Ольга Силаева №1

Чудо из горного хрусталя

Чудо из горного хрусталя
Работа №214

Кэтрин с детства считала, что камни обладают волшебными свойствами. Глазастая девчонка даже в битом стекле обнаруживала какие-то лица, подмигивающие глаза и таинственный свет. Подружки немели от восторга, когда Кэт начинала рассказывать удивительные истории о загадочных мирах, пещерах и раскопках, где в россыпи сверкающих камней обязательно находился один особенный – тот, что вертела в руках.

А таких «особенных» камней у Кэтрин была коллекция. Каждому камню девочка придумывала имя: Jet, Sweet, Milly… От чего зависело, как она назовет, сама не знала – первое сочетание букв, которое приходило на ум. Сразу говорила, отметая любые другие названия минералов, включая и научную терминологию. Камни – это ее личная Тайна и Любовь…

Игрушек у Кэт не было. Куклы, мишки, посуда, бантики, даже заколки, если в них не обнаруживались сверкающие камешки, безжалостно складывались в коробку после каждого дня рождения, и достойная для лишнего хлама «оправа» отправлялась в угол.

Кэт собирала блестящие камешки так давно, что не помнила, с чего все началось. А как иначе? Родители часто пропадали в «экспедициях» – фирма, в которой они работали, занималась строительством дорог и инфраструктурных сооружений для крупных промышленных объектов.

Последний контракт оказался особенно интересным. Причем во всех отношениях. Родители и так называли себя бродягами, а тут путешествие и работа в места, овеянные легендами, - земли индейцев древнего племени майя! Тогда возникли первые трудности.

– Понимаешь, Элен, – говорила Анна, обращаясь к подруге, с которой вместе учились, а теперь работали в одной фирме, – местный вождь племени – Пернатый Змей – не дает разрешения на разведку и работу в одном интересном месте… Земля принадлежит индейцам. Продавать не хотят, а там намечено строительство комбината…

– А договориться или выкупить никак нельзя?

– Линц, владелец компании, пробовал… Пустое занятие! Там, в джунглях, где по проекту планируются подъездные пути, непроходимые заросли. Но главное… – Анна помолчала, а потом загадочно произнесла: – Там есть уникальные храмы их предков… И хранят эти храмы какую-то Тайну.

– Вот это да! – у Элен загорелись глаза. – Я еду через месяц вам на смену… И как выглядит этот Пернатый Змей? Бронзовое и важное лицо… Как в кино?

– Да, очень достойные люди. Но можно же спланировать так, чтобы обойти их святыни. Ну, и за экологию они переживают. Я, кстати, их очень понимаю!

Кэтти внимательно слушала и была счастлива, что о ней забыли, не отправили с дедом на прогулку.

А мама продолжала:

– Люди поговаривают, что там множество пещер в скалах. Еще во времена нашествия испанцев индейцы прятали от их жадного взгляда клады с драгоценными камнями и золотыми украшениями… – Анна вдруг спохватилась, вспомнив о дочери. – Погулять не хочешь? Не переживай: если найдется хоть один камешек для твоей коллекции, привезу. Обещаю! А теперь ступай…

Кэтти запомнила этот разговор.

Из этих экспедиций родители привозили образцы породы, рисовали карты, работали над чертежами, потом снова уезжали. Бродяги – одним словом, но увлеченные до самозабвения. Поэтому маленькой дочке доставались лишь крохи времени и внимания. Мама компенсировала малышке ласку тем, что из своих путешествий привозила в подарок удивительные по красоте минералы.

Когда Кэтти исполнилось пять лет, вместо мамы и папы вернулись из Мексики, куда родители отправились несколько месяцев назад, только их вещи.

Привезла все Элен, которая должна была закончить вместе со своей группой геологическую разведку.

Несмотря на мощное сопротивление вождей племени, а Пернатый Змей погиб от рук наемных убийц, земли под комбинат муниципальные власти передали владельцам будущего предприятия, пояснив:

– У людей будет работа, к нам придет цивилизация, а для храмов заложим заповедную зону…

Родители Кэтрин – Анна и Эванс – погибли в автокатастрофе «при невыясненных обстоятельствах». Что это означает – «невыясненные обстоятельства» – Кэтрин поняла, когда ей исполнилось восемнадцать.

В этот день дедушка позвал ее в свой кабинет и стал рассказывать:

– Анна тебя очень любила, – дед понял взгляд внучки, смотревшей с удивлением. – Не меньше, чем свою работу… Это было какое-то сумасшествие – сдвиг… И Анна ничего не могла с собой поделать! Там, на Юкатане, они выехали рано утром к какому-то заброшенному храму. Джунгли пришлось накануне сжечь: все так заросло – к развалинам не подобраться. Это в полиции мне потом рассказали.

Дедушка помолчал, потом тяжело поднялся из кресла и подошел к массивному, как и вся мебель в его старинном доме, секретеру на гнутых, но крепких ножках. Дверцы этого таинственного монстра всегда были заперты. Не раз Кэтти проверяла, пытаясь удовлетворить любопытство, но дедушка был памятлив – эта зона оказалась для Кэтрин неисследованной…

Дедушка достал из кармана домашнего костюма ключ и открыл скрипучий замок. Внутренность секретера так и осталась тайной: дед закрывал своей спиной, а девочка, сгорая от нетерпения, не решилась подойти. Вернулся с небольшой шкатулкой из красного и очень пахучего дерева.

– Вот! – проговорил он, ставя шкатулку на стол. – Это было в ее вещах. А что делать с этим, Анна заранее мне написала. Видимо, знала, что дело серьезное. Она просила отдать шкатулку тебе…

Кэтрин внимательно посмотрела на гладкую поверхность крышки и увидела надпись, сделанную, видимо, впопыхах и потому небрежную, размашистую: «Для Кэтти». Девочка провела рукой по шкатулке, словно здороваясь с мамой, и вдруг почувствовала, что дерево запахло резче. Даже от пальцев, коснувшихся поверхности, стал исходить терпкий и острый аромат.

А дед продолжал:

– Я не посмел открыть… Это твое…

Кэтрин хотелось сразу открыть, но что-то удерживало: не недоверие к деду, который сумел найти путь к ее сердцу за эти годы… Ей хотелось прикоснуться к маме, когда никого рядом не будет – только мама и она, дочка.

Дедушка понял:

– Захочешь – после поговорим. Иди!

Кэтрин взяла в руки драгоценное «послание» от мамы и вдруг почувствовала тепло изящной деревянной вещицы. Бережно держа довольно тяжелую шкатулку, девушка молча скользнула в дверь и помчалась по ступенькам закрученной спиралью лестницы в свою комнату наверху.

Крышка плотно прилегала к краям, но там, где были соединения петель, оставался узенький зазор. И вот оттуда сочился голубоватый свет. Осторожно, словно опасаясь наткнуться на что-то страшное, Кэтти приподняла крышку…

Яркий свет хлынул в комнату, мерцая на стенах и потолке голубыми искрами и лучами. Но испугаться Кэтрин не успела: внутри, на сложенном листке слегка пожелтевшей бумаги, лежала нижняя челюсть человека – с зубами, в натуральную величину. Необычными были форма и свет, лучившийся от этой штуковины. Кэтрин удивил материал, из которого была сделана эта челюсть – горный хрусталь!

Любимое занятие в свободные минуты – чтение литературы о камнях и металлах. Таких книг в маминой библиотеке – тысячи! Читать – не перечитать… Тома энциклопедий о минералах – кварце, например, – Кэт прочла десятки. Вопрос о факультете, на котором она будет учиться, не стоял вообще. Только университет, факультет геологии… Ей хотелось понять, что так мощно притягивало родителей в путешествиях, ставших делом всей их жизни!

Окончив лицей, Кэтрин поступила в университет. Преподавателем и куратором их группы была подруга мамы – Элен.

После трагедии с Анной и Эвансом она ушла из фирмы в университет, стала читать лекции студентам. А экспедиции, так или иначе, даже по учебным планам, остались…

Горный хрусталь или кварц встречается не так уж часто… Девушка уже многое знала об этом минерале: ценный, очень крепкий материал. Обработке поддается, только если резать алмазом. Крепкий, но и хрупкий – откалывается даже при шлифовке. Но это мало заботило Кэт, так как обрабатывать она не собиралась. А еще горный хрусталь славился удивительной красотой…

Где же мама это нашла? Кэт взяла в руки сияющее изделие неведомого мастера – лучи заструились, словно живые, играя бликами на стенах и потолке. Положила бережно на стол и достала листок из шкатулки, развернула и стала читать…

«Привет, Кэтти, котеночек! Если читаешь, значит, нас с папой уже нет. Мне тоже очень больно. За все в жизни нужно платить. Если надо, то и своей жизнью. Прости нас с папой – не смогли ни устоять, ни уберечься.

Я помню: ты всегда любила загадки, особенно если они связаны с камнями. В детстве я была такой же, как и ты – дедушка знает. Однажды мы с папой уехали на Тибет. Интересовали «зеркала» – грани горы Кайлас. Поначалу отпуск казался волшебным… Особенно два озера по дороге к таинственному Кайласу.

Первое – Манасаровар – с «живой» водой. В озере водится рыба, садятся птицы, а животные и люди охотно пьют и даже промывают раны.

В озере Ланга Цо вода «мертвая», всегда накатывают волны, а в воде никто не водится, берег пустынен и гол. Как в сказках, которые я тебе читала. Там отправляются за «живой» и «мертвой» водой, если помнишь, на край света… Вот и мы с папой отправились на этот «край света». Озера видели – между ними всего несколько десятков метров, а ведут они себя совершенно по-разному.

Только дальше гора Кайлас нас не пустила. И отец, и я заболели. Проводник посоветовал побывать у тибетского монаха на границе с Непалом. Сказал, что тот многим помогает, лечит чем-то таинственным. Мы вернулись в Катманду. Так называется столица Непала.

Тибетский монах вылечил нас с помощью необычной вещи – черепа из горного хрусталя. Удивила эта штука! Месторождений горного хрусталя в Непале, да и в Тибете, нет. Как он оказался в руках монаха – непонятно. Да и сам череп изготовлен по каким-то неведомым технологиям из цельного куска кварца. Люди пока не научились так обрабатывать. Внутри черепа есть система линз. Если поставить свечу или посветить фонариком затылок, глазницы наполняются светом, и идет направленное излучение. Вот оно и излечивает… Монах ничего объяснить не смог. Сказал, что череп достался ему от предков. И еще сказал: «Таких раритетов на Земле тринадцать. Самый сильный находится в храме жителей полуострова Юкатан. Найти его пока никому не удалось: свои тайны боги открывают не всем…».

Нам с папой повезло: проект, в который нас пригласили выполнить георазведку, привел на Юкатан. Если бы ты только знала, каких трудов стоило организовать эту поездку! Столько оказалось препятствий! И все-таки мы прилетели… Местные жители – потомки древнего народа майя – долго не соглашались показать, где находятся храмы. Только махали рукой в заросли джунглей. Непроходимые! Наверное, надеялись, что мы отступим. Отцу пришла в голову шальная мысль – выжечь растительность, чтобы пробиться через непроходимые заросли…

Мы сделали это!

Но увидели развалины храма, когда-то величественного… Ступеньки, как террасы на Кайласе, тоже вели на вершину, к Небу, к богам».

Кэтрин устала «переваривать» мамино послание – слишком сложно даже для нее, знавшей немало тайн древней истории из книг. Аккуратно положила хрустальную деталь черепа в шкатулку, снова ощутив резкий и пряный запах древесины. Взяв с собой подарок и листок, исписанный мелким, но разборчивым почерком, пошла снова к дедушке.

– И что там? – спросил он.

Кэтрин молча поставила шкатулку и подняла крышку… По глазам деда поняла: он не удивился, так как хорошо знал дочь. Взял в руки протянутый листок, стал читать. Теперь у Кэт было время рассмотреть хрустальную челюсть. Ни единой полоски, черточки, которая бы указывала на способ изготовления или обработки цельного куска кристалла! Даже в местах крепления к основной части черепа, если бы он был…

Дедушка откликнулся:

– И что ты с этим будешь делать? – кивнул в сторону шкатулки.

– Дедушка, Элен о многом мне рассказывала. Только она сможет помочь… Я прямо сейчас договорюсь о встрече!

– Может, вместе поедем? Мне тоже любопытно…

– Решено! Завтра с утра – марш-бросок на юг. Я пока созвонюсь с Элен, – и Кэт, сияя, как этот драгоценный подарок в лучах солнца, помчалась в свою комнату. Там поставила шкатулку на тумбочку рядом с кроватью и сразу набрала номер маминой подруги и своего любимого преподавателя.

Элен откликнулась не сразу. Видимо, работала за компьютером. Только услышала об одном редком «камушке» в форме челюсти, оглушила новостью:

– Почему завтра? Ехать не надо: я в двух кварталах от вашего дома. Сейчас буду! – и отключила связь.

Элен, изящная высокая женщина с тонкими, благородными чертами лица, всегда восхищала Кэтрин свежестью, моложавостью и отменным вкусом. Все в ней было совершенно – не налюбуешься! И с мамой похожи, как сестры. Особенно когда речь заходила о геологии, камнях, кристаллах – словом, о работе – глаза начинали блестеть, а окружающие люди загораться их идеями.

Элен влетела в дом, как нечаянная птица с возгласом:

– Где? Показывай! – и, будто зная, где находится хрустальная челюсть, понеслась по ступенькам в комнату Кэт. Как только она вошла в комнату, со шкатулкой стали происходить странные вещи: аромат усилился, а изнутри вырвался пучок света, который завихрился, как смерч, и начал вибрировать.

Завороженные, Элен и Кэтрин, смотрели на шкатулку и даже не услышали, как кряхтя и скрипя деревянными ступеньками, к ним присоединился дедушка.

Мираж возник из этого смерча. Если бы кто-нибудь из присутствующих спал и видел сон – было бы понятно: под впечатлением еще и не то присниться может. Но три разных человека видеть одновременно нечто фантастическое в реальной жизни не могут! При всей любви и неколебимой вере в чудо, на которое способны камни…

А картинка показывала горящие джунгли и появляющиеся, словно обнаженные, развалины древнего храма майя. Потом зазмеилась лента дороги, по которой мчался, как при ускоренной съемке, автомобиль. Верх был откинут, а из машины вырывался огонь. Однако она еще какое-то время стремительно неслась по дороге, потом вспыхнула напоследок… И все.

Первым очнулся дед.

– Полицейские именно так и описывали гибель исследователей: оплавленные детали машины свидетельствовали о том, что она загорелась на ходу, но причину не назвали. Сказали, что причин могло быть много, а точно определить оказалось невозможно…

Элен растерянно пробормотала:

– Эх… Видимо, переступили черту…

Потом Элен несколько часов под микроскопом рассматривала деталь черепа. За это время челюсть прекратила интенсивно излучать свечение – вроде как «успокоилась».

– Горный хрусталь не может излучать ни свет, ни тепло… – вынесла она вердикт. – Слышала я об этих черепах. Даже пробовали сделать копии – пустая затея. Не «работают» подделки. Если даже использовать нынешние, современные технологии… Кэт, и еще… Основную деталь – сам череп – так и не нашли. До сих пор! Где-то там и лежит… Вот откуда там, где нет горного хрусталя в природе, мог он появиться? Сумасшедшая тайна…

– Наверное, за одну только часть твои родители жизнью заплатили… – у деда на глазах застыли слезы.

– Я должна найти…Череп… – сердито сверкнула глазами Кэтрин.

– Это опасно! – насторожился дед. Сообразив, что сию минуту внучка никуда не поедет, а значит, есть время уговорить, улыбнулся, успокоенный: – Впрочем, у тебя впереди целая жизнь – найдешь!

– Да, Кэтти. Этим летом в экспедицию отправимся вместе! – и Элен заговорщицки подмигнула. – Заодно увидишь храмовый комплекс и заповедник, который стал памятником Анне и Эвансу. Их вклад – работа над проектом…

Незаметно пролетели несколько месяцев, которые были очень нужны, чтобы сдать сессию и подготовиться к летней экспедиции.

Кэтрин очень скучала по Элен: общих тем для разговоров становилось все больше, а времени все меньше. Зачеты, подготовка к ним, две курсовых по профилирующим предметам – все отнимало время. Некогда даже на «хрусталик» взглянуть. «Хрусталиком» девушка теперь называла блистающую деталь знаменитого черепа. А еще успевала порыться в документах, журналах и Интернете, рассказывающих о таких же штуковинах, найденных в других местах.

Один череп выкрал неизвестный «охотник» за раритетами из палатки археологов в Южной Америке. Там, в зарослях берегов Амазонки тоже шли раскопки древних храмов. Похититель замаскировался под местного жителя, просто зашел в палатку, накрыл цветастым шарфом и вынес, пока археологи составляли, хрипя и споря, описание предмета, изумившего их самих. Запутать полицию получилось, оставив предмет индейского культа.

Из Музея Рио-де-Жанейро грабители унесли череп с мистическим названием «Богиня смерти». Там просто отключили сигнализацию.

Третий череп оказался тем самым, который раньше принадлежал тибетскому монаху, вылечившему родителей Кэтрин во время поездки в Непал. Череп после смерти монаха назвали «Макс» и передали в частную коллекцию специалиста по раритетам – Джоана Паркса.

Обо всем этом девушка узнавала, листая прессу и источники, посвященные археологии.

Еще об одном черепе из горного хрусталя упоминалось часто, но следов его так и не нашли. Девушку удивляло: как можно с уверенностью писать об артефакте, связывая его с Атлантидой, по сути, мифом о материке, которого нет, и именем известного ученого Ф. А. Митчелла-Хеджеса и его дочери – Анны! Ведь самого черепа так и нет!

Встретившись с Элен как-то вечером, чтобы вместе поужинать в кафе, Кэтрин поделилась своими сомнениями с кумиром студентов и собственным эталоном женственности и глубокого ума.

– Описания артефакта нигде нет, а о нем пишут, будто он находится в экспозиции какого-нибудь музея… – возмущалась она, не обращая внимания на то, что пытается пережевать, наколов отрезанный кусочек бифштекса.

Элен насмешливо и ласково наблюдала за попытками Кэтрин справиться с мясом.

– Главное, ешь, девочка, набирайся сил на лето. Жаркое, чувствую, оно будет. Кстати, экзамены все сдала?

– Вы же знаете, Элен, строительной корпорации, в которой Вы с мамой работали, нужны только лучшие специалисты! Объекты строятся на всех материках. Компания супер! Не могу как попало… Да я Вам половину зарплаты буду отдавать до конца жизни за науку. Без Вас не узнала бы столько… И вообще… Я Вас просто обожаю… – Кэтрин осеклась, будто выдала нечаянно страшную тайну. Глянула испуганно и покраснела.

Чтобы сменить тему, Элен перешла к теме черепов.

– Мы с тобой этих вселенских тайн не знаем, особо наша работа и не касается раскопок древних сооружений, но вот так совпало, что Юкатан в Мексике – объект нашей летней экспедиции. Студентам полезно попрактиковаться по своей будущей специальности в необычных местах… Необычность я вижу в том, что это земли древнего племени майя. Не так уж много строится на заповедных землях, потому что нельзя… Но меня это приближает к Анне и Эвансу. И, возможно, к остальной части хрустального черепа…

– Ой! – в глазах замелькали искорки, и девушка на мгновение прикрыла веки.

Элен внимательно на нее смотрела.

– Что это?! – девушка потерла глаза, словно пыталась убрать искры и пелену, вдруг закрывшую столики в кафе, Элен, дома за витриной и улицу…

– Все нормально, – вдруг устало и тихо произнесла Элен. – Это зовет память. Не знаю, разрешат ли там, – и она подняла взгляд вверх, будто к небесам, – найти и вывезти со святых земель артефакт… Не знаю,- повторила она, – но вернуть деталь придется по-любому…

– Что Вы имеете в виду? – спросила Кэтрин, хотя ответ уже знала.

Вместо ответа, Элен сказала о другом:

– Самолет вылетает через неделю. Для экспедиции уже все готово: документы, группа, задание от корпорации. Помнишь, в мамином письме тебе говорилось, что разработкой проекта заповедной зоны вокруг храмов должна заняться фирма, в которой мы работали. Я буду составлять топографические карты, ты будешь мне помогать, а вместе мы два месяца будем трудиться в районе, где нашли хрустальную челюсть.

Глаза Кэтрин светились восторгом. Даже воздух застрял где-то на середине груди и не проходил ни туда, ни сюда…

– Ох… – выдохнула девушка, наконец.

Элен рассмеялась – звонко, словно серебром зазвенел колокольчик:

– То «ой!», то «ох!» – сплошные междометия… Ты хоть что-нибудь внятное можешь сказать?

– Это череп нас так связал, Элен! Свет от него, понимаете? Я Вас обожаю!

– Поняла, не повторяйся – слышу за сегодняшний вечер уже второй раз. Запомнила. Только потом учти: работы – непочатый край. И уже доешь это мясо, наконец! Может, придется два месяца одними фруктами питаться. С ближайших деревьев, – и снова рассмеялась.

Через неделю группа, в которой было пять опытных геодезистов корпорации, а вместе с ними и Элен с Кэтрин, выгрузились в аэропорту Мехико. Дальше им нужно было пересесть в специальный автобус, заранее арендованный, и отправиться на полуостров Юкатан.

Конечно, сначала разместились в отеле. «Ярко и жарко!», – так оценила обстановку и климат страны Кэтти.

– Это еще нормально! – улыбнулась Элен. В палатках кондиционера нет, но природа тут роскошная. Привыкай!

– Одно хорошо, – отметила Кэтрин, – воды в достатке!

– Неподалеку, я смотрела карту, есть водопады. Один из них, как в путеводителе рассказывается, священный. Там есть скалы, в которых много пещер. Там и будем искать твой череп… Но главное, конечно, работа. Понимаешь, от нас ждут не просто топографические чертежи, а нужно учесть, что объект особый. Для потомков майя – священный. Вот и будем с тобой сразу два дела делать. Завтра едем к водопаду, а потом по тропе проводник из местных индейцев поведет к пещерам. Нужно сделать разметку на местности…

– Одежда походная?

– Конечно! Где ларец с хрусталем?

– Сейчас… – девушка бросилась к своим вещам, достала шкатулку. И тут заметила, что свет прорывается сквозь щели, будто ему тесно под крышкой. – Элен! «Хрусталик» снова задышал! Смотрите!

Кэтрин подошла к Элен и осторожно приоткрыла крышку… Свет, сияющий и яркий, ринулся из темноты ларца, осветил и так залитые солнцем стены комнаты.

А девушка вздрогнула, словно через нее пробежал импульс тока. Посмотрела на Элен, и ей показалось, что затрепетала и она.

Переглянулись. Внезапно поняли, что судьба поступает так, как решает сама. Без выбора – раз и навсегда.

Недостающую часть черепа из горного хрусталя они нашли в первый же день. Обе. Сразу. В развалинах у Священного водопада. Его не пришлось долго искать - к нему привела неведомая сила. Череп светился, как его деталь в руках Кэтрин. Элен заметила, что свет появился только тогда, когда они обе, обнявшись, а иначе не пройти через заросли, появились на тропинке… Чудо благословило их дружбу и появление.

Кэтрин приложила челюсть к черепу – щелкнули пазы соединения, как ключ в замке, и все сошлось…

Через два месяца они, счастливые, улетали домой. Череп они торжественно вручили тем, кому он принадлежал по праву- местным вождям, потомкам индейцев майя. При этом чудо из горного хрусталя излучало свет невиданной красоты, и Кэтрин вздрагивала от охватившей ее теплоты и радости. Элен предлагала сдать в музей, но Кэт ответила:

– Решать должны настоящие владельцы. Мы им не указ…

Чудо из горного хрусталя благословило Кэтрин и Элен на счастливую жизнь и успешные исследования, в которых, возможно, будет еще немало открытий. Не случайно работу по подготовке к основанию заповедной зоны они выполнили быстро и профессионально грамотно. Элен и Кэтрин уже не представляли свое будущее друг без друга и были счастливы.

Так благодаря Анне и Эвансу и их удивительной хрустальной находке для Кэтрин открылся совершенно новый мир!

0
315
Комментарий удален
15:40
я правильно понял, что рассказ про лесбиянок?
15:58
Где лесбиянки?
16:02
Элен и Кэтрин уже не представляли свое будущее друг без друга и были счастливы.
16:04 (отредактировано)
А. И это:
Так благодаря Анне и Эвансу и их удивительной хрустальной находке для Кэтрин открылся совершенно новый мир!

-тоже оно?
16:41
Вам так кажется?
16:43 (отредактировано)
Просто развиваю Вашу же мысль))
16:51
ааа.
нет, у меня мысли нет. у меня вопрос был. хотелось бы ответов, а не развития вопроса.
17:06
Вот оно что!
Ну вроде тогда нет, на первый взгляд. А сексуальный подтекст можно домыслить в любой истории. Или тут с ним было бы лучше, Вы хотите сказать?
17:11
Какой первый взгляд? Вы рассказ читали или нет?
Встретившись с Элен как-то вечером, чтобы вместе поужинать в кафе, Кэтрин поделилась своими сомнениями с кумиром студентов и собственным эталоном женственности и глубокого ума.

И вообще… Я Вас просто обожаю… – Кэтрин осеклась, будто выдала нечаянно страшную тайну. Глянула испуганно и покраснела.

17:41
Первый взгляд на цитаты)) И второй тоже)) Платонически достаточно выглядит))
Так в рассказе постельные сцены есть? Или только «шёпот, робкое дыханье»?))
17:47
есть постельные сцены, но их вырезали. laugh
17:49
Блин, ну как так-то(((
Загрузка...
Илона Левина №1