Ирис Ленская №1

Чародеи большого города: стажировка в журнале Потусторонний стиль

Чародеи большого города: стажировка в журнале Потусторонний стиль
Работа №62

Как обычно, я пришла в офис третьей. За стеклянной стеной, отделявшей бухгалтера и подряд дизайнеров, уже сидели две женщины, плотно уставившись в монитор. Одна была одета в длинную серую мохнатую шаль, а на ее картофельном носу примостились красные очки-половинки. Клавиатурка была обложена блокнотами, в которых несметное количество синих циферок прытко перебегали из клетки в клетку. Вторая женщина, а скорее, девочка, была одета в короткую черную юбчонку и темно-зеленый свитшот с изображением трех подмигивающих бородачей. Худые ноги, обтянутые плотными черными чулками, высовываясь из-под стола были похожи на паучьи лапки.

Когда я перешла через мерцающую стеклянную дверь, они переглянулись между собой. Настроение было типично-понедельничье: я наградила обеих бодрым кивком и, бросив сумку на стол, двинулась в сторону кофейного автомата. Через тридцать минут начнется оперативка с начальницей, поэтому действовать надо быстро. Наполнив белую фарфоровую кружку вишневым фраппучино, я постаралась как можно аккуратнее усесться за крошечный рабочий стол, выполненный из золотистого дерева. После трех нажатий на кнопку «Ф» мой магический «Ундервуд» включился и нетерпеливо стал ждать прикосновений подушечек пальцев. Вообще, сотрудникам разрешалось пользоваться планшетами, но у стажеров все-таки частенько что-то шло не так и техника загоралась от неправильного взаимодействия магии и электричества. Только «Ундервуды» могли выдержать это нелегкое испытание. Включая машинку, я еще раз окинула взглядом редакцию.

Длинный белый стол, прозрачные стулья на почти невесомых нитях, тянущихся от полотка. Вечноцветущий желтый чертополох расположился в тонкой вазе посередине. Рядом с вазой прямо в поверхность стола был впаян гигантский хрустальный шар, внутри которого начальницей каждую неделю колдовался план для всех сотрудников журнала. Недалеко от шара примостился белоснежный стол самой Стеллы, а над ним – исполинского размера, написанный маслом портрет древнегреческой богини Фемиды. На мой взгляд, художник чуток попутал с пропорциями – рука, держащая весы, была явно коротковатой, а личико, перетянутое повязкой на уровне глаз, было неестественно маленьким и имело обиженное детское выражение.

Через две минуты в комнату влетел Радимир, арт-директор, тут же остановившись у длинного зеркала на входе в редакцию. Он крутанулся вокруг своей оси и продемонстрировал нам новое черное твидовое пальто с атласным синим подкладом. Я показала ему большой палец и уставилась на хрустальный шар, внутри которого сгустился голубой дымок. Это означало одно: Стелла где-то поблизости, скорее всего уже паркует свой «бентли» на заднем дворе.

Я достала из сумочки небольшой блокнотик, где записывала планы. В редакции «Потустороннего стиля» я трудилась стажером уже третью неделю. Некоторые были очень рады за меня: пробиться сюда было непросто. В первый день Стелла предупредила, что работа сверхсложная и на моей позиции (как, почему-то, на позициях руководителей других мелких рубрик) больше трех месяцев другие чародейки не задерживались.

«Потусторонний мир» был крупной федеральной сетью глянцевых журналов, и, помимо Москвы, издавался в ряде других городов - Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Новороссийске, Краснодаре и Челябинске. Денег за стажировку не платили, но я упорно решила, что мое место здесь – в городе это был единственный журнал для чародейской тусовки, да и работа до сих пора не вызывала у меня скуки или отвращения. Из-за денег я пока не беспокоилась: составление натальных карт, а также гадания по фейстайму и сториз приносили неплохой доход. Как и в студенческие годы, во время обучения в Институте Чародейства и Магических отношений, я все также позволяла себе шнырять по модным кофейням и время от времени питаться гребешками с морским чертом вприкуску.

По предыдущей неделе удалось выполнить почти все: я написала пресс-релиз по открытию фонда для брошенных детей оборотней, накатала несколько новостей по мелким городским событиям и взяла интервью у чародейки-активистки, недавно родившей тройню. Мне не терпелось узнать, что мне приготовили на последнюю, «стажировочную» неделю работы, которая покажет, как решиться моя дальнейшая судьба. За дверью послышались звуки надвигающегося нечто – и в один момент в проем ввалились сразу шестеро человек, стряхая с пальто, курток и кардиганов холодные капли дождя.

- Стелла здесь???

- Стелла еще не пришла!?

Менее чем за две минуты все сотрудники «Потустороннего стиля» по-армейски разделись и уселись на прозрачных стульях по обеим сторонам стола. Я еле-еле втиснула свой между Алиной, которая занималась рубрикой «Мода и красота» и тоже пока что проходила стажировку, и Радимиром. Радимир был поглощен айфоном: он так и сяк ретушировал селфи, чтобы с утра пораньше напомнить подписчикам о своей ленте. На лице Алины зазмеилась ухмылка, а вот я смеяться не стала: как стажера, другие сотрудники пока не воспринимали меня всерьез, а Радимир всегда был очень отзывчив и внимателен.

Цоконье казаков из кожи крокодила возвестило нас о приходе Стеллы, и все тут же выпрямили спины и попытались сделать умное выражение лица. На указательном пальце у меня отлетел кусочек гель–лака, и мне пришлось скрестить руки на груди, чтобы спрятать предательский палец подмышкой. Алина глубоко вздохнула и уткнула нос в свой зеленый ежедневник.

- Всем привет.

Стелла скинула свои казаки, переобулась в бежевые кроссовки и уселась во главе стола. На хрустальном шаре на яванском появилась надпись apik morning – это такой оригинальный способ приветствовать всех каждое утро на разных языках мира. Все сидели, рассредоточив постные взгляды по блокнотам и ежедневникам, а мне до сих было все в диковину. Стелла открыла свой большой журнал, обернутый в матовую лазурную кожу, и стала по очереди с каждым обсуждать задачи на эту неделю.

Через час с половиной очередь дошла и до меня. На той неделе я пыталась убедить себя, что моя работа и успехи все-же понравились Стелле: эта непредсказуемая, с виду мягкая женщина никогда не повышала на меня голос и даже пару раз мне улыбнулась. А вот постоянным кадрам доставалось как следует: в эти минуты я невольно поджимала плечи и думала, ждет ли меня то же самое в будущем.

- Камилла.

- Да?

Стелла задумчиво уставилась на цветы в вазе. На меня она не смотрела. Внутри хрустального шара начали образовываться слова, и я затаила дыхание.

Мистик-маркет.

- Камилл, в среду пройдет пятый по счету Мистик-маркет, надо будет наведаться туда, взять парочку комментариев и этим же днем выпустить материал.

- Хорошо.

- Это не всё. Кстати, ты прошла медицинский осмотр?

- Почти. Осталось взять справку у нарколога и психотерапевта.

- Хорошо… Так, ревеневая.

Ревеневая.

Эту новость я уже слышала. Где-то недалеко от меня открылась очередное место для подростковых сборищ: кофейня, где всё, даже кофе, готовят из ревеня. Звучит странно, но мне было любопытно туда наведаться.

- Отлично, я даже знаю, где это.

Радимир поднял голову и странно на меня посмотрел. Как-то грустно, что-ли, чем, конечно, на секунду привел меня в недоумение.

- Ну, и, последнее… - Стелла захлопнула журнал и скрестила наманекюренные пальцы – тебе надо найти… Бога. Взять у него интервью.

Я даже не шелохнулась. На лице стажеров застыл шок и удивление, остальные как ни в чем не бывало зашуршали своими вещами, приготовившись разойтись по рабочим делам.

- Стелла, вы, наверное, шутите?

Начальница все так же сидела, скрестив пальцы на руках и сверлила взглядом желтый чертополох. И ответила как ни в чем не бывало:

- Конечно нет, Камилл. Все по такой же обычной схеме: ищешь помощника или секретаря, назначаешь встречу, берешь с собой записывающее устройство. Проводишь очное интервью. Затем в течение пары дней делаешь расшифровку и приводишь все в достойный вид. Скорее всего, мы выложим его в следующий понедельник, а может быть, в пятницу, чтобы людям было, что почитать на выходных. Разве я могу шутить о рабочих вопросах?

Я нахмурилась. Что-то внутри подсказывало, это какой-то обряд посвящения или прикол для тех, кто только начинает работать в «Потустороннем стиле». Наверняка на следующей оперативке все просто дружно посмеются моей находчивости или наоборот, нерасторопности. Другие стажеры все еще переводили взгляд с меня на Стеллу и наоборот, но она быстро встала, потянулась и пересела за свой стол, открыв золотой макбук.

Ладно, начну готовиться к Мистик-маркету и сегодня-завтра наведаюсь в ревеневую. Ну а с этим интервью… Я решила в течение дня порасспрашивать Радимира и погуглить, делал ли кто-то что-то подобное. Но первым делом – Мистик-маркет.

**

- И что ты ему сказала?- я сломала соломинку фри пополам и отправила обе половинки в рот. – по-моему, это ваша пятидесятая ссора.

Регинка, моя лучшая подруга из «нечародейской среды», уже второй год встречалась с официантом из местной бургерной, парнем с прической Джона Траволты в фильме «бриолин». Я смотрела на эту парочку с иронией: у них не было абсолютно ничего общего, но было очевидно, что их чем-то притягивало друг к другу. Регине нравилось, что я не пыталась отговорить ее встречаться с ним, как все ее остальные друзья.

- Я сказала ему, чтобы отстал от меня. – Регина отпила сидра.

- Значит завтра вы снова помиритесь. Не представляю, что может вас когда- ни будь разлучить. Вы как Гарри и Темный Лорд – ни один ни успокоиться, пока жив другой.

- Ты мне уже об этом говорила. – подруга поморщила нос, -сплюнь! Если честно, я уже не очень уверена в этом. Ладно. Давай рассказывай свои новости.

- Все также, тружусь в «Потустороннем стиле».

- Не слыхала.

- Ну, ты и не можешь. Для вас она выглядит почтовой непотребной газетой «Дачные советы».

- Кошмар. Все-таки иногда я жалею, что на деле из нас двоих ведьма только ты. Прямо рыдать хочется. Резюме не хочешь еще куда-нибудь отправить? Не думаю, что глянец – это прям твое… - Регина пошуршала пальцами в кармане. – Выйдем покурить?

- Конечно.

По дороге домой я купила замороженную пиццу и бутылку пепси. С минуты на минуту должен был позвонить клиент, написавший мне во время перекура с Региной, и нужно было быть во всеоружии, то есть во всесытости, чтобы, пока я рисую линии и точки на космограмме, завывания желудка не перебивали атмосферный шорох старых, пожелтевших от времени бумаг.

Я открыла домашний ноут. Почта. Ноль новых сообщений. Постучав по клавишам, я разочарованно закрыла вкладку. Зазвонил мобильный. Женский голос взволнованно просипел в трубку:

- Камилла? Вы уже готовая? Что мне надо делать?

Я устало закатила глаза.

- Добрый день. Представьтесь пожалуйста…

Иногда мне приходит в голову мысли о выпуске тематической книги-пособия о том, как надо общаться в социальных сетях. Лет через пять моих историй наберется как минимум на трехтомник не хлеще «Капитала» Карла Маркса.

**

Невродиспансер для чародеев, а точнее, переход в него, располагался в заброшенном сгоревшем доме прямо на стыке двух районов – спальным Тоноз и бандитским Квокин-Рэч. Когда-то Квокин-Рэч был первым построенным районом в городе. Если прогуляться здесь в светлое время суток, можно обнаружить много красивых полуразвалившихся построек с причудливыми колоннами и мраморными завитушками. Находился он на окраине города, поэтому до невродиспансера было решено ехать на автобусе.

Дождавшись, пока дверцы старенького грязного белого автобуса со свистом откроются, я запрыгнула внутрь и забилась в самый дальний и мягкий конец драндулета. Кажется, помимо меня больше трех остановок никто не проезжал. С наступлением осени люди рядятся в серо – черное и становятся еще равнодушнее, чем обычно. А может, дело в моей непривлекательности? Блондинка с соседнего сиденья, в кожаной юбке солнце –клеш и длинных замшевых сапогах на шпильках, поднявшись, стала проталкиваться к выходу. Парень, что сидел напротив меня, ошарашенно воззрился на нее и даже приоткрыл шторку автобуса, чтобы посмотреть, как девушка грациозно шествует по остановке. Может, только что приехал из города, где нет женщин?

Спустя полтора часа мои ноги коснулись мокрого асфальта – я спрыгнула на конечной остановке. Посмотрев по сторонам, открыла гугл-карту. В кармане, на всякий пожарный, лежала такая же распечатка. Синие точки показывали, что до пункта назначения осталось пройти четырнадцать домов. Тучи сгустились и были похожи на гигантскую серую мохеровую шапку.

Протопав около трех кварталов, экран айфона дал сбой – признак того, что рядом магия. Начинался дождь. Я развернула карту, и она тут же пошла мокрыми горошинами от дождя, а отмеченный красным маркером крестик места расплылся зловещим кровавым пятном.

- Уф, хватит себя накручивать. Я захожу. – пробормотала я себе под нос и зашла в перекосившийся черный домик. Взору предстала куча книг, сваленная грудой на обшарпанном полу – некоторые книжки открылись, и опаленные страницы печально качались на ветру. Терпкий запах старых вещей и обгорелых досок скрючил нос. Перевернутая табуретка, темный обгорелый длинный стол. Наверно, когда–то за ним собиралась большая семья, чтобы вкусно поесть и обсудить, что происходит в мире каждого из ее членов. Когда-то, пока тут не произошел большой пожар, спаливший чьи-то жизни, мечты и надежды.

Из второй комнаты шел гул, как из пчелиного улья. Я толкнула дверь и оказалась в чистейшей больнице с бирюзовыми стенами.

Отстояв очередь и пописав в специальную пластиковую баночку, я потопала в соседнюю комнату за справкой о своем душевном здравии. В плохоосвещенном длинном коридоре собрались люди разного толка и возраста. До меня к врачу зашел седовласый мужчина с пышными усами, и через приоткрытую дверь доносились обрывки разговора:

- Почему у вас так дрожат руки?

-Я… ппросто недавно перенес операцию, - ответил сиплый голос. Через просвет двери было видно, как старческие, покрытые коричневыми пятнами руки теребили большую черную шляпу.

-Понятно.

Над кабинетом мерцала лампочка, и рядом с ней же располагался звоночек вызова пациента. Дзеееень!

- Здравствуйте. – я немного засуетилась, сняла пальто, пытаясь в другой руке удержать справки, телефон и паспорт, и сделала два шага вперед.

- Не ко мне, к ней. – врачиха со строгим голосом показала на стол посередине. Всего в комнате располагалось четыре стола. За квадратным столиком в другом конце комнаты сидел черноволосый парень и медленно заполнял какие-то бумажки.

На сером кресле восседала женщина, очень похожая на тролля из мультика. У нее были желтые пушистые волосы, зеленая пушистая кофта и яркие крупные бусы. Она мельком взглянула на меня, помазала мой указательный палец серебряной пыльцой, всунула в руку четыре листа бумаги и ручку.

- Приложить нужно тут, вот тут и тут... – ее взгляд немного подозрительно скользнул по мне. - у вас нет жалоб по… «нашей» части?

Интересно, если бы я пропела ответ, каков бы был ее вердикт?

За третьим столом врачиха с квадратной челюстью и громоздким космическим украшением на шее придирчиво просматривала документы, заполненные брюнетом. Намалеванный акрилом ноготь так и скрипел по бумаге. Я пробормотала «нет» и продолжила ставить подписи.

-Потом – туда! – женщина с пушистыми волосами ткнула толстым коротким пальцем на второй стол.

Я вывалила свою кипу бумаг к последнему врачу и села на деревянный стул. Обзор здесь был получше: я могла разглядеть таинственного брюнета. Обладатель широких плеч, смуглой кожи и голубых глаз на вид был чуть моложе меня.

- А зачем вам эти справки? – донесся до меня голос врачихи с акриловыми ногтями.

- Буду работать пожарным.

Ох… И призвание благородное.

Словно прочитав мысли, он поднял взгляд и посмотрел мне в глаза. Мне стало неуютно. Его позвали к другому столу - парень медленно встал и равнодушно поплелся в другой конец комнаты. Закончив с документами, я собрала в охапку пальто, бумаги и собралась уже уходить, как он резко повернул голову в мою сторону. В мою сторону, движением пресмыкающегося животного. Его зрачки расширились и сузились в вертикальные щелки. Время остановилось – рука врача в пушистом зеленом свитере застыла над столом, как и врачихи с квадратной челюстью.

- Maleficus. – прошипел он и хотел схватить меня за плечо, прямо там, где под платьем кожу обвивало пульсирующее защитное тату. Но демон резко отшатнулся от меня, и я самодовольно хмыкнула.

- Держи руки при себе.

Глаза демона превратились в вертикально выстроенные нити, а я еще раз оглянула эту сумасшедшую комнату и вышла из нее прочь.

Никогда бы не пришло в голову, что молодой демон может стать пожарным. Это из-за огня? Или получаемых эмоций – страха, отчаяния, которыми сопровождаются пожары? Я ни капельки не испугалась, но осадочек остался.

По дороге домой я вспомнила о том, что уже вторник и надо подготовиться к Мистик-маркету - на эти никому не нужные листочки я потратила целый день А с утра спросить про интервью с Богом у Радимира я опять забыла. Зависание в специальном поисковике для чародеев juju ник чему не привели. Может быть, завтра на Мистик-маркете мне удастся с кем-то потолковать.

**

На Мистик-маркете я шла за комментарием Эллайи для обзорной статьи про мероприятие. Эллайю все люди города считали социальным предпринимателем и городской активисткой, ну а все нелюди – организатором самых гремящих и ярких тусовок среди нечисти в нашем городе. Она происходила из рода Нгочи – перекочевавших в нашу страну четыре столетия назад индейцев. Эллайя никогда не красилась, носила футболки с рваными джинсами, либо длинные хлопковые платья-рубашки с кроссовками. Имела десять тысяч подписчиков в инстаграм, где ежечастно постила инстаграм-истории и видео – я тяжело вздыхала, когда в ленте приходилось видеть ее большое, открытое лицо с раскосыми глазами-миндалинами. У нее была ведьмочка-напарница, Элль. Для людей Элль работала в издательском бизнесе, для нелюдей – заметала следы Эллайи. Издалека Элль могла показаться харизматичной: черное идеальное каре, смуглая кожа, ассиметричная одежда, неизменные черные остроносые туфли с ремешками на лодыжках и длинная сигарета с сиреневым дымком. Но стоило подойти поближе, и её колючий взгляд исподлобья перекрывал весь внешний антураж.

Эллайя и Элль дважды в год проводили шабаши, или, как сейчас модно говорить, Мистик-маркеты. Они до того размахнулись, что на тусовки стала собираться нечисть со всей страны.

К большому разочарованию, Мистик-маркети не произвел на меня абсолютно никакого впечатления – повсюду бродили кучки лжечародеев в желтых очках, пьющие многослойные зелья в банках Mason Jar, мастера, продающие на двухэтажных деревянных поддонах самодельные спиритические доски, а также кошельки и портупеи из телячьей кожи. Тем не менее, под поддонами, для покупателей, появлявшихся после полуночи, они прятали портупеи и кошельки из материалов поинтереснее – например, драконьей кожи. Все эти манипуляции сопровождались грохотом (музыкой), издававшегося из огромных колонок ди-джея, близкого друга ведьм-организаторш, гаркуна Нихила. После обмена диковинами девчонки с Нихилом устраивали афте-пати. Афте-пати являлось тусовкой для «своих», где, по слухам, ведьмы сбывали друг другу настоящие контрабандные редкие штучки и где смешивались трешевые напитки, вроде глинтвейна с кровью несчастного, который вздумал испортить веселье вампирам из Челябинска.

- Элль, привет. А где Эллайа?

Я протиснулась через толпу парней с длинными крашенными челками и девчонок в джинсовых комбинезонах. Элль демонстративно просканировала меня глазами, похожими на мокрую смородину.

- Будет в коттедже завтра. На Мистик-вечеринке.

- А афте-пати разве будет не сегодня, как обычно?

Элль проигнорировала мой вопрос и двинулась в сторону ди-джея. Ладно, участники всегда в курсе всего происходящего до и после Мистик-маркета, поэтому я подошла к столику, где продавались украшения. Время шло к полуночи, поэтому ювелирша с сиреневыми дредами стала потихоньку выкладывать на накрытый черной шелковой накидкой поддон ароматные лунные украшения. Они были известны тем, что в сочетание с энергетикой личности начинали источать особый приятный аромат при носке. Я подошла к девушке и ткнула на фаланговое колечко с крошечным белым камешком – мол, сколько?

- Полторы. Перевести можно на карточку по номеру телефона.

Шаря по забарахленному дну сумки в поисках кошелька, я ненароком спросила, где состоится афтепати-вечеринка. В этом году организаторши решили нарушить традицию и запланировали тематическую вечеринку на следующий день. Формат – в типичном духе Элль и Эллайи: коттедж в заброшенном районе, горячительные напитки и вызывание духов музыкантов семидесятых годов по спиритической доске, ибо тамошняя музыка им наскучила. И все это в будний день, в восемь вечера, с обязательно зашторенными окнами. Придется туда наведаться.

**

Возвращалась домой я в дурном настроении. Первые три дня последней недели стажировки в «Потустороннем стиле» были спущены в унитаз. Вчера я почти весь день провела в больнице, сегодня весь день караулила Эллайю. Ревеневая уже закрылась, а Бог, скорее всего, жутко занят. Мой мысленной поток начался с размышлений о том, где я буду работать после того, как меня выпнут из журнала, а закончился тревожным самокопанием. Мне внезапно стал грустно от каждой детали мира, который окружал меня в эту минуту. Не совсем из-за мирских проблем, валяющихся всюду окурков, пушистого грязного кота, которого хозяева оставили в сгоревшем доме. Просто…

Мрррмяяяу.

Размышления прервал кот – с огромными тревожными глазами, тощий, пушистый и грязный. Возвращаясь домой, я каждый день прохожу мимо сгоревшего частного дома у городского роддома, а на кучке сгоревшей рухляди за окном сидит это несчастное существо. Что горит чаще – дома или души? Ну вот, стало еще грустнее.

- Сейчас-сейчас, только, ради бога, не бросайся на меня!

Я вытащила из сумки пачку «китикэт» и исполнила вечерний ритуал – насыпала на подоконник дома пушистому бродяге кошачий корм. Кот с завываниями бросился к еде и начал довольно жевать, поминутно поднимая на меня свою мордочку.

- Эх, жалко, что ты такой взрослый. Был бы котенком, авось и притащила тебя домой. А то принесу, а ты мне котобаб начнешь таскать.

Кот снова поднял глаза и сощурился.

- Наверно, блохастый.

Кот мяукнул.

- Нет, говоришь? Ладно, дружище, мне домой пора. – я все-таки осторожно погладила указательным пальнем его пушистый лобик и побрела в сторону дома.

О чем я там размышляла?

**

В подъезде кто-то открутил лампочку, и было темно, хоть глаз выколи. Я сняла перчатку и сунула руку в сумку, надеясь на ощупь найти ключи. Только с четвертой попытки пальцы нащупали холодный металл, и я победно вынула связку из сумки. Чтобы не копаться в кромешной тьме еще добрый час, я достала телефон и включила фонарик. Внизу что-то блеснуло, я вскрикнула и ключи вывалились из рук.

У моих ног аккуратно примостился черный котяра, тот самый, которого я полчаса назад подкормила у сгоревшего дома. Я нагнулась за ключами и заодно проверила, не обозналась ли я, но да, это был он – кот характерно протяжно мяукнул и прижался щуплым тельцем к двери.

«Наверно, это судьба» - подумала я и открыла дверь, особо не раздумывая, взяла в охапку черное мохнатое существо и прошла в дом. Чтобы блохи не перекочевали на мои волосы, я сразу понесла его в ванную, и животное даже не сопротивлялось. Под струями воды и пеной от антибактериального мыла его тело стало похоже на палку, а лапки – на спички, таким исхудавшим он был. Хорошо, что последний раз в супермаркете я взяла сосисок, хотя обычно беру сыр. Завтра придется заглянуть к ветеринару.

Засыпая, я вспомнила, что не придумала ему имя. Кошак зевал и довольно умывался в старом сером кресле на шерстяной голубой подстилке, которую я долго искала в шкафу, а затем заботливо постелила под его пушистую попу. Ладно, что-нибудь завтра придумаем.

**

Бормотание. Нет, скорее тихое пение. Даже приятно. Я перевернулась на другой бок, и только потом до меня дошло, что в моей квартире кто-то есть. Этот «кто-то» напевал низким баритоном и возился у шкафа. Я бесшумно запустила руку под матрац, где хранился миниатюрный ножик, затем резко откинула одеяло и вскочила на ноги.

У гардеробного зеркала стоял длинный худой парень, и прикладывал к телу мое черное бархатное платье. При этом он уже напялил мои старые летние бриджи и каким-то образом влез в синюю майку. Его тело покрывали многочисленные татуировки, при том это были не какие-нибудь брутальные черепа или орлы, а смешные завитушки и звездочки. Странный взломщик повернулся ко мне.

- Доброе утро, солнышко! Мне идет?

Солнышко?

- Ты, блин, что еще такое? – я подпрыгнула к нему и помахала ножом в воздухе.

Парень уронил платье на пол и поднял руки, как бы сдаваясь. Ну да, поверила!

- Не обижай меня, я ничего не хотел, честно, ты же сама меня взяла к себе домой…

- Я похожа на сумасшедшую? Я не таскаю таких парней к себе домой и вообще ненавижу гостей.

- Ты. Вчера. Сама. Меня. Взяла. – Не сводя взгляд с моей руки, парень потянулся к серому креслу, схватил шерстяную голубую подстилку и сунул мне почти в лицо. – Сама же!

- Что?!

Подобранный в подъезде облезлый кот оказался колдуном по имени Олег. В свое время безобидного, но склочного парня загребли за плохое поведение (контрабанда колдовской травы, пропаганда вампиризма, оскорбление чувств неверующих), и заключили на сто лет в тело черного кота. В качестве исправительных работ Олега приставили присматривать за семьей, усыновившего ребенка-полукровку, и ежедневно докладывать об обстановке. Чтобы присматривать за самим колдуном, было решено напялить на Олега красный датчик в виде тонкого ошейника, бившего болезненными зарядами, если приговоренный покидал территорию.

В пятый день рождения за ребенком пришел демон, биологический отец. Конечно, приемные родители не поспешили вручать ему полюбившееся дитя и второпях смастерили портал, чтобы переместиться в другое место. Что-то пошло не так – и каждый, уютно обустроенный уголок дома взлетел на воздух, оставив от дома кучку сгоревшей мебели. Олег ничего не мог сделать, ведь он сам в этот момент был скован колдовством – когда он дошел до этой части рассказа, на его большие печальные глаза навернулись слезы.

Больше в доме никто не появлялся – темным силам было уже нечего там брать, а члены Совета решили ради безопасности (скорее, чтобы избежать широкой огласки и скандала) оставить все, как есть, и даже никого не посылали туда, дабы случайно не подцепить сгустки нераспознанной энергии, оставшихся от нерасторопных колдунов. Они не подозревали, что Олег выжил, и что не может выбраться оттуда – ошейник предательски жег, когда кот выставлял лапу за порог. Вытащить его из дома имел право либо представитель Совета, либо обычный чародей, но с очень сильной энергией. Потенциально я была сильной чародейкой, потенциально я сильно захотела взять его домой, и это, как ни странно, сработало. Олег энергетически привязался к этой мысли, привязался так сильно, что смог спокойно выпрыгнуть из окна дома и преодолеть барьер. Олег шел по запаху до моего дома. Так, через 19 лет заточения, Олег обрел свободу.

- … и что мне с тобой делать…?

- Конечно, как от соседа по квартире от меня будет мало толку. Я умею готовить всего два блюда – омлет с помидорами и жареную картошку. – Олег поднял ногу и хотел почесать ею бок, но потом опомнился и смущенно опустил ее на пол, залившись краской. – знаешь, ты меня серьезно выручила. А это значит, что я тебе серьезно обязан. Прости, пожалуйста, что воспользовался твоей бритвой. Ну, и гелем для душа с запахом иланг-иланга. Олег виновато потянул майку к бедрам, почесал нос и скрестил руки на груди. Минуты две я обсматривала его татуировки и думала, что же ему сказать.

- Послушай, Олег. Ты двадцать лет просидел взаперти сгоревшего дома. Так уж и быть – недельку ты можешь побыть у меня, поискать жилье - я кивнула на ноут, покрытым тонким слоем пыли и стоящем на кипе журналов, - а потом мы пристроим тебя куда-нибудь.

- А что это? – Олег подошел к журнальному столику и постучал по ноутбуку – телепорт?

Я хихикнула. Регине бы он, наверное, понравился.

- Ладно, оставайся пока здесь – можешь занять диван в гостиной, если ее можно так назвать. Я куплю тебе штаны и футболку.

- Стой, ты же ничего не рассказала о себе. – Олег вопросительно взглянул на меня – кем ты работаешь, какое у тебя хобби?

Я закатила глаза и пошла одеваться в ванную.

**

- Ну, как успехи?

Стелла в накрахмаленной белой рубашке склонилась над моим столом. Я клевала носом – из-за Олега я вскочила с постели ни свет, ни заря, а время, оказывается, шло к обеду. Экран айфона загорался от целой кучи сообщений из телеграм – из головы совсем вылетело, что мы с Региной договорились сегодня пообедать вместе.

- Стелла, все хорошо, но…

- М? – женщина нагнулась ко мне и посмотрела в глаза. Я решила все-таки еще раз спросить у нее про последнее задание.

- Стелла, вы точно не шутили про последнее задание?

- Про интервью?

- Да.

- Нет. Ты отнюдь не единственная, кто получал такое задание. Но вот вопросов задаешь много.

Вот это поворот. Кто-то в этом редакции уже делал интервью с… Богом? Мысли совсем смешались в моей голове, и я промямлила:

- Но ведь это такой уровень высокий, связей у меня пока мало…

Стелла улыбнулась и пожелала мне удачи.

**

Мы с Региной зашли в кофейню, где на огромных вытянутых вдоль стен экранах транслировалась передача о самодельном подсвечнике. Парень в сером кардигане с безумным радостным взглядом вертел в руках железную проволоку, полено и лампочку.

- Чему так радуется этот парень? – из-за того, что зал был переполнен, пришлось сесть за столик под экраном.

- Он не радуется, Кам. Загляни внимательно в эти пляшущие черные бусинки внутри глазниц – ведущий явно на чем-то сидит.

- Да нет. – пришлось снова изрядно согнуть шею, чтобы еще раз посмотреть на экран. – канал-то федеральный.

- У меня был знакомый такого же типажа, поверь мне на слово. Кстати, почему ты зависаешь в магазине мужской одежды?

- Э, что?

- Я видела, как ты гуглила магазины мужской одежды поблизости. Признавайся, ты все-таки подобрала какую-то помоечную крысу, и повеселилась вдоволь, превратив ее в Тома Хиддлстона? И даже меня не позвала, сволочь такая.

Я рассмеялась. Толика правды в этом есть.

- Я устала от своих шелковых гламурных пижам и хочу купить что-нибудь брутальное.

- Ни поверила ни разу. Так что выкладывай.

Я так любила этот смех, заливистый, знакомый почти с детства смешок, который заставлял забыть меня о любых моих проблемах.

**

- Вот это да!

Почему все так любят вечеринки?

- Крутяк. Давай, вытащим твое лучшее платье, а лучше смотаемся в торговый центр – нам нужно что-то такое, очень секси, в духе вампиров. Пожааалуйста. – Регина скатилась с кровати, - дай мне немножко тебя подкрасить!

- Нет, зачем тратить столько денег, смотри, сколько у нее шмотья.

Кажется, прямиком из моего шкафа вылез Олег, на каждой руке висело по три платья, а голову «украшала» ведьминская шляпа, которую я надевала на позапрошлый хеллоуин. Я схватила одно из платьев, черное, полубархатное, в крупный горошек, и пошла примерять его. Олег совсем развеселился – схватил мой айфон, и подключил его к колонке. «Сейчас все такое удобное» - протянул кот-оборотень, рассматривая компактный красный девайс. Пришлось шествовать к зеркалу под «На луне» PHARAOH.

Я выскочила из дома за десять минут до начала вечеринки, а все потому, что Регина и Олег пошли на кухню ставить чайник и искать крекеры, а нашли мою полураспитую бутылку «Каберне», выпили ее и потом силой заставляли меня надеть к платью белые атласные перчатки и шляпу с павлиньим пером, которую я по дороге закинула в мусорку.

Двухэтажным дом из белого кирпича не подавал никаких признаков жизни. Окна были зашторены, и лишь слабый гул наводил на мысль, что там что-то происходит. Я поднялась по выцветшим скрипучим ступенькам и с помощью железного кольца с изображенной на нем русалкой дважды постучала в дверь.

Мне открыла черноволосая девушка в черном топике и расклешенных джинсах с вышивкой в виде нитей ковыли. Ведьма обсмотрела меня с ног до головы, еще больше выпятила и без того надутые губы и уже собиралась что-то проронить, но я толкнула дверь и бесцеремонно вошла внутрь. На первом этаже кухня соединялась с гостиной. В кухне за длинным барным столиком колдовал бармен, колдовал в буквальном смысле. Из одних стеклянных сосудов выходили фиолетовые пузыри, из других – салатового цвета пар, сам он потягивал что-то мутно-белое из длинного прозрачного стакана. К нему тянулась очередь из девочек с цветными косичками.

В гостиной было интереснее: мутный гул, он же музыка, раздавалась из огромного граммофона. К граммофону были подключена сотня проводов и лампочек, рядом стояла стопка пластинок. Ди-джей делал вид, что перебирает провода, хотя пребывал в глубоком музыкальном трансе. Шумная компания, расположившаяся на угловом диване, трясла и передавала друг другу какую-то белую блестящую тряпочку. На узком длинном столе лежала спиритическая доска, мутные серые камешки, чьи-то очки, и стояло шесть полупустых красивых бокалов с фиолетовой жидкостью - один из них опрокинулся, и тонкая струйка варева вытекала на зеленый выцветший ковролин. На уродливом коричневом кресле у граммофона с каменным лицом, нога на ногу, сидела Элль, покачивая остроносой туфлей и курила тонкую сигарету с сиреневым дымком.

Я прислушалась к разговорам. Оказывается, белой штуковиной была перчатка покойного Майкла Джексона, и молодые люди сначала чуть не подрались из нее, так как одна половина развалившихся на диване утверждала, что это подделка, другая – что это реликвия музыкального идола. Потом все помирились, распили ежевичный живой сидр, и две блондинки начали новый спор на предмет того, кто из присутствующих умеет правильно обращаться со спиритической доской, а потом вцепились в ламинированные волосы друг друга за право вызвать духа поп-звезды.

Я только покачала головой и направилась к Элль.

-Привет.

Элль подняла на меня смуглое лицо, выдохнула лиловый дым и кивнула мне. Идеальное черное каре даже не качнулось.

- Мне нужно поговорить с Эллайей. – от нетерпения хотелось сломать что-нибудь.

- Она будет через полчаса. Расслабься пока, выпей коктейль. Ты же у нас нечастый гость.

Я решила сегодня не быть грубиянкой, вздохнула про себя и направилась к бару.

- Что будешь, крошка? – бородатый бармен вскинул подбородок и подмигнул мне. Оказывается, на нем были прозрачные очки на резинке, как у пловцов.

- Эм. А что вы пьете? – я кивнула на его стакан, и бармен хитро прищурился.

– Только не идите с бокалом в зал, эти охломоны придут и выпьют все до последней капли. – парень достал из стола трубку и налил в высокий стакан прозрачную жидкость. Затем вынул откуда-то снизу платиновый термос, открутил крышку, и оттуда тут же пошел пар. Бармен капнул туда одну каплю расплавленного серебра.

- Етить! Это что, кровь единорога!? – я вытаращила глаза, и в этом момент все резко замолчали и уставились на дверь.

- Давайте лучше ежевичный сидр, - я отодвинула стакан и пыталась завладеть вниманием бармена в странных очках, помахав перед ним рукой – Эй!

-Что? Ах, да, кровь единорога. Это не настоящая, крошка, просто очень хорошая подделка, что ты. Но если хочешь сидр, пожалуйста. – бородач налил фиолетовое пойло в бокал для мартини и пододвинул ко мне.

- Кто это такие? – я кивком показала на двух парней и девушку, которые вошли в дверь и собрали все восхищенные взгляды девочек с косичками. Белая перчатка валялась на полу.

- Ох, ты вообще из нашего мира, крошка? Они же из самых верхов… или низов, хе-хе, не знаю, как правильно. Личные помощники. Заместители. Правые и левые руки.

- Кого?

Бармен закатил глаза и отвернулся.

Ладно. Главное – сделать свои дела и незаметно свалить отсюда.

- Смешай мне водку с бузинным соком.

К бармену подошел один из двух помощников я-не-знаю-кого-там. Я сидела на самом крайнем высоком стуле и пыталась сделать вид, что меня здесь нет. Пока бородач смешивал бледно-желтую и прозрачную жидкости, парень повернулся ко мне. У него были черные, как смоль, волосы и гипнотические зеленые глаза. Очень опасные, недобрые. Внешне он был парнем хоть куда – широкоплечий, яркий, уверенный в себе… злодей. Просканировав меня глазами-изумрудами с макушки и до моих пят, обтянутых в черную кожу сапогов, парень неторопливо пододвинул к себе стакан.

- Привет. Что здесь забыла?

- По работе.

Густые брови взлетели вверх. Парень еще раз оценивающе посмотрел на меня. Кажется, поверил. Подвинулся поближе.

- И что же за работа такая?

- Секретная.

- Ладно. Как тебя зовут?

- Камилла, а тебя?

- Вадим. – парень залпом выпил содержимое своего стакана.

В дверь зашла Эллайа. Толпа на диване завизжала, заулюлюкала, а Эллайа скинула черный кардиган, повесила его на крючок у двери и с распахнутыми руками прошествовала в гостиную.

- Прости, Вадим, мне пора идти. Приятно было пообщаться. – я соскочила со стула и двинулась в сторону гостиной.

Спустя два часа, еле-еле оттирая ежевичный сидр с диктофона, я двигалась в сторону выхода. За стойкой снова сидел Вадим – я решила попрощаться с ним. И когда почти дотронулась до его плеча, рядом с ним на высокий стул забралась вусмерть пьяная девушка, пришедшая вместе с очаровательной двойкой. Только обретя равновесие, она снова чуть не свалилась вбок, но парень удержал ее. Я хотела развернуться и быстро уйти, но она свистнула в мою сторону, и с панической миной на лице я снова повернулась в их сторону.

- Здэрастьте…

- Вечер добрый. Вадим, приятно было познакомиться, мне уже пора…

Парень был тоже уже был слегка навеселе, но контролировал ситуацию.

- И мне, очень. Признайся все-таки.

- В чем?

- Почему ты здесь по работе?

- Ну, моя работа связана с мероприятиями. – я решила воспользоваться крошкой ускользающей славы. – я работаю, точнее, стажируюсь, в «Потустороннем стиле».

- Ооо…

Девушка схватила друга за рукав кожаной куртки, чтобы оттолкнуть его вбок и посмотреть на меня. Ей тушь осыпалась водопадом черных катышков на щеки, наращённые пепельные волосы сбились в кривой колтун.

- А ты уже делала то самое задание?

У меня неприятно сжался желудок, и сидр был совсем не причем.

- Какое это – то самое?

Ведьмочка стянула с рук черные кружевные перчатки и бросила их на стол, затем, перегнувшись через бокал Вадима, заговорчески прошептала мне:

-У меня там работало двое знакомых. В конце стажировки, чтобы не брать девчонок на постоянную работу и не раскошеливаться, Стелла всегда дает какое-нибудь суперсложное задание. Которое невозможно выполнить. И результат всегда не удовлетворяет Стеллу. Руководителю рубрики моды, например, найти имя швеи, шившей платья греческим богам. Руководителю рубрики «Еда» - выяснить, чем питаются русалки в «Кашкадане». И что было делать бедняге – лезть к этим саблезубым хвостатым гопницам? Ну и так далее.

Чтобы выговорить это, девушка изо всех сил старалась, чтобы ее язык не завязался в узел. А закончив речь, она рухнула на стойку и захрапела.

И снова я возвращалась домой в дурном настроении.

**

- Сраные гламурные курицы! – я со всей силы пнула мусорный бак. Курящий китаец, повар местной забегаловки, неодобрительно зацокал. Конечно, в местных кварталах лучше ходить аккуратненько и не привлекать много внимания.

Я засунула руку в сумку и стала шарить в поиске сигаретки и наушников. Чуть не порвав со злости запутанный моток, я засунула их обратно в сумку. Пройдя пешкодрапом два квартала, я очутилась в более безопасном районе, на одной из улиц которого витал ароматный запах пирогов. Потянув носом, я решила, что на макдональдс это не похоже. Желудок одобрительно буркнул.

Кафе, источавшее ароматное амбре, оказалось больше похожим на прибежище байкеров, чем на еще одну разновидность «старбакса», на которую я уже успела настроиться. Вывеска, столы и стулья в рустикальном стиле, за стойкой над идеально выстроившимся рядом бутылок с сиропами – огромная меловая доска, с коряво нацарапанным на ней названием акции дня. В радиоприемнике играет Nickelback. Я еле-еле прочла неоновую вывеску, являющуюся настоящим образчиком нью-авангарда. Р-е-в-е-н-е-в-а-я. Ревеневая. Та самая! Я зашла в кафе и подошла к стойке с пирогами и маффинами.

За кассой стояли два парня. Один был тощим, его кожа отдавала бежевой желтизной, что придавало ему сходство с инопланетными червями из «Людей икс». Второй был явно посимпатичнее.Я изо всех сил попыталась осмотреть его за долю миллисекунды, пока делала вид, что не решаюсь, какой же маффин мне хочется. Он был очень и очень ничего. Регина еще две минуты назад увезла бы его домой, прихватив вместе с кофе на вынос. Высокий, спортивного, правда немного уставшего вида блондин в темно – синем поло с вышивкой эмблемы заведения и черных джинсах. Штанина слева была немного заляпана мукой. Самовлюбленным вроде не выглядит. Все-таки хорошо, что Олег с Региной немного меня приодели. Интересно, чем они сейчас заняты? Я моргнула и через секунду на меня уставились тревожные голубые глаза.

- Определились?

- Конечно. Можно пирог с ревенем и ревеневый чай?

Парень внимательно на меня посмотрел и вытащил пирог из крутящегося стенда - холодильника.

- Мы скоро закрываемся. Не хорошо такой красивой девушке ходить одной, когда на улицу вылезает нечисть.

- Смотря как вы определяете нечисть.

Парень улыбнулся и растянул губы в улыбке, продемонстрировав чуть подточенные клыки. Я отпрянула. Спустя пару секунд вовремя опомнилась и постаралась незаметно нашарить в сумке диктофон и еще незаметнее включить его. Хоть в чем-то мне иногда везет, однако тратить время на флирт расхотелось.

- На самом деле, я тут не просто так. – я еще раз окинула взглядом кафе. – я стажируюсь в «Потустороннем стиле», и мы хотим сделать обзор на это заведение. Точнее, не хотим, а сделаем.

Парень улыбнулся.

- Вы попали по адресу. Заведение принадлежит мне, и я буду рад, если прочту в вашем замечательном журнале несколько замечательных слов о нас.

Присев за столик, мы проболтали полтора часа, до самого закрытия кафе. Молодого владельца звали Макс. Он был потомственным брянским вампиром, любовь к готовке которого привила родная бабуля. Правда, готовила она все из крови, и когда он стал вегетарианцем, все в семье от него отказались. Даже бабуля. Вегетарианцем – в смысле, не пил кровь человека. Современные вампиры решали «свои проблемы» покупкой донорской крови в больницах, но Макс с определенного момента стал испытывать отвращение к самой мысли о том, что в его бумажном стаканчике может быть не джин-тоник, а кровь какого-то подростка. Хотя от крови животных парень не отказался и по пятницам иногда баловал себя драниками и жареной свиной кровью.

- И все-таки, что сподвигло тебя совсем-совсем отказаться от… крови? Был же момент, была причина.

Макс опустил голову и задумался на пару минут.

- Ну вообще –то да, была.

Под столом я потирала руки. Статья-интервью получится что надо!

- Только у меня есть просьба.

- Да?

- Отключи диктофон.

Мои щеки зарделись. Когда я включала диктофон, не знала, что имею дело с вампиром, у которого суперобостренный слух и обоняние. Пришлось послушаться. Макс сложил руки на столе.

- Когда я какое-то время жил в Санкт-Петербурге, я ходил в подпольные клубы, где были извращенцы и извращенки, которые… любили вампиров. Ну, точнее, они хотели быть покусанными – мазохисты, одним словом. Так вот… там выступали стенд-аперы. Такие парни и девушки, которые выходят к микрофону и шутят разные шутки.

- Да-да, знаю. – я не представляла, чем кончиться эта история.

- Так вот. Когда я присосался к запястью одной девчули, на сцену поднялся… какой-то парень. А может быть, мужчина… или даже старик. А может быть это была даже женщина. Я не помню. Он начал с каких-то шуток про детство, которое не помнит, отца, который его бросил и мать по имени Мария. Я помню, что всем эта история не зашла… поначалу. Кто-то даже бросил в него затушенной сигарой. А потом он стал говорить странные вещи. Про всех, кто был в зале. Вспоминал, кого как обзывали и травили в школе – даже если он был магом-телепатом, нужно же много времени, чтобы покопаться в чужих мозгах как следует. Он стал выкрикивать эти обзывательства, а потом замолчал на минуту и стал тихо говорить про матерей и отцов, про возраст человечества. Он говорил про животных, которых мучают, и людей, которые до сих пор воюют друг с другом. Он говорил, что раньше жил в космосе и камнях, а потом вышел из камня и стал ходить среди людей. И в конце, с большой гордостью заявил, что теперь будет жить в нас. Он говорил безумные вещи, и все плакали. Плакали, как дети. Некоторые подходили к нему, чтобы обняться. Мне кажется, я плакал громче всех. Некоторые, кстати, потом сошли с ума. Мне кажется, в тот день мы увидели Его. Потом на сцене его резко подкосило, и он потерял сознание.

- Он – что?

- Ну, его увезли на карете скорой чародейской помощи. Не знаю точно, что с ним случилось. С тех пор меня стало воротить от крови человека или чародея. На следующий день на завтрак я залил овсяные хлопья не гретой в микроволновке кровью, а водой из-под крана. И, кажется, был счастлив.

- Понятно. Прости, дурацкий вопрос: а что ты делал в Питере?

Макс улыбнулся.

-Я принимал участие в кастинге на кулинарную тв-программу.

- Ясненько.

- Камилла.

- Что?

- Не пытайся.

- Что?

- Ты прекрасно знаешь, что.

- Но…

- Только время зря потеряешь.

- Почему ты думаешь наверняка?

- Потому что я все это выдумал. Не было этого.

- Но это неправда!

- Это и то, и другое. Мы посмотрели записи с камер: там выступал какой-то толстяк, который шутил про Трампа и Обаму.

Я взяла сумку в левую руку и встала из-за стола. Мозг пылал.

- Только обещай, что, если ты все-таки возьмешь интервью у Него, ты не опубликуешь его в «Потустороннем стиле». Опубликуй это в «Богах и Монстрах», на худой случай – в своем блоге.

Я улыбнулась. Еще чуть-чуть, и от усталости я грохнусь на совсем не мягкий пол. Макс взял со стола удлиненный пакетик с сахаром и положил в карман куртки. Не знаю, что он хотел этим сказать, но выглядел жест ужасно мило.

Когда я уже подходила к дому, я вспомнила, что не говорила ему про третье задание. Засранец-телепат покопался в моей голове? Вроде вампиры не славятся такими способностями. Я развернулась и опрометью бросилась бежать в сторону «Ревеневой», но, когда добежала до кофейни, двери её были наглухо закрыты. Поэтому я решила снова заглянуть туда завтра, перед работой.

**

Я сдала два материала и в понедельник пришла в «Потусторонний стиль» в платье цвета «Индиго». Знала, что все будут беситься, так как цвет «Индиго» не сочетался с лазурными стенами. Сотрудники обязаны были носить одежду, сочетающуюся по цвету с интерьером редакции журнала. Например, белую, бежевую, желтую, черную. Другие стажеры поглядывали на меня с любопытством. На часах было без пяти десять, все расселись по своим местам, и только место Радимира пустовало.

Пока все обсуждали со Стеллой планы и дым густился аккурат посередине хрустального шара, я без стеснения рисовала в своем блокноте звездочки и сердечки – кажется, вдохновилась татуировками Олега.

Но не досидела. Когда очередь дошла до Алины, я встала и ушла. И больше там не появлялась.

С утра, до прихода в редакцию в «Потустороннего стиля», я была в «Ревеневой». Заказала кофе и взяла два ревенево-луковых пирожка. Меня обслуживал Денис, парень с желтоватой кожей. Когда я спросила, где Макс, он удивленно поднял брови и спросил, кто это. А сказал, что Макс тут не работает и никогда не работал. И ровно три раза попросил мне описать его. На улице меня вырвало – я убеждала себя, что во всем виноват пирожок.

Я приехала домой из «Потустороннего стиля» в обед. Сбросила сапоги и стала стягивать куртку. Она зацепилась за ручку двери, и я изо всех сил дернула ее, оставив на ней клочок болони и синтепона. Из кармана что-то вылетело. Я наклонилась, и медленно подняла с пола пакетик сахара.

**

Через полгода мы с Олегом купили билеты в Санкт-Петербург.

Он ни разу не был в Эрмитаже.

А вы что подумали?

0
542
23:54 (отредактировано)
Объём значительный. Читал долго. А автор так и писать, наверное, устал.
Съеште пирожок:

нихилым будет афтерпати
рассол из ревня не спасёт
начальник блум простите стелла
бог это рэппер фараон
Концовка слита.
Но очень интересно было читать.
Много сюжетных линий и персонажей, которые так и не заиграли.
Понравилось осовременивание колдунов и конечно же челябинские вампиры
Спасибо за теплый отзыв angelнасчет замечаний — справедливые) линии и персонажи заиграют, но, надеюсь, уже в дописанной работе.
22:18
Хороший задел на крупную вещь. Если разработать все боковые линии, как раз роман получится. Магический реализм — это всегда интересно. А у автора с фантазией полный порядок!
Спасибо за ваш отзыв! Очень-очень меня порадовал, потому что участвую я в подобном конкурсе и выношу что-то на общественное обозрение в первый раз. Данный рассказ я собирала из написанных кусочков о чародейском мире, и только сейчас, участвуя в конкурсе, наконец-то решилась превратить данную историю в роман. Сейчас, собственно, и разрабатываю все боковые линии и персонажей. Их будет больше smile
03:08
Мне очень понравилось! С удовольствием прочитала бы и другие работы автора. По атмосфере чем-то похоже на «Вампирские тайны» Шарлин Харрис.
Несмотря на большой объем, читать было интересно, сюжет не наскучил. Много сюжетных линий-ответвлений, которые по идее на идею текста не влияют, но лично я к таким вещам отношусь спокойно. Порадовала фантазия и чувство юмора автора. И вообще в рассказ ПОГРУЖАЕШЬСЯ, а это не про каждую историю можно сказать.
Симпатичная главная героиня, другие персонажи тоже хорошо прописаны. Как-то у меня в рассказе была концовка в том же стиле. И если быть честной с собой, наверное, я тогда не знала, какую же фишку придумать в конце. Так что над финалом у Вас тоже можно поработать, если есть такое же ощущение. Если нет, — значит, на все воля автора smileУдачи в конкурсе!
23:18 (отредактировано)
Спасибо за ваш отзыв! Такие отзывы греют мою неугомонную душу лучше живого ежевичного сидра inloveКонцовка — это такое, согласна, было мало времени придумать что-то эффектное, да и, говоря откровенно, концовкой ее тяжело назвать, так как в моей голове подразумевается продолжение smileЕсли получится добротная книга, то там обязательно будет объяснение, с чего все началось и что произойдет в Петербурге и после)
Загрузка...
Жанна Бочманова №1