Нидейла Нэльте

Один рейд Ивана Денисовича

Один рейд Ивана Денисовича
Работа №58

Они дошли до канала. Он был длинный, прямой, холодный, в его влажном зеркале отражалась ночь.

- Мне всегда так хотелось увидеть марсианина, - сказал Майкл. - Где же они, папа? Ты ведь обещал.

- Вот они, смотри, - ответил отец. Он посадил Майкла на плечо и указал прямо вниз.

Марсиане!.. Тимоти охватила дрожь.

Марсиане. В канале. Отраженные его гладью Тимоти, Майкл, Роберт, и мама, и папа.

Долго, долго из журчащей воды на них безмолвно смотрели марсиане…

Рэй Бредбери, МАРСИАНСКИЕ ХРОНИКИ

Тщательно разгладив узкую полоску шелкостали, он с минуту просто смотрел на неё. Казалось его взгляд зачарован редкими вспышками белых искорок на тёмно-синем материале. Быстрым движением схватив исцарапанный скальпель, Иван Денисович принялся резать оранжевую ленту пористого пластика RD-217 вдоль и по заранее нанесенной линии. Делал он это очень неторопливо, тихо напевая песенку про духов дороги и приношение. Нанесённая линия точь в точь повторяла узор «рога оленя». В силу зеркальности его рисунка получились две полоски с одинаково вырезанными краями.

Довольный Иван Денисович намазал их клеем. Вязкая масса покрыла пористый пластик RD-217 плотным слоем, заметно истончавшимся около края. Так чтобы липкое вещество не выступило каплями по контуру наклеенной полосы. Когда он приложил её к шелкостали, получилось оленье стадо, несущее светло-оранжевые рога через ночною тьму под редкими звездами. Перевернув ленту, он наклеил узорную полосу с другой стороны.

Иван Денисович залюбовался своей работой.

-Хай, чё делашь? – спросил заспанный Луис.

Иван Денисович взял ленту в руки.

-Досвидосные камни проходить будем. Я из булыжников пирамиду сложу, а самым верхним придавлю её.

Луис сложил на груди приводы, эффективно заменяющие руки и очень интересно наморщился. Было похоже на недоумение, но Иван Денисович сомневался, что угадал его чувства.

-Чё. веришь в это?

-Дед у меня верил. Всю жизнь кочевал, крепко Нума чтил. В окрестных кочевьях уже все баптистами стали, невест с верою предков не осталось так он сыновьям жениться, запретил. Отец младший был. С матерью жить начал уже после деда, а дядьки так и померли одинокими.

Они помолчали. Наконец Луис кивнул курчавой головой в сторону ленты.

-А тебе эт зачем?

Иван Денисович пожал широкими плечами.

-Красиво же получилось.

-Ладно, на сбор будь.

За мягкой стенкой, сработанной из тех же шелкостали и RD-217, гудел терминал кочевников. Это была огромная конструкция, вытянувшаяся гигантской гусеницей на поверхности Марса, словно цепь холмов перед горой – основным куполом Аресополиса. Небольшие вздутия над фавелами, окружившие этих гигантов, впечатления не производили, но подавляли своим количеством. За огромными шлюзами терминала располагались леса с многоуровневыми складами и жилищами похожими на большие подушки, а также проезды и стоянки.

Здесь повторялся алхимический брак между кочевниками и оседлым государством. В своё время эти отношения повлияли на все цивилизации Евразии. Ну и кроме роли площадки для контактов это место идеально подходило для сбора боевого отряда из представителей нескольких фракций марсианского профсоюза.

Тихо или громко выясняли отношения группировки, имевшие своё мнение на борьбу Нерио-групп, корпорацией, осваивавшей Марс. На местном грунте возродились сталинисты, троцкисты и все-все-все… Полный спектр левацких течений двадцатого и двадцать первого века. Ивану Денисовичу казалось, что как-то профком слишком хорошо размеживался, пора бы уже объединяться, но жизнь постоянно подбрасывала поводы, обострявшие партийные противоречия. Так что их рейд был маленьким чудом.

И если выводы разведки не врали, то это чудо, сыграет важнейшую роль в истории человечества. Ивану Денисовичу было не просто нести такую ответственность.

Выезд их группы состоялся утром после целой ночи жарких споров о планах и судьбах. И хотя провожали экспедицию только молчаливые техники, они чувствовали на себе внимание самых влиятельных лидеров марсианского профсоюза. Так что Иван Денисович очень устал вести себя, как человек, который не подведёт.

Марсоход «Прусь-14» нёсся по накатанному тракту среди полей куставров. Гектары вокруг покрывала ровная корка из биологических отходов. Тут и там лежали пестрые шары. Иван Денисович знал, что ночью они сползутся в кучи, будут греть друг друга. А пока медленно высасывают из специально обогащенных кислородом нечистот полезные и необходимые для себя вещества.

А в спешащем на дело марсоходе друг на друга смотрело четыре марсианина: Иван, Чекуимека, Пафнутий и Луис.

Вообще людские отходы на Марсе были ценным ресурсом. Очень уж много всяких полезностей можно было получить от их переработки. И только два довода оправдывали растрату такого богатства на милых, почти бесполезных куставров.

Во-первых, это хоть и медленный, но терраформинг в сочетании с изменениями воздуха, он может привести… В общем, ученые пришли к согласию, что изменения будут иметь позитивный характер, а вот по конкретным проявлениям этого позитива начинали спорить.

Во-вторых это была, какая-никакая, а жизнь. Окружающая пустота давила на колонистов, у многих возник целый букет психозов. А тут искусственно выведенные, круглые миленькие куставрики.

Их форма уменьшала площадь контакта с внешней средой, что вместе с медленным обменом веществ позволяло сохранять тепло по максимуму. Многие считали, что их назвали куставрами из-за способности к фотосинтезу. Иван Денисович знал, что это слово придумал Саймак ещё в двадцатом веке.

Некоторые, конечно, добавляли, что когда-нибудь экосистема разовьётся. Куставры останутся в основе, будут выведены и появятся за счёт мутаций новые виды, тогда все вложения и окупятся. «Жаль только жить в эту пору прекрасную, уж не придётся ни мне, ни тебе», - цитировали пессимисты в ответ.

Иван Васильевич не смеялся, он считал, что на будущее надо работать, даже если его не увидишь. Даже если бежевые закаты Марса наполняются коричневыми разводами. Такой эффект давала пыль из нечистот, она образовывалась там, где обсасывающих поверхность куставров было недостаточно, и поэтому грязный слой быстро высыхал и крошился.

Наконец показались Досвидосные камни. Как и было оговорено, Иван Денисович дал команду Пруське остановится.

«Снова я не изящный», - думал он, прыгая на поверхность красной планеты.

Скафандр делал широкого в кости Ивана Денисовича похожим на сумоиста. В разрезе этот наряд походил на слоёный пирог. Внешним покровом служила крепкая, как дружба народов, шелкосталь, под ней пролегал утепляющий и амортизирубщий пластик RD-217. А дальше последовательно размещались еще 50 слоёв специально разработанных материалов, каждый был идеальным в своей роли. Скафандр ужимался и растягивался, где надо, обеспечивал полную свободу действий, ничего не натирал, особые коммуникации отводили продукты жизнедеятельности …

На периферии зрения бежали сообщения из общего чата.

Пафнутий оформил своё сообщение подложкой цвета лаванды:

«Маразм крепчает, против укреплённой базы кидают ретрансляционную станцию, купол иллюзий, двенадцать боевых дронов, столько же ложных, четырех матерых бойцов в полной выкладке и запас вундервафлей-самоделок с непредсказуемым эффектом. Всё это поддерживает лучший хацкер профсоюза. Вроде всё нормально, только вот на базе сидят люди, разум которых усилен в три тысячи раз. Не самое эффективное решение правда? Сначала профсоюзные формалисты убили активность масс. Теперь у нас расцвела склонность к авантюрам. И не говорите что я пошёл на попятную. Альендовцы, самая лютая мразота, хуже Нерио-групп… Это я всегда говорил. Грифа давно пора обнулить. А вот усилители мозгов… сомнительная вещь, честно говоря».

Иван Денисович посмотрел на камни. Цилиндрические колонны, иссеченные ветром, возносились к небу, образовывали вокруг чащу каменного леса. Какой шанс у природы создать такое? Сама реализация такой ничтожной вероятности говорила ему все, что он хотел знать об этой жизни.

Чекуимека оформил свой комментарий в классических для леваков красно-желтых цветах:

«Ну понятно, к решению придраться не получается, решил разнести реализацию. Хочешь озвучу твою главную претензию? Идеи умного Пафнутия никто не поддерживает! И порулить не дают! Напрягись и роди уже, доводы поумнее. Перед нами открытие, способное изменить весь мир. Обладатель усилителя интеллекта будет главным редактором истории человечества. Профсоюз должен им владеть. Если Нерио групп заметит активность вокруг базы Грифа, то вмешается. Быстро и незаметно может сработать только отряд типа нашего. Всё просто».

Иван Денисович собирал камни. Наномышцы, пронизывающие скафандр давали такое усиление на перчатки из бронекомпозита, что он мог крошить булыжники. Среди досвидовских камней стояли тысячи рукотворных пирамидок. Марсианский ветер играл сотнями лент и лоскутов. Кое-где на вершинах пирамид были закреплены шлемы скафандров, дроны, игломёты, комплекты быстрой трапезы.

А коллеги по опасному бизнесу продолжали кидаться сообщениями:

Пафнутий:

«Просто сталинисты закинули дезу. И заметь, Чекуимека, я не осуждаю. Для сплочения рядов против такого гада как Гриф все средства хороши».

Иван Денисович придавил конец ленты тяжелым камнем в центре основания пирамиды. Пусть его поделка пройдет через все слои, тогда ветер её не вырвет. Длина вполне позволяет это проделать. Идея была столь проста, что он искренне удивился, почему сразу до этого не додумался.

Чекуимека:

«Где пруфы Пафнутий? Нам нужны пруфы».

Вытянувшаяся почти параллельно с каменистой поверхностью лента мелко вибрировала. Ветер. Иван Денисович смотрел и пытался изгнать все мысли, кроме одного желания. Пусть всё кончится хорошо.

Пафнутий:

«Там же, где профсоюзная демократия, которую вы переехали!»

Иван Денисович детально приблизил линию горизонта и, осматривая далёкий космодром Аресополиса, посчитал от десяти до одного.

А потом оттарабанил в чат, без всяких декоративных изысков:

«Короче, смотрите приложенные файлы, тут все доказательства. Гриф уже ведёт переговоры с Нерио-групп, требует ни много, ни мало позиций в руководстве для себя и других Альендевцев. Главное, посмотрите файл «демонстрация», это объяснит, почему на Скайвокере стали всерьёз рассматривать его предложение».

Пока Иван Денисович забирался в пруську, новых сообщений не появилось.

«Они не знают, где он, а профсоюз знает. Действовать надо быстро и если не мы, то никто. Впрочем, это уже все слышали», - добавил он.

Пафнутий:

«Хорошо, а с чего ты взял, что этот усилитель мозгов всё еще не готов?»

Иван Денисович уселся рядом с этим перманентным революционером и выложил:

«Гриф не на Скайвокере и не руководит. Его плата ещё не созрела, или они еще не сторговались».

Пафнутий:

«Мы же договаривались без пленных, а тут придётся всю команду Грифа брать живьем, чтобы они исследования продолжили».

Иван Денисович:

«Никаких пленных. Никто из Альендевцев нам не поможет. Они сами не знают, как работает усилитель. Это классический чёрный ящик – система, развивающая саму себя. Что она представляет сейчас, не знает никто. Гриф просто время от времени тестирует её. И как видите этому говнюку круто повезло – его детище само построилось, куда надо».

Он откинулся на спинку и запустил в скафандре лёгкий массаж. Непередаваемое удовольствие растекалось по телу.

Чекуимека:

«А теперь, представьте будущее, если эта технология попадёт Нерио-групп. На земле уже вся элита, это люди, родившиеся четыре поколения назад. Они вечно молоды, благодаря технологиям, ну почти вечно... А если еще мозги себе прокачают? Возникнет новый биологический вид! Для которого мы будем чем-то вроде шимпанзе. Человечество разделится на элоев и морлоков!»

Пруська мерно качалась на неровностях марсианской целины. Луис погрузился в визио-синорною сессию и регулярно ржал. Чекуимека сосредоточено изучал какую-то информацию. Пафнутий начитывал полемичный текст, переживал, наверно. Иван Денисович откинул сиденье. Ему хотелось отдохнуть от срочной подготовки непростой операции. Спать и видеть сны.

Ему снилась Ритика. В облегающих спортивках и лифчикообразном топике. Черные волосы были собраны в хвост, конец которого дергался у нижней границы спины.

Они находились в трейлере площадью восемьдесят квадратных метров. Вокруг сверкали вскрытые корпуса аппаратов сверхминиатюрной электроники. Величайшая хацкересса красной планеты могла позволить себе самые роскошные условия труда.

-Знаешь что это? – спросила Ритика. Она указывала рукой на голограмму.

Приглядевшись, Иван Денисович понял, что это сотни инфузорий суетящихся в жидкости.

Он пожал плечами. Сделал широкий шаг, обнял мягкое тело. Зарылся лицом в жесткие волосы, накрыл грудь женщины ладонью…

-Lewd pig! [1] – по его кисти шлёпнули. Иван Денисович медленно, словно поглаживая, спустил руку на её талию.

Он заметил про себя, что Ритика использует английский только в ходе любовных игр. Размышляя о ментальной травме, оставленной британским колониализмом, Иван Денисович перестал поглаживать смуглое тело и начал слушать.

-Это моделирование одного из первых экспериментов по созданию саморазвивающейся системы. В этот аквариум засыпали железный порошок, микроорганизмы поглощали его вместе с пищей. Потом создавалось магнитное поле вне аквариума, движение инфузорий оказывалось в пределах его влияния. Ты меня слушаешь? Take away hands, libertine [2]!

Она резко повернулась к нему, так что подхваченные движением пряди черных волос зацепились за его плечо.

-Понимаешь что получилось? Сигналами на «входе» этого «гомеостата» служили изменения напряженности поля; состояние «выхода» определялось поведением самих инфузорий. Удалось создать объемлющее целое, подчиняющееся законам поведения кибернетических систем с «входом» и «выходом» сигналов. Из живых существ, представляешь?

Глаза Ритики смотрели на него с вниманием королевской кобры.

-Такое делали в двадцатом веке. Ещё были модели с многокомпонентными растворами, через которые пропускали электричество. Определенные вещества в них могли оседать, меняя проводимость раствора в целом. Это давало положительный обратный эффект.

Упругой походкой она подошла к голограмме и замерла глядя на изображение.

-Для учёных того времени это было развлечением. И только сейчас стало понятно. Вот первые шаги по созданию инструмента, способного развивать самого себя. Именно такая штука может стать усилителем разума. Согласись, трудно написать программу ИИ умнее себя самого.

-Как интересно.

Иван Денисович снова обнял Ритику, его рука двинулась к низу её живота…

-Ай!…

Женщина отскочила от него. На её теле раскалённым металлом горели места, которых касался Иван Денисович. Прекрасное тело перед ним начало обращаться в пепел. Медленно поплыли в стороны стены трейлера, стиралась показавшаяся за ними равнина Исиды… Осталась черная пустота и взгляд Ритики, наполненный укоризной.

«Не подведи, только не подведи», - звучал в голове её шепот, когда он просыпался.

Он тяжело дышал, поджилки тряслись, непонятная паника охватила его. Иван Денисович принял успокоительное.

В районе левой подмышки судорожно дергалось. У него никогда такого не было. Иван Денисович решил, что выражение «поджилки трясутся» придумано, чтобы описать его нынешнее состояние.

Сорок минут назад от Ритики пришло сообщение: «Я положила цепь в гнездо. Когда захочешь, орёл будет только твоим. Целую.»

-Встал? – обратился к нему Луис по громкой связи.

-Есть маленько, мы где?

Спросонья было лень ползать по навигационному интерфейсу.

-Ворга испарителей.

Испарители – это самая распространённая специализация кочевников. Нерио-групп щедро платила за преобразование местного кислородосодержащего льда в газообразное состояние. Эта была одна из основ терраформинга, влиявшая на состав и давление атмосферы.

-Купол работает, – вмешался Чикуимека.

Ворга – это наезженное направление от стойбища испарителей до ближайших ледяных отложений. Обычно стоянки испарители размещают таким образом, чтобы в доступе оказывалось несколько ледников.

-Купол не спасёт от визуального наблюдения, - сонно проворчал Пафнутий, – радуйтесь, что вокруг пусто.

Иван Денисович хмыкнул. Движение здесь было далеко не самым насыщенным, и они об этом знали. Разведка у профкома была, что надо.

-Да кто будет пялиться в эту унылость? – он выложил в чат крутящий пальцем у виска смайл, – в алгоритме автопилота заложено избегать встреч, сенсоры бьют далеко. Так что не дрейфь.

Действительно, даже если они и столкнутся с транспортом, экипажи там сидят, уткнувшись в приложения, а купол иллюзий обманет любой автопилот. Ритика своё дело знала.

Иван Денисович открыл новую тему в общем чате:

«Хватит фигнёй страдать, давайте пробежимся по плану».

Чекуимека:

«Прикрытые куполом подъезжаем к ихней стоянке. Осматриваемся. Определяем место, где будет проще всего подключиться к их сетке. Максимально быстро подключаемся. Твоя хацкерша дезориентирует альендевцев. Мы берём их тёпленькими»

Пафнутий:

«Обалденный план! Надёжный, как швейцарские часы! Люди Грифа не такие дураки, чтобы обеспечивать всем желающим доступ к своей сетке. Иван Денисович, твоя подружка может осуществить внешний взлом?»

Иван Денисович вывел изображение лиц обоих с внутренней камеры шлема. Чекуимека был непроницаем, а его оппонент улыбался губами, но хмурил брови. Похоже сталинисты и троцкисты созданы для выяснения отношений, плюс, наш Пафнутий далеко не самый покладистый собеседник. Их размолвки – еще одна неприятная переменная. которая повлияет на будущее.

Чекуимека – сталинист. Эти ребята лидируют в руководстве профсоюза, худо-бедно онлайн-голосование поддерживает их предложения чаще, чем идеи других объединений. В итоге почти весь управленческий аппарат профсоюза состоит из них. И как ни странно, эти ребята считают наиболее верным поступком усилить интеллект профсоюзного руководства.

А вот Пафнутий вместе с единомышленниками стоит за прокачку мозгов только истинным революционерам. Таковыми Троцкисты предлагали считать всех, кто показал высокий уровень теоретической подготовки и реально участвовал в борьбе, рискуя жизнью. Причём не всякий истинный революционер должен был разделять идеи Льва Давидовича.

Ритика недремлющем оком подглядывала за ходом закрытых дискуссий обоих группировок, поэтому Иван Денисович был в курсе.

Луис:

«Зачем внешний взлом? Это долго, рискованно и ненадёжно. Ритика сможет обмануть их защиту, чтобы мы подошли незаметно к нужному месту. Вот и всё».

«Как интересно, – подумал Иван Денисович, – спорили, решали, согласились, на одном мнении и вот опять. Это левые детка, типичные левые… И еще, как-то в сообщениях Луис очень многословен по сравнению с устной речью».

Кстати, Луис был из маоистов. Они прямо-таки расцвели вместе с кочевыми кооперативами и уже серьёзно поднимали среди подполья дискурс об окружении городов революционными кочевьями. А еще не без оснований указывали на повышенную революционность марсианского фронтира и возможности победы революции в инопланетной колонии. Последователи великого кормчего хотели развить мозги всем. Услышав такое, зубры идеологических разборок только хмыкали, иногда пускаясь в рассуждения о незрелости широких масс и опасных последствиях применения неотработанной технологии сразу на всех.

Иван Денисович вздохнул. Бултыхаясь в глубине левацких разборок, можно окончательно потерять надежду на революцию.

«Короче, товарищи! С учётом дронов и общей подготовки у нас явное преимущество, враг будет разбит, победа будет за нами! Ехать нам ещё часа полтора. Отдыхаем», - выложил сообщение Иван Денисович.

А чего хотим мы? Ритика, Иван Денисович и остальные техкомы? Скорее тусовка специалистов, чем партия, среди которых он оказался только благодаря своей подружке. Той самой подружки с резким нравом, томным взором и нечеловеческим владением кодом. Ритика. Губы твои!

-Технологию надо опробовать самым подготовленным, – говорила она своим чарующем голосом, – лучшие кандидаты – это высококлассные технари, костяк нашей партии. Широкие массы получат доступ только к обкатанному усилителю разума.

Почувствовав её взгляд, Иван Денисович засмотрелся, как вздымается при дыхании обтягивающая грудь майка.

-Don't distract! [3] При появлении новой технологии человечество всегда выделяло авангард, продиравшийся по всем кочкам, остальные шли протоптанной дорогой.

Иван Денисович медленно приближал раскрытые ладони к её груди.

«Не подведи, только не подведи», - шептала она, когда её тело начало тлеть.

И только бездонный взгляд сохранился в окружившей его пустоте. Ритика…

-Проснись, проснись… - говорил Чекуимека по громкой связи.

-Ну, ты и соня, – хмыкнул Пафнутий, – тебя даже песчаная буря не смогла разбудить.

Эта небольшая долина располагалась в горах Ливии. Её форма была довольно сложной и напоминала зверски деформированную звезду. Среди оплывших от эрозии гор лежала положенная на бок возвратная ракета. Была такая идея в период начального освоения – забросить на Марс кучу ракет с запасом топлива в один конец. Каждая из них была снабжена реактором и кучей роботов, способных извлечь из окружающей среды необходимый запас веществ, которые позволят реактору выработать достаточно энергии для обратного путешествия на землю.

Таким образом, создавалась возможность эвакуации колонистов на случай серьёзной катастрофы. Конкретно эта ракета стала базой для Альендевцев Грифа. Реактор давал энергию для всего обеспечивающего жизнь, исследования и связь. Перепрограммированные роботы возвели нечто похожее на типичный купол из местного грунта.

-Хорошо устроился! – процедил Пафнутий.

Наблюдаемый периметр начинался ещё за пределами долины. Тем не менее, команда Грифа рассчитывала скорее на засекреченность своего местоположения от других кочевников, чем на эффективность мер защиты. Ритика скинула им видеозапись с корпоративного спутника минутной свежести. База альендевцев тянула лямку повседневности, совершенно не проявляя признаки тревоги.

Иван Денисович взял в руки игломёт. Оружие казалось игрушечным, ретрофутуристичный дизайн, кислотные цвета, размеры, рассчитанные на перчатки скафандра. Он подумал, какой же Гриф мудак вместе со своей компашкой. Наверно, это судьба всех евролевых: отказ от курса на революцию, опора на всякие мелкие страты извращенцев и наконец готовность жертвовать интересами широких масс ради возможности встроиться во власть. Не жди своего Пиночета Гриф, мы всё сделаем сами!

От Ритики пришло сообщение: «Всё готово, любимый, не подведи».

Иван Денисович дал отмашку в приложении «Джугэ Лян» и дроны покинули верхний багажник. Это основная сила, им и начинать.

Приложение вывело расстановку перед боем.

Группа «Ноль». Состав: двенадцать ложных дронов. Должна инсценировать атаку на основной купол. Атакуют с Севера, по самому короткому пути. Появившись первыми перед турелями противника должны вызвать на себя их огонь, а также выявить другие источники опасности.

Группа «Один». Состав: шесть дронов. Должна быстрым броском из-за восточной горы переместиться на дистанцию поражения к турели, стоящей на насыпи перед возвратной ракетой, подавить огнем турель, подключится к уничтожению двух прикрывающих купол турелей, осуществить изоляцию и захват генератора. А там уже Иван Денисович решит отрубать альендевцев от энергии или передать на растерзание Ритики. А может реализовать гремучую комбинацию того и этого.

Группа «Два». Состав: четыре дрона. Зайдя с Юго-Запада выходит на купол, подавляет турели… Их три штуки образуют прямоугольный треугольник, в который вписан купол. Быть готовыми к взаимодействию в этом деле с группой «Один». Гипотенуза треугольника прилегает к ракете, за которой стоит насыпь с четвёртой турелью. Все четыре образуют квадрат, так что каждая из турелей прикрыта двумя другими. После подавления турелей проделать отверстия в куполе для штурма, окружить его в целях предотвращения эвакуации противника. Дальнейшие действия предпринимать согласно поступающим приказам.

Резерв. Состав два дрона, четыре человека. После зачистки территории вокруг построек выдвигается к проделанным группой двум отверстиям, определяется с задачами для штурма, принимает участие в нем.

Группа ноль вступает первой, группы один и два спустя тридцать секунд. Резерв ждёт, будучи готовым, вступить в любой момент. Все четверо понимали, что план – это одно, а реальность полна сюрпризов.

Начали!

Джугэ Лян показал стремительный полёт группы «Ноль». Заработали турели. Потеря трёх ложных дронов. Атака групп «Один» и «Два». Вспышка. Уничтожена турель, прикрывающая генератор. Потеря четырех ложных дронов и одного боевого из группы два. Взрыв и еще взрыв. Уничтожены две турели. Потеря двух ложных дронов. От выстрелов дронов группы «Один» разлетелась дверь возвратной ракеты. И почти тут же последняя турель уничтожена.

Иван Денисович потёр руки, дела шли очень хорошо. Потом он подхватил игломёт и скомандовал:

-Выдвигаемся!

Дроны быстро напыляли на крышу купола жар-массу. Образовывались идеальные круги. Стало пыльно, но Джугэ Лян давал полную картину происходящего. Из развороченного взрывом прохода в ракету выстрелили. Дрон из группы «Один» получил незначительное повреждение, остальные сосредоточили огонь на проходе, так что никто из него не смел высунуться.

На связь вышел Чекуимека:

-Надо штурмовать.

-Так. Бери Луиса, группу «Два» и разбирайтесь с ракетой. Пафнутий, всё готово?

-Вполне!

Можно было не спрашивать, с камер на скафандре Пафнутия было хорошо видно, как он щедро нанёс жар-массу в целых двух местах.

Иван Денисович смотрел, как Луис забрасывал в ракету гостинец. Теоретически он должен был разладить системы наведения, вживлённые в бойцов Грифа. На практике эта самоделка могла не сработать или сработать через одно место… Пофиг!

Через Джугэ Ляна Иван Денисович запустил реакцию жар-массы. Места, где комковатый, похожий на варенье слой покрывал стены купола, резко заалели. Несокрушимая поверхность раскалилась, потекла и вот оплавленные куски мощного панциря начали проседать. Специально закреплённые дронами левитаторы вынесли их за предел боевых действий. Дроны парами ныряли в образовавшиеся проходы. Впрочем, в некоторые никто не влетел, их сделали для отвлечения внимания.

Кускам, вырезанным у основания, помогли упасть несильные взрывы. Пафнутий махнул рукой и бросился вперёд. Иван Денисович двинулся следом.

Внутри располагались секции из шелкостали. Как ни крути, а содержание всех куполов примерно схоже. Проникшие под купол дроны лупили прямо через тканевые крыши, ориентируясь на инфракрасное излучение от человеческих тел.

Игломёт в его руках щедро посылал очереди в сторону видимых проходов, из которых могли выскочить альендовцы. Каждый магазин этого оружия нес тысячи и тысячи игл, тонких, опасных и точных.

Тем временем Чекуимека обнулил засевшего в ракете типа. В куполе дроны пристрелили двоих и где-то с четырьмя начался огневой контакт.

Джугэ Лян безошибочно выделил мелькнувшего из-за угла противника, помог навестись… Есть! Игла пробила аварийный шлем и попав в голову несчастного, разделилась на сотни микрочастиц прошедших через плоть и погасивших в ней искру разума.

-А-а-а-а!!!!! – кричал Чекуимека. Иван Денисович вывел картинку происходящего на четверть общего вида. Сталиниста распиливал какой-то промышленный робот. Дроны и Луис поливали железного болвана из всех стволов, но кровь залила всё вокруг. Наконец обстрел иглами по сочленениям и другим слабым местам дал эффект, и робот остановился, хотя изредка подергивался.

-Готов, – напряженно произнёс Луис, – приступаем к внедрению в сеть.

Прощай, Чекуимека. Ты сильнее всех понимал, насколько безжалостен и умен капитан Нерио групп. Капитан готовый отчуждать самое дорогое в жизни каждого марсианина. Выкачать молодость и талант ради прибыли, а потом выбросить как отработанный ресурс. Ради победы над таким врагом ты требовал железной дисциплины и жестко спрашивал со своих же товарищей. Но суровее всех ты был к самому себе. Даже самые заядлые ворчуны уважали тебя. Пусть Марс тебе будет, как Земля, пухом.

-Сдаюсь! Сдаюсь!

Из бокового прохода вышла фигура с поднятыми руками. Иван Денисович вдавил курок. В местах попадания тело капитулянта взбухало кровавым фаршем. Не берём пленных, значит, не берём.

Тут он вспомнил это лицо, – парень был из второй волны. Активно устанавливал связи между кочующим профсоюзом и ячейками в городах. Пока корпорация не приняла меры и вот он здесь. Извиняй, чувак…

-Глянь сколько приборов, походу мозги усиливают здесь, – Пафнутий рыскал глазами, – Не похоже это на технологии будущего.

Иван Денисович усмехнулся. Наивный. У Грифа нет бригады маркетологов, поэтому он не тратит время и силы на передовой дизайн.

«Сеть противника под контролем», - сообщила Ритика.

Джугэ Лян показал наличие в помещении двух альендевцев. Дроны загнали их под массивные столы, слегка поранив.

«Надеюсь Гриф один из них. Хочу схватку с боссом», - Пафнутий осыпал своё сообщение кучей взрывообразных смайликов.

«Ритика, скажи, чтоб сдавались», - сообщился Иван Денисович.

«Зачем? Я перегрузила их нейрокомпы, прицелиться им не реально. Валите их!».

Человек с перегруженным нейрокомпом похож на младенца: нервные сигналы к мышцам отправляются с задержкой или не туда. Перед глазами рябит тысяча тысяч видео частично наложенных друг на друга, частично в мелких сегментах. Миллион шумов заполняет уши. Запахи, тактильные ощущения, вкус насыщены до предела…

«Не расслабляйся!», - кинул Иван Денисович Пафнутию. Он доверял Ритике, но матерью безопасности является осторожность.

Ходить утячьим шагом, выискивая взглядом, человеческие фигуры под столом было чертовски неудобно.

Раз и раз. Дезориентированные противники ликвидированы. Ивану Денисовичу не было интересно: есть среди них Гриф или нет. А вот увидеть усилители мозгов очень даже хотелось. Он внимательно огляделся. Ритика уже подгрузила альендевскую базу данных. Иван Денисович подошел к цилиндрическому контейнеру, открыл… Среди поблескивавших ворсинок из полупрозрачного вещества покрывавших внутренние стенки контейнера лежало что-то похожее на шлем из хитинопласта.

-Так вот ты, какой усилитель мозгов! – в голосе Пафнутия сквозило благоговение, возможно впервые за всю его жизнь. – Луис хватит обхаживать генератор! Беги сюда!!

-Беги, беги, – подтвердил Иван Денисович, перехватывая игломёт поудобнее.

Одновременно, по его желанию в окрестности трейлера площадью восемьдесят квадратных метров отправился маленький файл. Не то завершающий пазл, не то камешек, разбудивший горный обвал.

Когда Луис пришел, его встретил Иван Денисович и три мертвеца. Это, если не считать дронов, транспортировавших контейнеры с усилителями мозгов к пруське.

-Садись товарищ.

-Где Пафнутий?

-Пафнутий… Романтик революции, мечтающий оказаться в центре взрыва старого мира. Креативщик, готовый валить режим с голым энтузиазмом наперевес и теоретически обосновать научность своей импровизации. Краса и гордость нашей красной угрозы…

Луис снял игломет с предохранителя.

-Иван Денисович? Ты в порядке?

Пепел.

Командир штурмовой группы дал команду ввести в свой организм дозу стимуляторов и пожал плечами.

-Пафнутия, убили дроны! Ритика взяла их под контроль.. Тихо!

Резким жестом он остановил дернувшегося Луиса.

-Сейчас постараюсь их вырубить, права командира у меня ещё остались, пока она их снова запустит, разломаем побольше, а там как придётся! И дальше общаемся только жестами.

Его звали Иван Денисович Вылка. Он родился на Земле в заполярном Нарьян-Маре. Благодаря наличию генов коренного и малочисленного народа получил образование в городе Тромсе. Работал учителем истории, читал дополнительный курс ненецкой культуры. Работа ему нравилась, только со временем стало понятно, что для ненецкой интеллигенции важнее проедать гранты, чем хранить заветы предков.

Иван Денисович сделал всё возможное, чтобы оказаться в первой волне марсианских колонистов. Снова работал учителем. Быстро понял что должен готовить аскетичных работоголиков, потому что марсианское общество потребления только начинается. Он был не против ни аскетов, ни энтузиастов, просто не хотелось лепить людей под заказ Нерио групп и земных политиканов.

Он вступил в профсоюз. Активничал на полную и встретил её. Темную лошадку программного кода Ритику.

Горячую там, где он был холоден, изобретательную и стремительную там, где он смотрел и строил планы, чёткую в своём математическом анализе там, где он расплывался киселём гуманитарных условностей. А пока крутилась их любовь-морковь Иван Денисович увидел контрэлиту, выделившуюся из профсоюза. Прикинул куда приведёт развитие идентичности этого слоя, осознание своих интересов… Короче понял, зарождаются хозяева: и Нерио групп готово с ними договориться. Историческая практика показывала, что единственный способ избежать предательства со стороны руководства – это постоянное давление масс.

И сейчас ему было понятно: любой план усилить мозги какой-то отдельной куче народа, не важно по какому принципу отобранной, приведёт к тому же, чего хотел покойный Гриф.

Только план маоистов, заславших этого Луиса, который мало говорит, но много слушает, даёт некоторую надежду. Технология не обкатана, здесь Ритика совершенно права. Но лучше рискнуть, чем допустить разделение человечества на два вида.

Итак, им вдвоём оставалось уничтожить одиннадцать дронов. Конструкция у них хлипкая, но зато реакция, скорость и меткость выше человеческой. Без читов шансов бы у них не было.

Иван Денисович не запустил переустановку системы летающих убийц.

Интерфейс боевого приложения по-прежнему видел их, как союзников, и видел чётко. Бегать под куполом и расстреливать зависших дронов было просто. Заметил, прицелился, пару очередей, всё! А потом Иван Денисович раскрыл присланную Ритикой цепь, поставил флажки напротив четырёх членов группы, включая себя и запустил её.

Джугэ Лян моргнул и исчез. В последний момент Иван Денисович заметил главное. трейлер площадью восемьдесят квадратных метров превратился в огненный смерч.

Пепел.

Слишком много лидеров профсоюза держали на прицеле хацкершу технокомов. Маленький файл, отправленный Иваном Денисовичем сыграл свою роль.

На периферийном зрении мерцал миллион картинок, где-то звучала тысяча шумов, тело мучал зуд и пахло непонятно чем.

Они разломали пять дронов.

Луис осторожно выглянул на улицу и показал растопыренную пятерню. Иван Денисович ткнул пальцем в одну из самодельных вундервафель, висящих у того на поясе. Быстрое движение механического привода, бросок и одна из любимых маоистами хреновин полетела на левитаторах в сторону дронов. По сути это была обычная граната, способная выпустить миллион осколков пробивающих дрон как бумажного змея. Только эта граната обладала своим собственным куполом иллюзий, так что дроны не могли на неё среагировать.

Тут звукоулавливатели на скафандре Ивана Денисовича засекли шум сзади. Развернувшись он увидел одинокого дрона, влетающего под купол и неловко задевшего край отверстия. Над их головами в стену врезались иглы. Профсоюзные активисты начали стрелять и стреляли долго… Уже развалившаяся машина-убийца упала на шелкосталь жилых ячеек базы Грифа. А они стреляли, стреляли… Иван Денисович положил руку на плечо Луису.

-Это одиннадцатый, последний.

Глянули наружу. Три дрона еще функционировали при серьёзных повреждениях. Легко добили.

-Все! Забираем, что надо и уходим. И знаешь что, давай сначала заедем к твоим товарищам.

-По рукам! – Даже мешковатый скафандр не смог скрыть забурливший энтузиазм Луиса. Видимо, быстро сообразил какие бонусы ожидают тех, кто первым повстречает пруську, везущую усилители мозгов.

Пока грузились, Иван Денисович занялся рассылкой, найденной у Грифа информации. Теперь каждый кочевник и профсоюзный активист знал, как воспроизвести усилитель разума.

А ещё Иван Денисович ввел себе дозу успокоительного.

По неровностям красной планеты ехал марсоход Прусь-14. В нем сидели два марсианина. Иван Денисович долго смотрел на марсианина Луиса. Луис долго смотрел на марсианина Ивана.

Ивану Денисовичу виделся пепел и ещё два марсианина.

-Ты подло убил меня выстрелом в спину, подставил свою подругу, редкое ты дерьмо Иван Денисович! – говорил марсианин Пафнутий.

Марсианка Ритика смотрела на него грустно.

-Я любила тебя! А ты выдал моё местоположение, подставил под огонь других группировок и пользуясь моей программой спрятал концы в воду, молодец! Опомнись, дело здесь даже не в том, кто кого подставил! Куча людей станет подопытными свинками по твоей милости! Ради этого ты убил меня?? Ты подвёл всех! – говорила марсианка Ритика.

Пепел.

А потом он увидел столько марсиан, что не смог их сосчитать, в странных шлемах из хитинопласта, сильных и красивых как идеал человека эпохи Возрождения.

-Спасибо тебе, спасибо, спасибо! – говорили они.

Надо принять успокоительное посильнее, – решил Иван Денисович.



[1] Похотливая свинья (англ.)

[2] Убери руки, развратник! (англ.)

[3] Не отвлекайся! (англ.)

+1
00:08
327
Комментарий удален
11:56
Что-то как-то не того. Не дочитала, не зашло.
14:57
Бож-же ж мой. Всё смешалось, кони, люди…
Я не альпинист. Такие высоты одолеть не в силах. Да и неинтересно. Точнее, невелика слава.
Троцкисты, маоисты, сталинисты — камешки на склоне. Ступишь не так и потянут вниз. Но я не самый добрый и лояльный на свете человек, чтобы начинать сызнова.
Да, куча красивостей. Досвидосные камни, Прусь…
Оставили равнодушным все аспекты социума марсиан. Картинка меняется, все в кучу, перегружено. Мне совершенно неохота искать связь с этим Иваном Денисовичем и тем Иваном Денисовичем. Имён и отчеств навалом, и наверняка всё не просто так, кроме буквального обыгрыша «день» и «рейд». Но мне уже всё равно.
Обилие чужизны и противности ошеломило. Не хочу я даже подозревать о таком Марсе и таких марсианах.
Блин, мне не понравилось.
Мясной цех

Достойные внимания