Валентина Савенко №1

Диалог на луне

Диалог на луне
Работа №155. Дисквалификация в связи с отсутствием голосования

Каждый раз, когда я смотрю на небо, меня одолевают разные странные чувства. Но они приходят не всегда. Я чувствую, как им тяжело пробиться. Они возникают в районе живота, а иногда и в районе груди. Когда они приходят я пытаюсь за них ухватиться, сжать их в ладони, крепко, а потом разжать и посмотреть. Но никогда у меня этого не выходит. Я ложусь спать и сквозь шторы вижу Луну. Она большая и светит ярко-ярко. Я на нее смотрю и знаю, что где-то там, за окном моей детской происходит что-то важное, что-то такое, что заставило гореть Луну так ярко. Перед наступлением осени, каждый август я выхожу из своего подъезда и иду за дом. Обернувшись одеялом, уже в вечернее время, когда небо поменяло окрас – стою, запрокинув голову и ощущаю их. Маленькие, яркие кузнечики прыгают по небу. Каждый август. И мне от этого очень грустно, и в то же время счастливо.

I

Они сидели на Луне. Два маленьких, обрусевших, с длинными ногами, небольшими головами - человека. Мы ее видим практически каждую ночь, небольшой шарик, подвешенный на темно-синие нити, посреди огромного красивого брезента со звездами. Они сидели и болтали. Перед ними открывался огромный и красивый вид. Такое же темно-синие небо, которое мы видим в ясные и чистые ночи, красные, жёлтые и серебряные точки в этом небе, а также голубая планета с зелеными пятнами, разбросанными так хаотично, что как будто кто-то обронил чернильницу и на белом листе осталось много разных клякс.

- Ты считаешь, сколько осталось звезд?

- Нет.

- Надо считать, их уже мало!

- Ну и что, зачем их считать?

- Скоро взойдёт солнце. Когда исчезнет последняя звезда – значит наступил день.

- Точно, я совсем забыл. Одна, две, три, четыре...

- Не люблю день.

- Не мешай, дай посчитать.

- Там на Земле люди – любят день. Они живут днем. Один космонавт мне сказал, что человечество особенно любит светлые дни.

- Светлые? Почему они так любят светлые дни. Восемь, девять…

- Он сказал, что в светлый день человек хочет выходить на улицу и гулять. В светлый день все люди выбираются из своих домов и гуляют. Покупают друг другу завтраки, смеются, обнимаются, и даже говорят друг с другом.

- А почему им нужен для этого светлый день? Мы вот же сидим здесь и нет здесь этого дня.

- Он сказал, что люди так привыкли, они специально делают темные серые дома, чтобы потом ходить гулять.

- Я не понимаю, зачем делать дома, можно же просто всегда гулять.

- Он говорит, они специально не носят шапки в холодный морозный вечер, чтобы потом прийти домой и согреться.

- Я не понимаю, ведь можно вообще не мёрзнуть, если, например, надеть шапку.

- А еще он сказал, что они создают большие каменные города, где не видно неба, чтобы потом в один из дней выбраться из этого места и долго смотреть в нашу сторону.

- Я ничего не понимаю. А где он тебе это сказал, я не видел еще здесь ни одного человека?

- Я встречался с ним вчера ночью. Он стоял там, видишь зеленое пятнышко на Земле. Стоял возле своего дома, и смотрел в какую-то длинную трубу, крутил её, всматривался. А потом спросил:

– Есть ли кто-нибудь здесь?

- Я ответил: Да.

Я в это время готовил, кратеры для астрономов, подкрашивал их. И он молча, смотря на меня и нашу Луну, рассказал мне многое. Его улыбка появившаяся, когда он увидел кратер, который я докрасил, сказала, что люди любят, то что делают. Но они сначала делают, то что не любят, чтобы подготовиться, чтобы собраться с мыслями, и начинают делать, то что любят. Потом он задумался, и улыбка спала, глаза, которые посмотрели на меня, спросили:

– А сколько времени будет длиться эта ночь, когда я могу смотреть на тебя?

- Я собрался с мыслями, посчитал звезды и сказал – еще много, время до утра есть. Он протер глаза, поднес руку ко рту, глубоко вдохнул и присел. Оставил трубу и уселся на холодную траву. В этот момент ясно прозвучало от него – красивый у Вас дом, но он слишком большой чтобы я смог разглядеть его через трубу, буду смотреть так. Мы люди смотрим на то, на что, хотим смотреть, но нам важно смотреть на это своими глазами. И он прилег. Я ему хотел задать вопрос, а зачем вы прячетесь от того, на что хотите смотреть, закрывая глаза. Но потом, немного испугался, что разговор затянется и я не успею докрасить остальные кратеры.

- Так ты докрасил остальные кратеры? Надеюсь, что да…

- Я не докрасил последний.

Один из них слегка поправился, присев поудобнее и Луна провернулась под ними по кругу.

- Что? Как? Почему?

- Когда я повернулся, чтобы поправить Венеру и Марс, и активировать их мерцание, этот человек проронил слезу.

- Что проронил?

- У него из глаз, как из пипетки вылилось несколько капель дождя.

- Аа, не люблю дождь, во время дождя плохо видно из неба Землю, хотя после него люди кажутся чистыми, а потому и грустными. И что потом, почему ты не докрасил последний кратер?

- Мне показалось, что эти слезы сказали мне, что люди не знают.

- Что не знают?

- Не знают, что мы есть. Не знают, что Луна витает по ночам в небе, чтобы такие, как мы могли любоваться людьми и разговаривать с ними. Они не знают, что мир, который кажется им сложным, сделан нами, детьми. Они не знают, как нас понять, но они точно слышат нас. Они не знают, но им постоянно что-то кажется, что-то видеться, что-то предвосхищает их, и эти чувства самые важные, которые испытывают эти люди.

- Ужасно.

- Да нет, это не ужасно, это прекрасно. Так сказал мне маленький дождик из глаз космонавта. Это то ради чего они изобретают, любят, ждут и смотрят на нас. Они предвосхищают о возможностях, и жизни о которой не знают, но о которой слышат из наших голосов.

- Жаль, что они нас не знают. Подожди…Так ты сказал, это был космонавт?!

- Все они космонавты, если хотя бы раз в своей жизни, смотрели в нашу сторону.

- Смотри звезд становиться меньше, я посчитал осталось две бесконечности, скоро выйдет солнце.

- Ну что же, пора спрыгивать на Луну напротив?

- Да, там надо докрасить еще много кратеров.

Луна покачнулась, от легкого толчка двух человечков, и медленно начала спускаться. В этой части бесконечной вселенной начинался день. Тот день, когда люди смогут устать, забегаться, чтобы потом, ночью спокойно и прекрасно, предвосхищая неизвестность - слушать странные истории, которые как маленькие камушки летят к ним из ночного брезента темно-синего цвета.

II

- Как думаешь, может сегодня набросим шаль?

- Нет, нет, ты что, сегодня должна быть полнолуния, крась лучше, сегодня особый день. Луна должна покорить её зрителей. Влюбленные, которые будут смотреть на нас, просто обязаны будут что-то почувствовать.

- Ты уверен, что сегодня?

- Абсолютно.

- Я не хочу сомневаться, но как ты понял, что Луна должна особенно сиять именно сегодня?

- Погода. Погода у них там, у людей. Понимаешь ли ты, что свет должен быть сильным и ясным, когда ночи слишком темны для людей? Мы не должны допустить того, чтоб человек, посмотревший в нашу сторону, не задержался хотя бы на секунду. Мы должны удивить. Мы должны оставить память о себе в его голове. Маленький желтый круг посредине черной натянутой шторы. И что человек подумает, увидев его?

- Он подумает, как красиво?

- Нет же болван, он подумает, что сегодня она не такая как раньше, что именно сегодня в темнице небесной она так ярко и красиво горит, говоря о неизвестном и далеком, о чем-то таком, о чем не говорила вчера. И в этот самый момент наш человек кивнет нам головой, и мы ему, и пойдет вперед. И человек этот будет не каждый. Мы делаем это для особых случаев. Это будет человек, которому нужно будет маленькое светлое пятнышко в ночи, когда он не может уснуть и должен подумать, должен придумать, должен услышать. И вот для этого самого человека, в эту самую ночь, на этом самом небе - мы так яростно работаем этими кистями. Так что будь добр и крась лучше.

Обводя радиусами маленькую луну, длинноногая парочка мазала кистями, похожими на огромные швабры, комочек под названием Луна. Они это делали очень медленно и тщательно, прорисовывая каждый кратер. Как-то раньше, не выспавшись, они случайно оставили следы на свежей краске. И теперь, дабы не возникало вопросов, вырисовывают такие же следы снова и снова. Человек подумал, что это кратер. Пусть так оно и будет, подумали они. Пусть так и будет.

Два маленьких длинноногих человечка свесив ноги присели на давно прижившиеся места. Они доделали работу. Посчитали звезды. И занялись своим любимым делом – смотрели на Землю и на людей.

- Так что, для кого мы так старались?

- Дай посмотрю повнимательнее. Так. Судя по атмосфере в тысячах регионах был вчера дождь, из них в двухстах дождь был не желанным и теплым. Теплый хорошо, после него нельзя согреться дома. Так, так. В пятидесяти из этих двухсот мы видим явную осень. Осень нам не подходит. Осень итак, делает за нас всю работу. Запомни именно осенью человек думает, что в печали, но печаль эта светлая, и чувство это выше любого счастья.

- Ты у людей с начала бы спросил, прежде чем меня заверять.

- Я тебя заверяю, потому что я знаю. Мне рассказывала одна женщина.

- Она тоже космонавт?

- Ну да… Да она тоже космонавт.

- Конечно она не прям мне рассказывала. Я застал ее на старой веранде, ночью в каком-то парке. Либо в том, либо в том. Не помню. Её волосы передавали звук серебряных колокольчиков. Они отпугивали плохие мысли и просто создавали музыку вокруг ее груди. Я видел, что она хотела не спать. И тогда её брови взглянули на меня и сказали - если человек хочет не спать, он понял то, что хотел понять долгие дни, а может годы, а поэтому святи ярче своей луной и не дай нам упасть на веки. Этот человек не не может спать, он не не хочет спать, он не не должен спать – он хочет не спать! Она сидела и не смотрела на меня в ту ночь. Я не мог до конца понять, что мне делать. И тут подул легкий ветер. Один маленький листик оторвался от ветви дерева и качаясь упал к своим. И тогда. Через эту щель, я смог обратить на себя её взор. Длинный плотный плащ, надетый на этом прекрасном человеке, сказал одну вещь, и после сказанного остался только легкий, тихий звон серебряных колокольчиков. Так-то. И вот тогда я пришел к этой самой мысли, которой заверяю тебя.

-Так что же сказал плащ?

- Он сказал, что мир создал человечество осенью, и именно осенью люди чувствуют странное соприкосновение со всем, что их окружает. Они отдыхают. А дальше не помню, но ты понял.

- Итак, что остается. Сто пятьдесят регионов. Отбросим сто, так как там дождь создает урожай. Остается пятьдесят. Так. Ты кстати записывай, что я говорю.

- У меня хорошая память. Очень хорошая.

- Отлично. В один из дней мне нужно будет прыгать, поэтому ты будешь обязан взять всю ответственность на себя.

- Я вижу заблудшего возле того залива!

- Где?

- Там!

- Где, там? Все вижу. Да заблудший.

- Что будем делать?

- Ничего, наша Луна горит достаточно ярко. Будем наблюдать. По моему опыту он не пойдет в нашу сторону, наш свет слепит его, он пойдет в другую. Смотрим.

- Так там же темно и крутой спуск. Мы ему не помогаем!

- Ты не понимаешь! Спускаясь он в любом случае поднимется, и окажется там, куда ему предстоит попасть.

- Как?

- Земля круглая, дурачок. Земля круглая.

- Как-то был один похожий случай. Мы работали с моим старым другом. Была такая же чёрная ночь, такая чёрная, что люди пошли сразу спать, не посмотрев в нашу сторону.

- Вы были в тот момент вместе?

- О да. Поэтому я так отчетливо всё помню. Ночь была чёрная, как самая спелая слива. Мы окрасили луну и дали свет, который поможет человеку. Человек этот был похожий на этого. Но это было, кстати, на той Луне, на вчерашней.

- Ну и что дальше?

- Ну вот, человек двинулся в сторону нашего свечения, и от слишком яркого света заплутал, ослеп так скажем. Он отчаялся. Сильно. Прям очень сильно. А ему нужно было домой, но он не говорил зачем. Да эта фраза и не должна вызывать вопросов, она сама является ответом на многие человеческие вопросы. Ну вот. Он сидел и смотрел на это небо. И лицо просило помощи. Тогда мой друг мне сказал, что ему пора. Я спросил, куда? Он ответил, только одно сможет выполнить желание этого человека, это падающая звезда. Ты пригаси свет, он должен меня будет заметить – это обязательно.

- Но как, это поможет? – я действительно не знал.

- Люди загадывают желание, когда что-то проноситься яркое у них на небе. Эти желания сбываются, но не все, а только те желания, о которых не просишь, а о которых думаешь. И думаешь не просто, а думаешь сложно. И эти желания мы берем не из сердца людей, не из их интересного шарика в голове, а из рук, в которых они его сжимают. Пускай я не звезда, но я буду гореть так ярко, что он обязательно меня заметит.

- Ты будешь прыгать? И что потом?

- Да. Я буду прыгать. И я счастлив. Что потом, а потом все просто. Я стану частью Земного воздуха, затем упаду на Землю в виде капли дождя, меня впитает почва и я соединюсь с прекрасным цветком, мой аромат вдохнет красивая женщина на побережье большого океана, от этого аромата она влюбится и у неё родится человек. И вот. Я стану новым персонажем, но уже твоих интересных историй. Я забуду конечно всё, чем я тут занимался, и поэтому с таким же невероятным невежеством буду смотреть в твою сторону, и удивляться, почему Луна такая яркая сегодня. Она удивит меня и заставит, что-нибудь сделать, что-нибудь почувствовать, и возможно, даже вспомнить. И тогда вспомнив, – я напишу прекрасную повесть про нас, маленьких, смелых и очень добрых мечтателях, которые смотрят и разговаривают, чтобы кто-то смог их услышать.

- И он прыгнул с огромной улыбкой. Его ноги связались в узел. И ночной темно-синий брезент был вспорот им.

- И что, тот человек вернулся домой?

- Да, он очень хотел вернуться домой. Он желал этого всем своим существом. Да этот человек вернулся домой.

В космосе, вокруг Луны стояла тишина, такая красивая, что ее звучание слышали все спящие на Земле. Слегка покачиваясь, держалась на невидимых нитях Луна. Два маленьких длинноногих человечка сидели на крохотном ярком космическом тельце. Один из них, болтая пальцем, внимательно считал сколько осталось звезд. Второй, запрокинув ногу за ногу, задумчиво глядел на Землю, на которую так ему хотелось попасть. 

Другие работы:
+2
245
23:25
+1
Хорошая идея и хорошая структура разговора двоих неизвестных, загадочных существ. Но вот чуть не хватило вычитки и волшебства слога.
Судя по атмосфере в тысячах регионах был вчера дождь, из них в двухстах дождь был не желанным и теплым. Теплый хорошо, после него нельзя согреться дома. Так, так. В пятидесяти из этих двухсот мы видим явную осень. Осень нам не подходит. Осень итак, делает за нас всю работу.
Ну с повторами это ещё ладно, в живом диалоге можно и пропустить. Но в письменной речи — нежеланным лучше написать вместе и «осень и так делает ...» — это прямо нелепость, такие ошибки.
Всё-таки правила грамматики существуют не просто так. И хороший текст создаётся именно сочетанием грамотности текста и его содержания, смысла, образов. Это как еда — поесть можно и доширак, но ведь вкусные блюда любят именно за гармоничное сочетание всего.
Загрузка...
Елена Белильщикова №1