процесс сам по себе. Что-то пульсирует. Как можно пульсировать звездочками-искорками? Или сияли сами искорки, которые были на теле существа? Как нейронная сеть? Запуталась.
Как можно не заметить на планете жизнь? То есть это конечно возможно, но в данном случае это не просто какая-то жизнь, а две разумные расы которые ведут войну. У них бомбардировка блин! Неужели они развернули боевые действия вот прям щас. Без подготовки вообще, без операций, вылазок, стройки, создания оружия и техники, испытаний. Ну не делается же война по щелчку пальцев в одну секунду.
А тут это выглядит таким слоном — сами появились, сами себя уничтожили ( сразу же) и все, герой опять один.
звалив на плечи ношу, он вздохнул — несмотря на кажущуюся легкость, существо оказалось достаточно весомым, а путь предстоял неблизкий.

даже если предположить что ранец у него не военный или походный, с разгрузом на таллию, а самый обычный школьный. Чувак, ты держал это в руках, но почувствовал вес, когда вес перешел на плечи? Что за особенности гравитации на этой планете?
Смеркалось.

Это слово- штамп последнее время воспринимается в исключительно комичном ключе, но рассказ вроде как серьезный.
Дочитала я рассказ и захотелось просить только: «И что?»
Какая-то странная форма «мы в ответе за тех кого приручили» с картонными героями, сопереживать которым просто невозможно. Их связь тоже не прочувствовалась, потому что показали ее чисто описательно, через восприятие гг.
Сеттинг вроде и наметили со всеми этими расами, планетами, войнами, но все равно не понятно что и где происходит. Да и еще не понятно, почему существо такое уникальное? Даже не почему, а зачем? Как это влияет на сюжет? Ничего де не объяснено.
Право, если бы эта медуза гг в конце убила, и то было бы веселее. Разве что такое уже было в «Живое».
Загрузка...
Илона Левина №1