Ирина Кошман

Не учли

Не учли
Работа №263

Шум был странным. Мало того, что он пробился через стеклопакеты, так еще и звуки были не те. Не привычные городские, и не, менее привычные, но все же обычные, деревенские. Спустя долю секунды, окна вдавились внутрь и осыпались стеклянной крошкой. Я остолбенело смотрел, как она, искрясь под ярким, неизвестно откуда взявшимся светом, разлетается по комнате. И тут настала тишина. Не думаю, что звуки исчезли, просто я оглох. Слышал лишь шипящий шум да какой-то нудный звон в ушах, и больше ничего.

Время растянулось, и я, словно в замедленном сне, стал натягивать на себя одеяло. Не знаю, зачем. Может, чтобы защититься от осколков, хотя они до меня не могли долететь в принципе. Теперь исчез и свет. Но на этот раз я сразу понял, что не ослеп: яркие огоньки зарядок никуда не делись. Перестав тянуть на себя одеяло, спустился с кровати и медленно пошел к окну. Надо узнать, что происходит, и чем мне это грозит. Хорошо, что дома я ходил в тапках, а не в носках по новой моде. Так что пораниться стеклом можно не бояться.

На тридцать седьмом этаже нет необходимости закрывать чем-либо окна, все равно никто в них не заглянет и ничего не увидит, особенно если они со спецпокрытием. Ладно хоть не сделал сплошное панорамное остекление, как советовали все вокруг, а оставил обычные окна. Теперь можно было выглянуть, прижавшись к стене, а не маячить... Блин, оказывается, я боюсь высоты. Стоило только представить, что было бы в случае с панорамным остеклением... А вот соседям-то каково?

Вдруг в окне появился глаз. Вернее, часть глаза со зрачком. Я постарался слиться со стеной, хотя это было излишне. Для хозяина глаза я как соринка, вряд ли он меня заметит, если не шевелиться. Так и произошло. Глаз моргнул. Вернее медленно закрылся и открылся вновь. И двинулся прочь. Все это время я не дышал. Смотрел, как движется глаз, шкура. Потом она исчезла, а я отмер, вспомнил, что надо дышать, и быстро рванул к окну. Ну, насколько мог, быстро.

Улицы не было. То есть она была, конечно, но не как улица, а как свалка мусора. И на этой свалке торчали три дома. Мой, еще один небоскреб, и шестиэтажная кроха-школа. Хозяин глаза не спеша двигался к высотке, не обращая внимания на мелочь.

Я, не отрываясь, смотрел на него. Два шага. Он сделал два шага по свалке из домов, деревьев и машин и оказался у небоскреба. Потом наклонился и стал медленно вглядываться в окна, одно за другим. Что он там искал? Что высматривал?

Мое зрение странно изменилось, как зум в фотоаппарате, и я увидел, как в комнате за окном едва шевелится одеяло, под которым кто-то прячется. Полыхнул огонь. Зрение стало обычным. Высотка горела. Пламя вырывалось из пасти зверя. "Дракон, - неверяще прошептал я. - Громадный дракон."

Резко включились звуки. Какофония криков, треска, визгов, шума, и на ее фоне мерный стук. Бум. Бум. Бум. Дракон смахнул высотку словно ничего незначащую помеху-игрушку, взмахнул крыльями, и исчез, оставив после себя разруху.

Что это было? Зачем? Почему? Вопросы, проснувшись, бились в голове, не находя ответов. Я оглядел окрестности.

Города не было. Развалины, свечки отдельных домов, огонь вместо огней, дым. Прошло минут пять, если верить часам. И города не стало. Зрение опять изменилось. Оно хаотически металось, выискивая кого-нибудь. Кого-нибудь живого. Кого-нибудь, кто смог бы хоть что-то объяснить. И не находило. Включился слух. Я стал слышать малейшие шорохи, казалось, даже дыхание, тогда как остальные звуки стали приглушенным фоном. Тот же зум, только на аудио. Наверху кто-то был. Я слышал биение его сердца. Нет, двух сердец. Легкий рассинхрон говорил, что там не один человек.

Быстро натянув спортивный костюм, и взяв, на всякий случай, фонарик, вышел из квартиры. На моем этаже две квартиры. Да, я люблю простор и терпеть не могу крошечные комнатки-клетушки, поэтому выкупил еще на стадии проектирования три квартиры и сделал из них одну. Сосед поступил так же. Собственно, сосед это и предложил, он и проектировал наши квартиры. Андрюха - мой хороший друг, и сейчас его нет дома, он в отъезде. Что-то вроде встречи с потенциальным заказчиком где-то на другом конце галактике. А вот наверху живет семья. Они выкупили весь этаж. И остекление там как раз панорамное...

К лифту идти даже не попытался, сразу направился к аварийному выходу. По лестнице наверх, быстрее, что-то не нравится мне, как стук сердца словно затухает, становится каким-то пунктирным. Или это мой слух так странно работает? Так, дверь закрыта. Жду, вдавив кнопку звонка. Дверь распахивается. Передо мной стоит собака. Здоровенная лохматая псина. Молча, ухватив меня за руку, тащит внутрь. Что ж за день-то такой сегодня?

У самого края комнаты, зацепившись за перемычку бывшего панорамного остекления, свисает наружу женщина. Не знаю даже, можно ли это назвать везением для нее. Не до осторожности, надо оттащить от края. Легкая какая! Так, что тут у нас. Приподнимаю края разорванной на боку сорочки и замираю, глядя, как затягивается рана. Биение сердца выравнивается. Лицо... Только сейчас на него посмотрел. Оно молодеет. Вот прямо сейчас. Разглаживается кожа, исчезают морщины, а тело начинает уменьшаться. Это же бабушка. Ну, точно, ей уже за сто лет. Витек пел дифирамбы теще, которая приезжает раз в год на месяц пообщаться с внуками, и в этот месяц их не слышно и не видно, настолько бабушка их выматывает культурной программой. Пока я тупил, псина подошла к хозяйке и облизала ей лицо. Теперь уже девочка лет двенадцати открыла глаза и недовольно сказала: "Блэк, ты же знаешь, я не люблю". Услышав свой помолодевший голос, она замерла, медленно поднесла к лицу руку. Оглядев ее, перевела взгляд на меня.

- Вас я знаю, вы - сосед снизу, Артур Геннадьевич, да?

- Верно, - подтвердил я. – Можно просто Артур.

- А вот себя я не узнаю. Зеркало. Мне нужно зеркало. - Девочка решительно поднялась и пошла. Мы с псом поплелись за ней.

Но никуда уйти мы не успели. Потому что раздался плач. Сначала тихий, потом громче, продолжившийся громоподобным: "МААААМАААА!!!! " Звук явно шел с улицы и заполнял собой все. Зажав уши, я, шатаясь, стал продвигаться назад. В воздухе висел ребенок. Ну как, висел, скорее, сидел. Обычный маленькие ребенок, мальчик лет трех. Он горько плакал и звал маму. И ото всюду к нему шли женщины. И девочки. Нашу девочку-бабушку я едва успел ухватить за руку, а Блэк за сорочку, иначе она вывалилась бы наружу.

- Ты куда? – Не получается видеть в ней бабушку и обращаться на «Вы».

- Ребенок же плачет, - недоуменно посмотрела она. – Пусти!

- Ты умеешь летать?

- Что? А… Черт! – Словно только сейчас заметив, что находится на тридцать седьмом этаже, девочка поежилась и задумчиво спросила. - Что это сейчас со мной было?

- Ничего особенного, ты чуть не шагнула вниз. Скажи спасибо нам с Блэком, что удержали.

- Спасибо, - меланхолично ответила спасенная.

- Как тебя зовут-то хоть?

- Аполлинария Казимировна.

- Солидно. А покороче можно?

- Покороче можно. Полли. – Заторможено ответила она. - А вот они летят. Может и я смогу?

- Кто? – Я посильнее сжал ее руку, а ну как сиганет?

- Они. – Полли ткнула пальцем вперед.

- Ну и ни… ничего себе! – В небе парили две фигурки. Одна неуклюже шла по воздуху. Другая так же неуклюже летела, шарахаясь из стороны в сторону. - Хочешь попробовать?

- Пожалуй, воздержусь, - помедлив, словно примеряясь, решила она.

На улице уже скопилось с десяток женщин, к ним подтягивались остальные. Значит, живые есть, что уже радует.

- Пойдем к ним? – Кивнул вниз.

- Нет, - твердо заявила Полли. – Надо проверить, вдруг кому-то еще нужна помощь.

- Точно, - согласился я. – На верхних этажах живых нет, - сканирование давалось легко. – Вниз могу сказать только на пять этажей. Никого. – Полли не удивлялась и не сомневалась, сразу мне поверив. – Живых никого, - уточнил я.

На ходу сканировать было не сложнее, чем когда стоял. Словно эта способность всегда была со мной. На двадцать девятом этаже кто-то был. Слышно было и Полли, не только мне. Этот кто-то бушевал. Похоже, чем-то швырялся и орал.

- Может, не стоит к нему заходить? Раз есть силы на такой шум, значит, не беспомощен. – Я вопросительно посмотрел на Полли.

- Нет, надо проверить, - не согласилась она. – Хотя бы для очистки совести.

- Хорошо, - тяжело вздохнув и мысленно ругая всех женщин мира, нажал на звонок.

Шум резко прекратился, дверь открылась, и тоненький голосок прерывисто позвал:

- Я здесь. Один. Никто не приходит. Мне страшно. Помогите.

- А кто шумел?

- Я, - шмыгнул голос. – А мебель сама летала и падала. Я только маму с папой звал.

На постели лежал пацан лет восьми. Бледный и тощий. Все лицо – глаза и нос.

- А чего не встаешь?

- Не могу. После аварии у меня только одна рука двигается.

- Угу. Понятно. А пробовал? Тут у нас разные чудеса происходить начали. Вдруг и ты чего-то можешь? – Ну что-то он определенно может, оглядывал я разгромленную комнату. – Родители где?

- В соседней комнате должны быть. Только они не приходят. Я звал-звал, потом разозлился. – Мальчишка замолчал, и шепотом сказал. - А у меня голос страшный стал. Я так испугался. А тут как начало все летать! А потом вы позвонили. И все прошло.

- Ладно, - неловко сказал я. – Ты, это, не тушуйся. Все наладится. – Я с надеждой посмотрел на Полли. Ну не умею я успокаивать. А она все-таки бабушка, хоть и девочка. - Я пойду посмотрю, а ты тренируйся там шевелить чем-нибудь, двигаться... Блэк, ты со мной? – Пес, окинув меня взглядом, решительно попятился. – Ну, присмотри тогда за ними, - вздохнул я. Вряд ли в комнате родителей меня ждет что-то хорошее.

В соседней комнате были трупы. Сначала я подумал, что они спят. Так спокойно лежали тела. Но нет, мертвы. Ни крови, ни каких-то повреждений. Будто уснули и не проснулись. И как сказать об этом мальчишке? Что с ним вообще делать? Я ни на минуту не верил, что он сможет встать. Ладно, что медлить, ничего уже не исправить.

- Ну, - искусственно-бодрым голосом спросил я, - что тут у нас? Как успехи?

Мальчик понимающе-обреченно смотрел на меня:

- Они умерли, да? Если бы были живы, то уже пришли бы, но я все-таки-надеялся… Ну почему так?! – разозлился он. – Почему все ТАК?!! – Мда, голосок не хилый, переглянулся я с Полли, уворачиваясь от тумбочки.

- А ну молчать! Встал живо! – Рявкнул я, неожиданно для себя. Пацан проглотил истерику и вскочил. – Воот! – Довольно протянул я. – А говорил, шевелиться не можешь. Не пробовал, наверное? Решил, что я шучу или издеваюсь? Давай, тренируйся. Мамы-папы у тебя теперь нет. Все придется делать самому. Так что старайся.

- Я стою? – Неверяще прошептал мальчишка. Он поднял руки. Пошевелил ими. Сделал шаг, и чуть не упал. Полли подхватила его, укоризненно глядя на меня. – Но как? Я же пытался… Ничего не получалось…

- Потом разберемся! А пока нам надо дальше идти. Вдруг еще кому помощь нужна.

- А мама и папа? – Сглотнул он.

- Нет их, парень, - вздохнул я. – Они не проснулись. И я не знаю, почему. Держись. Стоять! – Завопил я, бросаясь в коридор. Вверх по лестнице прошелестели шаги. Еще наверх возвращаться не хватало. Шаги замерли, и в дверь заглянуло лицо, за которым несмело подтягивалось остальное:

- Дядя… Дяденька! Я не могу маму разбудить! И бабушка спит! Я проснулась, а они спят! Разбудите их! И Кати нет! Я искала-искала! А ее нигде нет!– С надеждой смотрела на меня девчушка лет пяти. "Детский сад. Сплошной детский сад. Что я с ними делать-то буду? – Ужасался я. - Так, спокойно, внизу есть взрослые женщины. Надо всех собрать и им сплавить".

- Разберемся, - с уверенностью, которой не чувствовал, заверил я ее. – Веди!

И мы пошли вниз. Полли придерживала мальчика. Девочка вцепилась в меня и шерсть Блэка. Я по-прежнему не чувствовал живых, как вдруг услышал смех.

- Стоп! – Скомандовал всем. – На двадцатом этаже кто-то смеется.

- Мы живем на двадцатом этаже! Это Катя вернулась! – Рванулась девочка.

- Стоять! Никто никуда не бежит. – Как можно внушительнее сказал я. – Не хватало еще ноги переломать. Я ее слышу, никуда она не денется. Только, скажи мне… Как, кстати, тебя зовут?

- Вася.

- Так, - запнулся я, - Вася. Скажи мне, а сколько лет Кате?

- Катя уже большая! Она как вы, дяденька. – С готовностью ответила девчушка, продолжая тянуть меня вниз по лестнице с силой локомотива.

- А Катя – она кто?

- Няня.

- Понятно. Тогда это не Катя смеется.

- А кто? – Резко затормозила Вася.

- Сейчас узнаем. – Навстречу нам вышла женщина лет тридцати со смеющимся ребенком на руках.

- Слава Богу, хоть кто-то есть! – Воскликнула она. - Что происходит? Меня Максик разбудил. Не знаю уж, как из кроватки-то выбрался. Я смотрю, а муж – мертвый лежит. – Она судорожно вздохнула. – На этаже у нас никого. Я с пятнадцатого. На двадцатом одна дверь открыта, там тоже мертвые только.

- Тихо, тихо, - успокаивающе проговорил я, косясь на Васю. – А почему вы наверх пошли, а не вниз?

- Не знаю. Вниз страшно. А наверх вроде как легче. Не знаю я!

- Ладно, ладно. Но сейчас нам нужно вниз. Сейчас вниз тоже страшно?

- Ой, нет! – Обрадовалась женщина. – Сейчас не страшно.

- Вот и хорошо. Давайте познакомимся. Меня зовут Артур. Это Полли. Это Вася, а это…

- Костя он, - подсказала Полли.

- Это Костя, - повторил я. – Ну и Блэк. А вас как зовут?

- Меня – Екатерина Сергеевна, можно Катя. А сына Максимом. – Все-таки Катя, да не та.

- Максик я, - возмущенно сказал тот, перестав, наконец, смеяться.

Дом как вымер. Никого. Ни дыхания, ни сердцебиения. А ведь и в самом деле вымер, вздрогнул я. Жуть. Сорок этажей мертвецов. Хотя… Может, не все дома были. Кто-то, как Андрюха или родственники Полли, в отъезде. Так что пустые квартиры тоже должны быть.

Вася притихла и уже не тянула так вперед. Полли с Костей отстали, нелегко мальчишке идти. Блэк с ними. Екатерина Сергеевна с Максиком со мной. Прошли пятнадцатый этаж, десятый. На пятом кто-то жив. Когда добрались, перед нами выскочила молния. Все, больше не могу.

- Что это за придурок молниями швыряется?! Поубиваешь же детей нахрен! – Сорвался я в крик.

- Ну я это. Нечаянно.

- Я бывают разные! Ты какой? А за нечаянно бьют отчаянно! – Припомнил я дедовы присказки.

- Да что я виноват что ли? Сидел за компом, никого не трогал! И вдруг электричество отрубилось! Я как бахну кулаком по столу со злости! А из меня молнии. Так с тех пор и летят. Ничего поделать не могу. – С досадой объяснял вышедший вслед за молнией парень – Славка я. Здорово!

- Ну, здорово! – Хоть один мужик, с облегчением вздохнул я. – А как они вылетают? Когда? Закономерности какие? Направлять куда-нибудь можешь?

- Ты погодь! Не части! В руках зуд какой-то. Как станет совсем невтерпеж, так и шарахает. Пока направлять научился, всю квартиру разнес. Выключить вот не получается.

- А если заземлиться? Ну там за батарею? Или провод в руки взять?

- Пробовал. Не выходит. – Махнул он рукой, с которой посыпались мелкие искорки.

- Дядя Слава, ты супермен? – Деловито поинтересовалась Вася. - Ты нас защищать будешь? Всех плохих молниями поубиваешь?

- А… Ну… - Замялся Славка.

- Конечно, защитит и поубивает, - поддержал я его. – Мы вниз. Ты с нами?

- А можно? Только я тогда впереди пойду, чтоб не задеть никого. – Оживился парень.

- А если кого встретим? – Возразил я. - Нет уж, ты лучше сзади иди со своими молниями. Тыл прикрывай. А то мало ли… Вон, за Полли с Костей. Они как раз подтянулись.

- Ну, сзади, так сзади.

До первого этажа никого больше не встретили.

На улице был ад. Горело все, что могло и не могло. Едкий дым не давал ничего разглядеть. Что-то взрывалось и трещало. Мы растерянно оглядывались, не понимая, куда же идти, и что происходит. Я прислушался. От школы доносился гул голосов и биение сердец.

- Идем к школе, - махнул рукой.

На лестнице расположились люди, возбужденно пересказывающие друг другу, что с ними случилось. Никто никого не слушал, все стремились выплеснуть из себя страх и отчаяние. Гул голосов перекрыл возглас Васи:

- Катя! Катя, ты нашлась! Куда же ты подевалась? Я тебя везде искала!

Я с возмущением смотрел на девицу, бросившую ребенка.

- Васенька! Живая! – Бросилась она к девочке. - Не помню ничего. Очнулась в небе. Там малыш плакал, меня к нему несло.

Так эта та, которую швыряло из стороны в сторону, припомнил я.

- А где ребенок? – Строго спросил ее.

- С бабушкой. Там его бабушка нашлась. Она к нему прямо по воздуху пришла, представляете? А? – Вопросительно посмотрела она на меня, косясь на Васю.

- Вы теперь у Васи одна, - подтвердил я невысказанное.

- Вы из небоскреба? Вы видели, что произошло? А где остальные? – Посыпались вопросы.

- Да, оттуда. Я не знаю, что произошло. Но я видел огромного дракона. Он спалил вон ту высотку, что у парка. И разрушил ее. А в доме живых больше нет.

- Как нет? – Удивился кто-то. – А это кто?

От дома бежала женщина. Не останавливаясь, она обежала и оглядела всех:

- Где мой сын?!

- Мама! Вот же я! – Закричал Костя.

- Ты не мой сын, - отмахнулась она.

- Как это? – Растерялся мальчик.

- Дорогая, успокойся, включи уже голову, наконец! – Раздраженно буркнул подошедший за ней мужчина.

- Ты еще кто? – Фыркнула та в ответ.

- Папа? – Неуверенно спросил Костя.

- Вы же были мертвы! Я сам проверял. Ничего не понимаю. – Два мертвеца как ни в чем не бывало стояли передо мной и переругивались.

Из дома стали подходить еще люди, бывшие мертвыми некоторое время назад.

- Мой муж, - шепнула Екатерина Сергеевна, прижимаясь ко мне. – Клянусь, он был мертвым! Я боюсь.

- Папа! – Максик исчез из рук мамы и оказался на руках у светловолосого мужчины, недоуменно оглядывающегося по сторонам. С таким же недоумением он посмотрел на ребенка, неловко его подхватив.

- Телепортация? – Неуверенно произнес мужчина. – А где лес? Где растения? – Нервно оглядываясь, никак не мог он прийти в себя.

- Ваш дракон спалил! – Зло ответил я. Все щелчком встало на свои места. – Ну, кто какой эксперимент проводил, что вы вломились к нам? Куда дели хозяев тел? – Агрессивно наступал я на оживших мертвецов. – Сейчас же возвращайте и возмещайте ущерб! Столько разрушений! Столько погибших! – Распалялся я все больше и больше.

- Позвольте! Какие погибшие? Не должно быть никаких погибших! Я закладывал в формулу, – бормотал мужик в спортивном костюме.

- Уважаемый Леонэль, это вы? – Напряженно вглядываясь в него, спросила представительная дама весьма преклонного возраста.

- Я, - согласился тот. – А вы?

- Дио, - коротко представилась она.

- Какой ужас, - прошептал мужик.

- Да, хорошего мало, – согласилась она. - Что вы там говорили про формулу?

- Ну, я предвидел, что наши миры соприкоснутся, и хотел просто немного заглянуть сюда. Полюбопытствовать, так сказать. Но, на всякий случай, заложил в формулу, чтобы при угрозе жизни, живые существа переносились в более благоприятный для них мир.

- А спящих вы в формулу внесли, старый вы идиот?!

- Ох, так вот что я забыл! И поэтому мы…

- Да-да, классический обмен телами. Что еще пошло не так?

- Ну, я не учел дракона. Понятия не имею, откуда он взялся. – Сокрушенно качал головой Леонэль.

- Меняй все назад! Сейчас же! Пока расхождение не так велико! И не забудь учесть, что часть существ может спать, а часть – бодрствовать! На этот раз я сама проконтролирую формулу! Я не собираюсь оставаться в этом, - брезгливо показала она, - теле!

Не обращая на нас внимания, эти двое, достав откуда-то мел, начали лихорадочно что-то чертить на ступеньках.

- Отойдите все! – Стал сгонять я людей. - Быстрее! Освободите им место! Сейчас они все вернут назад. Вы ведь вернете? – Вкрадчиво поинтересовался я?

- Ну, не все, - отмахнулись они. – Мы ведь не боги.

- Но вы разрушили наш город! Наши дома! Даже парки уничтожили! Ни одного растения не пощадили! – Нагнетал я.

- Не мешайте! Время дорого! Мы сделаем все возможное! Леонэль! Ты опять потерял вот этот кусок и перепутал знак!

- Где? Ах, вот тут. Точно! Спасибо, Дио. Так. Все сошлось!

- Уверен? Так. Так. Так… Вроде все верно. Неома! Ты здесь? Проверяй! У этого тела зрение никуда не годится! – Досадливо щелкнула дама пальцами. – Это же надо так себя запустить!

- Сейчас, сейчас! Вроде все верно.

- Так, все собрались! – Скомандовала Дио. – По моей команде. Раз!

Толпа пошатнулась. Вспышка.

- Костя! Костенька! Мальчик мой, родненький! Ты стоишь! Я чуть с ума не сошла! Спала себе, и вдруг оказалась в лесу. Я думала это сон, но меня белка покусала. Так больно!

- Вася! Васенька! Василисушка, доченька, я уж думала, никогда тебя не увижу.

Вокруг доносились возгласы. Все искали и находили друг друга. Откуда-то начали появляться люди. А я смотрел, как все вокруг заплетает ковер из трав и цветов. Как вырастают деревья, и наш город превращается в сад. Или в лес. И думал, что все это, конечно, хорошо. Но вот где эти люди жить-то будут? Домов ведь нет. Словно в ответ на мои мысли на местах, где раньше были дома, стало что-то проклевываться. Дома. Это росли дома. Я взглянул на свою сорокаэтажку. Что там, интересно, с моей квартирой? Взгляд резко приблизил: окно на месте. Полли по-прежнему двенадцать. Максик телепортируется от мамы к папе и обратно. А Славка жонглирует молниями, красуясь перед девчонками.

Похоже, они опять чего-то не учли.

+1
212
23:42
— Девочка, тебя как зовут?
— Вася.
— Хреново…
В финале девочка, естественно, оказалась Василисой. Но осадок остался.
Загрузка...
Светлана Ледовская №1