Олег Шевченко №1

Предохранитель

Предохранитель
Работа №195

Есть ли жизнь во вселенной? Достигнет ли человек иных планет за пределами солнечной системы? Сколько споров и противоречивых мнений сопровождали эти и подобные им вопросы, сколько же было категоричных заявлений взаимоисключающих друг друга. Ответ: – конечно же да!

***

Синтия методично черпала вилкой разваренный рис думая о чем то своем. Глеб вяло ковырялся в своей тарелке и скрытно, так ему казалось, посматривал на грудь единственной женщины в экипаже.

Она стянула волосы в хвостик и от этого нравилась Глебу как ни когда. Хотя, вначале их миссии он испытывал к ней легкое отвращение, виной тому была негативная идея о американцах.

Эту странную мысль для экипажа международной космической экспедиции он всячески подавлял и с легкостью офицера еще советской закалки прошел все испытания на совместимость в тестах и даже на полиграфе, еще он был уверен, что девушка имеет абсолютно такие-же убеждения на членов команды со стороны России.

***

Синтия перевела на него взгляд и некоторое время смотрела прямо в глаза и молча, пережевывала пищу.

– Ты пялишься на мою грудь уже четыре минуты, а предложение до сих пор не сделал Иванов.

– Вовсе нет.

Капитан встал из-за стола и под общими взглядами отошел к единственному в кают компании иллюминатору.

Глеб пожал плечами и доскреб рис со дна.

– Я смотрел сквозь тебя в пустоту и думал о своей собаке, так что твой флирт не засчитан.

Капитан шумно вздохнул, но промолчал. Глеб ожидал, что он сделает замечание, кинет строгий взгляд, но ничего не последовало да и что он мог сказать?!

Глеб дурашливо улыбнулся девушке давая понять, что тема ему более не интересна, потом, неожиданно для себя показал ей язык.

Недоумение и легкое возмущение длилось секунду, после чего Синтия продолжила есть. Глеб почувствовал некую удовлетворенность и тут же непроизвольно уставился на ее грудь, опомнился, даже мотнул головой словно прогоняя наваждение и встал из-за стола.

– Слишком скучно, – сказал он, – доем позже, пойду проверю свой скафандр.

Он двинулся к «гардеробной», но командир взмахнул рукой.

– Стоп! Это что такое? – он повернулся к ним. – Мишель! Он вышел наружу! Синтия, – одевай скафандр, Глеб, иди проверь Игоря и дуй переодеваться.

Глеб быстро поднялся на верхний этаж, техник услышав шум сам подошел к лестнице и обеспокоенно спросил:

– Что случилось?

– Мишель слинял, мы наружу, ты за старшего!

– Как это слинял? – удивился Игорь, но ему не ответили.

***

– Ты, слева, ты справа, держать дистанцию, Мишель прием!

Три фигуры спустились по трапу на сырые камни.

Облегченные скафандры предназначенные для более низкой гравитации, сильно стесняли движения.

– Игорь, проверка связи!

– Слышу отлично!

– Хорошо. Вперед.

– Стойте. Датчик скафандра Мишеля показывает, что он находится в оранжерее.

Командир замер на месте, придержал Глеба за локоть останавливая и смачно выматерился.

Глеб с удивлением смотрел на Синтию. Из кармана скафандра, о котором он и не подозревал, биолог извлекла пистолет необычной формы с рукоятью специально приспособленной под толстую перчатку.

***

Мишель отжимался. Он все время отжимался. Глеб предпочитал подтягиваться, но делал это с ленцой, как необходимые процедуры. Француз же все делал с огоньком. Он словно выжимал из себя накопленные недели безделья и рутиной работы сидевшей у всех в печенках. Да, и в шахматы с ним никто не хотел играть, даже командир.

Вот именно с этого места Глеб заметил за младшим членом экипажа изменения в поведении. На самом деле он был против его кандидатуры, но даже не смел заикаться об этом. Ему больше симпатизировал австралиец, но тот остался в запасе на матушке Земле. Далекой и не реальной. Не реальной здесь, в миллионах километрах, на пустынном шаре населенным микроорганизмами, мхами и лишайниками.

***

Синтия беспокоила его больше всех. Он ей не доверял, ничем не выказывая свое отношение, (ну еще бы.)

Но первым, все же сорвался Мишель. Что он забыл в каменной пустыне? Поехала крыша? Откуда у бабы пистолет? – Вот это вполне ожидаемо. Если выяснится, что внутри тела Синтии зашит микро-ядерный боеприпас, Глеб ни сколько не удивится. Но Мишель…

Да, он указывал в ежедневном отчете на Землю, что коллега «не так» отжимается. Да это сомнительное наблюдение, но в итоге, случилось ЧП именно с ним.

Вот в ком, а в командире и механике он ни капли не сомневался. Они же русские, что может быть с ними не так?

Все это пронеслось в голове космонавта в момент затянувшейся тишины. Американка с пистолетом, два безоружных русских космонавта на чужой планете у черта на куличиках, добавьте «поехавшего» француза внезапно рванувшего в самоволку, и вы сможете скользнуть по сути сложившейся ситуации, по всем ее неловким углам и моментам.

***

Капитан указал на оружие толстым пальцем перчатки.

– Два, альфа семь, три, три, один. – сказала женщина.

– Она «солдат». Имеет право на ношение и применение оружия. – сказал командир по общей связи.

– Что это все значит? – прозвучал голос механика в наушнике.

– Миссия имеет мирный характер, на борту находится специалист имеющий функцию защитника и солдата. В случае бунта, чрезвычайной ситуации, угрозы срыва миссии по вине экипажа, солдат имеет право применять оружие, и даже отстранить капитана от командования. Функции солдата не подразумевают вмешательство при штатной работе команды. Личность солдата не известна вплоть до возникновения внештатной ситуации по вине экипажа. Человек назвавший особый код известный только командиру экипажа и им подтвержденный, имеет все перечисленные полномочия. – заученной скороговоркой сказал командир.

– Дима, почему мы об этом узнаем только сейчас? – справедливо возмутился Игорь.

– Приказы не обсуждаются. Синтия назвала код и имеет все озвученные мной полномочия. И она вооружена.

– Хорошо. Принимаю командование. – тут же отозвалась Синтия.

– «Мне послышалось, или в ее голосе звучали нотки нездорового удовольствия?» – подумал Глеб.

– Игорь, проверь оранжерею, и срочно сообщи, есть ли там Мишель. Дима, где ты видел его скафандр?

Вот на этом месте, Глебу стало не по себе, он на миг утратил способность соображать. Неужели эта дура думает, что скафандр отрастил ноги и пошел погулять, а француз в это время поливает капусту? На ум пришла другая идея, что если «поехал» капитан? Это он видел Мишеля разгуливающего во вне, и это еще страшнее чем вооруженная женщина.

– В оранжерее никого нет. – доложил Игорь.

– Там. – капитан указал на насыпь правее их корабля. – Он шел в том направлении.

– За мной! – неуклюже переваливаясь Синтия пошла вперед.

Глеб дернул Диму за рукав, если что-то с ней не так самое время атаковать ее со спины. Командир его понял правильно и покрутил пальцем у виска, точнее сделал похожий жест, костюмы сильно ограничивали движения.

– Идем.

– Соблюдайте тишину в эфире. – сделала замечание Синтия.

Глеба это сильно задело, сдерживая раздражение он подчинился.

***

Втроем они делали много шума. Камни хрустели под подошвами специальные зацепы не давали скользить на сырых камнях, так что можно было свистеть, кричать и уж тем более разговаривать, их было слышно за километр. Глебу пришлось сделать усилие, чтобы прекратить думать в таком ключе, их товарищ в беде, съехал ли он с катушек или произошло еще что-то, хотя, и так все ясно. Тут же возникла мысль:

– «Ну вот, они его сейчас поймают, и что? Привяжут к кровати? Расстреляют за измену родины?»

Мишель стоял неподвижно чуть наклонившись вперед, его скафандр был заляпан синей слизью местных лишайников словно он ползал по земле.

– Сколько он пробыл на поверхности? – озвучила общий вопрос Синтия.

– Не знаю, два часа назад он работал в оранжерее. – ответил капитан.

Синтия сделала знак рукой и они принялись его окружать.

На миг Мишель неуклюже обернулся, от неожиданности Глеб дернулся, потерял равновесие и упал на спину предупредительно выставив локти.

– Его шлем! – крикнул он.

– Что?

– Его шлем открыт!

Синтия, с невероятной прытью настигла Мишеля и сбила с ног. Капитан, взмахивая руками побежал к ним.

Упавшие боролись некоторое время, капитан, не сбрасывая скорости придавил Мишель коленями. Синтия встала на карачки и придавила Мишеля весом тела.

– Что ты разлегся? Сюда!

Глеб заелозил ногами, перекатился на живот и поспешил к ним.

Стекло шлема было действительно открыто, на сером лице грязь.

В шлюзовой камере стало тесно. Капитан и Синтия вывернули руки придурку и втащили в первый отсек, а Глеб остался снаружи и наблюдал в маленькое окошко.

Они отключили связь и о чем то спорили. Мишель не сопротивлялся, было непонятно как он вообще не умер, состав атмосферы считался непригодным для дыхания.

***

Француз лежал в мед-капсуле, его руки притянули специальными ремешками к скобам. Он был без сознания, но все таки жив несмотря ни на что.

Вместе с гуленой внутрь корабля, правильнее сказать – базы, попали местные микроорганизмы. Капитан включил цикл дезинфекции, но куда там.

Глеб играл в шахматы с компьютером и прямо чувствовал, как чуждые человеку с другой планеты микроорганизмы проникают внутрь легких, расползаются по телу, попадают в кровь, поражают органы.

Глеб вскочил.

– Мы все сдохнем! Зачем вы притащили этого дебила внутрь?

Капитан удивленно на него посмотрел, Игорь застыл на месте так и не закончив шаг. Синтия отложила журнал, поднялась с места и отвесила звонкую пощечину, затем, как ни в чем ни бывало уселась на место и продолжила чтение.

Капитан пожал плечами пряча улыбку. Игорь перешел в отсек оранжереи. Глеб получил шах и мат от компьютера на низком уровне сложности.

***

Посадка была жесткой, две трети корабля потеряло герметичность, а все из-за просчетов с гравитацией, она оказалась выше чем ожидалось. В итоге они потратили чертову уйму времени на ремонт и лишь потом развернули стационарную базу. На орбите ждал грузовик – их обратный билет на Землю. С далекой родины наконец то пришел ответ, они одобрили решение увеличить время миссии благо запасы позволяли. Основной объем миссии приходился на биологические исследования. И результаты впечатляли, получив дополнительный кислород, более плодородную почву, местные организмы и лишайники размножались с бешеной скоростью. Земные растения, как и ожидалось гибли в местной почве, но при определенном уходе давали всходы. Потихоньку росли гибриды, в пробирках кишела жизнь, время их миссии подходило к концу.

Работа не позволяла скиснуть, все было в порядке, лишь Мишель отжимался не так как всегда. А потом раззз, вышел наружу не заботясь закрыть стекло шлема. Сколько дышал он негодной смесью, отравляя себя изнутри, и более в его поведении ничто не говорило о нервном срыве, умопомешательстве.

Глеб не мог уснуть. Все эти мысли в его голове завершали четвертый круг, на пятом он сел в постели и уставился в чернильное окно иллюминатора. Там шел обычный дождь. Мерзкая, погода на мерзкой планете с отравленным воздухом, который так сильно нравиться местным жителям – склизким лишайникам.

В дверь тихонько постучали.

– Д-да? – удивленно спросил он.

Синтия, одетая в пижаму, быстро зашла и тихонько прикрыла дверь.

– Я устала, Глеб.

Она села на край постели и потерла виски.

– Я должна быть сильной, но я устала.

– М-мы все много работали, осталось немного…

Так неловко он себя давно не чувствовал, американка сидела не его постели и жаловалась, ко всему прочему у нее была специальная подготовка убивать людей, в этом не стоило сомневаться в космос отправляли неистовых профи. Скорее всего, если бы они втроем сошлись с ней в рукопашной, она бы победила.

Глеб невольно посмотрел на ее тонкие пальцы, перед взором предстала картина - вот с катушек съехал не Мишель а она и заходит к каждому в каюту, а выходя оставляет за дверью остывающий труп.

По щекам Синтии скатились слезинки. Глеб проклял себя за подобные мысли и осторожно приобнял девушку сейчас казавшуюся ему хрупкой и беззащитной.

– Мы сможем. Кто если не мы, правда? – прошептал он.

– Да. – она часто закивала и уткнувшись в его плечо разрыдалась.

Они лежали вместе, обнявшись. Она успокоилась, вместе с слезами вышла накопленная боль и страх, тянущаяся неизвестность.

Отчет о происшествии на Землю отправлен, если там запретят им вернуться, запретят ходить под солнцем и дышать свежим воздухом смело подставляя лицо ветру… Глеб не верил в иной исход, как минимум их продержат на сырой планете в карантине до последнего.

Синтия провела пальцем по его губам, он то думал, что она уже спит. Глеб почувствовал ее влажные губы на своей шее. Что-то далекое и забытое, что-то советское начало протестовать и биться в душе, старые пласты «врожденной» ненависти к США впитанной с молоком матери обрушились на него несуществующими догмами, невесомыми кандалами запретного рушились клятвы и годами возводимые барьеры.

Глеб страстно обнял женщину и поцеловал в губы. И никогда ему не было так хорошо.

***

– Солнце, – прошептала Синтия, поглаживая его плечо.

Глеб повернулся к маленькому окошку.

– Ничего себе. Первый раз такое вижу. – он сладко потянулся, щурясь от яркого лучика.

Неожиданно лучик погас и в окне вновь наступила набившая оскомину свинцовая серость. Они переглянулись.

Синтия догадалась первой, она вскочила и схватив пижаму выбежала из комнаты нагой.

– Общий сбор! – крикнула она.

Глеб поспешно натягивал комбинезон, а в голове билась, словно птица в клетке, единственная мысль: «свет от фонарика, свет от фонарика».

Когда он пришел в кают-компанию, Синтия была уже одетой, внутрь вошел заспанный Игорь.

– Капитан… – тихо сказала девушка, – он взял мой пистолет и вышел наружу.

– Что вообще происходит? – возмутился техник.

Игоря оставили за главного, они вдвоем, взявшись за руки шагали по чужой земле под чужим небом.

Капитан сидел на коленях на том самом месте, где нашли невменяемого Мишеля. В его руке был зажат пистолет с неестественной рукоятью, специально приспособленной под перчатку скафандра. Наверное человек не скоро сможет доверить собрату мирную миссию не беря в дорогу оружие для убийства себе подобных.

– Командир, перестань, брось пистолет ты чего творишь?

Неожиданно, Дмитрий Скорохватов, капитан первой межзвездной экспедиции открыл замок и поднял полусферу лицевого щитка скафандра подставляя лицо под едкую морось враждебной планеты.

– Сэр, прекратите! Возьмите себя в руки, сэр! – дрожащим голосом крикнула Синтия.

– Дима! Димка… Димка ты что, брат? Как же так, Дима! – Глеб пошел к командиру.

Синтия, было схватила его за руку, но он резким движением плеча сбросил ее ладонь.

Командир приставил пистолет к своему лицу. Глеб замер на месте боясь шевелиться, боясь лишним звуком спровоцировать.

– Сэр, вашей команде необходима ваша помощь! – крикнула Синтия. – Срочно возвращайтесь на базу.
Дима рассмеялся, Глеб ждал момента когда он хоть на долю секунды отведет оружие, чтобы в одном броске сбить его на землю.

– Воздух тут хороший… Почти как на родине. – он зашелся в кашле ни на секунду не убирая пистолет от лица. – Будьте счастливы. Синтия, Глеб, будьте достойными своего… Просто будьте достойными людьми.

Сверкнула молния рукотворного происхождения, неестественный для данных земель гром раскатами прокатился по долине, а в первобытную грязь начала времен маленькой планеты третьей от чужого солнца чужой системы упал человек. Человек с далекой планеты Земля.

***

– «Какая она милая, живая, хорошая». – Глеб провел по ее голой спине пальцами. Синтия улыбнулась во сне краешками губ.

– Ты очень… – прошептал он и задумался. – «Красивая, нежная, страстная» – Живая.

Перед лицом встала картинка холмика из камней, два алюминиевых профиля перетянутых накрест куском синтетической ткани неактивной к органике. Безымянный крест на безымянной планете под безымянным небом.

Как это все глупо. Что дает человечеству этот полет? Идею, что мы смогли? Ни о какой колонизации, добычи полезных ископаемых речи быть не может. На этот полет работало восемнадцать стран используя самые передовые разработки, совершенное оборудование и безумно дорогие ресурсы. Конечно, биологический фонд существенно пополнится, для биологии этот полет вызовет настоящий бум! Как только экспедиция вернется, ученые будут кипятком писать. Иные принципы фотосинтеза, строение по иным схемам, Глеб не имел достаточно знаний, чтобы достойно оценить эту кухню, но революция в микромире была обеспечена.

Мысли перескочили на смерть лидера. Поняв что не сможет уснуть еще долго, Глеб тихонько выскользнул из каюты и прошел в главный отсек. Мишель опутанный датчиками медблока, цеплялся за жизнь с которой так глупо и неэффективно пытался расстаться.

Глеб тихонько похлопал его по руке и прошел в узкую рубку, забрался в кресло капитана. Монитор мигал индикатором режима ожидания. Дисплей засветился в темноте. Глеб начал перебирать входящие сообщения Димы.

Это конечно скотство последней степени, единственное, что имеет статус абсолютной неприкосновенности это личная переписка, будь ты хоть трижды мертвым. Но он ничего не мог с собой поделать, что могло заставить такую сильную личность добровольно расстаться с жизнью? Так не бывает.

– Так не бывает! – вслух прошептал Глеб перебирая входящие письма капитана.

Ничего такого не было. Чувствуя себя предателем, последним подонком, Глеб оглянулся, не видит ли кто? Тихонько выбрался из кресла и с облегчением отметил, что кают-компания пуста, его подлый поступок остался не замеченным. В следующую секунду Глеб хлопнул себя по лбу.

– «Корзина! Ну конечно».
Он вернулся, забрался в кресло, оживил дисплей прикосновением и открыл вкладку «удаленные сообщения» – пусто.

Тогда он кликнул графу «история» и «восстановить», перешел в папку «входящие». Появился новый файлик. Палец замер в миллиметре от экрана одно движение и он узнает… что-то узнает, что-то такое…

Глеб сомневался.

– «Имею ли я право? Нет не так, – хочу ли я? Есть ли на свете что-то такое, что заставит меня взять долбаный пистолет и вышибить мозги? К примеру там написано, что мы все умрем, но нам это говорили каждый божий день, каждый инструктор произносил эту фразу перед завтраком, после обеда и во время ужина».

– «Скорее всего вы погибните, вам надо это четко понимать и осознавать. К этому невозможно подготовить, но вы должны свыкнуться с мыслью о собственной смерти… и бла-бла-бла».

– «Это не та причина, ну хорошо-хорошо, вот ты, что ты должен узнать, что бы пустить пулю в голову, ну или хотя бы пойти наслаждаться пейзажами с открытым шлемом?» – самого себя спросил Глеб и не смог найти ответа. Ничто в мире… во вселенной не способно заставить его сделать такой дебильный, по своей сути, поступок.

Палец сам нажал на файл.

12.05.089. В персидском заливе в результате торпедной атаки, из строя выбыл американский авианосец «Долг чести».

13.05.089 США нанесло ядерный удар по предполагаемому противнику.

14.05.089 Китай, Ливия, Корейская объединенная народная республика, вынесла ультиматум США и в 12:00 по гринвичу, произошел обмен ядерными ударами.

17:00 по гринвичу, уничтожена Москва, Санкт-Петербург, Крым, Мурманск.

19:00 Уничтожен г. Нью-Йорк.

21:00 Казнен президент США, распущен руководящий состав. Временное правительство объявило о полной капитуляции США на любых условиях.

23:55...

Текст расплылся перед глазами, Глеб попытался дочитать, но не мог сфокусироваться на строчках. Буквы плясали перед глазами, выделывали пируэты то растекаясь по всему дисплею, то собираясь в угловатый комочек по центру.

Глеба словно опустошили, вырезали все чувства и набили льдом словно чучело. Троекратные перегрузки, как будто их взлетный модуль стартовал, в надежде соединиться с грузовиком везущим их на родину выжженную силой беспощадной атомной реакции. Пальцы с силой вцепились в подлокотники, преодолевая мистификацию с непослушным телом отказывающимся читать далее, Глеб, собрав всю волю в кулак сосредоточился на последних строчках сообщения:

...Вся надежда на вас, скоро начнется ядерная зима и я не знаю что произойдет с Землей ближайшие пять лет, но я знаю одно, пока вы живы у нас есть шанс.

Искренне, коммандер атомной подводной лодки, Майкл Г. Уиллард.

***

Обеспокоенные лица Игоря и Синтии. Они что-то говорят, трясут ватное тело, но это лишь чучело набитое льдом.

Резкий запах нашатырного спирта, вернул его в реальность. Глеб вскочил хватая ртом воздух. Товарищи подхватили под руки и помогли выбраться из кресла, бережно усадили на стул стоящий в центре кают-компании.

– Ты меня слышишь? – крикнул прямо в ухо Игорь.

Глеб поморщился уклоняясь, закрывая уши.

– Я в норме, все.

– Что с тобой? Ты потерял сознание? – обеспокоенно спросила Синтия.

Глеб замотал головой.

– Мое тело… – пробормотал он, – Оно мертвое.

Игорь отвесил ему звонкую пощечину.

Синтия перехватила его руку.

– Постой, у него просто шок. Сделай ему сладкой воды и закутай в плед.

Женщина направилась к креслу командира.

– Стой! – прошептал Глеб поняв ее намерения, – Стой, не читай это, стой, пожалуйста.

***

Наступил вечер по корабельному времени, по Московскому.

Синтия положила планшет на стол и вздохнула.

– Еды хватит почти на год, если сократить пайку до четверти от стандартной, с водой дела хуже. – А оранжерея? Можно расширить площадь, выращивать больше. – предложил Игорь.

– Ради чего? – тихо спросил Глеб. – Все что выращено в местной почве - ядовито. Что мы будем делать через год?

– Улетим. – техник пожал плечами. – Обратная дорога займет около двух лет по Земному времени, большая часть поражающих веществ осядет на поверхность, получим данные с открытых спутников, если уцелели, выберем место для посадки.

Синтия, отрицательно покачала головой.

– Стоп. Ты сможешь посадить модуль, без точных координат, данных локации, погодных факторов и еще тысяч мелочей, включая расчет орбиты? Без центра управления полетами мы будем сажать модуль на авось.

– Есть стандартный маршрут со всеми расчетами, запасные, в конце концов.

– Вот! – Синтия воздела палец к потолку. – Именно! Если совершать посадку, то только по стандартному маршруту, а если на том месте воронка от взрыва? Мы должны попробовать… – женщина запнулась, – выжить тут.

Глеб возмущенно махнул рукой.

– Да ты что? Выжить на планете где все отравлено, где нет пригодного воздуха, воды, где нет ничего, что можно использовать в пищу не рискуя отбросить копыта?

– Глеб, не надо иронизировать, мы все должны обсудить, взвесить и принять решение, давай делать это ведя диалог.

– Вот тебе мой диалог: мы сдохнем тут, мы сдохнем там. Все! – Глеб, стремительно вышел из кают-компании.

Синтия хотела пойти за ним, но Игорь ее остановил.

– Пусть перебесится, оставь его. – техник привлек ее к себе и поцеловал. Синтия страстно ответила, погладила спину и улыбнулась.

– Ты мой сладкий, русский медвежонок.

– Пойдем. – Игорь увлек ее за собой.

***

Шаг. Второй. Глеб никогда так далеко не уходил от корабля ставшим их вместилищем на агрессивной планете, для которой человек был настолько же чужим, как и соседняя галактика.

Шаг, второй, камни шуршат под подошвой, маленькие осклизлые осколки. Оставалось поражаться, насколько живучая местная флора ей пришлось нелегко, Земные условия это рай для местных обитателей… был бы раем, когда-то давно, несколько световых лет назад.

Шаг, второй. Рука закованная в армированную перчатку открывает замок, отрывает обнажившееся кольцо клапана, стекло послушно ползет вверх и в легкие врывается едкий воздух. Он свежий, холодный, настоящий, не этот лишенный запахов суррогат богатый кислородом, а настоящий чужой воздух чужой планеты, дающий возможность жить местным и безапелляционно убивающим все чужеродное.

Глеб вздохнул глубже, его на миг скрутил огонь в легких, он упал на колено, помогая рукой поднялся.

Выдох, шаг.

– Эге-гееей, эхе-хееей. Ааа… Живите! – крикнул он воздев руки к небу. – Живите, черт вас задери! Ха-хаа. Живите!

Он очнулся лежа ничком на сырых камнях. Приоткрыл глаза, тело стонало и содрогалась от боли, но ему было все равно он хотел последний раз увидеть небо, послать мысленный привет тем крохам, что остались погибать на родине человечества шагнувшего так далеко, что не смогло устоять на ногах от своей дерзости от того что слишком поспешно бросило вызов самой сути бытия ковыряясь в атомах и в один момент, заигравшись, потеряло свой облик и превратилось в тлен.

Он так и умер не увидев напоследок небо.

***

– Как ты это все провернула? Этому учат в военных спецшколах ЦРУ? – Игорь отпил из бокала малиновый сок и тихонько звякнул о край бокала Синтии.

Она сделала маленький глоток.

– При чем тут ЦРУ, я просто прошла спец подготовкуNASA.

– Серьезно? В NASA учат сводить членов экипажа с ума заканчивая жизнь суицидом?

– Господи, нет конечно! Что за глупости. Я «центр» миссии, понимаешь? Капитан не имеет права выкинуть лишних за борт, к примеру, если на всех воздуха не хватит, ну или еще чего, а я могу, даже более того, я это гарантированно сделаю.

– Ну ты и дерьмо.

– Медвежонок, ты что такое говоришь? Я гарант миссии. Она будет выполнена ни смотря ни на что! Ты понимаешь что произойдет, если бы все остались целы и еда закончилась через месяц? – Несколько трупов и проваленная миссия, а на том краю вселенной нас ждут, мы не туристы и мы знали на что идем. Цель должна быть выполнена и она будет выполнена! Мы доставим все образцы и результаты на Землю, это единственное, что тебя должно беспокоить как человека давшего присягу. Или как то иначе?

– Хорошо, – Игорь кивнул, – ты права, вот только зачем доводить людей до ручки? Вышла с ними наружу, пустила по пуле в затылок и все. Зачем ТАКОЕ с ними делать, сука! Мразь!

Синтия горько усмехнулась и тонким пальчиком постучала себя по виску.

– «Солдат», – это не просто название, это специализация. Только представь, что натворит слетевший с катушек вооруженный человек на борту. Представил? Так вот, в голову ставится имплант, я не знаю всех подробностей, это все секретное, передовые разработки и так далее, но суть в том, что я не могу выстрелить первой. Я не просто не могу я не способна нажать курок. Это выше моих сил, что-то там в голове не дает мне причинить вред, если действия или поступки члена экипажа не угрожают срыву миссии. Ты думаешь я не пыталась? Я боролась до последнего, когда я была на поверхности с капитаном я хотела спустить курок трижды, и никак. Это выше моих сил, просто маленький ограничитель. Немножко науки или же чистой магии.

– То есть, однажды, ты не подсыплешь мне яда в суп?

– Бинго! А ты смышленый мальчик.

Игорь расплылся в улыбке. Синтия тоже улыбнулась сбрасывая сковавшее ее напряжение, сделала глоток сока.

– Так когда зарядится блок аккумуляторов?

Игорь пожал плечами.

– Тебе то что?

– В смысле? Я читала твои последние отчеты, про повреждения при посадке, не зарядим блок, не сможем взлететь на орбиту, а в виду повреждений водородной батареи на зарядку уйдет почти год.

– Тебе все равно.

– Хватит говорить загадками, не пугай меня медвежонок.

– Тебе понравился сок? – Игорь презрительно улыбался, огромная ненависть сквозила в этой улыбке, если бы на свете существовал прибор измеряющий презрение, в этот момент стрелка уткнулась бы в ограничитель.

Синтия удивленно посмотрела на свой бокал, поставила его на стол и от куда-то из под стула извлекла пистолет с неуместной рукоятью для использования в обычных условиях. По ее телу пробежала судорога. Солдат направила пистолет в лицо техника.

– Я тут ни при чем! Синтия, что с тобой крошка? – Игорь смеялся ей в лицо. Смеялся, пока она корчилась от болей пытаясь нажать на курок, наблюдая как сила неведомая простым смертным, супер-технология, а может быть даже чистой воды магия не позволяла ей нажать спусковую скобу, ведь этот член экипажа ничем не угрожал в данный момент миссии даже наоборот, ввиду нехватки припасов на всех членов команды, он увеличивал шансы на успех вдвое.

-2
239
Хороший рассказ- хроника межпланетарной интернациональной миссии, где схлестнулись человеческие отношения, угроза срыва экспедиции и устав. Часть с действиями и интригами удалась хорошо. Не хватило космоса в рассказе и чужой планеты.
В целом- норм
Из вашего рассказа тоже состряпан БС-пирожок.
Не обожгитесь:

смотрел я как то фильм похожий
брюс вилис аффлек тайлер лиф
и русский пьяный нёс коллегу
и громко так кричал димооооон
02:33
Нармалный росказ! Чо вы все на ниго набгосились та…
Загрузка...
Arbiter Gaius №1