Светлана Ледовская №1

Четверо

Четверо
Работа №610

Моя жизнь всегда была обычной. Типичной районной девчонки, которая училась в местной школе в старшем выпускном классе. И, которая кроме окружающей окрестности, ничего больше и не видела.

Я знала наперед своё будущее. Ведь иных перспектив для меня не существовало.

Наша семья, состоящая из моей тети и её дочери, у которых жила с того самого момента, когда моих родителей не стало, среднего класса. Так обычно называют тех, кто не может себе позволить лишнее. То есть находятся постоянно в финансовом затруднении. Даже мое устройство в местное кафе официанткой никак не отображалось в денежном прибавлении.

После школы, знала, что мне светит еще пара лет в местном училище. Ведь поступать ехать в город на высокооплачиваемую профессию, не было возможности. Мы бы не смогли осилить даже семестр в коммерческих факультетах.

Никогда не жаловалась на судьбу. Да, и сестренка с тетей относились ко мне очень хорошо. Но моя жизнь ограничивалась домом, школой и работой, что с возрастом приводило в ужас. Но в голове всегда крутился один вопрос "Разве это все, что я хочу?"

Мне нравилось изучать журналы о путешествиях, лежавшие в кафе. Их изредка оставляли проезжавшие мимо посетители. Из старых, потрепавшихся временем и детскими ручками, в тихую от начальства и зоркого глаза главного повара вырезала уже полюбившиеся мне места. У меня была мечта объездить весь земной шар. Хоть когда-нибудь.

Но сейчас иллюзии о Парижской Эйфелевой башне и Лувре далеки от реальности. Когда наводила тоска, то смотрела на вырезки, крепленные булавками на стене.

- Хэй, ты собираешься на уроки, Виола? - из грез меня вытащила моя маленькая сестричка. Всего месяц назад получила паспорт, так сразу же стала моей опекуншей.

Кристина умная не по годам, начитана и знала в отличии от меня два не родных языка. Ее голубые глаза, светлые длинные волосы и тонюсенькая фигура, одевающие исключительно только милые платьишки, превращали её в хрупкую куколку. Чего невозможно было сказать обо мне.

Мой гардероб состоял исключительно из джинсов, футболок и толстовок. Дело даже не в том, что не любила платья или фигура не позволяла. Только с бешеным графиком работы, плюс учебой, у меня практически не оставалось времени на себя.

Когда местные девчонки по вечерам тусили в клубе, моя участь состояла в мытье посуды и домашнего задания. Но унывать не приходилось. Со мной работал мой друг Сережа. Веснушчатый не по сезону одноклассник, вымахавший за последний год на две головы выше остальных в нашем классе.

Его семье и принадлежало кафе. В отличии от меня родственников у него хватало. Два старших брата учились в городе, а младшие в школе. Они были сплоченной командой, которые всегда помогали друг другу. От них веяло добром и поддержкой. Рядом с ними мне на миг казалось, что я обретала ту часть, которая была, когда были живы мои родители.

Вера окликнула нас с улицы. Кристина пару раз помахала перед моими глазами рукой и я, схватив рюкзак, последовала за ней.

Потрепавшаяся годами машина изживала последние дни. Вера как можно дольше, поддерживала в нем жизнь, чтобы она еще какое-то время могла нас возить с деревни в район.

Утро было туманное. По телу пошли мурашки. Кожа съежилось от влажного холода. Салон, так же как и сиденье не успело еще согреться. Я обняла себя руками, чтобы унять дрожь.

- Ну, что, девчонки, погнали, - маленькая светловолосая женщина за баранкой грузного автомобиля, была похожа на воительницу. Настроение Веры всегда приподнятое, даже когда все складывалось не лучшим образом.

Она сверкнула зелеными глазами в мою сторону и завела машину. Это единственное, что в нас похоже. В остальном они с дочерью являлись точной копией друг друга. Так же как с мамой. Я больше походила на отца. Шатенка с длиннющими черными ресницами и угловатым подбородком. В последнее время он часто посещал мои мысли. Ведь будь они живы, моя жизнь была бы совсем иной.

Я сидела по привычке на заднем сиденье, зная то, как Кристи обожает ехать спереди. Здесь можно придаваться своим размышлениям о несправедливости звезд, прижавшись лицом к вспотевшему стеклу.

Дорога петляла длинной змейкой. Я смотрела в боковое стекло, пытаясь увидеть через мглу деревья, растущие в нескольких милях от трассы. Лишь, когда туман начал слегка рассеиваться, взору открылись привычные березы и маленькие кусты, тянущиеся бесконечной линией куда-то далеко вперед.

В машине играла музыка, под которую прыгала на своем месте, скрепленная ремнем безопасности сестренка. Тетя подпевала в ответ. Я снова закатила глаза и уставилась в окно.

Моей страстью была музыка. Современная нравилась, но классика всегда жила в моём сердце. Отец был пианистом, а мама скрипачкой. Они часто разъезжали по стране и за её пределами вместе с оркестром.

В младенчестве колесила с ними. Но как только пошла в школу, то начала оставаться с тетей и сестренкой. Они изредка приезжали на выходные, чтобы повидаться со мной. В такие дни отец учил меня играть.

Но потом случилась авария. Родители задержались на день, чтобы побыть со мной и выехали в дождливую погоду.

Изредка, когда преподавательница по музыке разрешала, приходила в класс и вспоминала уроки данные мне отцом.

На глазах навернулись слезы. Я вытерла их рукавом. Тут-то они и привлекли мое внимание

Кем они были, не знаю. Только увидела сквозь белый пар четверых. Спереди идущую рыжеволосую девушку и троих парней позади неё. Их почти не было видно из-за черного одеяния. Они шли наравне с машиной, что я на секунду зажмурила глаза.

Это произошло так быстро. Вот они были и исчезли. Никогда такого не видела. Там где они только бежали, четко вырисовывались силуэты в воздухе, которые постепенно заполнял туман.

В такие моменты мозг ищет оправдания увиденному. Видимо, задремала.

Школа встречала нас надписью "Ученье свет!" Чего нельзя сказать о самом здании, состоящем из серого кирпича и оттенком темнее крыши.

Кристина вышла из машины, шмыгая. И получила нагоняй от мамы. За то, что та не удосужилась одеть теплые брюки, а напялила короткую юбку.

- Штаны это ужасно.

- Бери пример с сестры! С красным замерзшим носом ты будешь выглядеть в сто крат ужаснее, нежели в брюках, - Вера, наполовину не вылезая из машины, обратилась ко мне, - не в обиду тебе. Ты чудно выглядишь.

Мне оставалось только кивнуть. Практичность это мое. Сейчас меньше всего хочется думать, как я одета.

Сестренка убежала далеко вперёд, к своим. Меня же встретил Сережа возле входа с моей подругой Настей. Родившаяся в жарких странах мулатка, не признавала слова одеваться по погоде. На ней был тонкий светло-серый сарафан, красная куртка и вязанный желтый длинный шарф, который шел к её мелких черным кудряшкам.

Она стояла прижавшись к Сереже. Пытаясь таким образом согреться и доставляя неудобство первому. Это написано у него на лице.

- Привет!

- Привет! Только не говори, что я сливаюсь на фоне этого убожества, - Настя тяжело выдохнула.

- Надеюсь, ты не обо мне? - Сережа удивленно округлил глаза.

- Нет, я имела в виду школу! - подруга толкнула его в бок.

- Если ты не отлипнешь от него, то он станет точной копией твоего платья, - я встала между ними, схватила за локти и потянула в направлении школы.

Сегодняшний день не предвещал ничего хорошего. Одна девчонка из класса Кристины, у которой в прошлом году обнаружили рак, умерла. Врачи подавали надежду, и донор уже нашелся. Но по какой-то причине посреди прошлой ночи ее сердце не выдержало.

Уроки сократили и я, в качестве поддержки, пошла со своей сестренкой навестить покойную. Мне не впервой видеть не живое тело. Тетя работала в морге. Хоть и не подпускала к помещению с мертвецами. Но часто, сидя в её кабинете, видела через приоткрытую дверь, как везли их на каталках.

Реакция была обычной. Я не побледнела, и руки не похолодели. В отличии, от всех присутствующих, мне виделась иная картина. Лицо девочки было спокойно. И, кажется, она была счастлива.

Прошло почти две недели с начала учебного года. Один раз в четверть все старшие классы собирали в спортивном зале. Там проводили линейку. Директор, завуч и преподаватели рассказывали планы на ближайшие даты.

Могла облегченно выдохнуть, часть первого урока пропадала. Значит химия, которую никогда не понимала, пройдёт.

Но, когда вошёл он. Высокий парень с чёрными, как смоль, глазами, стрижкой под ежика и нагловатой улыбкой, то я вспомнила почти все реакции, которые проходили за последний месяц. Это был как выброс адреналина, проходивший по всему телу.

От него исходила бешеная энергетика, заполнившая всю площадь вокруг. Все находились под каким-то трансом. Директриса, в которой даже всемирный потом не способен вызвать какие-либо эмоции, удивленно воззрилась на него сквозь свои круглые очки.

Он ухмыльнулся и подошел к ней с какой-то бумажкой. Елена Аркадьевна поправила воротник костюма, тем самым приводя себя в чувство:

- Ребята! К нам приехали гости. И первым событием в ближайший праздник Хэллоуин будет концерт группы "Раскол", - в зале поднялся шумный гул, - А пока до концерта они учатся в одиннадцатом "Б" классе.

Теперь тихо и слаженно вошли еще трое. Рыжеволосая девушка со слишком белой кожей. Похожую на фарфоровых младенцев. С виду и вовсе не живую. Даже легкий румянец на щеке смотрелся не естественно.

Позади нее толпились двое парней. Один высокий худой. Можно подумать, что он болен чем-то серьезным. Бледное лицо поганки на фоне прямых мелированных волос.

Второй ростом ниже, с телом атлета и черными волосами. Все они были одеты как панки. Кожаные штаны и пальто.

По залу прошла новая волна "Аха". Кажется тихони, стоявшие в задних рядах, попадали в обморок.

Тут меня пробрала дрожь. Ведь в них я узнала тех четверых в лесу. Быстрые, словно лани, они рассекали воздух, обгоняя машину. Они ведь приехали раньше. Так почему объявились лишь сейчас?

- Кто из вас кто? - Елена Аркадьевна на время потеряла голос, никогда не видела ее такой. Девушка представилась Кариной. Вторым заговорил тот парень, который вошел самым первым. Его звали Никита. Высокого Арсений, а боксера Александр, - Проходите к своему классу. Потом успеете со всеми познакомится. А сейчас у нас следующая тема...

Они примкнули к нам, с высокомерием пройдя по залу. После того, как директриса несколько раз откашлялась, все оторвали взгляд от этой четверки.

Краешком глаза, я изучала Никиту. В отличии, от девушки и тех двоих, лица которых больше походили на камень, он отличался. В его глазах была чувственность, живность. Они горели... И теперь они смотрели на меня.

Я сразу же отвернулась и начала медленно дышать, чтобы не выдать свое волнение и унять сердцебиение.

- Это же одна из самых крутых рок групп. Любопытно, что они решились приехать к нам. Но это станет самой крутой вечеринкой, - шепотом в самое ухо сказала Настя, - Интересно, где их охрана. Они обычно как привязанные за ними ходят.

- Это же школа. Зачем им охрана?

- По-моему один из них запал на тебя. Неотрывно смотрит в твою сторону.

Сережа, стоявший спереди, вопросительно посмотрел на меня из-за спины.

- Макаров! Потом будешь стрелять своими глазками в Фролову. Сейчас эту нужно делать в мою сторону, - директриса обратилась к Сереже, делая акцент на моей фамилии. Будто парня у ней увела.

Все уставились на пару секунд на нас. Та четверка тоже. Интуитивно чувствовала, что Никита смотрит на меня. И это продолжалось до самого окончания линейки.

Во время обеденного перерыва, препод отпустили наш класс пораньше. Нам не пришлось толпится перед стойкой с едой. Не знаю, как так получилось, но позади меня встал Никита.

Пол поплыл под ногами и колени подкосились. Я потеряла контроль и споткнулась на ровном месте, разлив стакан с соком. Никита успел ухватить меня за локоть. Честно, я бы точно поцеловала сейчас спину своей подруги.

Повернулась, и наши глаза встретились. Вот теперь, подсознание могло провалится в блаженную неизвестность.

- Привет! Я Никита, - его голос вскружил мне голову.

- Привет... Виола, - мой предательски дрожал.

- Фролова! Сока больше не получишь, - знакомая щекастая повариха рявкнула в мою сторону и протянула сок Никите. Он тем временем вручил ее мне и, взяв свой поднос, ушёл в направлении столов.

Настя, когда его увидела захихикала так, чтобы это могла услышать и прикрываясь мной, скорчила гримасу.

Мы сели на свой привычный стол. Серёжа опаздывал. И еду ему принесла Настя.

Староста в этот момент объявила о том, что в выходные у неё будет вечеринка. Так как она была самой крутой во всем во всех смыслах слова в нашем классе, класс радостно завопил.

- Собираемся в субботу, 9 вечера. Приходят все без исключения! Дресс-код, обязательно что-нибудь розовое. Кстати, у нас ведь новенькие. Значит, будет особенный праздник, - Самира радостно похлопала в ладошки и направилась к столу, где сидели те четверо. С ней пошли две ее лучшие подруги. Чтобы не смотреть то, как у них проходит общение, я уставилась в свою тарелку.

- Ну, да, когда у тебя отец богатый предприниматель, а мама современная модница. Да, еще и тусы закатывают, что потом весь район месяц помнит. Круто ей живётся! - Настя тяжело выдохнула и, поковырявшись в тарелке с овсяной кашей, бросила ложку на стол.

- Они могут это себе позволить, - я вернула ложку на место.

- Как ты его а?! Сразу поняла, что между вами есть что-то особенное...

- У кого что особенное, - Серёжа подсел к нам, - Я что-то упустил.

- Туса намечается у старосты на хате. Ты идешь? - Настя поправила свои кудряшки.

- Еще бы не пойти. У них все всегда круто проходит, - Сергей начал жевать.

- Подруженция что ты оденешь? - Настя видимо настроена была не на шутку.

- Не думаю, что смогу выкроить время туда, где люди только и будут, что пить и целоваться в каждом углу. Мне этого и в кафе хватает.

- Ты говоришь как моя бабушка. Как устроилась на работу никуда не вылазишь. В очередной раз идти без тебя, нетушки. Ты пойдешь! Иначе мне придется идти к твоей тете и отпрашивать у ней.

- У меня смена в субботу...

- Ты что там же будет эта рок группа. Грех упустить такую возможность. Особенно после того, что было. Староста-то время зря не теряет, уже обхаживает Никитушку.

- О чём это вы? – у Сережи стало вопросительное лицо.

- Вот,вместе работаете ж. Отпроси её у своего отца.

- Без проблем. Ну что барышни, встретимся в классе, - он встал из-за стола и ушёл.

- Когда успел поесть-то? - Настя провожала его взглядом.

- Меньше болтать надо, - я мельком взглянула в сторону Никиты.

- Вот повезло им. У них жизнь гастроли. Не сидят никогда на одном месте. Этот год отмучаются и потом уж заживут привычной для певцов жизнью. Странно, что никто не говорил об их приезде. У нас обычно в районе наперёд судачат, что может произойти.

- Тебе не кажутся они другими?

- Они же звезды.

- Нет, дело не в этом. Они сами будто другие.

- Обычные. Может слегка высокомерные. Но, по-моему, знаменитости все такие. Ты поела? Не стану это есть.

- Пошли.

Прозвенел звонок на перемену и все ученики устремились в эту часть школы. Большинство классов, увидев группу, сразу же к ним подбежали и начали просить автографы. Взгляд Никиты, окруженный девчонками, встретился с моим. Я отвернулась.

Суббота. Слово, которое значит выходной, но не для меня. Мой выходной наступит только в следующей жизни.

После трех уроков, я помчалась в кафе. Ближе к семи ко мне подошел наш главный повар. Лысый мужчина лет пятидесяти с огромным животом и длиннющими усами. Он сказал, что на сегодня могу быть свободна.

Я удивленно посмотрела на него.

- Что ж тут удивляться. Знаю, знаю про вечеринку. Мой сын тоже туда идет. Ты и так ни разу за все это время не просила отгулов. Но завтра жду с утра!

- Хорошо, - мне было приятно, что Сережа похлопотал за меня. Хотя не просила и не особо-то хотелось идти на тусовку, куда мне даже нечего было одеть. Но радостная, пошла благодарить своего друга.

Он уже был при параде. Розовая футболка была ему к лицу, так же как и белые брюки.

- Спасибо!

- Без тебя я туда не пошел бы, - он улыбнулся.

- Мне нужно домой. Возьму что-нибудь у сестренки приодеться.

- Отвезу тебя, потом по дороге за Настей заедем.

Кроме десятых, выпускных и первокурсников из училища, староста пригласила и особенных девятиклассников. Кристина стояла перед зеркалом в розовых шортах и рубашке. Наша общая комната была заполнена запахом плойки. На её лице, наверно, была вся мамина косметика и блестки. Теперь она точно выглядела старше своих лет.

- Тебя Вера отпустила?

- Да. И сказала взять тебя с собой. О, Сережка, привет! - эта хитрая лиса кокетливо улыбнулась моему другу.

- Привет! Отлично выглядишь! - Сергей указал в сторону гостиной, - Подожду там.

- Он на машине? - Кристинка не стала ждать ответа, - Захватите меня с собой! И за девчонками зайти надо. Не пилить же мне на остановку и в автобусе в таком наряде?! Виола? Сережа, слышишь? Я с вами.

- Ладно, - из другой комнаты донесся голос Сергея.

- Одолжи мне что-нибудь.

- Идем сюда! - Кристина позвала меня, не отрываясь от зеркала, - Платье?

- Нет. Буду чувствовать себя голой.

- Какая ж ты зануда, - она оторвалась от своего отражения и нырнула в шкаф, - Так-с. Нет. Не то. Вот... - Кристина достала из кучи своих радужных вещей кружевной топ, который еле мог прикрыть мой размер груди.

- Я в него не полезу.

- Одевай. И черные брюки, туфли. Не переживай платформа.

Я уставилась на розовые кружева:

- Они такие тонкие, на улице пятнадцать градусов.

- После пары бокалов, ты забудешь что такое холод, - она скорчила гримасу.

- Кто сказал, что ты будешь пить? - теперь я повторила её.

- Мама разрешает мне чуть-чуть.

Пол часа возни перед моим лицом любимой сестренкой и мы готовы. Серёжа округлил глаза.

- Не смотри на меня так.

- Можешь поставить свой подбородок на место и собрать слюни. Она всегда была хорошенькой. Вот одеваться не умеет, - Кристина похлопала Сергея по щеке.

- Кристи, не смущайте меня. Я и так чувствую себя не в своей тарелке, - хотелось прикрыться и убежать куда глаза глядят.

- Да, поедем, - теперь смутился Сережа.

В машине, кроме Насти, уселись еще двое подруг сестрёнки. Младшие болтали без умолку. Настя не отставала от них. Я раз десять пожалела, что решилась пойти, обещая себе, что уйду через два часа.

Двор, в который мы заехали, настолько огромен и отделен от входных ворот садом до дома, что соседи не могли слышать гремевшую музыку.

Мы припарковались и поднялись по длинной лестнице. Такие можно увидеть перед входом в высшие учебные заведения, либо музеи. Нас встретили две девчонки с заячьими ушками, проверяя условия дресс-кода и, улыбаясь Сереже, пропустили всех.

Прихожая вела в огромный темный зал, где играли светодиоды и стены тряслись от избытка энергии и музыки. Он полностью был заполнен старшеклассниками.

Кристина с подругами завизжали и ушли в танцующую массу. Сергей подмигнул и направился к одноклассникам.

- Что будем делать? - я дернула Настю за ее расшитый пайетками подол короткого платья.

- Вот там вроде есть что выпить и перекусить, - она пошла к стойке, где худой узкоглазый парнишка разливал коктейли. Когда Настя хотела схватить одну бутылку, чтобы налить нам, то он остановил ее руку.

- Стой! - у парня явно был акцент, - Гриша, к твоим услугам, шоколадка! Что будешь?

- Чтобы не сильно вшторило, нам домой ехать, желтоладка!

- Расслабься, это же вечеринка, - узкоглазый помахал парой балончиков и налил в стаканы розовую жидкость, - Фирменное, под цвет тематики. Если оставишь телефончик, то мне у меня есть пара фокусов

Он подбросил пару бутылок и с легкостью поймал рукой сзади.

- Нет, только это, - подруга указала на стакан, глотая изрядную порцию, - Черт! Что это?

- Агонь, детка! Агнище! - Гриша занялся обслуживать других.

Я стала отнекиваться, чтобы не пить всякую бурду, зная что ни к чему хорошему это не приведет.

- Виола! Когда моя мама спросит, почему я не умею себя контролировать, ты должна меня поддержать своим состоянием.

- Мне на работу завтра... Да и в прошлый раз меня так разнесло, что этого хватило на всю жизнь.

- Всего один. Давай, - она поднесла бокал к моим губам и я сделала неуверенный глоток. Жидкость обожгла горло. Меня моментально бросило в жар. Не составило труда осушить содержимое полностью и взять второй. Теперь чувствовала себя намного увереннее в почти не прикрываемых кружевах.

Несколько песен мы танцевали, потом снова вернулись к стойке. Видимо то, что протянул мне Гриша, в этот раз было лишним.

- Уау! - Настя аж вскрикнула. Мой взгляд остановился на входе, где вошли те четверо. Парни были одеты по-привычному в чёрный цвет. Кроме рыжеволосой. Платье состояло из розовой искусственной кожи, плотно облегающее красивую фигуру. У Никиты был такого же оттенка галстук, у рослого кроссы, а у качка кепка.

Они сейчас сочетались как никогда лучше и казалось были единым целым. "Единое целое!" Да, именно! Эта черта, которая отличала нас от них. Будто они чем-то связаны. И это не только работа. Это нечто большее.

Я подумала, что брежу и, оставив, Настю с барменом, пошла искать туалет. Пол плыл под ногами. Эта смесь реально действовала моментально и я жалела, что послушалась подругу.

Староста тем временем встречала их как настоящая хозяйка со входа. Приглашая сесть на диван, доступный только для особенных. Все присутствующие поняли, что она настроена ухватить одного из парней. Лучшие лучшим.

Мой путь проходил мимо этого участка на второй этаж и я, улыбаясь помахала Никите. И зачем так сделала?

В широкой ванной умыла лицо водой из под крана, еще раз себя обругав. Стало легче. Нужно поехать домой, пока это куда дальше не зашло.

Пробираясь сквозь толпу, я споткнулась об какой-то провод, схватив первые попавшиеся руки. Они подхватили меня и подняли на ноги. Милая улыбка, белоснежные зубы и чёрные глаза снова опалили меня.

- Это уже входит в привычку! - Никита прижимался до неприличия близко из-за танцевавших вокруг нас. Они толкались меж собой и мы еще вплотную встали друг к другу. Теперь наши носы соприкасались, что можно было легко коснуться его губ своими.

- Мне нужно выйти, - то ли от выпитого, то ли от прикосноваений, у меня снова все поплыло перед глазами.

- Идём! - Никита взял мою руку и потянул за собой.

На свежем воздухе стало легче дышать. Готова была упасть в его объятия и уснуть.

Мы сидели на скамейке в саду позади дома, где стоял фонтан с силуэтом голой девушки и парня, обнимавшие друг друга. В летнее время их фигуры омывала вода, как символ взаимной любви. Но сейчас они стояли в мрачной тишине, их осыпало осенними листьями.

Мое воображение снова занесло меня не туда и я посмотрела на объект своих желаний. Да, выпивка обостряет чувства.

Никита снял свой пиджак и укрыл меня. Выпитое выветривалось и с ним же уходило тепло.

- Как тебе у нас в районе? Освоился уже? - нужно было начать с чего-то разговор.

- Осваиваться приходится везде где мы выступаем.

- Сложно, наверно, учеба, концерты, поклонницы?

- Ко всему привыкаешь, - его глаза сверкнули к темноте. Он наклонился и поцеловал меня. Я готова была задохнуться, на сколько страстным и головокружительно сладким были эти губы. На моем опыте было всего два не очень удачным примера в шестом и девятом классе. Но здесь было нечто совсем другое.

Никита крепко прижался ко мне всем телом. Его поцелуи пошли дальше по щеке. Руки ползали по спине, плечам, талии. Теперь губы опустились от мочки уха к шее, который он лизнул своим влажным языком, а одна рука схватила мою грудь. Тут-то я его и остановила, понимая, что если зайдет чуть дальше, то потеряю контроль.

- Прости! - мне сложно было говорить. Не хватало воздуха. Невозможно было увидеть его лица в темноте, - У меня никогда ни с кем не было.

- Все нормально, - Никитин голос был спокоен и я выдохнула.

В этот момент из-за огромного куста вышел Сергей.

- Виола? Это ты?

- Да, - мне стало немного неудобно перед своим другом. Подойди он раньше, то застукал бы нас за поцелуем. Вроде ничего такого, но мысль о том, что коктейли могли послужить ответом, заставляли меня краснеть.

- Мы с Настей ищем тебя. Отвезти домой?

- Она поедет со мной, - Никита встал и подошёл к Сергею.

- Это ей решать, - не успел Сергей ответить, как в доме послышались крики. Они шли со второго этажа.

Мы все разом переглянулись и побежали. Внутри помещения стояла тишина. Музыку отключили. По лестнице спускалась рыдающая девушка. Она училась в параллельном со мной классе. В её глазах отражалась паника.

- Что там? - Гриша первый нарушил затянувшееся молчание. Девчонка села на лестницу и начала истерично плакать. Узкоглазый молнией побежал наверх, Сергей последовал за ним, я тоже.

В маленькой гостевой комнате на небольшой кровати лежала девушка. С виду ей лет четырнадцать пятнадцать. Её руки запрокинуты неестественным для спящего человека способом, а лицо прикрыто волосами.

Гриша подошел и дрожащей рукой убрал пряди. Меня охватил ужас. Она была мертва.

Я подошла ближе к недышащему телу и вгляделась в нежное личико. Единственное, что меня насторожило на тот момент это красноватый окрас левой стороны ее шеи. Будто ей оставили огромный засос или душили только эту часть.

Кажется данное пространство сузилось в несколько раз. Я повернулась к Сереже и прижалась к его груди.

Все последующие события прошли как в тумане. Приезжала скорая, полиция. Всех присутствующих попросили написать информацию о себе и разогнали по домам. Настю мы отвезли первой и всю дорогу с моим другом и сестренкой молчали. Никиту я после не видела.

Прошла неделя после данного события. Вся школа ходили на очередные похороны. Многие присутствовали. Но среди толпы не было той четверки. А мне очень хотелось поговорить с Никитой. Во время занятий это просто невозможно сделать, на перемене возле него толпились мелкие, а после уроков за ними приезжала машина и они уезжали.

В полицейском участке возобновилось дело, где одна половина считала это злоумышленным убийством, а вторая удушение по неосторожности. К тому же девчонка была девственницей. И смерть наступила именно во время его лишения.

Не представляю как перенесли все это ее родственники. Но эту историю будут еще долгое время судачить, начиная от районной молодежи и заканчивая бабушками на скамейках.

Тетя была теперь строже с нами и в течении последующих двух месяцев, вплоть до Хэллоуина, никто больше не говорил о вечеринках.

Но с приходом праздника в местном клубе намечалось выступление группы. Ведь кроме нашего района, там еще соберутся соседние. Выпускные классы по-обычному решили в последний год перед поступлением оторваться по полной.

Клуб принадлежал дяде Серёжи и находился в тесном сотрудничестве с кафе. Начиная готовкой и заканчивая уборкой после. В такие праздничные дни нас направляли туда. Поэтому мне вместо тусы светило разносить напитки.

У Сережи сегодня был свободный вечер, но он как хороший друг решил пропустить веселье и помощь мне. Настя приболела и не пришла. Чему я с одной стороны была несказанно рада. На таких праздниках её бывает сложно контролировать.

Кристина как-то уломала Веру отпустить ее. И мне приходилось теперь не только работать, но еще и параллельно приглядывать за этой девчонкой.

После прошлой неудавшейся вечеринки она начала общаться с Арсением из той четверки. Мне он не нравился, так же как и та рыжая и качек. Вера была в курсе где пропадает по вечерам её дочь. Но раз она ничего не говорила, то и я молчала.

- Ты какая-то задумчивая сегодня, - Сережа спросил меня об этом, когда я рисовала ему на лице черную молнию от нижнего века по щеке. Наша одежда была неизменна, кроме этих молний и дьявольских черных рожек.

- Переживаю за сестренку. Как бы что ни вышло, - я устала посмотрела на него. Веснушчатое лицо было таким родным и близким, что появилось желание обнять его. Не знаю, что на меня нашло, - Из головы не выходит та ночь. И эта девчонка. Убийцу так и не поймали ведь.

- Почему ты подумала, что это убийство? Есть ведь иная версия.

- Странно обсуждать это с тобой, - мне стало неловко. Он встал и уступил место мне. Посмотрев на себя в зеркало, он взял кисть и начал вырисовывать линии на моей щеке. Я захихикала.

- Ну, да, когда дело доходит до таких откровений, есть Настя, - он присвистнул, - Не шевелись.

- Постараюсь. Не представляю как можно убить задушив таким образом. Сонная артерия не была задета, - я говорила, но при этом чувствовала некий восторг от того, что Сережа прикасается ко мне. Хоть и не сам, но кисточка была как продолжение его руки. Так нежно трепетно сосредоточено.

- Откуда ты это откопала? Оу, твоя же тетя... Дааа... к этому сложно привыкнуть. Это законно?

- Она принесла бумаги домой... Знаю, но не могла удержаться. Могу ведь тебе доверять? - я слегка наклонилась в его сторону и сказала это шепотом.

- Стопроцентно, - он тоже наклонился и теперь наши лица были так близко, что кажется, что воздух не мог просочиться меж нами.

Никогда подобного не чувствовала рядом с ним. Но это так волнительно. И его веснушки теперь казались привлекательнее, а голубые глаза похожими на тихую морскую гладь. Как на тех вырезках из журналов.

- На её шее был найден укус. Не просто укус человеческих зубов. А длиннющих клыков, - я затаила дыхание.

- Ты начиталась книг, девочка, - он отпрянул так, будто услышал слова психически нездорового человека. В его голосе была злость и раздражение.

- У тебя нет никаких догадок? - я так же нервно бросило ему в ответ.

- Бред!

- Народ вы тут болтать или работать. Рук не хватает, - к нам забежала заведующая клубом. Светловолосая женщина в красном платье дьяволицы, - Сейчас приедет группа. Все перед этим хотят повеселится. Живей заканчивайте и вперёд.

Народу было так много, что я боялась, что что-нибудь уроню и сломаю. В нижнем этаже танцпола собрались молодые. На втором же в vip-зоне стояли столы, где восседали взрослые.

Атмосфера стояла устрашающая. Все разодеты и разукрашены так, что казались реальными монстрами, нежели людьми. Кровожадные медсестра, напитки с плавающими глазами, приглушенные светодиоды и свисающая с потолка чёрная ткань.

Когда на сцену вышли солисты группы "Раскол", то в помещении поднялись такие взрывные крики, что хотелось закрыть уши. Я на время остановилась, прислонившись к перилам.

Никогда раньше не слушала их песни. За исключением последнего месяца, когда Кристина на весь дом врубала крики уходящего времени и неразделенной любви. Но теперь понимала, почему эту группу так все любят.

Со сцены шла бешеная энергия. Солистом как ни странно оказался Никита. Он и высокий играли на гитаре, качек на барабане, а рыжая на синтезаторе. Мне всегда казалось, что в этой четверке она кукловод. Но тут я ошиблась.

Они были одеты в привычный черный цвет. Подведённые подводкой глаза и клыки. Эти детали было видно даже с того места, где стояла я.

С головы не шёл сам Серёжа. Никогда не видела, чтобы он злился. Его лицо всегда было безмятежным и спокойным. А теперь он казался совсем другим

Я пыталась отбросить от себя эти мысли. Пару месяцев назад так же думала о Никите.

Концерт прошел быстро. Но отдыхающие еще пару часов не расходились по домам. Группа спустилась для раздачи автографов и фотографий. Куда меня поволокло одной волной и я столкнулась лицом к лицу с Никитой. Он улыбался.

- Автограф?!

- Мне... - он взял мою свободную от подноса руку и что-то начиркал.

- Приходи после на нашу вечеринку в гостиничном доме, на опушке. Буду тебя ждать, - его дыхание щекотало мне уши и взволновало мое сердце. Меня тут же растолкала молодежь и я даже не заметила как вышла из этой толпы.

С барной стойки на меня неодобрительно смотрел Сережа. Мне стало немного стыдно. Так странно это было чувствовать. Вроде знакома с человеком с детства, а видишь его таким особенным только сейчас.

Во всей этой уходящей суматохе, где полупьяная молодежь постепенно расходится по домам, я искала свою сестренку. Единственный с кем она могла быть это Арсений.

Меня охватило волнение. После происшествия с той четырнадцатилетней девчонкой, я переживала за неё, как никогда раньше. Может она и считала себя взрослой и уверенной в своих действиях. То я всегда была настороже.

Заведующая давала указания охранникам и была навеселе. Так что улизнуть тихо было не сложно.

Когда я задерживалась допоздна, то Вера давала машину. Сегодня у меня были колеса, чему была несказанно рада.

При выходе мою руку схватил Сергей.

- Ты к ним? - его лицо было серьезным и настороженным. Будто его это волновало больше чем нужно.

- Тебе-то какая разница? - он сжал мою руку сильнее и я ответила намного грубее, чем хотела бы.

- Мне есть разница! - Сережа даже не думал отпускать меня.

- За сестренкой. Время второй час ночи. Не оставлю же я её.

- Подожди меня, я с тобой.

- Не нужно. Тебя ведь не приглашали. Отпусти меня, - я была так зла на него. Только не могла понять почему.

Его глаза сузились и он посмотрел на мои губы. Потом снова поймал мой взгляд. Не знаю как это произошло, но мы поцеловались. Мне на этот миг показалось, что я растворилась в этой нежности. Может с Никитой поцелуй был жестче, страстнее. Но с ним не чувствовала того, что чувствую сейчас. Тут я и поняла, что люблю Сережу. Люблю его еще давно.

Меня это напугало, что развернувшись, я выбежала на улицу. Он что-то крикнул вслед, но ноги не слушались. Руки тряслись так, что машина пару раз дёрнулась, прежде чем поехала.

Проулок с домами, находился не так далеко. Их обычно занимали приезжие, желавшие уединится от других.

Тот, про который говорил Никита, считался самым большим. В окнах горел приглушенный свет. Машин было не так много. Наверно, вечеринка только для своих.

Внутрь я попала без проблем. Охраны не было. Хотя вся школа трындела, что к дому не подойти. Часовые так и наблюдают и вышвыривают уж слишком любопытных, сующих сюда носы.

Прямо со входа стояли пары и целовались. Развернуться бы и бежать. Но нет, мне нужно найти Кристину. Как бы, что ни вышло и она не натворила глупости, о которых пожалеет утром.

Участников группы нигде не видно. Я прошла на второй этаж. Тут и вовсе темно. На ощупь, с помощью телефона, я заглядывала в каждую комнату и окликала Кристи. Здесь точно никого нет.

Теперь стоило облегченно выдохнуть и поехать домой. Но эта странная обстановка, вовсе не была похоже на обычный подростковый вечер.

На первом этаже походила по комнатам, где так же горел приглушенный черно-красный цвет.

Выйдя на улицу, я облегченно выдохнула. Параллельно дому стоял темный амбар. На высоко распложённых окнах горел свет. Меня это насторожило. Дверь была закрыта. С моим ростом, я врятли могла что-либо увидеть. Поэтому залезла на расположенные близ стен бревна.

Наверно, мне не стоило туда заглядывать. Ведь того, что увидела, никогда уже не стереть с моей памяти.

Трое девушек сидели на полу в одном нижнем белье и омыты какой-то красной жидкостью. Двое были подружками Кристи. Ее не было видно.

Меня охватила паника. Ужас. Любой человек бы понял что здесь происходит что-то неладное. Кроме этих глупых четырнадцатилеток. Что они ожидали?

Рыжая подошла в одной из девчонок:

- Сегодня вы желанные гости на этом вечере, - она поднесла к губам светловолосой какой-то напиток, - Выпей! Это придаст тебе сил и энергии.

- Что это? - девчонка неуверенно сделала глоток.

- Яд, - рыжая засмеялась от испуганно взгляда обманутой, - Это шутка! Так ты будешь чувствовать себя намного увереннее и раскрепостишься.

Карина примкнула в ней вплотную и заглядывая в ее глаза начала ласкать ее от плеча и ниже.

- Я знаю кто ты и я знаю что тебе нравится, - девчонка явно была в трансе от услышанного и не сопротивлялась. Та прижалась к ней и стала целовать. Никита и боксер тоже самое проделали с двумя оставшимися.

Стоило бы разочароваться в Никите, но меня это уже не беспокоило. После увиденного, я не знала как поступить.

- Виола? - сестренка окликнула меня сзади. Я чуть не упала, а она улыбнулась своей пьяной улыбкой. Позади нее стоял Арсен.

- Кристина, - я слезла к ним, - Поедем домой.

- О, нет, - Карина так быстро оказалась рядом со мной. Что меня это удивило. Она ведь только была внутри амбара, - Мы только начали!

Рыжая переменилась в лице. Её глаза стали черными и от них пошли тонкие черные стрелки вниз. Это и пугало и восхищало одновременно. Она схватила мое бедро, вонзила туда свои коготки и сжала так, что послышался хруст и я ощутила сильную боль. Потом взяла за волосы с силой, которой ни один нормальный человек не обладает, и кинула к стене.

От удара я вскрикнула и упала на землю.

- Хочешь посмотреть как все будет? Смотри! Тебя мы оставим на десерт, - она обнажила свои клыки.

Да, все четверо были вампирами. Это мысль посетила меня сразу же, как я прочитала отчет об убийстве. Но не могла найти вразумительного объяснения всему.

Карина засмеялась. Кристина затуманенными глазами уставилась на все происходящее. Видимо толком не осознавая, что тут происходит. Она кое как подошла ко мне:

- Зачем ты так? - она приобняла меня и выкрикнула на Карину, - Нас и вправду нужно уходить

- Ты так и не поняла ничего? Арсений затащи их внутрь. До рассвета нам нужно все сделать.

Как мы оказались внутри, я не помню. Мое тело ныло от боли. Из раны сочилась кровь. От этого джинсы неприятно прилипали к коже. Стало дурно.

Внутри, при свете зажжённых факелов, я все же увидела, как рыжая наклонилась над одной из девчонок и впилась в ее шею. Та вскрикнула и повисла на руках.

Карина отбросила её в сторону, как какую-то вещь и подошла к невысокому столу, где горели свечи. Часть выпитой крови она выплюнула на чашу.

Оставшиеся двое подняли такой крик от увиденного. Кристина прижималась ко мне, пытаясь натянуть рубашку. Но Арсен схватил её за волосы и поволок в другой конец комнаты. Там через задернутую штору был виден угол кровати. Он шипел ей на ухо, не обращая внимание на попытки вырваться:

- Думаю твоей сестре не понравится увиденное. Плохое настроение, плохая кровь!

- Она пойдет со мной! - Никита подошел и вырвал из рук Арсения Кристину.

- Мальчик, тебе достанется её сестра! Разве ты не этого хотел?.

Второму это не понравилось и он скалясь встал вплотную к Никите.

- Эййй! Давайте без ссор! Арсен, у него ведь это первый раз. Выбор за ним. Да и сестра потрепалась чуток, - Арсений отошел и накинулся на забившуюся на полу и потащил другую за штору. Таких задернутых штор было три. И к каждой из углов вели нарисованные стрелки от центра пола. Там был вычерчен круг с символами.

Никита как-то неуверенно взял мою сестрёнку. По моим щекам потекли слезы. Что уж говорить о Кристине, идущей будто на бойню.

- Знаешь, чем они сейчас займутся? - Карина взяла моё лицо в руки и заглянула своими красными глазами в мои.

- Не трудно догадаться, - рука ныла от боли, голова шла кругом, - Зачем все это?

- А ты любопытная! Пока твоя сестричка развлекается. Я расскажу тебе. Всегда мечтала перед кем-нибудь раскрыться, - она вытащила свой язык и облизнула мою щеку, - Ты вкусная. Жаль, что для обряда годны только четырнадцатилетки. Уверена, ты уже догадалась кто мы и чем мы питаемся.

Чуть в полудреме, я слушала ее болтовню, молясь о том, чтобы с Кристиной ничего не случилось. Перед тем как я готова была уйти в небытие, мне вспомнился Сергей. Хотя бы не забрел в это логово. Пусть я умру, но не он.

Вампирша с силой надавила на бедро. Вначале стало темно, но потом я чётко увидела её. За задернутыми шторами послышались крики.

- Не спать! Это не всё! Каждый век нужно приносить своему Владыке жертву. Невинных глупышек, которые мечтают лишится девственности. Их кровь чиста и не испорчена дурными помыслами. За пару месяцев, правда, нужно еще предобрядный ритуал свершить на таком вечере, который устроила твоя одноклассница. Кровь больной жертвы и через месяц кровь здоровой жертвы.

- Так значит... болевшая тоже стала...?

- Думаю, она была счастлива избавится от никчемного существования, - Карина повернулась в сторону выходившего Александра. Он по пояс был обнажен и скалился в мою сторону. Но, развернулся и направился к чаше и вылил часть выпитой крови, - Один готов! Подойди ко мне.

Александр послушно подошел ней и они поцеловались. Я отвернулась. Мне была противна одна мысль того, что он был с одной и убил её, а теперь целует другую.

- Детка, не отворачивайся, - рыжая засмеялась.

Никита вышел так же скалясь. Его лицо было в крови и он проделал тоже, что и Арсений. Последним объявился качок. Данный обряд приносил ему удовольствие. Что явно отражалось в его радостных глазах.

Я посмотрела на дверь в соседнюю комнату и не могла сдержать слёз. Тело ныло, но это не сравнимо с душевной утратой. Она разрывало сердце изнутри и стояла комом в горле.

Мои слабые попытки встать не увенчались успехом и я поползла, где наверняка лежала моя маленькая Кристи.

- Стой! - Карина подошла и дернула меня к себе, - Владыка будет доволен, ещё одной девственнице.

Я не сопротивлялась. Сестрёнки нет, Серёжа на радость не приехал. Меня беспокоила только Вера, которая не знаю как переживет потерю сразу нас двоих. Было сложно думать, что это её может сломать.

- Не трогайте, - голос Никиты я услышала уже в полуобморочном состоянии и кое как разлепила веки, - ты можешь обратить её. Она станет одной из нас.

- Неужто малыш влюбился?! - Карина оскалила клыки и отбросила меня в сторону, - Ты же помнишь, что хозяйка всего лишь одна. И это я! Ты все еще наполовину человек и в тебе играют чувства. Но разве она лучше меня? - она нежно примкнула к нему и снова был поцелуй, - Обряд скоро подействует на тебя и ты станешь полноправно моим.

Дверь, через которую я зашла, с шумом открылась и там показался Сережа с ружьем в руке.

- Отпустите её!

- Нет, она моя! - Карина кинулась в мою сторону и прокусила шею. Я ощутила жгучую боль по всему телу и тут раздался выстрел. Рыжие волосы закрыли лицо. Стало трудно дышать от чужого тела на своём.

Что-то отбросило в сторону вампиршу. Надо мной навис большой уродливый волк. Серёжу я нигде не видела. И могла понять в полутьме появляющегося и исчезающего сознания, что происходит. Боль от бедра отступала, так же как и от укуса шеи. На тот момент мне казалось, что я умираю.

Животное бросилось на всех троих, раскидав каждого по углам. Обладал он силой больше, чем вампиры. Он оскалился на Никиту.

- Если ты убьешь меня, погибнет и она! Только трое могут доделать обряд и изменить её.

Перед глазами снова поплыло. Либо волк обретал форму человека. В нём я узнала Сергея. Не трудно было догадаться, что он оборотень. Меня это шокировало больше, чем мысль о том, что я скоро умру.

Тут в области сердца прошлась такая боль и меня охватила жажда. Не знаю, что со мной тогда происходило, но это не похоже было на то, что я ожидала. Смерть это ведь покой. Но покоя не чувствовала. Только желание. Злостное свирепое.

Не помню как, но все трое парней схватили меня и уложили на середину пола. Встали полукрогом и произносили разные заклинания на неизвестном мне языке. Они открыли мой рот и из той чаши, где присутствовала кровь моей сестренки, залили в меня. У меня не было сил сопротивляться. И я с жадностью пила, ощущая удовлетворение и удовольствие от вкуса.

Последнее, что я увидела, это слёзы на глазах Сергея.

Единственное, что не решалась сделать. Это открыть глаза. Я не чувствовала боли. И думаю, весь этот кошмар приснился.

Мне было хорошо как никогда в жизни. Будто выспалась, хотя со дня смерти родителей сложнее всего было засыпать. Сейчас кажется, что отпустила. Все это.

Полежав немного, неуверенно открыла веки. Комнату я не узнавала. Рядом сидел Серёжа. В соседнем диване лежала сестрёнка. Ужаса не было, так же как и страха. Мне кажется, но я слышала как она дышит.

- Кристина! - меня охватила радость и я попыталась встать.

- Он не тронул её. Только выпил часть крови.

- Как долго я спала?

- Ты не спишь! Никогда! Этой твой последний сон, - Серёжа смотрел на меня.

Он сел ближе. Я отпрянула. И почему-то боялась его. Может это из-за того, что он оборотень. И всё это время скрывал это.

- Виола! Ты вампир!

- Что?

- Карина укусила тебя и пустила свой яд. Ты теперь другая... - в его глазах были слёзы отчаяния. Ведь я люблю его, так почему же боюсь?!

- Это нормально. Я чувствую твой страх, - он пытался дотронуться до моих рук, но я отдернула, - Но так же чувствую всё еще другую часть тебя. Которую полюбил. И мне сейчас сложно сделать выбор. Убить тебя или отпустить...

- Ты ее только пугаешь! - из соседней комнаты выглянул Никита и подошёл ко мне.

- Отвали от нее! - Сережа разозлился и это меня напугало еще больше. Ведь он мог обернуться в животное, которое сложно было бы контролировать, пока он не убьёт одного из нас.

До меня постепенно начало все доходить. И это больше терзало. Я осознавала, что не смогу остаться здесь, когда есть трое над которыми должна покровительствовать. Мысли путались. Так же как кипевшая во мне злость.

- Перестаньте! - я чувствовала, что шиплю на них так же как это делала мертвая вампирша.

- Уау! Малышка обнажает клыки! - в комнату заглянули те двое. Высокий мертвец, который не так уж и был плох собой. И качек, тело которого пробуждало во мне иные чувства, нежели неприязь.

- Я хочу поговорить с Сергеем одна. Выйдите!

- Мне не хочется оставлять вас одних, - моя рука коснулась лица Никиты и он улыбнулся мне. Не понятно, но меня снова тянуло к нему. И я чувствовала, что его тянет ко мне не меньше.

Мы остались вдвоём. Кристина спала. Она была слаба. Теперь я понимала, что не безразлична ему на столько, что он был рад избавится от рыжей вампирши. Те двое по-видимому тоже.

Мои руки тряслись, когда я взяла в свои Серёжины. Он ощущал тоже самое. НРечто большее между нами. То сокровенное, что жило во мне. В той части меня, которой я была, всегда будет напоминать мне о нём.

- Моя стая знает обо всем... Родные, они тоже все оборотни. Ты должна уходить быстрее. Мне не простят того, что я отпустил вас. Но я не могу сделать иначе. Без них ты не выживешь, - по его щеке потекли слезы, - Я помню тот день, когда мы впервые с тобой увиделись. Нам было по лет пять. С того самого момента мне хотелось сказать... Чёрт! Мне казалось, что у нас больше времени. Никогда не думал, что может обернуться так! - он коснулся руками моего лица, - Виола! Как мне жить, зная кто ты? Как жить, зная что никогда не увидимся? Я люблю тебя! Люблю так давно...

- Тоже... люблю... - та часть человека, что ещё жила во мне разрывалось от боли и слёз. И я обнимала и целовала его, - Мне не хочется такой жизни для себя. Прошу тебя... сделай это...

- Нет! Не проси меня убить тебя! Прошу, живи! Зная о том, что ты где-то есть, я смогу идти дальше, - он задыхался, произнося эти слова, - Обещай мне!

- Обещаю!

Кристину мы отвезли домой. С тётей я не решалась поговорить и просто оставила ей прощальную записку. Рассказав о том, что такая жизнь в районе не для меня.

Люди, которые были на вечеринке разбежались и ничего не видели. Трое вампиров, с которыми у меня была связь, расчистили комнаты и убрали тела умерших.

Судьба уносила меня в другом направлении. Цена за исполненную мечту была жестокой. Мне не было известно ничего из этой стороны жизни, в которую попала.

Никита всю поездку в город рассказывал о моём будущем. Я почти не слушала. Но знала точно. Что через век, когда придет день обряда, не стану ничего делать. И пусть этот безызвестный Владыка заберет мою никчемную душу. Ведь прежней я уже не буду.

Уже чувствую голод. Чувствую жажду крови. Меня влечет к этой алой жидкости в венах людей. Главное не потерять рассудок. Главное прожить этот век. Я обещала.

-2
974
11:08 (отредактировано)
Наша семья, состоящая из моей тети и её дочери, у которых жила с того самого момента, когда моих родителей не стало, среднего класса. Так обычно называют тех, кто не может себе позволить лишнее. То есть находятся постоянно в финансовом затруднении. Даже мое устройство в местное кафе официанткой никак не отображалось в денежном прибавлении.

Неправильная конструкция предложения. Извините за мой французский, но эта конструкция убогая.
Для того чтобы понять смысл надо продираться, вчитываться… А это не есть гуд.
После школы, знала, что мне светит еще пара лет в местном училище.

?????
Пропущено "Я"
Ведь поступать ехать в город на высокооплачиваемую профессию, не было возможности. Мы бы не смогли осилить даже семестр в коммерческих факультетах.

Нельзя поступить на профессию. Можно устроиться на работу. А поступать надо в учебное заведение.
Но моя жизнь ограничивалась домом, школой и работой, что с возрастом приводило в ужас.

О каком возрасте идет речь?
Да чтобы в этом возрасте тебя посещали такие мысли надо быть ботаном заточенным на учебе.
И еще, автор, не бойтесь слова "Я". Мне кажется вы его сознательно избегаете.
Мне нравилось изучать журналы о путешествиях, лежавшие в кафе.

??????
Изучать?
наверное журналы проще все же читать. Я не думаю, что изучение журналов даст героине какие-то знания.
Из старых, потрепавшихся временем и детскими ручками, в тихую от начальства и зоркого глаза главного повара вырезала уже полюбившиеся мне места.

Ужас!!!
Ужас!!!
Я еще понимаю, потрепавшие временем. Журналы у вас что там десятилетиями лежали на столе? Но откуда взялись эти детские шаловливые ручки?????
Ужас. Как страшно жить. ©
то смотрела на вырезки, крепленные булавками на стене.

Слово "крепленные" используется в другом смысле. В данном предложении ему не место.
Веснушчатый не по сезону одноклассник,

Мне всегда казалось, что веснушки или есть, или их нет. Причем здесь сезоны?
Вера, наполовину не вылезая из машины,

Шикарная фраза…
Надо будет где-нить её вставить…
Не смог продраться через текст.
Повествование дерганное, разбито на фрагменты, которые как-то мало стыкуются между собой. Мысль скачет непонятно как и куда.
Очень много, просто ужасно много «уникальных» и «оригинальных» фраз.
Стремление к оригинальности убило и без того убогий неудачный текст.
Сюжетная линия никак не проявляется даже к половине прочитанного текста. Дальше не читал. Остановился на каком-то трупе.
Мне жалко стало свой мозг.
Пробежал глазами, перпендикулярно, так как не умею читать по диагонали.
Кажется речь шла о вампирах, но это не точно.
Я так и не понял о чем собственно рассказ.
Минус наверное не буду ставить, хотя руки так и чешутся все же влепить этот чертов минус.
И да, тема сисек не раскрыта.
P.S.
нет, все же минус.
Решительно минус.
12:32 (отредактировано)
Автор! Сейчас тебе недалекие люди будут писать мерзкие отзывы, кичась своей якобы образованностью. Ты не расстраивайся, все принимай к сведению — и развивайся. Читай все, до чего дотянешься) Поставь на место грамотность) Ты молодец уже только потому, что пишешь, что у тебя в голове что-то варится, что ты внимательно смотришь на то, что тебя окружает) Не опускай руки и не переставай писать — и помни: писать МОЖНО научиться. Для этого: 1) набери наконец в поисковике «книги для писателей». 2) читай хорошую художку. 3) читай нон-фикшн. 4) пиши. 5) ищи отзывы на свои тексты где только можно)
Удачи и работоспособности)
Загрузка...
Мартин Эйле №1