Светлана Ледовская №1

К

К
Работа №105

...при оказании помощи терпящему бедствие космическому кораблю (военному или гражданскому) принять все меры для спасения человеческого экипажа…

Выдержка из Кодекса поведения в Пространстве.

***

В этот тёмный, даже по местным меркам, вечер, бар планетарной базы «Деймос» был забит до отказа. С дальних постов слетелись планетологи, половину всех столов заняли Механисты, прибывшие с поисков месторождений блуждающих кристаллов. За барной стойкой веселились пилоты, чья вахта подходила к концу. Мало-помалу посетители начали перемешиваться, образуя компании «по интересам». Кто-то хотел просто отдохнуть, некоторые обмывали удачный вылет, но основная масса посетителей пришла ради проводов на пенсию местной легенды, заставшей начало освоения Девятой планеты Солнечной системы. Сам Капитан, чьё имя было давно позабыто из-за характерного звания, не отставал от остальных: говорил тосты, смеялся, травил истории и пил, не забывая угощать всех присутствующих. Каждая опрокинутая бутылка повышала громкость общения, и через некоторое время голоса людей и Механистов слились в единый гул, который изредка прерывала система громкого оповещения:

– …Двигатель работает и на «фабрику воздуха» в том числе, неуч…

– …Дорабатываю эти месяцы и всё, хватит. Пусть люди контракт продлевают…

– …Для вас срочное сообщение по Дальней связи. К вам будет направлен робот-посыльный…

В энный раз осушив стакан, покрытый сединами Капитан начал вспоминать о заре становления базы. «Расскажу-ка я вам что-нибудь из старенького, да. Вот лет пятьдесят назад был такой…». Под раскаты хохота серебряный человек вспоминал, как один Механист чересчур буквально воспринял Кодекс Действия и на учебной тревоге всерьёз отправился спасать несуществующего пилота. «Кодекс так велит, что тут поделаешь. Наплевать, что он сам по себе не шедевр, какой связанный, да. Хорошо, что я домой». Одна потешная история сменялось другой, поступки Механистов становились всё анекдотичней, а восторженные реакции зрителей только усиливались. Цикл гомерического смеха прекратился одновременно со звуком хлёсткого удара.

Д/ар/вит – один из Механистов, этим вечером пребывал не в духе. Поисковик от Бога, сегодня он откликнулся на ложный сигнал бедствия, упустив богатое месторождение кристаллов. Раздражённо хлопнув по столу, уродливый (по меркам Механистов, разумеется) представитель нечеловеческой расы с вызовом уставился на Капитана.

– А за эти полвека не нашлось истории, где Механисты не выглядели бы по-идиотски на вашем фоне? Где мои собратья не выставлены клоунами на посмешище?

Колкий выпад оборвал раскат смеха, слегка понизив градус хорошего настроения в баре. Публика, оградившая старожила базы, с неодобрением начала поглядывать на подавшего голос инопланетянина.

– Так ведь мы по-доброму смеёмся, – приветливо улыбнулся Капитан, – никто не забывает, что каждый из ваших соплеменников свято чтил Кодекс и добросовестно…

– А его бы я вообще отменил, будь такая возможность. Вы сами говорите, что он во многом несовершенен – так зачем за него прятаться? Почему мы должны упускать своё, помогая вам? Люди должны помогать людям, а Механисты – Механистам.

В баре воцарилась настороженная тишина. Даже многие из инопланетян осуждающе глядели на своего сородича, несогласно качая головами – что уж говорить о людях. Сам виновник переполоха угрюмо смотрел на Капитана, наблюдая, как с лица человека медленно сходит улыбка. Если Д/ар/вит и чувствовал, что перегнул палку, то виду не подавал.

– Отменить Кодекс? Однако…

Никто из присутствующих не заметил, что глаза Капитана перестали искриться весельем. Только самый внимательный из коллег мог бы увидеть, как мужчина едва заметно дёрнул головой…но, почти все, кто находился в помещении, были не вполне трезвы.

– Вот вы о взаимопомощи в таком ключе говорите, и требуете Кодексом Действия не прикрываться…а я расскажу вам, почему Кодекс изменили лет, этак, через пятнадцать после Первого контакта. Ведь сначала он и назывался по-другому, да. Кодекс поведения в Пространстве, если я правильно всё помню. Его появлению всё космическое сообщество было обязано тёмной истории, приключившейся в Поясе Астероидов много лет назад. По слухам, тогда кто-то из пилотов намеренно не пришёл на помощь, но свечку я не держал, так что и стопроцентные гарантии давать не буду. Что я знаю точно, так это то, что тот Кодекс действовал во времена «встречи» Механистов с Человечеством. Как вы все знаете, тогда наши расы не прониклись доверием друг к другу, и поначалу речь шла лишь о сотрудничестве в космической сфере. Ещё во время Первого контакта было достигнуто соглашение о совместной добыче полезных веществ с Сатурна: «Локхид», «Роскосмос», китайцы и многие дельцы поменьше даже подписали соответствующий документ, подразумевающий слияние всех земных компаний в одну гигантскую корпорацию…но тут грянул кризис, отодвинув на многие годы глобальные инвестиции в космос. Прошло целое десятилетие, пока мировая экономика оправилась от удара, и ещё четыре года сверху, прежде чем Человечество вновь стало смотреть вверх. Во всяком случае, его часть. Все эти годы на орбите Сатурна работала база Механистов, оставаясь бельмом в глазу наших космических амбиций. Космолёты Компании поднялись в небо как раз тогда, когда она праздновала свой юбилей.

К тому времени «Роскосмос» развалился, китайцы полностью сосредоточились на колонизации Марса, а все европейские проекты заморозили до лучших времён. Неожиданно «Локхид» остался без конкуренции на внутренней арене и мог спокойно заниматься добычей ценных минералов из Колец Сатурна. За год Компания развернула целую станцию недалеко от планеты, укомплектовала весь штат высококлассными пилотами, застраховав основную смену на баснословные суммы. Изо дня в день десятки кораблей уходили на поиски, выискивая полезные вещества, которые могли пригодиться на Земле. За тридцать, с небольшим, месяцев «Локхид» отбил потраченные на строительство деньги и начал грезить планами о наращивании оборотов. Штат расширился, на станцию начали брать новых специалистов, в ангары поступали улучшенные корабли. Ходили неослабевающие слухи, что Компания собирается затеять ещё одну грандиозную стройку.

Примерно в то время на станции появился Кассий…Кассий Колхаун, или просто Кас. В отличие от основной смены, он был вольнонаёмным пилотом, хотя круг обязанностей у нас не сильно отличался. Крепкий специалист, окончивший высшие курсы пилотирования, он сразу начал оправдывать авансы, притащив из первого вылета десяток тонн бизания. Из второго – экипаж, чей корабль лишился управления и отчаянно слал сигнал бедствия во все стороны. За пару месяцев работы он принёс Компании столько же, сколько иные пилоты за год-другой. Многим это не нравилось – люди говорили, что ему просто дьявольски везёт, некоторые на полном серьёзе искали какую-то систему в его маршрутах. Только пара человек молча ставила Кассию виски за спасение. Лично я считал, что дело в амбициях, совмещённых с полным отсутствием тормозов. В деньгах, куда без них. Сам Кас любил повторять, что всё дело в том, что он ирландец. Мол, они все до одного безбашенные. Так продолжалось до тех пор, пока его корабль внезапно не пропал в кольцах.

Здесь надо сделать отступление – в отличие от Пояса, который являлся скоплением астероидов неправильной формы, Кольцо Сатурна не было единым телом, а состояло из множества колец, каждое из которых двигалось в свою сторону и со своим ускорением. Миллиарды миллиардов тонн льда и силикатной пыли, среди которых изредка попадались интересующие нас обломки и минералы. Толщина колец колебалась от десяти – в самых узких, до пятидесяти пяти километров в самых широких местах. Каждому пилоту выделяли сектор – просто называли кольцо, в котором он должен был вести поиск. Представьте себе подземное метро, разделённое на сотню этажей, по каждому из которых мчится поезд. Представили? Только вместо поездов космические корабли, а вместо проложенных тоннелей необъятный поток льда и метеоритов, среди которых приходилось вести поиски. Самые безбашенные экипажи уходили на «охоту» и исчезали с радаров на несколько недель, изредка появляясь в радиоэфире. Несмотря на все опасности и риски, смертность в наших рядах была невелика: тот случай, когда Кас притащил к базе повреждённый корабль, был первым за пару лет. Так что, когда Кассий пропал из радиоэфира, на это не сразу обратили внимание. Минула неделя, другая, третья, и только тогда начальство на станции поняло, что дело серьёзное.

Компания отправила несколько кораблей к точке, где Кас вошёл в своё кольцо, но быстро осознала нерентабельность поисков в секторе предполагаемого маршрута. Экипажам дали отбой, а на станции начали готовить документы для родственников Кассия, ведь локхидовскую страховку никто не отменял. Мы покрутились в кольце ещё немного, пока в наш спасательский мир не пришло пересланное сообщение с базы Механистов – один из их кораблей исчез без следа, а так как их техника была более продвинутой, чем наша, они сразу предположили самое худшее. Обменявшись информацией через станцию, мы вышли в открытый космос и вернулись домой. Пришлось выслушать не одну лекцию о технике безопасности полётов и улучшениях, которые планируется внедрить на корабли, пока всё не вошло в привычную колею. За работой время летит незаметно – спустя пару месяцев среди пилотов никто и не вспоминал о Кассие, как будто его никогда и не было. Вылет – поиски – станция – отдых – и так по кругу, по рекурсии. Я заканчивал свою годовую вахту, когда по станции разлетелась ошеломительная весть. Кас вернулся.

Если честно, никто из нас вначале не поверил, что это был он. Бормочущий что-то себе под нос скелет мало походил на человека, который отправился в сектор поисков три месяца назад. Этот рекорд никто не побил – даже сейчас в Кольцах не задерживаются дольше, чем на сорок-пятьдесят дней, а тогда их набралась почти круглая сотня. Не успели мы отойти от шока, как пришлось ещё раз поднимать свою челюсть с пола. Кассий не просто смог вывести частично разгерметизированный корабль из кольца в открытый космос, не просто довел его до дома с наполовину отказавшей системой управления, но и прихватил ценный минерал по дороге. Инженеры облазили космолёт изнутри и снаружи, по дюйму исследовали корпус и технику, что-то вычисляли на своих программах. Вердикт – такое спасение в принципе неосуществимо. Пока Кас лежал в лазарете, вся смена безрезультатно отрабатывала его ситуацию на авиатренажёре. Никто из восьми десятков пилотов не смог вытащить корабль без комплекса датчиков, антенн-ретрансляторов и только одним рабочим двигателем. Ни один не смог даже выйти из кольца – а ведь потом нужно было найти станцию. Без ориентации в пространстве и расчётных координат. С аварийным маяком и тишиной в радиоэфире, да. Ощущаете масштаб задачи?

История его спасения…чистая фантастика на мой взгляд. Я успел закончить вахту, отгулять отпуск и вернуться на станцию – аккурат к тому моменту, когда оправившийся от своих приключений Кас рассказывал её всем и каждому, не забывая своими ответами выводить из себя других пилотов. Пару раз он откровенно нарывался на конфликт, уничижительно отзываясь о профессионализме коллег. Мол, пока одни спасают корабли и статистику Компании, другие ни на что не способны, кроме сплетен и зависти. Эти слова друзей Касу точно не прибавили. Если максимально абстрагироваться от его поведения, то в грубом виде история спасения выглядела так: где-то на двадцатый день поисков у него произошло столкновение с «чем-то вроде обломка астероида», что повлекло за собой частичную разгерметизацию, отказ одного и перебои в работе другого двигателя, а также постепенное «угасание» всех систем. От удара космолёт вышвырнуло в другое кольцо, с иной, на порядок более высокой, угловой скоростью и центростремительным ускорением. Из-за многочисленных повреждений сразу вывести корабль в открытый космос не получилось…а когда ситуация на борту хоть как-то стабилизировалась, двухмесячный дрейф вокруг Сатурна Кассию показался более безопасным вариантом, чем выход в никуда, с мёртвыми средствами связи и накрывшейся системой навигации. Где-то в том временном промежутке Кас наткнулся на тот самый минерал и перенастроил аварийный маяк (потрясающая идея – теперь устройство не отправляло сигнал бедствия, а фиксировало радиоволны со станции). Благодаря этой информации, плюс-минус шестьдесят дней спустя Кас вывел корабль, сделавший виток вокруг планеты, в открытый космос, сравнительно недалеко от дома. Я бы не поверил в это нагромождение случайностей, если бы не стал его свидетелем. Так не бывает – эти слова не единожды произнёс каждый на нашей станции, но Кас стоял перед нами, ухмылялся и безостановочно трещал о том, что сделает, когда Компания выплатит его долю. К несчастью для пилота, у гостей станции было иное мнение на этот счёт.

Можно сказать, что ему не повезло лишь дважды. В первый раз, когда минерал потянул на сумму с таким количеством нулей после единицы, что руководству станции пришлось вызывать ведущих экспертов «Локхида» с Земли. Десяти процентов от той суммы (а именно столько получали вольнонаёмные пилоты от добычи) хватило бы на архипелаг островов в Тихом океане. И флот авианосцев для его защиты. Дело сразу взяли на карандаш, ведь где есть один подобный камень, может быть и два. И три. И целая россыпь. Сверху пришёл резонный приказ любой ценой выяснить, где именно Кассий нашел этот минерал. И тут случилось невезение под номером два. Кто-то из приезжих компьютерщиков занялся вплотную бортовым самописцем и восстановил курс корабля до аварии – скорее для очистки совести, ведь почти вся техника отказала вскоре после столкновения, а Кас утверждал, что нашёл минерал вслепую гораздо позже этого. Не знаю, что надоумило эксперта, но он наложил друг на друга координаты точек, где пропал корабль Механистов, и случилась авария Каса. Они были близко. Дьявольски близко. Да, сигнал о пропаже чужого корабля поступил позже, но это ни о чём не говорило, ведь мы тоже спохватились не сразу. За «чёрный ящик» взялись всерьёз, по станции пошли нехорошие разговоры, а версия Каса становилась всё более и более неправдоподобной. Через пару дней «земляне» прижали его к стенке.

На каждом из локхидовских кораблей стояли датчики, фиксировавших огромное множество параметров. Навигация, запас топлива, ускорение, расчет оптимальных траекторий…масса корабля. После аварии – по версии Кассия, с обломками небольшого астероида, по версии экспертов – с кораблём Механистов, аппаратура успела зафиксировать, что масса судна увеличилась. Именно на полторы тысячи фунтов, которые весил тот камень. Забавно, но и тогда Кассий продолжал отпираться, упрямо стоя на своём. Последним гвоздем в крышку гроба стала расшифровка спутникового контура – в едином цифровом потоке эксперты вычленили сообщения, отправленные явно не людьми. Напомню, что даже пятнадцать лет спустя после Первого контакта не был выработан универсальный язык общения между нашими расами, передачи данных от Механистов шли на станцию, декодировались сложным алгоритмом и только после этого рассылались по нашим кораблям. Для обычного пилота прямая речь Механистов до обработки являлась непонятным, мёртвым языком с минимумом полезной информации. Кассий не был исключением…хотя, даже в противном случае это ему бы не помогло. Те сообщения...когда их расшифровка легла на стол перед пилотом, Кас заговорил.

Он возвращался домой порожняком, когда случилась авария. Неприятно быть адвокатом дьявола, но вина в столкновении целиком и полностью лежала на Механистах. Не знаю, что у них произошло, но на своём космолёте они летели сквозь кольца, что само по себе небезопасно. Ходила версия, что они засекли тот минерал заранее, рассчитали траекторию его движения…и не рассчитали со скоростью. Прошли несколько потоков насквозь, держа перед собой добычу, пока не встретили препятствие. Каса. От удара его корабль оказался в другом кольце, а космолёт Механистов завис одновременно в двух. Это бы не было смертным приговором, если бы их корабль не пострадал в столкновении…но он пострадал. Несмотря ни на что, их ещё можно было попытаться спасти. Касу нужно было вытолкнуть чужой космолёт из кольца, чтобы на него одновременно не воздействовали центробежные силы сразу двух потоков. Да, его собственный корабль серьёзно повреждён, да, такие действия не гарантировали спасения, но…они бы подняли шансы Механистов на выживание, да.

Вместо этого Кассий начал свою охоту за тем минералом.

Самое смешное, что остальное в его рассказе было правдой. И отказавшая техника, и перенастройка маяка, и дрейф длиной в пару месяцев. К моменту возвращения пилота на станцию, корабль Механистов давным-давно разорвало центробежным ускорением, а обломки его сгинули сразу в двух кольцах – но вряд ли Кас думал об этом. Мне ближе версия, что всё это время он сходил с ума от нулей, рябивших у него перед глазами, да.

Если бы это был «Роскосмос», то Кассия по-тихому бы списали со станции и сделали вид, что ничего не произошло. Ради таких-то денег. Лишили бы лицензии пилота, но ведь это пережить можно. Китайцы? Ну, в глубине души Кас точно радовался, что работает не у них. Там другое отношение к любой жизни, её ценности. А Компания…поймите, «Локхид» был и есть плоть от плоти Западного мира. Права и ответственности человека, несмотря ни на что… это не просто лозунг. Перед законом равны все. Как-то так.

Его судили на особом процессе, результаты которого засекретили от общественности. Неоказание помощи в космосе – по старому Кодексу это каралось пожизненным заключением (за подобное китайцы сразу ставили к стенке), но во время суда всё повернулось с ног на голову. Кассий не отрицал обвинений, которые подтверждались бортовым самописцем. Да, столкнулся с кораблём механистов в Кольце. Да, потом не пришёл на помощь. Да, подобрал найденный ими минерал. Да, бросил умирать. Он даже не спорил с этим. Просто уточнил у судей, как можно выносить приговор, если по Кодексу помощь необходимо оказывать только человеческим кораблям и человеческим же экипажам. Человеческим. Обвинитель крутился змеёй на сковородке, но ничего не смог поделать с этой формулировкой. Никогда не забуду презрения, с которым судья выносила оправдательный вердикт. Каса освободили, взяли подписку о неразглашении и начали вносить поправки в Кодекс. Согласно новой версии каждый пилот должен оказывать помощь любому кораблю. Так Кодекс поведения в Пространстве стал Кодексом Действия.

Капитан замолчал, уставившись в одну точку над головами слушателей. Люди и инопланетяне, не глядя друг на друга, размышляли о взаимопомощи, без которой выжить в таком суровом месте, как космос, было практически невозможно. О чёрном пространстве, которое учило горькому уроку примирения со смертью. О тех, кого вернуть нельзя. О надежде. Надежде, что в трудную минуту рядом окажется человек или Механист, который не пройдёт, не пролетит мимо. Постепенно тишина стала сходить на нет, посетители начали общаться друг с другом, и через несколько минут в помещении повис знакомый гул.

– Что с ним стало? – Звонкий голос жёстким металлом отразился от стен бара. Д/ар/вит выглядел потрясённым услышанным, – после суда?

Семь десятков глаз следили, как очевидец давних событий поджигает сигарету и выпускает в потолок колечко голубоватого дыма. Как смотрит на часы и встаёт из-за барной стойки. Никто не обратил внимания, как распахнулась входная дверь. Из коридорного мрака возникло серебро – робот в форме шара.

– По слухам, ему заткнули рот круглой суммой – не той, на которую он рассчитывал, но громадной для обычного пилота. Кассий мог прожить на Гаити лет двадцать. Правда, после всего, что он вытворил, путь на Землю ему был заказан. Луна, Марс, везде Кассий сталкивался с проблемами, которые не мог разрешить самостоятельно. «Локхид» помнит. С третьей попытки Кас всё осознал – и, потратившись на собственный корабль, отправился куда-то на задворки Солнечной системы, подальше от тех, кто его знал, да. То ли в изгнание, то ли в добровольную ссылку. Навсегда.

Рассказчик бросил сигарету, и она описала горящую дугу, точно угодив в урну. Никто не шевелился – только у Д/ар/вита в глазах плясали жёлтые огоньки непонимания. Не прощаясь, Капитан направился к выходу. Человек почти добрался до двери, когда на его пути оказалась серебряный шар. Подрагивая, старая машина активировала древний речевой синтезатор.

– Аудиосообщение для Капитана. Отправитель – Земля. Дальняя связь. Аудиосообщение для Капитана. Отправитель – Земля. Дальняя…

– Проигрывай.

Блестящая сфера замерла на месте, усилив громкость динамика. Шипящий голос стал похож на скрежет переламываемого камня.

– Капитану Кассию Колхауну…

Другие работы:
+2
419
04:04 (отредактировано)
+2
Такой мощный сеттинг, как у Лема, и такой несоответствующий моим ожиданиям финал.
Да: ещё не понимаю, как произносить Д/ар/вит.
Хотя я могу быть в плену своих ожиданий, поэтому поставлю плюсик)
17:50
+1
Д/ар/вит -

Я вспомнил ругательство из Колферовской серии для детей «Артемис Фаул». Д'арвит.)
Интересно, это отсылка?
01:58
Мэйби, мэйби)
Загрузка...
Максим Суворов