Ольга Силаева №1

​Страсти

​Страсти
Работа №4

Григорий сжался и огляделся по сторонам. Ровно секунда, чтобы создать видимость сохранения достоинства, для самого себя. 


Ему было 35 лет, он работал в IT-отделе, снимал квартиру у метро, был щуплым и носил очки. Шаблонный, как могло показаться, образ рушил богатейший внутренний мир. Григорий умел мечтать. Каждую субботу он приходил в бар “Валькирия” и наблюдал. Он пытался понять, почему некоторые мужчины пользуются такой большой популярностью у представительниц прекрасного пола. Он смотрел на некоторых девушек и представлял как знакомится с ними. Фантазировал, как бы развивались их отношения. Что из этого могло бы выйти. Несколько раз почти удавалось завязать общение.

Сейчас он сидел на стуле возле барной стойки, и его толкнул крупный парень, которого он без сомнений определил как “альфу”.

— Ты моё место занял. Проваливай. - Это не было место “альфача”. Григорий сидел здесь уже два часа. Но вступать в конфликт не было смысла. Он уже собирался встать, когда поймал взгляд девушки, сидящей прямо возле него.

Длинные рыжие волосы, большая грудь, изящная фигура. В её взгляде ясно читалась надежда, она готова была с ним познакомиться. Григорий понял, что это тот самый шанс, который даётся в жизни только один раз. Не испугаться и воспользоваться им либо сбежать и вспоминать об этой ситуации всю жизнь.

Он вскочил со своего стула и толкнул агрессора в грудь:

— Пойдём, выйдем.

Спустя 5 минут скорая увозила Григория в реанимацию, впрочем, без особой надежды на спасение. Одного удара хватило, чтобы он упал и ударился головой об асфальт. Альфа-самец стоял с широкими от страха глазами, на него надевали наручники, за 25 лет жизни с ним не приключалось ничего подобного.

******

Он брёл за ней уже почти час. Лоис вновь отвергла его. Кеннет проигрывал в голове все свои признания.

Его день рождения. Её день рождения. Рождество. Встреча у её родителей, на которую она его позвала. Он думал, что она хочет объявить о своих чувствах, но она только заявила о том, что он самый близкий её друг. А позже, в комнате, дала понять, что между ними ничего не может быть.

Он пробовал вновь и вновь. Любую девушку можно добиться, главное приложить достаточно усилий. Но прошло уже четыре года с момента их знакомства. Он действовал напрямую. Он был её другом. Он ждал, пока её предаст очередной парень. Но, неизменно, она отвергала любые его попытки.

Тем не менее, он шёл за ней вот уже почти час. Она направлялась к дому. Он вспоминал все былые неудачи, придумывал новые способы, просчитывал сотни вариантов, как можно убедить её.

Впереди вся жизнь, им всего по 23. Год, два, десять. Неважно, он готов ждать, сколько бы не потребовалось.

Но, Боже, как же это больно. Смотреть на всех этих людей, которые в канун Нового Года счастливы, которые вместе. Совсем седые бабушка с дедушкой, которые идут в обнимку. Парочка в деловых костюмах. Взрослый мужчина, и девушка, которой едва исполнилось, наверное, 18 лет.

Он и сам подумывал порой, не сошёл ли с ума от мыслей о ней? 24 часа в сутки, каждый день. Переулок до её дома. Осталось идти всего 20 минут. Кеннет догнал её:

— Ты думала о том, чтобы быть со мной? Я люблю тебя, как никто другой. Может быть, у меня сейчас нет того, что тебе нужно, но попроси. Я достану всё, что ты захочешь. Только будь со мной.

Но она вновь не готова ответить ему. Она только улыбается. Она говорит, что он самый близкий ей человек. Но как друг.

Кеннет хватает её руками за горло, и сжимает так сильно, как только может. Лишь бы она не страдала. Лишь бы это кончилось так быстро, насколько возможно. Он отправится за ней, как можно скорее. Наконец-то, они будут вместе.

*******

Клиф стоит возле кабинета начальника. В этот-то раз ему дадут повышение. Он просит о нём уже почти год. У него семья: жена, два ребёнка. Сын родился меньше месяца назад. Придя на работу он был одинок. За последние два года Клиф женился, завёл детей. Всё это было оговорено заранее, и теперь у его начальника не остаётся вариантов. Он обязан предоставить все необходимые условия.

Клиф заходит в кабинет. Он рассказывает о сложившейся ситуации, он рассказывает о семье. Начальник улыбается, кажется, он все понимает:

— Если тебя что-то не устраивает, ты можешь уйти. Я и так дал тебе слишком много. Ни образования, ни опыта. Всем, что у тебя есть, ты обязан мне.

Клиф смотрит на своего босса пустым взглядом, оборачивается. Его глаза встречаются с глазами секретарши. Стройная, черноволосая, правильные черты лица. Она смотрит на него с насмешкой.

Клиф вновь поворачивается к своему начальнику. Маленький, рыхлый, с этой мерзкой, ехидной улыбкой. Он мог бы в один прыжок приблизиться к нему и свернуть шею. Это лишь секунда. А потом, будь что будет. Разве можно так издеваться над людьми? Но Клиф тяжело разворачивается, делает шаг к двери, распахивает её и уходит.

Здесь больше нечего искать. Здесь нет никаких вариантов. Как же хочется размозжить черепушку этого слизняка об стену. Но что это даст? Его сыновья останутся без отца. Денег станет еще меньше. Да и дурная репутация после тюрьмы… Он выходит из кабинета. Пора искать новую работу.

-------------

*******

Лиза сидит у окна. Что можно увидеть через него? 8 этаж.

Андрей уже второй день задерживается на собрании. Но никаких собраний нет, она нашла номер в телефоне мужа и говорила с его начальником.

Им по 30. Они уже 10 лет вместе, и муж пропадает последние несколько месяцев. Наверное, тот парень, что писал ей в социальной сети, прав. Это всё выдумка, он с любовницей. И ей тоже пора начать ходить на свидания. Лиза, хоть ей и 30, ещё красива, занимается спортом, ловит взгляды мужчин.

Вот муж возвращается домой и снова, в ответ на её приставания, бросает:

— Я слишком устал. Давай позже. Я сейчас просто физически не могу.

Они не были близки уже много недель. Раньше он накидывался на неё ежедневно...

Лиза ложится спать. Встаёт вместе с ним по будильнику. Варит кофе. Но не так как обычно, в этот раз всё иначе. Муж любит крепкий кофе, и горечь не позволит ему заметить разницы.

Пускай он сдохнет в мучениях. Это неважно. Главное, что он будет только её. Они договаривались. Они обещали любить, а он предал. Это не слишком высокая плата. Он искупит это предательство, и они смогут быть вместе, на равных. Пускай даже уже не здесь.

В её чашке то же самое. Она готова испытать то же, что испытает он. Это любовь. Она лучше него понимает, что это значит.

******

Стелла вот уже пятый год ухаживает за своей больной матерью. Онкология, болезнь Альцгеймера, а вместе с ними и куча сопутствующих недугов. 35-летняя женщина, когда-то жизнерадостная, румяная и счастливая, каждый день, как на каторгу, шла в больницу. Теперь она была худой, бледной и дерганной. Начали трястись руки. Сейчас в её жизни была только работа на полставки, чтобы оплатить собственные расходы и сиделку на первую половину дня. Всё время с 15 часов и до вечера она проводила в больнице.

За последний месяц она отдыхала всего два дня, беря разные подработки и хватаясь за любую возможность заработать денег.

Но иначе быть просто не могло. Мама воспитывала её одна. Отец Стеллы, кем бы он ни был, бросил семью еще в детстве. А вот мать сделала всё для того, чтобы дочка была счастлива. Лучшие вещи, дорогая техника в доме. Мама работала с утра до ночи и никогда не жаловалась. Только говорила, как счастлива, что имеет такую дочь.

Стелла училась в гимназии, занималась балетом, а позже, благодаря связям матери, смогла танцевать в театре. До 30 лет она была абсолютно счастливой, не подозревая, что жизнь может быть столь сложной и мучительной.

Всё изменилось, когда мама заболела. Рак, химиотерапия. Стелла больше не могла всё своё время посвящать репетициям. Из-за дурных мыслей она делала ошибки на выступлениях. В итоге, её попросили покинуть театр. Женщина устроилась работать хореографом, всё начало вставать на свои места. Но спустя полтора года ремиссия прошла, а вместе с возвращением одной болезни пришла и другая, мать начала впадать в беспамятство. Стелла больше не могла оставлять её одну дома и определила в больницу.

Сейчас женщина сидела на стуле рядом с кушеткой матери и смотрела пустым взглядом в окно, на котором играли разноцветные блики большого города. Она думала о словах новенькой медсестры, не так давно покинувшей палату. Ещё даже не выветрился аромат дорогих духов. Конечно, с одной стороны, та была чересчур эгоистичной. Стеллу возмутил вопрос о том, не устала ли она жить такой жизнью. Как она могла устать? Ведь это её мама, посвятившая дочке всю жизнь.

Но, с другой стороны, Стелла готова была признать, эгоистичность медсестры позволяла увидеть истину, которая самой женщине была недоступна. А думала ли она, в своём беззаветном стремлении позаботиться о маме, что будет с ней самой? Что чувствует она? Постоянная боль, которую доставляет рак, мучения от бесконечной химиотерапии. А даже если эта болезнь отступит.. Альцгеймер неизлечим. И каково будет ей, когда-то сильной, уверенной женщине жить такой жизнью? Существовать. Она уже совсем не приходила в сознание, пребывая в своих воспоминаниях, фантазиях и кошмарах. Персонал рассказывал, что мама постоянно кричит по ночам…

На глазах Стеллы появились слёзы. Заслужила ли её мать такую жизнь? Заслужила ли она вечные муки? За что? Женщина наклонилась над самым близким во всём мире человеком, крепко обняла её и поцеловала в морщинистую щёку. Этот поцелуй длился очень долго, хотелось, чтобы мгновение продолжалось вечно. Но, наконец, Стелла решилась. Она нежно подхватила мать под голову и достала из под неё подушку. Маме пора наконец-то получить облегчение и отправиться туда, где она будет счастлива...

******

Вовка зарывается лицом в подушку и плачет. Рыдает как девчонка. Такое было с ним в последний раз лет 7 назад, когда он пошёл в первый класс. Он споткнулся и сел мягким местом прямо в ведро с водой, которое оставила возле раздевалки уборщица. Но тогда он был малыш и рыдал от унижения перед новыми одноклассниками. А сейчас Вовка, будучи уже взрослым парнем, плакал от боли и бессилия.

Джесси была его любимицей. Два года назад мальчик подобрал годовалого кокер - спаниеля на улице. Собаку, похоже, сбила машина. Была перебита лапа. Животное поскуливало, но доверчиво ткнулось мордочкой в руку человека и облизало её. Тогда, чтобы взять собаку, Вовке пришлось долго спорить с родителями. Он умолял, обещал, ругался, грозил и, в итоге, ему позволили оставить щенка. Для этого он пообещал бросить ненавистную родителями школьную секцию бокса и исправить все оценки. На лечение Джесси ушли все накопленные мальчиком деньги, но малышка полностью поправилась и стала верным другом.

Со временем собаку полюбили и мама с папой, и даже ворчливый дедушка, рядом с креслом которого Джесси исправно, каждый вечер, смотрела новости. Но вот Диане, сестре-близняшке Вовы, новый член семьи не нравился никогда. Хуже всего, что совершенно беспричинно. Собака с самого начала ластилась к девочке, любила лежать рядом с ней, когда та делала уроки, а по утрам, первое время после появления в доме, норовила облизать лицо. Но Диана упорно смотрела на неё с ненавистью. Могла пнуть ногой, облить водой и называла вонючей псиной.

И два часа назад, когда белокурая, миловидная ветеринар, смотря на Вовку с презрением и брезгливостью, сказала, что собака съела отраву, парень уже точно знал, кто всему виной. Он не выдержал этого взгляда и выложил всё, как на духу. Про то, как подобрал щенка, про то, какой Джесси была хорошей, не забыл и про сестру.

— И тебе с ней еще столько лет жить, не знаю, как ты выдержишь. Крепись, малыш. Если она решилась на такое, будь готов ко всему, - покачала головой ветеринар.

И сейчас Вовка не мог думать ни о чём кроме этих слов и прощального сочувственного взгляда белокурой девушки. “Будь готов ко всему”. А если он снова заведёт питомца? А если он влюбится? Диана будет портить жизнь каждому, кто ей не понравится? Ей всё сойдет с рук? Что сделают родители? Отругают её? Запрут дома? Лишат карманных денег? Это вся расплата за жизнь Джесси, такой жизнерадостной? Такой любимой? Вся жизнь которой ещё была впереди.

Пелена слёз застилала глаза. Разум был затуманен. Вовка почти вслепую нащупал в своём письменном столе ножницы и направился в соседнюю комнату. Там, он знал, его сестра как всегда лежала на кровати в наушниках, в которых на всю громкость была включена музыка.

******

Ночь. Горят костры. Сотни костров. Бескрайняя равнина, на которой раскинулось огромное количество огоньков. За ними сидят люди, взгляд которых направлен в никуда. Здесь и щуплый Григорий, и Кеннет, и Лиза, здесь же предстоит оказаться и Стелле с Вовкой, и многим другим.

А поблизости, на горе, во главе всех костров пылает самый жаркий и яркий. Вокруг него сидят рыжая девушка из бара, седые возлюбленные с ночной улицы, стройная черноволосая секретарша с правильными чертами лица, белокурая, миловидная ветеринар и еще много самых разных силуэтов.

Все они Страсти. Им уготовано начать Рагнарок. Но пока они не набрались достаточно сил. Пока они только пробуют себя. Но, когда придет время, мертвых за их плечами будет больше, чем осталось живых. И тогда начнётся последняя битва.

-2
354
21:17 (отредактировано)
+2
Вокруг него сидят рыжая девушка из бара, седые возлюбленные с ночной улицы
— подлые влюблённые старики! Специально ходят так, чтобы им все завидовали! Скольких ещё страдальцев они завлекут в ад?
Не, довольно странный конкурс. Снова смысл рассказа словно прячется от меня в какой-то параллельной реальности.
21:20
+1
Я, читая рассказ, ожидала, что все эти убийцы в конце окажутся разными воплощениями одного и того же человека — как-то развивающегося или, наоборот, облажавшегося в каждой из своих жизней. Финал оказался намного более неожиданным и настолько же менее логичным.
22:36
Финал неожиданный. Я думала, что это воплощения одних и тех же людей. По поводу страстей — седые старики тоже среди них? У них уже наверное, спокойная привязанность, а не страсти.
По первой части — через пять минут скорая и наручники? Где это автор такие скорости в нашем мире видел?) «Коккер-спаниель» — так пишется. И откуда мальчик, подобрав собаку, понял, что ей год? Спец по собачьим зубам? Лучше написать — молодого коккер-спаниель, чем годовалого. И цифры пишутся буквенно.
В принципе, осталось приятное впечатление.
22:46
Кое-что зацепило, чисто по эмоциям. «Четвёрка с минусом, тройка с плюсом» — по пятибалке за рассказ, далёкий от фантастики.
02:22
+1
Бедная секретарша. Посмотрела косо и к самому большому костру, сиди жди прихода! Она-то в чем виновата? А может быть за рамками повествования она покаялась во всех своих страстях? Или путь только один — к костру???
08:21
Судя по всему, секретарша — воплощение одной из сил, собирающей армию мертвецов. Как и пожилая пара, рыжая девушка, ветеринар и медсестра.
Цифры — словами!
«Альфач» — это точно литературная характеристика?
Истории неудачников — к чему? Всё, на что они могут сподвигнуть — повторить путь героев. Автор этого добивается? И он откровенно не любит свою мать. Хоть бы её дочь убийцей не делал. Но нет, у автора откровенно нет ничего святого.
«Белокурая, миловидная ветеринар», смотрящая на ребёнка! «с презрением и брезгливостью». Тем не менее ребёнок тут же рассказывает ей свою душещипательную историю и получает поддержку.
Жить этот рассказ точно не мотивирует.
08:47
Аэммм… Какой-то набор недорасписанных рассказов, объединённых ради фантдопущения ещё одним рассказом, на этот раз просто недописанным.

Что самое обидное, по отдельности каждая история (кроме метасюжета) вполне годная, достаточно просто подробнее расписать имеющиеся синопсисы. А вот метасюжет притянутый за уши. Да и сам по себе какой-то никакой. Ужасные страшные силы тьмы смущают честных граждан, чтобы увлечь их в армию мёртвых? Хмм… (Забавно, но Апокалипсис тут ни при чём, поскольку в нём воинствам Неба противостоит армия царей земных.)
Комментарий удален
16:36
Только один вопрос: зачем? Зачем это написано? А? Скажете, автор?

Не скажете. Потому что это просто писанина без смысла. И говорить о ней тоже смысла нет.
00:11
Здравствуйте, автор.

Вот как-то хотелось написать: «Единица, бред!», а потом начал записывать заметку и захотелось чуть больше сказать.

Тут главная проблема, что обилие историй не делает выворот со Страстями и будущим Рагнорёком интереснее. У каждой из них есть потенциал глубины, но когда они описаны так, как у вас, ощущаются как шаблоны. Рискну предложить вам переработать его в следующем ключе: выбрать одну историю, и в неё вставить несколько ключевых персонажей, который будут появляться не пойми откуда и уходить не пойми куда, но буду оказывать давление на главного героя, и так от какой-то средней позиции, он будет доведён до состояния, в котором решится на убийство. Это, безусловно, сложнее, но хотя бы потенциально может быть интереснее (потому что грамотные истории падения любопытны). И изначальная странность этих «странных» персонажей оправдает последующий мистический финал.

В данном виде история/ии, увы, не работают совершенно. Остаёшься в недоумении и грусти. Удачи!
Загрузка...
Максим Суворов