Валентина Савенко №1

Волчонок

Волчонок
Работа №323

«Да, как ты можешь?! Эта работа – невероятный шанс, который выпадает лишь раз в жизни; а ты так просто от него отмахиваешься?! Нет, ты всё-таки сумасшедший. В конце концов, ты это поймёшь и горько пожалеешь о своём решении». Такими слова Эрик Вон напутствовал Чарли Делро́йна, узнав, что тот собирается уволиться с работы своей мечты.

Вспоминая о позавчерашней ссоре с другом и коллегой, Чарли, высокий худощавый брюнет атлетического телосложения, ощутил прилив злости и нажал на педаль газа значительно сильнее, чем было нужно.

С тех пор, как он решил уволиться, все вокруг: сотрудники, друзья, даже родители, – твердили ему о том, как много дала ему эта работа: деньги, известность, фантастические возможности и открытия. Однако, никто из них почему-то не желал понять, сколько она у него отняла.

Чарли Делро́йн был выдающимся учёным, чья область знания находилась на стыке математики, биологии и программирования. В свои 29 лет Чарли уже два года работал в крутом международном проекте по созданию управляемой «кротовой норы»: червоточины в подпространстве, которая позволила бы преодолевать огромные космические расстояния в долю секунды. Широкой публике проект был известен под названием «Портал». Человечество бороздило просторы глубокого космоса уже более двухсот лет. Однако, даже сейчас звездолётам с самыми современными гиппердвигателями требовалось порядочное время, чтобы достичь более удалённых секторов галактики. Технология «Портала» должна была сократить дни, недели и месяцы, – а иногда и годы, – требовавшиеся, для межпланетных перелётов до одного мгновения.

Задача научной группы, в которой работал Чарли, состояла в том, чтобы сделать проход через «нору» максимально безопасным для человека.

Чарли нравилось то, чем он занимался. Он отдавался работе с головой и, как большинство учёных, совершенно не задумывался о последствиях, которые могли повлечь за собой сделанные им открытия или разработанные им технологии. По крайней мере, до того дня, как его работа отняла у них с женой единственного сына.

Через 20 месяцев после того, как Чарли попал в проект, «кротовая нора», которую к тому времени все именовали просто Порталом, была, наконец, запущена и практически сразу вышел из-под контроля. Портал был сконструирован таким образом, чтобы самостоятельно обеспечивать себя энергией; поэтому, когда на третьем испытании, по никому неясным причинам, вдруг отказала система управления, и «кротовая нора» перестала отключаться, её оказалось невозможно дезактивировать. Хуже того, она начала соединяться с произвольными планетами, забрасывая на Землю самых разных существ. Каждая такая телепортация сопровождалась выбросом мощного энергетического импульса, провоцировавшего локальные электромагнитные возмущения.

В тот день, когда Чарли, Джозефина и Томми возвращались с уикенда от родителей Джо, произошла очередная межпланетная переброска, и их накрыло энергетической волной, сгенерированной «норой».

Электроника в их машине отключилась, но благодаря тому, что Делройны двигались с небольшой скоростью, им удалось вполне удачно съехать на обочину. Водителю встречного грузовика повезло меньше. Его кардиостимулятор отключился, и он, потеряв сознание, врезался в них на полном ходу.

Чарли отделался сравнительно легко: средним сотрясением мозга, переломом левого предплечья и правой голени. Джо получила серьёзные повреждения внутренних органов, в результате которых у неё развилось бесплодие. А Томми… Томми, которому тогда едва исполнилось три года – не выжил.

С того времени Чарли стал постепенно остывать к своей работе. Хотя все проверки и тесты однозначно показывали, что не его коды и схемы виноваты в том, как работал Портал, Чарли не мог отделаться от чувства вины за то, что случилось с Томми. И возможно случится ещё с тысячами людей и инопланетян.

Сперва, Чарли не думал об увольнении. Вернувшись в свой отдел через 2 месяца после аварии, Делройн бросил все силы на поиски решения проблемы Портала, но начальство не позволило ему этим заниматься. Большую часть руководства проекта составляло военное командование, которое было заинтересовано не столько в отключении Портала и прекращении связанных с ним трагических инцидентов, сколь в использовании его свойств в качестве оружия. Потому через три месяца бесплодных мытарств, поняв, что при всём желании не сможет ничего изменить, и испытывая стойкое отвращение к прежде любимой работе, Чарли решил уволиться.

Наконец, заметив, что стрелка спидометра приближается уже к 135 километрам, Чарли сбросил скорость и скосил глаза Джо, сидевшую рядом с ним на пассажирском сиденье. За полтора часа, что они провели в дороге, жена не обронила ни слова. Красивая, хорошо сложённая женщина со светлыми слегка вьющимися волосами и волевыми чертами лица, Джо молча смотрела в окно, но, казалось, не замечала красот лесистого пейзажа предгорий, проносившегося за ним.

Авария не разрушила их брака и не отдалила их с Чарли друг от друга. Однако, у Джо стали возникать моменты, в которые она словно отгораживалась непроницаемой стеной от всего внешнего мира.

И от Чарли в том числе.

За прошедшие пять месяцев Джо ни разу в открытую не обвинила мужа в гибели их сына, но Чарли чувствовал, что иногда подспудно она осуждает его за это и машинально старается от него отстраниться.

В такие периоды, как сейчас учёный мучился отчуждённостью жены, но не смел вторгаться в её мысленное уединение.

Стараясь отвлечься от невесёлых мыслей, Чарли полностью сосредоточился на дороге и на списке дел, которые было необходимо переделать по приезде.

Путь до их коттеджа в лесу занимал почти три часа, но погода в середине августа стояла такая тёплая, что Чарли и Джо решили не отказывать себе в желании, хотя бы на пару недель сбежать от городской суеты, а вместе с ней – от опостылевшей работы и тягостных воспоминаний.

Минут через 20 они свернули с автострады и ещё около часа пробирались по лесной дороге, представлявшую собой едва обозначенную колею.

Поскольку они навещали свой коттедж: уютный, двухэтажных бревенчатый домик, – достаточно регулярно, им понадобилась всего пара часов, чтобы вновь придать ему обжитой вид. Закончив с уборкой и распаковкой вещей и припасов, Чарли с Джо закинули на плечи походные рюкзаки и отправились в лес. Оставшуюся часть дня они провели в своём любимом месте: на высоком холме, отвесно обрывавшемся с одной стороны в неглубокую лощинку, на дне которой лежало живописное озеро. Несколько упоительных часов Чарли и Джо сидели, наслаждаясь потускневшей, но всё ещё насыщенной зеленью, окружавшего их леса, запахом палых иголок, стрёкотом цикад и покоем, разлитом в солнечном тепле уходящего дня. Когда стало темнеть, они вернулись домой, поужинали и, посмеявшись над старой, глупой, но доброй комедией, улеглись спать, чувствуя себя почти счастливыми.

***

Ему было плохо и страшно. Голова болела и кружилась, тело гудело, как после побоев, а ноги отказывались повиноваться. Он никак не мог взять в толк, что с ним произошло, и куда он попал. Момент, когда неведомая сила оторвала его от земли и затащила в бездонную воронку, пульсировавшую ослепительным голубоватым светом, практически не отложился в его памяти. Он смутно запомнил лишь головокружительное ощущение стремительного падения куда-то в пустоту, а потом очнулся здесь.

Маленький мохнатый волчонок, чей окрас делал его похожим на серебристый блик лунного света, медленно поднялся на ватные лапы и огляделся вокруг разноцветными глазами арлекина.

Он был один. Совсем один в чужом лесу, охваченном кошмарной бурей. Земля у него под лапами содрогалась, тяжёлый, душный воздух, наполненный незнакомыми запахами, вибрировал от раскатов грома; деревья угрожающе гнулись и скрипели под порывами ураганного ветра, а густую, как смоль черноту небес прорезали зигзаги молний.

Чувствуя себя крохотной, одинокой щепкой, затерявшейся в чёрном водовороте взбесившейся стихии, волчонок отчаянно завыл, зовя родителей, присутствия которых больше не ощущал, но почти сразу осёкся и умолк, почувствовав на себе чей-то враждебный взгляд. Опустив уши и поджав хвост, малыш в панике завертелся по кругу, силясь определить источник угрозы. Лишь полностью обратившись в слух, он смог различить низкое рокочущее рычание на самой границе слышимости, доносившееся откуда-то сзади. Резко обернувшись на звук, он увидел метрах в двадцати от себя за месивом мельтешащих ветвей и кустов две жёлтые горящие точки.

Глаза!

Волчонок сразу понял, какому чудовищу они принадлежат и, завизжав от страха, бросился наутёк. Вслед ему раздался протяжный рыкающий вой.

Он мчался, что было сил сквозь тьму бури этого страшного чужого мира, а позади него по лесной подстилке глухо и часто стучали огромные лапы преследователя.

***

Ночью произошла очередная телепортация.

О том, что «нора» соединилась с одной, – а может даже с двумя, – из наиболее отдалённых планет и переместила на Землю большую группу пришельцев, Чарли догадался по мощности сгенерированного ею импульса. Незримая энергетическая волна сожгла всю «умную» электронику в их доме, хотя он находился почти в 240 километрах от дислокации Портала. Кроме того, энергетический выброс «норы» спровоцировал сильнейшую грозу и землетрясение приблизительно в 4,5 балла по Рихтеру.

Однако, порывы ветра, казалось, пытавшегося разорвать их коттедж на куски, отсутствие электричества, сдохшие планшеты и телефоны, опрокинутые шкафы и разбитая посуда, оказались наименее интересными «приключениями», выпавшими на долю Делройнов. В самый глухой час этой тревожной ненастной ночи, когда подземные толчки, наконец, прекратились, а буря наоборот набрала ещё большую силу, домик Чарли и Джо был атакован стаей хищных инопланетных растений.

Обычно на Земле Портал материализовал пришельцев, угодивших в его гравитационные тенета, в пределах охранного периметра: специальной зоны площадью приблизительно в 200 км2, огороженной военными вокруг «норы». Однако, время от времени, когда «нора» была наиболее не стабильна, инопланетные гости оказывались за границами периметра, как произошло и теперь. Правда до сегодняшнего дня Портал ни разу не забрасывал инопланетян так близко к району, где располагался домик Чарли и Джо.

Остаток ночи Делройны яростно отбивались от созданий, которых Джо, в юности преклонявшаяся перед творчеством Джона Уиндема, немедленно окрестила триффидами.

Вцепившись в землю корнями, больше походившими на коленчатые лапы огромного паука, «триффиды» запустили в дом длинные гибкие щупы лиан, усеянных ядовитыми шипами. Двигаясь со стремительностью змей, лианы бросались на людей в попытке обвить свою добычу ядовитыми путами и вцепиться в неё венчавшими их бутонами, чья внутренняя поверхность была сплошь усеяна тонкими игловидными клыками.

Чарли палил по тварям из лучемёта: оружия, которое перешло в разряд табельного для всех сотрудников проекта с тех пор, как был активирован Портал, – а Джо отбивалась импровизированным огнемётом, сделанным из баллончиков со средствами от насекомых и зажигалки.

По счастью эти растения оказались ночными хищниками. Как только стихла буря, и в разрывах низких грозовых туч забрезжил рассвет, они со злобным шипением свернули свои лианы в компактные, тяжёлые кольца и поспешили скрыться в густом сумраке лесной чащобы.

Тем не менее, Чарли и Джо осмелились выбраться из дома, только когда совсем рассвело. Не без содрогания осмотрев поле боя, являвшее собой свежую пашню вперемешку с буреломом, Джо безапелляционно оценила их с Чарли положение, как «полная задница». После ночного шторма и землетрясения дорога к их домику была фактически уничтожена, джип Чарли, помятый рухнувшими на него деревьями с изодранными в клочья покрышками (здесь очевидно постарались «триффиды»), выведен из строя, связь – отсутствовала.

Супруги оказались полностью отрезанными от внешнего мира посреди взбаламученного, изломанного бурей и землетрясением леса, кишащего к тому же разнообразнейшими представителями инопланетной флоры и фауны.

Первым порывом Чарли и Джо на сложившуюся ситуацию, было попробовать пешком добраться до шоссе и поймать попутку. Однако, успокоившись и оценив риски такого предприятия: пеший двухчасовой переход по лесному бездорожью, вероятность стать чьей-нибудь добычей, угроза возобновления бури и возможное безлюдье на автостраде после катаклизмов, спровоцированных Порталом, – они поняли, что разумней будет окапаться в домике. Припасов у них было вдосталь, а холодильник, подключённый к старенькому генератору с механической системой зажигания, мог обеспечить их продолжительную сохранность. Посему Делройны решили запереться в доме, предварительно отремонтировав и укрепив его, и дожидаться прихода военных. Отряды солдат непременно прочёсывали области предполагаемой высадки пришельцев, если специальные датчики, установленные на всех армейских аванпостах, фиксировали «переброску» за границы периметра.

Наспех позавтракав, Чарли и Джо занялись превращением своего жилища в крепость, способную выдержать продолжительную осаду. Первым делом они по возможности устранили учинённый «триффидами» разгром, а затем принялись восстанавливать выдранные ими рамы и заколачивать разбитые окна. Инструменты и старые стройматериалы для данной кампании в избытке нашлись в пристроенном к дому хозблоке.

После двух с половиной часов напряжённой работы, когда Чарли и Джо решили устроить перерыв, у их порога объявился ещё один инопланетный гость. Поначалу они приняли его за волчонка: маленький помятый комок перепачканного землёй и кровью меха, который неожиданно выкатился к ним из подлеска. Лишь присмотревшись к нему внимательнее, они поняли свою ошибку.

У волчонка были человеческие глаза: один серый, другой зелёный, – в которых светился не поддельный разум.

– Оборотень! – от неожиданности прянув назад, вскрикнула Джо, хотя в её голосе звучало больше удивления, нежели страха.

– Роккианский вервольф! – подтвердил Чарли, внезапно севшим голосом, закрывая собой жену и выхватывая лучемёт из кобуры, которую так и не снял с ночи.

Рокк находился в одной из самых удалённых планетных систем, которых в ту пору ещё не достигли корабли земных экспедиций. Потому о его жителях на тот момент было известно очень мало. В частности люди знали только то, что все роккианцы – оборотни. Знали, что одни из них превращались в полноценных волков, а другие – принимали более жуткое обличье, странным образом сочетавшее в себе человеческие и звериные черты. В соответствии со своей мифологией, первых земляне окрестили вервольфами, а вторых – ликантропами.

На Земле роккианцев откровенно боялись, так как большинство оборотней, прошедших через Портал, вели себя крайне агрессивно, а убить их было сложно. Благодаря своим способностям, к числу которых помимо перевоплощения относились невероятная сила, быстрота передвижения и укоренная регенерация тканей, двуликие Рокка были практически неуязвимы.

Совсем недавно Чарли сам стал тому свидетелем. С месяц назад он с группой солдат и учёных работал на новом аванпосту внутри Периметра, когда произошла очередная «переброска», и неподалёку от них телепортировался ликантроп. За пять минут, не взирая на осыпавший его град пуль и энергетических зарядов, он разорвал на куски девятерых человек, прежде, чем его смогли остановить. Чарли только чудом не пополнил ряды погибших.

Движимый ужасом того воспоминания, Чарли уже был готов нажать на спусковой крючок, когда узкая ладонь Джо неожиданно легла на ствол лучемёта и решительно опустила его вниз.

– Это всего лишь ребёнок, Чарли, – проговорила она, отвечая на немой вопрос, смешанный с испугом, удивлением и упрёком, который застыл в остекленевших глазах мужа.

Тяжело дыша от бурлящего в крови адреналина, Чарли вновь перевёл взгляд на волчонка, но теперь, словно очнувшись от наваждения страха, не увидел той угрозы, какой зверёныш представлялся ему по началу.

Малыш стоял, поджимая раненую переднюю лапу, и смотрел на людей своими человеческими глазами, полными такого страдания, страха, мольбы и одновременно надежды, что у Чарли защемило сердце. В следующее мгновение разом произошло несколько событий. Волчонок, передёрнув ушами, неожиданно зарычал и ринулся к людям. Чарли резким сильным движением высвободил лучемёт из ладони Джо и, вновь нацелив его на маленького роккианца, нажал на спуск. Впрочем, в последнюю секунду он успел отдёрнуть руку, заметив подозрительное движение в глубине подлеска, и выстрел убил не оборотня, а разнёс в клочья потянувшийся за ним бутон «триффида».

Очевидно, один из этих ночных хищников решил не забираться далеко от соблазнительной кормушки и ждал только удобного момента, чтобы сцапать первого, кто рискнёт хоть немного углубиться в лес. Теперь же, лишившись одного из своих смертоносных щупов, инопланетное растение выбралось засады и, ёжась от солнечных лучей, чьё тёплое прикосновение, казалось, обжигало его, с угрожающим шипением устремилось в лес.

Проводив чудовище глазами, волчонок посмотрел на людей благодарным взглядом и доверчиво направился к Джо, которая протянула к нему руки, опустившись на корточки.

Коротко посовещавшись между собой, супруги забрали малыша в дом, где хорошенько отмыли его от грязи, после чего шёрстка волчонка заблистала белым серебром, и принялись обрабатывать его раны: ссадины и царапины, по большей части уже заживавшие самостоятельно. Только тогда они рассмотрели огромный подживший укус, двумя кровавыми округлыми полумесяцы охватывавший его правый бок, плечо и предплечье.

Укус ликантропа.

– Выходит, наш малыш не единственный роккианец, попавший на Землю этой ночью, – заметил Чарли предательски дрогнувшим голосом.

Мысль о ликантропе, который вероятно в этот самый момент разгуливает по лесу совсем неподалёку, заставила супругов похолодеть. Ликаны были известны ещё большей свирепостью, чем вервольфы, и славились тем, что в отличие от последних, всегда убивали своих жертв медленно, с изощрённой жестокостью.

Судя по всему, волчонку как-то удалось оторваться от напавшего на него монстра, сбив того со следа: в противном случае малыш просто не дожил бы до встречи с Чарли и Джо. Однако, супруги понимали, что данное обстоятельство – не повод расслабляться.

Остаток дня, действительно, не принёс новых неприятностей, но прошёл в крайнем напряжении. Каждый хруст, скрип и шорох, заставляли Делройнов нервно вздрагивать и с опаской вглядываться в сумрак между деревьями, в поисках зловещей фигуры инопланетного монстра, притаившегося поблизости.

Как только начало смеркаться, Чарли и Джо поспешили закончить работу и, заглушив генератор, запереться в доме. Они как раз заканчивали проверять последние щеколды на двери, когда из глубины коттеджа, погружённого в густой полумрак, до них донёсся оглушительный грохот. Сразу подумав о ликане, умудрившемся незамеченным пробраться в их маленькую крепость, оба ринулись в кухню, откуда и раздавались звуки, на ходу доставая оружие.

Однако, их мрачные ожидания не оправдались: причиной бедлама оказался всего лишь волчонок. Правда, Делройны не сразу сообразили, что видят перед собой именно его, поскольку на сей раз маленький роккианец предстал перед ними в своём человеческом обличье. Он выглядел, как вполне обыкновенный мальчик трёх-четырёх лет, с разноцветными глазами и короткими волосами редкого серебристого оттенка.

Днём волчонок ничего не съел, только выпил плошку молока, и заснул на диване сразу после окончания водных и медицинских процедур. Теперь же, проснувшись, малыш, очевидно, проголодался и отправился промышлять себе пропитание.

Чарли и Джо застали его перед открытым холодильником, из которого были вытащены две верхние полки. «Волчонок» восседал в окружении свалившихся на него тарелок и мисок, и сосредоточенно поглощал остатки вчерашнего творожного десерта.

При виде чумазой физиономии мальчишки-оборотня, встретившего их появление удивлённым и невинным взглядом, перед мысленным взором оторопевшего Чарли сразу возник Томми, который на свой третий день рождения точно так же перемазался во фруктовом торте. Однако, впервые за пять месяцев воспоминание о погибшем сыне не пронзило учёного мучительной болью, а согрело его сердце словно солнечным лучом.

Джо, увидев и осознав развернувшуюся перед ними картину, откровенно расхохоталась. Она смеялась тем самым радостным звенящим смехом, которого Чарли не слышал, казалось, целую вечность и по которому так скучал.

Лишь мгновения спустя он понял, что тоже смеётся.

Глядя на них, «волчонок» расплылся в широкой счастливой улыбке и прыснул в ответ, по-детски счастливым заразительным смехом.

Справившись с накатившим на них весельем, Чарли и Джо принялись наводить порядок в кухне и оттирать своего маленького постояльца от творога, в котором он основательно вывозился.

Поскольку у маленького роккианца не было другой одежды кроме волчьей шкурки, Делройнам пришлось быстренько соображать, во что его облачить. По счастью, они вспомнили, что в коттедже осталось кое-что из вещей Томми, купленных ему на вырост прошлым летом, которые идеально подошли их малолетнему гостю.

– Думаю, мы ему понравились, – заметила Джо, когда они с мужем принялись обсуждать, почему маленький роккианец решил перевоплотиться именно сейчас.

– Или он попросту избрал нас добычей, – саркастически отозвался Чарли, – которую решил обезоружить и расположить к себе своим детским обаянием, а потом, в подходящий момент, прикончить.

Джо закатила глаза и выразительно фыркнула.

– Думаю, у нас всё-таки другой случай, – убеждённо отозвалась она с ноткой неодобрения.

На самом деле Чарли не считал, что они совершили ошибку, дав приют маленькому инопланетянину, но в отличие от жены сохранял в отношении него определённую настороженность. Впрочем, каждый раз, когда Чарли замечал, какими сияющим глазами, полными доверия, радости и доброты, «волчонок» смотрит на них с Джо, о худшем, действительно не думалось.

Благодаря «волчонку» вечер, грозившийся стать тревожным и мрачным, прошёл почти весело. Джо взялась показывать ему книжки и немногие игрушки, оставшиеся от Томми, которые они ещё не успели отдать или выбросить. Чарли, поначалу наблюдавший за этим процессом со стороны, в конце концов, отбросил свои опасения и присоединился к жене с мальчишкой-перевёртышем к вящей радости обоих.

Возясь с маленьким роккианцем, Чарли неожиданно для себя испытал такую радость и удовольствие, какие после гибели Томми уже не надеялся испытать. По лицу жены, словно озарённому внутренним светом, он понял, что она чувствует то же самое.

Мальчик с живым интересом изучал предлагаемые ему предметы, но главным объектом его внимания оставались сами супруги. Внимательно наблюдая за ними, время от времени он подбегал то к одному, то к другому, устремляя на них вопросительный взгляд. Было ясно, что, не зная земных языков, маленький оборотень не мог прибегнуть к другим средствам общения. О том, что ему так хотелось узнать, первой догадалась Джозефина.

– Джо, – отчётливо произнесла она, указывая на себя руками и глядя в глаза мальчику. – Чарли, – она с силой хлопнула мужа по плечу. – А ты? – она сделал вопросительный жест в сторону мальчика, когда он уверенно повторил их имена.

– Арлек! – хлопнув себя по груди, громко отозвался тот, явно довольный своими успехами.

После этого, Арлек задался целью узнать, как можно больше слов языка своих новых знакомцев. Поэтому следующие два часа Делройны занимались тем, что называли предметы, на которые указывал или которые приносил им мальчик, и повторяли каждое слово до тех пор, пока у Арлека не получалось правильно его произнести.

Спать они отправились только, когда темнота окончательно вступила в свои права, а над лесом вновь разразился ураган, на этот раз сопровождавшийся проливным дождём. Арлек без лишних церемоний расположился между Чарли и Джо и заснул крепким по-детски беззаботным сном. Супруги напротив, долго лежали с открытыми глазами, тревожно прислушиваясь к голосам стихии, бесчинствовавшей снаружи с ещё большей свирепостью, чем вчера, и гадая, не раскатит ли она по брёвнышку их домик, казавшийся теперь таким маленьким и хрупким.

В сравнении с предыдущей эта ночь прошла одновременно и спокойнее, и тревожнее. Спокойнее потому, что «триффиды», возвращения которых так опасались Делройны, больше не появлялись; а тревожнее, из-за того, что о себе дал знать ликантроп.

Во второй половине ночи, когда буря, наконец, стала успокаиваться, чернильную темноту леса неожиданно прорезал его низкий раскатистый вой, больше похожий на протяжное рычание. Этот звук, который было просто не под силу испустить ни одному животному на Земле, заставил задремавших Чарли и Джо подскочить на кровати, задыхаясь от ужаса и хватаясь за оружие, а проснувшегося «волчонка» – сжаться в комок и, закрыв уши руками, затрястись крупной дрожью.

Достигнув самой высокой октавы, вой оборвался, а потом повторился снова, и снова.

Несмотря на то, что порой Делройнам чудилось, будто тварь разоряется у них под самыми окнами и вот-вот начнёт ломиться в дом, в ту ночь оборотень так и не напал. Однако, никто из них больше не сомкнул глаз почти до самого рассвета.

Джо обняла Арлека и вполголоса начала напевать ему колыбельные, пытаясь успокоить мальчика, а Чарли, придвинувшись к ним вплотную, обхватил обоих одной рукой, не выпуская из другой лучемёт. Так, прижавшись друг к другу, они сидели, вслушиваясь в ночь, то оглашавшуюся завываниями инопланетного чудовища, то погружавшуюся в зловещую тишину, пугавшую таящейся в ней неизвестностью. Лишь когда восток начал бледнеть, все трое забылись чуткой, беспокойной дремотой.

Несмотря на кошмарную ночь и нависшую над ними угрозу, следующий день для обитателей коттеджа прошёл замечательно. Позднее утро приветствовало их золотистой улыбкой яркого солнца на голубом небе, полностью очистившемся от грозовых облаков и трелями птиц, наполнившими лес. Чарли и Джо, а с ними и Арлек, с опаской выбрались из коттеджа, но, произведя тщательный осмотр, нигде не обнаружили и намёка на то, что ночью ликан на самом деле приближался к дому. Это обстоятельство всех значительно приободрило, но не лишило бдительности. Приколотив доски в паре мест, отодранные ночной бурей, Чарли и Джо, несмотря на жару, снова заперлись в коттедже. Позавтракав, Делройны погрузились в домашние хлопоты: готовку, уборку, ремонт вещей, повреждённых во время землетрясения и сооружение для Джо более функционального огнемёта, – в которых Арлек принимал самое живое участие.

Он подавал Чарли гвозди, когда тот, забравшись на стремянку, взялся вешать на место полки, свалившиеся со стен в ночь телепортации; копируя движения Джо, помогал ей подметать и мыть полы, вытирать и расставлять посуду. Казалось эти занятия доставляли ему не меньшее удовольствие, чем игры прошлым вечером, а каждое одобрительное слово или взгляд со стороны Делройнов, зажигал на его лице улыбку.

Чарли и Джо в свою очередь ловили себя на том, что с каждым часом, проведённым в обществе Арлека, проникаются всё большей приязнью, симпатией и даже… привязанностью к маленькому инопланетянину.

Вечер «осчастливил» их новой неожиданностью.

Когда над лесом догорали последние отблески заката, в домик Делройнов постучался Джерри Ручелло.

Массив лесов, раскинувшийся в горах и предгорьях, на окраинах которых располагался коттеджик супругов, всегда притягивал к себе туристов: любителей походов и природы. Несмотря на регулярные предупреждения военных о высокой вероятности переброски опасных инопланетных существ в эту область, на заградительные кордоны на некоторых лесных дорогах и зловещие слухи об исчезновениях людей, всегда находились сорвиголовы, не боявшиеся забираться глубоко в леса.

Джерри Ручелло, молодой парень лет двадцати – двадцати двух, был членом туристической группы, рискнувшей отправиться по одному из запрещённых маршрутов. В поисках острых ощущений ребята забрались далеко в чащу и в ночь телепортации почти сразу подверглись нападению ликана. Пятерых из двенадцати походников он убил сразу, остальные рассеялись по лесу, спасаясь от монстра, и об их участи Джерри ничего не знал. Сам он уцелел исключительно по счастливой случайности. По крайней мере, так поняли Делройны из объяснений нового знакомца: парень говорил отрывисто и путано, видимо до сих пор пребывая в шоке после случившегося.

Приняв в свой дом злосчастного туриста, Чарли и Джо старательно обработали его раны: изрядную коллекцию порезов на правом плече, груди и животе, оставленных когтями ликана, – накормили ужином, и уложили спать на диване в гостиной.

Арлеку Джерри не понравился.

За весь вечер мальчик не предпринял ни единой попытки познакомиться с Джерри, что было не характерно для его дружелюбной натуры, только неотрывно следил за туристом насторожённым, неприязненным взглядом. Когда же Джо попыталась узнать у него, в чём дело, малыш нахмурился и тихо ответил, тыкнув пальцем в сторону Ручелло:

– Плохой.

Арлек, усваивавший новые знания гораздо быстрее земных детей, за время, проведённое с Делройнами, выучил достаточно слов, чтобы понимать и отвечать на простые вопросы. Однако, сейчас он при всём желании не мог описать то тягостное, беспокойное чувство близкой опасности, которое будил в нём этот израненный, замызганный парень.

Когда Джо обратила внимание мужа на поведение Арлека, тот ответил только:

– Не стоит забывать, что Арлек оборотень и, вероятно, обладает хорошо развитой эмпатией, присущей большинству животных. Джерри пережил серьёзное потрясение, и его эмоциональное состояние, наверняка, раздражает и беспокоит Арлека. Думаю, всё дело только в этом.

Однако, последующая ночь показала, насколько он был не прав.

В два часа по полуночи Чарли Делройн проснулся от негромкого, но хорошо различимого поскрипывания, доносившийся с откуда-то первого этажа. Решив не будить Джо, он бесшумно встал с постели, взял с прикроватной тумбочки мощный фонарь и расстегнув кобуру лучемёта на бедре, отправился вниз, посмотреть в чём дело.

Спросонья Чарли не заметил, что Арлек, вновь устроившийся спать между ними, исчез.

Источник шума обнаружился в кухне. С северо-восточного окна оказались отодраны все доски; лишь в одном месте на немилосердно погнутом гвозде, осталась узкая полоска древесины, которая и поскрипывала, покачиваясь на свежем ветерке, наполнявшим кухню ароматами ночного леса.

Медленно, очень медленно вытащив лучемёт дрожащими руками, Чарли осторожно приблизился к окну и не без содрогания увидел следы огромных когтей, покрывавшие собой всю раму по периметру. Учёный сразу догадался, что это – дело лап ликантропа, но никак не мог взять в толк, каким образом тот умудрился проделать всё так бесшумно и когда именно он проник в дом.

Первым порывом Чарли было вновь заколотить окно, специально припасёнными на такой случай досками. Однако, уже потянувшись за молотком, он передумал, вспомнив про жену с «волчонком», и держа фонарь с лучемётом перед собой, направился обратно, в спальню.

Он опоздал.

Прими он решение вернуться к Джо всего на несколько мгновений раньше, он успел бы увидеть, как Джерри Ручелло, только притворявшийся спящим, выскользнул из-под простыни полностью обнажённый и, опустившись на четвереньки бесшумно зашагал к лестнице, ведущей наверх, на ходу меняя обличье.

Когда Чарли вышел из кухни и миновал короткий коридорчик, соединявший её с гостиной, до его ушей долетел пронзительный крик Джо, от которого у него оборвалось сердце.

Джо проснулась от того, что кто-то грубо стащил её с кровати, схватив за щиколотку, и с глухим стуком сбросил на пол. Очумелая со сна девушка села, откинув простыню, съехавшую ей на голову, и едва ни уткнулась носом в морду ликантропа. Она сразу сообразила с каким чудовищем столкнулась, увидев прямо перед своим лицом жёлтые светящиеся глаза и непропорционально большую пасть, обдававшую горячим дыханием сквозь частокол острейших клыков. Угольно-чёрный окрас твари делал её практически не различимой в темноте, но девушка, смогла рассмотреть слегка приплюснутую голову с вытянутой мордой, большие треугольные уши, мускулистые торс, покрытый густой, жёсткой шерстью и мощные когтистые лапы-руки, одна из которых крепко держала её за щиколотку.

Закричав от страха, Джо, никогда не цепеневшая в критических ситуациях, начала вырываться и колотить ликана кулаками по морде, силясь освободиться из его хватки. Разумеется, это лишь разозлило зверя и он, распахнув огромную пасть, со злобным рычанием надвинулся на девушку, намереваясь откусить ей голову, но ему помешали.

Поздно вечером, когда земляне уже спали, Арлек, не в силах совладать со своими инстинктами, с каждой секундой всё более отчётливо сообщавшими ему о надвигающейся опасности, вновь принял звериное обличье и забрался под кровать, намереваясь стеречь покой людей до самого утра. Однако, незадолго до того, как ЛжеДжерри начал взламывать окно, он задремал и пробудился только от вопля Джо, когда запах ликана с одуряющей силой ударил ему в ноздри.

Теперь же, пулей вылетев из-под кровати, маленький роккианец вцепился чудовищу в нос, заставив его выпустить свою жертву и отпрянуть назад с испуганным воплем.

До настоящего момента ни волчонок, ни ликантроп не подозревали о том, кем являются на самом деле, поскольку в человеческом обличии, ни единый признак не выдавал в роккианцах их звериную сущность. Даже их запах становился другим.

Тех секунд, на которые Арлеку удалось отвлечь ликана, прежде чем тот стряхнул его, хватило Джо, чтобы добраться до импровизированного огнемёта, стоявшего на полу у изголовья их кровати, а Чарли – добежать до спальни. Убедившись, что волчонок успешно катапультировался с ликантропа, муж и жена одновременно открыли по последнему яростный огонь. Однако, убить монстра им не удалось.

Пламя вкупе с лазерными зарядами лишь притормозило ликана, позволив Чарли, Джо и Арлеку, кубарем скатиться в гостиную, где можно было занять более выгодную позицию для обороны. Сбив себя охватившее его пламя, ликан преодолел лестницу одним прыжком, и вошёл в гостиную на задних лапах. Стоя в полный рост, с опалённой шерстью и ожогами от выстрелов лучемёта, которые заживали на глазах, в свете направленного на него фонаря он выглядел по-настоящему чудовищно.

На этот раз зверь не стал медлить и сразу бросился в атаку. Моментально прорвав оборону супругов, он раскидал их по разным углам, чтобы без помех добить по одному. Зверь уже направился к Джо, когда на сцене событий вновь возник Арлек. Он принялся дразнить монстра, кусая его за пятки, а затем проворно уходя из-под ударов его смертоносных лап. Когда всё внимание чудовища полностью сосредоточилось на волчонке, а его гнев достиг точки кипения, Арлек выпрыгнул из окна кухни и помчался в лес, уводя рассвирепевшего ликана за собой: подальше от людей, которых за такое короткое время успел полюбить как родных.

Благодаря тому, что все роккианцы способны передвигаться со сверхзвуковой скоростью, меньше чем за минуту Арлеку удалось увести ликана за многие и многие километры от пристанища Чарли и Джо. В своём порыве защитить Делройнов маленький вервольф не строил планов по поводу того, как спастись самому, избавившись от своего противника, но, казалось бы, безвыходная ситуация разрешилась сама собой.

Погоня длилась несколько часов, и силы волчонка, которому удавалось оставаться в живых благодаря собственному проворству, начали иссякать. Ликантроп едва не поймал маленького вервольфа, когда оба оборотня неожиданно для себя наткнулись на военно-воздушный патруль землян, прочёсывавший лес. Завидев флаеры, Арлек благоразумно спрятался, затаившись в полом стволе трухлявого дерева. Ликан, видимо совсем одуревший от захлестнувшей его ярости, повёл себя прямо противоположным образом и напал на летающие машины. Из своего убежища волчонок увидел, как заговорили орудия, и вспышка взрыва поглотила монстра.

Когда флаеры скрылись, Арлек, переведя дух, выбрался из дерева и, пошатываясь от навалившейся на него усталости, потрусил туда, откуда пришёл.

К домику Делройнов он добрался только на рассвете, ненамного опередив патруль, двигавшийся приблизительно тем же курсом. Вновь приняв человеческий облик, «волчонок» как раз подошёл к крыльцу, когда из коттеджа выбежали Чарли и Джо: оба осунувшиеся, с покрасневшими глазами после очередной бессонной ночи, с повязками, закрывавшими следы от когтей ликана, – и заключили его в объятия.

– Мальчик мой, – сквозь слёзы радости проговорила Джо, целуя маленького оборотня в лоб, на что он отвечал ей бесконечно усталым и столь же счастливым взглядом.

Чарли молча сгрёб в охапку обоих и прижал к себе, задыхаясь от чувства облегчения и счастья.

В этот момент до них донёсся низкий гул приближающихся флаеров.

Переведя взгляд с верхушек деревьев, скрывавших собой патрульные истребители, на мужа, Джозефина сказала со спокойной твёрдостью:

– Мы не отдадим его им.

Чарли понял, о чём она думает.

Инопланетян из дружественных и невраждебных рас, угодивших через Портал на Землю, командование проекта старалось по возможности вернуть в их родные миры или обустроить здесь, покуда не представится такая возможность. Однако, роккианскому оборотню на подобную помощь рассчитывать не приходилось. Если они с Джо поступят по протоколу, выдав Арлека военным, его убьют или до конца дней запрут в лаборатории, где над ним без конца будут проводить опыты.

– Не отдадим, – согласился Делройн. – Тем более после всего, что он для нас сделал, – добавил он, хотя оба понимали, что дело далеко не только в этом.

За двое суток они по-настоящему привязались к маленькому инопланетянину и полюбили его.

– Среди солдат могут оказаться твоим знакомые, – сказала Джо, торопливо натягивая на Арлека футболку и шорты, после того, как Чарли на руках внёс его в дом, – Нам нужно решить, что говорить, если они будут спрашивать, откуда у нас взялся ребёнок, – добавила она, нервно усмехнувшись.

Чарли посмотрел на жену с той тёплой светлой улыбкой, которую она не видела на его лице почти полгода, и ответил:

– Я знаю, что сказать.

«Пожалуй, я знал это с того, самого момента, как впервые заглянул в его разноцветные глаза», – подумал Чарли, глядя на маленького роккианца, зевавшего во весь рот.

Три года спустя

Возвращаясь домой после ночной смены на скорой, Чарли Делройн лелеял мысль о предстоящем отпуске, который начинался завтра. Он работал фельдшером уже почти два года, закончив медицинские курсы через несколько месяцев после их с Джо возвращения с памятного уикенда, когда Портал осуществил самую глобальную, по дальности действия и количеству перенесённых инопланетян, телепортацию.

С того лета изменилось очень многое.

«Нору», наконец стабилизировали. Хотя её по-прежнему не удавалось дезактивировать, переброски практически прекратились, а энергетические всплески Портала свелись к минимуму и больше не провоцировали таких катаклизмов, как землетрясения и повсеместные ураганы.

Чарли, некоторое время консультировавший бывших сотрудников, в конце концов полностью оставил «высокую» науку и углубился в медицину. Новая работа приносила заметно меньше денег, но к удивлению самого Чарли, дарила отнюдь не меньшее удовлетворение и оставляла больше времени для семьи.

Поставив машину в гараж, Чарли миновал ухоженный газон и поднялся на крыльцо небольшого, пригородного домика с симпатичной отделкой и простой, но уютной обстановкой. Они с Джо перебрались сюда два с половиной года назад, продав свою шикарную квартиру в мегаполисе.

Стоило Чарли переступить порог, как дом огласился радостным воплем: «Папа!», – и в следующее мгновение на руки ему запрыгнул шестилетний мальчишка с серебристыми волосами и разномастными глазами арлекина.

Чарли радостно засмеялся и, бросив на пол в прихожей рабочую сумку, прижал к себе Арлека.

Солдаты, обнаружившие их в коттедже тем памятным летом, на удивление легко поверили в то, что маленький роккианец – приёмный сын Чарли и Джо, забранный ими из приюта перед самым уикендом. А позже они, действительно сделали ему документы через знакомых Чарли и официально оформили усыновление. Арлек очень быстро выучился чисто говорить на их языке, а поскольку никакие анализы и тесты не могли выявить в нём оборотня, никто в округе даже не подозревал, что младший Делройн – роккианский оборотень.

Пока Чарли разувался, сын в красках рассказывал ему о ярмарке и выставке кошек, на которых они побывали с мамой за время его смены.

– Ты как раз к завтраку, – сказала вышедшая из кухни Джо и чмокнула мужа в щёку.

Потом Арлек схватил их за руки и потянул обоих в кухню, нетерпеливо подпрыгивая и заверяя, что голоден, как целая стая оборотней.

Сидя за завтраком, Чарли любовался лицом жены, озарённым счастливой улыбкой, наслаждался голосом сына, предвкушавшего поездку в их лесной домик, где он мог безопасно превращаться и бегать по лесу в обличии волчонка, и чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. 

0
296
16:00
Прочитала. Рассказ не понравился.

Во-первых, по стилю это пересказ событий. Нам в основном ничего не показывают, просто перечисляют. Это похоже на черновик, который пишешь для самого себя, с пояснениями на полях и всякими пространными рассуждениями посреди боевой сцены.
Во-вторых, сложно и неудобно следить за происходящим в первой половине рассказа — повествование возвращается от мыслей героя к тому, что он едет в машине, слишком резко и рвано.

Что касается сюжета и идеи, то они довольно рабочие, хоть и простые. С более качественной подачей это наверное могло бы сработать. Но с тем как есть сейчас:
— уже в середине понятно, чему все идёт
— слишком прямолинейно поясняются чувства и решения героев (типа «потому что он уже полюбил их», цитата неточная)
— оборотни-инопанетяне тоже поданы слишком в лоб, и это смотрится очень неловко
Кроме того вызывают вопросы некоторые детали сюжета. Например крайне странным кажется то, что герой _удачно_ съехал на обочину, при этом убив и покалечив пассажиров и поломав себе руку и ногу с разных сторон туловища. Вот так удача!

Из плюсов:
— я действительно немного напряглась во время нападения монстра. Создать ощущение опасности автору удалось
— это законченный рассказ с понятной идей

Удачи и творческого развития автору)
14:06
+1
Написано же: сначала им удалось удачно съехать, а потом в них врезался грузовик.
Вот что действительно вызывает вопросы, так это способность оборотней «двигаться со сверхзвуковой скоростью».
Загрузка...
Xen Kras №2