Юлия Владимировна

Железная горка

Железная горка
Работа №24

Эта история началась в конце прошлого века, где старые постройки многоэтажных домов, давно уже без своей яркой окраски с однотипным пейзажем во дворах и сломанными качелями на детских площадках, олицетворяли собой упадок когда-то великой страны. А заброшенные или недостроенные сооружения заводов и фабрик только дополняли этот общий серый фон жизни простых людей. И только дети, несмотря ни на что, беззаботно носились на улице, находя себе развлечения и игры, пока родители криком не загоняли их домой.

В коробке из таких типичных четырех домов со своими родителями проживал восьмилетний мальчик Саша. В их большом дворе детворы было много, все друг друга знали и разделившись по возрастным категориям устраивали свой досуг.

Четыре дома способствовали соответствующему распределению на такое же количество команд вечных соперников, самые страстные сражения которых происходили на футбольном поле.

За этими футбольными баталиями любили смотреть и младшие, и взрослые мужики, которые возвращаясь с работы останавливались перевести дух и немного отвлечься от бытовой суеты.

Единственным кому до них не было никакого дела – это девчонки, занятые своими наивными играми. А когда, от нечего делать, ребята начинали их задирать, они бегали и визжали на весь двор как сирены скорой помощи.

Была среди этих девочек одна особа, завладевшая вниманием Саши. Она сильно отличалась от своих сверстниц, с высокомерным взглядом, сама себе на уме, всегда делала вид, что взрослее остальных, поэтому никогда не водилась с другими девочками, а надменно прогуливаясь по двору, внимательно за всеми наблюдала и почему-то её никто никогда не доставал. Тщательно скрывая свой интерес, Саша давно уже стал за ней следить.

Девчонки играют, а она стоит недалеко от них в своем розовом платье с аккуратно уложенной короткой стрижкой и внимательно смотрит, как пацаны гоняют в мяч.

Со временем Саше стало казаться, что она раскусила его интерес к ней и теперь, не стесняясь и не отводя глаз, поглядывает на него своим милым личиком, заставляя каждый раз краснеть в момент пересечения их взглядов.

Чем дольше продолжалась эта игра в переглядки, тем больше Сашу притягивало к ней. И вот уже каждый раз выходя на улицу, не поворачивая головы в её сторону, он пытался глазами найти знакомое розовое платье, а когда у него это получалось довольный и воодушевлённый направлялся к своим друзьям.

***

В один из обычных дней, выбежав на улицу, Саша почувствовал пустоту. Озираясь по сторонам, он пытался найти свою таинственную подругу, но её нигде не было. Саша так разволновался, что даже не обратил внимания, на кучу строительных материалов, уложенных на футбольном поле, а ребята из его команды расселись на бордюрах вокруг детской площадки, на которой возилась малышня.

Из разговоров стало понятно, что вместо футбольного поля скоро будет стоянка для машин и им со своим мячом теперь нужно играть где-нибудь в другом месте.

Уныние и тоска заразила всех присутствующих, пока один из самых уважаемых игроков не предложил поиграть в «тристу» на пробивание по «пятой» точке. Так как большего на ум не приходило все, в том числе и Саша поддержали эту идею и теперь оставалось только найти объект, который можно использовать в качестве ворот.

Как ни странно, долго искать не пришлось и выбор пал на подъезд. А по указки нескольких «умников» этот подъезд оказался именно тем, в котором находилась квартира Саши. Со слов ребят эта площадка была самой футбольной из всех.

Возмущению Саши не было предела, те, кого он считал своими друзьями, все как один не хотели даже его слушать и толпой ринулись прямиком к выбранному месту.

Уговоры и наспех подобранные аргументы в пользу другой альтернативы ни на кого не подействовали. Чувства отчаяния переросли в чувство сильной обиды, от которой у Саши появился не проглатываемый горький комок в горле, а ребята тем временем уже разделились на две команды, в каждой из которой он оказался лишним.

Саша был просто в отчаянии, не уверенность в себе и мягкий характер не позволял ему высказать ту накопившуюся ярость и злость, от который бы всё сотряслось вокруг, и только какое-то хрупкое чувство достоинства сдерживала ту огромную массу слез, пытающуюся вырваться из намокших глаз.

В этот неловкий и жалкий момент один из ребят с разбега отправил мяч прямиком в козырек, свисающий над входом в подъезд. Мощным рикошетом мяч отскочил от металлического каркаса и с неимоверной силой попал Саше точно в лоб. Этот удар разрушил всю его оставшуюся оборону и слезы сами покатились ручьем.

Под шумный хохот, со слезами и красным лбом Саша рванул прочь. Он бежал изо всех сил, бежал от позора и ненависти к себе за свою слабость и страх, которые, как ему казалось в тот момент, поглотят его целиком, и он уже никогда не сможет быть сильным и уверенным в себе.

Когда наконец Саша остановился и протер мокрые глаза, то понял, что забежал достаточно далеко от своего дома, в место, к которому они с ребятами близко никогда не подходили, а взрослые рассказывали про него всякие страшные байки. Это была территория заброшенного завода.

Саша стоял, перед серым зданием и понимал, что здесь ему находиться нельзя, а возвращаться не было сил, да и в таком состоянии домой не хотелось. Вытирая слипшиеся от слёз глаза, Саша решил потихоньку уйти от этого жуткого пережитка времени хотя бы поближе к дому, но тут он услышал легкий шорох приближающихся шагов.

От страха его ладони вжались в лицо, а в груди надулся большой ком воздуха, готовый выскочить вместе с сердцем. Но в одно мгновение у Саши, что-то переключилось. Состояние безнадежности придало ему импульс, от которого он воспрял духом и разжав свои ладони повернулся лицом к неизвестности, в огромной надежде, что всё как-нибудь обойдется.

На удивление перед ним с доброй улыбкой стояла та самая девочка, которая последнее время не выходила у него из головы. Молча взяв его за руку, она сказала, чтобы он ничего не боялся и следовал за ней. Как под сильным воздействием гипноза Саша повиновался, и вот, они уже поднимались по ступенькам внутри пустого здания.

Как ни странно, на этажах сооружения совсем не было темно, отовсюду в него проникал солнечный свет, окрашивающий серые бетонные стены в теплые светло-жёлтые тона.

Страх переродился в любопытство, а его спутница излучала волны спокойствия и легкости, которые несли их куда-то в неизвестное, как казалось тогда Саше, в мир приключений и фантазий.

Поднимались они не долго, а когда очутились на крыше, Саша немного отошел от нахлынувшей на него завораживающей эйфории и огляделся вокруг. Здание было не очень высоким, где-то на уровне четвертого-пятого этажа. Вдалеке можно было разглядеть знакомые дома, а вокруг заросшую кустарниками и деревьями территорию с остатками старых строений. К высоте Саша относился с особой фобией поэтому к краю крыши подходить не стал.

Проводя беглый осмотр вентиляционных труб и всякого мусора, он наткнулся на странное сооружение. С крыши здания вниз уходила железная конструкция, чем-то напоминающая желоб, сделанный из кусков арматуры и железных прутьев. В её основе был большой толстый рельс, а в её верхней части стояла железная бочка, которая выглядела как ракета с детской площадки. Эта «ракета» была вся в дырках, ржавая и обмотанная большими цепями. Цепи переплетались со всей конструкцией в целом и играли немаловажную укрепляющую роль в этом странном механизме.

– Залезай, - спокойным голосом сказала она.

– Зачем? - настороженно спросил Саша.

– Не бойся мы покатимся вместе, - не отступала девочка.

– Но зачем, я как-то не совсем доверяю этой штуковине, - растерянно искал он отговорки.

– Это просто тебе поможет. Ведь ты же не хочешь, чтобы я съехала на ней одна, без тебя. Тут безопасно и весело, ты не пожалеешь, - усаживаясь в тележку настаивала девочка.

Рыцарские чувства напрочь сдвинули в сторону инстинкт самосохранения Саши и, собрав всю отвагу в кулак, он молча полез за ней.

Девочка села спереди взяв в руки часть цепи. Как только Саша уселся и ухватился руками за бортик, тележка слегка качнулась и плавно покатилась вниз, при этом цепь, соединяющая её с конструкцией, начала издавать сильный грохот, который своим ритмичным и звонким стуком громко отбивал в ушных перепонках чечетку, с каждым разом наращивая темп.

Когда от скорости начало сводить низ живота, Саша что есть мочи зажмурил глаза и плотно зажал губами рот, чтобы не закричать. Ему казалось, что конца этому спуску не будет и они несутся в пустоту другого измерения, в котором царствуют страх, одиночество и грусть, держа в своем плену сотни таких же беспомощных ребят как он.

Резкий толчок прервал ужасающие мысли, а тараторящий стук железа начал стихать и замедляться. Его тут же накрыло волной спокойствия и ощущением прилива неимоверных сил и радости, наполняющим всё внутреннее пространство, а тот страх, буквально недавно разрушающий сознание, был повержен казалось навсегда.

Домой оба возвращались молча, каждый в своих раздумьях и со своими ощущениями. Когда они подошли ко двору, он поблагодарил свою подругу, после чего с переполненной гордостью, что он сделал что-то непосильное другим, смело направился к себе домой.

Ребята уже не играли в мяч, а о чем-то громогласно рассуждали недалеко от его подъезда. Поравнявшись с ними, в ожидании издевок и насмешек, Саша бесстрашно готов был броситься на свою защиту, но в его сторону никто почему-то даже не посмел сделать шаг. Удивлённый и настороженный взгляд шести пар глаз в полной тишине провожал победное шествие Саши пока он не исчез из вида.

Что произошло с ним в тот день Саша понять не мог. Но после этого всё изменилось. Все его чувства будто обострились, он стал по-другому слышать, видеть, воспринимать окружающих. У него проснулся ранее не знакомый интерес к жизни, который как будто вырвался из плена страшного чудовища, оставшегося где-то там, на крыше того мрачного здания навсегда.

Чем больше проходило времени, тем меньше в памяти оставался этот странный день. Свою бесстрашную спутницу он не встречал, да и с ребятами теми больше не общался, они просто пропали у него из вида, а потом и из памяти. Спустя несколько месяцев по непонятным для него обстоятельствам его семья переехала в новый дом в другом районе города. Всё свое время Саша теперь посвящал учёбе и общению с мамой, а играми на улице он больше не интересовался.

***

После того события прошло шесть лет. Дни пролетали. Саша уже был, как ему казалось, совсем взрослым человеком. Стал смелее, решительней, более открытым, но всё же какая-то постоянная замкнутость пространства не отпускала его и всё больше и больше продолжала давить. Это чувство напоминало Саше о чём-то из прошлого, внушало жуткий и ненавистный ему страх, причины которого он не мог вспомнить.

Самое странное, что именно в тот момент, когда эти ощущения обволакивали сознание Саши и слезы накатывались на глаза, он представлял свою милую подругу в розовом платье с необычной прической и только это его успокаивало.

Однажды ночью Саша проснулся в сильном поту. Глубокий сон не хотел отпускать из своего плена, а глаза никак не открывались. Было такое чувство, что он спал, как минимум неделю. Спустя некоторое время, приоткрыв через силу веки, в полумраке, благодаря уличному фонарю, бросающему свой отблеск в окно, наконец начали просматриваться силуэты интерьера помещения, в котором он находился.

Кроме кровати, тумбочки, шкафа и раковины в комнате ничего не было, а полу стеклянная дверь давала понять, что это какое-то учреждение. Эмоции смешались в голове и пока он пытался восстановить ясность, его настигало пугающее ощущение скованности, не позволяющее ему хотя бы на чуточку сдвинуться с места.

У него началась паника, Саша с силой тёр глаза в надежде, что это всё просто дурацкий сон. В этот момент он почувствовал легкое прикосновение. Спокойствие разлилось по всему телу, а пожирающее чувство ужаса моментально улетучилось.

Саша открыл глаза и увидел перед собой свою давнюю подругу, всё с такой же стрижкой и даже, как ему показалось, в том же платье, но уже явно намного взрослее. Она нежно потянула его за руку и сказала:

– Пойдем, я пришла за тобой.

– Куда, я не могу, я не чувствую своих ног, - с грустью ответил он.

– Ты знаешь куда, - тихонько прошептала она. – И всё ты можешь.

В одно мгновение они оказались в их тайном месте у той самой странной железной горки, которую себе можно вообразить. Она также держала Сашу за руку, а её глаза искрились, как и многие годы назад влекли в неизведанную даль. Какое-то время они молча смотрели друг на друга и улыбались, а затем она изящно подняла свою руку и указала на яркую точку вдали ночного неба.

Всмотревшись, Саше показалось, что это просто красочный неоновый рекламный баннер, расположенный на крыше далекого здания и пока он пытался его разглядеть очутился уже в знакомой ему железной бочке, которая на всех парах мчалась к их яркой звезде.

В этот раз она сидела сзади и в восторге расставляла руки словно крылья, пытаясь мысленно взлететь ввысь. Было такое чувство, что их полет будет длиться вечно и ракета никогда не достигнет той заветной звезды, которая отдалялась всё дальше и дальше.

Как они очутились внизу Саша не заметил. Счастье переполняло его с избытком, ему хотелось бегать, прыгать, бежать куда-нибудь лишь бы жить и двигаться, двигаться всем наперекор, преодолевая любые преграды карабкаться и покорять самые высокие вершины.

Он схватил свою спутницу за руку и уже сам силой тянул её за собой, в припрыжку поднимаясь по ступенькам.

– Бежим кататься еще! Мы покатимся так быстро, сколько хватит сил! Я совсем не боюсь! Я хочу еще! – кричал он.

Когда Саша уже готов был с разбегу прыгнуть в импровизированную ракету, сильный рывок отдернул его назад. В недоумении он уставился на свою спутницу, не понимая, что произошло, а она молча и холодно смотрела на него в ответ. Несколько минут они стояли в тишине пока он с мимолетной яростью не спросил:

– Что ты делаешь? Что с тобой?

– Ты не будешь кататься на ней, - с неподдельной злостью сказала она.

– Тебе нечего на ней делать. Это моя горка!

– Но почему? – возмутился Саша.

– Оставь меня, дальше я поеду без тебя, так надо и не спорь.

Её тон и резкость облили Сашу холодным душем, она это говорила с таким укором, как взрослые иногда отчитывают своих детей за серьёзные проступки.

– Послушай меня, не сердись, - уже намного мягче прозвучали её слова, и разгорающееся внутри Саши пламя негодования стало резко угасать.

– Тебе не надо кататься на этой горке. Больше она тебе не нужна.

– О чем ты, ну скажи, что случилось? – спрашивал он.

– Я не могу тебе всего объяснить, просто прими это как есть, дальше я поеду сама, тебе нельзя.

Резким движением она выдернула и откинула железную цепь, обмотанную вокруг бочки, запрыгнула в неё, а потом исчезла, просто испарившись в воздухе.

Саша не понял, что произошло. На самом ли деле всё или это просто сон. Медленно шагая в сторону дома и озираясь по сторонам, он везде искал свою подругу пока не услышал детский смех. В сквозь ночной мрак, он увидел, как неподалеку прыгают и веселятся дети, играя в свою замысловатую игру. В тот же миг мимолетная ностальгия напомнила ему, как он точно также в детстве бегал с ребятами на улице и искренне радовался каждому дню, как ему нравилось беззаботно гонять мяч, дёргать за косы капризных девчонок и наблюдать за своей подругой.

С этими воспоминаниями к нему пришло чувство пустоты. Он понял, что его единственный верный друг, человек, который приходил в самые трудные моменты в жизни, больше не появится никогда, как бы ему этого не хотелось, просто её больше нет и та железная горка, теперь будет вечно катать только её одну, унося в неизведанную даль – чудесный мир, в который она позволила ему чуть-чуть окунуться, чтобы найти самого себя и побороть свои страхи.

***

Яркий свет пробивался сквозь закрытые веки, пробуждая Сашу от забвения. Он медленно приоткрыл глаза и увидел своих родителей, которые не сдерживая слез кинулись его обнимать и целовать, как будто не виделись с ним тысяча лет. От этой трогательной ситуации у Саши тоже покатились слезы и это были самые настоящие слезы радости.

Спустя некоторое время он понял, что находится в той же уже знакомой ему комнате, а кроме его родителей в ней ещё было несколько врачей.

После чудесного озарения мама не отходила от него ни на шаг, и всё время разговаривала с ним так, как будто не делала этого раньше никогда и чем больше она рассказывала, тем больше он понимал, что с произошло и почему для него всё выглядит необычно.

Как выяснилось, когда Саше было три года, играя на улице, он неудачно упал с детской качели. При падении Саша повредил позвоночник и сильно ударился головой. Эти травмы парализовали часть тела, а его сознание закрылось от всего и никого к себе не подпускало.

Целыми днями за Сашей ухаживала мама, а единственное к чему он проявлял интерес, как она рассказала, это сидеть около окна и наблюдать за детьми на улице. По её словам, в эти моменты у Саши были живые глаза – глаза человека с увлечением смотрящего в даль.

Когда Саше исполнилось 8 лет, его родители отчаялись и уже стали терять всякую надежду на излечение, но по чудесным для них обстоятельствам, в один из дней у него появилась более-менее отчетливая речь, он понемногу начал двигать руками и понимать, о чем ему говорят. И всё же он оправился не полностью, а иногда даже впадал в бессознательное состояние и был в нём несколько дней подряд. Зато в дни просвета, мама могла заниматься с ним, читала книжки и на сколько это было возможно пыталась хоть как-то довести школьную программу по основным предметам.

Когда семья Саши переехала в другой дом весь его интерес сосредоточился на учёбе. Благодаря усердию и терпению мамы он научился хорошо читать, писать и считать. И чем больше проходило времени, тем быстрее Саша осваивал все науки, но к сожалению, при этом учащались приступы, пока однажды, в четырнадцатилетнем возрасте он не впал в коматозное состояние на целый месяц, и никто не мог сказать выйдет Саша из него или нет. А когда он неожиданно очнулся, врачи констатировали полное восстановление нервной системы и даже, на радость родителям, пообещали, что скоро Саша сможет ходить и все делать сам, что и случилось спустя некоторое время, а точнее через год.

В шестнадцать лет Саша уже был полноценным физически здоровым, уверенным в себе человеком, который ходил, как и все в школу, занимался спортом и другими полезными для своего развития занятиями.

То, что с Сашей приключилось в прошлом так и оставалось загадкой, но при этом он точно знал, что должен во всём разобраться и тем не менее, оттягивал этот момент по причине какого-то не хорошего предчувствия.

***

Однажды в школе отменили несколько последних уроков. Саша не торопливо шел домой вдоль проезжей части, и проходя мимо автобусной остановки, что-то заставило его обернуться. В этот момент он увидел подъезжающий автобус, маршрут которого проходил как раз через район его детства. Тогда Саша решил, что нужно поставить для себя точку в этой загадочной истории из прошлого, ведь давно же горел желанием туда съездить и попробовать разобраться во всём. Прыгнул в автобус и уже через час был на месте.

Родную коробку домов он узнал сразу, а вот, что стало вокруг них было для него не знакомым. Широкие улицы, новостройки и зеленые аллеи заполнили всё пространство. И даже старые дома выглядели иначе, ухожены и аккуратно покрашены, а на детской площадке установлены новые качели и другие разноцветные конструкции.

Саша сделал небольшой кружок по двору пытаясь разглядеть знакомое лицо, но все было бесполезно, те кого он встречал были абсолютно для него чужими.

Спустя несколько десятков минут Саша обратил внимание на бабушку, которая в одиночестве сидела на лавке. Он подошел к ней и спросил давно ли она тут живет, на что услышал положительный ответ.

– Я тоже здесь когда-то жил, но ничего теперь не узнаю, - посетовал Саша.

– А вы не помните, здесь недалеко заброшенный завод был, это в какой стороне отсюда?

– Ааа, его уже снесли, вот пройдешь через этот проход, повернешь направо, а потом прямо, может там что еще и осталось, - любезно проговорила бабушка.

Саша направился по указанному направлению и шёл пока не уперся в забор стройки, за которым стояло почти достроенное высотное здание, а напротив строилось еще одно точно такое же. Во внутрь стройки его не пустили, и Саша решил пообщаться с охранником.

– Скажите пожалуйста, а здесь такое вроде пятиэтажное заброшенное здание было, его снесли? – спросил Саша.

– Здесь раньше много всяких зданий стояло, а тебе чего? - грубовато переспросил охранник.

– Да бегал я тут в детстве с друзьями, вот просто интересуюсь, на нем, по-моему, еще горка такая интересная была, может знаете, - не уступал Саша.

На радость Саши, охранник оказался из местных и достаточно разговорчивым.

– А, ты про эту дурацкую «железную горку», ничего себе интересная, так если ты тут жил не знаешь что ли? Горку после того случая разобрали, а здание пару лет назад снесли. И какая же это была горка. Так, самодельный скат для сброса всякой хрени с верхних этажей.

– После какого случая? – настороженно спросил Саша.

– Ну как, не слышал что ли? А говоришь жил здесь. Ребятня полезла на крышу, хотели прокатиться с этой, как ты говоришь, горки в какой-то бочке и представляешь сразу вшестером слетели оттуда прямо в лепёшку, – с напыщенной осведомлённостью рассказывал охранник.

– Тут такое горе было. Мне говорили, их родители в истерике с ума сходили. Никто не мог объяснить, как они там оказались и как вообще такое могло случиться, мы их потом всем двором хоронили.

Услышав это у Саши пропал дар речи.

– Как же так? – еле слышно спрашивал он сам себя.

– Как такое вообще возможно?

В мгновенье побледневшее лицо Саши напугало его собеседника.

– Эй, ты чего? Знал что-ль кого из них? – осторожно спросил охранник.

– Д-да, это были мои друзья, мы вместе играли в детстве, - тихо проговорил Саша, сохраняя, на сколько это было возможно, спокойствие в голосе.

Он уже повернулся и шагал прочь, когда охранник его окрикнул.

– А знаешь еще что?

– Что? – оглянувшись тревожно спросил Саша.

– Говорят их было семеро, кто-то видел, что с ними ещё одна девчонка была и она их туда привела, но внизу её не нашли, да и вообще не нашли потом, может убежала от страха или вообще это всё байки.

Внутри Саши всё передёрнулось, он ускорил шаг и уже сломя голову бежал как можно дальше от этого места.

– Неужели это правда, неужели это всё случилось из-за меня? - кричал он себе.

– Как это вообще могло так быть? Это просто не мыслимо.

В голове все перемешалось. Саша даже не заметил, как стемнело и он очутился дома в своей кровати.

В долгих раздумьях он всё заново и заново прокручивал в голове свою историю, обдумывая, что с этим делать.

Рассказывать её кому-то было бессмысленно, вряд ли ему поверят. Надо как-то, наверное, жить дальше своей жизнью, хотя Саша теперь был уверен, что обычной для него она не будет. Только сейчас он почувствовал, что какая-то неизведанная сила зародилась внутри него и она появилось ещё тогда, в его детстве, когда Саша впервые встретил свою подругу, сумевшую помочь преодолеть страхи и вернуть его к нормальной жизни, это был её дар, который теперь вечно будет с ним, и этим даром он должен воспользоваться сполна, прожить яркую и достойную жизнь, преодолевая самые сложные препятствия и преграды.

А то, что случилось с теми ребятами нормальному объяснению не подвластно. Раз она так с ними поступила значит она их просто забрала с собой и может теперь они вместе будут сооружать эти странные железные горки для таких же обреченных ребят, которым когда-то был Саша.

-3
21:24
233
18:19
Язык ужасный, в тексте куча ошибок. Смесь высокопарного стиля с постсоветской бытовухой вызывает дикое желание бросить всё и забить, но к середине рассказа мозг потихоньку адаптируется, и ошибок как будто становится меньше. Интересная история про мальчика-аутиста, проведшего всё своё детство в выдуманном мире. Задумка интересная, образы интересные, но воплощение, конечно, оставляет желать лучшего.
Мне рассказ понравился исключительно из-за личного отклика. Есть такие магические места, которые кажется помнишь с детства, а повзрослев перестаешь понимать: существовали ли они на самом деле или это просто сон, настолько яркий, что кажется чуть подзабытой реальностью.
00:49
+3
— О, зырь, мозговая активность повысилась, нах! – один из санитаров, жилистый бородач в триконах и клетчатой рубашке, тащивший носилки со стороны ног, сплюнул на покрытые бетонным крошевом ступеньки, — а ведь только третий этаж.

Десятилетний Саша, намертво примотанный кожаными ремнями, продолжал хрипеть и дёргаться из стороны в сторону, раскачиваясь и мешая санитарам выполнять свою работу.

— Это аксоны с синапсами срастаются, блянах, надо оценить состояние пациента, сука, по шкале Апгар – сказал передний санитар в заляпанном бордовыми пятнами халате.

Медики осилили ещё один пролёт, опустили носился на пол. Борода достал пачку сигарет, угостил коллегу. Потом кивнул пацану.
— Чё, Сашок, покуришь напоследок?

Мальчик стал извиваться всё сильнее, непослушные губы выплёвывали какие-то звуки. Вроде бы «МА». Санитар в халате, затянулся и ответил.
— Ну и зря. В жизни надо всё попробовать. Даже то, что тебя потом убьёт.

Он поднял лицо к потолку. Там, двумя этажами выше, раздавался чудовищный лязг ржавого металла, истошные крики, плачь и глухие удары плетей. Вот загремела цепь, грохот и крики переместились ниже, всё набирая и набирая скорость. Эхо носилось по пустым цехам, многократно усиливаясь от голых стен, а затем здание дрогнуло от страшного удара. Наступила тишина.

— Прости Господи, — бородач перекрестился, и посмотрел на мальца – следующий рейс твой.

Цепью загремела лебёдка, подтягивая вагонетку на стартовую позицию.

Сашины глаза, до этого хаотично метавшиеся по сторонам вдруг застыли на месте, зрачки расширились. Мальчик будто только что осознал, на какую именно процедуру его направил главный врач частной астрологической клиники «Чудесное озарение».
— Нейронные связи гипоталамуса с миндалевидным телом восстанавливаются, нах, отлично. Чего там в медкарте написано, дай-ка гляну, — санитар в халате, перекинув сигарету в уголок рта вытащил из под ремня толстую тетрадку, и щурясь стал вслух читать заключение невропатолога.

«Трэш – 0
Угар – 1
Юмор – 0
Внезапные повороты – 1
Ересь – 0
Тлен – 4
Безысходность – 2
Розовые сопли – 1
Информативность – 0
Фантастичность – 0
Коты – 0 шт
Мячи – 1 шт
Мёртвые мальчишки – 6 шт
Соотношение потенциальных/реализованных оргий – 1/0
Диагноз: острая форма графомании, нарушение когнитивных функций при составлении сюжетов, прогрессирующая деградация обоих полушарий.
Лечение: поездка на Горке Зевса вне очереди»

— Тяжёлый случай, — заметил бородач.

Резкий гудок пневматического ревуна известил, что тележка готова к приёму пассажиров. Санитары побросали бычки, схватились носилки и продолжили подъём. Саша, неожиданно для себя самого довольно чётко стал выкрикивать слоги и даже складывать их в понятные слова «МАМА! МАМА! ПОМОГИТЕ! МАМОЧКА, СПАСИ МЕНЯ!»

На этом месте у большинства мистических рассказов случается либо просыпание главного героя, либо оказывается, что главник сошёл с ума и лежит в психушке, либо оказывается, что он умер. Все эти варианты убоги и замусолены настолько, что другой концовки и не ждёшь. Так и здесь, главному герою всё это приснилось, пока лежал коме. За это сходу тебе минус в анамнез.

Эта «ракета» была вся в дырках, ржавая и обмотанная большими цепями. Цепи переплетались со всей конструкцией в целом и играли немаловажную укрепляющую роль в этом странном механизме.

Если цепь так мощно укрепила всю конструкцию, как бочка вообще смогла поехать вниз? Хотя о чём это я, это же всё галлюцинации, под это дело можно списать любой бред.

– Я не могу тебе всего объяснить, просто прими это как есть, дальше я поеду сама, тебе нельзя.
Резким движением она выдернула и откинула железную цепь, обмотанную вокруг бочки, запрыгнула в неё, а потом исчезла, просто испарившись в воздухе.


Молчу, молчу. Саша в коме, а значит и бочки могут испаряться, и рекламные баннеры клиники «Чудесное озарение» в небе сверкать.

– Эй, ты чего? Знал что-ль кого из них? – осторожно спросил охранник.
– Д-да, это были мои друзья, мы вместе играли в детстве, — тихо проговорил Саша, сохраняя, на сколько это было возможно, спокойствие в голосе.


Как он узнал, что это были его друзья, если сторож не называл никаких фамилий или особых примет?

– Ну как, не слышал что ли? А говоришь жил здесь. Ребятня полезла на крышу, хотели прокатиться с этой, как ты говоришь, горки в какой-то бочке и представляешь сразу вшестером слетели оттуда прямо в лепёшку, – с напыщенной осведомлённостью рассказывал охранник.

Я тебе сейчас тоже кое-что расскажу. Гибель шестерых детей в рассказе лишняя. Никак их смерть не связана ни с сюжетом, ни с главным героем. Никаких точек соприкосновения. Потому что ты не привёл в тексте конкретных доказательств, что их смерть повлияла на паралитика.

Хотя достаточно было добавить, что Саня катался на аттракционе шесть раз, и, по рассказам матери, шесть раз ему внезапно становилось лучше. Но при этом на старом заводе умирал один из детей. Тогда можно было бы соотнести одно с другим. А вообще, убить шесть здоровых детей, чтобы вылечить одного – это как-то нерационально. Так что тебе ещё один минус за бессмысленную трату человеческих ресурсов. И в целом, рассказ – говно.

Интересно, что там произошло с Сашей дальше? Ща расскажу.

К тому времени, как санитары дотащили носилки до желоба, пациент успел полностью восстановить речевой центр и крыл матом обоих санитаров, как взрослый. Метким словом зацепило и ортопеда, двухметрового лысого качка в брезентовом фартуке, который временно исполнял роль палача.

— А ты чего уставился, петушара, — с напыщенной осведомлённость прокричал мальчик и харкнул ему на резиновые сапоги, — отпусти гнида, не то жопу откушу!

— На лицо заметные улучшения в работе лицевых мышц, — мрачно констатировал гигант и одним взмахом щербатого тесака перерубил кожаные ремни.

Паралитик, сперва огрызался на медиков, подхвативших его под руки и пытавшихся засунуть в дырявую бочку, но потом вдруг активно задрыгал руками и ногами. Отчаянно налаживая нервные связи с напитанными адреналином мышцами, десятиетний пацан вдруг резко крутанул сальто, вывернув руки обоим санитарам. Свернул ударом пятки нос бородачу, врезал толстяку по яйцам и вырвался на свободу. Затем показал фак ортопеду, разбежался, сиганул в разбитое окно, приземлился на гору строительного мусора и помчался наутёк, дьявольски хохоча.

Ортопед подобрал с пола медкарту, вытащил из кармана личную печать и, с размаху поставив оттиск на последней странице, крикнул.
— Здоров! Заносите следующего!

Критика)
Илона Левина