Нидейла Нэльте №1

Мальчик который любил Барбариски

Мальчик который любил Барбариски
Работа №197. Дисквалификация в связи с отсутствием голосования

На провинциальном перроне было не многолюдно, если не считать нескольких дачников и дворняги, которая сидела у привокзальных дверей и глазами, в которых была скорбь всех бездомных псин, смотрела на присутствующих, в надежде хоть чем -нибудь полакомиться. Двери вокзала открылись и вышла молодая семья. Мама и Папа провожали своего сына, десятилетнего Толика в деревню на летние каникулы к бабушке с дедушкой.

-И даже не думай выпрашивать эту гадость у бабушки с дедушкой…Я с ними поговорила. Ты меня, понял?

-Да, мама.

-Обещай, что не будешь?

Толик тяжело вздохнул, он знал, что обещание нужно держать.

-Толя, дай мне слово.- не унималась мама.

-Хорошо.

-Что- хорошо?

-Обещаю.

Мама наклонилась и поцеловала сына в щеку, но он тут же вытер поцелуй ладонью, тем самым, показывая, что уже не маленький. Отец, глядя на это ,одобрительно подмигнул ему и ,протянув руку, обменялись на прощание рукопожатиями.

В этот момент громкоговоритель еле разборчиво пробормотал о прибытии электрички на первую платформу и утомленные июньским солнцем дачники, не спешно стали подниматься со скамеек.

Усевшись у окна, Толик махал родителям рукой, пока они окончательно не скрылись из виду. Затем ,встал ногами на сиденье и открыв окно, высунул голову наружу. Ветер, сильным потоком обдувал его лицо, Толик жмурился и улыбался. Его пепельного цвета волосы, хаотично развивались, электричка шла полным ходом и стало неприятно закладывать уши. Толик решил сесть на место, и начал оглядывать попутчиков.

У противоположного окна сидел крупных размеров мужчина, лет пятидесяти. На нем был зеленый дождевик с капюшоном, застегнутый на все пуговицы и красные резиновые сапоги. Рядом с ним, на полу стояла плетенная корзина, накрытая пожелтевшей марлей, и Толик подумал, что дяденька ,скорее всего, – грибник или ягодник. Мужчина смотрел на компанию туристов, сидящих в конце вагона и улыбался, а, может быть, и щурился от солнца, которое яркими лучами заливало электричку с его стороны. Два парня и две девицы делали селфи и ,строя друг другу рожи, громко хохотали. Мужчина, не отрывая взгляда от молодежи, полез в карман и, когда достал руку, сердце Толика ритмично заколотилось, как у спринтера перед стартом. В руках незнакомца была конфетка. Он не спеша начал разворачивать ее, и вдруг почувствовал, что за ним пристально наблюдают. Незнакомец перевел взгляд на Толика, который тут же отвернулся и ,пытаясь сосредоточиться, начал считать столбы электропередач, стремительно проносившиеся за окном.

-Три, четыре, пять, шесть…

Краем глаза он заметил, что мужчина подходит к нему и протягивает ладонь.

-Угощайтесь, молодой человек, –вежливо обратился он к мальчику.

-Нет, спасибо. – не оборачиваясь, ответил Толик.

-Позволите присесть?- деликатно поинтересовался он у мальчика.

Но Толик, сбившись со счета, ничего не ответил.

Мужчина ,не дожидаясь ответа, присел напротив него и улыбнулся.

-Понимаю…у незнакомцев брать ничего не следует. Меня зовут Юрий Алексеевич. А вас?

Так как Толик был воспитанным мальчиком, он все же решил представиться.

-Толик - пробормотал он, глядя в окно.

-Ну вот, мы и познакомились, Толя, – и вновь протянул к нему ладонь.

Толик, в надежде увидеть любую другую конфету или леденец, решил рискнуть и осторожно посмотрел. На его лбу тут же выступила испарина и он сглотнул. Это была «Барбариска»! Он машинально потянулся корпусом к леденцу, но, вспомнив про обещание родителям, резко отклонился и, не зная куда деть руки, засунул их в карманы.

-Мне нельзя, дяденька, простите…

Глаза Толика наполнились влагой и он, заскулив, вдруг заревел. Юрий Алексеевич ,явно растерявшись ,и боясь привлечь к себе ненужное внимание, огляделся по сторонам.

-Ну, полно-полно…--поспешил успокоить он ребенка и быстро убрал леденец в карман- Если нельзя…не буду вас искушать, молодой человек.

-Спасибо, вам…- шмыгая носом, ответил Толик, и облегчено выдохнув с благодарностью ,посмотрел на Виктора Сергеевича.

-Билетики! – раздался голос проводника, зашедшего в вагон.

Толик хотел что-то сказать Юрию Алексеевичу, но тот быстро встал и пересел на свое место. Компания ,шутя с кондуктором, вновь засмеялась и, Толику стало нестерпимо одиноко и обидно. Ему казалось, что смеются над ним и, отвернувшись к окну, он чуть было вновь не заревел. Но ,вспомнив, что мальчики не плачут, он собрал всю свою волю в кулачки и вытер ими последние слезы.

Проверив у пассажиров билеты, кондуктор удалился, и Юрий Алексеевич ,продолжая наблюдать за молодой компанией, краем глаза увидел, что мальчик встает и подходит к нему. Надеясь оттолкнуть своим видом ребенка, он слегка нахмурился и нагнал вид мрачного типа, но Толик уже присел напротив него и, глядя на карман, в котором была «Барбариска» и, возможно, не одна, решил завязать разговор со своим новым недавним знакомым.

-Куда едете, Юрий Алексеевич?

Но ответа не последовало. Юрий Алексеевич делал вид, что не замечает и не слышит мальчика.

-Куда едете, спрашиваю!?-более громко спросил его Толя, словно обращаясь к слабо-слышащему.

Юрий Алексеевич наиграно, словно вдруг увидел мальчика, приподнял брови от удивления, и для пущей правдоподобности огляделся по сторонам.

-Это, вы, меня?

-Ну, да..- удивленно ответил Толик.

Юрий Алексеевич откашлялся.

-По грибы.

-Я так и подумал. По грибы -это хорошо. Так не сезон ведь вроде?

-Сезон, сезон,не глядя на Толю, отрезал он, пытаясь тем самым дать понять молодому человеку, что не намерен вступать в диалог.

Но попытка была не убедительной и Толя, почесав затылок, продолжал сидеть напротив соседа и буровил взглядом его карман.

-Вы тоже любите Барбариски?

-«Люблю» - про себя ответил он мальчику.

-Конечно, любите, я же знаю. Кто их не любит. –тяжело вздохнул Толик -Честно говоря,- продолжил он - Они разрушают мою жизнь. Понимаете?

-Нет , не выдержав, ответил мужчина и уже через секунду пожалел об этом.

-Я вам объясню, Юрий Алексеевич, может вы мне дадите совет…

И Толик начал рассказ о своей нелегкой жизни. О том, что родители его не понимают, что они устали от него и отправили к дедушке с бабушкой в деревню Чепец, что бабушка с дедушкой уже предупреждены о его недуге. И всеми силами будут так же бороться с его пагубной зависимостью, поэтому летние каникулы, которые он так любит, уже не будут такими прекрасными, как в прошлом, и это лето обещает для него быть по- настоящему ужасным…

Мужчина, кивая, делал вид, что слушает. И Толику казалось, что он наконец- то нашел понимающего собеседника, который не будет смеяться над ним, язвить, упрекать в слабости и говорить «Нельзя»!. Толик в лице этого попутчика нашел родственную душу, возможно, единомышленника, а в недалёком будущем ,кто его знает, может быть, и лучшего друга, которого так же в детстве не понимали взрослые и запрещали есть леденцы «Барбариски».

Толик говорил, говорил, и Юрий Алексеевич, не желающий слышать трескотню ребенка уже краем уха и впрямь слушал его. Он узнал о том, что мальчик в последнее время страдает от зависимости к этим леденцам, что эти сладости пагубно на него влияют. Что он неудержимо смеется после их употребления, а потом также неудержимо сытся от них. Но самое неприятное и ужасное, что чем больше он ест эти леденцы, тем больше теряет над собой контроль и, зверея на глазах , может укусить какую- то Таню из третьего «В».

Голова Юрия Алексеевича стала раскалываться от словесного потока ребенка. Диагноз- «Ёбнутый» он поставил ему окончательный и бесповоротный. А Толя, как бы между делом, продолжая изливать душу ,как самый конченый грешник на исповеди у батюшку, пересел уже поближе, поближе к правому карману Юрия Алексеевича.

В точности мужчина не разобрал, что за проблема у ребенка, не углубился, так сказать в суть. Больше всего на свете он ждал станции, на которой можно будет сойти с жизнерадостными, здоровыми молодыми людьми, которые продолжали веселиться в вагоне. И вселенная, в конце концов, услышала его. Молодые люди, взяв рюкзаки, пошли в тамбур в тот самый момент, когда электричка стала сбавлять ход. Толик говорил и говорил и взглядом буровя карман, уже тянул к нему руку, как вдруг, карман встал и быстро направился к тамбуру.

Толик бросился к противоположному окну, когда Юрий Алексеевич вышел из вагона и стал интенсивно махать рукой своему другу. Но тот, не обращал на него внимание, а электричка, тем временем, тронулась. «Так и не попрощались по- человечески», - растерянно подумал он. Но тут же, вскочил ногами на сиденье, открыл окно и, высунув голову, закричал из-за всех сил.

-До свидание, Юрий Алексеевич!!!!

Юрий Алексеевич даже вздрогнул от неожиданности и, повернувшись к уезжающему Толе, на -отьебись- махнул ему рукой. «Какой хороший дяденька, еще и рукой помахал» - подумал Толик и расплылся в улыбке.

Встреча с этим приятным, дружелюбным человеком явно приободрила его. Толик был горд собой. Он смог сдержаться и не стал выпрашивать конфету и, тем более, не залез к дяденьке в карман. Он задрал подборок кверху и от счастья хлопнул в ладоши. Лето обещало быть все же отличным.

По приезду в деревню, бабушка с дедушкой почивали Толика его любимыми пирогами с яблоками и смяв около пяти румяненьких пирожочков и запив их свежим молоком с пенкой, Толика потянуло в сон. Засыпая, он чувствовал себя самым счастливым человеком и строил планы на лето, в которые входила рыбалка с его деревенскими друзьями -Юркой и Русланом, купание в речке и футбол до поздней ночи. Небо ближе к закату становилось кроваво- красным и следующий день сулил быть жарким.

Толик открыл глаза утром и, потягиваясь, прошлепал на кухню. Выпив стакан кваса и намазав на хлеб масло, он обильно посыпал его сахаром и вышел в вразвалочку из дома. Курицы бродили во дворе, Шарик хрюкал в свинарнике, а бабушка, тем временем, трудолюбиво работала в огороде. Поинтересовавшись, чем он может пригодиться, бабушка сказала, чтобы он набрал из колодца воды для полива и, схватив ведра, любимый внук принялся за дело. Справившись на отлично с бабушкиным заданием и получив свежий огурец в благодарность, Толик решил проведать деда, который, сидя за столом, резался в карты со своими деревенским друзьями в тени столетнего дуба.

Перекинувшись приветствиями и получив положительные отзывы о том, что Толик уже большой и скоро сможет любую тетю куда- то уложить, он, не понимая о чем говорят мужики, деловито кивал, от чего явно веселил всю честную компанию. Усевшись за стол и наблюдая за игрой, Толик краем уха стал улавливать ход беседы. Мужики говорили про события вчерашней ночи. О том что в соседней деревне не далеко от станции нашли каких- то трех жмуров, четвертый же перед тем как отдать богу душу, словно вбреду, постоянно говорил про какие то красные резиновые сапоги и корзину для грибов…

-Как у Юрия Алексеевича – подержал ход беседы Толик.

-Какого еще Юрия Алексеевича? – спросил дед, усмехнувшись в усы.

И Толик, хрумкая огурец, стал рассказывать про своего нового друга, с которым он познакомился в электричке. Дед и мужики поначалу улыбались, шутили, но ближе к концу рассказа, присутствующие, позабыв, какая масть главная и ,отложив карты, то и дело переглядывались между собой.

Уже через час, ближе к обеду, Толика доставили в поселковое отделение полиции к следователю Кириллу Иванову и деликатно попросили рассказать все тоже самое, что он рассказывал дедушке и его друзьям.

Поблагодарив Толика и дедушку за оказанную помощь следствию, следователь Иванов попросили задержаться на час, максимум на два, и позвонив бабушке и получив разрешение, они остались. Но ждать, как оказалось, им пришлось недолго. Уже через сорок минут следователь вернувшись в кабинет, учтиво обратился к Толе с просьбой. Он сказал, что Толя сейчас увидит четырех дяденек и должен будет вспомнить кто из них - Юрий Алексеевич.

Когда Толя в сопровождении следователя вошел в специальную комнату, где у обшарпанной стены стояло четыре человека, один из них моментально побелел на глазах. Толик от радости, вновь увидев своего друга, хлопнул в ладоши и развел руки.

-Здравствуйте, Юрий Алексеевич, как же я рад что мы снова встретились!

Ноги Юрия Алексеевича в этот момент стали ватными, он осел на скамейку и не веря в происходящее, отрицательно замотал головой, обхватив ее руками.

-Много грибов собрали?-искренне поинтересовался Толик.

-До-хуя, – пробормотал себе под нос Юрий Алексеевич.

Толик хотел было продолжить беседу, но дяденька- следователь вдруг вывел его из комнаты и закрыл перед ним дверь.

Обратно дедушка с внуком ехали в полицейской машине. Толик сидел на заднем сидении и в уме складывал пазлы произошедших событий. Он понимал, что Юрий Алексеевич в чем- то провинился, но его мучили угрызения совести. Ему казалось, что он предал своего друга, и теперь по его вине, Юрия Алексеевича будут наказывать дяди- полицейские.

-А за что…то есть почему…что плохого сделал Юрий Алексеевич? - спросил он следователя Кирилла Иванова.

Следователь и дедушка переглянулись.

- Много плохого…-ответил дед и погрузился в свои думы.

На самом деле, Юрий Алексеевич был серийным маньяком по кличке «Грибник» и уже уже в течении пяти лет находился во всероссийском розыске, убив, по приблизительным данным, около 25 человек. Все попытки выйти на след маньяка и проведенные спец операции лучших оперов и следователей ни к чему не приводили, вплоть до этого рокового дня для маньяка. Об этом, конечно, Толик ничего не знал, да и не стоило ему этого знать в столь юном возрасте. Дедушка, понимая на сколько Толик был близок от смерти, перекрестился три раза, затем попросил остановить машину и выйдя из авто, проблевался на нервной почве.

-Укачало, что ли? – обеспокоено поинтересовался Толик у следователя.

Но тот нечего не ответил. Когда же дед и внук были доставлены до дома, он, обмениваясь рукопожатиями с ними, обратился к ребенку.

-Толя, сегодня ты сделал большое дело! Ты помог следственным органам поймать опасного преступника. Очень опасного.

- Очень опасного?

- Очень. И ты ,Толя большой молодец. Береги себя, бабушку и дедушку, слушайся родителей, в школе учись хорошо…. Что тебе еще пожелать, даже и не знаю…? Будь хорошим человеком!

Терзавшее чувство вины по отношению к Юрию Алексеевичу постепенно исчезало, так же, как и полицейская машина, которую он провожал взглядом, и когда машина окончательно скрылась из вида, Толик, почесав затылок, задумался «Надо же… Такой хороший с виду дядя. А оказался очень опасным преступником. Жаль. А ведь могли бы стать друзьями» -и открыв калитку, он в припрыжку побежал домой.

Весь вечер бабушка не выпускала Толика из объятий, приговаривая «Слава богу, Слава богу». Толик, извиваясь ужом, то и дело пытался высвободиться, но тогда бабушка принималась щекотать неугомонного, от чего он сползал на пол от смеха и она поднимая его с полу, вновь заключала в свои объятия. Но после ужина, настроение внуку испортил дед. Деревенские звали Толика играть в футбол, но дед, посчитавший, что событий дня у ребенка было более чем предостаточно, не разрешил ему гонять мяч. И только обещание, что он возьмет его на охоту на рябчиков вернули все же Толе бодрость духа.

Уже ближе ко сну, Толик изъявил желание спать на сеновале, чем очень обрадовал деда и бабку, уверенных, что самый лучший и здоровый сон может быть только в стоге свежей соломы. Проводив внука в сарайи пожелав спокойных снов, старики вернулись в дом, а Толя повертевшись с боку на бок с минуту другую погрузился в сон и вскоре пожалел об этом.

Во сне он видел «Барбариски». Юрий Алексеевич, как и прежде заманчиво протягивал их ему, но Толя мужественно отворачивался и говорил свое твердое «Нет!» «Барбарискам» это явно не нравилось и когда Юрий Алексеевич скомандовал «Абра корамба!» они вдруг стали увеличиваться в размерах и их обертки превратились в крылья. Подбрасывая их вверх заклинатель леденцов зло смеялся и огромные леденцы взмывая в черное небо, начинали кружиться над перепуганным Толей. «Помогите!!»- кричал он знакомому следователю Иванову, оказавшемуся рядом. И тот ,оперативно среагировав, спрятавшись за спину мальчика, открыл огонь по летающим тварям. «Мазила!», «Мазила!»- хихикали над следователем леденцы. «Убью!» «Убью!» - кричал следователь. Но израсходовав всю обойму и не попав ни по одной цели, он с досады бросил пистолет на землю . «Что будем делать дальше, напарник?» - крайне обеспокоено спросил его Толя. И следователь, глядя испугано на Юрия Алексеевича и вакханалию, которая здесь творится, прошептал: «Я на футбол, Толик» - «Можно мне с вами.., пожалуйста» -взмолился Толя и упал на колени - Но следователь Иванов, уже бросившись наутек со всех, ног прокричал - «Тебе Дедушка не разрешил!!!». Запрыгнув в багажник своей полицейской машины, следователь захлопнул капот и барбариски принялись атаковать ребенка, желая залететь ему в рот. Толик кричал «Отстаньте! Прекратите!» - уворачивался от них и пытался закрыть рот, но к своему ужасу рот почему- то не закрывался. Лежа на сене, Толя напоминал умалишённого, которого забыл связать на ночь медперсонал. Его рот был широко открыт и он интенсивно перебирал ногами, пытаясь бежать, и ворошил при этом солому. А тем временем, ужасные леденцы продолжали атаковать ребенка и один из них, пытаясь залететь Толе в рот, промахнулся и врезался ему прямо в глаз. Толя заскулил от воображаемой боли и резко открыв глаза, в конце концов проснулся от кошмара.

-Уф…ну и приснится же- подумал он, вытирая сеном испарину со лба.

Кругом была гробовая тишина. Закрыв свой рот, который после пробуждения все еще был открыт, Толик стал слезать с сеновала, чтобы испить воды. Выйдя во двор, он направился к колодцу, как вдруг в доме зазвонил телефон. Обернувшись, Толя увидел, что дверь в дом настежь открыта и не придав этому особого значения ,поспешил ответить на звонок, чтобы тот не потревожил сон бабушки с дедушкой в столь поздний час. Пройдя через темные сени на кухню, он сел на табуретку и снял трубку.

-Алло?

Но вместо ответа раздавался скрежет и неразборчивая речь. Дело было в том, что телефоном уже давно не пользовались, так как бабушка предпочитала мобильный, а дед категорически отказывался от нового средства связи, прочитав давным-давно в газете, что мобильники могут вызвать рак головного мозга.

-Алло?-вновь спросил Толя.

Голос на том конце периодически обрывался, но упорно пытался пробиться сквозь шипящие помехи.

-Толя…Закрой дверь…сбежал…Ш-ш-ш-ш…-говорил следователь Иванов.

-Что? Вас плохо слышно…

-Сбежал…Ш-ш-ш-ш….Наряд едет…Ш-ш-ш-ш….Скажи бабушке и дедушке…

-Что сказать?

-Сбежал…ш-ш-ш-ш

-Куда, кто? – не понимал ничего Толик.

Но вместо ответа раздались гудки. Толик, пожав плечами повесил трубку, и вдруг, в лучах лунного света проникающих через окно в дом, на полу, увидел барбариску. Не веря своим глазам, Толя протер их, но барбариска не исчезла.

Сердце Толи учащённо забилось. Он слез со стула и увидел еще два леденца. Они, словно, вели, манили его за перегородку в другую комнату разделенную занавеской….Толик сглотнул, на мгновение в своём воображении перед ним предстала картина, в которой гостиная в доме с верху донизу была набита сладостью. Вески Толика стали пульсировать, ладошки рук вспотели, и он не мог себя больше сдерживать. Неведомый инстинкт уже не просто подталкивал, он толкал его грубо в спину и, не отдавая отчета, и не понимая, как все произошло, первый леденец вместе с оберткой уже был им проглочен. Мелкая дрожь пробежала по его телу и задрав голову к потолку, он от счастья во все горло жутко залился в смехе. Обертку второго леденца он пытался все же развернуть, но руки тряслись от перевозбуждения. Продолжая бесконтрольно смеяться, он подбросил леденец над собой и тот, падая, исчез в широко открытой пасти. Лязгнув зубами, Толя на четвереньках стал приближаться к третьей конфетке, и съев ее прямо с пола, тут же обоссался. Но это его не волновало. Перед ним была занавеска, и Толя впился в нее глазами, которые постепенно начинали наливаться кроваво- красным оттенком. Там, там…его ждали очередные сладости.

А в этот момент, дед с подбитым глазом и бабка в полуобморочном состоянии, сидели на полу с кляпами во рту и накрепко связанные веревками ,они видели на занавеске отчетливый силуэт какого -то незнакомца. И без того перепуганные визитом Юрия Алексеевича, тот другой почему -то пугал их гораздо больше ночного гостя. Напарник «Грибника», испуганно подумал дед. Он нервно заерзал с бабкой на месте и принялся кричать издавая нечленораздельные звуки. Но как только Юрий Алексеевич направил на них нож и лезвие блеснуло, старые тут же смолкли и весь дом погрузился в тишину.

Занавеска слегка колыхнулась, а затем маленькая детская ручка слегка отодвинула ее в сторону и дед с бабкой к своему удивлению увидели Толика. Бабушка и дедушка мычали из-за всех сил, пытаясь кричать «Спасайся!», но Толя не слышал и не видел сейчас никого кроме кармана Юрия Алексеевича. Он пожирал его взглядом и в уме быстро перебирал цифры, пытаясь угадать количество леденцов припрятанных от него. Маньяк ухмыльнулся глядя на Толю и в своих темных мечтах тут же представил как вспарывает этого гадкого мальчишку, который чуть было не сгубил его прекрасную жизнь. В следующую секунду Юрий Алексеевич выставив вперед нож побежал на Толю, но мальчик вдруг резко прыгнул с места на метра три в сторону и оказался уже на шкафу. Юрий Алексеевич на мгновение опешил. Схватив стул, он полез на шкаф за ребенком,но, продолжая заливаться от смеха, уже над нелепым Юрием Алексеевичем, Толик ловко перепрыгнул через него и со спины пошел в атаку. Набросившись на карман, он повалил его на пол и запустил руку к леденцам. Маньяк наотмашь махнул резко ножом, но Толя успел отклониться корпусом и лезвие ножа прошло в миллиметре от его шеи. «Чуть не порезался…» - отметил Толя и быстро отпрыгнул на безопасное расстояние. Юрий Алексеевич тяжело дыша, привстал, и в гневе, оглядываясь и матеря на чем свет стоит ребенка, увидел его уже сидящим на столе. Толик, облизываясь, смотрел в его сторону, слегка раскачивался корпусом и готовился к очередному нападению. Маньяк, перебрасывая из рук в руки нож, сделал ложный выпад и Толик, явно, поймав кураж прыгнул на этот раз на люстру. Но не рассчитав своего веса, он со всей силой, вырывая ее под корень, ебнулся вместе с ней на Виктора Сергеевича. Завывая от боли, маньяк рухнул на пол и, встретившись с перепуганными взглядами стариков, он в панике вылупился на них, словно спрашивая: «Да что здесь, блядь, такое происходит ?!!!». И дед, издав мычание, заорал ему - «Беги!!!». Сохраняя еще остатки хладнокровия, свойственные самым опасным маньякам, каковым Юрий Алексеевич и являлся, он решил, что в данной ситуации возможно лучше обороняться. И когда Толик уже чуть было не на прыгнул на него, Юрий Алексеевич, перекатившись на спину, со всей мочи долбанул ребенка ногой. Удар пришёлся Толе в грудь и, отлетев, он врезался в сервант, разбивая бабушкин сервиз и прочую посуду.

Жадина!!!Не отдаёт!!!!-заорал в душе Толе.

Вскочив на ноги, он зарычал на Юрия Алексеевича и стал более осторожно приближаться к обидчику. Отступая, Юрий Алексеевич принялся гораздо интенсивнее махать ножом перед ребенком. Но одержимый Барбарисками, упорно подкрадывался к своей цели и, хихикая, щурил глаза. Оказавшись загнанным в угол, Юрий Алексеевич, в конце концов, потеряв самообладание, побежал в сторону кухни, но Толя, схватив его за подол плаща, рванул на себя. И в этот момент, теряя равновесие и заплетаясь в ногах, Юрий Алексеевич вдруг вспомнил знакомство с Толей в электричке. Как и прежде, он сидел напротив ребенка, и вслушиваясь в его трескотню выхватывал отдельные фразы «Смеюсь и писяюсь…», «Контроль теряю и зверею»,« И Таню из третьего «В» могу покусать»

-«Да за что?! Почему?! Сумасшедший ты, ебанат!!!»- заорал Юрий Алексеевич.

И губы мальчика издали «Ба-а-а…»

Недослушав, и возвращаясь в реальность, падая и ударяясь виском об угол стола, Юрий Алексеевич, в конце концов, все вспомнил.

В последние секунды своей жизни маньяк смотрел на Толика, который, словно, потроша его, копошился в карманах плаща в надежде отыскать леденцы. И он нашел их. Три замусоленные Барбариски были в руке счастливого Толика. Глядя на них, он сел на грудь Юрия Алексеевича и пуская слюни начал жадно разворачивать обертки. Но вдруг остановился. Толика ужаснула мысль, что он так же как и Юрий Алексеевич любит эти леденцы, и эта общее пристрастие объединяет его с этим очень опасным преступником, на которого Толя совсем не хочет быть похожим. Ему стало крайне неловко, неудобно за свое поведение, особенно перед бабушкой и дедушкой, которые, не зная чего ждать от внука дальше, затаив дыхание, смотрели на него с расширенными от ужаса глазами.

«Перепугались, видимо, здорово» -подумал Толик.

Улыбка с его лица пропала и вытерев слюни, он печально посмотрел на своего старого знакомого.

-Ну, Да-а-вай, жри их….---прохрипел Юрий Алексеевич.

Но Толик отрицательно помотал головой. Навсегда прощаясь со своей зависимостью он привстал с умирающего, и слегка склонившись, аккуратно положил ему на грудь леденцы.

-Простите меня, Юрий Алексеевич, я больше не хочу.

-С-с-с-су-ка-а-а….

Красная пена пошла изо рта Юрия Алексеевича и в его глазах на всегда застыл образ мальчика, который любил с Барбариски. 

-2
264
17:46
Текст вышел перегруженным. Встречается по 3-4 деепричастия на предложение.
Использования мата, обесценивают текст.
Модель разговора мальчика, не соответствует 9-и летнему возрасту. Обращения не свойственные ребенку. «Они разрушают мою жизнь» и другое. Почему родители, отправили ребенка одного на поезде, как проводники такое вообще допустили?
Много ляпов.
Возникает вопрос, о соответствии рассказа условиям конкурса. Его даже с натяжкой, сложно отнести к комедийному магическому реализму. с
Так что рассказ на: 3-
Ахаха. Мне рассказ зашёл.
Хоть и фантастического здесь мало (разве что странная реакция мальчика на барбариски), хоть и есть мат и неприятные слова, но по мне так они использованы очень к месту.
Много ошибок и с репликами мальчика явная беда.
Видимо из-за непохожести на остальные рассказы группы, мне понравилось.
Но за отсутствие фантастики оценивать высоко не буду.
Спасибо
Бс-пирожок! Налетай — не скупись, разбирай — за#бись:

толян был ё#@утый подросток
почти советского ума
карбид гудрон и барбариски
за это можно и убить
Загрузка...
Илона Левина №2