Светлана Ледовская №1

​Как я стал Елисеем

Автор:
vera.yes
​Как я стал Елисеем
Работа №2. Тема дуэли: Ученик

Свет слепит глаза, я не могу понять, где нахожусь. И что вообще происходит? Только что я мчался на своем мотоцикле по самой опасной дороге мира (места всей моей жизни, между прочим), а теперь я где?

Я попытался пошевелить телом, но оно почему-то не слушалось, во рту пересохло, я не мог сказать ни слова.

- Поздравляем! У вас мальчик! – что? Я ничего не понял, какой мальчик?

Внезапно я будто вспарил в воздухе и через секунду почувствовал тепло и невероятное спокойствие. Все тревоги будто ушли на задний план, и я провалился в блаженный сон.

Проснулся я, как никогда отдохнувшим, спал, будто младенец. Я пытался потянуться, но почему-то у меня ничего не получалось. Мои руки были будто связаны, я собрал все силы и попытался приподняться. Лучше бы я этого не делал. Моё тело было очень коротким и завернутым в пеленку:

- Что за? – моему негодованию не было предела.

Я как червяк барахтался, пытаясь распутать сковавшие меня узлы, в голове промелькнуло тысяча и одна бредовая мысль, от которых меня начало тошнить.

- Маленький мой, что случилось? Тебе что-то болит? – меня взяла на руки какая-то женщина, от шока я не смог разглядеть ее лицо, и прижала меня к своей груди.

- Мой хороший, сейчас я тебе перепеленаю, всё будет хорошо.

Я не издавал ни звука, пытаясь успокоиться и понять что происходит.

- Что-то он какой-то тихий у тебя, Соня, не больной? Ты глянь, а то мой первый тоже молчал поначалу, а я внимания не обратила. Лучше перебдеть, как говорится…

Я услышал еще один женский, звучащий как несмазанное колесо, голос.

- Что вы, Ольга Семеновна, с ним всё хорошо! Он у меня просто весь в мужа, тот тоже немногословный, – сказала Соня и положила меня спиной на что-то твердое. – Тоже программистом будешь, да, Елисеюшка?

- Я Герман!! А никакой вам не Елисеюшка, – такого позора я выдержать не мог. Слова прозвучали так, будто говорила какая-то кукла на батарейках.

Женщина смотрела на меня с открытым ртом, глаза становились всё больше и больше. Если бы не её вытаращенное лицо, она была бы очень даже ничего: длинные светлые волосы, пухлые губы, тонкий нос и большие серые глаза. Но выражение удивления, перемешанного с некоторой брезгливостью, точно её не красило. Она так и продолжала смотреть на меня, а я на неё.

- Соня, что у тебя там? Ты чего застыла? Он срыгнул, или что это за странный звук был? – надо мной нависла еще одна женщина, судя по острому взгляду и на треть выпавшим голосам, свои лучшие годы она оставила позади.

- Я не поняла, – робко начала говорить Соня, постепенно приходя в себя, – мне показалось, что он что-то сказал.

- Хахахаха, – разразилась хохотом Ольга Семеновна, – Голубушка, такое бывает, это у тебя послеродовой шок, я-то знаю! Мне после рождения второго вообще несколько дней чудилось, что он меня ночью зовет, и не мамой, а Жанной! Представляешь? Только потом оказалось, что это интуиция моя мне так подсказывала, что я пока тут лежу, мой муженек с Жанкой с работы резвится! Вот оно как бывает!

- Мне показалось, будто он сказал, что его зовут Герман, – очень тихо сказала Соня.

Я лежал и постепенно до меня доходил смысл происходящего. Но чтобы проверить свои выводы, я решил нанести последний удар:

- Да, дамы, Герман! Приятно познакомиться!

Через секунду обе дамы рухнули на пол, да так, что я даже подпрыгнул. Я понимал, что у меня не так много времени, чтобы разобраться в ситуации, не будут же они в обмороке вечно лежать. Я приподнял голову, насколько у меня это получилось: маленькое пухлое тельце, маленькие ручки и ножки…Я младенец! Но как это могло произойти? Я что, как Бенджамин Баттон? Но тот молодел не так быстро! А я за минуту из тридцатилетнего мужика превратился в младенца? Что происходит, люди? Но задавать этот вопрос мне было страшно, я понял, что говорящий младенец – это не нормально, и если я не хочу пойти на опыты, то лучше мне помалкивать.

Первой очнулась Ольга Семеновна, не мудрено, с её-то жизненным опытом. Она встала, подошла к умывальнику, набрала в стакан воды и прыснула в лицо Соне, та тут же закашлялась и очнулась.

- Вставай, дочка, всё хорошо, мы с тобой обе после родов, гормоны скачут, вот и мерещится всякое – сказала она, подавая Соне руку.

- Ольга Семеновна, но вы ведь тоже это слышали! Теперь-то вы мне верите? – со слезами на глазах спросила Соня, на меня, к слову, ни одна из дам не посмотрела.

- Я не знаю, что я слышала, говорю же, гормоны шалят, еще бы, четвертые роды ведь! Схожу на пост, попрошу успокоительных, – Ольга Семеновна достаточно быстро для только что падавшей в обморок матери четверых детей вышла из палаты. Соня стояла посреди палаты, даже не глядя в мою сторону.

Я хотел ей сказать, что вообще-то, мне ещё хуже – я взрослый мужик в теле младенца. Но мне вдруг стало её жалко, ведь она просто хотела ребенка, она не виновата, что произошел какой-то сбой в системе. Я решил промолчать, даже попытался издать звук, похожий на плач ребенка, но получилось, видимо, не очень – Соня вздрогнула, но все-таки посмотрела на меня.

Я решил подергать ручками и ножками и улыбнуться. Но, наверное, перестарался. Она смотрела на меня, и на её лице появлялось выражение ужаса. Соня с криком выбежала из палаты…

Да что же это такое! Я лежал беспомощный, и, кажется, хотел есть и ругаться матом, но я помнил про перспективу опытов, и… просто начал плакать, от непонимания и безысходности. Я плакал и плакал, не знаю, как младенец или нет, не знаю, сколько времени прошло, но так никто и не пришел. Всхлипывая, я чувствовал, что опять погружаюсь в сон. Да, детский организм совсем невыносливыы…

- Так-так, ну наконец-то, Герман, заждался я тебя! Ну и наделал ты дел! Как только увидел тебя, сразу понял – проблемным парень будет. Не прогадал, – приятный мужской голос прозвучал где-то в пространстве. Тут передо мной появился невысокий пожилой мужчина, в белых брюках и рубашке, с седой бородой, почти лысый.

- Ну, наконец-то! Хоть кто-то в обморок не падает! Здравствуйте! Может быть, вы объясните мне, что происходит, мм? – взбодрился я. Я не видел своего тела, но чувствовал, что как никогда свободно передвигаюсь в пространстве. Всё вокруг было светло-голубое, ощущение – будто я парю в небе.

- Объяснить-то объясню, но как выкручиваться-то будем, а? – мужчина почесал бороду.

- Вы расскажите сначала, а выход придумаем, и не из таких передряг сухим из воды выходил, – признаюсь, загордился.

- О твоих передрягах мы наслышаны, о, да! То автостопом поедешь, все деньги потеряешь и от бандитов в лесу прячешься, то с горы на лыжах поедешь и чуть шею не сломаешь, то…

- Ой, ладно Вам, со всеми бывает! Я хоть живу не скучно!

- Жил, Герман, жил нескучно…А сейчас, выбор перед тобой стоит – возвращаться назад, попробовать еще раз или уйти на покой.

- Как это – жил? – я обомлел.

- А что ты думал, кто по Дороге Смерти гоняет, наутро кофе с круассаном пьет? Не справился ты, Герман, с управлением, на огромной скорости вылетел. И на такой же скорости влетел в малыша этого, не успел я даже притормозить тебя, чтобы ты выбор сделал, и память очистить! Ты, видимо, думал, что если снова в тело человеческое попадешь, сразу же на мотоцикл вернешься, и дальше помчишь. Но не тут-то было, не тут-то было…

- Так что, я умер, получается?

- Ты, Александров Герман Сергеевич, да, умер. Но душа твоя может тому малышу достаться, вернее, уже досталась, но неотформатированная. Он там, между прочим, в коме сейчас. Пришлось мне тебя выдернуть, чтоб дело закрыть! А то начальство такие штуки не любит, сразу после таких промахов у людей новые легенды и теории появляются, копать начинают. А нам оно надо? Нет, конечно. Нам бы вас отформатировать да по новым телам распределить, или на покой отправить и всё. А вам знать ничего и не надо, жизнь-то продолжается, всё меняется, развивается.

- Вы что, Бог? – я совсем растерялся.

- Глупый ты, Герман, какой же я Бог! Я распорядитель душ! Нас таких тысячи.

- А Бог где? Он есть?

- Герман, при приеме на работу я подписывал соглашение о неразглашении. Рабочая тайна, извини, ответить не могу.

- Так я же потом все равно все забуду! Вы же сами так сказали!

- Да, забудешь. Но интуиция у людей знаешь, откуда берется? Вот от таких болтливых распорядителей душ, особенно, которые первые тысячи лет работают! Они, прежде чем душу отформатировать, наболтают ей всякого, потом быстренько чистят, но душа – тонкая структура. Что-то да остается. Вот потом и возникают всякие ваши пророки, целители, талантливые художники, писатели, поэты. У вас говорят «Богом поцелованные», а они, на самом деле, просто сплетен наслушались…

Я стоял, как громом пораженный.

- Ладно, некогда мне с тобой болтать. Решить надо: возвращаешься в тело мальчонки? Память я тебе, конечно, сотру. Или уйдешь на покой? Растворишься в вечности – называй, как хочешь.

- Если вы сотрете мне память, я потеряю всё, чему меня научила жизнь за мои 30 лет?

- Всё да не всё, как я уже говорил. Душа каждую свою прожитую жизнь учится, мы ее очищаем, но нельзя сказать, что она каждый раз как новая, школа жизни – она такая, не сотрешь её подчистую, даже после первого раза.

- То есть в этом мальчонке часть меня всё же будет, пусть и маленькая?

- Будет, Герман, будет, главное, чтобы более благоразумная твоя часть, – распорядитель укоризненно покачал головой.

- Ну что ж! Пришло время становиться Елисеем! Мне еще многому нужно научиться!

Итоги:
Оценки и результаты будут доступны после завершения конкурса
+3
283
16:21
+1
Идея не нова. Даже я ее уже использовала в одном из своих рассказов. Но неоригинально, не значит, что плохо. С юмором написано. Читается легко. Единственно, финал как-то смазан, нет вишенки на тортике)))
16:52
+1
Единственный классный момент рассказа — когда оказалось, что его душу в тело мальчонки, им же убитого, вставили. Небанальный вариант. Остальное — скукота и без интриги. Концовка никакая.
19:08
+1
Да ну! Где написано, что им же убитого?
19:12
Не справился ты, Герман, с управлением, на огромной скорости вылетел. И на такой же скорости влетел в малыша этого
19:14
+1
Так он же новорожденный! Как в него «влететь» можно?
19:16
+1
Вот этот момент я тоже не очень понял.
08:07
+1
Мне показалось, «влетел в малыша» — имеется ввиду душа влетела.
08:11
+2
Тьху ты, точняк! Но тогда совсем рассказ унылый, беспросветно.
10:04
К сожалению, ты прав.
20:20
+2
Не. Тут, похоже, душа Германа, влетела с разгона в тело «рождающегося» мальчика. Вот только непонятно, почему влетела без ведома распорядителя и не отформатированная.
В целом неплохо, хотя фильмов с подобным сюжетом — тонны. Занятен концепт возникновения талантов и гениев.
23:22
в каком месте тут обозначены таланты и гении?
Вот в этом:
"Вот потом и возникают всякие ваши пророки, целители, талантливые художники, писатели, поэты. У вас говорят «Богом поцелованные», а они, на самом деле, просто сплетен наслушались…"
20:55
Да, и правда. Как-то я пропустила этот момент))
08:06
Возникло ощущение, что автор только в самом конце про тему вспомнил и белыми толстыми нитками ее пришил. Потому и финал такой оборванный и не соответствует языку и настроению остального рассказа.
Вроде забавно, а вроде и не хочется смеяться. Ну и не ново, это да, факт. Ясное дело, что ничего нового уже и нет, но истории с подобным сюжетом реально все как одна. Это, наверное, уже четвертый рассказ, который я тут читаю про переселение душ, встречу с кем-то с небес, выбор… Вот эта канва — СМЕРТЬ-ВЫБОР-РОЖДЕНИЕ — по мне так себя истрепала. Меняются герои, меняются обитатели небес, а ни сюжет, ни язык и «лор» небес — не меняются никогда. Интересно разве что наблюдать, какая на этот раз причина «сбоя».
Разумеется, рассказ не плох. Но ничего не несет, еще и тема пришита.
Извините за резкость.
08:18
Как-то не стыкуется с героем возникшее в финале желание чему-то научиться. Не кажется логичным. Он бездумно жил, бездумно умер, воскрес — тоже бездумно. И тут вдруг сожаления обо всем, чему он научился за свои тридцать лет. А чему? По тексту — ничему.
11:15
Идея не нова, но подана несколько топорно, особенно, «хорош» пассаж:«И на такой же скорости влетел в малыша этого, не успел я даже притормозить тебя, чтобы ты выбор сделал, и память очистить».

14:02
Понравился момент разговора младенца, представился визуально очень ярко.
Поставлю пока плюс.
17:06
Неинтересно
20:19
Уж полночь, а Германа все нет! Ах вот он! А где-же Елисей?
«Я видел мир, я вернулся назад
Я хочу стать кем был, пришло это время
Я пришел войти в те ворота, откуда я вышел» (Наутилус)
В общем да.
«Нечего нового. Все уже было.» (Костромин)
Чет на цитаты поперло.
Плюс за: на огромной скорости вылетел. И на такой же скорости влетел в малыша
12:37 (отредактировано)
Идея не нова, да, но зато написано хорошо, читается легко. Огромный минус за смазанную концовку. ГОЛОС отдаю этому рассказу за хороший слог и за то, что интереснее всего читалось. Только с концовкой нужно что-то делать.
03:28
Да, с концовкой тут прям беда…
08:36
Честно говоря, это у всех трёх рассказов
13:11
Согласна
Комментарий удален
Загрузка...
Жанна Бочманова №1